Рубрика: Лекция

Лекция №1. Социология как наука.

Для того чтобы определить объект и предмет социологии как науки, целесообразно предварительно уточнить общие понятия объекта и предмета. Под объектом исследования обычно понимают определенную часть окружающего нас материального или нематериального мира, реальность, существующую независимо от нашего знания о ней. Это могут быть физические тела, взаимодействующие друг с другом, живые организмы или человек. Важно то, что все эти объекты окружающей действительности существовали до нашего знания и не зависят от него.

Предмет исследования, напротив, существует только в голове исследователя, т.е. полностью зависит от самого знания и является его частью. Определяя предмет исследования, мы чисто абстрактно выделяем одну или несколько сторон объекта и пытаемся изучить их, учитывая или не учитывая влияние других, не выделенных нами сторон. По такой логике каждому объекту исследования может соответствовать несколько предметов изучения. Например, каменное здание как объект существующей независимо от нас реальности может заинтересовать экономиста с точки зрения затрат на строительство, архитектора — с точки зрения архитектурного стиля и удачного включения в окружающий ландшафт, строителя фундамента — с точки зрения посадки здания в грунт и прочности основания, человека, проживающего в здании, — с точки зрения удобства внутренних помещений. Каждый может заинтересоваться и другими сторонами объекта, но только исходя из факта их влияния на интересующий его предмет.

Прежде всего, следует сказать, что объектом социологии, как и многих перечисленных выше наук, является общество, рассматриваемое как общность индивидов и взаимосвязей между ними. Наиболее близкими к социологии науками обычно считают антропологию и социальную психологию, что соответствует действительности. Специалистам трудно разделить предметы, изучаемые этими науками. Однако мы попытаемся сделать это. Прежде всего, определим предмет антропологии. Она занимается, в частности, изучением локальных, простых доиндустриальных культур и обществ (примитивные народы, племена, сообщества древних людей) для определения происхождения и процессов развития человеческого рода и человеческой культуры. Антропология не изучает сложные общества с развитыми индустриальными культурами и институционализированными взаимоотношениями. Что касается социальной психологии, то она изучает мысли, чувства и поведение индивида, обусловленные существованием и поведением других людей, социальными взаимодействиями, влиянием социальных групп. Безусловно, предмет социологии часто совпадает с предметами этих наук, но вместе с тем он обладает рядом существенных отличий.

С древнейших времен человека интересовали не только загадки и явления окружающей его природы (разливы рек, землетрясения, извержения вулканов, смена времен года или дня и ночи и т.д.), но и проблемы, связанные с его собственным существованием среди других людей. Действительно, почему люди стремятся жить среди других людей, а не в одиночку? Что заставляет их проводить между собой границы, разделяться на отдельные государства и враждовать друг с другом? Почему одним позволено пользоваться многими благами, а другим отказано во всем?

Поиск ответов на эти и иные вопросы заставил ученых и мыслителей древности обратить свой взгляд на человека и на общество, в котором он существует: Подобно тому как математика — наука, во многом построенная на абстракциях, начиналась с геометрии, с измерения реальных объектов, так и истоки социологии можно найти в рассуждениях ученых и мудрецов — в мудрых, с философским подтекстом советах по различным житейским вопросам. Примером таких рассуждений служат книги философов даосской школы Мао-цзы, в которых делались попытки на основе наблюдений и размышлений определить пути наилучшего правления, воспитания молодежи, а также условия для деятельности с наибольшей пользой и т.д. Индийские тексты «Махабхараты» определяют, в частности, порядок общественной жизни, необходимый для достижения могущества правителей и счастья для всех живущих людей.

Античная мысль дала новый толчок исследованиям социальной сферы, заложила еще ряд элементов в фундамент основ социологии. Такие работы Платона, как «Государство» или «Законы», а также «Политика» Аристотеля положили начало изучению отдельных общественных институтов, в частности государства, семьи, права. Впервые античные философы обратились к проблеме места человека в обществе. Авторы античных произведений поставили учение о человеке и обществе на теоретическую основу. Это нашло выражение в образцах логико-понятийного анализа (Платон), эмпирико-научного (Аристотель) и историко-политического (Полибий) исследования социальных проблем современного им мира.

Эпоху Возрождения по праву можно считать новым этапом в развитии социальной мысли. В этот период появляются направленные на изучение различных сторон общества новые изыскания, которых безусловно можно отнести к области социологии. Эразм Роттердамский, Томас Мор, Никколо Макиавелли, Мишель Монтень — вот далеко неполный перечень великих средневековых ученых, поднимавших проблемы человеческих отношений в обществе. В результате стала складываться модель общества, напоминавшего общину, где порядок моральные устои регулировались волей Бога и традициями. Человек в такой системе мироздания играл весьма незначительную роль.

Позднее деятели эпохи Просвещения в корне изменили взгляд общество и на место в нем человека. Клод Адриан Гельвеций, Дидро, Жан-Жак Руссо, Вольтер начинают анализировать структуру общества, определять истоки развития неравенства, появления неоднородности общества, выявлять роль религии в социальных процессах. Создав механическую, рациональную модель общества, они выделяют: отдельного человека как независимого субъекта, поведение которого зависит в основном от его собственных волевых усилий.

Впервые слово «социология», обозначающее область научного знания было введено в научный оборот французским мыслителем Огюстом Контом в его работе «Курс позитивной философии» (1842). Как и многие другие философы того времени, Огюст Конт находился под воздействием крупных успехов в области естественных наук. Поэтому он, рассматривая проблемы общества и социального поведения, во-первых, поднял на щит девиз «Порядок и прогресс», где порядок понимался по аналогии с физикой как симметричность и уравновешенность структурных элементов общества (индивидов и групп), а прогресс — как использование знаний об обществе прежде всего для решения конкретных проблем, направленных на достижение оптимизации человеческих отношений, где, по его мнению, наблюдалось отставание от других наук.

Во-вторых, О. Конт считал, что социология должна рассматривать общество как некий обладающий собственной структурой организм, каждый элемент которого должен исследоваться с точки зрения полезности для общественного блага. Этот организм, по его мнению, действовал в соответствии с жестокими законами, подобно закону всемирного тяготения в физике. В связи с этим всю социологию О. Конт разделял на социальную статику и социальную динамику и допускал применение законов механики к изучению общества и его основных элементов.

Кроме того, говоря о получении знаний об обществе и законах его функционирования и развития, О. Конт предполагал прежде всего необходимость изучения отдельных социальных фактов, их сопоставления и проверки, практически полностью отрицая роль общей теории в социологии. Вместо теоретических обобщений эмпирических данных и сведения их в нечто целое французский мыслитель предполагал лишь первичное обобщение и строил картину общества в основном в виде мозаики отдельных взаимосвязанных фактов. Такой подход к получению и использованию научного знания принято квалифицировать как эмпиризм в социологии.

Историческая и научная роль Огюста Конта состоит, прежде всего, в том, что проблему изучения общества и взаимосвязей внутри него он поставил в рамках отдельной наукой, которую назвал социологией. К сожалению, О. Конт не смог определить достаточно четко предмет новой науки и найти научный метод, позволяющий всесторонне изучать закономерности общественного развития. Проведение им полной аналогии социальных явлений с явлениями, наблюдаемыми в физике, химии и медицине, ставилось под сомнение и критиковалось уже при его жизни. Даже первоначальное изучение общества показало, что социальная жизнь в значительной степени отличается от тех закономерностей, с которыми имеют дело естественные науки.

Классический период развития социологии. Настоящее развитие и признание социология получила только тогда, когда были разработаны и сформулированы основные научные концепции и появилась возможность создания теоретических основ изучения социальных явлений. Честь фактического «открытия» социологии принадлежит трем выдающимся мыслителям, жившим и творившим в период с середины XIX и до начала XX в. Это немецкие ученые Карл Маркс и Макс Вебер, а также француз Эмиль Дюркгейм.

Творчество Карла Маркса. Значительный вклад в развитие социологии внес Карл Маркс (1818-1883). Одной из основных его заслуг по праву считается научный анализ современного ему капиталистического общества. В качестве инструмента такого анализа Маркс использовал массовую структуру общества: все индивиды принадлежат к определенным социальным классам, разделение на которые происходит по признаку владения средствами производства и размера вознаграждения, получаемого с этого владения. Разделение на классы основано на неравенстве, а это значит, что один класс (класс собственников средств производства) находится в более выгодном положении, чем остальные, и присваивает себе часть результатов труда другого класса (рабочего класса).

К. Маркс рассматривал структуру общества в динамике, предполагая, что классы — это исторически изменяющиеся компоненты социальной структуры. Качественные изменения крупных составляющих общественной структуры происходят в результате смены общественно-экономических формаций. Все изменения в обществе, разделенном на классы, основаны на законах диалектики, на постоянной борьбе между классами неимущих, угнетенных и угнетателей.

Маркс всесторонне обосновал механизм возникновения и развития социального конфликта, происходящего в результате неравенства, которое постоянно усиливается при доминировании одних классов над другими. Борьба рабочего класса за изменение порядка распределения производимого продукта приводит к достижению неустойчивого равновесия на основе временного соглашения между эксплуататорами и эксплуатируемыми. В дальнейшем противоречия накапливаются, что приводит к новым столкновениям, ведущим к новому соглашению на условиях, отличных от прежних. Вместе с тем происходит количественное накопление недовольства у представителей угнетенных классов и осознание ими несправедливости своего положения, а одновременно и своей силы. Все это, в конечном счете, вызывает глобальный классовый конфликт и появление новой качественной определенности — бесклассового общества, где производимый продукт распределяется по справедливости и отсутствует какая-либо эксплуатация.

Таким образом, К. Маркс впервые представил общество как продукт исторического развития, как динамично развивающуюся структуру. Он обосновал возникновение социального неравенства и проанализировал социальные конфликты как явление, необходимое для общественного развития и прогресса.

Социология Макса Вебера. Для творчества Макса Вебера (1864-1920), немецкого экономиста, историка и социолога, характерно, прежде всего, глубокое проникновение в предмет исследования, поиск исходных, базовых элементов, с помощью которых можно было бы прийти к пониманию закономерностей общественного развития. Находясь под влиянием Маркса и Ницше, Вебер тем не менее разработал собственную социологическую теорию, которая и в настоящее время оказывает решающее воздействие на все научные социологические теории и на деятельность социологов во всех странах мира.

Идеи Эмиля Дюркгейма. Эмиль Дюркгейм (1858-1917) — основатель французской социологической школы. Он стремился, прежде всего, к автономии социологии, отделению ее предмета от предмета других наук об обществе, а также к объяснению всех феноменов общественной жизни исключительно с социологических позиций.

В отличие от М. Вебера Э. Дюркгейм считал, что общество — это надындивидуальное бытие, существование и закономерности которого не зависят от действий отдельных индивидов. Объединяясь в группы, люди сразу начинают подчиняться правилам и нормам, которые он называл «коллективным сознанием». Однако функционирование отдельных частей социального целого может быть нарушено, и тогда эти части явятся искаженной, плохо функционирующей формой социальной организации. Дюркгейм очень много внимания уделял изучению таких форм, а также видов поведения, отклоняющихся от общепринятых правил и норм. Введенный им в научный обиход термин «аномия» служит объяснению причин отклоняющегося поведения, дефектов социальных норм, позволяет подробно классифицировать типы такого поведения.

Учение об обществе Э. Дюркгейма легло в основу многих современных социологических теорий и, прежде всего, структурно-функционального анализа. Многочисленные последователи создали дюркгеймовскую социологическую школу, и современные социологи справедливо признают Дюркгейма классиком в области социологии.

Лекция №2. Базисные элементы социальной жизни: социальное действие, социальная связь, социальное поведение.

Классическую теорию социального действия, повлиявшую на становление всей мировой социологии, создал в конце XIX начале XX в. немецкий социолог Макс Вебер. Он считал, что не всякое поведение человека может быть предметом исследования социологии. Социолог призван изучать только рациональное поведение, при котором индивид осознает смысл и цели своих поступков, не подчиняясь эмоциям и страстям.

М. Вебер выделяет четыре типа социального действия: 1) инструментально-рациональное поведение, когда индивид ориентируется, прежде всего, на поведение других людей и эти ориентации или экспектации (предвосхищения) использует как средства, или инструменты в своей стратегии действий; 2) ценностно-рациональное поведение, которое детерминируется верой в религиозные, нравственные и другие ценности, идеалы независимо от того, ведет ли это поведение к успеху или нет; 3) традиционное; 4) аффективное, т. е. эмоциональное, поведение. Исходным моментом для возникновения социальной связи является взаимодействие индивидов или групп индивидов для удовлетворения тех или иных потребностей.

Взаимодействие это любое поведение индивида или группы индивидов, имеющих значение для других индивидов и групп индивидов или общества в целом в данный момент и в будущем. Категория взаимодействие выражает характер и содержание отношений между людьми и социальными группами как постоянными носителями качественно различных видов деятельности, различающимися по социальным позициям (статусам) и ролям (функциям). Независимо от того, в какой сфере жизнедеятельности общества имеет место взаимодействие, оно всегда социально по своему характеру, так как выражает связи между индивидами и группами индивидов, связи, опосредуемые целями, которые каждая из взаимодействующих сторон преследует.

Социальное взаимодействие имеет объективную и субъективную стороны. Объективная сторона взаимодействия это связи, независимые от отдельных личностей, но опосредующие и контролирующие содержание и характер их взаимодействия. Субъективная сторона взаимодействия это сознательное отношение индивидов друг к другу, основанное на взаимных экспектациях (ожиданиях) соответствующего поведения. Это межличностные отношения, которые представляют собой непосредственные связи и отношения между индивидами, складывающиеся в конкретных условиях места и времени.

Общество, согласно учению Вебера, представляет собой совокупность действующих индивидов, каждый из которых, действуя, стремится к достижению своих собственных целей. Действия отдельных индивидов кооперируются, на основе этой кооперации образуются ассоциации (группы или общества). Несмотря на свои эгоистичные стремления, люди действуют сообща, так как их поступки осмысленны, рациональны и они понимают, что индивидуальные цели лучше всего достигаются с помощью совместных действий. Это понимание приходит к ним в связи с тем, что в ходе общественной практики всегда отбрасываются ненужные образцы поведения и оставляются только те, которые можно предвидеть, рассчитать и которые приносят пользу с наименьшим риском. Таким образом, осмысленное поведение, в результате которого достигаются индивидуальные цели, приводит к тому, что человек действует как социальное существо, в ассоциациях с другими, достигая таким путем значительного прогресса во взаимодействии с окружающей средой.

Весьма важным аспектом творчества Вебера можно считать изучение им базовых отношений в социальных ассоциациях. Это прежде всего отношения власти. Так как организованное поведение индивидов, создание и функционирование институтов невозможно без эффективного социального контроля и управления, необходимым условием для осуществления подобных действий являются отношения власти, пронизывающие все социальные структуры. Вебер детально анализировал отношения власти, а также природу и структуру организаций, где эти отношения проявляются наиболее ярко. Идеальным механизмом воплощения и поддержания отношений власти в организации он считал бюрократию — искусственно созданный аппарат управления организацией, предельно рациональный, контролирующий и координирующий деятельность всех ее работников.

В теоретических работах Макса Вебера не только достаточно четко был определен предмет социологии как науки, но и заложены основы для ее развития как в теоретическом, так и в практическом отношениях. Идеи Вебера до сих пор вдохновляют многих социологов на дальнейшие теоретические разработки, он имеет много последователей, а его книги считаются классическими образцами научных изысканий.

1. Детерминация социального поведения

Рассматривая вопрос о взаимодействии социальной среды и личности, необходимо обратиться к некоторым общим положениям, и, прежде всего к положению о сущности человека.

Широко распространена восходящая к ранним работам К. Маркса мысль о том, что сущность человека есть ансамбль всех общественных отношений. Человек здесь предстает в качестве продукта или объекта общественных отношений, проще говоря, он таков, какова окружающая его социальная среда. Тезис К. Маркса, изложенный в краткой форме, т.е. без акцента на другой деятельной, активной стороне личности, в целом фиксировал материалистический подход к теории личности, развивавшийся многими философами этого направления, утверждавшими, например, что сознание человека при рождении подобно чистой доске, на которой пишет свой текст окружающая его среда. С этим трудно не согласиться, хотя здесь подчеркивается лишь момент влияния на человека социальной среды и не учитывается трактовка Марксом человека как активного субъекта общественных отношений, своей деятельностью оказывающего обратное воздействие на его социальное окружение (человек творец истории). Превращение таким образом односторонне истолкованного тезиса Маркса в методологическую основу всей теории личности имело ряд отрицательных последствий. По сути дела, при таком подходе человек отождествлялся с наличными социальными отношениями, и прежде всего с производственными, вследствие чего абсолютизировалась его социально-классовая принадлежность. Но при этом затушевывалась активная, деятельная сущность человека (что неоднократно подчеркивал Маркс), игнорировалось влияние на человека биологического фактора, и прежде всего его генетической обусловленности. Личность человека является одним из тех феноменов, которые редко истолковываются одинаково двумя разными авторами. Все определения личности так или иначе обусловливаются двумя противоположными взглядами на ее развитие. С точки зрения одних, каждая личность формируется и развивается в соответствии с ее врожденными качествами способностями, а социальное окружение при этом играет весьма незначительную роль. Представители другой точки зрения полностью отвергают врожденные внутренние черты и способности личности, считая, что личность — это некоторый продукт, полностью формируемый ходе социального опыта. Очевидно, что это крайние точки зрения процесс формирования личности. В своем анализе мы, конечно, должны учитывать как биологические особенности личности, так и ее социальный опыт: 1) биологическая наследственность; 2) физическое окружение; 3) культура; 4) групповой опыт; 5) уникальный индивидуальный опыт. Вместе с тем практика показывает, что социальные факторы формирования личности более весомы.

Cоциология изучает феномен человеческого поведения. Этим термином в науке связывается активность, система действий, которая состоит в адаптации, в приспособлении к уже имеющейся наличной среде, притом у животных только к природной, а у человека — и к социальной. Эта адаптация осуществляется на основе определенных биологически или социально заданных программ, исходные основания которых не подвергаются пересмотру или перестройке. Типичным примером социального поведения является, скажем, адаптация, приспособление к окружающей социальной среде путём следования принятым в этой среде обычаям, правилам и нормам.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Поделитесь с Вашими друзьями:

Классические теории, оказавшие наибольшее влияние

на современную социологию: социологизм Э. Дюркгейма

и понимающая социология М. Вебера

 Понятие социального факта в социологии Э. Дюркгейма

 Метод исследования социальных фактов

 Метод и основные понятия социологии М. Вебера

 Теория происхождения капитализма М. Вебера

Основатель «французской социологической школы» Эмиль Дюркгейм (1858—1917) называл себя рационалистом, а не позитивистом, поскольку не разделял ряд философских и теоретических утверждений О. Конта и Г. Спенсера, хотя и опирался на их идеи. Он считал возможным задавать вопрос «Почему?», не признавал закон трех стадий О. Конта, по-новому оценивал роль разделения труда в развитии общества. Тем не менее его теорию можно охарактеризовать как позитивистскую, поскольку методологически он ориентировался на образец естественных наук. Позитивизм Э. Дюркгейма принято называть «социологизмом». Основные работы: «О разделении общественного труда» (1893), «Метод социологии» (1895), «Самоубийство» (1897), «Элементарные формы религиозной жизни» (1912).

В основе методологии Э.Дюркгейма лежит понятие о социальном факте как всяком способе действий, существующим независимо от индивидов и способном оказывать на них внешнее принуждение. К социальным фактам Э. Дюркгейм относит «коллективные представления» — фольклор, религиозные верования, профессиональные обычаи, нравы, юридические нормы, моду, язык и другие социально-культурные нормы, принадлежащие какой-либо длительно существующей социальной группе; «социальные течения» — настроения и поступки кратковременных масс людей, например, толпы; «социальную морфологию» — структурное устройство общества, число и характер составляющих его групп, распределение населения по территории, число и характер путей сообщения. Статистические обобщения — это тоже социальные факты. Общество — это особая, первичная по отношению к индивидам и не сводимая к индивидуальным проявлениям реальность, а социальные факты — это ее характеристики. Основное метологическое правило — рассматривать социальные факты «как вещи», т. е. как нечто объективное. Нельзя заменять наблюдение фактов изучением соответствующих метафизических или обыденных понятий. Каждый факт следует четко определить, т. е. перечислить внешние признаки, согласно которым каждое явление будет отнесено, либо не будет отнесено к данному факту. Например, самоубийство Э. Дюркгейм определяет как «каждый смертный случай, который непосредственно или опосредованно является результатом положительного или отрицательного поступка, совершенного самим пострадавшим, если этот последний знал об ожидавших его результатах». Внутренние мотивы не включаются в определение, поскольку не могут быть зафиксированы внешним образом. Более того, индивидуальная психология вообще не имеет отношения к изучению фактов, поскольку они надиндивидуальны. Социальные факты следует объяснять не индивидуальными мотивами, а другими социальными фактами. Если социальные факты определены, их можно исследовать статистически, например методом сопутствующих изменений. Если изменения одного факта соответствуют изменениям другого, это свидетельствует о наличии причинно-следственной связи. С точки зрения Э. Дюркгейма, какой-либо одной конкретной причине может соответствовать только одно конкретное следствие, а у каждого определенного факта может быть только одна причина. Так, существуют три основных социальных причины самоубийств: недостаточная солидарность общества; чрезмерная солидарность общества; аномичное, т. е. ненормальное, кризисное состояние общества. Соответственно, выделяются три различных типа самоубийств: эгоистическое, альтруистическое и аномичное. Процент эгоистических самоубийств выше, например, в протестантских обществах, где солидарность менее выражена, чем в католических обществах, где доминируют альтруистические самоубийства. Солидарность, как понятие нравственное, тоже требует уточнения посредством некоторых внешних признаков. Одними из важнейших таких признаков для Э. Дюркгейма являются число юридических правил, отражающих связи людей друг с другом и с обществом в целом, и тип права. Право может быть репрессивным, т. е. делающим акцент на наказании за нарушение норм, либо реститутивным, т. е. восстанавливающим требуемый порядок вещей. Первый тип права наблюдается по преимуществу в обществах с механической солидарностью, основанной на сходствах функций членов общества и внешнем принуждении. Второй тип права доминирует в обществах с органической солидарностью, основанной на различиях функций и связанной с этим взаимной зависимости. В основе развития обществ и перехода от механической к органической солидарности лежит факт общественного разделения труда.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Качество – это философское понятие, определяющее способность изделия / услуги гарантированно выполнять заложенные в него функции.

Качество, как философское понятие, возникло с момента изготовления первобытным человеком каменных орудий труда и умения ими пользоваться. Но не каждый камень удовлетворял потребностям первобытного человека при изготовлении каменных ножей, наконечников стрел или копий. Камень должен был скалываться или расслаиваться с образованием острой режущей кромкой и сам по себе должен быть достаточно твердым. И такими камнями оказались кремень и обсидиан. Появились первые требования к качеству каменного оружия, появилось понятие «Стандартизация». Но появилось и понятие «Метрология». Необходимо было измерять длину ножа, размеры наконечника стрелы или копья, остроту режущей кромки. Качество режущей кромки, способность наконечника стрелы или копья пробивать шкуру животных и глубоко проникать в мышечную ткань, необходимо было оценивать и сравнивать, особенно при товарном обмене с другими группами людей. Появилось понятие «Сертификация». Конечно, первобытный человек не пользовался этими понятиями, но он их постоянно применял в своей жизни. У каждого индивидуального изготовителя каменного оружия или орудий труда были свои представления о качестве и свои секреты в технологии их изготовления.

Прошли века, появилось медное и бронзовое оружие, затем настал век железа, но понятия качество, стандартизация, метрология и сертификация не только остались в жизни человечества, но и конкретизировались. Появились рецептуры при изготовлении различных сплавов, секретные стандарты изготовления булатных и дамасских сталей, стандарты изготовления крепких кольчуг и доспехов. Расширились и метрологические методы их испытаний. Да и требования к сертификации подобных изделий стали вполне серьезными: необходимо было иметь «Подтверждение соответствия» в том, что они отвечают требованиям соответствующим средневековым стандартам и могут обеспечить защиту потребителю. От этого часто зависела и сама жизнь человека.

Но настоящее развитие понятие «Качество» получило с возникновения паровых машин. С развитием серийного производства паровых машин и механизмов остро стал вопрос повторяемости деталей, из которых они собирались. Стандартизировались требования к «Допускам и посадкам». Ужесточился метрологический контроль изготавливаемых деталей, узлов и изделий в целом.

В Росси царь Петр I ввел сертификационные испытания каждого типа огнестрельного оружия. Из партии пушек или ружей выбиралось одно и, на полигоне завода, из него выстреливали до полного того разрушения.

К настоящему времени глубокое развитие получили самостоятельные составляющие «Качества»: «Стандартизация», «Метрология», «Подтверждение соответствия». Их действия базируются на Законах Республики Беларусь: «О техническом нормировании и стандартизации», «Об обеспечении единства измерений», «Об оценке соответствия требованиям технических нормативных правовых актов в области технического нормирования и стандартизации», на других Законах и ТНПА.

Качество в своем развитии также претерпело глубокие изменения. До 80 г.г. прошлого века под понятием «Качество» понимались действия, направленные только на выпуск качественных изделий. В 1900 – 1920 г.г. вводилась система Тейлора – разрабатывались теория надежности, планирование эксперимента. В 1920 – 1950 г.г. внедрялась классическая школа менеджмента. В СССР: БИП, КАНАРСПИ, НОРМ, КС УКП и др. В 1950 – 1980 г.г. появилась матричная организационная структура. Системный, ситуационный и поведенческий подходы в области качества.

И только с 1980 года появился отраслевой менеджмент: финансовый, персональный, в проектировании, инновационный, в маркетинге, в производстве, направленный не на качество конкретного изделия, а на качество управления всей организацией в целом, в том числе и на производство качественной продукции / услуг. Появилась система менеджмента качеств (СМК) – система управления качеством организации в целом, от управления качеством работы директора, до управления качеством работы уборщицы.

Современная СМК Республики Беларусь базируется на Законах Республики Беларусь в области качества и международных стандартах, входящих в семейство ISO 9000.

«Качество», «Стандартизация», «Метрология» и «Подтверждение соответствия» стали одним из разделов современной науки.

Наука о качестве носит название «Квалитология», которая включает в себя взаимодействующие друг с другом составные части: Теория качества, Теория управления качеством; Метрология; Квалиметрия

В последующих разделах будут рассмотрены современные требования, предъявляемые к «Управлению качеством».

В конце каждого Модуля дается перечень используемой литературы

Поделитесь с Вашими друзьями:

Философия. Тезисы лекций.

Лекция первая. Вводная лекция……………………………………………………………….1

Лекция вторая. Античная философия…………………………………………………………3

Лекция третья. Философия эпохи Нового времени………………………………………….6

Лекция четвертая. Исходные философские категории………………………………………8

Лекция пятая. Уровни организации и формы движения материи………………………….9

Лекция шестая. Проблема сознания…………………………………………………………10

Лекция седьмая. Диалектика…………………………………………………………………12

Лекция восьмая. Познание……………………………………………………………………15

Лекция девятая: Социальная философия…………………………………………………….17

Лекция первая. Вводная лекция.

1. Предпосылки философии.

2. Философия как форма мировоззрения

3. Предмет философии.

4. Структура философского знания.

5. Классификация философских теорий.

1. 
   Предпосылки философии.
   

По вопросу об источниках возник­новения философии существуют три основные концепции в ис­тории философии.

Первая – мифогенная – считает единствен­ным источником происхождения философии предфилософский миф. Наиболее видными представителями данной концепции и истории философии являются Г. В. Ф. Гегель и А.Ф. Лосев.

Вторая концепция – сциентистская – рассматривает в качестве единственного источника происхождения философии предфилософское, конкретное, научное знание. Систематизация этого знания, увеличение его объема и организованности приводит к возникновению философии.

Согласно третьей – гносеомифогенной концепции, причина генезиса философии представляет собой противоречие между нерациональным мифологическим мировоззрением и зачатками научного мышления. Философия возникает как распространение методов научного мышления, которое стремится открыть неявные существенные связи и отношения в узкой области специального знания на все мироздание.

2. Философия как форма мировоззрения

Мировоззрение – это совокупность взглядов и убеждений, оценок и норм, идеалов и установок, которые определяют отношение человека к миру и, являясь ориентирами в его повседневной жизни, выполняют регулятивную функцию.

Теоретической основой мировоззрения является философия.

Критериями научного знания как продукта научной деятельности являются систематизированность, непротиворечивость, доказательность, интерсубъективность, опытная проверяемость, воспроизводимость. Науку можно определить как «наблюдение, классификацию, описание, экспериментальные ис­следования и теоретическое объяснение естественных явлений».

Если исходить из выработанных филосо­фией науки XX в. критериев научности, то можно сказать, что фи­лософия не является наукой, так как большая часть философских утверждений эмпирически непроверяема и неопровержима. Но, в то же время если под наукой иметь в виду методически организованное мышление, то философия бесспорно является гуманитарной наукой, специфика которой состоит в соотнесе­нии различных способов видения объектов.

Философия обогащает наше интеллектуальное воображение и уменьшает догматиче­скую уверенность, мешающую заниматься творчеством.

3. Предмет философии.

Предметом философии является та область духовной деятельности человека, в основании которой лежит рефлексия над самой деятельностью и, следовательно, над ее смыслом, целью и формами и в конечном счете над выяснением сущности самого человека как субъекта культуры, то есть сущностных отношений человека к миру.

Факт – достоверное знание о предмете познания, характеризующее его многообразие.

Основная особенность философских фактов состоит в том, что каждый из них характеризует мир в целом, при этом в современное время философия обобщает и те факты, которые изучаются в фундаментальных и прикладных науках.

Проблемы – множество вопросов, которые не решены к настоящему времени.

Специфика философских проблем заключается в том, что они являются вечными, т.е. заново решаются последующими поколениями.

4. Структура философского знания.

Многочисленные философские проблемы можно распределить по нескольким разделам, составляющим дисциплинарную структуру философии и лишний раз подтверждающим справедливость предложенного определения предмета философии:

• 
  онтология — учение о бытии, о сущем, о существовании;
  

• 
  аксиология — учение о ценностях и ценностных ориентирах;
  

• 
  гносеология — учение о познании;
  

• 
  эпистемология — учение о знании
  

• 
  логика — учение о формах мышления;
  

• 
  этика — учение о происхождении и функционировании моральных норм;
  

• 
  эстетика — учение о формах чувственного восприятия мира;
  

• 
  социальная философия — учение об обществе;
  

• 
  история философии — история философских учений.
  

К философским дисциплинам относят также антропологию, культурологию, этнологию и многие другие.

5. Классификация философских теорий.

В соответствии с тем, как философы отвечают на основной вопрос философии, они могут быть отнесены к одному из направлений философской мысли.

Те, кто считал, что первична материя, природное начало, составили лагерь материализма в таких сменявших одна другую формах, как натуралистический материализм античности; метафизический материализм средневековья, механистический материализм нового времени и диалектический материализм XIX – XX веков.

По имени крупнейшего материалиста Древней Греции материализм называют линией Демокрита в философии.

Те, кто решал основной вопрос философии в пользу сознания, идеального начала, духовной сущности мира, составили лагерь идеализма в таких его формах, как объективный идеализм, утверждавший существование духовной сущности вне человека и природы в виде мирового разума, космической души, абсолютной идеи и тому подобного; и субъективный идеализм, полагавший первичным и в смысле существования, и в смысле познания сознание самого человека.

По имени крупнейшего идеалиста Древней Греции идеализм называют линией Платона в философии, а субъективный идеализм связывают с именем его первого представителя – английского философа XVII века Джорджа Беркли.

Варианты решения как первой, так и второй стороны основного вопроса философии представляют собой основные типы философских построений, а частные решения в рамках каждого из типов решений составляют дальнейшую классификацию философских теорий.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Лекция 1. Агенты социальной мобильности. Виды социальной мобильности. Мобильность в советском и постсоветском обществе. Каналы мобильности в российском обществе. Закрытость и открытость российского общества. Две волны маргинализации в России.

Виды социальной мобильности.

Социальная мобильность — это перемещение индивидов или их групп между различными уровнями социальной иерархии, определяемой с точки зрения широких профессиональных или социально-классовых категорий. Т. е. мобильность — это изменение места в социальном пространстве.

Начало изучению явления социальной мобильности положил П.А.Сорокин. Он рассматривал данный процесс как выполнение жизненной социальной функции.

Основными характеристиками социальной мобильности выступают: направление, разновидность и направленность. В зависимости от различного сочетания этих характеристик выделяют следующие виды и типы мобильности.

Основными видами социальной мобильности являются:

1. межпоколенная (интергенерационная, межгенерационная) — это изменение положения в социальном пространстве индивида по сравнению со статусом родителей;

2. внутрипоколенная (интрагенерационная) — это сравнение позиций, занимаемых одним и тем же индивидом в разные моменты трудовой жизни.

Основными типами мобильности являются:

1. вертикальная — перемещение из одной страты в другую. Может быть восходящей или нисходящей. Как правило, восходящая мобильность, связанная с повышением социального статуса, доходов, является добровольной, а нисходящая — вынужденной;

2. горизонтальная — переход индивида из одной социальной группы в другую, расположенную на том же уровне социального пространства. Как разновидность выделяют географическую мобильность — перемещение из одного места в другое при сохранении прежнего статуса. Если подобное перемещение сопровождается переменой статуса, то говорят о миграции.

Виды социальной мобильности можно выделить и по другим критериям:

1. по дальности: мобильность небольшой дальности (между смежными иерархическими уровнями) и большой дальности (между отдаленными уровнями);

2. по количественному показателю: индивидуальная и групповая;

3. по степени организованности:

а) стихийная (например, перемещение с целью заработка жителей ближнего зарубежья в крупные города России);

б) организованная, которая управляется государством. Может проводиться с согласия людей (например, перемещение в советское время молодёжи на комсомольские стройки) и без их согласия (депортация народов);

в) близко к перечисленным видам мобильности прилегает структурная мобильность. Её причина — изменения в структуре народного хозяйства, происходящие помимо воли и сознания людей (появление новых отраслей промышленности и, соответственно, новых профессий, статусов).

Изучение социальной мобильности производится с помощью двух систем показателей. В первой в качестве единицы счета выступает индивид. Основными показателями выступают объем мобильности (абсолютный и относительный, совокупный и дифференцированный) и степень мобильности.

Объем мобильности показывает число индивидов, которые переместились по социальной лестнице в вертикальном направлении за определенный промежуток времени. Степень мобильности определяется двумя факторами: диапазоном мобильности (количество статусов в данном обществе) и условиями, которые позволяют людям перемещаться. Так максимум мобильности всегда наблюдается в обществе в период каких-либо социальных и экономических преобразований (эпоха Петра Великого, советское общество в 30-е гг., российское общество в 90-х гг.). Степень мобильности зависит также от исторического типа стратификации (кастовая, сословная, классовая).

Во второй единицей отсчета служит статус. В данном случае объем мобильности (количество людей изменивших свой статус) описывает её направление. Мерой мобильности выступает шаг мобильности (дистанция), который показывает количество ступенек, на которые переместился индивид в вертикальном направлении. Может быть межпоколенным и внутрипоколенным («социальная карьера»), межклассовым и внутриклассовым.

Выделим факторы, определяющие социальную мобильность в обществе: исторический тип стратификации, состояние экономики, степень её развитости, социальная обстановка в стране, идеология, традиции, религия, образование, воспитание, семья, место жительства, индивидуальные особенности человека (талант, способности).

П.А.Сорокин разработал теорию каналов вертикальной мобильности. В качестве подобных каналов выступают социальные институты: семья, школа, армия, церковь, собственность. Причем семья и школа являются одним из самых главных механизмов социального отбора, определения и наследования статуса. Советское общество одним из самых мобильных, так как доступное все слоям бесплатное образование открывало перед каждым возможности продвижения.

Можно выделить следующие общие закономерности социальной мобильности:

1. в периоды серьезных изменений в обществе появляются группы с ускоренной моделью мобильности («красные директора» в 30-е гг.). Фактор происхождения (место рождения, социальный статус семьи) играет меньшую роль;

2. общее направление межпоколенной мобильности молодежи — из группы работников физического труда в группу работников умственного труда;

3. чем выше социальный статус родителей, тем чаще профессия передается по наследству, и наоборот.

Мобильность в советском и постсоветском обществе.

Как и в случае многих других западных теорий, траектория восприятия концепта социальной мобильности проходила через первоначальный этап жесткой критики. Вместе с тем именно критика закладывала пути и возможности для ознакомления с основными постулатами и возможностями работ Сорокина. В данном случае значение имели не столько критические аргументы, поскольку они были достаточно стандартными, сколько реальное знакомство с содержанием, без которого не было бы возможно дальнейшее использование этих идей. Собственно, и работы Сорокина, и других западных социологов, работающих над проблематикой социальной мобильности, были маркированы как «буржуазные», что потребовало в первую очередь развенчания их буржуазной сущности.

Соответственно сторонники этой теории обвинялись в попытках представить социальное продвижение в качестве важнейшего средства улучшения социального положения каждого работника в капиталистическом производстве.

Естественно, магистральной линией критики теории социальной мобильности стало игнорирование марксистского подхода, что, впрочем, абсолютно верно соответствует интенциям Сорокина. Из этого вытекало и противоречивое отношение к еще одному важнейшему положению теории социальной мобильности – о наличии социальной иерархии в обществе, обусловливающей вертикальную мобильность. Признание существования ярко выраженной социальной иерархии в капиталистическом обществе наталкивалось на серьезные трудности при переносе на общество социалистическое.

Видение общества как разделенного на классы, различия между которыми будут стираться на пути построения коммунизма, также препятствовало принятию и той части теории социальной мобильности, в которой речь шла о перемещениях по социальной лестнице групп людей. Советские социологи признавали, что в социалистическом обществе могут происходить перемещения в социальном пространстве только индивидов, соответственно речь могла идти только о социальных перемещениях. Поэтому в советской социологической науке понятие «социальные перемещения» длительное время использовалось как заменитель термина «социальная мобильность», созданного в рамках буржуазной теории и требующего дополнительных процедур адаптации при применении в исследованиях социалистического общества.

Уже ко второй половине 1980-х гг. проблематика социальной мобильности стала «нормализованной» для советских ученых и достаточно широко разрабатывалась. Основное внимание при этом уделялось изучению молодежи, соотношения ее ценностей и ориентаций с реальными возможностями для реализации профессиональных устремлений. Естественно, выводы о существовании каких-либо пределов для свободы жизненной реализации сопровождались указанием на их ограниченный и временный характер, и задачей социологов становилось нахождение барьеров, которые еще не были ликвидированы в советском обществе. Одним из аспектов критики западных социологов являлось сведение социальной мобильности к профессиональной. Однако это было справедливо и относительно советских ученых, поскольку они затрагивали лишь трудовую мобильность. Базировались все эти работы на принципах классового подхода, «поскольку общая тенденция развития социологических исследований и их теоретического обобщения с конца 50-х гг. состояла в том, чтобы, опираясь на теорию классов, разработать концепцию стратификации применительно к реально существующему, находящемуся в процессе развития, советскому обществу».

Развал Советского Союза и стремительная трансформация структуры общества резко оживили интерес к проблематике социальной мобильности.

Закрытые ранее темы стали интенсивно разрабатываться. Так, вопрос о механизмах формирования правящего класса в советском обществе стал предметом специального рассмотрения В.А. Борисовым. Несмотря на то, что название работы («Социальная мобильность в Советской России») ориентирует на более широкий характер процессов социальной мобильности, здесь в первую очередь рассматривается именно проблема создания советской бюрократии. Российский социолог выделяет несколько специфических каналов социальной мобильности, которые возникли в Советском Союзе: использование «выдвиженцев» (новой когорты интеллигенции, ранее оттесненной на другой план), появление народной интеллигенции из рабочих и крестьян, интенсификация мобильности через применение репрессий. Автор утверждает, что в советском обществе существовал всего лишь один-единственный канал социальной мобильности, находившийся под жестким контролем партии, и тот уже в брежневский период был практически заблокирован, что угрожало жизнеспособности всей общественной системы.

Для ученых с постсоветского пространства овладение этой сложнейшей технологией измерений не стало приоритетным. Обзор основных методологических наработок западных социологов в измерении социальной мобильности (конструирование шкалы мобильности, выбор метода обработки данных, проблемы интерпретации данных) предложила своей работе она остановилась на репрезентации уже ставших классическими подходов, не выходя на цели их адаптации к специфическому социокультурному контексту.

В России были попытки разработать методологические основания для измерения социальной мобильности. Опираясь на теорию Сорокина, в которой в социальном пространстве описываются три основных измерения – экономическое, политическое и профессиональное, российский социолог предложил выделить в каждом из них базовые показатели, которые в дальнейшем могут использоваться в эмпирических исследованиях. Так, экономическое положение индивида или страты можно измерять по: а) доходу, который определяется как сумма средств, получаемая объектом измерения в единицу времени; б) отношению к собственности, которая будет представлять порядковую шкалу, на нижнем конце которой зафиксировано положение наемного работника, а на верхнем – позиция безраздельного собственника; в) роли в организации труда, т. е. в иерархии управленческой деятельности.

Для измерения политического подпространства использовать следующие переменные и шкалы: а) ранг государственной иерархии, представляющий собой порядковую шкалу от статуса рядового избирателя до реального главы государства; б) партийную принадлежность (хотя в данном случае существуют серьезные проблемы с разработкой координатной оси партийной принадлежности, поскольку иерархия партий выстраивается по многочисленным основаниям); в) ранг партийной иерархии (фиксация уровня престижа индивида в рамках той политической партии, к которой он принадлежит). И наконец, для измерения профессионального статуса предлагаются следующие переменные: а) образование (которое прямо измеряется количеством лет, затраченным индивидом на получение формального образования); б) квалификация (порядковая шкала, на которой зафиксированы отметки, характеризующие официально признанную степень мастерства); в) ранг профессии, под которым подразумевается престиж конкретной профессиональной деятельности в данном социуме для данного времени. Вместе с тем выделение девяти переменных делает крайне сложным и измерение мобильности, и составление общей модели социального пространства.

Гораздо более простая эмпирическая модель измерения социальной мобильности была опробована М.Н. Реутовой для изучения направления и

интенсивности межпоколенной мобильности молодежи. Следует сразу оговориться, что она рассматривает исключительно межпоколенные социальные перемещения, где анализировались различия в социальном статусе по гендерным линиям: «отцы – сыновья», «матери – дочери».

Таким образом, были разработаны четыре показателя, характеризующие основные направления межпоколенной мобильности: 1) общая интенсивность (степень отклонения статуса детей от статуса родителей); 2) интенсивность восходящей межпоколенной мобильности, где вычисляется соотношение молодых людей, получивших более высокий профессиональный или образовательный статус по сравнению со статусом родителей; 3) интенсивность нисходящей межпоколенной мобильности (более низкий статус) и 4) нулевая интенсивность, характеризующая воспроизводство социального статуса родителей или приобретение молодыми людьми социальных статусов, условно адекватных родительским.

Это яркий пример, свидетельствующий о более общей тенденции, распространенной в постсоветской социологии. В эмпирических исследованиях учитывать сложный комплекс из множества переменных становится проблематичным, поэтому на практике социологи все же прибегают к редукции социального пространства, обычно останавливаясь на таких показателях, как доход, престиж профессий и образование. Практически не используется по литическое подпространство во многом из-за того, что партийная система в странах бывшего Советского Союза функционирует в режиме, далеком от идеалов либеральной демократии.

Вместо наращивания сложности измерений проблематика социальной мобильности в постсоветском пространстве стала изучаться в ином аспекте, в соотношении с ценностями, установками и идеалами, которые трансформируются при изменениях социального положения индивидов.

Распад коммунистической идеологии и структурообразующих принципов советского общества привел к резкому слому сложившихся социальных отношений, в постсоветском пространстве на руинах прежней системы начали формироваться новые формы социальных и культурных иерархий. Поскольку социологи традиционно оценивают социальную структуру с учетом нескольких критериев, где «объективные» социально-экономические показатели дополняются «субъективными» оценками престижа, то исследователи социальной мобильности в начале 1990-х гг. столкнулись с очень сложными задачами. Измерять перемещение по ступенькам социальной иерархии в стабильном обществе гораздо проще, чем в таком пространстве, где масштаб изменений тотален, темп быстр, а перспективы неясны. Традиционные методы измерения социальной мобильности малопригодны в условиях, тем, что различные критерии формирования социальной структуры имеют и разную скорость изменений, и темп адаптации субъективных оценок к ситуации трансформации значительно запаздывает. Соответственно многие социальные группы резко утратили свои позиции по социально-экономическим показателям (уровень зарплат и т. п.), тогда как уровень социального престижа этих групп снижался с гораздо более медленной скоростью.

Можно отметить и очевидные различия в судьбе этого понятия в западной и постсоветской социологии. Если западные ученые (в первую очередь американские) увлеклись задачами усовершенствования технологии измерения социальных перемещений, все более уходя в дебри математических тонкостей, то данный методологический аппарат оказался практически не востребован учеными из стран бывшего Советского Союза. Вместо «жесткой» версии изучения социальной мобильности, когда акцент ставится на надежность получения и интерпретацию данных, более востребованной оказалась «мягкая» гуманитарная версия, изучающая изменения в ориентациях, мировоззренческих установках, адаптивных стратегиях, жизненных стилях, которые вызывает перемещение вверх или вниз по социальной лестнице.

Для ученых с постсоветского пространства по-прежнему актуальной остается задача более полной интеграции в международное научное поле.

Каналы мобильности в российском обществе.

Важной характеристикой советского общества был жесткий контроль за каналами вертикальной мобильности. Допуская некоторую свободу движения на начальных стадиях карьеры, система контроля становилась тем жестче, чем ближе «карьерист» продвигался к высокостатусным позициям. Продвижение определялось решением «вышестоящих и контролирующих инстанций». Система мобильности советского образца не содержала внутренних механизмов регуляции: социальное движение оживлялось только в ситуациях внешних напряжений, перетасовывавших элитные группы. В этом смысле репрессии являлись необходимым элементом функционирования всей системы мобильности в целом.

Вступление советского общества в фазу «мирной жизни» привело к практически полной остановке вертикальной мобильности. Словечко «застой» в этом смысле очень точно. Изменения, начавшиеся в 1985 г., породили всплеск надежд, связанных с возможностью индивидуального достижения. В массовом сознании начинавшиеся реформы были тесно связаны с возможностью изменить свою жизненную ситуацию личным усилием, в первую очередь улучшить материальное положение. И, как казалось в конце 80-х -начале 90-х, такие возможности стали открываться. Конец 80-х — тот короткий период времени, когда свобода начать новую деятельность была максимальна, причем начатое приносило отдачу быстро.

Новые возможности оказались доступны далеко не всем социальным группам. Реформы в той форме, в которой они имели место, создали возможность реализации достижимых установок для ограниченного круга социальных акторов в немногих точках социального пространства. Это прежде всего крупные города и те сферы деятельности, адресатом (а, значит, и инвестором) которых выступали негосударственные структуры.

Восходящая мобильность оказалась возможна только в тех зонах социокультурного пространства, где разблокированность индивидуальной инициативы была максимальной. Но и в этих сферах жалобы на то, что «все схвачено» (читай — жесткий контроль за каналами мобильности со стороны бюрократических и криминальных структур), последнее время все слышнее.

Поманившие в начале перестройки возможности «хороших заработков» сменились противоположными тенденциями с началом реальных экономических реформ. Для большей части населения, по-прежнему зависящей от государственного бюджета, началось медленное «проседание».

Возможность проявлять инициативу появилась у каждого третьего работающего. Однако эта возможность мало влияет на размер оплаты: число тех, кто полагает, что ему открылись возможности увеличить заработок, в полтора раза меньше. При этом увеличение заработков не всегда дает чувство улучшившегося благосостояния — дополнительно зарабатываемые суммы слишком низки и нестабильны для этого.

Система социальных санкций, поощряющих инициативу, не сложилась. Динамика доходов самым тесным образом связана с представлением о собственной позиции на шкале социальных статусов. Субъективный статус – кумулятивный показатель, однако именно доход является решающим фактором при оценке респондентами своей позиции в социальной иерархии.

Закрытость и открытость российского общества.

В молодом, быстро развивающемся обществе вертикальная мобильность идёт очень интенсивно. Россия эпохи Петра I, Советская Россия в 20-30е годы, Россия эпохи перестройка (90-е годы ХХ века) — примеры подобного общества. Выходцы из низших классов благодаря счастливым обстоятельствам, трудолюбию или изворотливости, быстро продвигаются наверх. Здесь для них уготовлено множество вакансий. Но вот все места заполнились, и движение вверх замедляется. Новый класс богачей загораживается от общества множеством социальных барьеров. Попасть в него теперь неимоверно сложно. Социальная группа закрылась.

По мнению западных учёных, только в период индустриализации СССР был открытым обществом — в связи с острой нехваткой управленческих кадров. Тогда в СССР все люди имели равное исходное положение и равные шансы на социальное восхождение. Страна воздала систему массовой подготовки специалистов. Позже потребности в кадрах были удовлетворены даже с некоторым запасом: люди с высшим образованием стали занимать рабочие места. Появились рабочие-интеллигенты.

Советские философы выдали это за очередное достижение социализма. В «застойный» период, т.е. в 70-80е годы, начинается саморекрутирование социальных слоёв. Общество стабилизировалось, вертикальная мобильность ослабла, система стала закрываться, социальные слои стали преимущественно заполняться за свой счёт: дети рабочих становились рабочими, дети служащих — служащими.

Данные социологических исследований демонстрируют высокую степень «закрытости» в российском обществе даже группы рабочих. С 1986г. она пополнялась главным образом за счёт выпускников ПТУ и других аналогичных учебных заведений. Группа работников сферы обслуживания также пополнялась за счёт учащихся, рабочих и специалистов с дипломом. В этом тоже сказываются традиции советской эпохи.

1989 год знаменательный период в развитии российского общества. Именно в этом году стало очевидно для большинства людей, что если ты не успеешь немедленно обогатиться, то окажешься на социальном дне. После начала перестройки 1985г. большинство выжидало, им говорили: «Высказывайте свои мысли свободно». Но народ боялся: а вдруг внесут в чёрный список и, как в 1937г., подведут под статью. Им говорили: «Обогащайтесь!» Но большинство помнило нэп и то, что с ним в начале 30-х годов сделали. Но в 1989 году стало совершенно ясно, что пути назад нет, и на страну нагрянул капитализм.

С 1989 по 1994г. в российском обществе произошли все главные события. Население не смогло устремиться по пути обогащения: в «осадок» выпали пенсионеры, дети, многосемейные, малоимущие, инвалиды, интеллигенция, активный период социализации у которых пришёлся на советский период, и которая усвоила, что обогащение безнравственно. За бортом оказались чуть ли не все жители моногородов (военно-промышленных, научных и т.д.), малых и отчасти средних городов, где рынок труда оказался чрезвычайно узким, и устроиться на работу стало невозможно, особенно если единственное в городе предприятие закрылось.

Вперёд же вырвались три группы населения, которые к моменту финиша (линия старта — 1989г.) составили класс «новых русских»: 15% — криминалитет (те, кто ещё при советской власти занимался подпольным бизнесом и сколотил состояние), 70% — номенклатура (те, кто в нужное время оказался на нужном месте и участвовал в разделе «общественного пирога»), 15% — «разночинцы» (представители разных групп — от инженера научно-исследовательского института до преподавателя ВУЗа).

В 1994 году происходит ещё одно знаменательное событие — закрытие высшего класса. Он создаёт законы, частные клубы, привилегированные школы «под себя». В основном и целом его ряды укомплектовались, а вся общественная собственность поделена между мощными группировками и кланами. То, что осталось неподеленным, уже заранее распределено между ними. Между «социальным дном», которое, подобно воде в котле, постоянно нагревается пламенем нужды и бедности, и крышкой социального котла мечется особый слой наиболее нагретых частиц — «челноки», будущий средний класс, а сейчас формирующаяся мелкая буржуазия. Она экономически активна, но политически бесправна, так как крупная буржуазия принимает законы (да и то в отчаянной борьбе с силами старого порядка) «под себя». Она сама ещё крепко не встала на ноги.

Создать нечто «под себя» — означает закрыть крышку котла и никого к себе не пускать. На научном языке это именуется социальной клаузулой (социальным закрытием высшего класса).

Подобное наблюдается практически во всех обществах в большей или меньше степени. Находящаяся в неупорядоченном броуновском движении мелкая буржуазия вносит динамизм и неустойчивость: скопив капиталец, «челнок» отправляется за покупками в дальнее и ближнее зарубежье, а по возвращении его обирают таможенники, чиновники, рэкетиры. Тех, кто попытался немного обогатиться и протиснуться в высший класс, на подходе к нему «отстреливают, так как чем ближе к закрытой крышке котла, тем выше конкуренция, слаще доля пирога, лучше виды на будущее.

Вместе с тем открыт доступ в сельский и городской средний класс. Прослойка фермеров крайне незначительна и не превышает 1%. Средние городские слои ещё не сформировались. Но их пополнение зависит от того, как скоро «новые русские» и руководство страны будут оплачивать квалифицированный умственный труд не по прожиточному минимуму, а по его рыночной цене.

Две волны маргинализации в России.

Россия пережила минимум две крупные волны маргинализации. Первая наступила после революции 1917 г. Из социальной структуры насильственно были выбиты два класса – дворянство и буржуазия, входившие в элиту общества. Новая пролетарская элита стала формироваться из низших классов. Красными директорами и министрами в одночасье стали рабочие и крестьяне. Минуя обычную для стабильного общества траекторию социального восхождения через средний класс, они перескочили одну ступеньку и не попали бы в будущем.

По существу, они оказались теми, кого можно назвать восходящими маргиналами. Они оторвались от одного класса, но не стали полноценными, как это требуется в цивилизованном обществе, представителями нового высшего класса. У пролетариев сохранились прежние манеры поведения, ценности, язык, культурные обычаи, свойственные низам общества, хотя они искренне старались приобщиться к художественным ценностям высокой культуры, обучались грамоте, ходили в культпоходы, посещали театры и агитационные студии.

Путь «из грязи в князи» сохранился вплоть до начала 70-х годов, когда советские социологи впервые установили, что все классы и слои нашего общества теперь воспроизводятся на собственной основе, т.е. только за счет представителей своего класса. Так продолжалось всего два десятилетия, которые можно считать периодом стабилизации советского общества и отсутствия массовой маргинализации.

Вторая волна наступила в начале 90-х годов и также в результате качественных изменений социальной структуры российского общества.

Возвратное движение общества о социализма к капитализму привело к радикальным изменениям в социальной структуре. Элита общества сформировалась их трех пополнений: криминалитета, номенклатуры и «разночинцев». Определенная часть элиты пополнилась из представителей низшего класса: бритоголовые прислужники российских мафиози, многочисленные рэкетиры и оргпреступники часто являли собой бывших пэтэушников и недоучек. Эпоха первоначального накопления, ранняя фаза капитализма, вызвала к жизни брожение по всех слоях общества. Путь к обогащению в этот период, как правило, лежит вне правового пространства. Среди первых начали обогащаться и те, кто не имел высокого образования, высокой нравственности, но вполне олицетворял «дикий капитализм».

В элиту вошли, кроме представителей низов, «разночинцы», т.е. выходцы из разных групп среднего советского класса и интеллигенции, а также номенклатура, которая в нужное время оказалась в нужном месте, а именно у рычагов власти, когда предстояло делить общенародную собственность. Напротив, преобладающая часть среднего класса совершила нисходящую мобильность и пополнила ряды бедных. В отличие от старых бедных, существующих в любом обществе, эту часть называют «новыми бедными». Они влияют специфическую черту России. Такой категории бедных нет ни в Бразилии, ни в США, ни в какой иной стране мира. Первая отличительна черта – высокий уровень образования. Учителя, преподаватели, инженеры, врачи и другие категории бюджетников оказались среди бедных только по экономическому критерию – доходам. Но они не являются таковыми по другим, более важным критериям, связанным с образованием, культурой и уровнем жизни. В отличие от старых, хронических бедных «новые бедные» — временная категория. При любом изменении экономической ситуации в стране в лучшую сторону они готовы моментально вернуться в средний класс. И детям они стараются дать высшее образование, привить ценности элиты общества, а не «социального дна». Таким образом, радикальные изменения социальной структуры российского общества в 90-е годы связаны с поляризацией среднего класса, расслоением его на два полюса, пополнивших верхи и низы общества В результате численность этого класса существенно сократилась.

Попав в слой «новых бедных», российская интеллигенция оказалась в маргинальной ситуации: от старых культурных ценностей и привычек она отказываться не хотела и не могла, а новые принимать не желала. Таким образом, по своему экономическому положению эти слои принадлежат к низшему классу, а по образу жизни и культуре – к среднему. Точно так же в маргинальной ситуации оказались представители низшего класса, пополнившие ряды «новых русских». Для них характерна старая модель «из грязи в князи»: неумение прилично себя вести и говорить, общаться так, как требовал того новый того новый экономический статус. Напротив, нисходящую модель, характеризующую движение бюджетников, можно было бы назвать «из князи в грязи». Некоторые специалисты полагают, что маргинальность – это однопоколенное явление, временный фантом. Приехавшие из сельской местности в города маргинальны, но их дети лишь отчасти наследует по инерции некие элементы маргинальной субкультуры. А уже во втором-третьем поколениях эта проблема исчезает, и, таким образом, маргинальность преодолевается.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Поделитесь с Вашими друзьями:

Поделитесь с Вашими друзьями:

2. Существование и языковые игры в «Философских исследованиях».

3. Языковые игры и мышление в «Философских исследованиях».

1. Л. Витгенштейн о задачах философии в отношении языка.ый язык некорректен. это животное обычно называют лисицей, но настаиваети этом они согласны относительно его

Людвиг Витгенштейн (1889 – 1951 гг.; «Логико-философский трактат», «Философские исследования», «О достоверности»), будучи учеником и Рассела, и Мура, начал с воодушевления перед лицом возможности построения логически совершенного языка, но на втором этапе своего творчества обратил все свои помыслы, скорее, в сторону языка обыденного, из анализа которого делал, однако, совсем не обыденные выводы.

Первый этап творчества Витгенштейна увенчался выходом «Логико-философского трактата», который членами Венского кружка был воспринят едва ли не как «Библия» неопозитивизма. В общем и целом в данной работе Витгенштейн рассуждает в духе Рассела и неопозитивистов (в скобках – номера цитируемых ниже афоризмов «Логико-философского трактата»:

«Мир есть, все, что происходит. (1) Мир – целокупность фактов, а не предметов. (1.1)

Происходящее, факт – существование со-бытий. (2) Со-бытие – связь объектов (предметов, вещей). (2.01)

Мысль – логическая картина факта. (3) В предложении мысль выражается чувственно воспринимаемым способом. (3.1) В предложении заключена форма, а не содержание его смысла. (3.13)

Мысль – осмысленное предложение. (4) Предложение – картина действительности. Предложение – модель действительности, какой мы ее себе представляем. (4.01) Предложение показывает свой смысл. Предложение показывает, как обстоит дело, если оно истинно. И оно говорит, что дело обстоит так. (4.022) Смысл предложения – его соответствие и несоответствие возможностям существования и не-существования со-бытий. (4.2.)

Логические предложения описывают каркас мира, или же, скорее, они изображают его. Они ни о чем не “повествуют”. (6.124) Закон причинности, если таковой имеет место, мог бы гласить: “Существуют законы природы”. Но этого, конечно, нельзя сказать: это показывает себя. (6.36)

Для ответа, который невозможно высказать, нельзя также высказать и вопрос. Тайны не существует. (6.5)

Мы чувствуем, что, если бы даже были получены ответы на все возможные научные вопросы, наши жизненные проблемы совсем не были бы затронуты этим. Тогда, конечно, уж не осталось бы вопросов, но это и было бы определенным ответом. (6.52)

Решение жизненной проблемы мы замечаем по исчезновению этой проблемы. (Не потому ли те, кому после долгих сомнений стал ясен смысл жизни, все же не в состоянии сказать, в чем состоит этот смысл.) (6.521) В самом деле, существует невысказываемое. Оно показывает себя, это – мистическое. (6.522)»

Но это не означает, что философия должна пуститься на поиски мистического смысла жизни некими особыми ненаучными и нелогичными методами. Наоборот, «правильный метод философии, собственно, состоял бы в следующем: ничего не говорить, кроме того, что может быть сказано, то есть кроме высказываний науки, – следовательно, чего-то такого, что не имеет ничего общего с философией». (6.53) Витгенштейн убежден, что тот, кто поймет «Логико-философский трактат», отбросит его как бессмысленный, подобно тому, как отбрасывают лестницу, поднявшись по ней. «О чем невозможно говорить, о том следует молчать». (7)

В «Философских исследованиях» он пишет отчасти то же самое, но и нечто иное – то, что может выглядеть как апология уже имеющихся языков перед лицом попыток философии навязать некий искусственный язык, решающий парадоксы, изобретаемые самими же философами. «Философская проблема имеет форму “Я в тупике”. Философия никоим образом не смеет посягать на действительное употребление языка, в конечном счете она может только описывать его. Ведь дать ему вместе с тем и какое-то обоснование она не может. Она оставляет все так, как оно есть». (Витгенштейн Л. Философские исследования// Витгенштейн Л. Философские работы. М., 1994. Часть I. С. 130.)

Поделитесь с Вашими друзьями:

Предмет философии (из википедии).

Предметом философии называют круг вопросов, которые она изучает. Философия пытается ответить на вопросы, на которые пока не существует способа получения ответа, типа «Для чего?» (например, «Для чего существует человек?»). Польза философии – формирование у людей, занимающихся ею, навыков самостоятельного, логического, понятийного мышления.

Семиотика.

Термин введён Чарльзом Пирсом. Семиотика представляет язык как собрание знаков (знаковых средств), при этом обращается внимание на то, как устанавливается знак, на что указывает знак и как его интерпретируют.

Чарльз Моррис, развивая идеи Пирса, систематизировал семиотику и ввёл её разделение на 3 уровня:

1. 
   Отношения между знаками – уровень синтактики. Её предметом являются правила образования и преобразования знаковых систем. Строятся математические и логические конструкции.
   

2. 
   Уровень семантики – область значений, отношение между языком и действительностью, которая его обозначает. Значение – это определение условий истинности или ложности высказываний. Значение – модус (вид) интенсионал (коннотат – смысл) и экстенсионал (денотат – предмет). Интенсионал (коннотат) задаёт ограниченный пучок семантических признаков, придающих выражению в целом предметную определённость. Коннотат – это та неизменная часть предложения, которая сохраняется при переводе с одного языка на другой.
   

Лекция 2

Связь между означающим знаком и означаемым знаком. Пирс придумал иконические знаки (фотографии, иконы); второй тип знаков – индексальные (индексы: дым – индекс огня); третий тип – символические знаки. Иконические знаки – базовые для понимания.

3. 
   Отношения между носителями языка и языком как собрание знаков – прагматика. Ключевая проблема – проблема коммуникации.
   

Поделитесь с Вашими друзьями: