— —
 
ДИНАМИКА И ЭТАПЫ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ВОСПРОИЗВОДСТВЕННЫХ
ПРОЦЕССОВ: ФОРМАЦИОННЫЙ ПОДХОД
Трубин Александр Евгеньевич, к.э.н, доцент кафедры
«Предпринимательство и маркетинг», ФГБОУ ВПО «Госуниверситет – УНПК», г. Орел, niburt@yandex.ru
Трубина Елена Викторовна, магистрант кафедры
«Предпринимательство и маркетинг», ФГБОУ ВПО «Госуниверситет – УНПК», г. Орел
Статья посвящена рассмотрению теоретических проблем и анализу динамики общественных изменений и воспроизводственных процессов с точки зрения концепций линейно-прогрессивного развития общественной системы.
DYNAMICS AND STAGES OF SOCIAL, ECONOMIC
REPRODUCTION PROCESSES: FORMATIONALAPPROACH
The article discusses the theoretical problems and analysis of the dynamics of social change and reproduction processes in terms of the concepts of linear progressive development of the social system.
В настоящее время в социологии, экономике, политологии и многих других общественных науках существует множество различных теорий становления и развития общества. Каждая из наук имеете свою область исследования, однако, все они базируются на идее о том, что общество в своем прогрессивном развитии проходит некоторые универсальные этапы. Последние универсальны, так как их развитие не знает территориальных ограничений, происходят в различных государствах, в целом имеют одинаковые законы развития и результаты, которые отражаются на жизнедеятельности самого человека и его ареала. А изменения в любой из сфер общественной жизни в первую очередь меняет ее воспроизводственную структуру, т.е. репродуктивную систему, которая формируя новую реальность, создает фундамент для дальнейшей динамики общества, т.е. сопряженных сфер.
С позиции разного понимания общества, как объекта исследования, и форм динамики его развития, можно выделить два основных подхода к человеческой истории, предложенных Ю.И.Семеновым: унитарно-стадиальный и плюрально-циклический [27]. Суть первого, заключается в том, что все отдельно взятые народы, государства, цивилизации («социоисторические организмы») в совокупности составляют все человечество в единстве, как историческая единица, проходящая в своей динамике определенные последовательные этапы. Второй подход противоположен. Он базируется на идее, что «социоисторические организмы» по своим характеристикам не сопоставимы и не могут быть объединены в одно целое, а составляют отдельные исторические единицы, со своей циклической динамикой общественных изменений.
В нашем исследовании мы будем отталкиваться от унитарной концепции, с поправкой на стадиально-циклический характер факторов общественной динамики, как динамики сопряженных элементов системы, так как, на наш взгляд, общие характеристики глобальной общественной системы могут иметь линейно-прогрессивный тренд, а ее элементы циклическую направленность. Поэтому исследуя совокупность факторов общественной динамики необходимо учитывать асинхронность их движения. В рамках указанных подходов за базу, мы примем две концепции периодизации мировой истории: цивилизационную и формационную. Основная разница данных взглядов заключается в главенстве рассматриваемых детерминантных факторов общественных изменений, совершаемых параллельно-последовательно или циклически. Формационная теория во главу ставит экономические факторы, цивилизационная — социо-культурные факторы. При этом, с нашей точки зрения, принятые теории не противоречат друг другу, а наоборот дополняют, показывая разные аспекты общественных изменений в сопоставимых исторических периодах, что позволяет более точно установить причинно-следственные связи между различными явлениями.
Цивилизационному (культурному) подходу1 при выявлении динамики общественного развития, преимущественно применяемому социологами, философами, противопоставляется формационный (экономический) подход. Одним из первых ученых занявшихся обоснованием теории универсального развития общества был К.Маркс, объясняющий процесс развития человечества как поэтапное прогрессивное восхождение от одной формы общества(формации) к другой, посредством изменения экономических отношений. «Марксизм оказал совершенно беспрецедентное воздействие на историческую науку и в качественном, и в количественном смысле. Эта теория не имеет равных по широте охвата и уровню научной проработки. Пока историки признают необходимость теории, они будут обращаться к марксистской традиции… если мы учтем сравнительную теоретическую бедность других направлений» [29, С. 211.].
Маркс считал экономическим такой способ взаимодействия между людьми, который определялся не культурно-нравственными или политическими, а формирующимися экономическими факторами, складывающими определенную социально-экономическую формацию.
Различные словари и энциклопедии определяют общественно-экономическую формацию как исторически определенный тип общества, основывающийся на определенном способе производства. Так, по Марксу, «общественно-экономические формации — это общество, находящееся на определенной ступени исторического развития, общество, со своеобразными отличительными характеристиками» [23, С.442]. Сам термин «формация» был заимствован из геологии, где геологическая формация обозначает комплекс горных пород, тесно связанных между собой как в вертикальном, возрастном отношении, так и в горизонтальном, пространственном отношении. Иными словами, в одно целое их объединяет общность условий образования. Аналогичная картина наблюдается и в сообществе людей, которых соединяет в единый класс, социальную страту или группу интересов общность социального происхождения, общий уровень образования, цвет кожи, национальность, общее место жительства и т.п. Термин общественная формация охватывает как вертикальные, так и горизонтальные отношения. В таком случае исчезает очень важный признак — однородность [13].
Возвращаясь к определению общественных формаций, следует отметить исследования Ю.К. Плетникова, считающего, что «родовым по отношению к категории общественной формации выступает понятие человеческого общества как обособившейся от природы и исторически развивающейся жизнедеятельности людей. В любом случае общественная формация представляет исторически определенную ступень развития человеческого общества, исторического процесса» [24]. В таком контексте разница между понятиями формация и цивилизация, как этап в истории человечества, исчезает, а их синтез дополняется новыми вертикально-горизонтальными векторами различных сфер общественных отношений. При этом некоторые векторы (направления развития отдельных элементов общественного бытия) могут иметь однолинейную направленность, другие спиралевидную и т.д., но укладывающиеся в единую целостную систему.
Итак, Маркс выделяет шесть этапов [10, С. 420], как определенный тип общества, выделенный по признаку социально-экономической структуры:
-
первобытно-общинный строй (уровень экономического развития крайне низкий, используемые орудия примитивны, классовое разделение отсутствует, труд имеет всеобщий характер, собственность — только коллективная);
-
азиатский способ производства2 (общины объединены в крупные образования с централизованным управлением, постепенно выделяется класс людей, занятый управлением. Этот класс постепенно обособился, аккумулировал в своих руках привилегии и материальные блага, что привело к появлению частной собственности, имущественного неравенства и обусловило переход к рабовладению. Управленческий аппарат же приобретал все более сложный характер, постепенно трансформируясь в государство). Есть мнение, что «первобытно-общинная формация никогда не переходит ни в рабовладение (развитое), ни в феодализм (развитой). Чаще всего при разложении первобытно-общинной формации образуется «азиатский способ производства» (название, конечно, условное, так как этот тип развития был свойствен не одной Азии, но также Африке, Америке, Океании, а в какой-то мере — и Европе; так что лучше употреблять, например, термин «архаическая формация»)» [14, С.50];
-
рабовладение (существует частная собственность на средства производства. Непосредственным трудом занят отдельный класс рабов — людей, лишённых свободы, находящихся в собственности у рабовладельцев и рассматриваемых как «говорящие орудия». Рабовладельцы организуют производство);
-
феодализм (в обществе выделяются классы феодалов — собственников земли — и зависимых крестьян, находящихся от феодалов в личной зависимости. Производство (главным образом, сельскохозяйственное) ведётся трудом зависимых крестьян, эксплуатируемых феодалами. Феодальное общество характеризуется монархическим типом правления и сословной социальной структурой. );
-
капитализм (имеется всеобщее право частной собственности на средства производства. Выделяются классы капиталистов, — владельцев средств производства, — и рабочих, не владеющих средствами производства и работающих на капиталистов по найму. Капиталисты организуют производство. Капиталистическое общество может иметь различные формы правления, но наиболее характерны для него различные вариации демократии, когда власть принадлежит выборным представителям общества (парламенту, президенту);
-
коммунизм (теоретическое никогда не существовавшее на практике) устройство общества, которое должно прийти на смену капитализму. При коммунизме все средства производства находятся в общественной собственности, частная собственность на средства производства полностью устранена. Классовое разделение отсутствует. Идеология коммунизма поощряет коллективизм и предполагает добровольное признание каждым членом общества приоритета общественных интересов перед личными. Власть осуществляется всем обществом в целом, на основе самоуправления.
Трансформация формаций, по мнению Маркса, осуществляется революционно (социальные революции), через устранение противоречия между экономическими силами и отношениями, которые ученый называет производственными. Согласно марксовому пониманию исторического развития человечества стержнем любого общества, локализованного в пространстве и времени, является система социально-экономических (производственных) отношений (базис), а все остальные культурные, политические и другие системы (надстройка) выстраиваются вокруг. К. Маркс писал: «Что такое общество, какова бы ни была его форма? Продукт взаимодействия людей. Свободны ли люди в выборе той или иной общественной формы? Отнюдь нет. Возьмите определенный уровень развития производительных сил людей, и вы получите определенную форму обмена (commerce) и потребления. Возьмите определенную ступень развития производства, обмена и потребления, и вы получите определенный общественный строй, определенную организацию семьи, сословий или классов, — словом, определенное гражданское общество. Возьмите определенное гражданское общество, и вы получите определенный политический строй, который является лишь официальным выражением гражданского общества» [23, С. 402].
Таким образом, Маркс исходит из того, что структура базиса формирует структуру надстройки, т.е. при изменении способов производства, как совокупности производственных сил и производственных отношений, происходит изменение во всех остальных сферах общественных отношений, через социальную революцию. Как писал Маркс: «На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или — что является только юридическим выражением последних — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции» [19, С.7].
Также ученый выделяет основные способы производства, которые, по его мнению, могут быть подразделены на антагонистические и неантагонистические. При неантагонистических способах производства люди соединены со средствами производства как с их общей собственностью, и, соответственно, продукт их труда создается как их общая собственность. При антагонистических способах производства непосредственные производители соединены со средствами производства как с чужой собственностью, следовательно продукт их труда создается как собственность лиц, которым принадлежат средства производства. Маркс выделял четыре антагонистических способа производства: азиатский, античный (рабовладельческий), феодальный, капиталистический, и два неантогонистических: первобытно-общинный и коммунистический.
Не смотря на то, что терминологически К.Маркс никогда не выстраивал классификационной триады этапов общественного развития, если обобщить его различные высказывания, то можно сделать вывод, что ученый выделял три крупные эпохи (формации)3 всемирной истории по критерию доминирующих производственных отношений (антогонистических и неантогонистических форм собственности): 1) первичная формация (архаические доклассовые общества); 2) вторичная, или «экономическая» общественная формация, основанная на частной собственности и товарном обмене, включающая азиатский, античный, феодальный и капиталистический способы производства; 3) коммунистическая формация. Ученый различает первичную, вторичную и третичную формации в зависимости от того, какой тип собственности лежит в основе способов производства. Так, К. Маркс пишет: «Земледельческая община, будучи последней фазой первичной общественной формации, является в то же время переходной фазой к вторичной формации, т.е. переходом от общества, основанного на общей собственности, к обществу, основанному на частной собственности. Вторичная формация охватывает, разумеется, ряд обществ, основывающихся на рабстве и крепостничестве» [20, С. 419.].Таким образом, ученый преобразует пять первых формаций в две крупных, и последнюю вносит в третью крупную формацию, тем самым строя дальнейший прогноз общественного развития.
Маркс также предпринимал попытки формирования цивилизационной триады наряду с формационной. Высказанные им соображения можно представить в виде развития и смены трех исторических ступеней социальности человека [24]. Первая ступень — личная зависимость. Вторая ступень — личная независимость, основанная на вещной зависимости. Третья ступень – универсальное развитие человека, свободная индивидуальность. «Отношения личной зависимости (вначале совершенно первобытные) — таковы те первые формы общества, при которых производительность людей развивается в незначительном объеме и в изолированных пунктах. Личная независимость, основанная на вещной зависимости, — такова вторая крупная форма, при которой впервые образуется система всеобщего общественного обмена веществ, универсальных отношений, всесторонних потребностей и универсальных потенций. Свободная индивидуальность, основанная на универсальном развитии индивидов и на превращении их коллективной, общественной производительности в их общественное достояние, — такова третья ступень. Вторая ступень создает условия для третьей. Поэтому патриархальный, как и античный строй (а также феодальный) приходят в упадок по мере развития торговли, роскоши, денег, меновой стоимости, в то время как современный общественный строй вырастает и развивается одновременно с ростом этих последних» [22, С. 100-101].
Наличие у Маркса трех формаций также подтверждаетсярядом исследований Ю.К. Плетникова, В.Г. Попова, В.Л. Иноземцева и др. Попов В.Г. говорил, что «базовыми звеньями формационного развития выступает «формационная триада» [25] — три большие общественные формации.В окончательном варианте формационная триада была представлена К.Марксом в виде первичной общественной формации (общая собственность), вторичной общественной формации (частная собственность) и, вероятно, можно так сказать, хотя у К. Маркса и не было подобного словосочетания,- третичной общественной формации (общественная собственность)» [24]. В.Л. Иноземцев определяет крупные формации, как архаическую (первичную), экономическую (вторичную) и коммунистическую (третичную) [16, С. 4-20].
Стоит отметить, что исходя из последовательности смены крупных формаций по логике Маркса, выявляется определенная цикличность данного процесса. То есть происходит чередование неантогонистических и антогонистических способов производства, в «крупных формациях». Однако, как принято считать, сторонники классического формационного подхода настаивают, что общество неуклонно движется по пути прогресса, как однолинейного развития с нарастанием степени сложности, поскольку каждая последующая общественно-экономическая формация прогрессивнее предыдущей. По мнению А.В. Захарова: «Ахиллесовой пятой той теории формаций, которую можно назвать классической, является однолинейная конструкция: все формации выстраиваются в единый ряд, все народы «обязаны» проходить весь путь от одной формации к другой. В действительности эволюция была многолинейной, многовариантной. Формация могла переходить либо в одну, либо в другую, более высокую, формацию [14, С.50].
Концепция Захарова строится на том, что существует точка бифуркации, когда азиатский способ производства переходит либо в рабовладельческую формацию, которая является тупиковой, либо в прафеодальную формацию, которая лишь затем переходит в «настоящий феодализм». «Рабовладельческое (классическое) общество ни во что не переходит. В Европе произошел разрыв постепенности, и все пришлось начинать сначала… — это классический пример формации, зашедшей в своем развитии в тупик… Феодализм в Европе был создан новыми народами, разрушившими римское государство, а в значительной мере и римское хозяйство, и создан он был на основе прафеодализма» [14, С.51]. Ю.К. Плетников также придерживается подобного мнения: «Можно утверждать, что малые общественные формации были определены К.Марксом в основном на западноевропейском историческом материале. Поэтому античную и феодальную стадии развития нельзя просто переносить на историю Востока (как всего человечества). Уже в России возникли особенности, не соответствующие западноевропейской модели развития» [24]. Однако, стоит отметить, что вопрос какими путями локальная цивилизация достигает стадии феодализма или капитализма (но, достигли почти все государства), она не выходит за рамки крупной формации, т.е. антогонистических способов производства. Поэтому можно предположить, что последовательность малых формаций в отдельных странах может быть разной или некоторые типы могут вообще отсутствовать, но в это не опровергает концепцию «крупных формаций».
Таким образом, мы видим, что история развития всего общества неодномерна и нелинейна. Однако, в настоящий момент наблюдается определенная интеграция различных обществ, которую Тойнби определяет понятием «цивилизационная экспансия». По словам Плетникова «капитализм своей грабительской экспансией начал процесс слияния европейской, азиатской, американской и африканской истории в единый поток всеобщей истории. Как мы видим, марксистская формационная триада далеко не совпадает с так называемой формационной «пятичленкой», имевшей до недавнего времени широкое распространение в марксистской литературе. Вопреки предостережениям К.Маркса, эта «пятичленка», конституированная в основном на западноевропейском историческом материале, была представлена в качестве всеобщих, единственно возможных ступеней исторического процесса. Формационная триада ставит все на свое место [24]. Данный взгляд, подтверждает наше мнение о том, что в действительности человечество прошло в своем развитии две крупных эпохи, и подошло к третьей. Таким образом, снимается глобальное противоречие формационного и цивилизационного подхода, возникающие в недрах теории локальных цивилизаций, по поводу неоднородности всего человеческого общества. Так, в рамках теории крупных формаций, строящихся на отношении собственности, все локальные цивилизации можно подвести под общую черту, не смотря на разницу в социокультурных типах. Другими словами, существуют определенные точки перехода к которым, возможно в разное время и не важно по каким причинам, и с какими структурными характеристиками, приходят все общества, вне зависимости от пути следования.
Возвращаясь к чередованию социокультурных стадий Сорокина и сопоставляя их со сменой «крупных формаций» Маркса, то складывается очевидная картина стадиально-циклического общественного развития, где каждый новый цикл накладывается на новый усложненный уровень общественной структуры. Общественное развитие не является однолинейным процессом, однако его многовариантность (на примере различных обществ-цивилизаций) не исключает однонаправленности изменения человеческого общества в целом. Так, Спенсер в основу своей концепции эволюции положил принцип изменения от простого к сложному, Л.Уайт переформулировал второй закон термодинамики с тем, чтобы показать законы существования и развития человеческой культуры и объяснить, почему эта культура — единственный феномен во вселенной, который характеризуется нарастанием сложности. Так X.Дж.М. Классен считает, что «процесс изменения от простого к сложному не является сущностью эволюции. Можно привести много примеров такого развития, которое не ведет к усложнению: стагнация, упадок и коллапс столь же характерны для развития человеческой культуры, как рост и расцвет. Как при таком подходе объяснить циклическое развитие и те случаи, когда на разных стадиях эволюции вновь появляются сходные структуры?» [8, С. 7]. Здесь, мы соглашаемся с мнением Классена о том, что представляется верным не рассматривать усложнение в качестве основного принципа эволюции, а применить понятие «структурного изменения». Так, структурное изменение различных обществ, может различаться по содержанию и направленности во времени, однако в нем (структурном изменении) практически всегда просматривается однанаправленность вектора развития человечества в целом, в сторону новой цивилизации с новой культурой и содержанием социально-экономических и политических отношений. Сложно представить, чтобы современное демократическое общество (за исключением случаев глобальных катаклизмов) вдруг стало рабовладельческим. Т.е. откат системы практически невозможен, за исключением переходных состояний, когда в системе начинают проявляться отжившее свое признаки (элементы системы). Но эти, казалось бы, старые элементы накладываются на новый уровень развития и могут приобретать новые функции, кардинально отличающиеся от предыдущих.
Недостатками формационного подхода можно считать то, что многие процессы культурной, духовной жизни рассматриваются порой упрощенно, мало внимание уделяется роли личности в истории, человеческому фактору. По словам А.Я. Гуревича: «Концепция культуры и цивилизации, по существу, игнорировавшиеся Марксом, по-прежнему выпадают из поля зрения марксистского анализа. Это обстоятельство указывает на историческую ограниченность теории формаций… Марксистская теория все еще не овладела обширными пластами актуальной проблематики, выдвинувшейся в наши дни на передний план в гуманитарном знании» [11, С. 43.]. Однако с таким же успехом можно критиковать цивилизационные концепции, так как они по большей части игнорируют экономические факторы общественного развития, которые за последние 200 лет стали главенствующими в умах людей.
Не смотря на то, что формационная теория Маркса считается опровергнутой, а основным постулатом опровержения является отсутствие построенного коммунистического строя, как описывал его Маркс, взгляды ученого на общественное развитие верны. «Какими бы словами ни обозначать постиндустриальное развитие, ясно одно: идея К.Маркса о переходе из «царства необходимости» в «царство свободы», завершающего предысторию человечества, сохраняет свою прогностическую ценность» [24]. Новое общество, которое описывал Маркс, может быть утопией, однако он один из первых предсказал переход к новому типу общества. Маркс писал: «В общих чертах азиатский, античный, феодальный и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить как прогрессивные эпохи экономической общественной формации. Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства,… но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма» [19, С. 7-8]. Маркс намекает, что это не конечная формация, подразумевая переход. Все современные теории «постиндустриального общества основанного на знаниях» являются тому подтверждением. Многие теоретики данного направления прогнозируют новому обществу схожие с коммунизмом4 черты: факторы производства находятся в общественной собственности — знание, как фактор производства достаточно сложен в отношении присвоения и распространения, в силу своей нематериально-вещественной формы; отсутствие классового деления в связи со спецификой труда и трудовых отношений, а также способа производства [26]; власть осуществляется всем обществом в целом — на основе массовых электронных средств коммуникаций [9; 28]; меняется характер труда и стимулы к нему. В.Иноземцев считает, что «следствием этого глобального исторического перехода становится вытеснение человека из сферы непосредственно материального производства. Происходят модификация социальных ценностей и изменение мотивации человеческой деятельности, в результате чего вопрос об отношении к средствам производства, столь важный в традиционных обществах, теряет свое былое значение» [15] и т.п.
В середине XX века У. Ростоу разрабатывая концепцию перехода к «самоподдерживающемуся росту», сформулировал новую теорию общественного уклада, согласно которой основными являются два типа общества — «традиционное» (докапиталистическое) и «индустриальное» (капиталистическое). Ее центральная идея заключалась в обосновании переходе от традиционного общества к современному обществу (по мнению автора — это общество западного типа) [5, С. 154-186]. Развивая свою теорию, ученый вывел новую модель «стадий экономического роста» (модель «взлета» Ростоу).
Вместо предложенного Марксом принципа выделения фаз развития по способам производства, У. Ростоу учитывая три основные фундаментальные характеристики: уровень развития техники, уровень накопления и уровень потребления, предложил шесть5 стадий (этапов) развития общества, четыре из которых являются промежуточными, обеспечивающими переход к новой фазе развития (рис. 1). Под «стадиями» подразумеваются этапы хозяйственного роста общества, находящиеся в тесной связи друг с другом [7, С. 4-16].
-
стадия «традиционного общества» (thetraditionalsociety). Примитивная ручная техника, незначительный размер производства на душу населения, высокий удельный вес сельского хозяйства, власть землевладельцев. Три четверти населения занято производством продовольствия. Предел для производства ограничен низким уровнем развития науки и техники. Национальный доход используется преимущественно непроизводительно. Эта первая стадия простирается до XVIII века;
-
стадия «переходного общества» (the preconditions for take-off). Создаются предпосылки к следующей стадии («взлета»). Растет производительность сельского хозяйства, создаются централизованные государства, появляются новые типы предприимчивых людей. Образовываются банки и другие институты для мобилизации капитала. Это — самая короткая стадия в 2-3 десятилетия;
-
стадия «взлета» или «сдвига» (the take-off). Эпоха «промышленной революции», когда рост становится нормальным состоянием общества. Значительное повышение удельного веса сбережений и инвестиций в национальном доходе (от 5 до 10 %), появляется сложный процент. Новая техника и новые отрасли. Власть переходит к собственникам. В Англии — это два последних десятилетия XVIII века, во Франции и США — несколько десятилетий перед 1860 годом, в России — четверть века перед 1914 годом, в Индии и Китае — 50-е годы нашего столетия. Силы экономического прогресса начинают доминировать в обществе, сторонники модернизации побеждают защитников традиционного общества, все барьеры для изменений устранены;
Рисунок 1. Пятиуровневая модель развития Ростоу [4, С.51]
-
стадия «зрелости» (the drive to maturity). Индустриальное общество, длительный этап технического прогресса, ускоренная урбанизация, руководство промышленностью сосредоточивается в руках специалистов-менеджеров. Постоянно инвестируется до 20 % национального дохода. Рост продукции опережает рост населения. Движение к зрелости начинается в Англии с начала XIX века, во Франции и США — с 60-х годов XIX века, в Германии — с 70-х годов XIX века, в Японии — с начала XX века, в России — с 1914 года. Технологической зрелости достигли: Англия — в 1850, США — в 1900, Германия и Франция — в 1910, Россия — в 1950 году. Закончилась эта стадия: в США — в годы первой мировой войны, в Западной Европе и в Японии — в 50-х годах;
-
«эра высокого массового потребления» (the age of high mass-consumption). В данный период повышается реальный доход на душу населения, до точки, где большое количество людей получили стимулы на дополнительное потребление, которое не относится к основным продуктам питания, жилью и одежде. Происходит сдвиг от предложения к спросу, от производства к потреблению. Структура рабочей силы изменилась таким образом, что не только увеличилась доля городского населения в общем, но и доля населения, работающего в офисе или на высококвалифицированных рабочих местах;
-
стадия «поискакачестважизни» (the pursuit of quality of life). Ведущим сектором экономики становится сфера услуг, а на первый план выдвигается духовное развитие человека [6, С. 23O.].
По словам автора, данный взгляд, представляет собой теорию истории в целом и альтернативу марксизму. Стадии роста, противопоставляются общественно-экономическим формациям, что вы историческом контексте, выглядит следующим образом: «традиционное общество» — это период до конца феодализма); «переходное общество» — переход к домонополистическому (раннему) капитализму; период «взлета», или «сдвига», может условно рассматриваться как движение к развитому капитализму; период «зрелости» — индустриальное общество;эра «высокого уровня массового потребления» — переход к «самоподдерживающемуся росту» — конечная универсальная стадия [7, С. 4-16], оценивающегося как «обоснование» вечности капитализма и «вызов» коммунизму [7, С. 133]. Причем, Ростоу, как и многие сторонники цивилизационной теории исключает из классификации примитивное общество, т.е. доцивилизацию, представленное им деление общества на доиндустриальное и индустриальное было принято на вооружение технократами.
Для того чтобы рост стал автоматическим, самоподдерживающимся, Ростоуситает, что необходимо выполнение нескольких условий: 1) резкое увеличение доли производственных инвестиций в национальном доходе (с 5% до 15% как минимум); 2) стремительное развитие одного или нескольких секторов промышленности; 3) политическая победа сторонников модернизации экономики над защитниками традиционного общества. Возникновение очагов новой институциональной структуры должно обеспечить, по мысли У. Ростоу, распространение первоначального импульса роста на всю экономическую систему (путем мобилизации капитала из внутренних источников, реинвестиции прибылей и т. д.) [5, С. 164.]. Здесь, необходимо отметить, что в теории «самоподдерживающегося роста» большую логическую нагрузку несет тезис об удвоении доли производственных инвестиций в национальном доходе. Однако, это противоречит историческому опыту стран с развитой рыночной экономикой. Современные исследования показали, что фаза «взлета», как ее описывал У.Ростоу, в экономической истории развитых стран не обнаруживается, так какпромышленная революция была не внезапным и быстрым подъемом, а более плавным и длительным процессом. С.Кузнец рассчитал, что доля внутреннего накопления в национальном доходе перед стадией «взлета» во многих странах была заметно выше 5% (в США в 40-50-е гг. XIX в. она составляла 15-20%, в Канаде в 1870 г. — 15%, в 1890г. — 15,5% и в 1900 г. — 13,5%) и удвоения ее в ходе взлета так и не произошло. Схема У. Ростоу скорее «могла бы соответствовать коммунистическим взлетам» [3, С. 34,41], поскольку в процессе индустриализации в СССР и ряде восточно-европейских стран действительно произошло удвоение нормы производственного накопления.
Выведенная позднее, шестая стадия «поиска качества жизни», рассматривается автором в рамках существования развитого индустриального общества, но, базируясь на логике автора, можно сделать вывод, что — это подготовительная стадия перехода к новому типу общества или новому «взлету».
Смена одной стадии экономического роста другой происходит, с точки зрения У. Ростоу, эволюционным, а не революционным как у Маркса путем. Не смотря на то, что путь развития един для всех стран, прохождение данных этапов носит индивидуальный характер – в разных странах темпы прохождения стадий могут сильно различаться, так как экономические изменения, в отличие от марксистского объективизма, ученый рассматривает как «последствие неэкономических человеческих порывов и устремлений», как результат субъективного «принятия решений и выбора» [7, С. 2, 150].
К слову, преимущественно данная точка зрения позволяет отнести подход Ростоу к «цивилизационному», хотя некоторые сторонники цивилизационного подхода называют концепцию Ростоу — «либерально-экономической» [1, С. 191.], отличая ее от марксистской и цивилизационной. Либерализм выделяет в истории дорыночную стадию развития, собственно историю, когда происходило становление и распространение капиталистической рыночной экономики и буржуазной демократии, и конец истории, когда эта система восторжествовала во всем мире. Данная теория, как и формационная, признает ведущую роль материального производства в развитии общества, обусловленного прогрессом производительных сил, однако, в отличие от марксистского, как принято считать, объективизма (главенство технико-экономических факторов), стремится учитывать влияние социальной среды на их развитие и темпы изменений. Справедливости ради, стоит отметить, Ф.Энгельс предупреждал, что «согласно материалистическому пониманию истории в историческом процессе определяющим моментом,в конечном счете, является производство и воспроизводство действительной жизни. Ни я, ни Маркс большего никогда не утверждали. Если же кто-нибудь искажает это положение в том смысле, что экономический момент является будтоединственно определяющим моментом, то он превращает это утверждение в ничего не говорящую, абстрактную, бессмысленную фразу» [21, С. 394.]. С учетом данного уточнения, кардинальная разница между подходами исчезает, остается лишь разница в понимании стадий и их периодизации. И хотя Ростоу дал своей книге подзаголовок «Некоммунистический манифест», он не стал слишком долго опровергать точку зрения Маркса, а просто рассмотрел историю человечества под другим углом. Так, Ю.И. Семенов отмечал, что «недаром при классификации концепций модернизации ее нередко объединяли в одну группу с марксистским ортодоксальным пониманием истории. Действительно между концепций У. Ростоу и ортодоксальным марксистским взглядом … было много общего» [27, С. 201].
Тем не менее, концепция Ростоу, претендующая на объяснение исторического процесса развития человечества, не лишена существенных недостатков. В частности, вольно или невольно искажается исторический процесс, так как абсолютизируется лишь один период развития — период модернизации, стадия подготовки и развертывания промышленной революции [17, С.451].
Итак, сами по себе подходы Маркса и Ростоу не являются ни плохими, ни хорошими. Каждый из них имеет свои плюсы и минусы, и оба этих похода имеют право на существование. Они просто рассматривают историю с разных сторон, отчасти, в силу идеологических предпочтений. Так, Гэлбрейт в работе «Новое индустриальное общество» доказывал принципиальное сходство крупных промышленных предприятий при любой политической системе [12].Ученый полагал, что капиталистические корпорации подчинили рыночный механизм своим целям, ничего общего не имеющим с капиталистическими прибылями, устраняя конкуренцию, а вместе с ней и стихию рыночных отношений, чем становятся более схожими с социалистическими. Более того, корпорация стремится ликвидировать рынок как таковой и обеспечить плановое ведение хозяйства. Таким образом, каждая из систем стремится перенять что-то от другой. Своим тезисом о плановом характере индустриального общества Гэлбрейт стремится доказать свою центральную идею о переходе от капитализма к некапиталистическому обществу, посредствам конвергенции режимов.
По мнению Р. Арона «чистых» экономических и политических систем в действительности нет. Реально существующий капитализм в ряде отношений отступает от «чистого» и приближается к социализму. Капиталистическую систему Арон сближает с социалистической по следующим линиям: по характеру собственности; по наличию и использованию прибавочной стоимости; по роли прибыли; по характеру распределения. Арон считает, что в современном капиталистическом обществе имеется коллективная социалистическая собственность, возникшая в результате национализации ряда предприятий после второй мировой войны. Прибавочную стоимость он считает присущей любому типу индустриального общества. Капитализму ставят в вину, что он основан на эксплуатации рабочих, извлечении прибавочной стоимости, но она извлекается и в социалистическом обществе. В последнем она поступает к коллективу, а в капиталистическом — через посредство предпринимателя распределяется между индивидами. При этом капиталисты большую часть прибавочной стоимости инвестируют в производство. Следовательно, как в социалистическом, так и в капиталистическом обществе излишек стоимости, созданной рабочим, возвращается обществу в целом. Ученый полагает, что мотив получения прибыли у социалистических предприятий так же силен, как и у капиталистических [18].
Существует определенная логика индустриализации, в соответствии с которой страны и народы, вступившие на этот путь, в своей эволюции, независимо от исходного исторического, этнического, культурного и религиозно-идеологического фундамента, от социально-политического устройства, неизбежно приобретают схожие характеристики. Другими словами, чем выше индустриализированы общества, тем больше тяготеют они к единообразию индустриального порядка. Р. Карнейро пришел к выводу, что фундаментального противоречия между однолинейной и многолинейной эволюцией не существует: один и тот же специфический институт, который находят в ряде обществ, вполне мог иметь различное происхождение. Если принять за отправную точку более или менее сопоставимые уровни социально-политического развития и следовать различными путями, то по истечении некоторого времени можно достичь более высоких и более или менее сходных уровней развития. Таким образом, принцип однолинейности может быть сохранен, в то время как реальность многолинейности не отрицается [2, С.102-103].
Поэтому, с нашей точки зрения, предложенные Марксом и Ростоу концепции стоит объединить в одну группу концепций и относить к «формационной» теории развития, так как заданный базис и надстройка в обоих случаях одинаковые. Сам, У. Ростоу при сравнении своей теории с марксистской, отмечает, что «обе системы признают факт, что экономические изменения ведут за собой социальные, политические и культурные последствия… Обе теории признают реальность групповых и классовых интересов в политических и социальных отношениях» [7, С. 210]. Если абстрагироваться от понятий капиталистического и социалистического общества, а лишь рассматривать их, как определенный социально-политический уклад, то применение к ним понятия — «индустриальное общество», выявит больше схожих черт, чем различий.
_________________
-
Black C.E. The Dynamics of Modernization: A Study in Comparative History. New York etc., 1966.
-
Carneiro R.L. The four faces of evolution. Handbook of social and cultural anthropology. I Ed. By J.J. Honigman. Chicago: University of Chicago Press. 1973. pp.89-110.
-
Kuznets S. Notes on Take-off // The Economics of Take-off into Sustained Growth. L. 1963.
-
Potter, Robert B. And Tony Binns, Jennifer Elliott, David Smith Geographies of Developmnent. London: Longman. 1999.
-
Rostow W. The Take-off into Self-sustained Growth // The Economics of Under development. 2 ed. L, 1960.
-
Rostow W.W. Politics and the Stages of Growth. Cambridge. 1971.
-
Rostow W.W. The Stages of Economic Growth: A Non-Communist Manifesto / Cambridge: Cambridge University Press, 1960.
-
Альтернативные пути к цивилизации: Кол. монография / Под ред. Н.Н. Крадина, А.В. Коротаева, Д.М. Бондаренко, В.А. Лынши. — М.: Логос, 2000. — 368 с.
-
Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., Академия, 1999.
-
Большая Советская Энциклопедия, 2-е изд., т. 30. — 1954. — 656с.
-
Гуревич А. Я. Теория формаций и реальность истории.«Вопросы философии», 1990, № 11
-
Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество: Пер. с англ. / Дж. Гэлбрейт. — СПб.: Terra Fantastica, 2004. — 602с.
-
Добреньков В.И., Кравченко А.И. История зарубежной социологии. М.: ИНФРА-М, 2004.
-
Захаров А.В. Еще раз о теории формаций / Общественные науки и современность. 1992. № 2.
-
Иноземцев В.Л. За пределами экономического общества. Постиндустриальные теории и постэкономические тенденции в современном мире. М.: «Наука», 1998.
-
Иноземцев В.Л. Теория общественного развития основоположников марксизма и проблемы политической экономии в широком смысле // Эффективность общественного производства и проблемы социально-экономического развития СССР.М.: Изд-во МГУ, 1989.
-
История экономических учений (современный этап) / Под общ. ред. А.Г. Худокормова. — М.: ИНФРА-М, 2002. — 733 с.
-
История экономических учений: курс лекций // Под ред. Шпалтакова В.П. -М., 2001.
-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.- Т. 13.
-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.- Т. 19.
-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.- Т. 37.
-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.- Т. 46.- Ч. 1.
-
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.- Т. 6.
-
Плетников Ю.К. Формационная и цивилизационная триада // Свободная мысль. 1998. №3.
-
Попов В.Г. Идея общественной формации (становление концепции общественной формации). Киев, 1992. Кн. 1.
-
Попов Г. Новый строй. Над чем думать и что делать // «Независимая газета», 1998, 30 июня.
-
Семенов Ю.И. Философия истории. (Общая теория, основные проблемы, идеи и концепции от древности до наших дней). — М.: «Современные тетради». 2003. — 776с.
-
Тоффлер, Э. Третья волна / Э. Тоффлер. — М. : АСТ, 2004. — 784c.
-
Тош Дж. Стремление к истине. Как овладеть мастерством историка / Пер. с англ. — М.: Издательство «Весь мир». — 2000. -296с.
Управление общественными и экономическими системами 2013 № 2
Поделитесь с Вашими друзьями:
|
