Рубрика: Диссертация

На правах рукописи

МАЙКОВСКАЯ ЛАРИСА СТАНИСЛАВОВНА

ФЕНОМЕН ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ТОЛЕРАНТНОСТИ

В МУЗЫКАЛЬНОМ ОБРАЗОВАНИИ

13.00.08 – теория и методика профессионального образования;

13.00.02 – теория и методика обучения и воспитания (музыка)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора педагогических наук

Москва 2009

Диссертация выполнена на кафедре музыкального образования

Московского государственного университета культуры и искусств

Официальные оппоненты доктор педагогических наук,

доктор культурологии, профессор

Аронов Аркадий Алексеевич

доктор педагогических наук, профессор

Мариупольская Татьяна Геннадьевна

доктор искусствоведения, профессор

Задерацкий Всеволод Всеволодович

Ведущая организация: Уральская государственная консерватория

имени М.П. Мусоргского

Защита состоится «28» октября 2009 г. в ___ часов на заседании диссертационного совета Д 210.010.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук в Московском государственном университете культуры и искусств по адресу: 141406, Московская область, г. Химки-6, ул. Библиотечная, д.7, зал защиты диссертаций.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московского государственного университета культуры и искусств, а с авторефератом – на сайте ВАК РФ.

Автореферат разослан « ___ » ______________ 2009 года

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат педагогических наук,

профессор Э.И. Петрова

1. Каталог: upload -> docs 3
   upload -> Клиническая психология
   upload -> Тема: «Психологические особенности этнических стереотипов современной молодежи»
   upload -> Психология предрассудка
   upload -> Конспект лекций Санкт-Петербург 2007 г
   docs 3 -> Современная модель сопровождения профессионального выбора студентов

   Поделитесь с Вашими друзьями:

   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   

ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

на правах рукописи

Лисицкая Елена Николаевна

Эпическое творчество

Николая Клюева

(организация мотивов)

Диссертация на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Специальность10.01.01 – русская литература

Научный руководитель —

доктор филологических наук

профессор Казаркин А.П.

Тюмень – 2003 г.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение………………………………………………………………..	с.3-14
Глава I. Циклизация в лирике Н.А. Клюева: мотивная структура….	с.15-74
§1 Ранние сборники Н. Клюева, вошедшие в первый том “Песнослова”……………………………………………………………	с.15-54
§2 Сборники стихов, составившие второй том “Песнослова”………	с.54-74
Глава II. Поэмы Н.А. Клюева: структура лейтмотивов………………	с.75-143
Глава III. Проза Н.А. Клюева: лейтмотивы, лирический герой…….	с.144-181
§1 Автобиографические поэмы в прозе Н. Клюева…………………	с.144-172
§2 Сновидения в контексте творчества Н. Клюева………………….	с.172-181
Заключение……………………………………………………………..	с.182-186
Примечания…………………………………………………………….	с.187-200
Библиография…………………………………………………………..	с.201-217

Введение

Интерес к творчеству Николая Алексеевича Клюева (1884 – 1937) за последнее десятилетие ХХ века значительно вырос, в атмосфере гласности все литературоведы признали его выдающимся русским поэтом, а некоторые считают даже одним из самых крупных выразителей национального образа мира. Очевидно, это не поверхностное веяние переходного времени, это знак изменения эстетической потребности, новое понимание литературной классики завершившегося столетия: “большое видится на расстояньи”. Возвращение к наследию поэта, признанного “реакционным” в начале советского периода русской истории, началось на исходе этой эпохи, а ныне, в постсоветский период, идет научно-историческое и теоретико-литературное осмысление стиля и мировидения лидера новокрестьянских поэтов. В результате довременного запрета стихотворения и поэмы Клюева известны далеко не каждому русскому читателю. Даже литературоведы признают, что Клюев стал возвращен в ряд выдающихся поэтом с большим опозданием. Так, И. Роднянская пишет: “Лишь недавно узнанный мной Клюев встал для меня — несомненно и доподлинно — в ряд великих поэтов”; “Есенин уже прочитан своим временем, хотя, конечно, остался на вечном небе русской поэзии. Клюев же еще весь впереди”.¹

По мнению Э. Райса, «во всей русской литературе не было до сих пор ничего, равного Клюеву по утонченности и совершенству стихотворного мастерства», исследователь назвал его творчество “лебединой песнью” прежней России.² Неоспоримо, однако, что, считаясь столь значительным у литературоведов, наследие Н. Клюева медленно, с трудом входит в сознание массового читателя. Признавая несовместимость народной и массовой культуры, Э. Райс говорил в 60-е годы, что “надлежащая оценка исключительного по совершенству словесного мастерства Клюева требует литературной осведомленности специалиста”, но был уверен, что поэзия Клюева “станет всеобщим достоянием, частью бессознательного фона народной психики, наличие и степень развития которого и есть культура”^3. В начале XXI века мы можем отметить хотя бы то, что в школу Клюев частично возвращен, причем возвращен повторно: в 20-е годы XХ века его имя фигурировало в школьной программе, лучшие его произведения были доступны ученикам тех лет, и лишь в 30-е годы поэт был изъят из школьных учебников как несовместимый с советской литературой. Но, похоже, в пору гонения поэт предвидел взлет интереса к нему в будущем: “В девяносто девятое лето/ Заскрипит заклятый замок,/ И взбурлят рекой самоцветы/ Ослепительных вещих строк”. “В тридцатые, сороковые и даже пятидесятые годы трудно было поверить, что поэзия Н. Клюева еще заставит кого-то задуматься, еще будет издаваться, еще найдет себе в будущем читателя и исследователя”, — резонно отмечает Ст. Куняев. Здесь же, во вступительной статье к сборнику стихов поэта 1986 г., он приводит слова, написанные через 40 лет после расстрела Клюева Николаем Тряпкиным: “Мы все его стараемся забыть, /А все забыть никак не удается”.

При жизни Клюев знал и взлет славы, и крайнее поношение. Литературный дебют поэта сопровождался хвалебными откликами А. Блока, В. Брюсова, Н. Гумилева и других виднейших литераторов Серебряного века (см. библиографию). Критика отметила уникальное соединение рафинированного искусства символизма, северного фольклора и хлыстовства в сборниках “Сосен перезвон” и “Братские песни”⁴. В 1916 году, после выхода четвертого клюевского сборника (“Мирские думы”), известный литературовед П. Сакулин напечатал статью “Народный златоцвет”⁵, в которой дал высокую оценку поэзии выходца из Заонежья. Высочайшим образом оценил поэтический мир Клюева В. Богомолов в книге “Обретенный Китеж. Душевные строки о народном поэте Клюеве” (Пг.,1917). Очевидно, это литератор клюевского круга, даже стилистика его говорит о сильнейшем влиянии лидера крестьянских поэтов. В. Львов-Рогачевкий в 1919 году дал название направлению, возглавленному Н. Клюевым, которое и закрепилось как термин: “новокрестьянская поэзия”.⁶ Восторженные и, вместе с тем, аналитические статьи написал о Клюеве в 1912 – 22-м годах критик и общественный деятель Р. Иванов-Разумник, возглавивший движение “Скифы”, в котором принял участие и Клюев. Но уже в 1922 году Л. Троцкий, назвавший в своей книге “Революция и литература” мировосприятие автора прогремевшего тогда “Песнослова” “средневековым” и “кулацким”, положил начало кампании шельмования Клюева. В 1924 году в книге “Ржаные апостолы” поэт В. Князев вынес жесткий приговор: “Клюев умер. И никогда уже не воскреснет: не может воскреснуть — нечем жить”.⁷ Это была первая попытка изъять Клюева из литературы. 10-томная “Литературная энциклопедия” начала 30-х годов посвятила Клюеву две разгромных статьи: кроме статьи “Клюев”, есть еще статья “Кулацкий стиль в литературе” и “отцом” этого стиля объявлен лидер крестьянских поэтов.

В течение сорока лет Клюева изучали и печатали только филологи русского зарубежья. В 1954 году в Нью-Йорке, под редакцией Б. Филиппова, вышел двухтомник Клюева “Полное собрание сочинений”. В нем впервые опубликована поэма “Погорельщина”, сохраненная итальянским славистом Э. Логатто⁸. Хотя этот двухтомник Клюева был назван “Полным собранием сочинений”, в 1969 году Г. Струве и Б. Филиппов выпустили двухтомник, значительно более полный и снабженный хорошим комментарием. Помещенные в нем статьи Б. Филиппова, Г. Штаммлера, Э. Райса, Г. Мак-Вэя, очевидно, повлияли на книгу В.Г. Базанова, написанную еще в 70-е годы, но вышедшую только после смерти автора, в 1990-м году. Таким образом, послесоветских отечественных литературоведов значительно опередили статьи Б. Филиппова и Э. Райса, проникнутые истинной заинтересованностью судьбой русской поэзии.

С конца 70-х годов наблюдается пробуждение интереса к наследию Клюева и на родине поэта. Многое для возвращения Клюева сделала Л.К. Швецова, составившая сборник стихотворений и поэм 1977 года. Благодаря ее усилиям в Архангельске, почти через полвека после выхода последнего клюевского сборника “Изба и поле” (1928 г.), выпущен небольшой сборник его стихов, затем последовало издание в малой серии “Библиотеки поэта”. Помог сегодняшнему читателю “не забыть” имя поэта первый советский биограф Клюева – А.К. Грунтов. С.И. Субботин, ответственный секретарь комиссии по литературному наследию Н. Клюева, отзывается об этом человеке нелегкой судьбы как о подвижнике (плен и десять лет сталинских лагерей): “В петрозаводском архиве он наткнулся на документы о Клюеве — и это перевернуло всю его жизнь. Весь остаток лет и сил был отдан одному Клюеву”.⁹ Вторым советским биографом, крупным исследователем клюевского наследия следует признать В.Г. Базанова. Этот известный литературовед, долгие годы возглавлявший Пушкинский Дом, занимался Есениным, русским фольклором, и поэтому интерес его к Клюеву закономерен. Как отметил К. М. Азадовский, “публикацией в начале семидесятых годов главной работы Грунтова “Материалы к биографии Н.А. Клюева” а так же ряда других статей мы обязаны прежде всего Базанову, который каждый раз не боялся — брал ответственность на себя”.¹⁰

К.М. Азадовским написана, пожалуй, самая полная биография поэта: “Н. Клюев. Путь поэта” (СПб.,1990). Исследователь сформулировал свое понимание места Клюева в русской литературе: “Это, конечно, реквием по дорогой для поэта стране, по его родине, которая на глазах уходит в небытие, сгорает в истребительном огне и неизвестно, возродится ли когда-нибудь сызнова”.¹¹ Залогом возрождения широкого интереса к поэзии Клюева исследователь считал “позитивные изменения в жизни страны” конца 80-х годов. В один год с книгой К.М.  Азадовского в издательстве Института русской литературы вышла монография А.И. Михайлова “Пути развития новокрестьянской поэзии” (Л.1990), освещающая ближайший литературный контекст, в котором сам Клюев не столько формировался, сколько формировал его. Академически обстоятельное исследование А.И. Михайлова, многочисленные его публикации стали этапными в изучении творчества Н. Клюева. Заслуживает особого внимания издание полного собрания стихотворений и поэм Клюева (сост. и коммент. В.П. Гарнина, вступ. статья А.И. Михайлова) “Сердце единорога” (СПб., 2000).

В 1992 году в Москве опубликована книга Н.М. Солнцевой “Китежский павлин”¹². Это материалы диссертации, защищенной этим критиком и исследователем в ИМЛИ (“Эстетические и мировоззренческие искания крестьянских писателей 1900-30-х гг.”). Н.М. Солнцева, на наш взгляд, делает излишний упор на клюевском сектантстве, утверждая в качестве постоянного и доминирующего начала то, что было временным: “Клюев вошел в русскую литературу в ту пору, когда она забродила на дрожжах сектантсва”, называя даже блоковскую Незнакомку “сектантской богородицей”.¹³ Эту линию укрупнения хлыстовского образа мира продолжил далее А.Эткинд.¹⁴ Необходимо отметить плодотворную текстологическую работу С.И. Субботина, сформировавшего сборник, изданный ИМЛИ: “Николай Клюев: Исследования и материалы” (М.,1997). В 1999 году в Москве опубликована монография Т. Пономаревой “Проза Николая Клюева 20-х гг.” Весьма интересны статьи Л. А. Киселевой, создавшей центр изучения Клюева в Киеве. В Вологде сформировалась школа лингвостилистического изучения поэзии Клюева, возглавляемая профессором Л.Г. Яцкевич.¹⁵ В Латвии плодотворно занимается поэтикой Клюева Э.Б. Мекш, опубликовавший монографию “Образ великой матери (религиозно-мифологические традиции в эпическом творчестве Н. Клюева)” (Даугавпилс, 1995)¹⁶. В 1997 году опубликована монография Е.И. Марковой “Творчество Николая Клюева в контексте северно-русского словесного искусства”¹⁷, в которой исследователь обращается к поэмам в аспекте северно-русского и финно-угорского фольклора. В 2000 году ею защищена в ИМЛИ докторская диссертация по этой теме. Е.И. Маркова освещает ближайший контекст, но в настоящее время идет осмысление наследия Клюева как национальной классики.

Достаточно полно описан к настоящему времени жизненный путь поэта. Кроме публикаций К. Азадовского, А. Михайлова, С. Субботина, здесь надо назвать работу Г. Шенталинского, обнаружившего в архивах НКВД – КГБ рукопись главной поэмы Клюева – “Песнь о Великой Матери”. Результаты своих разысканий критик изложил в книге “Рабы свободы в застенках НКВД” (М.,1995). Из тех, кто занимался ссыльным периодом и обстоятельствами гибели Н. Клюева, нужно отметить томских краеведов А. Афанасьева, Ю. Хардикова, Л. Пичурина. Благодаря их усилиям приоткрыты последние, колпашевские и томские, страницы жизни Н. Клюева. Ю. Хардиков первым документально опроверг созданную НКВД легенду о смерти Н. Клюева на станции Тайга от сердечного приступа и пропаже его чемодана с рукописями, доказал, что Клюев был расстрелян в Томске. В 1999 году в Томском университете прошла всероссийская конференция и по результатам ее издан сборник статей “Николай Клюев: Образ мира и судьба” (Томск, 2000).

Таким образом, наследие Клюева изучается в различных аспектах и, так или иначе, вырисовывается фигура классика русской литературы ХХ века. Однако говорить о всесторонней изученности его наследия, подобающей национальному классику, нельзя. До недавнего времени исследователи, почти исключительно, писали о Клюеве-лирике, так что поэмы его оставались в тени. Это объясняется тем обстоятельством, что вплоть до последнего десятилетия лучшие клюевские поэмы были не известны отечественным филологам. Ситуация изменилась с публикацией поэм “Погорельщина” и “Песнь о Великой Матери”, фрагментов поэм “Каин” и “Разруха”. Они позволяют высказать предположение, что после публикации двухтомного избранного “Песнослова” завершился период лирики в эволюции Клюева и начался период эпоса. Поэмы, на наш взгляд, вобрали искания зрелого поэта и стали одним из высших взлетов русского эпоса в ХХ веке. Эта гипотеза выносится в качестве основной в нашей работе.

Таким образом, несмотря на немалое уже число публикаций, художественный мир Клюева все еще не описан как единство. Думается, что путь к этому открывает анализ мотивного состава его лирики, поэм и прозы. Новизна предлагаемой работы – в попытке мотивного анализа, хотя здесь следует ограничиться постановкой проблемы в силу ее большого объема. Однако работа эта не проделана, а современное литературоведение доказало научную актуальность такой задачи. В диссертационной работе мы не можем ставить задачей новое решение проблемы мотива, одной из фундаментальных в литературоведении.

Мотив – категория, широко используемая современным литературоведением и, тем не менее, часто употребляемая как метафора. В. Е. Хализев справедливо говорит о размытости этого термина, имеющего “весьма широкий диапазон смыслов, а исходное, ведущее, главное значение данного литературоведческого термина поддается определению с трудом”¹⁸. В нашу задачу не входит изложение истории эволюции термина “мотив”, тем более, что совсем недавно И. В. Силантьев проделал эту работу. Он выделил в своем обзоре четыре подхода: семантический (А. Н. Веселовский, А. Л. Бем, О. М. Фрейденберг), морфологический (В. Я. Пропп, Б. И. Ярхо), дихотомический (А. И. Белецкий и, на втором этапе своего научного пути, В. Я. Пропп) и тематический (Б. В. Томашевский, В. Б. Шкловский, А. П.Скафтымов)¹⁹.

Фундаментальным понятием мотив сделал А. В. Веселовский, по-своему понимавший задачи исторической поэтики: “определить роль и границы предания в процессе личного творчества”. Мотив, по Веселовскому, — неделимое, которое поэт получает в готовом, неизменном виде и из чего создает комбинации более высокого уровня сложности. Мотивы у Веселовского представлены только в соотношении с сюжетом: “Под сюжетом я разумею тему, в которой снуются различные положения – мотивы”, причем мотив исторически первичен и во всех отношениях он элементарнее сюжета. Сюжет, по Веселовскому, — это тема, “в которой снуются разные положения — мотивы”. Мотив есть элемент, составная часть сюжета и в то же время, ядро, подобное эмбриону в биологи, что и вызвало в научной литературе двойственность словоупотребления.

В. Я. Пропп продолжил разработку категории “мотив” в исследовании структуры волшебной сказки, введя понятие функции, близкое мотиву. Сам термин он не употребляет, но имеет в виду основной элемент структуры сказки. В отличие от Веселовского, фольклорист акцентировал не генетический аспект термина, а морфологический: под мотивом он понимал действие (глава “Функции действующих лиц” в его книге “Морфология сказки”). Каждая функция обозначает событие (например: “Антагонист пытается обмануть свою жертву, чтобы овладеть ею или ее имуществом”) и формулируется одним словом: “Подвох”. Инвариантные трактовки данной функции, по Проппу, называются видами (функция при этом выделяется как “род”). Таким образом, возникает трехчастная последовательность: род, вид и образец. Как замечает Б. Путилов, “две нижние ступени соответствуют выделенным нами выше признакам мотива. По-видимому, в плане собственно структурообразующем для сказки значимы лишь первая (функция) и третья (реализация в тексте) ступени…” ²⁰²¹

Сюжет и мотив были рассмотрены А.Н. Веселовским как схематические единицы: первая – односоставная, вторая — многосоставная. Б.Н. Путилов следует за Веселовским, определяя мотив как формулу, одночленный образный схематизм: “Мотивы обладают относительной самостоятельностью: будучи элементами более сложной системы (сюжет), они сами представляют микросистемы, обладающие своей структурой, своими особенностями и возможностями. Применительно к фольклорным мотивам С. Неклюдов констатирует, что здесь присутствуют “элементы повествования (персонажи, реалии, атрибуты, компоненты модели мира), непосредственно связанные с сюжетным движением”, которые “как бы несут в себе его заряд, имея при этом для своей динамической реализации различные, но вполне определенные “повествовательные возможности”, обусловленные их семантическим спектром или, напротив, обусловливающие его. Как правило, они составляют устойчивые конструкции (объектно-атрибутивные, локально- объективные, локально-атрибутивные и т.д.), обычно именуемые мотивами”²². Неклюдов по аналогии с “мотивами-эпизодами” и “мотивами-ситуациями” предлагает обозначить их как “мотивы-образцы” или шире – “мотивоиды” или “квазимотивы”. Они имеют формульно-трафаретный характер и представляют собой те самые “морфологические основы” фольклорного повествования, которые, по В.Я. Проппу, восходят к первым “отвлеченным представлениям” мифологического характера.

Интересен опыт мотивного анализа, предложенный Б.М. Гаспаровым как новая “концептуализация культурного процесса”, учитывающего границы текста (замкнутость его) и потенциал контекстуальных реализаций: “В роли мотива может выступать любой феномен, любое смысловое “пятно” – событие, черта характера, элемент ландшафта, любой предмет, произнесенное слово, краска, звук и т. д.”. Это понимание, близкое к постструктурализму, дает исследователям полный простор для самовыражения и снимает проблему историзма понимания. Нам близка позиция новосибирских исследователей (Е. К. Ромодановской, В.И. Тюпы), изложенная в нескольких сборниках: “Мотив – это прежде всего повтор. Но повтор не лексический, а функционально-семантический: один и тот же мотив может быть манифестирован в тексте нетрадиционными средствами, одна и та же фабула может быть “разыграна” не свойственными ей персонажами” ^{23 24}.

Исследователи допускают возможность прочтения мотива исходя из сюжета как целого, но все же решающую роль отдают пониманию мотива как устойчивой семантической единицы. Мотивы сопоставимы с представлениями мифологического типа, с “архетипами” мифопоэтического сознания, о существовании которых писал К. Г. Юнг: они элементарны и наследуются вне фабульных сцеплений. Эти древнейшие “представления” есть общечеловеческий мифологический универсум. Они дают национальные образы пространства и времени (хронотоп М. М. Бахтин также понимал как исторически устойчивый мотив) а также три фазы существования: начало, зрелость и конец жизни. В этом аспекте, мотив предстает как мифологическая смысловая матрица. В мифе, по мнению О.М. Фрейденберга, мотивы “все тавтологичны в потенциальной форме своего существования, хотя в оформлении один мотив всегда будет отличен от другого в качестве самодостаточной “филиации” солярохтонического или вегетативного субстратов первобытного мышления”²⁵.

Итак, мотивы есть не только повторяющиеся сюжетные элементы или микроконструкции, обеспечивающие жизнь сюжетов. Они характеризуются исключительной семиотичностью. Каждый мотив обладает устойчивым набором значений, отчасти заложенных в нем архетипически, отчасти возникших в исторической жизни. Признак мотива — его повторяемость, то есть он выявляется в контексте, цикле, в плане семантики преодолевает границы текста отдельного произведения. Понятие “структура мотивов” выражает установки структурализма на точность и проверяемость анализа. Поскольку сомнение в этом идеале высказали сами же структуралисты, мы употребляем словосочетание “организация мотивов”.

Мы присоединяемся к определению, выработанному Новосибирской школой (работы В.И. Тюпы и др.)²⁶

В аспекте литературоведческой методологии диссертация основана на трудах А.Н. Веселовского, А.А. Потебни, М.М. Бахтина, Д.С. Лихачева, Г.Д. Гачева, используются в ней философские и культурологические идеи Н.А. Бердяева, А.Ф. Лосева, К.Г. Юнга.

Материал исследования: “Песнослов” — прижизненное издание избранных произведений поэта, на основе которого сформирован мюнхенский двухтомник 1969 г.; собрание стихотворений и поэм “Сердце единорога” (2000 г.) и проза поэта, частично собранная в сборнике “Последний Лель. Проза поэтов есенинского круга” (М.,1989) и рассеянная по журналам и альманахам.

Поделитесь с Вашими друзьями:

На правах рукописи

СТЕПАНОВ Сергей Геннадьевич

ПРОБЛЕМА КУЛЬТУРНОГО ТВОРЧЕСТВА

В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ

ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ ХХ ВЕКА

Специальность 09.00.03. – история философии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

Тверь 2010

Диссертация выполнена на кафедре теории и истории культуры

Тверского государственного университета

Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

Губман Борис Львович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Михайлова Елена Евгеньевна

кандидат философских наук, доцент

Михеев Михаил Игоревич

Ведущая организация: Институт повышения квалификации и

переподготовки работников образования

(г. Москва)

Защита состоится «05» марта 2010 года в 14ºº часов на заседании диссертационного совета по философским наукам (ДМ 212.263.07) в Тверском государственном университете по адресу: 170000, Тверь, ул. Желябова, д. 33.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу: 170000, Тверь, ул. Скорбященская, д. 44а, автореферат диссертации представлен на сайте http://www.univesity.tversu.ru/aspirants/abstracts

Автореферат разослан «04» февраля 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного С.П. Бельчевичен

совета, кандидат философских наук,

доцент

Поделитесь с Вашими друзьями:

---

---

---

Поделитесь с Вашими друзьями:

Северо-кавказский научный центр высшей школы

Южного федерального университета

На правах рукописи

ВОРОЖКО Юрий Николаевич

СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ОСНОВАНИЯ

САМОРЕАЛИЗАЦИИ ЛИЧНОСТИ: ФИЛОСОФСКО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

специальность 09.00.13 – философская антропология,

философия культуры

Диссертация на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Научный руководитель:

доктор философских наук,

доцент Руденко А.М.

Ростов-на-Дону

2014

Содержание

Введение……………………….……………………….……………………….……………………….……….3

Глава 1. Методологические основы исследования самореализации личности…..19

1.1. Самореализация личности в культурфилософском контексте…..…..…..….41

1.2. Парадигмальный анализ феномена самореализации личности…..…..…….41

1.3. Поливариантный характер экспликации проблемы самореализации……61

Глава 2. Социокультурные истоки и механизмы самореализации личности…..…75

2.1. Социокультурные механизмы становления личностного потенциала….75

2.2. Философская характеристика основных сфер самореализации…..…..……85

2.3. Социокультурные и личностные детерминанты самореализации…..…..103

Глава 3. Специфика самореализации личности в социокультурном пространстве конца ХХ – начала XXI века…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..….113

3.1. Особенности самореализации личности в культуре постмодерна…..….113

3.2. Самореализация личности в современной отечественной культуре……128

3.3. Идеальные и ценностные основания самореализующейся личности…137

Заключение…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..……149

Библиографический список…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..….…..…..…..…….151

Поделитесь с Вашими друзьями:

На правах рукописи

ЛЕСКОВА ИРИНА ВАЛЕРЬЕВНА

СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В УСЛОВИЯХ ТРАНСФОРМАЦИИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Специальность 22.00.04 – социальная структура,

социальные институты и процессы

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

Москва – 2008

Диссертация выполнена на кафедре социологии социальной работы Российского государственного социального университета.

Научный консультант: доктор социологических наук, профессор

Танатова Дина Кабдуллиновна

Официальные оппоненты: член-корреспондент РАО,

доктор социологических наук, профессор

Григорьев Святослав Иванович

доктор социологических наук, профессор

Казакова Ноила Дохиевна

доктор социологических наук, профессор

Фролов Сергей Станиславович

Ведущая организация: Институт социально-политических исследований Российской Академии Наук (ИСПИ РАН)

Защита состоится __________ 2009 года в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д.212.341.01 по философским и социологическим наукам при Российском государственном социальном университете, по адресу: 129226, Москва, ул. Вильгельма Пика, д. 4, корпус 2, конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Российского государственного социального университета (по адресу: 129226, г. Москва, ул. Вильгельма Пика, д. 4, корпус 3).

Автореферат разослан «___ » 2009 года

Ученый секретарь диссертационного совета И.В. Долгорукова

Поделитесь с Вашими друзьями:

На правах рукописи

Гущ Владимир Владимирович

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА РОССИИ

НА СЕВЕРО-ВОСТОЧНОМ КАВКАЗЕ И ФАКТОРЫ,

ВЛИЯЮЩИЕ НА ЕЕ РАЗВИТИЕ И ЭФФЕКТИВНОСТЬ

Специальность:

23.00.02 – Политические институты,

процессы и технологии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата политических наук

Санкт-Петербург – 2016

Диссертация выполнена на кафедре истории и политологии

Северо-Западного института управления –филиала ФГБОУ ВО

«Российская академия народного хозяйства и государственной службы

при Президенте Российской Федерации»

Научный руководитель: Прошина Елена Михайловна

кандидат философских наук,

профессор.

Официальные оппоненты: 1. Баранов Николай Алексеевич —

доктор политических наук, профессор

2. Артюхин Антон Сергеевич —

кандидат политических наук

Ведущая организация: ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный

институт культуры»

Защита состоится 19.10.2016 г. в 16 час. 00 мин. на заседании диссертационного совета Д 504.001.24. ФГБОУ ВПО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» по адресу: 199178, г Санкт-Петербург, В.О. Средний пр. д.57. Северо-Западный институт управления, ауд.324.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Северо-Западного института управления – филиала ФГБОУ ВПО «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации» по адресу 199178, г. Санкт-Петербург, В.О. 8 линия д.61.

Автореферат разослан «16» сентября 2016 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета Н.В.Горбатова

Поделитесь с Вашими друзьями:

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ИНСТИТУТ БИОЛОГИИ РАЗВИТИЯ им. Н. К. КОЛЬЦОВА

__________________________________________________________________________________

На правах рукописи

ГЕОДАКЯН

Виген Артаваздович

УДК 57.01

ЭВОЛЮЦИОННАЯ ЛОГИКА

ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ПОЛОВ В ФИЛОГЕНЕЗЕ

И ОНТОГЕНЕЗЕ

Генетика — 03.00.15

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени доктора биологических наук

Москва – 1987

Работа выполнена в Институте биологии развития им. Н. К. Кольцова Академии наук СССР.

Официальные оппоненты:

доктор биологических наук, профессор Л. 3. Кайданов, кафедра генетики ЛГУ;

доктор медицинских наук, профессор Л. И. Корочкин, Институт биологии развития НИ. Н. К. Кольцова АН СССР;

доктор биологических наук, профессор Ю. Г. Рычков, Институт общей генетики им. Н. И. Вавилова АН СССР.

Ведущее учреждение—Институт цитологии и генетики СО АН СССР, г. Новосибирск.

Защита состоится « . . . »……..1988 г. на заседании Специализированного ученого совета Института биологии развития им. Н. К Кольцова АН СССР

/Д 002.85.01/ в конференц-зале института по адресу: 117334, Москва, ул. Вавилова, 26.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИБР.

Автореферат разослан « . . . »……….1988 г.

Ученый секретарь

Специализированного совета

кандидат биологических наук

М. Протопопова Е.

Введение

Диссертация посвящена разработке новой теории дифференциации полов (раздельнополости, которая позволяет вскрыть целый ряд неизвестных ранее закономерностей, объяснить с единых позиций широкий круг биологических, медицинских, социальных и психологических явлений, связанных с полом и успешно предсказывать новые. Прогностический потенциал теории делает ее мощным инструментом исследования, который уже применяют медики, антропологи, демографы, исследователи мозга, психологи.

Поделитесь с Вашими друзьями:

На правах рукописи

Цимбалов Иван Петрович

БЕДНОСТЬ КАК ПРОБЛЕМА СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

Специальность 22.00.03 – Экономическая социология и демография

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

доктора социологических наук

Саратов – 2007

Диссертация выполнена на кафедре социальной работы Института социального образования (филиал) Российского государственного социального университета в г. Саратове

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Голенкова Зинаида Тихоновна

доктор философских наук, профессор

Зубков Владимир Александрович

доктор социологических наук, профессор

Лысиков Валерий Васильевич

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Пензенский государственный

университет»

Защита состоится «22» июня 2007г. в 12.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.243.06 по социологическим наукам при Саратовском государственном университете им. Н.Г. Чернышевского (410012, г.Саратов, ул. Большая Казачья, 120, СГУ, корпус VII, ауд. 27).

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале № 3 Научной библиотеки Саратовского государственного университета.

Автореферат разослан «21» мая 2007г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Калиникова М.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. В условиях трансформации российского общества значительная часть населения оказалась за чертой прожиточного минимума. По разным оценкам, в зависимости от методов измерения бедности, бедных в России насчитывается от 30 до 60 млн. человек. К бедным относятся госбюджетники (врачи, учителя, работники культуры), работающие граждане, чья заработная плата ниже прожиточного минимума, пенсионеры, инвалиды, студенты, многодетные и неполные семьи, беженцы и переселенцы, безнадзорные дети и другие.

Бедность ведет к уменьшению рождаемости и увеличению смертности, сокращению численности коренного населения, деградации и депопуляции, распаду семей, ухудшению здоровья населения (рост психических заболеваний, уменьшение продолжительности жизни), которое, по заключению ученых, в основном зависит от социальных факторов и поэтому лекарственным обеспечением его не улучшить.

Ускоряется процесс алкоголизации, особую угрозу обществу представляют наркомания, преступность, коррупция, расслоение общества на бедных и богатых. Все меньше людей, которые могут прокормить семью, удовлетворить материальные и духовные потребности, оплатить услуги ЖКХ. Социальная политика последних лет не способствует решению проблем бедности, вместо борьбы с бедностью изобретаются все новые методики, которые «позволяют» сократить бедность. Больше половины, а в ряде регионов 75-80% семейного дохода, тратится на питание, что по международным стандартам соответствует зоне нищеты.

Проблема бедности настолько актуальна, что позволяет говорить о том, что к ней сводятся многие другие проблемы. С бедностью напрямую связаны вопросы демографии, занятости населения, безработицы; бедность оказывает самое непосредственное влияние на здоровье населения, уровень образования и культуры граждан, их воспитание, социализацию и нравственность, она – один из тормозов развития науки. Бедность способствует дегуманизации человеческих отношений, росту преступности и терроризма, ведет к понижению уровня и качества жизни. Она специфически воздействует на политические отношения, реализацию государственной политики на всех уровнях, явно тормозит становление гражданского общества в России.

Таким образом, бедность – социальный феномен, проявляющийся во всех сферах общественной жизни, во всех аспектах социальных отношений в современном транзитивном российском обществе и заслуживает самого пристального внимания социологов.

Вполне очевидно, что задачу уменьшения бедности путем реорганизации сферы распределения, увеличения продажи природного сырья, путем принятия разрозненных программ не решить. Корень проблемы – в производстве, самом человеке. Распределить можно лишь то, что создается трудом.

Стремление государства с помощью различных проектов и законов, в том числе по увеличению заработной платы, без роста производительности труда, экономии ресурсов, повышения качества продукции, подготовки конкурентоспособных специалистов, рабочих и менеджеров проблему бедности не решить. Патернализм приведет и уже привел к иждивенчеству: на одного работающего в сфере производства приходится 8-10 посредников. Поэтому нужна другая структура общества, иное распределение занятого населения по отраслям и сферам деятельности, другая система подготовки квалифицированных рабочих и перехода на ресурсосберегающие технологии и современный менеджмент. При этом надо учитывать старение населения – старшее поколение уже сейчас составляет 23,5% от численности населения.

Западная социология, несмотря на обилие школ и течений, преследует сугубо прагматические цели: как изменить отрицательные тенденции на положительные, как оптимизировать отношения и получить больше прибыли на вложенный капитал и как рационально ее распределить (сколько собственнику, на развитие и перевооружение производства, на социальные нужды в пропорции 1/3) и в силу этого не способна предложить российской действительности какие-либо эффективные методы и способы борьбы с бедностью.

Поэтому актуализируется проблема научного анализа бедности, выработки методов и способов ее преодоления с учетом конкретных особенностей современного развития России.

Степень разработанности проблемы. Проблему бедности и богатства исследовали философы и экономисты Греции, Китая, Индии, других стран. Начало количественного измерения положил В. Петти, который предложил не ограничиваться описанием явлений, а «проникнуть в глубь явлений и объяснить их». Велика заслуга А. Смита, который увидел в разделении труда необходимое условие роста производительности труда и заработной платы (дохода). Кризисные явления в обществе, связанные с техническим прогрессом, и расслоением его на богатых и бедных привлекали внимание многих других исследователей. Одни увидели в этом явлении признаки социальной революции (К.Маркс и его последователи), другие – решение проблемы путем естественного развития, поиска партнерских отношений, рационализации производства и управления.

Велика заслуга классиков социологии О. Конта, Э. Дюркгейма, Г.Спенсера, Г. Зиммеля, М. Вебера, В.Парето, М. Ковалевского, А.Сорокина и др., которые определили предмет социологии, проблемы и методы их решения.

В России проблему бедности поднимали демократы А. Радищев, А.Герцен, Н. Чернышевский; писатели Ф. Достоевский, Л. Толстой, А.Печерский, драматург А. Островский и многие другие, описывая российскую действительность.

Методологические основы идентификации населения с позиций бедности и богатства предложил В. Ленин в работе «Развитие капитализма в России». Оригинальные подходы, с точки зрения исследования семейных бюджетов, осуществили С. Струмилин, А. Гастев, П. Керженцев и их последовали в 20-30-х гг. прошлого столетия. Впоследствии велись исследования по проблемам сближения города и деревни, уменьшения различий между умственным и физическим трудом, воспитания коммунистического отношения к труду, укрепления дисциплины, уменьшения текучести кадров, развития социалистического соревнования и другим направлениям (В. Афанасьев, Д. Гвишиани, Г. Осипов, Ю. Левада, Т. Заславская, А. Здравомыслов, Г. Пруденский, М. Руткевич, В. Рожин, А. Харчев, В. Ядов и др.). Многие вопросы труда и заработной платы исследовали зарубежные ученые Ф. Тейлор, Г. Форд, Г. Эмерсон, и др. Свой вклад в теорию и практику социальной работы внесли американские социологи Дж. Адамс, Б. Рейнолдс, М. Ричмонд и др.

В настоящее время социологами обсуждаются проблемы трансформации российского общества (С. Чернышев, И. Пригожин, О.Яницкий и др.), его модернизации (З. Голенкова, А. Манченко, Н. Наумова, В. Пантин и др.), исследуются особенности развития общества в условиях глобализации, постмодернизма (Т. Заславская, В. Ядов и др.), повышения уровня и качества жизни, борьбы с бедностью.

Особая заслуга в развитии прикладной социологии, в исследовании социальных проблем принадлежит Г. Осипову, В.Жукову, Т. Заславской, П.Павленку, В. Смирновой, Н. Римашевской, Е.Холостовой, М. Фирсову и другим ученым.

Социально-философские и исторические аспекты бедности и богатства, расслоения общества, социальной защиты, помощи и поддержки малообеспеченных слоев населения, неравенства и социальной справедливости находят отражение в журналах и периодической печати (М.Горшков, Н. Давыдова, В. Петухов, И. Попова, Н. Седова, Н. Тихонова).

Одни ученые свое внимание обращают на определении бедности, ее измерении (Е. Бурдилова, Л. Гордон, А. Терехин, Р. Черняева), другие исследуют факторы бедности, третьи -расслоение общества на бедных и богатых, четвертые – анализируют территориальные аспекты бедности, вопросы социальной несправедливости (С. Глазьев, Д. Львов и другие). Особое место занимают исследования, посвященные проблемам «выживания» безнадзорных подростков, их образу жизни (В.Воронков, Э. Фомин, С. Ярошенко). В периодической печати внимание обращается на жизнь пенсионеров, инвалидов, многодетных семей.

Определенный вклад в решение социальных проблем вносят саратовские социологи: Ю.Быченко, Г. Дыльнов, Б.Деготь, В.Лысиков, Т.Трубицына, Б. Устьянцев и другие.

Однако диссертационных работ, специально посвященных исследованию бедности как социального явления, по причине ее «отсутствия» в советское время, мало. Есть исследования по анализу уровня и качества жизни, отношению к труду, советскому образу жизни, социальным проблемам в условиях рынка, безнадзорности и другим проблемам.

Лишь в последнее время предпринимаются попытки исследовать причины бедности. Особой интерес вызвали работы Дж. Геррода и Г.Лоусона «Бедность в Объединенном Королевстве», Дж. Мак и С. Лэнсли «Бедная Британия», где бедность измеряется на основе социологических исследований.

По различным аспектам данной диссертационной работы в диссертационном совете по социологическим наукам при Саратовском государственном университете имени Н.Г. Чернышевского только в последнее время защищен ряд докторских (Л.С. Аникин, Б.А. Дёготь, З.М.Дыльнова, Е.В. Лукьянова, Е.В. Орлова и др.) и кандидатских (А.С.Абриталина, С.В. Афанасьева, М.М. Гладкова, В.В. Городний, И.В. Зизиашвили, М.С. Козлова, И.Г. Саксельцев и др.) диссертаций.

Нам представляется, что тема бедности в научном плане недостаточно исследована, во-первых, по идеологическим соображениям и, во-вторых, ее сложности, хотя на обыденном уровне все ясно: бедность – когда человек не может удовлетворить свои основные материальные и духовные потребности, когда он чувствует себя обманутым, обделенным и видит несправедливость.

В силу особой актуальности проблемы и ее явно недостаточной изученности, особенно в социологии, она и стала предметом данной диссертационной работы.

Цель и задачи исследования. Цель диссертационной работы заключается в анализе современного состояния бедности как социального явления и раскрытии механизма ее снижения в транзитивном российском обществе на основе использования традиционных и экспериментальных социальных технологий.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

— раскрыть основные характеристики бедности;

— выявить социальные причины бедности в современной России;

— определить показатели и методы измерения бедности;

— охарактеризовать основные способы преодоления бедности;

— проанализировать региональную социальную политику в аспекте преодоления бедности;

— исследовать роль отношений в сфере производства и распределения в процессе борьбы против бедности;

— определить социальные резервы предпринимательства в деле снижения уровня бедности;

— обобщить опыт социальной работы на региональном уровне;

— разработать и внести предложения по повышению эффективности социальной работы на селе;

— разработать конкретные программы по совершенствованию социальной работы с населением;

— внести предложения по совершенствованию подготовки специалистов социальной работы;

— исследовать специфические особенности социальной работы в семьях с безнадзорными детьми и подростками, с молодежью девиантного поведения;

— показать роль социологической науки в организации социальной работы в обществе;

— обосновать необходимость мониторингового, социального, программно-целевого подходов к решению проблем бедности.

Объектом исследования выступает часть населения общества, получающая доход (заработную плату, пенсии, пособия и др.) ниже прожиточного минимума

Предмет исследования – пути преодоления бедности значительной части населения.

Теоретико-методологическую основу диссертации составляет комплекс социологических подходов, позволяющих анализировать и интерпретировать социально-экономические категории и явления. Использованы идеи выдающихся социологов и экономистов В. Петти, Дж.Кейнса, А.Смита, В.Зомбарта, К.Маркса, М. Вебера, Э. Дюргейма. Г.Зиммеля, Р. Мертона и других.

В диссертации использованы статистические, социологические, математические, экспертные, программно-целевые и другие методы, в том числе методы обследования малоимущих, малообеспеченных и неблагополучных семей, детей и подростков с девиантным поведением.

Эмпирической базой данной работы являются статистические данные Госкомстата РФ, кодексы, законы, указы, постановления и другие нормативные акты, предварительные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года, данные социологических исследований, проведенных в различных регионах страны. Важным источником являются статистические материалы по Саратовской области.

Определенным подспорьем явились также данные, полученные в ходе проведения авторских социологических исследований в различные годы: социальное здоровье населения (2007г.); исследование социальных проблем семьи и детей (2005г.); исследование молодежных проблем в области образования (2005г.); исследование уровня и качества жизни старшего поколения (2004г.).

Научная новизна исследования заключается в следующем:

— выявлены специфические особенности бедности как социального явления, сочетающего социально-экономические и культурно-нравственные черты;

— определены социально-экономические последствия рыночных реформ в России начала 90-гг. ХХ столетия, приведшие к резкому социальному расслоению общества и невиданному росту бедности основного населения страны;

— предложены социологические показатели и методы измерения бедности;

— на основе корреляционной модели установлена непосредственная связь между производительностью труда, заработной платой, доходом семьи и развитием производства, способствующим уменьшению бедности;

— доказана целесообразность перенесения центра борьбы с бедностью из сферы распределения в сферу производства;

— выявлены возможности региональной социальной политики в решении проблем бедности и адресной защиты населения;

— предпринимательство охарактеризовано в качестве одного из эффективных способов преодоления бедности;

— представлены конкретные рекомендации по совершенствованию социальной работы с населением на региональном уровне;

— выявлены возможности социальной работы в сфере семейных отношений и работы с молодежью;

— показаны специфические особенности организации социальной работы на селе;

— разработана методика комплексного планирования, социального мониторинга, контроля и управления социальными процессами, в том числе бедности, на уровне региона;

— предложены авторские программы и методики совершенствования подготовки профессиональных, конкурентоспособных специалистов социальной работы;

— охарактеризована роль социологических исследований в повышении эффективности социальной работы.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

3. 
   Бедность – сложное социально-экономическое и культурно- нравственное явление, характеризующееся неспособностью индивидов или социальных групп самим оплачивать стоимость необходимых благ. Бедность зависит от общего стандарта уровня жизни в данном обществе. Различают абсолютную и относительную бедность.
   

2.При анализе бедности используют различные подходы и методики. При этом ведется речь о масштабе бедности, черте бедности, границах бедности, измерении бедности с помощью прожиточного минимума и т.д. Обычно выделяют два способа борьбы с бедностью, связанные прежде всего с развитием производства, поддержанием доходов основной массы населения на уровне действующих в обществе стандартов потребления и адресной социальной помощью нуждающимся, кто находится в крайне тяжелым материальном положении.

3. 
   Проведение рыночных реформ в России на рубеже 90-х гг. ХХ столетия, непродуманная политика приватизации, явная криминализация экономики привели к резкой социальной дифференциации общества. По разным оценкам за чертой бедности оказалось более 50 % населения страны. Этот процесс имеет тенденцию к углублению кризиса и раскола общества.
   

4. 
   Ныне меры по снижению бедности, уровня и качества жизни рассматриваются не в сфере производства, а в сфере распределения материальных и культурных благ, основной центр тяжести по обеспечению населения переносится на государство, а не на самого человека, что ведет к усилению иждивенческих настроений в обществе.
   

5. Российское предпринимательство, способное содействовать решению проблем бедности, само находится в сложном положении, засилье импорта его подрывает и переводит лишь в сферу торговли.

6. Решение проблем бедности возможно лишь на основе научно разработанной социальной политики как на федеральном, так и на региональном уровнях. Наличие такой политики, эффективное ее функционирование способно снять многие аспекты социальной напряженности в обществе.

7. Ключевое место в решении проблемы преодоления бедности отводится государственной службе социальной защиты и поддержки малообеспеченного населения. Совершенствование ее работы на основе имеющегося мирового опыта и реалий российской действительности выступает важной предпосылкой преодоления бедности.

8. Органы социальной защиты и поддержки населения, стремясь преодолеть статичность и консерватизм социальной сферы, пытаются внедрять новые технологии в работе. При этом следует больше уделять внимания и экспериментальным социальным технологиям, например, на основе исследования процесса распада семей и роста безнадзорности детей предложена программа создания и поддержки приемной семьи, что частично находит аналогии в финском опыте.

9. Организация социальной работы на селе сталкивается с множеством проблем, значительная часть из которых в городских условиях уже решена. Вот почему необходима не только новая структура органов социальной работы на селе, но и новые кадры, способные решать сложные проблемы крестьянского быта.

10. Для решения сложных социальных проблем, в том числе и бедности, необходимо повышение эффективности социальной работы, ее органов как на федеральном, так и на региональном уровнях.

11. Реализация проблем бедности требует наличия профессиональных кадров, способных анализировать, прогнозировать социальные процессы, проектировать, эксплуатировать и совершенствовать системы, то есть нужны конкурентоспособные кадры с новым мышлением и прагматическими методами работы.

12. Разработка оценочных показателей, мониторинговых подходов к процессам управления социальной сферой представляется для России в сложившихся условиях важным подходом не только в решении проблем бедности, но и многих других вопросов социально-экономического развития региона. Другими словами, трудно переоценить роль социологических исследований в решении проблем преодоления бедности в стране.

Научная и практическая значимость исследования заключается в приращении нового социологического знания о социальном расслоении населения, причинах роста бедности и путях ее преодоления в современной России, что значительно расширяет предметное поле экономической социологии.

Значимость работы состоит также в возможности использования основных положений и выводов диссертационного исследования в дальнейшей разработке стратегии развития рыночной экономики и гражданского общества в стране. Полученные автором результаты могут оказаться полезными при расчетах потребительской корзины, прожиточного минимума, при выработке социальной политики, помощи, поддержки и защите малообеспеченных граждан, при установлении социальных норм и стандартов в отношении заработной платы, пенсий и пособий, а также налоговых взаимоотношений между государством, беднейшим населением и богатыми людьми, что позволит уменьшить социальную напряженность и обеспечит социальную справедливость.

Выводы и предложения о взаимосвязи производительности и оплаты труда, места и роли социальных факторов уже использовались и используются при разработке перспективных планов развития фирм и предприятий, распределении финансовых средств (инвестировании), обеспечении сбалансированного пропорционального развития между технико-технологическим, организационно-структурным и социально-экономическими уровнями.

Результаты работы могут быть использованы в учебно-педагогической работе, в лекционных курсах по общей и экономической социологии, по социальной работе, в спецкурсах по управлению, местному самоуправлению и регионоведению.

Апробация работы. Основные положения, выводы и рекомендации, изложенные в диссертационном исследовании, докладывались на V Международном социальном конгрессе «Социальная модернизация России: итоги, уроки, перспективы» (г. Москва, 2005 г.), VI Международном социальном конгрессе «Глобализации: настоящее и будущее России» (г. Москва, 2006 г.), Всероссийской научно-практической конференции «Здоровый образ жизни для всех возрастов» (г. Саратов, 2006 г.), Международной научно-практической конференции «Современное общество: территория постмодерна» (г. Саратов, 2005г.), Межвузовской конференции «Российское общество: цивилизованные горизонты трансформации» (г. Саратов, 2005 г.), Межвузовской конференции «Российское общество: цивилизованные границы трансформации» (г. Саратов, 2006 г.), VII Международной научно-методической конференции «Непрерывное образование в России: пространство развития» (г. Саратов, 2006 г.), Всероссийской научной конференции «Перспективы самоорганизации общества в стратегиях глобального развития» (г. Саратов, 2006 г.), ежегодных научно-практических конференциях ИСО РГСУ «Опыт социальной работы в регионе» и конференциях социологического факультета Саратовского государственного университета имени Н.Г. Чернышевского.

По теме диссертации имеют печатные работы, в том числе монографии, статьи в центральных журналах, рекомендованных ВАК РФ, всего 35 публикаций общим объемом свыше 400 печатных листов.

Диссертация обсуждена на совместном заседании кафедр социальной работы, обеспечения жизнедеятельности, общих теоретических дисциплин, экономической теории Института социального образования (филиал) Российского государственного социального университета в г.Саратове и рекомендована к защите.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, 16 параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы исследования, рассмотрена степень ее разработанности, сформулированы цель и задачи работы, определены ее научная новизна и положения, выносимые на защиту, а также раскрыта теоретическая и практическая значимость исследования.

В первой главе – «Бедность как социальный феномен» – рассмотрены методологические проблемы исследования, выявлена сущность бедности, анализируются ее разновидности, показатели ее измерения и оценки, используемые как в зарубежных странах, так и в условиях России.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Московский Государственный Университет

имени М.В. Ломоносова

на правах рукописи

ХАЛЮТИНА МАРИНА ЕВГЕНЬЕВНА

Функционально стилистическая неоднородность научной речи востоковедов

(на примере английского языка)

Специальность 10.02.04 «Германские языки»

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание учёной степени кандидата филологических наук

Научный руководитель

доктор филологических наук, профессор

Комарова Анна Игоревна

Москва – 2014

СОДЕРЖАНИЕ

СОДЕРЖАНИЕ 2

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ 11

1.1 Этапы становления теории LSP 11

1.2 Категориальная природа трихотомии функций языка 21

1.3 Специфика использования языковых единиц в

интеллективном функциональном стиле 25

1.4 Сравнительная характеристика «языков для специальных целей» 31

1.5 Способы исследования языкового материала 37

1.6 Методики обучения LSP и методы изучения LSP 43

1.7 Выводы по Главе 1 50

ГЛАВА 2 ПРИМЕНЕНИЕ КАТЕГОРИАЛЬНОГО МЕТОДА:

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ГРАНИЦ НАУЧНОЙ РЕЧИ ВОСТОКОВЕДОВ 53

2.1 Определение «правой» границы научного стиля речи 53

2.2 Определение «левой» границы научного стиля речи 74

2.3 Выводы по Главе 2 85

ГЛАВА 3 ФУНКЦИОНАЛЬНО-СТИЛИСТИЧЕСКИЕ

РАЗНОВИДНОСТИ НАУЧНОЙ РЕЧИ 87

3.1 «0» уровень: тексты словарных определений 87

3.2 «1» уровень: идиоматически ограниченные научные тексты 112

3.3 «2» уровень: стилистически нейтральные научные тексты 146

3.4 На границе научной речи: стилистически маркированные

научные тексты 177

3.5 Эволюция научной речи: от инвариантной основы до

многообразия вариативных признаков 191

3.6 Выводы по Главе 3 205

Заключение 208

Библиография 213

Приложение 233

ВВЕДЕНИЕ

Настоящее исследование посвящено изучению функционально-стилистических разновидностей научной речи востоковедения и определению границ «языка для специальных целей» с понятийной и языковой точек зрения на англоязычном материале.

Научная речь представляет собой один из функциональных стилей языка в целом. Совокупность специальных характеристик отличает её от других стилей языка. Помимо общих свойств, присущих научной речи как одной их разновидностей в системе функциональных стилей, ей присуща функционально-стилистическая неоднородность в рамках одной научной области. Исследование описывает научную речь востоковедов во всём её многообразии и определяет границы для дальнейшего практического использования результатов исследования при обучении «языку для специальных целей» (LSP) студентов, чьей специальностью является востоковедение.

Востоковедение или ориенталистика представляет собой междисциплинарную фундаментальную научную область, занимающуюся изучением истории, экономики, литературы, языков, искусства, религии, философии, этнографии, памятников материальной и духовной культуры стран Востока и Африки, последнее определяется принадлежностью части африканских стран к мусульманскому миру.

Прочной основой, которая способна объединить все эти направления, являются различные аспекты зарождения и развития древних цивилизаций Востока (Египет, Месопотамия и Индия). Студенты Института стран Азии и Африки изучают свои специальности в рамках многих спецкурсов на русском языке, но задачи современного образования требуют умения свободно владеть профессиональным языком на международном уровне, и именно такому профессионально-ориентированному английскому языку обучает курс «Основы древних цивилизаций Востока», построенный на принципах LSP, разработанных в настоящем исследовании. Исследование разновидностей научной речи востоковедения даёт прочное теоретическое обоснование для отбора, градации и организации материалов, включённых в данный курс LSP, с позиций прагмалингвистической пригодности. Также исследование отвечает на вопрос, какие материалы не должны быть включены в учебное пособие и их нежелательно использовать в качестве учебного материала, так как они не удовлетворяют критериям научности и нецелесообразны с дидактической точки зрения.

Актуальность данного исследования определяется возрастающим интересом современной лингвистики к изучению «языков для специальных целей» (LSP). Процесс обучения языку основывается на принципе движения «от простого к сложному». В исследовании проведена классификация языкового материала: от текстов, лишённых идиоматических проявлений, до произведений речи, где явления лексического и синтаксического многообразия представлены в полной мере. Поскольку критерии оценки прагмалингвистической пригодности языкового материала вызывают в научной среде повышенный интерес и споры, данное направление является перспективным. На настоящий момент существует не много методов оценки функционально-стилистических свойств произведений речи научного регистра, а также работ, показывающих конкретные примеры такого анализа.

Источником материала послужили специальные терминологические словари по востоковедению [93, 109, 112, 121, 122, 124, 125, 126, 132, 159, 170, 172], статьи из специальных профессиональных изданий [106, 107, 108, 110, 137, 187, 190, 192], лекции и доклады учёных-востоковедов [100, 160, 161, 203], монографии известных исследователей Востока [133, 134, 176, 201]. В качестве материала, выходящего за рамки научного регистра речи, выступили художественные произведения, статьи из научно-популярных журналов и газет [128, 155, 171, 174, 178, 186, 193, 197, 199, 202].

Объектом настоящего исследования являются произведения научной речи востоковедов. Для описания образцов стилистически-маркированной научной речи привлекаются монографии известных учёных и исследователей, а также статьи из научно-популярных журналов или те их части, которые соответствуют в прагмалингвистическом аспекте критериям научности. Для описания других функциональных стилей, выходящих за границы научной речи, исследуются художественные произведения и газетные материалы на востоковедную тематику.

Предметом исследования в диссертации являются инвариантные и вариативные языковые черты произведений научной речи по востоковедению: особенности функционирования лексики, идиоматические и семантические черты каждой разновидности научной речи востоковедов, стилистические и синтаксические особенности организации текстов.

Цель данной работы заключается в комплексном изучении научной речи востоковедов и выделении в её границах функционально-стилистических разновидностей. Для достижения данной цели решаются следующие конкретные задачи:

1) исследовать разнообразные по содержанию произведения научной речи востоковедения (соответствующие направлениям востоковедения, т.е. филологические, исторические, экономические, и т.д.);

2) определить границы научной речи востоковедения и описать инвариантную языковую основу научного регистра, позволяющую говорить о целостности функционального стиля научной речи;

3) определить совокупность вариативных черт, отличающих разновидности научной речи друг от друга, а также выводящих произведения речи за пределы функционального стиля;

4) описать каждую из выявленных разновидностей научной речи с категориальных позиций;

5) произвести анализ вариативных черт, влияющих на функциональный статус произведения;

6) показать динамику нарастания вариативных черт на примерах текстов со сходной понятийной направленностью, но принадлежащих разным функционально-стилистическим разновидностям (уровням) научной речи.

Основную методологическую базу исследования составляет категориальный подход к анализу текстов, учитывающий понятийные и языковые характеристики текстов. Рассмотрение языка для специальных целей в единстве его вариативных и инвариантных признаков основано на опыте изучения научной речи на филологическом факультете и факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова [103, 104, 105, 158]. Также применяются общенаучные методы описания, сравнительного, количественного и качественного анализа текстового материала.

Новизна данного исследования заключается в рассмотрении «языка для специальных целей» как комплексного явления, вбирающего в себя множество направлений, объединённых понятием «востоковедение». В рамках исследования произведена классификация функционально-стилистических разновидностей научной речи востоковедения и определены границы «языка для специальных целей» востоковедов. Такой подход к исследуемому материалу позволил оторваться от отдельных языковых и понятийных особенностей той или иной научной области и найти множество общих черт, принадлежащих совокупно гуманитарным наукам и научной речи в целом.

Таким образом, теоретическое значение данного исследования состоит в расширении понятия «язык для специальных целей», определении и описании общих инвариантных и вариативных признаков, присущих научным произведениям востоковедной направленности и научной речи в целом, в выявлении характерных особенностей организации востоковедных текстов, отличающих их от произведений речи функционально-стилистических разновидностей, выходящих за границы научной речи.

Практическая значимость работы определяется включением материалов исследования в курс «английского языка для специальных целей» востоковедов «Основы древних цивилизаций Востока», использованием результатов исследования для составления междисциплинарных специальных курсов английского языка, использованием материалов при проведении практических занятий по стилистике, культурологии и регионоведению.

На защиту выносятся следующие положения:

1. «Язык для специальных целей» востоковедов представляет собой регистр речи, который обеспечивает общение специалистов в данной фундаментальной понятийной области, обладающей развитой системой понятий. Помимо востоковедной понятийной направленности произведения речи, составляющие LSP востоковедов, характеризуются общими чертами языковой организации. Эти характерные черты прослеживаются в востоковедных научных текстах, относящихся к интеллективному функциональному стилю, независимо от их конкретной частной темы.

2. Характерными особенностями организации текстов, принадлежащих к «языку для специальных целей» востоковедов, являются: употребление специальных профессиональных востоковедных терминов; функционирование слов, чьи морфо-синтаксические и лексико-фразеологические свойства ограничены по сравнению с языком в целом.

3. «Языку для специальных целей» востоковедов, как и специальным языкам других наук, присуща высокая степень неоднородности. В нём имеются функционально-стилистические разновидности (уровни). «Язык для специальных целей» востоковедов представлен, с одной стороны, текстами, в которых идиоматические свойства слов предельно ограничены, а, с другой стороны, текстами с полноценной идиоматикой, присущей английскому языку в целом.

4. Функционально-стилистическая неоднородность научной речи востоковедения проявляется в том, что разновидности научной речи обладают разным соотношением инвариантных и вариативных языковых признаков. При рассмотрении LSP c категориальных позиций, т.е. в единстве его понятийных и языковых особенностей, установлено, что инвариантными являются языковые свойства, связанные с понятийной ориентацией текстов и ограничением идиоматических свойств лексических единиц. Вариативными характеристиками являются такие признаки, которые усложняют языковую сторону текстов, но не углубляют их содержание. Разнообразные количественные сочетания инвариантных и вариативных признаков позволяют выделить в пределах научной речи такие функционально-стилистические разновидности, как «тексты словарных определений», «идиоматически ограниченные научные тексты», «стилистически нейтральные научные тексты» и «стилистически маркированные научные тексты».

Апробация диссертации. Основные положения проведённого исследования отражены в четырёх публикациях, три из которых – в периодических изданиях, входящих в перечень Высшей аттестационной комиссии. Теоретические и практические результаты исследования докладывались на XII международной научно-практической конференции «Современная филология: теория и практика» (Москва, 2013). Материалы исследования включены в курс «английского языка для специальных целей» востоковедов в Институте стран Азии и Африки и являются учебным материалом, утверждённым кафедрой западноевропейских языков ИСАА МГУ в качестве учебного пособия. Автор диссертации является разработчиком учебного курса английского языка для студентов-востоковедов «Основы древних цивилизаций Востока».

Объем и структура работы. Диссертация состоит из Введения, трёх Глав, Заключения, Библиографии, включающей более 200 наименований научных трудов и источников справочного характера на русском и английском языках, а также Приложения. Основной текст диссертации содержит 212 страниц.

Во Введении обосновываются выбор темы исследования и её актуальность; даётся характеристика объекта и предмета исследования; определяются основные цели и задачи работы, её научная новизна, теоретическая и практическая значимость; описываются материал и методы его исследования; сообщаются сведения о структуре работы и её апробации; приводятся основные положения, выносимые на защиту.

В Главе 1 «Теоретические предпосылки исследования» охарактеризованы научные труды, которые предварили наше исследование. Обзор литературы осуществлён в соответствии с направлениями, представляющими прямую или косвенную значимость для настоящего исследования и согласно следующим тезисам: 1) этапы становления теории LSP; 2) категориальная природа трихотомии функций языка; 3) специфика использования языковых единиц в интеллективном языковом стиле; 4) сравнительная характеристика разных «языков для специальных целей» в рамках интеллективного регистра и функционально – стилистическая неоднородность некоторых «языков для специальных целей»; 5) способы исследования языкового материала; 6) методики обучения «языкам для специальных целей» и методы изучения «языков для специальных целей».

Глава 2 «Применение категориального метода: определение границ научной речи востоковедов» посвящена определению «левой» и «правой» границ научной речи востоковедения. Так как языки для специальных целей представляют собой неоднородное с функционально-стилистической точки зрения явление, в рамках одного регистра можно встретить разные по своим языковым свойствам тексты. Применяя категориальный метод, сочетающий анализ понятийных и языковых свойств произведений речи, мы описали произведения речи, выходящие за границы научной речи востоковедов. Наряду с таким материалом научная речь представлена произведениями речи, реализующими функцию сообщения в наиболее чистом виде, т.е. текстами дефиниций специальных терминологических словарей. Данная разновидность научной речи соседствует с разделом интерлингвистики, предметом изучения которой являются искусственные языки и коды. Таким образом, мы начинаем наше исследование с анализа дефиниций специальных терминологических словарей востоковедения, в которых обнаруживаются общие черты, присущие произведениям научной речи разных функционально-стилистических разновидностей.

В Главе 3 «Функционально-стилистические разновидности научной речи» исследуются разновидности (уровни) научной речи в том виде, в котором они представлены в произведениях научной речи востоковедной направленности; исследуются понятийные и языковые черты, являющиеся инвариантными для каждой из разновидностей и для всего интеллективного регистра в целом; изучаются количественные и качественные характеристики вариативных черт, влияющие на функционально-стилистический статус произведений. На основе функционально-стилистического анализа произведений научной речи с применением категориального метода производится оценка прагмалингвистической пригодности языкового материала при обучении «языку для специальных целей» студентов-востоковедов на разных этапах языковой подготовки.

В Заключении подводятся итоги проведённого исследования, делаются общие выводы, а также даются рекомендации по применению результатов исследования на практике и в других научных областях.

В Приложении приводятся отрывки произведений, использованных в исследовании, а также примеры анализа произведений научной речи, занимающих промежуточное положение между выделенными разновидностями научной речи.

Поделитесь с Вашими друзьями: