Человек и ситуация: Уроки социальной психологии
Л. Росс, Р. Нисбетт
Аспект Пресс. Москва 1999
The Person and the Situation: Perspectives of Social Psychology
Lee Ross, Stanford University
Richard E. Nisbett, University of Michigan
McGraw-Hill, Inc.
New York St. Louis San Francisco Auckland Bogotá Caracas Lisbon London Madrid Mexico City Milan Montreal New Delhi San Juan Singapore Sydney Tokyo Toronto
Росс Л., Нисбетт Р. Человек и ситуация. Перспективы социальной психологии / Пер. с англ. В. В. Румынского под ред. Е. Н. Емельянова, B. C. Магуна — М.: Аспект Пресс, 1999. — 429 с. ISBN 5-7567-0234-2
Перевод с английского В. В. Румынского
Научные редакторы перевода канд. психол. наук Е. Н. Емельянов, канд. психол. наук B. C. Магун
Рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации для использования в учебном процессе в вузах
Учебная литература по гуманитарным и социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных учебных заведений готовится и издается при содействии Института «Открытое общество» (Фонд Сороса) в рамках программы «Высшее образование».
Редакционный совет: В. И. Бахмин, Я. М. Бергер, Е. Ю. Гениева, Г. Г. Дилигенский, В. Д. Шадриков
Рецензент: вед. науч. сотр. Института педагогических инноваций РАО Е. Г. Юдина
Одна из важнейших психологических работ последнего десятилетия. В ней рассматриваются основные теоретические идеи социальной психологии, анализируется драматический опыт практического решения социальных проблем. В центре внимания авторов — знаменитых социальных психологов — власть ситуации над поведением человека, ее психологические механизмы и прикладные следствия.
Для студентов и преподавателей высших учебных заведений, для всех, кто интересуется социально-психологической теорией и ее применением на практике.
УДК 3.2.1
ББК 88.5
Р75
© 1991 by McGraw-Hill, Inc. All rights reserved
© Издание на русском языке «Аспект Пресс», 1999
Центр исследований социальных проблем
ЦЕНТР ИССЛЕДОВАНИЙ СОЦИАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ
Руководитель Центра — Чубарова Татьяна Владимировна — кандидат экономических наук, Ph.D. Social Policy, LSE. Область научных интересов- социальная политика в России и зарубежных странах, в том числе проблемы социальной ответственности государства и работодателей; организация и финансирование здравоохранения. Активно занимается преподавательской деятельностью. (Московская высшая школа социальных и экономических наук, АНХ при Правительстве РФ). Ответственный секретарь журнала «Управление здравоохранением».
Тел.: (495)120-15-31; e-mail: chubarova@transecon.ru
Сфера деятельности
-
Разработка теории социальных исследований и методологии ее практического применения для формирования социальной политики и решения проблем социального развития современного российского общества.
-
Изучение проблем социального развития России в контексте сравнительных исследований мирового опыта, особенно стран Центральной и Восточной Европы и СНГ.
Основные направления исследований
Исследование теоретических вопросов социального развития и социальной политики:
-
проблемы формирования новой модели социальной политки в России, развитие социальной сферы в условиях переходного периода и судьба советской модели социальной политики;
-
роль государства в решении социальных проблем на современном этапе, взаимоотношения традиционных социальных партнеров: государство, работодатели, работающие;
-
глобализация и социальная политика;
-
перспективы частного сектора и неправительственных организаций в социальной сфере;
-
механизмы определения приоритетов социального развития.
Анализ социальных реформ в России, перспектив и результатов реализации программ в отдельных областях социальной сферы, в том числе:
-
жизненный уровень населения и поведение домашних хозяйств, политика доходов;
-
трудовые отношения в переходный период, формирование эффективных структур занятости, борьба с безработицей;
-
бедность и проблемы социальной интеграции/дезинтеграции;
-
социальные и экономические проблемы миграции населения и трудовых ресурсов;
-
охрана здоровья населения как составная часть социальной политики государства;
-
возможности и перспективы пенсионной реформы.
Изменения и дополнения к разделу Кибернетика (Проект)
Изменения и дополнения к разделу УДК 007 Кибернетика (Проект)
Обозначения
|
!! |
Изменено описание класса |
|
-+ |
Дополнен справочно-ссылочный аппарат |
|
++ |
Класс добавлен |
|
— |
Класс оставлен без изменения |
|
Код |
Описание класса и справочно-ссылочный аппарат |
|
!! |
007 |
Кибернетика. Общая теория информации, связи и управленияСюда относится содержательное изучение закономерностей коммуникации, организации и управления, общих для систем всех видов – природных, технических, социальных и биологических. Моделирование интеллектуальных процессов с помощью вычислительной техники 004.8 Искусственный интеллект 004.93 Распознавание и преобразование образов Общие вопросы компьютерного моделирования 004.94 Имитационное компьютерное моделирование
Управление и организация в коллективах и общественных объединениях
Коммуникация и информация в социальных системах 316.77 Социология коммуникации Формальное изучение кибернетических структур 519.7 Математическая кибернетика Управление в технических системах 62-5 Регулирование и управление машинами и процессами 621.316.7 Техника электрического регулирования Теория передачи информации по техническим каналам
Организация и управление предприятиями различных отраслей хозяйства 65 Управление предприятиями. Организация производства, торговли, транспорта, связи, печати, рекламы 65.01 Общие организационные вопросы Конструирование, производство и эксплуатация автоматических систем и устроств 681.5 Автоматика. Теория – методы расчёта и аппаратура систем автоматического управления и регулирования. Техническая кибернетика |
— |
007.2 |
Близко расположенные аэродромы, организация и выполнение полетов с которых требуют специального согласования и координирования
Федеральные правила
использования воздушного пространства Российской Федерации
I. Общие положения
1. Настоящие Федеральные правила, разработанные в соответствии с Воздушным кодексом Российской Федерации и Конвенцией о международной гражданской авиации, устанавливают порядок использования воздушного пространства Российской Федерации в интересах экономики и обороны страны, в целях удовлетворения потребностей пользователей воздушного пространства, обеспечения безопасности использования воздушного пространства.
2. В настоящих Федеральных правилах применяются следующие основные понятия:
1) «аварийное оповещение» — обслуживание воздушного движения, предоставляемое с целью уведомления соответствующих служб и организаций о воздушных судах, нуждающихся в помощи поисково-спасательных служб, и оказания необходимого содействия этим службам и организациям;
2) «аэроузел» — близко расположенные аэродромы, организация и выполнение полетов с которых требуют специального согласования и координирования;
3) «безопасность использования воздушного пространства» — комплексная характеристика установленного порядка использования воздушного пространства, определяющая его способность обеспечить выполнение всех видов деятельности по использованию воздушного пространства без угрозы жизни и здоровью людей, материального ущерба государству, гражданам и юридическим лицам;
4) «воздушная трасса Российской Федерации» — установленная для полетов воздушных судов часть воздушного пространства, ограниченная по высоте и ширине, обеспеченная средствами навигации и обслуживанием воздушного движения (далее именуется — воздушная трасса);
5) «воздушное движение» — движение воздушных судов, находящихся в полете и на площади маневрирования аэродрома;
6) «воздушное судно-нарушитель» — воздушное судно (летательный аппарат) гражданина или юридического лица, допустившего нарушение использования воздушного пространства Российской Федерации;
7) «воздушный коридор пролета государственной границы Российской Федерации» — часть воздушного пространства над государственной границей Российской Федерации, определенная для пересечения ее воздушными судами, выполняющими международные полеты;
8) «временный режим» — временный порядок использования отдельных элементов структуры воздушного пространства Российской Федерации, устанавливаемый на срок до 3 суток для осуществления деятельности, требующей специальной организации использования воздушного пространства;
9) «вспомогательный районный центр единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — оперативный орган единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, предназначенный для организации воздушного движения, контроля за соблюдением Федеральных правил использования воздушного пространства в своем районе ЕС ОрВД (далее именуется — ВРЦ ЕС ОрВД);
10) «главный центр единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — оперативный орган единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, предназначенный для планирования и координирования использования воздушного пространства, организации воздушного движения, обеспечения разрешительного порядка использования воздушного пространства, контроля за соблюдением настоящих Федеральных правил в пределах воздушного пространства Российской Федерации и районов, где ответственность за организацию воздушного движения возложена на Российскую Федерацию (далее именуется — ГЦ ЕС ОрВД);
11) «диспетчерское обслуживание (управление) воздушного движения» — обслуживание (управление) воздушного движения с целью предотвращения столкновений воздушных судов между собой и другими материальными объектами в воздухе, столкновений с препятствиями, в том числе на площади маневрирования аэродрома, а также регулирования воздушного движения и обеспечения его экономичности;
12) «диспетчерское воздушное пространство» — воздушное пространство зоны (района) единой системы организации воздушного движения, в пределах которого обеспечивается диспетчерское обслуживание (управление) воздушного движения;
13) «документ аэронавигационной информации» — документ, который содержит информацию, имеющую важное значение для аэронавигации, утвержденный и изданный в установленном порядке;
14) «запретная зона» — часть воздушного пространства Российской Федерации установленных размеров, в пределах которой использование воздушного пространства без специального разрешения запрещено;
15) «зона ограничения» — часть воздушного пространства Российской Федерации установленных размеров, в пределах которой использование воздушного пространства ограничено соответствующими условиями;
16) «опасная зона» — часть воздушного пространства установленных размеров, в пределах которой в определенный период может осуществляться деятельность, представляющая угрозу безопасности полетов воздушных судов;
17) «зона (район) единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — воздушное пространство установленных размеров, в пределах которого соответствующие оперативные органы единой системы организации воздушного движения Российской Федерации осуществляют свои функции (далее именуется — зона (район) ЕС ОрВД);
18) «зональный (вспомогательный зональный) центр единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — оперативный орган единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, предназначенный для планирования и координирования использования воздушного пространства, организации воздушного движения, обеспечения разрешительного порядка использования воздушного пространства, контроля за соблюдением настоящих Федеральных правил в своей зоне ЕС ОрВД (далее именуется — ЗЦ (ВЗЦ) ЕС ОрВД);
19) «использование воздушного пространства» — деятельность, в процессе которой осуществляется перемещение в воздушном пространстве различных материальных объектов (воздушных судов, ракет и других объектов), а также другая деятельность (строительство высотных сооружений, деятельность, в процессе которой происходят электромагнитные и другие излучения, выброс в атмосферу веществ, ухудшающих видимость, проведение взрывных работ и т.п.), которая может представлять угрозу безопасности использования воздушного пространства;
20) «консультативное обслуживание воздушного движения» — обслуживание с целью обеспечения оптимального эшелонирования полетов воздушных судов, выполняющих полеты по правилам полетов по приборам;
21) «консультативное воздушное пространство» — воздушное пространство зоны (района) ЕС ОрВД, в пределах которого обеспечивается консультативное обслуживание воздушного движения;
22) «контролируемый полет» — полет воздушного судна, который обеспечивается диспетчерским обслуживанием (управлением) воздушного движения;
23) «координирование использования воздушного пространства» — деятельность, осуществляемая в процессе планирования использования воздушного пространства и обслуживания (управления) воздушного движения, направленная на распределение воздушного пространства в зависимости от воздушной, метеорологической, аэронавигационной обстановки и в соответствии с государственными приоритетами использования воздушного пространства;
24) «кратковременное ограничение» — временный порядок использования отдельных элементов структуры воздушного пространства Российской Федерации, устанавливаемый на период до 3 часов для осуществления деятельности, требующей специальной организации использования воздушного пространства;
25) «маршрут полета» — установленная для полетов воздушных судов часть воздушного пространства, ограниченная по высоте и ширине;
26) «международная воздушная трасса» — воздушная трасса, открытая для международных полетов;
27) «местная воздушная линия Российской Федерации» — установленная для полетов воздушных судов на высотах ниже нижнего эшелона часть воздушного пространства, ограниченная по высоте и ширине, обеспеченная обслуживанием воздушного движения (далее именуется — местная воздушная линия);
28) «местный режим» — временный порядок использования отдельных элементов структуры воздушного пространства, в том числе воздушного пространства, выделенного для воздушных трасс и местных воздушных линий в нижнем воздушном пространстве зоны (района) ЕС ОрВД, устанавливаемый на срок до 3 суток для осуществления деятельности, требующей специальной организации использования воздушного пространства;
29) «нарушение порядка использования воздушного пространства» — несоблюдение условий установленного безопасного использования воздушного пространства;
30) «обслуживание воздушного движения» — общий термин, означающий в соответствующих случаях полетно-информационное обслуживание, консультативное обслуживание, диспетчерское обслуживание (управление) воздушного движения, а также аварийное оповещение;
31) «организация воздушного движения» — обеспечение возможности эксплуатантам воздушных судов придерживаться планируемого времени вылета и прибытия и выдерживать наиболее предпочтительные профили полета при минимальных ограничениях и без снижения установленных уровней безопасности (далее именуется — ОрВД).
ОрВД включает:
обслуживание (управление) воздушного движения;
организацию потоков воздушного движения;
организацию воздушного пространства в целях обеспечения обслуживания (управления) воздушного движения и организации потоков воздушного движения;
32) «организация воздушного пространства» — установление оптимальной структуры воздушного пространства в целях обеспечения его эффективного использования;
33) «организация использования воздушного пространства» — обеспечение безопасного, экономичного и регулярного воздушного движения, а также другой деятельности по использованию воздушного пространства, включающее в себя:
установление структуры воздушного пространства;
планирование и координирование использования воздушного пространства;
обеспечение разрешительного порядка использования воздушного пространства;
организацию воздушного движения;
контроль за соблюдением настоящих Федеральных правил;
34) «органы единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — Межведомственная комиссия по использованию воздушного пространства Российской Федерации, зональные межведомственные комиссии по использованию воздушного пространства Российской Федерации, Управление по использованию воздушного пространства и управлению воздушным движением Министерства обороны Российской Федерации, Управление государственного регулирования организации воздушного движения Федеральной службы воздушного транспорта России, оперативные органы единой системы организации воздушного движения Российской Федерации;
35) «органы обслуживания воздушного движения (управления полетами)» — общий термин, в соответствующих случаях означающий оперативные органы единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, а также органы обслуживания воздушного движения (управления полетами) пользователей воздушного пространства, осуществляющие обслуживание воздушного движения (управление полетами) либо иную деятельность по использованию воздушного пространства (далее именуются — органы ОВД (управления полетами);
36) «органы обслуживания воздушного движения (управления полетами) пользователей воздушного пространства» — органы обслуживания воздушного движения (управления полетами) государственной, гражданской и экспериментальной авиации;
37) «особый режим использования воздушного пространства» — специальный порядок использования отдельных частей воздушного пространства Российской Федерации, устанавливаемый в соответствии с директивами Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации;
38) «планирование использования воздушного пространства» — комплекс мероприятий, связанных с организацией использования воздушного пространства путем распределения и перераспределения воздушного пространства по месту, времени и высоте;
39) «полетно-информационное обслуживание воздушного движения» — обслуживание воздушного движения, целью которого является предоставление консультаций и информации для обеспечения безопасного и эффективного выполнения полетов. Осуществляется при всех видах обслуживания воздушного движения;
40) «полетно-информационное воздушное пространство» — воздушное пространство зоны (района) ЕС ОрВД, в пределах которого обеспечивается полетно-информационное обслуживание воздушного движения;
41) «полоса воздушных подходов» — часть воздушного пространства в установленных границах, примыкающая к торцу взлетно-посадочной полосы и расположенная в направлении ее оси, в которой воздушные суда производят набор высоты после взлета и снижение при заходе на посадку;
42) «пользователи воздушного пространства» — граждане и юридические лица, наделенные в установленном порядке правом на осуществление деятельности по использованию воздушного пространства;
43) «правила визуальных полетов» — порядок выполнения полетов в условиях, позволяющих определить местонахождение и пространственное положение воздушного судна по наземным ориентирам и естественному горизонту;
44) «правила полетов по приборам» — порядок выполнения полетов в условиях, при которых местонахождение и пространственное положение воздушного судна определяются по пилотажным и навигационным приборам;
45) «разрешение на использование воздушного пространства» — предоставление пользователю воздушного пространства возможности действовать в соответствии с условиями, выданными центрами единой системы организации воздушного движения Российской Федерации;
46) «разрешительный порядок использования воздушного пространства» — общий термин, означающий в соответствующих случаях порядок предоставления пользователям возможности использования воздушного пространства, а также порядок выдачи разрешений на использование воздушного пространства;
47) «район авиационных работ» — часть воздушного пространства, в пределах которой по установленным планам и графикам выполняются авиационные работы;
48) «район аэродрома» — часть воздушного пространства установленных размеров, предназначенная для организации и выполнения аэродромных полетов;
49) «район аэроузла» — часть воздушного пространства установленных размеров с двумя и более близко расположенными аэродромами, для организации и выполнения полетов с которых необходимо специальное согласование и координирование;
50) «район поисково-спасательных работ» — участок земной или водной поверхности и воздушное пространство над ним, в границах которых проводятся поисково-спасательные работы;
51) «районный центр единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — оперативный орган единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, предназначенный для планирования и координирования использования воздушного пространства, организации воздушного движения, обеспечения разрешительного порядка использования воздушного пространства, контроля за соблюдением Федеральных правил использования воздушного пространства Российской Федерации в своем районе ЕС ОрВД (далее именуется — РЦ ЕС ОрВД);
52) «спрямленная воздушная трасса Российской Федерации» — установленная для полетов воздушных судов часть воздушного пространства между двумя участками воздушной трассы (трасс), ограниченная по высоте и ширине, обеспеченная средствами навигации и обслуживанием воздушного движения, с указанием порядка ее использования (далее именуется — спрямленная воздушная трасса);
53) «структура воздушного пространства» — совокупность ограниченных в вертикальной и горизонтальной плоскостях элементов воздушного пространства, предназначенных для организации использования воздушного пространства;
54) «суточный план» — документ установленного образца, содержащий сведения о планировании использования воздушного пространства на 24-часовой период;
55) «управление полетами» — действия группы руководства полетами организаций государственной и экспериментальной авиации, направленные на своевременное и безопасное выполнение экипажами воздушных судов полетных заданий;
56) «центры единой системы организации воздушного движения Российской Федерации» — главный, зональные, вспомогательные зональные, районные, вспомогательные районные центры единой системы организации воздушного движения Российской Федерации (далее именуются — центры ЕС ОрВД);
57) «эшелон полета» — установленная поверхность постоянного атмосферного давления, отнесенная к давлению 760,0 мм ртутного столба (1013,2 гектопаскаля) и отстоящая от других таких поверхностей на величину установленных интервалов;
58) «эшелон перехода» — установленный эшелон полета для перевода шкалы давления барометрического высотомера со стандартного давления на давление аэродрома или минимальное атмосферное давление, приведенное к уровню моря. Эшелоном перехода является нижний эшелон полета в районе аэродрома (аэроузла);
59) «эшелон нижний (минимальный безопасный)» — ближайший к минимально допустимой высоте полета установленный эшелон полета, расположенный выше этой высоты, гарантирующей воздушное судно от столкновения с земной (водной) поверхностью или с препятствиями на ней.
3. Использование воздушного пространства в районах, находящихся за пределами территории Российской Федерации, где ответственность за организацию воздушного движения и контроль за соблюдением внутригосударственных и международных требований, стандартов, норм и процедур в области использования воздушного пространства и деятельности в области авиации возложена на Российскую Федерацию, осуществляется в соответствии с международными договорами Российской Федерации.
4. Настоящие Федеральные правила обязательны для руководства и исполнения всеми федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления и пользователями воздушного пространства, а также органами ОВД (управления полетами).
5. Использование воздушного пространства производится с разрешения соответствующего центра ЕС ОрВД на основании заявок (расписаний, графиков), подаваемых пользователями воздушного пространства, с сообщением в органы ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО в соответствии с правилами согласно приложению N 1.
Запрос и выдача разрешений на использование воздушного пространства Российской Федерации производятся в соответствии с правилами согласно приложению N 2.
Использование воздушного пространства без получения указанного разрешения, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 50 настоящих Федеральных правил, запрещается.
6. Использование воздушного пространства может быть запрещено или ограничено в соответствии с настоящими Федеральными правилами.
7. Нормативные правовые акты по вопросам, связанным с организацией использования воздушного пространства, должны разрабатываться в соответствии с настоящими Федеральными правилами.
8. Лицо, осуществляющее деятельность в воздушном пространстве с нарушением порядка его использования, обязано по требованию органов, осуществляющих контроль за соблюдением настоящих Федеральных правил, своими силами и за свой счет прекратить нарушение порядка использования воздушного пространства или осуществление такой деятельности.
9. Нарушение требований настоящих Федеральных правил влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.
10. Все пользователи воздушного пространства обладают равными правами на его использование в соответствии с государственными приоритетами.
11. Пользователь воздушного пространства имеет право:
а) на обеспечение безопасности, регулярности и экономичности полетов воздушных судов и другой деятельности в воздушном пространстве со стороны органов, ответственных за безопасность полетов и авиационную безопасность;
б) на получение от органов ОВД (управления полетами) касающейся его информации о деятельности, связанной с использованием воздушного пространства, представляющей угрозу безопасности деятельности данного пользователя;
в) на внесение в установленном порядке предложений по совершенствованию структуры воздушного пространства и ее элементов;
г) на внесение предложений по разработке, изменению и дополнению нормативных правовых актов Российской Федерации, связанных с использованием воздушного пространства.
12. Пользователь воздушного пространства обязан:
а) осуществлять свою деятельность в воздушном пространстве в соответствии с требованиями Воздушного кодекса Российской Федерации, других нормативных правовых актов Российской Федерации, регламентирующих использование воздушного пространства, и настоящих Федеральных правил;
б) своевременно подавать заявки (расписания, графики) на использование воздушного пространства;
в) осуществлять свою деятельность в воздушном пространстве только после получения соответствующего разрешения от центров ЕС ОрВД и в соответствии с изложенными в нем условиями, за исключением случаев, указанных в пункте 50 настоящих Федеральных правил;
г) своевременно сообщать о начале и окончании использования воздушного пространства в соответствующие оперативные органы ЕС ОрВД, Военно-воздушных сил и противовоздушной обороны (далее именуются — ВВС и ПВО);
д) содействовать органам ОВД (управления полетами) в осуществлении поисково-спасательных работ, а также при оказании помощи терпящим или потерпевшим бедствие воздушным судам;
е) применять установленные типы и формы сообщений об использовании воздушного пространства;
ж) использовать официально издаваемые документы аэронавигационной информации.
13. Министерство обороны Российской Федерации (Управление по использованию воздушного пространства и управлению воздушным движением) осуществляет полное государственное регулирование использования воздушного пространства.
Федеральная служба воздушного транспорта России (Управление государственного регулирования организации воздушного движения) осуществляет государственное регулирование деятельности по использованию той части воздушного пространства, которая в установленном порядке определена для воздушных трасс (внутренних и международных), местных воздушных линий, районов авиационных работ, гражданских аэродромов и аэропортов.
Координация деятельности по государственному регулированию использования воздушного пространства Российской Федерации возлагается на Межведомственную комиссию по использованию воздушного пространства Российской Федерации (далее именуется — Межведомственная комиссия), а в регионах — на зональные межведомственные комиссии по использованию воздушного пространства Российской Федерации.
14. Министерство обороны Российской Федерации и Федеральная служба воздушного транспорта России в пределах своей компетенции:
а) разрабатывают проекты федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, определяющих порядок использования воздушного пространства, согласовывают их с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и представляют в Правительство Российской Федерации;
б) разрабатывают, утверждают, издают и доводят до пользователей воздушного пространства нормативные правовые акты (приказы, правила, положения, инструкции) по вопросам использования воздушного пространства;
в) организуют контроль за соблюдением настоящих Федеральных правил.
II. Организация использования воздушного пространства Российской Федерации
15. Ответственность за организацию использования воздушного пространства Российской Федерации возложена на председателя Межведомственной комиссии — главнокомандующего Военно-воздушными силами (далее именуется — главнокомандующий ВВС).
16. Организация использования воздушного пространства осуществляется органами единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, а также органами пользователей воздушного пространства — органами ОВД (управления полетами) в установленных для них зонах и районах ЕС ОрВД в порядке, определенном настоящими Федеральными правилами.
17. Взаимодействие между органами ОВД (управления полетами) осуществляется по каналам связи Министерства обороны Российской Федерации, Федеральной службы воздушного транспорта России, а также по каналам связи, арендуемым у Государственного комитета Российской Федерации по телекоммуникациям, других федеральных органов исполнительной власти и организаций в порядке согласно приложению N 3. Отключение каналов связи взаимодействия между органами ОВД (управления полетами) запрещается.
18. Структура воздушного пространства устанавливается в соответствии с Воздушным кодексом Российской Федерации, настоящими Федеральными правилами и включает в себя следующие элементы:
а) зоны и районы ЕС ОрВД;
б) воздушное пространство приграничной полосы;
в) районы аэродромов и аэроузлов;
г) воздушные трассы и местные воздушные линии;
д) маршруты полетов воздушных судов;
е) спрямленные воздушные трассы;
ж) воздушные коридоры пролета государственной границы Российской Федерации;
з) коридоры входа (выхода) на воздушные трассы;
и) специальные зоны полетов воздушных судов (зоны отработки техники пилотирования (пилотажные зоны), зоны испытательных полетов, зоны полетов воздушных судов на малых и предельно малых высотах, зоны полетов воздушных судов на скоростях, превышающих скорость звука, зоны полетов воздушных судов на дозаправку топливом в воздухе, зоны полетов воздушных судов с переменным профилем и т.п.);
к) запретные зоны;
л) зоны ограничений полетов;
м) опасные зоны (районы пуска и падения ракет и их отделяемых частей);
н) районы полигонов;
о) районы взрывных работ;
п) районы противоградовых стрельб;
р) районы авиационных работ;
с) специальные районы;
т) другие специальные элементы, устанавливаемые для осуществления деятельности в воздушном пространстве.
19. Границы элементов структуры воздушного пространства устанавливаются по географическим координатам, высотам, указываются в соответствующих инструкциях и публикуются в документах аэронавигационной информации.
20. Воздушное пространство делится на нижнее и верхнее. Границей нижнего и верхнего воздушного пространства является высота 8100 м, которая относится к верхнему воздушному пространству.
По высоте выполнения полетов воздушное пространство классифицируется:
а) на предельно малые высоты — от 0 до 200 м включительно над рельефом местности или водной поверхностью;
б) на малые высоты — свыше 200 до 1000 м включительно над рельефом местности или водной поверхностью;
в) на средние высоты — свыше 1000 до 4000 м включительно;
г) на большие высоты — свыше 4000 до 12 000 м (до тропопаузы) включительно;
д) на стратосферу — свыше 12 000 м (выше тропопаузы).
21. Воздушное пространство над территорией Российской Федерации, а также за ее пределами, где ответственность за организацию воздушного движения и контроль за соблюдением внутригосударственных и международных требований, стандартов, норм и процедур в области использования воздушного пространства и деятельности в области авиации возложена на Российскую Федерацию, делится на зоны и районы ЕС ОрВД.
В зоне ЕС ОрВД ответственность за организацию использования воздушного пространства возлагается на председателя зональной межведомственной комиссии по использованию воздушного пространства Российской Федерации — командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения).
Перечень зон и районов ЕС ОрВД утверждается совместным приказом Министра обороны Российской Федерации и директора Федеральной службы воздушного транспорта России и издается Министерством обороны Российской Федерации.
Структура воздушного пространства зоны ЕС ОрВД устанавливается инструкцией по использованию воздушного пространства зоны единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, утверждаемой главнокомандующим ВВС.
Структурная схема инструкции по использованию воздушного пространства зоны единой системы организации воздушного движения Российской Федерации утверждается совместным приказом Министра обороны Российской Федерации и директора Федеральной службы воздушного транспорта России.
22. В воздушном пространстве над территорией Российской Федерации вдоль ее государственной границы устанавливается приграничная полоса шириной 25 км с особым режимом ее использования.
В воздушном пространстве вдоль государственной границы Российской Федерации в Северном Ледовитом океане приграничная полоса не устанавливается.
23. Для выполнения полетов воздушных судов с аэродрома устанавливается район аэродрома. Границы района аэродрома (независимо от того, в чьей собственности, хозяйственном ведении, оперативном управлении он находится) по представлению старшего авиационного начальника аэродрома утверждаются командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения), ответственным за организацию использования воздушного пространства в зоне ЕС ОрВД, в которой расположен район аэродрома.
Правила полетов в районе аэродрома (аэроузла) определяются инструкцией по производству полетов в районе аэродрома (аэроузла) или аэронавигационным паспортом аэродрома.
Районы аэродромов, на которых организация и обслуживание воздушного движения (управление полетами) требуют взаимного согласования и координирования, могут по решению командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения) объединяться в аэроузлы.
Границы района аэроузла утверждаются командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения), ответственным за организацию использования воздушного пространства в зоне ЕС ОрВД, в которой расположен район аэроузла. Границы районов аэродромов, входящих в аэроузел, могут не устанавливаться.
Инструкция по производству полетов в районе аэродрома (аэроузла) или аэронавигационный паспорт аэродрома, расположенного в зоне ЕС ОрВД, утверждается командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения), ответственным за организацию использования воздушного пространства в этой зоне ЕС ОрВД.
Структурные схемы инструкции по производству полетов в районе аэродрома (аэроузла) или аэронавигационного паспорта аэродрома утверждаются совместным приказом Министра обороны Российской Федерации и директора Федеральной службы воздушного транспорта России. Инструкции по производству полетов в районе аэродрома, посадочной площадки гражданской авиации или аэронавигационный паспорт аэродрома, на которых воздушные суда не базируются, согласовываются со штабом объединения ВВС и ПВО и утверждаются начальником соответствующего территориального органа Федеральной службы воздушного транспорта России.
Полеты в районе аэродрома, не имеющем утвержденной инструкции по производству полетов в районе аэродрома или аэронавигационного паспорта аэродрома, запрещаются.
Необходимые сведения об аэродромах публикуются в документах аэронавигационной информации, издаваемых Министерством обороны Российской Федерации и Федеральной службой воздушного транспорта России.
Перелеты на аэродромы, сведения о которых не опубликованы в документах аэронавигационной информации, запрещаются.
Для каждого военного корабля и невоенного судна, имеющих на борту воздушные суда, разрабатывается инструкция по производству полетов с палубы военного корабля или невоенного судна. Инструкция разрабатывается старшим авиационным начальником на военном корабле или невоенном судне и утверждается командующим флотом (начальником соответствующего территориального органа Федеральной службы воздушного транспорта России) по месту базирования (приписки) этого военного корабля или невоенного судна.
Использование воздушного пространства и обслуживание воздушного движения (управление полетами) с палубы военного корабля или невоенного судна согласовываются с оперативным органом ЕС ОрВД, в зоне (районе) ЕС ОрВД которого планируется выполнение полетов.
Старшие авиационные начальники аэродромов (аэроузлов) по вопросам использования воздушного пространства подчиняются командующему объединением ВВС и ПВО (командующему авиационным объединением, командиру авиационного соединения), ответственному за организацию использования воздушного пространства в зоне ЕС ОрВД, в которой расположены эти аэродромы (аэроузлы).
24. В воздушном пространстве устанавливаются воздушные трассы и местные воздушные линии.
Воздушные трассы разрабатываются Федеральной службой воздушного транспорта России совместно с Министерством обороны Российской Федерации с учетом интересов всех пользователей воздушного пространства и утверждаются Министром обороны Российской Федерации. Отдельные воздушные трассы и местные воздушные линии открываются для выполнения международных полетов. Использование воздушного пространства для полетов иностранных воздушных судов вне воздушных трасс и местных воздушных линий, открытых для международных полетов, запрещается, за исключением случаев, предусмотренных международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Представление об открытии международных трасс и местных воздушных линий согласовывается с Федеральной службой безопасности Российской Федерации.
Предложения об открытии воздушных трасс и местных воздушных линий разрабатываются пользователями воздушного пространства, заинтересованными в их открытии.
Перечень воздушных трасс Российской Федерации издается Министерством обороны Российской Федерации, а поправки к нему — Федеральной службой воздушного транспорта России. Перечень и поправки вводятся в действие совместным приказом Министра обороны Российской Федерации и директора Федеральной службы воздушного транспорта России.
Ширина воздушной трассы устанавливается, как правило, 10 км (по 5 км в обе стороны от оси воздушной трассы). В районах, не обеспеченных радиотехническими средствами, ширина воздушной трассы может быть увеличена до 20 км (по 10 км в обе стороны от оси воздушной трассы).
Расстояние между осями параллельных воздушных трасс при наличии радиолокационного контроля должно быть не менее 30 км, без радиолокационного контроля — не менее 60 км.
Оборудование воздушных трасс необходимыми средствами навигации и обслуживания воздушного движения осуществляется Федеральной службой воздушного транспорта России по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации.
Местные воздушные линии открываются для полетов на высотах ниже нижнего эшелона по правилам визуальных полетов с учетом рельефа местности и препятствий на ней. Ширина местной воздушной линии устанавливается не более 4 км.
Местные воздушные линии разрабатываются территориальными органами Федеральной службы воздушного транспорта России и утверждаются командующими объединениями ВВС и ПВО (командующими авиационными объединениями, командирами авиационных соединений), отвечающими за организацию использования воздушного пространства в зонах ЕС ОрВД, в которых планируется ввод в действие местных воздушных линий.
Перечень местных воздушных линий и поправки к нему разрабатываются и издаются территориальными органами Федеральной службы воздушного транспорта России и вводятся в действие совместным приказом командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения) и начальника межрегионального территориального управления (территориального управления) Федеральной службы воздушного транспорта России.
Местные воздушные линии, открытые для международных полетов, включаются в перечень воздушных трасс Российской Федерации.
Оборудование местных воздушных линий необходимыми средствами навигации и обслуживания воздушного движения осуществляется территориальными органами Федеральной службы воздушного транспорта России по согласованию с командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения).
Воздушные трассы и местные воздушные линии вводятся в действие в порядке, установленном Федеральной службой воздушного транспорта России.
25. В воздушном пространстве для выполнения полетов вне воздушных трасс и местных воздушных линий устанавливаются маршруты полетов воздушных судов.
Маршрут полета воздушного судна прокладывается с таким расчетом, чтобы полет выполнялся относительно других элементов воздушного пространства на удалении, установленном настоящими Федеральными правилами.
26. Ширина маршрута устанавливается:
при выполнении полетов на малых и предельно малых высотах — 20 км;
при выполнении полетов на средних и больших высотах — 40 км;
при выполнении полетов в стратосфере — 50 км.
При полетах над морем (океаном) вне радиолокационной видимости береговой черты (над безориентирной местностью) ширина маршрута независимо от высоты полета устанавливается 50 км.
27. Расстояние между осями параллельных маршрутов при полете на одном эшелоне (высоте) должно быть не менее:
а) при радиолокационном контроле:
при выполнении полетов на малых и предельно малых высотах — 40 км;
при выполнении полетов на средних и больших высотах — 60 км;
при выполнении полетов в стратосфере — 70 км;
при выполнении полетов над морем (океаном) вне радиолокационной видимости береговой черты (над безориентирной местностью) независимо от высоты полета — 70 км;
б) без радиолокационного контроля:
при выполнении полетов на малых и предельно малых высотах — 70 км;
при выполнении полетов на средних и больших высотах — 90 км;
при выполнении полетов в стратосфере — 100 км;
при выполнении полетов над морем (океаном) вне радиолокационной видимости береговой черты (над безориентирной местностью) независимо от высоты полета — 100 км.
28. Расстояние между осями параллельных маршрута и воздушной трассы при полете на одном эшелоне (высоте) должно быть не менее:
а) при радиолокационном контроле:
при выполнении полетов на малых и предельно малых высотах — 35 км;
при выполнении полетов на средних и больших высотах — 45 км;
при выполнении полетов в стратосфере — 50 км;
при выполнении полетов над морем (океаном) вне радиолокационной видимости береговой черты (над безориентирной местностью) независимо от высоты полета — 50 км;
б) без радиолокационного контроля:
при выполнении полетов на малых и предельно малых высотах — 65 км;
при выполнении полетов на средних и больших высотах — 75 км;
при выполнении полетов в стратосфере — 80 км;
при выполнении полетов над морем (океаном) вне радиолокационной видимости береговой черты (над безориентирной местностью) независимо от высоты полета — 80 км.
29. В воздушном пространстве могут устанавливаться спрямленные воздушные трассы. Разработка, утверждение, опубликование данных и ввод в действие спрямленных воздушных трасс осуществляются в порядке, предусмотренном для воздушных трасс.
30. Разрешение на использование спрямленных воздушных трасс выдает:
в воздушном пространстве одного района ЕС ОрВД или двух смежных районов одной зоны ЕС ОрВД — военный сектор РЦ ЕС ОрВД;
в воздушном пространстве двух смежных зон ЕС ОрВД или более чем двух районов ЕС ОрВД одной зоны ЕС ОрВД — военный сектор ЗЦ ЕС ОрВД;
в воздушном пространстве более двух зон ЕС ОрВД — военный сектор ГЦ ЕС ОрВД.
31. Пересечение государственной границы Российской Федерации воздушными судами при выполнении международных полетов осуществляется по специально выделенным воздушным коридорам пролета.
При выполнении международных полетов по воздушной трассе и местной воздушной линии, открытых для международных полетов, специально выделенным воздушным коридором пролета государственной границы Российской Федерации является место пересечения участка воздушной трассы и местной воздушной линии с линией государственной границы Российской Федерации.
При выполнении постоянных международных полетов вне воздушных трасс и местных воздушных линий, открытых для международных полетов, специально выделенным воздушным коридором пролета государственной границы Российской Федерации является место пересечения участка маршрута полета с линией государственной границы Российской Федерации.
При выполнении разовых международных полетов вне специально выделенных коридоров пересечение государственной границы Российской Федерации осуществляется с разрешения Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации на основании решения Правительства Российской Федерации, кроме случаев, указанных в пункте 87 настоящих Федеральных правил.
32. Параметры специально выделенного воздушного коридора по высоте и ширине соответствуют:
при выполнении международного полета по воздушной трассе или местной воздушной линии, открытых для международных полетов, — параметрам воздушной трассы или местной воздушной линии;
при выполнении международного полета вне воздушной трассы или местной воздушной линии — параметрам маршрута полета в соответствии с пунктом 24 настоящих Федеральных правил.
Специально выделенный коридор пролета государственной границы Российской Федерации обозначается географическими координатами точки пересечения оси участка воздушной трассы или местной воздушной линии, открытых для международных полетов, или маршрута полета с линией государственной границы Российской Федерации.
Специально выделенный коридор пролета государственной границы Российской Федерации по представлению заинтересованных организаций разрабатывается и утверждается Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Федеральной службой безопасности Российской Федерации.
Специально выделенный коридор пролета государственной границы Российской Федерации для выполнения международных полетов вне воздушных трасс и местных воздушных линий, открытых для международных полетов, публикуется в перечне воздушных коридоров пролета государственной границы Российской Федерации.
33. Для аэродромов, расположенных вне воздушных трасс, устанавливаются маршруты входа (выхода) на воздушные трассы. Маршруты, используемые для входа (выхода) на воздушные трассы, открытые для международных полетов, согласовываются с территориальными органами Федеральной службы безопасности Российской Федерации.
34. Для выполнения отдельных видов полетов (на отработку техники пилотирования, испытательные, на высотах ниже нижнего эшелона, на скоростях, превышающих скорость звука, на дозаправку топливом в воздухе, с переменным профилем и т.п.) в воздушном пространстве могут устанавливаться специальные зоны полетов воздушных судов. Сведения об этих специальных зонах указываются в инструкции по использованию воздушного пространства зоны единой системы организации воздушного движения Российской Федерации.
35. В воздушном пространстве могут устанавливаться запретные зоны и зоны ограничений.
По представлению федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации и организаций запретные зоны устанавливает Генеральный штаб Вооруженных Сил Российской Федерации, а зоны ограничений — командующий объединением ВВС и ПВО (командующий авиационным объединением, командир авиационного соединения).
Запретные зоны и зоны ограничений устанавливаются в пределах обоснованного объема воздушного пространства.
36. Использование воздушного пространства в запретных зонах и зонах ограничений запрещено, за исключением:
использования воздушного пространства организациями, в интересах которых установлены такие зоны;
полетов на перехват воздушных судов-нарушителей, а также выполнения других оперативных заданий в интересах государства;
полетов с целью проведения поисково-спасательных работ и работ по оказанию помощи при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера.
При необходимости использования воздушного пространства в запретных зонах и зонах ограничений в случаях, не предусмотренных настоящими Федеральными правилами, заинтересованные пользователи воздушного пространства обязаны получить специальное разрешение Министерства обороны Российской Федерации.
Данные о запретных зонах и зонах ограничений публикуются в документах аэронавигационной информации.
37. Для обеспечения безопасного использования воздушного пространства в районах пуска и падения ракет, падения их отделяющихся частей устанавливаются опасные зоны.
Границы опасных зон и минимально безопасные высоты полетов воздушных судов над ними устанавливаются Министерством обороны Российской Федерации.
Данные об опасных зонах публикуются в документах аэронавигационной информации, а при необходимости — и в средствах массовой информации.
38. Для обеспечения безопасного использования воздушного пространства при проведении стрельб, пусков ракет, бомбометаний, взрывных работ, противоградовых стрельб, деятельности в процессе которой происходят электромагнитные и другие излучения, а также другой аналогичной деятельности устанавливаются районы полигонов, взрывных работ, противоградовых стрельб.
Границы районов полигонов, взрывных работ, противоградовых стрельб определяются с учетом высоты и максимальной горизонтальной дальности полета снарядов, ракет, радиуса разлета их осколков и т.п. Кроме того, необходимо учитывать, чтобы границы этих районов находились на удалении не менее 10 км от схем полета по кругу аэродромов и границ воздушных трасс и местных воздушных линий, расположенных вне таких районов.
Должностные лица, ответственные за проведение стрельб, пусков ракет, бомбометаний, взрывных работ, работ по активному воздействию на гидрометеорологические процессы и другой аналогичной деятельности, организуют визуальное или радиолокационное наблюдение за воздушным пространством установленного для них района. В случае обнаружения воздушных судов в указанных районах осуществляемая в них деятельность немедленно прекращается.
39. Для проведения авиационных работ могут устанавливаться районы авиационных работ.
Границы постоянных районов авиационных работ устанавливаются военными секторами центров ЕС ОрВД по представлению пользователей воздушного пространства.
40. Для выполнения полетов воздушных судов без разрешений центров ЕС ОрВД на использование воздушного пространства в отдельных частях воздушного пространства могут устанавливаться специальные районы.
Специальные районы устанавливаются в зоне ЕС ОрВД решением командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения), ответственным за организацию использования воздушного пространства в этой зоне ЕС ОрВД, по представлению территориальных органов Федеральной службы воздушного транспорта России на основании предложений эксплуатантов гражданской авиации по выполнению полетов на высотах ниже нижнего эшелона.
При использовании воздушного пространства в этих районах пользователи воздушного пространства обязаны немедленно сообщить в ближайшие органы ЕС ОрВД о начале своей деятельности и получить от них необходимую аэронавигационную информацию.
Сведения о специальных районах указываются в инструкции по использованию воздушного пространства зоны единой системы организации воздушного движения Российской Федерации.
41. В целях совершенствования структуры воздушного пространства осуществляется разработка соответствующих предложений о внесении изменений или дополнений в документы, определяющие эту структуру (перечень воздушных трасс Российской Федерации, инструкции по использованию воздушного пространства зон единой системы организации воздушного движения Российской Федерации, перечни местных воздушных линий и т.п.).
Элементы структуры воздушного пространства наносятся на радионавигационные карты, издаваемые Министерством обороны Российской Федерации.
Подготовка и представление предложений по совершенствованию структуры воздушного пространства Российской Федерации производятся в порядке согласно приложению N 4.
42. Деятельность, связанная с использованием воздушного пространства (за исключением деятельности, указанной в пункте 50 настоящих Федеральных правил), осуществляется в соответствии с поданными заявками и (или) расписаниями (графиками).
43. Заявки, поданные с нарушением установленного порядка, аннулируются и в суточный план центров ЕС ОрВД не включаются, о чем ставится в известность податель заявки.
44. Планирование и координирование использования воздушного пространства выполняются центрами ЕС ОрВД во взаимодействии с органами обслуживания воздушного движения (управления полетами) пользователей воздушного пространства.
45. Центры ЕС ОрВД осуществляют предварительное, суточное и текущее планирование использования воздушного пространства на основании заявок, расписаний (графиков).
46. Предварительное планирование использования воздушного пространства осуществляется за двое и более суток до дня использования воздушного пространства с целью согласования вопросов, связанных со специальной организацией использования воздушного пространства и с его обеспечением.
47. Суточное планирование использования воздушного пространства осуществляется накануне дня использования воздушного пространства с целью обеспечения заявленной деятельности путем распределения воздушного пространства по месту, времени и высоте.
48. Текущее планирование использования воздушного пространства осуществляется в процессе выполнения суточного плана путем перераспределения воздушного пространства по времени, месту и высоте с целью обеспечения безопасности спланированной деятельности и деятельности, заявки на которую поступают в текущие сутки.
49. Координирование использования воздушного пространства осуществляется в процессе планирования и обслуживания воздушного движения с целью качественного и своевременного выполнения деятельности в зависимости от складывающейся воздушной, метеорологической и аэронавигационной обстановки и в соответствии с государственными приоритетами в использовании воздушного пространства.
50. Использование воздушного пространства без разрешения центров ЕС ОрВД допускается в случае:
а) отражения воздушного нападения, предотвращения и прекращения нарушений государственной границы Российской Федерации или вооруженного вторжения на территорию Российской Федерации;
б) оказания помощи при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, выполнения поисково-спасательных работ;
в) запуска, посадки, поиска и эвакуации космических аппаратов и их экипажей;
г) предотвращения и прекращения нарушений настоящих Федеральных правил;
д) полетов в специальных районах.
Лица, принявшие решение об использовании воздушного пространства без разрешения центров ЕС ОрВД, обязаны немедленно уведомить об этом соответствующие центры ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО.
Лица, принявшие решение об использовании воздушного пространства без разрешения центров ЕС ОрВД, а также центры ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО обязаны принять все возможные меры для обеспечения безопасности использования воздушного пространства в своих зонах и районах ЕС ОрВД.
51. В процессе планирования и координирования использования воздушного пространства центры ЕС ОрВД могут вносить изменения в заявленные условия использования воздушного пространства (место, время и высота). Указанные изменения должны быть согласованы и доведены до подателя заявки, а при необходимости до органов ВВС и ПВО и других заинтересованных органов не менее чем за 2 часа до запланированного времени начала деятельности. По трассовым полетам, выполняемым с гражданских аэродромов, внесение изменений в заявленные условия использования воздушного пространства осуществляется в соответствии с табелем сообщений о движении воздушных судов в Российской Федерации, утверждаемым Федеральной службой воздушного транспорта России по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации.
52. Решения о запрещении деятельности и аннулировании заявок принимают центры ЕС ОрВД, которым предоставлено право выдавать соответствующие разрешения на использование воздушного пространства.
53. При планировании и координировании использования воздушного пространства военные сектора соответствующих центров ЕС ОрВД могут устанавливать временные, местные режимы и кратковременные ограничения.
54. Разработка и установление временных, местных режимов и кратковременных ограничений использования воздушного пространства Российской Федерации производится в порядке согласно приложению N 5.
55. Разрешение на использование воздушного пространства Российской Федерации при выполнении международных полетов российским и иностранным пользователям воздушного пространства выдается на основании:
а) международных договоров Российской Федерации;
б) разрешений на выполнение разовых полетов, выдаваемых Правительством Российской Федерации;
в) разрешений на выполнение разовых полетов, выдаваемых в соответствии с законодательством Российской Федерации;
г) разрешений на выполнение разовых полетов, выдаваемых Министерством иностранных дел Российской Федерации.
Разрешение на выполнение разовых международных полетов экспериментальных воздушных судов выдается Правительством Российской Федерации, а по экспериментальным воздушным судам, изготовленным для гражданской авиации, — специально уполномоченным органом, осуществляющим функции государственного регулирования деятельности в области экспериментальной авиации и оформляется через Министерство иностранных дел Российской Федерации.
Разрешение на выполнение государственными воздушными судами разовых международных полетов выдается Генеральным штабом Вооруженных Сил Российской Федерации на основании решения Правительства Российской Федерации.
Разрешение на выполнение другой деятельности, связанной с использованием воздушного пространства Российской Федерации российскими и иностранными пользователями, выдается в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, если иное не предусмотрено международными договорами Российской Федерации.
56. Регулярные международные полеты воздушных судов Российской Федерации и иностранных государств, выполняемые на основании международных договоров Российской Федерации о воздушном сообщении, производятся в соответствии с расписанием полетов.
57. Федеральная служба воздушного транспорта России выдает разрешения на разовые полеты гражданских воздушных судов иностранных государств по установленным международным воздушным трассам в аэропорты Российской Федерации, открытые для международных полетов, и на разовые транзитные пролеты территории Российской Федерации по этим трассам в другие государства, в том числе без посадки на территории Российской Федерации.
58. Федеральная служба воздушного транспорта России по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Федеральной пограничной службой Российской Федерации и Государственным таможенным комитетом Российской Федерации выдает разрешения на разовые международные полеты гражданских воздушных судов иностранных государств и российских воздушных судов на аэродромы и в аэропорты, не открытые для международных полетов.
Инструкция о взаимодействии федеральных органов исполнительной власти по согласованию и выдаче разрешений на разовые полеты воздушных судов иностранных государств в Российской Федерации разрабатывается и утверждается Федеральной службой воздушного транспорта России по согласованию с Министерством иностранных дел Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Федеральной пограничной службой Российской Федерации и Государственным таможенным комитетом Российской Федерации.
59. Выдача разрешений на полеты гражданских воздушных судов иностранных государств по внутренним воздушным трассам Российской Федерации и вне этих трасс с посадками в международных аэропортах или на транзитные полеты по указанным трассам производится Федеральной службой воздушного транспорта России только после согласования с Министерством обороны Российской Федерации и Федеральной службой безопасности Российской Федерации с обязательным информированием Федеральной пограничной службы Российской Федерации и Государственного таможенного комитета Российской Федерации.
60. Федеральная служба воздушного транспорта России имеет право отказать в выдаче разрешений на разовые полеты воздушных судов иностранных государств в случае нарушения положений Воздушного кодекса Российской Федерации, настоящих Федеральных правил, иных нормативных правовых актов Российской Федерации.
61. Федеральная служба воздушного транспорта России отвечает на поступающие по каналам авиационных властей иностранных государств запросы о полетах гражданских воздушных судов иностранных государств.
62. Министерство иностранных дел Российской Федерации по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации и Федеральной службой воздушного транспорта России выдает разрешения на разовые полеты воздушных судов иностранных государств, связанные с перевозками глав государств и правительств и возглавляемых ими делегаций, министров иностранных дел и министров обороны, на разовые полеты государственных воздушных судов иностранных государств, а также на основе взаимности на транзитные полеты воздушных судов иностранных государств, требующие использования дипломатических каналов для получения разрешений на эти полеты. В случае необходимости посадки воздушных судов в аэропортах и на аэродромах, не открытых для международных полетов, требуется дополнительное согласование с Федеральной пограничной службой Российской Федерации и Государственным таможенным комитетом Российской Федерации.
Министерство иностранных дел Российской Федерации представляет в Правительство Российской Федерации предложения о выдаче разрешений на разовые полеты воздушных судов иностранных государств, с которыми Российская Федерация не имеет дипломатических отношений.
63. При выполнении воздушными судами иностранных государств разовых полетов в Российскую Федерацию на борт этих воздушных судов Федеральной службой воздушного транспорта России и Министерством обороны Российской Федерации (в части, его касающейся) выделяются при необходимости экипажи сопровождения.
В случаях, когда разовые полеты выполняются воздушными судами иностранных государств по международным воздушным трассам и в аэропорты, открытые для международных полетов, российские экипажи сопровождения могут на основе взаимности не выделяться.
64. Федеральная служба воздушного транспорта России предоставляет экипажам воздушных судов иностранных государств, выполняющим полеты в соответствии с настоящими Федеральными правилами, данные (в части, их касающейся):
а) о гражданских аэродромах назначения, запасных аэродромах и радиотехнических средствах, расположенных по маршруту полета, включенных в Государственный реестр гражданских аэродромов Российской Федерации (за исключением аэродромов совместного базирования) и Государственный реестр аэропортов Российской Федерации;
б) об аэродромах назначения, не включенных в Государственный реестр гражданских аэродромов Российской Федерации и Государственный реестр аэропортов Российской Федерации, а также об аэродромах совместного базирования (по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации и другими заинтересованными федеральными органами исполнительной власти).
65. Информация о разрешениях на полеты воздушных судов, выдаваемых Министерством иностранных дел Российской Федерации и Федеральной службой воздушного транспорта России, доводится до ГЦ ЕС ОрВД одновременно с выдачей разрешений.
66. Организация использования воздушного пространства осуществляется специально уполномоченными органами Министерства обороны Российской Федерации, Федеральной службы воздушного транспорта России, органами ЕС ОрВД, органами ОВД (управления полетами) пользователей воздушного пространства в установленных для них зонах и районах ЕС ОрВД.
67. Обслуживание (управление) воздушного движения осуществляется центрами ЕС ОрВД и органами пользователей воздушного пространства в процессе выполнения суточного плана использования воздушного пространства и включает в себя полетно-информационное обслуживание, консультативное обслуживание, диспетчерское обслуживание воздушного движения, а также аварийное оповещение.
68. Планирование использования воздушного пространства осуществляется:
а) военным сектором ГЦ ЕС ОрВД — при планировании использования воздушного пространства более чем двух зон ЕС ОрВД и полетов с пересечением государственной границы Российской Федерации;
б) гражданским сектором ГЦ ЕС ОрВД — при планировании использования воздушного пространства более чем одной зоны ЕС ОрВД и международных полетов;
в) ЗЦ (ВЗЦ) ЕС ОрВД — при планировании использования воздушного пространства одной зоны ЕС ОрВД;
г) РЦ ЕС ОрВД — при планировании использования воздушного пространства одного района ЕС ОрВД.
69. Контроль за использованием воздушного пространства осуществляется органами ЕС ОрВД, органами ВВС и ПВО, а также органами обслуживания воздушного движения (управления полетами) пользователей воздушного пространства в установленных для них зонах и районах ЕС ОрВД.
70. Все воздушные суда Российской Федерации (в том числе и осуществляющие международные полеты), оборудованные государственной системой радиолокационного опознавания, выполняют полеты в воздушном пространстве Российской Федерации с включенной аппаратурой радиолокационного опознавания.
Запрещаются полеты воздушных судов без аппаратуры радиолокационного опознавания, за исключением воздушных судов, на которых установка этой аппаратуры не предусмотрена.
Полеты воздушных судов, на которых аппаратура радиолокационного опознавания не предусмотрена, в каждом отдельном случае оговариваются в подаваемых заявках на полеты.
71. Во время полетов воздушных судов над открытым морем аппаратура радиолокационного опознавания выключается при удалении воздушного судна от береговой черты Российской Федерации на расстояние 400 км и включается при приближении к береговой черте Российской Федерации на такое же расстояние.
72. Органы ВВС и ПВО обеспечивают радиолокационный контроль и выдачу в соответствующие ЗЦ ЕС ОрВД данных о движении воздушных судов и других материальных объектов:
а) угрожающих незаконным пересечением или незаконно пересекающих государственную границу Российской Федерации;
б) неопознанных;
в) нарушающих порядок использования воздушного пространства до момента прекращения нарушения или до принятия центрами ЕС ОрВД и органами ВВС и ПВО согласованного решения о продолжении полета;
г) передающих сигнал «Бедствие»;
д) выполняющих полеты литеров «А» и «К», а также воздушных судов Министерства обороны Российской Федерации, выполняющих подконтрольные полеты;
е) выполняющих полеты для проведения поисково-спасательных работ;
ж) выполняющих полеты в качестве воздушных командных пунктов и пунктов управления;
з) выполняющих полеты в качестве контрольных целей.
73. При возникновении угрозы безопасности полета, в том числе связанной с актом незаконного вмешательства на борту воздушного судна, экипаж подает сигнал «Бедствие». На воздушных судах, оборудованных системой сигнализации об опасности, при нападении на экипаж дополнительно включается сигнал «ССО». При получении от экипажа воздушного судна сигнала «Бедствие» и (или) «ССО» все органы ОВД (управления полетами) обязаны принять необходимые меры по оказанию помощи экипажу, терпящему бедствие, и немедленно передать в центры ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО данные о его местонахождении и другую необходимую информацию.
74. При появлении в воздушном пространстве неопознанных воздушных судов и других материальных объектов в исключительных случаях подается сигнал «Ковер», означающий требование немедленной посадки или вывода из данного района всех воздушных судов, находящихся в воздухе, за исключением воздушных судов, привлекаемых для борьбы с воздушными судами-нарушителями и выполняющих задачи поиска и спасания.
75. Органы ОВД (управления полетами) обязаны немедленно информировать вышестоящие органы ОВД (управления полетами), соответствующие центры ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО в случае:
а) угрозы незаконного пересечения или незаконного пересечения воздушным судном государственной границы Российской Федерации;
б) появления в районе обслуживания воздушного движения неопознанных воздушных судов или других материальных объектов;
в) подачи воздушным судном сигнала «Бедствие» и (или) «ССО»;
г) неприбытия воздушного судна в установленное время в пункт назначения, если его местонахождение неизвестно;
д) потери радиосвязи с воздушным судном;
е) невыполнения экипажем воздушного судна требований органа ОВД (управления полетами);
ж) получения информации (в том числе анонимного характера) об акте незаконного вмешательства на борту воздушного судна;
з) выявления нарушения порядка использования воздушного пространства или получения информации о таком нарушении.
76. К нарушениям порядка использования воздушного пространства Российской Федерации относятся:
а) использование воздушного пространства без заявки (расписания, графика), уведомления органов ВВС и ПВО, до начала или по истечении срока действия заявки (расписания, графика), за исключением случаев, указанных в пункте 50 настоящих Федеральных правил;
б) использование воздушного пространства без разрешения соответствующего оперативного органа ЕС ОрВД, за исключением случаев, указанных в пункте 50 настоящих Федеральных правил;
в) несоблюдение условий использования воздушного пространства, установленных оперативным органом ЕС ОрВД;
г) невыполнение команд органов ОВД (управления полетами) и команд истребителя-перехватчика;
д) полет российского воздушного судна, не отвечающего на запрос по системе государственного радиолокационного опознавания, за исключением воздушных судов:
на которых установка аппаратуры государственного радиолокационного опознавания не предусмотрена;
вылетающих с неработающей аппаратурой государственного радиолокационного опознавания с аэродрома (посадочной площадки) иностранных государств, а также аэродрома (посадочной площадки), расположенного в труднодоступном районе, где ремонт аппаратуры невозможен;
выполняющих полеты в качестве контрольных целей;
у которых отказала в полете аппаратура государственного радиолокационного опознавания и которые опознаны радиотехническими средствами органов ВВС и ПВО или органов ОВД (управления полетами);
е) несоблюдение правил пересечения государственной границы Российской Федерации и порядка использования воздушного пространства приграничной полосы;
ж) несоблюдение установленных временного, местного режима или кратковременного ограничения;
з) полет группы воздушных судов в количестве, превышающем указанное в заявке;
и) использование воздушного пространства запретной зоны, зоны ограничения без специального разрешения;
к) посадка воздушного судна на незапланированный (незаявленный) аэродром (площадку, район), кроме случаев вынужденной посадки;
л) несоблюдение воздушным судном правил вертикального, продольного и бокового эшелонирования;
м) несанкционированное органом ОВД (управления полетами) отклонение воздушного судна за пределы границ воздушной трассы, местной воздушной линии и маршрута, за исключением случаев, угрожающих безопасности полета.
77. Органы ВВС и ПВО при выявлении или получении от органов ОВД (управления полетами) информации о нарушении порядка использования воздушного пространства объявляют сигнал «Режим», который доводят до оперативных органов ЕС ОрВД пользователя воздушного пространства, допустившего нарушение и воздушного судна-нарушителя.
Решение о запрещении использования воздушного пространства при выполнении международных полетов, а также при использовании воздушного пространства более двух зон ЕС ОрВД принимает начальник дежурной смены военного сектора ГЦ ЕС ОрВД, а в остальных случаях — начальники дежурных смен военных секторов ЗЦ ЕС ОрВД. О принятом решении извещаются Центральный командный пункт Военно-воздушных сил, командные пункты соответствующих объединений ВВС и ПВО и пользователь воздушного пространства, на которого распространяется запрет.
В случае невыполнения пользователем воздушного пространства команды органа ОВД (управления полетами) прекратить нарушение, связанное с полетом воздушного судна, решением оперативного дежурного командного пункта соответствующего объединения ВВС и ПВО в воздух поднимаются дежурные самолеты (вертолеты), которые вынуждают воздушное судно осуществить посадку на ближайший пригодный аэродром (площадку).
78. После выяснения причин нарушения порядка использования воздушного пространства разрешение на дальнейшее выполнение международного полета или полета, связанного с пересечением более двух зон ЕС ОрВД, принимает начальник дежурной смены военного сектора ГЦ ЕС ОрВД, а в остальных случаях — начальники дежурных смен военных секторов ЗЦ ЕС ОрВД.
79. По каждому случаю нарушения порядка использования воздушного пространства Российской Федерации проводится расследование. Расследование, организация учета и анализа нарушений порядка использования воздушного пространства Российской Федерации производятся в порядке согласно приложению N 6.
Основанием для проведения расследования нарушения порядка использования воздушного пространства Российской Федерации являются сообщения органов ОВД (управления полетами), органов ВВС и ПВО, доклады командиров воздушных судов, материалы объективного контроля, а также сообщения других органов и граждан, которым стало известно о факте нарушения.
80. Пользователи воздушного пространства, органы ОВД (управления полетами), граждане и юридические лица, по вине которых произошло нарушение порядка использования воздушного пространства Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации, возмещают расходы, связанные с использованием сил и средств в целях пресечения нарушения порядка использования воздушного пространства.
III. Использование элементов структуры воздушного пространства
81. Пересечение государственной границы Российской Федерации воздушными судами, выполняющими международные полеты, осуществляется по специально выделенным воздушным коридорам пролета государственной границы Российской Федерации. Данные, необходимые для пересечения государственной границы Российской Федерации, публикуются в документах аэронавигационной информации.
82. Экипаж воздушного судна обязан не менее чем за 10 минут до пересечения государственной границы Российской Федерации запросить у соответствующего центра ЕС ОрВД, осуществляющего обслуживание воздушного движения, разрешение на пересечение государственной границы Российской Федерации. При этом экипаж указывает свой позывной (номер рейса), местонахождение, эшелон (высоту) полета и расчетное время пересечения государственной границы Российской Федерации, а при выполнении разовых полетов — и номер разрешения на пересечение государственной границы Российской Федерации. Центр ЕС ОрВД, осуществляющий обслуживание воздушного движения, немедленно сообщает в соответствующий орган ВВС и ПВО о выданном разрешении на пересечение государственной границы Российской Федерации и другие необходимые данные.
При наличии прямых каналов связи между центром ЕС ОрВД и органом ОВД сопредельного государства такое разрешение экипаж воздушного судна получает от центра ЕС ОрВД, осуществляющего обслуживание воздушного движения данного воздушного судна.
Пересечение государственной границы Российской Федерации без разрешения центра ЕС ОрВД запрещается.
83. Экипаж воздушного судна, вылетающего с расположенного вблизи государственной границы Российской Федерации аэродрома, получает разрешение на пересечение границы на аэродроме вылета от соответствующего центра ЕС ОрВД, имеющего прямые каналы связи с органом ОВД государства, на территорию которого планируется перелет. В этом случае центр ЕС ОрВД, давший разрешение, после взлета воздушного судна немедленно сообщает в соответствующий орган ОВД государства, в воздушное пространство которого направляется воздушное судно, его тип, номер разрешения (номер рейса, номер борта или позывной), эшелон (высоту) полета, фактическое время вылета и расчетное время пересечения государственной границы Российской Федерации.
Центр ЕС ОрВД немедленно передает указанную информацию в соответствующие органы ВВС и ПВО.
Разрешение воздушным судам государственной авиации на влет в воздушное пространство над открытым морем с пересечением государственной границы Российской Федерации дает главный штаб ВВС через военный сектор ГЦ ЕС ОрВД, а при вылетах с аэродромов (посадочных площадок) приморских военных округов — штабы объединений ВВС и ПВО через военные сектора ЗЦ (ВЗЦ) ЕС ОрВД.
84. В случае различий в системах эшелонирования, принятых в Российской Федерации и в сопредельном с Российской Федерацией государстве, смена эшелонов должна быть закончена за 30 км до государственной границы Российской Федерации (границы района обслуживания воздушного движения над открытым морем), если иное не предусмотрено международными договорами и соглашениями и нет других указаний органа ЕС ОрВД.
85. Если воздушное судно после пересечения государственной границы Российской Федерации не может продолжать полет, то пересечение государственной границы Российской Федерации в обратном направлении выполняется, как правило, по тому же маршруту с разрешения центра ЕС ОрВД.
Центр ЕС ОрВД, выдав такое разрешение, немедленно информирует об этом соответствующий орган ВВС и ПВО, а также органы ОВД сопредельного государства.
86. Пересечение воздушным судном государственной границы Российской Федерации при влете в воздушное пространство Российской Федерации без радиосвязи запрещается, за исключением случая, когда отказ радиосвязи произошел в полете (при наличии разрешения на выполнение полета, полученного в соответствии с настоящими Федеральными правилами, международными договорами и соглашениями Российской Федерации).
87. Разрешение иностранным воздушным судам на влет в воздушное пространство Российской Федерации для целей поиска, оказания помощи пассажирам и экипажам воздушных и морских судов, терпящих или потерпевших бедствие, а также при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера выдают военные сектора центров ЕС ОрВД с уведомлением органов ВВС и ПВО, Федеральной службы безопасности Российской Федерации и Федеральной пограничной службы Российской Федерации.
Вынужденный влет воздушного судна (летательного аппарата) в воздушное пространство Российской Федерации в случае аварии, стихийного бедствия, оказания срочной медицинской помощи членам экипажа или пассажирам, а также по другим аналогичным причинам не является нарушением правил пересечения государственной границы Российской Федерации. Командир воздушного судна в случае вынужденного пересечения государственной границы Российской Федерации обязан немедленно сообщить об этом соответствующему центру ЕС ОрВД и в дальнейшем действовать согласно его указаниям или командам, подаваемым с воздушного судна, прибывшего для оказания помощи или выяснения обстоятельств случившегося. Центры ЕС ОрВД немедленно передают информацию о воздушных судах (летательных аппаратах), пересекающих государственную границу Российской Федерации по указанным причинам, в соответствующие органы ВВС и ПВО, Федеральной службы безопасности Российской Федерации, Федеральной пограничной службы Российской Федерации и в орган ОВД сопредельного государства.
88. Воздушное судно (летательный аппарат), пересекшее (пересекающее) государственную границу Российской Федерации с нарушением настоящих Федеральных правил, признается нарушителем государственной границы Российской Федерации. В отношении воздушного судна (летательного аппарата) — нарушителя органы, привлекаемые для охраны государственной границы Российской Федерации, принимают меры в соответствии с законодательством Российской Федерации.
89. Запрещаются полеты в воздушном пространстве приграничной полосы воздушных судов, не оборудованных системой радиолокационного опознавания (кроме случаев, оговоренных в заявке на полет), а также воздушных судов, не имеющих двухсторонней радиосвязи с органами ОВД (управления полетами).
90. Пользователи воздушного пространства должны сообщать в соответствующие центры ЕС ОрВД и органы ВВС и ПВО о не предусмотренных в заявках случаях оставления воздушных судов вне аэродромов (площадок) с указанием места их нахождения.
91. Специальные районы, где допускается использование воздушного пространства без получения разрешения центров ЕС ОрВД, в приграничной полосе не устанавливаются.
92. Изменения элементов структуры воздушного пространства в приграничной полосе дополнительно согласовываются с органами Федеральной службы безопасности Российской Федерации и Федеральной пограничной службы Российской Федерации и утверждаются командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения).
93. Вынужденные отклонения от установленной воздушной трассы, местной воздушной линии и маршрута при полете в приграничной полосе производятся, как правило, в сторону от государственной границы Российской Федерации.
94. В целях предотвращения непреднамеренного нарушения государственной границы Российской Федерации аэродромы, находящиеся в приграничной полосе, должны иметь радиотехнические средства, обеспечивающие контроль за полетами воздушных судов.
95. Использование воздушного пространства в районе аэродрома (аэроузла) осуществляется в соответствии с инструкцией по производству полетов в районе аэродрома (аэроузла) или аэронавигационным паспортом аэродрома.
96. Аэродромные зоны, установленные маршруты набора высоты, снижения и захода на посадку должны быть удалены друг от друга и от границ воздушных трасс в горизонтальной плоскости при наличии радиолокационного контроля на расстояние не менее 10 км, а без радиолокационного контроля — не менее 20 км.
В районах аэродромов (аэроузлов) с ограниченным воздушным пространством указанные значения могут быть меньше в 2 раза. В этих случаях аэродромные зоны, установленные маршруты набора высоты, снижения и захода на посадку должны быть удалены друг от друга и от границ воздушных трасс и местных воздушных линий в вертикальной плоскости на расстояние не менее 600 м.
В отдельных случаях при выполнении полетов воздушных судов в аэродромных зонах по правилам визуальных полетов со скоростью полета 300 км/ч и менее решением командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения) могут устанавливаться значения не менее:
в вертикальной плоскости — 300 м;
в горизонтальной плоскости — 5 км.
При выполнении аэродромных полетов в районах аэродромов с ограниченным воздушным пространством военные сектора центров ЕС ОрВД могут вводить ограничения на воздушных трассах, местных воздушных линиях и других элементах структуры воздушного пространства.
97. Федеральные авиационные правила, регулирующие порядок выполнения полетов воздушных судов по воздушным трассам, местным воздушным линиям, в районах авиационных работ, гражданских аэродромов и аэропортов, разрабатываются с учетом требований настоящих Федеральных правил и утверждаются Федеральной службой воздушного транспорта России по согласованию с Министерством обороны Российской Федерации.
98. Федеральные авиационные правила, регулирующие порядок выполнения полетов воздушных судов по маршрутам вне воздушных трасс и местных воздушных линий, в том числе с пересечением воздушных трасс и местных воздушных линий, разрабатываются с учетом настоящих Федеральных правил и утверждаются Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Федеральной службой воздушного транспорта России.
См. Федеральные авиационные правила полетов в воздушном пространстве Российской Федерации, утвержденные приказом Минобороны РФ, Минтранса РФ и Российского космического агентства от 31 марта 2002 г. N 136/42/51
99. В воздушном пространстве устанавливаются минимальные интервалы вертикального, продольного и бокового эшелонирования.
100. Для вертикального эшелонирования устанавливаются следующие минимальные интервалы:
300 м — от эшелона 900 м до эшелона 8100 м;
500 м — от эшелона 8100 м до эшелона 12100 м;
1000 м — выше 12100 м.
Минимальный интервал между воздушным судном, выполняющим полет на сверхзвуковой скорости, и воздушным судном, выполняющим полет на сверхзвуковой или дозвуковой скорости, должен быть 1000 м.
Между высотами полетов воздушных судов ниже нижнего эшелона устанавливаются следующие минимальные интервалы:
150 м — при полетах по правилам визуальных полетов со скоростью полета
300 км/ч и менее;
300 м — при полетах по правилам визуальных полетов со скоростью полета более 300 км/ч.
Минимальный интервал между нижним эшелоном и высотой полета по маршруту или при выполнении иной деятельности ниже нижнего эшелона должен быть 300 м.
Вертикальное эшелонирование в воздушном пространстве осуществляется по полукруговой системе:
в направлении от истинного меридиана от 0 до 179 градусов (включительно) устанавливаются эшелоны 900 м, 1500 м, 2100 м, 2700 м, 3300 м, 3900 м, 4500 м, 5100 м, 5700 м, 6300 м, 6900 м, 7500 м, 8100 м, 9100 м, 10100 м, 11100 м, 12100 м, 14100 м и т.д.;
в направлении от истинного меридиана от 180 до 359 градусов (включительно) устанавливаются эшелоны 1200 м, 1800 м, 2400 м, 3000 м, 3600 м, 4200 м, 4800 м, 5400 м, 6000 м, 6600 м, 7200 м, 7800 м, 8600 м, 9600 м, 10600 м, 11600 м, 13100 м, 15100 м и т.д.
Об организации применения в порядке опытной эксплуатации сокращенных минимумов вертикального эшелонирования в воздушном пространстве Российской Федерации см. постановление Правительства РФ от 24 сентября 2001 г. N 683
101. Для продольного эшелонирования при полетах по правилам визуальных полетов устанавливаются следующие минимальные интервалы:
а) между воздушными судами, следующими по одному маршруту на одной высоте, или между воздушным судном и другими материальными объектами — не менее 2 км;
б) между воздушными судами, следующими по пересекающимся маршрутам на одной высоте, или между воздушным судном и другими материальными объектами в момент пересечения воздушным судном маршрута полета другого воздушного судна или другого материального объекта — не менее 2 км для воздушных судов со скоростью полета 300 км/ч и менее и не менее 5 км — для воздушных судов со скоростью полета более 300 км/ч.
Для продольного эшелонирования при полетах по правилам полетов по приборам с непрерывным радиолокационным контролем устанавливаются следующие минимальные интервалы:
а) между воздушными судами, следующими по одному маршруту на одном эшелоне (высоте):
на воздушных трассах и маршрутах вне их — не менее 30 км;
в районе аэродрома (в зоне подхода) — не менее 20 км (в районе аэродрома (в зоне подхода), оборудованного автоматизированными системами обслуживания воздушного движения (управления полетами) или средствами вторичной радиолокации — не менее 10 км);
при выполнении маневра по схеме захода на посадку — не менее 5 км;
б) между воздушными судами при пересечении воздушным судном встречного эшелона (высоты), занятого другим воздушным судном:
не менее 30 км в момент пересечения при вертикальной скорости набора высоты (снижения) 10 м/с и более;
не менее 60 км в момент пересечения при вертикальной скорости набора высоты (снижения) до 10 м/с;
в) между воздушными судами при пересечении воздушным судном попутного эшелона (высоты), занятого другим воздушным судном, — не менее 20 км в момент пересечения;
г) между воздушными судами, следующими по пересекающимся маршрутам на одном эшелоне (высоте), — не менее 40 км в момент пересечения воздушным судном маршрута полета другого воздушного судна.
При полетах по правилам полетов по приборам без радиолокационного контроля устанавливаются следующие временные интервалы продольного эшелонирования между воздушными судами:
а) следующими на одном эшелоне (высоте) по воздушной трассе, местной воздушной линии или по одному и тому же маршруту вне их, а также в районе аэродрома (в зоне подхода) — не менее 10 минут;
б) выполняющими маневр по схеме захода на посадку — не менее 3 минут;
в) при пересечении воздушным судном в наборе высоты или на снижении попутного или встречного эшелона (высоты), занятого другим воздушным судном, — не менее 10 минут в момент пересечения;
г) следующими по пересекающимся маршрутам на одном эшелоне (высоте) — не менее 15 минут в момент пересечения воздушным судном маршрута полета другого воздушного судна.
102. Для бокового эшелонирования при полетах по правилам визуальных полетов устанавливаются следующие минимальные интервалы:
а) при обгоне впереди летящего воздушного судна на одной высоте — не менее 500 м;
б) при полете воздушных судов на встречных курсах — не менее 2 км.
Боковое эшелонирование при выполнении полетов по правилам полетов по приборам без непрерывного радиолокационного контроля запрещается.
103. Полеты воздушных судов над населенными пунктами должны выполняться на высоте, позволяющей в случае неисправности воздушного судна произвести посадку за пределами населенных пунктов или на специально предусмотренных для этих целей взлетно-посадочных площадках в пределах населенных пунктов. Схемы полета в районе аэродрома, в том числе на курсах взлета и посадки, должны исключать, а при невозможности исключения — максимально ограничивать пролет воздушных судов над населенными пунктами, взрывоопасными и другими объектами.
104. При осуществлении авиационных работ, демонстрационных полетов воздушных судов, парашютных прыжков, подъемов привязных аэростатов, дирижаблей над населенными пунктами центры ЕС ОрВД выдают разрешения на использование воздушного пространства в порядке, установленном настоящими Федеральными правилами, при наличии у пользователей воздушного пространства разрешений органов исполнительной власти и органов местного самоуправления.
Порядок и условия использования воздушного пространства в этих случаях согласовываются с соответствующими центрами ЕС ОрВД не менее чем за 5 суток.
105. Использование воздушного пространства над государственными природными заповедниками, за исключением полетов, осуществляемых в соответствии с международными договорами Российской Федерации, и в случаях, указанных в пункте 50 настоящих Федеральных правил, на истинных высотах ниже 2000 м без согласования с руководством указанных заповедников или Государственным комитетом Российской Федерации по охране окружающей среды запрещено.
Государственный комитет Российской Федерации по охране окружающей среды представляет необходимые данные о созданных государственных природных заповедниках в Министерство обороны Российской Федерации и Федеральную службу воздушного транспорта России.
106. Использование воздушного пространства при полетах авиации в интересах охраны окружающей среды осуществляется в соответствии с инструкцией по проведению специализированных полетов (включая внетрассовые) по охране окружающей среды, утверждаемой совместным приказом Министра обороны Российской Федерации, директора Федеральной службы воздушного транспорта России и председателя Государственного комитета Российской Федерации по охране окружающей среды.
107. Использование воздушного пространства при полетах воздушных судов на сверхзвуковых скоростях разрешается на эшелоне 11 100 м и выше (ниже — только в специальных зонах).
108. Запуск, маневрирование в воздушном пространстве и посадка космических объектов осуществляются с учетом настоящих Федеральных правил.
109. Запуск и посадка космических объектов, в том числе иностранных, на территории Российской Федерации производятся в пределах границ полигонов, утвержденных Правительством Российской Федерации.
110. В случае аварийной ситуации и других непредвиденных обстоятельств при осуществлении космической деятельности посадка космических объектов может производиться в других районах с уведомлением соответствующих центров ЕС ОрВД, Федерального управления авиационно-космического поиска и спасания при Министерстве обороны Российской Федерации, органов государственной власти, органов местного самоуправления и других заинтересованных органов.
111. Российское авиационно-космическое агентство и Министерство обороны Российской Федерации информируют органы ЕС ОрВД о запуске и посадке космических объектов на территории Российской Федерации, а также траектории полетов которых проходят через воздушное пространство Российской Федерации и воздушное пространство, где ответственность за ОрВД возложена на Российскую Федерацию.
112. Одноразовый пролет через воздушное пространство Российской Федерации космического объекта иностранного государства в целях запуска такого объекта на орбиту вокруг Земли или дальше в космическое пространство, а также в целях его возвращения на Землю может осуществляться при условии заблаговременного уведомления соответствующих служб Российской Федерации о времени, месте, траектории и иных условиях такого пролета. Порядок уведомления определяется международными договорами Российской Федерации.
113. Использование воздушного пространства района полигона осуществляется в соответствии с инструкцией по производству стрельб на полигоне, утверждаемой командующим войсками военного округа.
114. Использование воздушного пространства района взрывных работ осуществляется в соответствии с инструкцией по производству взрывных работ, утверждаемой руководителем соответствующей организации.
115. Использование воздушного пространства района противоградовых стрельб осуществляется в соответствии с инструкцией по организации и проведению противоградовых стрельб на территории Российской Федерации, утверждаемой совместным приказом Министра обороны Российской Федерации, директора Федеральной службы воздушного транспорта России и руководителя Федеральной службы России по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды.
116. Инструкции, указанные в пунктах 113-115 настоящих Федеральных правил, утверждаются только после согласования с соответствующим командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения).
117. Порядок выполнения стрельб, пусков ракет, десантирований и другой деятельности, связанной с использованием воздушного пространства на авиационном полигоне, устанавливается инструкцией по проведению полетов на авиационном полигоне, утверждаемой командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения).
118. На согласование и утверждение представляются предварительно согласованные с заинтересованными организациями и соответствующим центром ЕС ОрВД инструкция и карта масштаба 1:500000, на которой указываются границы районов полигонов, взрывных работ и противоградовых стрельб, максимальные высоты деятельности, расположение пунктов управления указанной деятельностью, а также другие сведения, необходимые для обеспечения безопасного использования воздушного пространства.
119. В целях обеспечения безопасности полетов воздушных судов должна быть организована двухсторонняя оперативная связь между соответствующим центром ЕС ОрВД и пунктами управления районов полигонов, взрывных работ и противоградовых стрельб. Ответственными за организацию такой телефонной, радиотелефонной, телеграфной и другой связи являются пользователи воздушного пространства, в интересах которых устанавливаются эти районы.
120. Использование воздушного пространства при запуске шаров-зондов, радиозондов, шаров-пилотов и подобных материальных объектов (далее именуется — шары-зонды) осуществляется в соответствии с инструкцией по проведению запусков шаров-зондов на территории Российской Федерации, утверждаемой совместным приказом Министра обороны Российской Федерации, директора Федеральной службы воздушного транспорта России и руководителя Федеральной службы России по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды.
121. Запуск шаров-зондов осуществляется со стационарных и подвижных пунктов. Если несколько одиночных подвижных пунктов располагаются на участке местности в радиусе 2 км, они принимаются за один пункт запуска.
122. Пункты запуска шаров-зондов должны иметь устойчивую связь с военными секторами РЦ ЕС ОрВД, в районах ЕС ОрВД которых они расположены, и органами ВВС и ПВО. Такая связь может быть установлена через ближайший орган ОВД (управления полетами), имеющий связь с военным сектором РЦ ЕС ОрВД.
123. Ответственность за организацию связи пунктов запуска шаров-зондов с военными секторами РЦ ЕС ОрВД и органами ВВС и ПВО возлагается на пользователей воздушного пространства, в чьей собственности, хозяйственном ведении, оперативном управлении находятся эти пункты.
124. Перечень пунктов запуска шаров-зондов, схема организации связи, порядок подачи заявок (графиков) и оповещения центров ЕС ОрВД и органов ВВС и ПВО о запусках и движении шаров-зондов определяются инструкцией по использованию воздушного пространства зоны Единой системы организации воздушного движения Российской Федерации.
125. Размещение создаваемых стационарных пунктов запуска шаров-зондов согласовывается с Министерством обороны Российской Федерации. Место запуска шаров-зондов с подвижных пунктов согласовывается с командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения), который несет ответственность за организацию использования воздушного пространства в зоне ЕС ОрВД, где производится запуск.
126. Строительство или реконструкция аэродромов заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и организациями в обязательном порядке согласовываются со штабом того военного округа, в границах которого планируется такое строительство или реконструкция, с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, а также с федеральными органами исполнительной власти и организациями, на деятельность которых может оказать влияние выполнение полетов с построенного или реконструированного аэродрома.
В целях обеспечения единой государственной политики в области совместного использования аэродромной сети на территории Российской Федерации согласованные документы (в подлиннике) направляются в установленном порядке в Генеральный штаб Вооруженных Сил Российской Федерации для получения согласия на строительство или реконструкцию аэродрома.
К документам прилагаются карта с нанесенными на ней размерами и направлением взлетно-посадочной полосы, схемами снижения и захода на посадку воздушных судов, полосами воздушных подходов, местами размещения средств радиотехнического обеспечения, зоной ограничения жилищно-гражданского, культурно-бытового и промышленного строительства, зонами нормированных параметров авиационных шумов и электромагнитных полей аэродрома, а также пояснительная записка с указанием типа и толщины аэродромных покрытий, типов воздушных судов, для которых аэродром строится или реконструируется.
127. В целях исключения возможного вредного воздействия на здоровье людей и на деятельность организаций для каждого аэродрома устанавливается зона ограничения жилищно-гражданского, культурно-бытового и промышленного строительства, границы которой сообщаются органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации для учета при планировании, строительстве и развитии городов и других населенных пунктов, а также при строительстве и реконструкции промышленных, сельскохозяйственных и иных объектов.
128. Организации, заинтересованные в размещении объектов в районе аэродрома, должны согласовать их размещение со старшим авиационным начальником аэродрома.
Согласование размещения объектов в районе аэродрома совместного базирования проводится с учетом интересов всех пользователей воздушного пространства, воздушные суда которых базируются на этом аэродроме. Согласованию подлежит размещение:
а) объектов в границах полос воздушных подходов к аэродрому, а также вне границ этих полос в радиусе 10 км от контрольной точки аэродрома;
б) объектов высотой 50 м и более относительно уровня аэродрома в радиусе 30 км от контрольной точки аэродрома;
в) линий связи и электропередачи, а также других источников радио- и электромагнитных излучений, которые могут создавать помехи для нормальной работы радиотехнических средств независимо от места их размещения;
г) взрывоопасных объектов независимо от места их размещения;
д) факельных устройств для аварийного сжигания сбрасываемых газов высотой 50 м и более (с учетом возможной высоты выброса пламени) независимо от места их размещения.
е) промышленных и иных предприятий и сооружений, деятельность которых может привести к ухудшению видимости в районах аэродромов независимо от места размещения этих предприятий и сооружений.
Размещение объектов вне районов аэродромов, если их истинная высота превышает 50 м, подлежит согласованию с командующим объединением ВВС и ПВО (командующим авиационным объединением, командиром авиационного соединения), который несет ответственность за организацию использования воздушного пространства в зоне ЕС ОрВД, где планируется размещение этих объектов.
129. Запрещается размещать в полосах воздушных подходов на удалении менее 30 км, а вне полос воздушных подходов — менее 15 км от контрольной точки аэродрома места выбросов пищевых отходов, строительство животноводческих ферм, скотобоен и других объектов, способствующих привлечению и массовому скоплению птиц.
130. Лица, в чьей собственности, хозяйственном ведении, оперативном управлении находятся постоянные и временные высотные сооружения, в целях обеспечения безопасности полетов воздушных судов обязаны размещать на этих сооружениях за свой счет ночные и дневные маркировочные знаки в соответствии с нормами годности аэродромов.
131. Лица, допустившие нарушение предусмотренного настоящими Федеральными правилами порядка размещения сооружений, обязаны по требованию старшего авиационного начальника аэродрома, а также командующего объединением ВВС и ПВО (командующего авиационным объединением, командира авиационного соединения) произвести в установленный ими срок за свой счет снос, перенос или необходимые изменения сооружений.
Приложение N 1
Биография Л. Фейербаха
Введение.
После смерти Гегеля его духовное наследство поделили между собой два направления его единомышленников — правые гегельянцы (Габлер, Гинрихс, Гешель и др.), которые преимущественно развивали гегелевское учение о праве и государстве и пытались сохранить в целостности гегелевскую систему; и левые, или младогегельянцы (Штраус, Бауэр, Штирнер, Фейербах), стремившиеся сделать из философии Гегеля атеистические и даже революционные выводы. Поскольку, согласно Гегелю, философия образует высшую форму самосознания абсолютного духа по сравнению с религией, то младогегельянцы смело выступили с критикой религии, видя в ней тормоз развития общества. Постепенно критика религии привела их и к критике самого Гегеля: его философии как рационализированной, спекулятивной теологии. Особенно здесь преуспел Людвиг Фейербах (1804-1872). В своих фундаментальных работах Сущность христианства, Происхождение религии он попытался показать, что человек — Начало, середина и конец всякой религии. Сущностью религии является человеческое сердце, от рассудка оно отличается тем, что стремится верить и любитъ. Бог — это совершенный и могущественный человек. Религия — всего лишь сон человеческого духа. Подобный антропологический атеизм лег в основу философии Фейербаха — учения о конкретном чувствующем, страдающем, мыслящем человеке, из которого можно вывести все основные законы и категории философии, не прибегая к понятиям абсолютного духа, субстанции, Бога и т.д.
К младогегельянцам поначалу относился и Карл Маркс, но потом, под влиянием философии Фейербаха, он перешел на позиции материализма и в конце концов создал самостоятельное философское учение — диалектический материализм.
Историческую заслугу Фейербаха составляет его стремление раскрыть земные источники религии. В противоположность теологии и умозрительной философии Фейербах обнажает подлинную земную сущность религии.
Единый государственный экзамен
ЕДИНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЭКЗАМЕН
РУССКИЙ ЯЗЫК
(задание С)
В.Н. Александров
О.И. Александрова
Энциклопедия аргументов
2007 год
Создавая эту книжку, мы хотели помочь ученикам успешно сдать единый государственный экзамен по русскому языку. В процессе подготовки к сочинению выяснилось на первый взгляд странное обстоятельство: многие старшеклассники не могут обосновать тот или иной тезис какими–либо примерами. Телевидение, книги, газеты, сведения из школьных учебников весь этот могучий поток информации должен как будто бы снабдить ученика необходимым материалом. Почему же рука пишущего сочинения беспомощно застывает на том месте, где нужно аргументировать личностную позицию?
Проблемы, которые испытывает ученик, когда пытается обосновать то или иное утверждение, вызваны скорее не тем, что он не знает каких-то сведений, а тем, что известные ему сведения он не может нужным образом применить. Нет аргументов «от рождения», высказывание приобретает функцию аргумента, когда оно доказывает или опровергает истинность или ложность тезиса. Аргумент в сочинении на ЕГЭ по русскому языку выступает как определенная смысловая часть, которая следует после некоторого утверждения (всем известна логика любого доказательства: теорема — обоснование — вывод),
В узком смысле — применительно к сочинению на ЕГЭ аргументом следует считать пример, который определенным образом оформлен и занимает соответствующее место в композиции текста.
Пример – это факт или частный случай, используемый в качестве отправного пункта для последующего обобщения или для подкрепления сделанного обобщения.
Пример представляет собой не просто факт, а типический факт, т.е. факт, обнаруживающий определенную тенденцию, служащий основанием для некоего обобщения. Типизирующая функция примера объясняет широкое его использование в процессах аргументации.
Чтобы пример воспринимался не как обособленное высказывание, представляющее некую информацию, а как аргумент, его необходимо композиционно оформить: он должен занимать подчинительное положение в смысловой иерархии по отношению к утверждаемому, служить материалом для выводимых положений.
Наша энциклопедия аргументов содержит несколько тематических рубрик, каждая из которых делится на следующие разделы:
-
Проблемы
-
Утверждающие тезисы, которые необходимо обосновать
3. Цитаты (они могут использоваться как для развертывания вступления, так и для создания финальной части сочинения)
4. Примеры, которые могут быть использованы для аргументации генерального тезиса.
Возможно, кого-то смутит очевидное тождество аргументов из разных тематических рубрик. Но ведь любая общественная проблема, в конечном счете, сводится к обнаженному противостоянию добра и зла, жизни и смерти, а эти универсальные категории втягивают в свою орбиту все многообразие человеческих проявлений. Поэтому, говоря, например, о необходимости беречь природу, мы должны говорить и о любви к родине, и о нравственных качествах человека.
Рубрика N 1. «Спасай, пока можешь, и свети, пока живешь!»
1. Проблемы
Доктринальные тексты Махаяны (литература сутр)
Доктринальные тексты Махаяны (литература сутр)
Появление махаянских сутр является одним из самых загадочных моментов в истории буддизма. Мы не имеем ни малейшего представления ни об их авторах, ни о точном времени их появления. По существу, датировка махаянских сутр ограничена некоторыми знаниями относительно возможного верхнего предела их появления. Он определяется по точно известным нам датам перевода того или иного текста на китайский язык. Исходя прежде всего из этих дат, мы можем предположить, что сутры Махаяны в основном создавались между I в. до н. э. и VI в. н. э., причем наиболее интенсивным периодом их появления были II — IV вв. Интересно, что в самих текстах иногда содержится указание на возможное время появления первых махаянских канонических сочинений. Так, «Алмазная сутра» (Ваджраччхедика праджня-парамита сутра) гласит: «Будда сказал Субхути: “Не говори так. Через пять сотен лет после кончины Так Приходящего появятся люди, придерживающиеся благих обетов, в которых тщательное изучение таких речей сможет породить разум, исполненный веры, если к смыслу этих речей они будут относиться как к истине. Знай, что благие корни этих людей взрастили не один Будда, не два Будды, не три, или четыре, или пять Будд, но бесчисленное количество тысяч и мириад тысяч Будд взрастили их благие корни. И это будут люди, которые, услышав и тщательно изучив эти речи, достигнут единого устремления, которое породит в них чистую веру. Так Приходящий точно знает, точно видит, что существа таким образом обретут неизмеримое количество благости счастья”». Таким образом, сутра прямо говорит о том, что праджня-парамитские тексты появятся через пятьсот лет после нирваны Будды, то есть около I в. н. э.
Буддийская традиция утверждает, что все махаянские сутры являются записью подлинных слов Будды, произнесенных им для своих наиболее совершенных учеников. Позднее эти тексты были сокрыты Буддой и пребывали в сокрытии до тех пор, пока не появились люди, способные понять их. Так, одно из преданий повествует, что великий махаянский философ Нагарджуна (ок. II в. н. э.) спустился в подводный дворец царя нагов — чудесных змеев, или драконов, где и обрел спрятанные там Буддой тексты праджня-парамиты.
Поскольку эти сутры признавались подлинными словами Будды, практически все они имеют сходную структуру, характерную для буддийской литературы сутр, и за редким исключением начинаются словами «Так я слышал» или «Так мной было услышано» (эва майя шрутам), указывающими на то, что «автор» сутры — Ананда, ученик Будды, слышавший его проповеди лично и потом изложивший их на первом буддийском «соборе» в Раджагрихе.
Разумеется, не может быть и речи о том, что безвестные авторы сутр стремились самовозвеличиться, беспардонно приписывая собственные мысли и суждения самому Будде. Это невозможно представить даже по чисто психологической причине: ведь авторы сутр оставались неизвестными, более того, их личности скрывались за личностью Будды и, следовательно, никакой известности, которая могла бы тешить их тщеславие, они не получали, а сутры навсегда оставались анонимными произведениями. Думается, приписывание текстов махаянских сутр Будде можно объяснить совершенно иначе.
Хинаяна провозглашала: «Все, чему учил Будда, есть истина». Махаяна значительно изменила эту формулировку, и она приобрела вид: «Все, что истинно, и учил Будда» (то есть не только слова Будды истинны, но и всякие истинные слова есть слова Будды). Если же учесть, что в Махаяне Будда превращается в высший универсальный принцип, природу реальности как таковой, то вполне естественно, что его откровение не может ограничиваться периодом его земной жизни в виде Будды Шакьямуни, бывшего дотоле царевичем Сиддхартха Гаутамой. По существу, любой монах, любой йогин, испытавший состояние «пробуждения», истинность которого по определению имеет имманентный характер, то есть является вполне самоочевидной для обладающего данным опытом, мог рассматривать свое понимание и свое видение реальности как понимание и видение Будды. Поэтому не приходится удивляться тому, что в литературе сутр используются традиционные повествовательные формулы, свидетельствующие о том, что данный текст поистине есть подлинные слова Будды. Таким образом, по меткому замечанию одного буддолога, Будда через пятьсот лет после своей кончины произнес во много раз больше речей и проповедей, чем за всю свою жизнь.
Само слово сутра означает нить, на которую нечто нанизывают (например, бусы или четки). Так в Индии назывались базовые тексты религиозно-философских школ, фиксировавшие учение основателя данной традиции. Однако если брахманистские сутры представляют собой чрезвычайно лаконичные афоризмы, фиксирующие в виде кратких и требующих непременного комментария формул суть того или иного учения, то буддийские сутры подчас представляют собой огромные сочинения наративного (повествовательного) характера с многочисленными описаниями, перечислениями и повторами (в качестве примера можно привести «Праджня-парамита сутру в пятьсот тысяч шлок» — самое объемистое из буддийских канонических сочинений, полный перевод которого на любой из европейских языков займет несколько солидных томов [1].
За несколько столетий формирования буддизма Махаяны было создано огромное количество самых разнообразных сутр, отличавшихся друг от друга как по форме, типу, так и по содержанию. Более того, многие сутры прямо противоречили друг другу, и часто одна сутра отрицала то, что провозглашала другая. Но Махаяна утверждала, что все сутры суть учение Будды, то есть в Махаяне не было тенденции сортировать сутры и отделять «подлинные» тексты от «апокрифических». Но именно поэтому возникла необходимость классифицировать тексты и объяснить противоречия между сутрами. Таким образом, в буддизме возникла проблема герменевтики, то есть истолкования текста. В результате буддийские герменевтики разделили все сутры на две группы: сутры «окончательного значения» (нитартха) и сутры, «требующие интерпретации» (нейартха) [2]. К первой группе были отнесены сутры, в которых Будда прямо, непосредственно и недвусмысленно провозглашает свое учение, ко второй — тексты, которые могут быть определены как «искусные средства» (упая); в них Будда проповедует Дхарму иносказательно, приспосабливаясь к уровню понимания незрелых людей, подверженных заблуждениям и находящихся под влиянием различных лжеучений. И те и другие тексты были объявлены подлинными словами Будды, поношение даже текстов «нейартха» считалось грехом, однако ценность текстов этих двух типов текстов все-таки признавалась различной.
Однако классификация сутр по принципу «нитартха — нейартха» отнюдь не решило всех проблем. По мере возникновения различных школ буддийской философии становилось ясно, что те сутры, которые одной школой объявлялись сутрами «окончательного значения», другая школа признавала лишь условно истинными, «требующими дополнительной интерпретации». Так, например, школа мадхьмака считала сутрами «окончательного значения» праджня-парамитские тексты, учившие о пустоте и бессущностности дхарм, тогда как сутры, провозглашавшие принцип «только лишь сознания», отвергались ею как «требующие дополнительной интерпретации». Напротив, школа йогачара именно эти последние тексты считала сутрами, выражающими высшее учение Будды, признавая за сутрами праджня-парамиты лишь относительную истинность.
Впоследствии в рамках китайского (а позднее — и всего дальневосточного) буддизма появилась даже особая методика пань цзяо — «критика (классификация) учений», в соответствии с которой каждая школа классифицировала различные буддийские школы по «степени» их истинности и близости к «подлинному» учению Будды (соответствовавшего, конечно, учению школы, осуществлявшей классификацию).
Интересно, что со временем в буддизме сформировалась даже так называемая «теория двух ночей», излагающаяся в некоторых сутрах. Согласно этой теории, от ночи пробуждения до ночи отхода в нирвану Будда вообще не произнес ни одного слова, но его сознание, подобное ясному зеркалу, отражало все проблемы, с которыми к нему приходили люди, и давало им безмолвный ответ, который они и вербализировали в виде разных сутр. Таким образом, доктрины всех сутр условны (конвенциональны) и имеют смысл лишь в контексте того «вопрошания», которое вызвало их к жизни.
Рассмотрим теперь основные типы махаянских сутр.
1. Сутры теоретического характера. К этому типу можно отнести все: а) праджня-парамитские сутры, легшие в основу философии школы мадхьямака, б) такие тексты, как Ланкаватара сутра («Сутра о сошествии на Ланку») и Сандхинирмочана сутра («Сутра развязывания узла глубочайшей тайны»), легшие в основу учения школы йогачара. Иногда первая группа (связанная с мадхьямакой) называлась группой сутр «Второго Поворота Колеса Учения», а вторая группа (связанная с йогачарой) — группой сутр «Третьего Поворота». Эти названия связаны с доктриной, возникшей в рамках самих сутр «Третьего Поворота», о том, что Будда трижды провозгласил Дхарму, три раза «повернув» Колесо Учения: в первый раз, провозгласив учение о Четырех Благородных Истинах и причинно-зависимом происхождении (Хинаяна); во второй раз, открыв учение о пустоте и бессущностности всех дхарм (Махаяна); и в третий раз, объяснив доктрину «только лишь сознания».
Как уже говорилось, праджня-парамитские сутры были самыми ранними каноническими текстами Махаяны. История их появления приблизительно такова. Вначале появился базовый эталонный текст — Аштасахасрика праджня-парамита сутра («Сутра в восемь тысяч стихов —шлок»), содержащий все основные идеи, структурные особенности и терминологию этого типа буддийской литературы (I в. до н. э.). В течение последующих двух-трех веков появляется довольно много расширенных вариантов этой сутры под названиями «Праджня-парамита сутра в десять тысяч (двадцать пять тысяч, сто тысяч, пятьсот тысяч) шлок». Эти тексты никак по своему содержанию не отличались от «Аштасахасрики», разрастаясь в объеме за счет повествовательных деталей, описаний, повторов и т. п. Следующий этап формирования праджня-парамитской литературы — период создания своеобразных резюме, текстов, кратко обобщающих содержание больших сутр и выражающих как бы саму суть доктрины Запредельной Премудрости. Эти тексты кратки, лаконичны и чрезвычайно содержательны. Наиболее известны и даже знамениты два текста этого типа — «Ваджраччхедика праджня-парамита сутра» («Сутра о Запредельной Премудрости, отсекающей [неведение] алмазным [мечом]», более известная в Европе под неточным названием «Алмазная сутра») и «Праджня-парамита хридая сутра» («Сутра сердца Запредельной Премудрости», или «Сутра сердца»; само название этого текста указывает на то, что он воплощает в себе самую суть, «сердце» праджня-парамиты). Они были исключительно популярны и авторитетны во всех странах распространения Махаяны, но в Китае и других странах Восточной Азии были наиболее почитаемы.
Каковы основные идеи праджня-парамитских сутр? Их можно обобщить следующим образом:
1. Бессущностна не только личность (пудгала найратмья), но и образующие ее (равно как и всю сферу опыта) элементарные психофизические состояния — дхармы (дхарма найратмья). Более того, наличие представления о самосущей единичности, или элементе, является источником всех заблуждений и корнем сансарического существования. Именно из соответствующего представления вытекают и все прочие ложные идеи — о вечном «я», душе, субстанциальной личности и другие.
2. Пребывание живых существ в сансаре иллюзорно. В действительности, все живые существа являются Буддами и изначально пребывают в нирване. Только неведение порождает мираж сансарического существования. Эту истину постигает бодхисаттва, осознавая, что с точки зрения абсолютной истины спасать некого и не от чего. И вместе с тем, руководствуясь этим знанием, он на уровне относительной истины стремится спасать эмпирически наличные живые существа. Для бодхисаттвы не существует представлений о «я», личности, душе и дхармах.
3. Будда не есть человеческое существо, пусть даже и совершенное в своей святости. Будда — синоним истинной реальности как она есть (бхутататхата), и глубоко заблуждается тот, кто думает опознать Будду по его физическим признакам.
4. Истинная реальность не может быть описана и обозначена. Она, в принципе, несемиотична и недоступна для языкового выражения. Все описываемое не есть реальность, и все реальное не может быть выражено в языке и представлении.
5. Истинная реальность постигается благодаря йогической интуиции, которая и есть праджня-парамита. Праджня-парамитские тексты предназначены для порождения в воспринимающем их человеке соответствующего состояния. Следовательно, если учесть невыразимую природу реальности, праджня-парамитская сутра есть текст, отрицающий сам себя.
Последний пункт особенно важен — праджня-парамитский текст — текст с психопрактическими функциями. Как показали еще в 70-е годы исследования эстонского буддолога Л. Мялля, праджня-парамита представляет собой объективацию в виде текста определенного «пробужденного» состояния сознания; в свою очередь, такой текст способен порождать аналогичное состояние сознания у человека, вдумчиво текст изучающего (состояние сознания — текст как его объективация — состояние сознания). Изложение материала в праджня-парамитских текстах тоже далеко от дискурсивной линейности: многочисленные повторы и ошеломляющие парадоксы специально предназначены для активного трансформирующего воздействия на психику воспринимающего текст человека. В качестве примера такого парадокса можно привести небольшую цитату из «Алмазной сутры»:
«“Субхути, когда Будда проповедовал праджня-парамиту, то она тогда была не праджня-парамитой. Субхути, как ты думаешь, проповедовал ли Татхагата какую-нибудь Дхарму?” Субхути сказал Будде: “Нет ничего, что проповедовал бы Татхагата”. — “Субхути, как ты думаешь, много ли пылинок в трех тысячах большой тысячи миров?” Субхути сказал: “Чрезвычайно много, о Превосходнейший в мире”. — “Субхути, о всех пылинках Татхагата проповедовал как о не-пылинках. Это и называют пылинками. Так Приходящий проповедовал о мирах как о не-мирах. Это и называют мирами. Субхути, как ты думаешь, можно ли по тридцати двум телесным признакам распознать Татхагату?” — “Нет, о Превосходнейший в мире, нельзя по тридцати двум телесным признакам распознать Татхагату. И по какой причине? Татхагата учил о тридцати двух признаках как о не-признаках. Это и называют тридцатью двумя признаками”».
В этом фрагменте диалога между Буддой и его учеником Субхути, который, собственно, и образует эту сутру, последовательно проводится одна мысль: в опыте мы имеем дело не с реальностью, а с ее наименованиями, то есть ментальными конструктами (викальпа, кальпана), подменяющими для нас реальность как она есть, и эта подлинная реальность незнакова (несемиотична) по своей природе, она запредельна наименованию.
А парадоксальность «Сутры сердца праджня-парамиты» выражается кощунственным для традиционалиста-хинаяниста отрицанием реальности Четырех Благородных Истин («нет ни страдания, ни причины страдания, ни прекращения страдания, ни пути»), звеньев цепи причинно-зависимого происхождения — все они «пусты», они «бессамостны» и т. п. Чтобы понять, насколько шокирующе звучала эта сутра для буддиста, жившего полтора тысячелетия назад, представьте себе христианский текст, в котором Христос провозглашает, что нет ни Бога, ни сатаны, ни ада, ни рая, ни греха, ни добродетели, и т. д.
Именно психопрактическая функция праджня-парамитских сутр отличает их от других канонических текстов Махаяны, близких к ним по содержанию и учению, но организованных по-другому (то есть излагающих то же учение вполне линейно и дискурсивно, без гротеска и парадоксов). К таким текстам следует отнести сутры, появившиеся, по-видимому, в начале нашей эры и также тесно связанные с философией мадхьямаки — уже упоминавшиеся «Вималакирти нирдеша сутра», «Самадхираджа сутра» и некоторые другие.
Другая группа «теоретических сутр» связана с происхождением другой философской школы Махаяны — йогачары. Это, прежде всего, Сандхинирмочана сутра и Ланкаватара сутра.
«Сандхинирмочана сутра» («Сутра развязывания узлов глубочайшей тайны») сильно выделяется среди всех прочих сутр своей систематичностью и философской содержательностью. Только вводная часть, в которой окруженный учениками и бодхисаттвами Будда, пребывающий в некоем небесном мире, возвещает новое учение, напоминает о том, что мы имеем дело с религиозным текстом, а не с философским трактатом (шастрой). Можно даже сказать, что это своеобразная сутра-шастра, а ее содержание к тому же во многом совпадает с содержанием некоторых глав трактата Асанги «Йогачарабхуми шастра».
В этой сутре Будда провозглашает учение о трех поворотах Колеса Учения, заявляя о том, что только учение третьего Поворота является полным и окончательным. А основным принципом этого учения является тезис, согласно которому «все три мира суть только лишь сознание» (виджняптиматра). Надо сказать, что сама эта формулировка впервые дается в другой сутре — Дашабхумика сутре («Сутре о десяти ступенях [пути бодхисаттвы]»). Далее «Сандхинирмочана» весьма систематично излагает основы учения школы йогачара.
«Ланкаватара сутра» во многом является антиподом «Сандхинирмочаны» и, прежде всего, антиподом, если так можно выразиться, формальным: если «Сандхинирмочана» — одна из самых систематичных и целостных сутр, то «Ланкаватара» — одна из самых беспорядочных и даже несколько путаных и противоречивых. По-видимому, существующий ныне текст является результатом неоднократного переписывания и механического соединения разных редакций и вариантов этого памятника. По своему учению «Ланкаватара», также содержащая весьма интересные и глубокие философские пассажи, тоже тесно связана с учением йогачаринов, однако она, в отличие от «Сандхинирмочаны», излагает не только основы классической йогачары, но и содержит в себе содержательный пласт, отражающий доктрину Татхагатагарбхи — учения о единой для всех существ природе Будды. Дополнительная (десятая) глава этой сутры, известная как «Сагатхакам», содержит некоторые доктрины, вступающие в противоречие с нормативным буддийским пониманием принципа анатмавады. Не исключено, что древние переписчики просто по ошибке вложили в уста Будде заявления оппонентов буддизма, тезисы которых опровергаются в других частях сутры.
Обе сутры («Сандхинирмочана» и «Ланкаватара») были написаны, видимо, во второй половине IV века, причем не исключено, что появление «Ланкаватары» связано с неудачной попыткой распространения Махаяны на острове Ланка (Цейлоне). Она сыграла огромную роль в формировании китайского буддизма и, особенно, школы Чань/Дзэн (даже называвшейся первоначально «школой Ланкаватары»).
Следующая группа «теоретических» сутр связана с доктриной Татхагатагарбхи. Это махаянский вариант «Сутры великого ухода в нирвану» (Махапаринирвана сутры), «Сутра львиного рыка царицы Шрималы» (Шрималадэви симханада сутра), «Сутра зародыша состояния Будды» (Татхагатагарбха сутра) [3] и отчасти «Сутра цветочной гирлянды» (Гандавьюха сутра).
Доктрина Татхагатагарбхи провозглашает, что каждое живое существо по своей природе есть Будда и эта природа лишь должна быть реализована, переведена из потенциального состояния в актуальное. Вместе с тем, Татхагатагарбха есть также синоним реальности как она есть, причем утверждается, что эта реальность наделена неисчислимым количеством благих качеств, противоположным качествам сансары.
Из всех названных выше текстов надо особенно отметить «Махапаринирвана сутру» (ее текст, по-видимому, окончательно сформировался в Центральной Азии — Согдиана, Хотан — во второй половине IV в., как и текст другого очень авторитетного в Китае текста — Аватамсака сутры, частью которого стала и упомянутая выше «Гандавьюха сутра»): ее перевод на китайский язык в начале V века произвел настоящий переворот в понимании китайцами буддизма и во многом определил дальнейшее направление эволюции дальневосточной Махаяны.
2. Сутры доктринального (религиозного) характера. К сутрам доктринального характера можно отнести тексты, посвященные изложению религиозной доктрины Махаяны (путь бодхисаттвы, учение о природе Будды и т. п.). Наиболее ярким представителем этого типа сутр является Саддхарма пундарика сутра («Сутра лотоса благой Дхармы», или «Лотосовая сутра»). Это достаточно ранний (около II в. н. э.) текст, представляющий собой компендиум махаянского учения. Его основные темы: учение об искусных методах бодхисаттвы (иллюстрирующееся уже приводившейся ранее притчей о горящем доме), доктрина всеобщего освобождения и понимание Будды как вечного надмирного начала.
Изложение учения о всеобщем освобождении в этой сутре тесно связано с так называемой дискуссией об иччхантиках, продолжавшейся в рамках Махаяны в течение столетий. Под иччхантиками понимаются существа, настолько погрязшие во зле, что их «благие корни» оказались полностью отсеченными, что привело их к утрате способности в течение исключительно долгого времени (или даже навсегда) обрести пробуждение и стать Буддами. Некоторым образом под понятие иччхантиков (причем добровольных) подпадают и бодхисаттвы: ведь если они дали обет не вступать в нирвану до окончательного освобождения всех существ, а существ этих — бесчисленное количество, то бодхисаттвы, по существу, должны отказаться от нирваны вообще: ведь вступив в нее, они нарушат обет, тогда как спасти все без исключения живые существа невозможно в силу их бесчисленности. Видимо, эта перспектива беспокоила многих махаянистов (хотя с точки зрения доктрины полного изживания бодхисаттвой самого представления о существовании «я» этого и не должно было быть), поскольку в «Лотосовой сутре» Будда самым решительным образом успокаивает бодхисаттв, провозглашая доктрину, согласно которой когда-нибудь все живые существа без какого-либо исключения будут освобождены, после чего все бодхисаттвы смогут и сами на законном основании вступить в окончательную нирвану. Все когда-нибудь станут Буддами, причем этого состояния достигнут не только мужчины, но и женщины (что многими буддистами древности отвергалось), что прямо утверждается Буддой, высказавшим царевне из народа нагов (волшебных драконов, или змеев) пророчество, что она непременно станет Буддой.
Другой важной доктриной «Лотосовой сутры» является учение о Вечном, или Вселенском, Будде. В нем Будда Шакьямуни провозглашает, что он был пробужден изначально, прежде всех времен, и вся его земная жизнь (рождение в роще Лумбини, уход из дома, аскеза, обретение пробуждения под Древом Бодхи и грядущий уход в нирвану в Кушинагара) есть не что иное, как искусный метод, «уловка» (упая), необходимая для того, чтобы люди знали, какому пути им надлежит следовать.
Для «Лотосовой сутры» характерен специфический повествовательный стиль, обилие образов, притч и метафор, а также достаточная простота и прозрачность авторской мысли.
Учение сутры об отсутствии иччхантиков и о непременном обретении состояния Будды всеми существами оказалось исключительно важным для Махаяны, особенно для ее дальневосточного варианта (Китай и в еще большей степени Япония). Именно после знакомства с «Лотосовой сутрой» китайские буддисты стали считать учение о всеобщности природы Будды единственным подлинно махаянским, отвергнув доктрину существования иччхантиков как «частично хинаянскую». На «Лотосовой сутре» базировала свое учение распространенная на Дальнем Востоке школа Тяньтай (яп. Тэндай), а также генетически связанная с ней японская школа Нитирэн-сю, основанная в XIII в. монахом Нитирэном (с ней также ныне связана такая влиятельная в Японии общественная организация, как «Общество ценностей» — Сока гаккай), а это одно из наиболее многочисленных направлений буддизма в современной Японии). Согласно учениям как школы Тяньтай/Тэндай, так и Нитирэн-сю, в «Лотосовой сутре» Будда выразил наивысшую и совершеннейшую Дхарму, изложив ее к тому же наиболее понятным образом как для интеллектуалов, так и для простых людей. Это обстоятельство, далее утверждают представители этих школ, сделало данную сутру не только самой глубокой, но и самой универсальной из всех сутр Махаяны. Отметим также, что упоминавшуюся ранее «Махапаринирвана сутру» (выражающую доктрину Татхагатагарбхи) те же школы рассматривали в качестве финальной сутры, подтверждающей обетование «Сутры лотоса благой Дхармы». Что же касается влияния «Лотосовой сутры» на японскую классическую литературу, то его просто трудно переоценить.
3. Сутры девоционального (культового) характера. К девоциональным (от латинского devotio — почитание, поклонение, преклонение, преданность) можно отнести сутры, посвященные описанию миров, сил, благих способностей и качеств почитаемых Махаяной многочисленных Будд и бодхисаттв. Именно содержание девоциональных сутр и сейчас определяет характер массовой религиозности и религиозного культа в странах распространения махаянского буддизма. Именно эти тексты дают нам представление о том, во что верят и чего чают простые верующие — буддисты, не искушенные в тонкостях философии и доктрины.
Среди этих сутр особенно выделяются три сутры, связанные с почитанием Амитабхи — Будды Бесконечного Света. Это малая Сукхавати-вьюха сутра («Сутра о явлении Земли Блаженства»), большая Сукхавати-вьюха сутра и Амитаюр дхьяна сутра («Сутра о созерцании Амитаюса [4]»).
Но прежде чем говорить об их содержании, необходимо сказать несколько слов о махаянской концепции «полей Будды», или «земель Будды» (они же «чистые земли»). Как уже отмечалось, буддийская космология учила о существовании бесчисленного множества тройственных параллельных миров, во всем подобных нашему миру Саха. Махаяна пошла дальше по пути развития этой идеи. Махаянские сутры утверждают, что некоторые из этих миров были как бы «очищены» трудами Будд и бодхисаттв, превратившись в своего рода райские земли, населенные только святыми, бодхисаттвами и Буддами. Такие миры и получили название «полей Будды» (буддха кшетра). Кроме того, к «полям Будды» относились и некие миры, «искусственно» созданные Буддами магическим образом для превращения их в такие же райские обители. «Полей Будды» чрезвычайно много, но только одно из них имеет совершенно особое значение в силу специфики обетов создавшего это «поле» Будды; это и есть «Земля Блаженства» Амитабхи.
В малой «Сукхавати вьюхе» Будда, пребывающий со своей общиной в Шравасти (столица государства Кошала, место произнесения многих сутр), рассказывает своему ученику Шарипутре, что к западу от нашего мира, через сотни тысяч триллионов миров от него, расположен особый мир, называемый Сукхавати, то есть «Земля Блаженства». Эта земля, как повествует уже другая сутра, была создана благодаря обетам жившего в том мире много кальп тому назад монаха Дхармакары, ставший в том мире Буддой по имени Амитабха.
Однажды Дхармакара, движимый великим состраданием, произнес в присутствии Будды Локешварараджи ряд обетов, в которых он клялся достичь состояния Будды, превратив при этом свой мир в чистую землю, рай, в котором все родившиеся там обладали бы наилучшими условиями для совершенствования и обретали бы нирвану, не рождаясь более в каком-либо ином месте. Вот как говорит об этом сутра:
«Дхармакара сказал: “Я желаю, чтобы Почитаемый Миром, являя великое сострадание, внимательно выслушал меня! Если я воистину обрету наивысшее бодхи и свершу истинное просветление, то в моей стране Будды, обладающей невообразимыми заслугами, добродетелями и великолепием, не будет адов, злых демонов, птиц и зверей, летающих и ползающих насекомых. Все живые существа, вплоть до обитателей мира Ямы и трех дурных миров, которые родятся в моей стране, будут преобразованы [силой] моей Дхармы, мгновенно достигнут аннутара самьяк самбодхи [5] и не родятся вновь в дурных областях существования. Если я исполню этот обет, то стану Буддой. Если же я не исполню этот обет, то да не обрету я непревзойденное истинное просветление.
Когда я стану Буддой, то все живые существа десяти сторон света, которые родятся в моей стране, [обретут] тела цвета пурпурного блестящего истинного золота и тридцать два признака великого мужа. Их конечности будут прямы и чисты. Если их телесный облик будет чем-либо отличаться [от вышеописанного], если они будут обладать каким-либо уродством, тогда не обрету я истинное просветление.
Когда я стану Буддой, то все живые существа, которые родятся в моей стране, будут знать свою судьбу на протяжении бесчисленных [прошлых] кальп, [а также] будут знать содеянное [ими] добро и зло. Они будут способны прозревать и воспринимать на слух явления прошлого, будущего и настоящего в десяти сторонах света. Если я не исполню этот обет, то да не обрету я истинное просветление.
Когда я стану Буддой, то все живые существа, которые родятся в моей стране, обретут способность проникновения в чужое сознание. Если они не будут способны узнавать о мыслях и [содержании] сознания обитателей коти нают [6] сотен тысяч земель [иных] Будд, то да не обрету я истинное просветление”» [7].
Дхармакара выполнил все свои обеты и стал Буддой по имени Амитабха, а его мир превратился в райскую землю. В нем растут деревья с листьями и цветами из драгоценных каменьев, разноцветные лотосы размером с колесо телеги, летают прекрасные магически созданные птицы, поющие о Будде, Дхарме и Сангхе. Вместо почвы там золотой песок, а дожди в том мире идут только по ночам. В этом мире практически нет страданий, и даже рождение в нем обретают не из материнской утробы, а из цветка лотоса. Родившиеся в Земле Блаженства люди совершенствуются на пути Дхармы под руководством самого Амитабхи, а затем вступают прямо в окончательную нирвану.
Но из всех обетов Амитабхи особую важность приобрел один: а именно его обещание, что любой человек независимо от его поступков непременно обретет рождение в Земле Блаженства, если будет полностью уповать на Амитабху и с нерушимой верой повторять его имя. Может возникнуть вопрос о том, что же в таком случае происходит с законом кармы. Он продолжает действовать, хотя и трансформируется, в силу великих обетов Будды и энергии его великого сострадания. Например, убийца, уверовавший в Амитабху, после смерти не попадет в ад, но он пробудет в бутоне лотоса столько времени, сколько нужно для исчерпания дурной кармы, содеянной убийством. После же своего рождения в Сукхавати он долгое время не будет допущен в сообщество святых и долго будет лишен возможности лицезреть Будду Амитабху.
Культ Амитабхи и его Чистой Земли оказался признанным во всем мире махаянского буддизма (есть сведения, что даже такой великий философ, как Васубандху, на склоне лет предался почитанию Будды Бесконечного Света), а в Китае и Японии появились даже школы, проповедовавшие веру в Амитабху и его великие силы как главный путь к освобождению. Китайская школа «Чистой Земли» (Цзинту; яп. Дзёдо) была создана в VI — VII веках Тань-луанем и Шань-дао, хотя начало ей было положено еще на рубеже IV — V веков знаменитым монахом Хуэй-юанем. В XII веке она попала в Японию, где быстро приобрела еще более радикальный характер: монах Синран реформировал ее, создав собственно японскую школу «Истинной веры Чистой Земли» (Дзёдо син-сю), которая и сейчас является самой популярной в Японии ветвью буддизма (подробнее см. лекцию 9).
Синран учил, что ныне люди выродились и им более недоступны сложные формы йогической медитации, принятые в других школах буддизма. Поэтому единственный путь к спасению для них — вера в Амитабху и его спасительные силы. Более ничего не нужно — ни длинных молитв, ни сложных методов созерцания, ни знания философии, ни даже соблюдения монашеских обетов — все заменяет пламенная вера. Теперь нельзя спастись своими силами (дзирики), к чему призывают остальные школы буддизма; единственный верный путь — положиться на силы другого (тарики), то есть всемогущего Будды Амитабхи. Синран так настойчиво подчеркивает принцип спасения только верой, что такой крупный протестантский мыслитель XX века, как П. Тиллих, даже утверждал, что из всех религий мира «Истинная вера Чистой Земли» ближе всего подошла к протестантскому принципу спасения только верой и благодатью.
Дух амидаистского буддизма (Амида — японское произношение имени «Амитабха») прекрасно передается одной из новелл замечательного японского писателя начала XX века Акутагава Рюноскэ. В ней повествуется, как один самурай, свирепый и неукротимый воин, услышал проповедь монаха о Блаженной Земле Будды Амитабхи. Он выхватил меч и, прижав его к горлу монаха, потребовал, чтобы тот сказал ему, где находится эта земля. «На западе, на западе», — прохрипел монах. Тогда самурай немедленно отправился на запад. Он шел дни и ночи и наконец дошел до берега океана. Лодки у самурая не было, и он залез на дерево, чтобы дальше видеть в западном направлении. Так самурай и сидел неподвижно сутки за сутками, вглядываясь в горизонт, пока не умер от голода и жажды. И тогда на том месте, где он сидел, расцвел огромный благоуханный белый цветок.
На этом наш краткий обзор содержания махаянских сутр можно и закончить. Упомянем только в заключение, что сами составители махаянских вариантов Трипитаки часто группировали сутры в своеобразные сборники, хотя принципы этих классификаций далеко не всегда ясны. Плодом этой классификационной деятельности стало выделение таких типов сутр, как «Ратнакута сутры», «Махавайпулья сутры», «Аватамсака сутры» и т. п., причем в тибетской (Ганджур, или Кангьюр) и китайской (Да цзан цзин) эти классы, или группы, сутр отнюдь не всегда совпадают.
После рассмотрения основ религиозной доктрины буддизма и литературы махаянских сутр мы можем перейти к экскурсу в область буддийской философии.
Доклад главы муниципального района главы администрации Чайковского муниципального района
27.03.2014г.
ДОКЛАД
главы муниципального района –
главы администрации Чайковского муниципального района
о реформировании территориальной организации местного самоуправления Чайковского муниципального района
-
Я рад приветствовать всех участников заседания!
Сегодня мы собрались, чтобы обсудить вопросы связанные с преобразованием нашей территории путем объединения в Чайковский городской округ.
-
Напомню, что в связи с принятием 131-го Федерального Закона «Об общих принципах организации местного самоуправления» произошло существенное изменение финансово-экономических и политических принципов организации муниципальной власти.
В ходе проведения реформы местного самоуправления с 2006 года на территории произошло разделение на муниципальный район и 10 поселений, в результате которого реализованы ключевые задачи Закона:
-
создана двухуровневая система местного самоуправления;
-
приближены органы власти к населению;
-
передан широкий круг полномочий поселениям.
-
Однако как показывает практика, органы местного самоуправления сельских поселений не готовы к полноценной реализации федерального закона. Из 42 полномочий, поселениями осуществляется только 18.
Основным барьером перехода к эффективной двухуровневой модели местного самоуправления в ряде случаев является нерациональная система административно-территориального устройства. Финансовые возможности вновь созданных муниципальных образований, а также их обеспеченность кадрами, инженерной и социальной инфраструктурой зачастую не принимались во внимание.
Существующая система управления с каждым годом всё более затратная и менее эффективная.
-
Анализ демографических и территориальных особенностей сельских поселений района показывает неравномерное распределение численности проживающего населения и объемов земельно-имущественных комплексов.
Сельские жители составляют 23 % населения Чайковского муниципального района. Несмотря на то, что сельское население незначительно увеличивается, численность населения трудоспособного возраста в большинстве сельских поселений уменьшается.
-
Большинство муниципальных образований Чайковского муниципального района являются дотационными. Доля дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности в шести поселениях превышает от 1,4 до 6,8 раз сумму собственных доходов.
Низкий уровень поступлений собственных доходов не позволяет семи поселениям из десяти выстраивать самостоятельную политику муниципального образования в части решения многих вопросов жизнеобеспечения населения.
Поэтому в 2012 году из бюджета муниципального района были выделены средства на обеспечение доли местного бюджета Фокинского поселения на реконструкцию ГТС пруда Завод-Михайловский, что позволило привлечь значительные средства краевого и федерального уровня.
В целях реализации инвестиционных проектов в Уральском, Зипуновском, Альняшинском сельских поселениях из бюджета муниципального района выделены средства на обеспечение доли софинансирования местного бюджета поселений по принципу: 25 процентов — средства поселения, 75 процентов – средства муниципального района.
Значительная доля расходов собственных средств бюджетов поселений идет на содержание органов местного самоуправления. В зависимости от соотношения доли расходов бюджетов поселений на содержание органов местного самоуправления к собственным доходам поселений можно их распределить следующим образом:
— в трех поселениях доля составила от 20 % до 28,5 %,
— в двух поселениях доля составила от 55 % до 97 %.
— пять поселений (Альняшинское, Ваньковское, Зипуновское, Марковское, Сосновское) не имеют достаточных собственных средств даже на содержание органов местного самоуправления. Доля расходов данных поселений на содержание аппарата управления превышает в 1,5-3 раза собственные доходы поселений.
-
В настоящее время очевидна тенденция ослабления кадрового состава сельских поселений.
Большинство служащих имеют опыт работы на должностях муниципальной службы не более 10 лет.
40% муниципальных служащих сельских поселений имеют среднее специальное образование.
-
Подводя итоги текущего состояния дел можно выделить следующие основные проблемы существующей системы управления сельских территорий:
-
наличие большого количества малонаселенных поселений;
-
низкий уровень собственных доходов и значительные затраты на содержание органов местного самоуправления;
-
дефицит квалифицированных специалистов.
Решение этих проблем мы видим в создании укрупненного муниципального образования путем изменения статуса Чайковского городского поселения на городской округ и вхождения сельских поселений в городской округ.
-
Преобразование направлено на достижение следующих целей:
Джейн катра рассел тарг
Общение с Богом доступно всем
ОБЩЕНИЕ
с БОГОМ
доступно
ВСЕМ
ДЖЕЙН КАТРА РАССЕЛ ТАРГ
УДК 29 ББК 86 К29
Перевела с английского Л. А. Бабук по изданию:
THE HEART OF THE MIND (How to experience God
without belief) by Jane Katra. Ph.D., & Russell Targ.—
Novato. California 94949: New World Library. 2000.
На русском языке публикуется впервые.
Охраняется законом об авторском праве. Нарушение ограничений.
накладываемых им на воспроизведение всей этой книги или любой её
части, включая оформление, преследуется я судебном порядке
Охраняется законом об авторском праве. Нарушение ограничений.
накладываемых им на воспроизведение всей этой книги или любой её
части, включая оформление, преследуется я судебном порядке
Катра Дж., Тарг Р. К29 Общение с Богом доступно всем / Дж. Катра, Р. Тарг // Пер. с англ. Л. А. Бабук.— Мн.: ООО «Попурри», 2005.— 368 с.:ил. ISBN 985-483-380-1.
Целительница и учёный открывают тайны мистики, указывают внехристианские пути к постижению Бога, опираясь на старинные учения мудрых наставников и результаты современных научных исследований парапсихологических явлений. Для широкого круга читателей.
УДК 29 ББК 86
ISBN 985-483-380-1 (рус) © Перевод. Издание. Оформление.
ООО «Попурри». 2005 ISBN I-57731-I56-6 (англ.)© 1999 by Jane Katra, Ph.D.,
and Russell Targ
Посвящается Гангаджи с любовью и благодарностью
Содержание
Предисловие
Благодарность
Введение
Поиски духовной жизни, которая доступна нашему разуму
Аутентичность этнических традиций как инструмент культурной политики
Соловьева А.Н.
Аутентичность этнических традиций как инструмент
культурной политики.
Аутентичность – термин, обозначающий комплекс представлений социокультурных групп о подлинности, истинности и неподдельности традиционных культурных черт, на основании которых осуществляется репрезентация и воспроизводство их идентичности. Термин «аутентичность» заимствован культурологией, социологией и этнологией из философии, что обуславливает его многозначность и сложности его использования в эмпирических исследованиях культуры. Философская трактовка понятия «аутентичность» связана с отражением сущности актуального бытия человека, его экзистенции, рассматриваемой в терминах личностного, наполненного подлинным опытом переживания индивидом ситуаций вовлечения в мир. Категория «аутентичность» используется для описания различных проявлений стремления к «подлинности» как особому способу жизненного опыта Ж. П. Сартром, М. Хайдеггером, Т. Адорно, В. Беньямином и др.
В качестве теоретической единицы исследований социологов, этнологов и фольклористов понятие «аутентичность» активно используется со второй половины XX века. С конца 1970-х годов предметом оживленных дискуссий представителей этих наук становятся аналитические механизмы и границы применимости концепта «аутентичность» как инструмента исследования специфики традиционных культур (преимущественно этнических), помещенных в модернизационный и глобализационный контекст. До настоящего времени термин «аутентичность» сохраняет свою многозначность и полемическую направленность, отражая как противоречия, так и взаимную дополнительность концепций осуществления культурных традиций в современном мире. В российской культурологии, этнологии и социологии термин «аутентичность» появляется сравнительно недавно и его содержание определяется парадигмой «поиска аутентичности», то есть актуализации «древнего», «первичного», «изначального» смыслового и нормативного содержания различных форм этнокультурных традиций.
Важной функцией культуры является обеспечение преемственности, т.е. процесса изменения или сохранения в неизменности комплекса маркеров групповых различий (идей и складывающихся вокруг них отношений), который приводил бы их в соответствие с их ценностным обоснованием и формирующимися на его основе социальными институтами. Поэтому термин «этническая культура», определяемый в контексте процессов отбора, стереотипизации и воспроизводства социального опыта в системе связей настоящего с прошлым, оказывается синонимом или, точнее, почти синонимом «традиции».
По мнению Д. Гросса для отнесения культурного феномена к традиции необходимо соблюдение трех условий. Во-первых, традиция должна связывать, как минимум три поколения (то есть две передачи). Во-вторых, традиция, передающая ощущение прошлого в настоящее, должна обладать духовным или нравственным авторитетом. В-третьих, традиция должна отражать преемственность между прошлым и настоящим. Кроме того, традиция должна создавать ощущение, что она последовательно передавалась во времени, то есть обладает непрерывностью1.
Репрезентация культурных черт в качестве «традиционных» осуществляется в специфическом контексте коллективной памяти сообщества, идентичность которого они формируют и утверждают. М. Хальбвакс проводит различие между коллективной памятью в собственном смысле и традицией: первой соответствует коммуникативная – спонтанная, а второй культурная – осмысленная и концептуальная память об уже интерпретированном опыте. Традиция осуществляет стремление сообщества к закреплению ясно выраженного и эмоционально наполненного образа прошлого, однако, высвобождаясь из контекста живой коммуникации, она становится каноническим вместилищем «увековеченного воспоминания»2. В дописьменных обществах передача общественного наследия происходит через непосредственный контакт, а потому передаваемые ценности отождествляются с конкретными лицами, событиями, переживаемыми чувствами, закрепленными в легендах, символах, ритуалах. Каждое новое поколение вносит свой пласт символов и легенд, наращивая «культурный пласт» традиции. Жизнь традиции – в ее гибком обновлении. Письменность, напротив, имеет возможность «законсервировать» традиции до такой степени, что спустя столетие она покажется «седой стариной», утратится понимание ее смыслов и тайна знаков3. Выявление и описание традиций в качестве воспроизводящихся во времени объективно (то есть независимо от субъекта) заданных и практически неизменных моделей становится возможным только ретроспективно, на «расстоянии», порожденном ее письменными (в частности научными) категоризациями, разграничением и противопоставлением традиционной и инновативной частей культуры.
Активное изучение феномена традиции является основой реализации консервативных культурных политик, репрезентативные механизмы которых базируются на реконструкциях либо «исконного» состояния этнокультуры, либо ее «прошлого» опыта, актуализированного жизненной средой настоящего. В качестве наиболее очевидных и осязаемых типов фольклорной составляющей этнической традиции рассматриваются тексты, пришедшие из прошлого. Единство фольклорного материала, владения им и менталитета среды, внутри которой и во взаимоотношениях с которой возможны его интерпретации и воспроизводство, описывается фольклористами и этнологами как основание специфического традиционного типа культуры.
Утверждение традиционности в качестве доминантного принципа выявления аутентичной составляющей этнической культуры делает необходимым разграничение либо «степени» традиционности (конфигурации традиционных и инновационных черт), либо характера инновационных («внешних») влияний на состояние жизненной среды того или иного сообщества. Критический анализ данного подхода к изучению изменяющихся традиционных культур акцентирует следующие недостатки используемых исследователями приемов и методов. Во-первых, важность поисков «аутентичности» приводит к описанию «другого» либо как помещенного вне изменяющегося контекста, либо в исторический момент до его появления. Во-вторых, тенденция рассматривать традиционные общества как статичные, а не динамические явления оборачивается их эссенциализацией, т.е. перечислением традиционных черт как предзаданных, изначальных, возникших в период до появления внешнего модернизационного влияния и стремительно разрушающихся в результате его появления. В-третьих, попытка анализировать аутентичную культуру отдельно от всего остального мира и выводы о том, что ее представители изменяются, пассивно воспринимая воздействие западной модернизации, приводит к акцентированию ее изоляционизма и инертности. В-четвертых, идея вневременности, внеисторичности традиции заставляет исследователя принимать за проявления неизменности традиционной жизни фиксируемые им/ею влияния широкого внешнего контекста. В-пятых, значительное упрощение проявлений традиционности происходит в результате действия механизма «зеркала», т.е. проекции на изучаемый объект идеализированного образа культуры ее исследователя4.
Преодоление ограниченности репрезентаций традиционности в качестве совокупности устойчивых форм социальных и культурных данностей возможно, если рассматривать традицию не как то, что понимают под фольклором, не унаследованные от прошлого организационные структуры, а как траекторию возврата к онтологическому источнику этих структур, имеющему метафизическую основу.
Альтернативный взгляд на «аутентичность» этнокультурных форм и практик как на интеллектуальный конструкт ученых или активистов традиционализма появляется в результате распространения идей социального конструктивизма, рефлексивной антропологии и постколониальных исследований.
С точки зрения конструктивистов научная проблема состоит не в том, что такое аутентичность, а в том, кому и зачем она нужна, а также как она используется в различных дискурсах. Аутентичность рассматривается не как качество этнокультурного объекта, а как оценочная категория, постоянно формирующаяся и трансформирующаяся в социальных процессах. Согласно конструктивистским теориям этничности и культуры под традицией следует понимать воспроизводимые в социокультурном пространстве типы социальных практик, модели поведения вместе с их ментальным обоснованием (стереотипами социальной логики, когнитивными структурами), символическую конструкцию, непрерывно творимую живущими поколениями и меняющуюся в зависимости от субъективной интерпретации и переосмысления5.
Представления о существовании комплекса архаичных и статичных черт традиционной культуры, которые могут быть критерием «исконности» ее современных форм, служит основанием для доказательства объективности признаков «культурной аутентичности». Важнейшей характеристикой аутентичности этнической культуры, отмечаемой представителями объективного подхода к ее описанию, является «некоммерческий», не соответствующий логике процессов производства и потребления смысл традиционных культурных текстов и артефактов. Желание выявить и зафиксировать аутентичные символы и артефакты отражает основополагающее для логики модернизации стремление к универсальным истинам и вневременным ценностям. Модернизационные и глобализационные процессы (в том числе и исследовательские), инициируемые желанием людей приобщиться к вневременным и подлинным формам традиций, разрушают целостность их культурных проявлений. В момент, когда традиционный артефакт становится объектом целенаправленного и рационализированного воздействия (с целью фиксации, реконструкции или потребления), он выделяется из естественной среды формирования и функционирования (в повседневной жизни этнического сообщества) и утрачивает «ауру» своей подлинности. Для модернизма «интимность, индивидуальная неповторимость «своей» смерти и момента осознания ее неизбежности – ключ к аутентичности, и чтобы его получить, нужна деконструкция всех ментальных и социокультурных конструкций, которые создает коллективность»6. Интерпретации аутентичности как объективно заданной сущности культурной традиции не позволяют рассматривать коммерциализованные и глобализированные этнокультурные практики как реализацию стремления людей пережить «подлинный» культурный опыт.
Концепция «эмерджентной»7 (“emergent”, т.е. согласно буквальному переводу «возникающей ситуативно») аутентичности акцентирует внимание исследователя на исторически и социально сконструированных, динамических измерениях этнокультурных практик и текстов. В определенных исторических условиях традиционные артефакты могут оцениваться как привнесенные извне или «неаутентичные», а с течением времени или в результате изменения социальной ситуации они начинают признаваться аутентичными даже учеными — экспертами. В контексте культурных индустрий (туризма, моды, арт-бизнеса) аутентичность проявляется в процессах отбора и интерпретации, реализующих приоритеты исследователей, представителей региональной власти, маркетологов и т.д. Например, работы ремесленников оцениваются участниками рынка произведений искусства и сувениров на основании их уникальности и оригинальности, рукотворности, соответствия технологическим, эстетическим и функциональным критериям, выработанным в рамках исторически сложившихся локальных декоративных стилей. Наблюдать процесс придания аутентичности этнокультурным объектам можно на ярмарках и в магазинах сувениров, где демонстрируется процесс их ручного изготовления. Для того чтобы подтвердить наличие и степень аутентичности тех или иных предметов, а также присвоить им «локальный» статус зачастую применяется научная (этнологическая или искусствоведческая) экспертиза. В контексте культурной политики категория «аутентичность» отражает степень влияния представлений различных социальных групп о «подлинности» и «исконности» художественных приемов, форм и жанров, сложившихся в локальных племенных и этнических сообществах, на определение места «традиционного творчества» в контексте современного глобализированного искусства8.
Термин «экзистенциальная аутентичность»9 выявляет специфику психологического подхода к рассмотрению «подлинности» как потенциально присущего индивиду состояния, которое может быть актуализировано той или иной культурной практикой. Теоретики постмодернизма рассматривают аутентичность как автономную «симулятивную» единицу, характеризующую не «реальные» или «настоящие» культурные объекты, а набор предшествующих им и претендующих на «воображаемую реальность» их искусственных подобий, созданных массовой индустрией.
В постколониальных исследованиях аутентичность описывается как часть процесса репрезентации образа «Другого» (чаще всего «примитивного», «архаичного» и неспособного к развитию племенного или этнического сообщества), механизмы которого выработаны и контролируются доминирующей «западной» культурой, а также являются отражением идеологии модернизации. Консервативный подход к аутентичности как категории «внеисторичности» и статичности традиционных культурных черт используется в колониальной риторике как инструмент культурной дискриминации (маргинализации) как сообществ, которым в большей степени присущи гибридные формы, возникшие в результате взаимодействия различных этнических, религиозных и сословно-классовых традиций, так и племенных (аборигенных) групп, целостность и органичность традиций которых воспринимается как атрибут «экзотичности» и «примитивности».
Теоретиками мультикультурализма10 категория «аутентичность» используется для характеристики комплексности процессов этнокультурной идентификации в современном постнациональном глобализированном мире. При изучении транснациональных групп (диаспор, субкультур мигрантов, интернет-сообществ и т.д.) аутентичность не может определяться как следствие абсолютной и полной принадлежности индивида «своей» культуре, «укорененности» в ее традициях. Признание «множественной» (мультиплицированной) идентичности как неотъемлемой характеристики современного человека, находящегося в пространстве пересечения глобальных политических, информационных и экономических потоков, означает принятие многообразия способов быть «аутентичным субъектом». В мультикультуралистском контексте «аутентичность» — это характеристика способности индивида к диалогу с другой культурой, атрибут коммуникации, построенной на основании риторики различий, противостоящей стереотипности опыта, сформированного доминантными идеологизированными дискурсами. Aутентичность субъекта «культуры различий» основывается на идее свободы и признания права быть «другим», опираясь на «подлинность» жизненного опыта, предшествующую процессам самоидентификации, находящуюся за пределами образов «я» и их репрезентаций. Поэтому «аутентичность» индивида рассматривается в мультикультуралистских концепциях как внеоценочная и неоперационализируемая базовая теоретическая рефлексивная доминанта исследования, не имеющая в отличие от понятия «идентичность», четких политических (гражданского, например), ценностных, языковых, религиозных и других эмпирических показателей культурной принадлежности.
То, что мы понимаем под «традиционной культурой» в современных условиях часто становится формой и практикой сопротивления модернизации, способствующей воспроизводству этнического образа жизни и мировосприятия. Протестность чаще всего базируется на культурном комплексе «ностальгии» и «утраты» — то есть тех контекстов, в которых наиболее плодотворно работает «воображаемое» этнокультурных групп. Можно даже выявить специфический «словарь традиционализма», включающий в себя набор концептов, отражающих разные тематические дискурсы «протестности»: эколого – культурный (актуализирующий опасность исчезновения уникальных культурных территорий); социо – культурный (репрезентирующий распад традиционных групп – например, крестьянства); мемориально – культурный (осуждающий коммерциализацию памятников культурного наследия, наделение их популярными смыслами)11. Давно уже не являясь «пережитком» прошедшей исторической эпохи традиционная (которую можно интерпретировать как протестную) культура воспроизводится творческими усилиями подчиненных доминантным идеологиям народов в разных частях мира, мобилизующими ее символический капитал в качестве ресурса для формирования идентичностей, включающих их в сложные глобально/локальные контексты12. Определение локальной культуры сельских сообществ в качестве «этнической» предоставляет возможность самым разнообразным социальным группам осваивать (в реальных миграциях или с помощью медиа образов) комплексные транснациональные пространства и многообразие новых профессиональных и политических ролей.
В дискурсе развития традиционные объекты антропологии – племена, «туземцы», крестьяне, изолированные от внешнего мира сельские сообщества обретают новую форму репрезентации в качестве «этнических групп», наполняя категории «этничность», «этническая традиция» и «аутентичность» необычайно противоречивым содержанием.
Таким образом, многообразие интерпретаций понятия «аутентичность», сложившееся в современных социальных науках, позволяет исследователям анализировать и описывать не столько фиксированные различия «настоящих» и искусственно «изобретенных» черт культурных объектов, сколько динамические социальные процессы обретения или утраты качеств «подлинности», что значительно расширяет круг решаемых ими значимых социокультурных проблем.
1 Gross D. The Past in Ruins: Tradition and the Critique of Modernity. – Amherst, 1992.
2 Цит. по: Ассман Я. Культурная память. — М., 2004. — С.68.
3 Березовая Л.Г. Культурная история: проблема научной интерпретации // Традиционное сознание: проблемы реконструкции. / Отв. ред. О.М.Рындина.. — Томск, 2004. — С. 28.
4 Carrier J. G. Preface // History and Tradition in Melanesian Anthropology / J.G.Carrier (ed.). — Berkeley, 1992. – P. vii-ix
5 Glassie H. Tradition // Journal of American Folklore. — 1995 . — No108 .- P.395 – 412.
6 Полонская И.Н. Традиция: от сакральных оснований к современности. – Ростов – на – Дону, 2006. — С.50-51.
7 Cohen E. Authenticity and Commoditization in Tourism // Annals of Tourism Research. — 1988. — No.15. – P. 371-386.
8 Coleman E. B. Appreciating «Traditional» Aboriginal Painting Aesthetically // The Journal of Aesthetics and Art Criticism. — Summer 2004. — No 62 (3). — P. 237.
9 Wang N. Tourism and Modernity: A Sociological Analysis. — Oxford, 2000.
10 См. Taylor C. The Politics of Recognition // Multiculturalism. Examining Politics of Recognition. / Gutmann A. (ed). — Princeton, 1994. — P. 25-73.
11 Balmurli N. Masking and Veiling Protests. Culture and Ideology in Representing Globalization // Cultural Dynamics. — Vol. 15. — Number 2. — July 2003. – P. 213-235.
12 Kearney M. Reconceptualizing the Peasantry. – Riverside, 1996. – С.178
Аннотации рабочих программ дисциплин Аннотации учебных дисциплин учебного плана Блока 1
Аннотации рабочих программ дисциплин
Аннотации учебных дисциплин учебного плана Блока 1.
Б1.Б Базовая часть
Аннотация рабочей программы дисциплины
1. Иностранный язык
Цель освоения дисциплины: формирование межкультурной и коммуникативной компетенций, предполагающих свободное владение деловым устным и письменным иностранным языком, а также переводческой компетенции, которая представляет собой умение извлекать информацию из текста на одном языке и передавать ее путем создания текста (устного или письменного) на другом языке, а также позволяет использовать иностранный язык в профессиональной деятельности и для дальнейшего самообразования.
Содержание: Лексико-грамматический материал для профессионального и бытового общения и чтения научной литературы; реферирование и аннотирование научной литературы.
Место дисциплины в учебном плане: Б1.Б.1
Компетенции обучающегося, формируемые в результате освоения дисциплины: ОПК-1.
Знания:
Грамматика:
Основные грамматические категории и явления, необходимые для научной и профессиональной речи;
Лексика и фразеология:
Базовый лексический минимум, относящийся к профессиональному и научному языку. Устойчивые выражения: наиболее распространенные формулы-клише в рамках обозначенной тематики и проблематики научного общения.
Умения:
Аудирование:
-
понимать основное содержание устной речи в рамках изученной тематики научного и
профессионального характера;
Говорение:
-
делать подготовленные сообщения, доклады, выступать на научных конференциях;
-
участвовать в дискуссиях по темам, связанным с изучаемой специальностью; задавать вопросы и отвечать на них;
Чтение:
-
читать и понимать со словарем научную литературу по профилю изучаемой специальности;
-
владеть основными приемами аннотирования, реферирования литературы по специальности;
Письмо:
-
написать краткое письмо (телеграмму, факс), резюме;
-
составлять тезисы сообщения и оформлять их в письменном виде.
Навыки:
-
устной коммуникации в сфере профессионального и научного общения;
-
понимания устной речи на специальные темы;
-
оперирования наиболее употребительной грамматикой и основными грамматическими явлениями, характерными для профессиональной речи;
-
оперирования базовой лексикой изученных тем, основной терминологией своей специальности;
-
использования основ публичной речи — делать сообщения, доклады (с предварительной подготовкой);
-
письма, необходимого для подготовки резюме, ведения переписки.
Анализ которых мог бы оказаться плодотворным
( Институт философии АН СССР)
Ф илософия должна предположить, что нет настоящего противоречиям еж ду свободой и естественной необходимостью одних и тех же человеческих поступков, ибо она немо ж ет отказаться от понятия природы, как и от понятия свободы.
И. Кант
В этой статье я хотел бы поделиться своими размышлениями о тех идеях из практической философии Канта, логический анализ которых мог бы оказаться плодотворным.
В настоящее время созрели условия для успешного применения логики к анализу норм права и морали. Мы имеем — безотносительно к Канту большой сдвиг в этом направлении. Начинает разрабатываться аппарат, с помощью которого можно анализировать не только рассуждения теоретического характера, когда из посылок выводятся заключения, но и сами нормы права, нормы морали. В этой области имеется хороший задел, хотя еще много неясных вещей. Имеется масса разных подходов и направлений. Достаточно назвать разработку логики действий, динамическую логику, различные системы деон
тической логики. В этой связи нам необходимо обратиться к Канту, хотя бы по той причине, что Кант определял логику очень широко. Сточки зрения Канта, логика есть формальная философия. Поэтому изучение не только формы теоретического знания, но и формы практического разума (воли, желания это тоже прерогатива логики. Хотя, конечно, по Канту, не все сводится к форме. В практическом разуме также существуют синтетические суждения. Тем не менее такое понимание логики как формальной философии открывает возможности для более широкого понимания и применения логики.
Я начну непосредственное рассмотрение темы статьи с воспроизведения некоторых соображений В. Ф. Асмуса. В. Ф. Ас
мус был моим учителем, ив начале х годов я его просил прочитать нам курс о Канте. Он отказался читать курс-^даже о Критике чистого разума, ибо в то время невозможно было прочитать курс о Канте без специфической критики. В последующем В. Ф. Асмус все время подчеркивал, что основное в Канте это не Критика чистого разума, а Критика практического разума. В чем здесь дело Какова была сверхзадача у Канта Что касается
« Критики чистого разума, то сверхзадачей Канта была задача спасти науку от скептицизма Юма. Юм подверг резкой критике само обоснование науки — ее детёрми-
68
Анализ конкуренции в российском футболе в преддверии проведения чемпионата мира по футболу в России в 2018 год
Экономический анализ конкуренции в российском футболе
В преддверии проведения чемпионата мира по футболу в России в 2018 году все больше ставится вопрос о поиске новых механизмов популяризации российского футбола. В качестве основных причин низкой посещаемости российских стадионов и отсутствия положительной динамики изменения количества болельщиков на стадионах можно назвать низкий уровень безопасности, высокие цены на билеты, низкий располагаемый доход семьи, невысокий уровень игры команд и др. Однако перечисленные факторы являются следствием более фундаментальной проблемы монополизации футбольного рынка, препятствующей его эффективному функционированию.
Одним из проявлений этой тенденции можно считать одноклубную модель представительства городов в российской футбольной премьер-лиге (за исключением Москвы, представленной в чемпионате России в среднем пятью командами). Первый прецедент «двуклубной» модели в Краснодаре продемонстрировал, что локальная монополизация профессионального футбола в пределах одного города ограничивает возможности увеличения спроса болельщиков на просмотр матчей на стадионе.
Другим характерным примером монополизации футбольного рынка являются барьеры на рынке труда, т.е. установление лимита на легионеров в российских клубах. Принято считать, что введение и/или ужесточение лимита на легионеров направлено на поддержку национальной сборной команды, успех которой зависит от качества игры местных футболистов (от количества игрового времени, которое они проводят на поле). Однако количество игрового времени в распоряжении футболиста не всегда влияет на его выбор уровня старания; более того, в отсутствии лимита игрок имеет возможность перенимать опыт легионеров, т.е. осуществлять трансфер неявных знаний и тем самым повышать уровень своей игры.
В исследовании анализируются институциональные аспекты конкуренции на российском футбольном рынке. Можно выделить следующие основные задачи:
-
Провести анализ рынка труда в российском футболе: изучить историю становления института лимита на легионеров, рассмотреть последствия введения лимита для разных участников рынка, внести предложения по регулированию трансферного рынка в России;
-
Рассмотреть типы конкурентного равновесия в мировом футболе, провести анализ последствий изменения конкурентного равновесия с помощью трех моделей: спроса и предложения для ценовых изменений, эконометрической модели, модели спроса и предложения для измерения излишка и благосостояния потребителей;
-
Обобщить опыт Краснодара по формированию двуклубной модели представительства в высшей лиге; рассмотреть возможности его тиражирования в других регионах (на примере Санкт-Петербурга).
Теоретическое значение исследования состоит в создании научной базы для решения прикладных вопросов экономики спорта с учетом ее особенностей. Научная новизна предполагаемых результатов состоит в системности подхода к пониманию монополизации на футбольном рынке, а также в разработке альтернативных предложений по регулированию футбольного рынка на основе полученных теоретических результатов. В исследовании используются два типа моделей: формальные модели (теоретические модели спроса и предложения) и эконометрические модели (построение уравнений регрессии на основании эмпирических данных). При анализе поведения потребителей используется инструментарий теории игр.
-
Конкуренция в спортивных лигах: теоретические подходы
-
Подходы к оценке конкуренции в футболе
-
Клубная конкуренция воспринимается болельщиками и экономистами по-разному, однако есть общие показатели, которые могут интересовать и тех и других. Во-первых, зрелищность лиги, которую можно оценить через изменение количества забитых голов за сезон. По этому показателю ведущие европейские лиги, а также Россия за последние 4 года демонстрируют устойчивое снижение. Такая динамика, как правило, свидетельствует о том, что команды выравниваются по силе, и топ-клубы не имеют возможности забивать большое количество мячей даже аутсайдерам. В некоторых странах (например, в Италии и Германии) растет и количество ничейных игр в сезоне, что также может говорить об усилении борьбы между командами.
Возвращаясь к ротации команд, обратимся к более расширенной статистике – изменениям в первой десятке за те же сезоны. Как видно, шансы большого числа команд-аутсайдеров на попадание в зону еврокубков возрастают с каждым годом. В Испании 17 клубов за 4 сезона попадали в первую десятку, из них 5 клубов вылетали из высшего дивизиона, а еще 5 – стабильно занимают места в топ-10. В Италии – 5 и 6 клубов из 16 соответственно, в Англии – 4 и 6 клубов из 15 попадавших в десятку, во Франции – 3 и 6 из 15 команд. Германия и Россия оказались среди наиболее устойчивых лиг – из 16 и 13 клубов, оказывавшихся по итогам сезона в десятке за последние 4 года, лишь по 2 из каждой страны выбывали в низший дивизион, а 5 и 8 занимали места только в пределах топ-10 соответственно.
Аналитические материалы с лучшими практиками организации и сопровождения процесса летнего оздоровительного отдыха детей и подростков, в т. Ч. Детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, детей с овз
аналитические и методические материалы
с лучшими практиками организации и сопровождения процесса летнего оздоровительного отдыха детей и подростков, в т.ч. детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, детей с овз
Москва, 2015
СОДЕРЖАНИЕ
|
1. |
АНАЛИТИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ С ЛУЧШИМИ ПРАКТИКАМИ ОРГАНИЗАЦИИ И СОПРОВОЖДЕНИЯ ПРОЦЕССА ЛЕТНЕГО ОЗДОРОВИТЕЛЬНОГО ОТДЫХА ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ, В Т.Ч. ДЕТЕЙ-СИРОТ, ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ, ДЕТЕЙ С ОВЗ |
3 |
|
1.1. |
Введение……………………………………………………………………………….. |
3 |
|
1.2. |
Перечень лучших практик, вошедших в состав ТОП-100 2015 года |
7 |
|
1.3. |
Описание лучших практик организации летнего отдыха и оздоровления детей по направленностям дополнительного образования ……………………………….. |
15
Аналитические материалы о реализации в 2015 году
Приложение
Информационно-аналитические материалы о реализации в 2015 году
Плана мероприятий по реализации Стратегии действий в интересах детей Новосибирской области
на 2015-2017 годы
-
Семейная политика детствосбережения
1.1. Оценка социально-экономического положения детей и семей с детьми в Новосибирской области; подготовка комплексных предложений по повышению качества социального обслуживания детей и семей, имеющих детей
Оценка социально-экономического положения детей и семей с детьми осуществляетсяв рамках работыКоординационного совета по реализации Стратегии действий в интересах детей Новосибирской области на 2012-2017 годы при Губернаторе Новосибирской области.
Совет осуществляет свою деятельность во взаимодействии с исполнительными органами государственной власти Новосибирской области, органами местного самоуправления, общественными организациями и иными юридическими лицами по вопросам, связанным с реализацией мероприятий Стратегии. Председателем Совета является заместитель Губернатора Новосибирской области Шевченко В.В.
Заседания Совета проходят в режиме видеоконференции с муниципальными районами и городскими округами Новосибирской области. Ведёт заседания Совета Губернатор Новосибирской области Городецкий В.Ф.
Участники в районах: заместители глав администраций районов (городских округов) Новосибирской области, курирующие социальные вопросы; начальники отделов образования администраций районов (городских округов) Новосибирской области; начальники отделов опеки и попечительства администраций районов (городских округов) Новосибирской области; начальники отделов по делам молодежи, культуры и спортаадминистраций районов (городских округов) Новосибирской области; начальники отделов социальной поддержки населения администраций районов (городских округов) Новосибирской области; начальники отделов экономического развития и трудовых отношенийадминистраций районов (городских округов) Новосибирской области; директора комплексных центров социального обслуживания населения Новосибирской области.
В 2015 г. состоялось два заседания Совета: в апреле заседание Совета было посвящено мониторингу реализации региональной Стратегии в 2014 году и обсуждению проекта Плана мероприятий по реализации Стратегии на 2015-2017 годы; тема ноябрьского Совета – «Равные возможности для детей, нуждающихся в особой поддержке государства — детей-инвалидов и детей с ограниченными возможностями».
На регулярной основе (ежемесячно) в адрес Информационно-методического центрасопровождения реализации Национальной Стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы министерством социального развития Новосибирской области — оператором мониторинга от Новосибирской области направляются информационные материалы о действующей нормативной правовой базе и мероприятиях, направленных на формирование эффективной политики детствосбережения на территории региона.
В министерство труда и социальной защиты Российской Федерации сформированы и направлены информационно-аналитические материалы «О положении детей и семей, имеющих детей, в Новосибирской области» для подготовки государственного доклада о положении детей и семей, имеющих детей, в Российской Федерации.
Предложения по повышению качества социального обслуживания детей и семей, имеющих детей, в рамках реализации Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» неоднократно направлялись в адрес Минтруда РФ.
На круглом столе «Социальная политика и здравоохранение в Новосибирской области» предложения Новосибирской области по совершенствованию работы доведены до сведения Председателя Комитета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по труду, социальной политике и делам ветеранов Баталиной О.Ю., принимавшей участие в его работе.
1.2. Организация изготовления статистического сборника «Основные показатели положения детей и семей с детьми в Новосибирской области»
Срок реализации мероприятия — 2017 год.
1.3. Реализация системы мер по профилактике абортов, отказов от новорожденных, социально-медико-психологическому сопровождению беременных женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации
В соответствии с постановлением Губернатора Новосибирской области от 29.12.2007 № 539 «О Программе мер по демографическому развитию Новосибирской области на 2008-2025 годы» и Соглашением между Правительством Новосибирской области и Межрегиональным Общественным Фондом «Центр национальной славы» в рамках реализации всероссийской программы «Святость материнства» на территории Новосибирской области действует система медико-психолого-социального сопровождения беременных женщин, находящихся в трудной жизненной ситуации.
В государственных медицинских организациях Новосибирской области, оказывающих акушерско-гинекологическую помощь, работают кабинеты медико-социальной помощи женщинам, находящихся в трудной жизненной ситуации.
Ежемесячно министерством здравоохранения Новосибирской области ведется мониторирование качества оказания психологических услуг в кабинетах медико-социальной помощи женщинам, находящимся в трудной жизненной ситуации (сопровождение и поддержка беременных, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, для предотвращения прерывания беременности, а также отказов от новорожденных в родильных домах, психологическое сопровождение женщин по заболеванию).
В 2015 году 2064 женщины, планирующих прервать беременность, получили психологическую поддержку, из них 136 (6,5%) сохранили беременность.
Специалистами медицинских организаций Новосибирской области с целью профилактики абортов, отказов от новорожденных в 2015 году проведено 6 лекций для населения, педагогов образовательных организаций, 13 обучающих семинаров и конференций для медицинских работников, уроки здоровья «Профилактика ранней беременности», «Методы контрацепции подростков», лекции для учащихся средних профессиональных и высших учебных заведений, 4 профилактические акции, в том числе в рамках Дня семьи, любви и верности — акция «Подари мне жизнь», 3 видеолектория, 4 видеодемонстрации.
Для студентов–инвалидов факультета «Социальной реабилитации» НГТУ организован обучающий семинар «Профилактика незапланированной беременности». Подготовлен сюжет «Женское здоровье» для телевидения, 4 публикации в прессе «Мама, есть сомнения? Прочти!», «Мама, подари мне жизнь», «Вредные привычки и беременность», «О проведении Дня матери», публикациив сети «Интернет» «Подари мне жизнь», «День матери в России 29 ноября». Разработаны 2 информационных материала «Последствия аборта», «Аборт — не средство контрацепции». Распространено 3439 экземпляров печатных информационных материалов.
Под председательством заместителя Губернатора Новосибирской области Шевченко В.В. в апреле состоялся круглый стол с участием представителей министерства здравоохранения Новосибирской области и министерства социального развития Новосибирской области, Межрегионального общественного Фонда содействия укреплению национального самосознания народа «Центр национальной славы», сотрудников учреждений высшего профессионального образования, представителей общественных организаций, посвящённый актуальным проблемам детствосбережения. По итогам работы принят ряд решений по развитию системы медико-социальной помощи женщинам, сформирована рабочая группа для разработки и координации выполнения плана мероприятий, обеспечивающего создание единой системы поэтапной помощи семье, направленной на сохранение репродуктивного здоровья населения и решение демографических проблем.
1.4. Формирование модели ранней профилактики социального сиротства: создание 3-х экспериментальных площадок на территории муниципальных районов Новосибирской области, в соответствии с соглашением от 19.11.2014 № 48 между Правительством Новосибирской области, Детским Благотворительным фондом «Солнечный город», Благотворительным фондом профилактики социального сиротства о сотрудничестве по внедрению модели профилактики социального сиротства в Новосибирской области
В 2015 году в партнерстве с Благотворительным фондом профилактики социального сиротства (г. Москва) начата работа по формированию новой модели работы по профилактикесемейного неблагополучия. На первом этапе экспериментальные площадки созданы на территории города Искитима, Ордынского и Коченёвского районов. Идея эксперимента состоит в том, чтобы придать органам опеки и попечительства статус координирующего звена в системе ранней профилактики семейного неблагополучия с расширением функций: прием сигнала о неблагополучии, его проверку, принятие решения об открытии случая, утверждение реабилитационных планов, мониторинг и оценку их реализации. В рамках Соглашения Правительства Новосибирской области с Благотворительным фондом профилактики социального сиротства в июне, сентябре, декабре специалисты органов и учреждений системы профилактики из вышеперечисленных районов участвовали в трёх сессиях обучения по внедрению модели раннего выявления семейного неблагополучия. Всего прошли обучение 75 специалистов.
За период реализации проекта в 2015 г. подготовлены и утверждены нормативные правовые акты: Порядок межведомственного взаимодействия органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних Новосибирской области по раннему выявлению и оказанию помощи детям и семьям, находящимся в трудной жизненной ситуации и нуждающимся в социальной поддержке (утвержден на заседании комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав на территории Новосибирской области), приказ министерства социального развития Новосибирской области от 03.11.2015 № 1013 «О создании Комиссии по отбору организаций для осуществления отдельных полномочий органа опеки и попечительства».
На пилотных территориях реализованы следующие мероприятия.
Постановлением администрации города Искитима от 16.09.2015 № 1758 «Об Уполномоченной службе организации, наделенной отдельными полномочиями органа опеки и попечительства» утверждено положение о создании уполномоченных служб; разработан и утвержден пакет документов, обеспечивающих единую технологию в работе с семьей на ранней стадии семейного неблагополучия и социального сиротства.
На базе МОУ СОШ школы № 2 организована экспериментальная площадка «Внедрение системы ранней профилактики семейного неблагополучия и социального сиротства в образовательных организациях города Искитима» (участники – социальные педагоги, психологи, представители служб системы профилактики).
В период сентябрь — октябрь информация о проекте представлена вСМИ, в программе «На виду» ТВК и в печатном издании «Искитимская газета».
С 01.10.2015 в каждом учреждении системы профилактики созданы уполномоченные службы, задача которых — выявление семей на ранних этапах неблагополучия и оказание семье своевременной помощи.Всего 34 Уполномоченные службы: в муниципальном бюджетном учреждении «Комплексный центр социального обслуживания населения» города Искитима Новосибирской области, муниципальном бюджетном учреждении «Молодежный центр», ОГУЗ ЦГБ «Искитимская», в образовательных учреждениях (на базе общеобразовательных школ – 14 служб, в ДОУ– 17 служб).
Ежемесячно проходят заседания Консилиума по раннему выявлению и профилактике социального сиротства, жестокости и насилия в семье, на которых принимается решение об открытии (неоткрытии случая), постановке семьи на учет, назначении куратора; происходит обсуждение плана работы с семьей.
На заседаниях межведомственного координационного Совета по профилактике социального сиротства и предотвращению семейного неблагополучия (1 раз в квартал) рассматриваются вопросы оказания методической и практической помощи, а также координация технологии раннего выявления и создания банка данных семей. При составлении плана работы основное внимание уделяется обмену опытом работы уполномоченных служб в микрорайонах города.
В Коченёвском районе проведено расширенное аппаратное совещание по вопросам раннего выявления неблагополучия в семье и профилактики социального сиротства. Определены схема межведомственного взаимодействия органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних по раннему выявлению и оказанию помощи детям и семьям, находящимся в трудной жизненной ситуации и нуждающимся в социальной поддержке, ресурсы и услуги. Разработано Положение «О координационном совете», утвержден состав координационного совета, сформированы реестр органов учреждений, ведомств по раннему выявлению семейного неблагополучия и перечень услуг, предоставляемых в рамках профилактической работы с семьями, органами, учреждениями, ведомствами, утвержден список уполномоченных служб, органов и ведомств, составлен график обучающих семинаров с представителями образовательных и медицинских учреждений.
Специалистами Ордынского района подготовлен Порядок межведомственного взаимодействия служб системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних.Определена рабочая группа по контролю за организацией и проведением работы, которая обсуждает результаты по каждой семье еженедельно.
Проведены встречи в 7 муниципальных поселениях Ордынского района с представителями всех ведомств системы профилактики по реализации проекта. В общеобразовательном учреждении Петровской СОШ состоялся округлый стол «Право ребенка на семью. Выявление раннего семейного неблагополучия – путь к эффективной профилактике социального сиротства».За отчетный период в отдел опеки и попечительства поступило 56 сигналов. По всем сигналам открыты случаи. В 28 семьях проведена реабилитационная работа, случаи закрыты.
Запланировано расширенное совещание при Главе Ордынского района по внедрению модели ранней профилактики социального сиротства на территории Ордынского района.
1.5. Распространение на территории Новосибирской области эффективных моделей социализации воспитанников и выпускников организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также деятельности организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей
Срок реализации мероприятия — 2017 год.
1.6. Обеспечение социальной поддержки студентов, относящихся к категории малоимущих лиц и лиц с ограниченными возможностями
В соответствии с постановлением Правительства Новосибирской области от 05.11.2013 № 476-п «О предоставлении питания отдельным категориям граждан, обучающимся в государственных профессиональных образовательных учреждениях Новосибирской области, подведомственных министерству труда, занятости и трудовых ресурсов Новосибирской области, за счет средств областного бюджета Новосибирской области» обеспечиваются двухразовым питанием (завтраки и обеды) на льготных условиях дети из малоимущих семей (из расчёта 58 руб. в день); бесплатным двухразовым питанием обучающиеся с ограниченными возможностями здоровья (из расчёта 58 руб. в день).
В 2015 году расходы на обеспечение двухразовым питанием детей из малоимущих семей и обучающихся с ограниченными возможностями здоровья составили 31103,4 тыс. рублей. Численность детей из малоимущих семей и обучающихся с ограниченными возможностями здоровья, получавших двухразовое питание, составила 3064 человека.
1.7. Обеспечение обучающихся в профессиональных образовательных организациях государственными академическими и социальными стипендиями
Обеспечение обучающихся в государственных профессиональных образовательных учреждениях (далее – ПОУ) государственными академическими и социальными стипендиями осуществляется в соответствии с Порядком назначения государственной академической стипендии студентам, государственной социальной стипендии студентам, обучающимся по очной форме обучения в государственных профессиональных образовательных организациях Новосибирской области за счет бюджетных ассигнований областного бюджета Новосибирской области, утвержденным постановлением Правительства Новосибирской области от 28.10.2013 № 464-п.
Постановлением Правительства Новосибирской области от 12.04.2013 № 151-п «Об учреждении стипендий Правительства Новосибирской области студентам государственных образовательных учреждений среднего профессионального образования Новосибирской области» учреждена стипендия Правительства Новосибирской области для студентов государственных образовательных учреждений среднего профессионального образования Новосибирской области – победителей областных, региональных, всероссийских, международных конкурсов, олимпиад, соревнований для одарённых детей и молодежи. Стипендия присуждается ежегодно сроком на один календарный год в размере 1250 рублей в месяц (с районным коэффициентом). В 2015 году стипендию получали 90 студентов ПОУ, подведомственных органам исполнительной власти Новосибирской области. Расходы на обеспечение выплаты стипендии составили 1350,0 тыс. рублей.
Постановлением Правительства Новосибирской области от 18.06.2012 № 290-п «Об учреждении стипендий Правительства Новосибирской области» учреждена стипендия Правительства Новосибирской области для учащихся и студентов ПОУ, обучающихся по профессиям и специальностям в соответствии с перечнем профессий начального профессионального образования и специальностей среднего профессионального образования, соответствующих приоритетным направлениям модернизации и технологического развития экономики Новосибирской области. Стипендия Правительства Новосибирской области присуждается ежегодно сроком на один календарный год в размере 1850 рублей в месяц (с районным коэффициентом). В 2015 году стипендию получали 700 студентов ПОУ. Расходы на обеспечение выплаты данной стипендии составили 15780,0 тыс. рублей.
В 2015 году 76 студентам ПОУ выплачивалась стипендия Правительства Российской Федерации. Расходы на выплату стипендий Правительства Российской Федерации для лиц, обучающихся по очной форме обучения по основным профессиональным образовательным программам начального профессионального и среднего профессионального образования, имеющим государственную аккредитацию, соответствующим приоритетным направлениям модернизации и технологического развития экономики Российской Федерации, составили 2458,0 тыс. рублей.
1.8. Организация правового просвещения и распространение информации о правах ребенка, адаптированной для детей, родителей, учителей, специалистов, работающих с детьми и в интересах детей, через средства массовой информации, информационно-телекоммуникационную сеть Интернет
В целях профилактики игровой компьютерной зависимости и суицидального поведения среди несовершеннолетних ежегодно Минобрнауки Новосибирской области в апреле проводится четырехдневная научно-практическая веб-конференция «Создание безопасной информационно-образовательной среды в условиях формирования информационного общества» для педагогических работников, работающих с детьми с детьми из социально неблагополучных семей.
В октябре 2015 года во всех образовательных организациях Новосибирской области проведен Единый урок безопасности в сети Интернет.
С учащимися организованы беседы «Использование интернет–ресурсов при подготовке домашнего задания»; «Опасности в интернете»; «Интернет — опасность виртуального мира» и др. С родителями учащихся проведены беседы о проблемах доступа к сети Интернет, о правилах работы с информацией в сети и потребительском поведении в сети.
Использовались адаптированные для разновозрастных групп формы организации урока: интерактивная беседа, дискуссия, круглый стол, демонстрация видеороликов с последующим обсуждением, ролевая игра, урок-презентация, урок-практикум «Интернет среди нас», «Интернет и моё здоровье», «Мой Интернет», «Сказка о золотых правилах безопасности в сети Интернет», «Киберугрозы современности: главные правила их распознавания и предотвращения», «Как отбирать информацию из Википедии», «Влияние информационной войны», «Направленность статей в интернете» и др.
Третий год в образовательных организациях Новосибирской области проводятся мероприятия, посвященные всероссийскому Дню правовой помощи детям.
В 2015 г. в 1001 общеобразовательной организации (далее — ОО) проведены следующие мероприятия: консультации, классные часы («Я имею право» (1-4 кл.), «Права и обязанности детей» (5 кл.), «Имею право на права» (6 кл.), «Права и обязанности ребенка» (7 кл.), Деловая игра «Права ребенка» (9,10 кл.), библиотечные часы, конференции, беседы, круглые столы и др. с привлечением адвокатов, нотариусов, юристов. На мероприятиях рассмотрены права детей, записанные в Конвенции о правах ребёнка, во Всеобщей декларации прав человека, обсуждались жизненные ситуации, в которые попадают знакомые ребятам сказочные и литературные герои, чьи права оказались нарушенными с точки зрения международного гуманитарного права и Декларации о защите прав детей.
Обновлены информационные стенды, посвящённые работе телефонов доверия. В 16 муниципальных образованиях проведен День открытых дверей администрации района; в ОО оформлены книжные выставки «Тебе о праве – права о тебе», прошли конкурсы рисунков «Я рисую свои права» (1-4 кл.); конкурсы листовок «Права и обязанности ребенка» (5-7 кл.); конкурсы буклетов «Права ребенка – права человека» (8-11 кл.).
При проведении классных часов использовались методические рекомендации по проведению Уроков «Время доверять», размещенные на сайте Минобрнауки Новосибирской области.
Для обучающихся и их родителей организованы консультации, классные часы, конференции, беседы, круглые столы с привлечением адвокатов, нотариусов, юристов по вопросам конституционного устройства и конституционных прав граждан. 20 ноября 2015 г. для школьников проведена веб-конференция, на которой юристам были заданы вопросы по детско-родительским отношениям и другим юридическим вопросам, касающимся детства. В мероприятии приняли участие около 1000 школьников.
Правовое воспитание создает благоприятные условия для индивидуального развития личности, пропаганды безопасного и здорового образа жизни в подростковой среде.
Кроме изучения в ОО предметов «Право», «Обществознание» для детей проводятся классные часы, встречи с представителями правоохранительных органов, юридических служб, ролевые, театрализованные и дидактические игры, праздники, беседы, коллективное обсуждение тематический рассказов.
Система работы по повышению правовой культуры родителей включает в себя как групповые, так и индивидуальные мероприятия. В числе групповых видов правовой пропаганды среди родителей: родительские собрания, конференции, круглые столы с приглашением представителей правоохранительных органов. Родители трудновоспитуемых учащихся, которым особенно необходимо знание законодательства, как правило, уклоняются от участия в названных мероприятиях. Поэтому для них педагогами используются индивидуальные формы правового воспитания, проводятся беседы на правовые темы, используются возможности вовлечения родителей в активную правоохранительную деятельность.
С 2015 года начал свою работу Областной лекторий «Университет педагогических знаний для родителей» в режиме онлайн. Организаторы — Минобрнауки Новосибирской области, ГБОУ «Областной центр информационных технологий», ГБУ Центр психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи детям Новосибирской области «Областной центр диагностики и консультирования», муниципальные методические центры.
С начала 2015-2016 учебного года проведены родительские лектории «Адаптация первоклассников к обучению в школе», «Роль общения в становлении личности ребенка», «Профилактика наркотической и алкогольной зависимости у детей», «Как выработать полезные привычки, или как приучить ребенка к порядку», «Как помочь ребенку-воину стать дипломатом».
Участниками вебинаров стали более 6000 представителей родительской общественности.
1.9. Обеспечение участия в мероприятиях, проводимых Фондом поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, в том числе выставке-форуме «Вместе – ради детей!» – федеральной коммуникационной площадке для выявления и распространения новых технологий и актуальных практик по сокращению детского и семейного неблагополучия
В сентябре делегация Новосибирской области приняла участие в работе Всероссийской выставки-форума «Вместе – ради детей!» (г. Ставрополь). На форуме был представлен опыт региона по оказанию ранней помощи детям-инвалидам, организации работы с детьми, подвергшимися жестокому обращению, взаимодействию с волонтерскими организациями в поиске пропавших детей, а также новый пилотный проект, направленный на помощь детям с расстройствами аутистического спектра.
Актуальность
Содержание
Введение
Актуальность:
В современном мире, особенно среди стран, имеющих простое либо суженное воспроизводство населения, особую значимость приобретают миграционные процессы. Поскольку большинство развитых стран в настоящее время не в состоянии воспроизводить трудовые ресурсы традиционным путем рождаемости, все большие обороты набирает миграция, в первую очередь трудовая. Не стала исключением и Россия.
Миграции оказывают значительное влияние на демографические структуры и, через них, на различные процессы в обществе, такие как экономические, демографические и даже политические.
В Российской Федерации за период с 1990 по 2011 гг. доля внутренних мигрантов в общем потоке регистрируемой миграции составляла от 70% до 90%, в среднем за весь период 78% (См. Приложение 1).
Это обуславливает необходимость высокого интереса к внутренним миграциям в России, которые, в последние годы, редко находятся в центре внимания исследователей, в отличие от международной миграции. В 1990-х гг. в центре внимания находился масштабный отток населения из районов Крайнего Севера. В 2000-х гг. его интенсивность заметно ослабла, и интерес к проблеме миграционного оттока населения Крайнего Севера иссяк. В последние годы в Арктике разворачивается борьба за ресурсы между странами региона и крупнейшими экономиками мира, что вновь делает актуальным исследования движения населения в регионах Крайнейго Севера, теперь уже и в международном масштабе.
Крайний Север России, несмотря на относительно малочисленное население, имеет огромное значение для стабильности и благополучия страны.
С учетом относительно неблагоприятных условий для постоянного проживания и значимой роли в экономике страны, Крайний Север постоянно генерирует значительные миграционные потоки. Миграционные процессы в регионах Крайнего Севера могут оказывать и положительное, и отрицательное влияние, как на северные регионы, так и на прочие. Ряд исследователей отмечают, в случае российского севера, больший объем накопленного человеческого капитала у выходцев с Севера. Такие мигранты не могут не приносить пользу сообществам, в которых будут проживать после выезда на юг. Также неоднократно отмечалось, что в последние десятилетия происходит замена выбывающего с Севера высококвалифицированного населения на людей с более низким уровнем образования. Совсем неочевидным становится т.н. эффект здорового мигранта на Севере.
Все это обуславливает необходимость более детального исследования особенностей демографических, в т.ч. миграционных процессов в регионах Крайнего Севера.
Целью работы является выявление пространственных закономерностей и типологизация современных миграционных процессов в регионах Крайнего Севера России.
Объектом исследования являются миграционные процессы среди населения регионов и территорий Крайнего Севера России
Предмет исследования — различия в пространственных и демографических характеристиках миграционных процессов в регионах Крайнего Севера России.
Для достижения поставленной цели были сформулированы задачи исследования:
-
Выявить тенденции миграционных процессов на региональном уровне на Крайнем Севере в 1990-2000-х гг.
-
Проанализировать современную миграционную ситуацию в районах Крайнего Севера
-
Исследовать региональную дифференциацию миграционных процессов на Крайнем Севере
-
Провести типологизацию территорий Крайнего Севера по характеристикам миграционных процессов
В данной работе исследуются процессы на территориях Крайнего Севера и приравненных к нему местностях Российской Федерации в соответствие с перечнем таких местностей, утверждаемым Правительством Российской Федерации (См. Приложение 2, 3).
В работе используются данные из следующих источников: Федеральная служба государственной статистики РФ (Данные о возрастном, половом составе населения переписей населения. Данные Росстата о внутрирегиональных, межрегиональных и международных миграциях, социально-демографических характеристиках мигрантов, данные текущего учета).
Глава 1.Теоретические основы изучения миграционных процессов
Теоретические подходы к изучению миграции являются важным основанием для исследования подвижности населения. При этом в современной миграциологии существует некоторое разнообразие базовых теорий миграции. Эти теории не только конкурируют, но и дополняют друг друга. Современные миграционные процессы на Крайнем Севере России представляют собой клубок сложных и, от части, противоречивых тенденций, который невозможно объяснить в рамках одной лишь той или иной теории миграций. Исследователи Арктического центра университета Лапландии в своем развернутом докладе о государственной миграционной политике на российском Севере предлагают рассматривать совокупность факторов из разных теорий, влияющих на миграционную подвижность населения Крайнего Севера. Среди таких факторов выделяются соотношение выталкивающих и притягивающих факторов, продолжительность проживания, специфический для территории социальный капитал, миграционные сети (Nuykina, Elena. Resettlement from the Russian North: an analysis of state-induced relocation policy. University of Lapland (Arctic Centre Reports 55). 2011).
В неоклассическом теоретическом подходе главная роль регулятора миграций приписывается экономическим переменным, такие как, например, разница в доходах регионов выбытия и вселения. При этом данная теория недооценивает социокультурные факторы (Sjaastad 1962, Todaro 1969). В микроэкономическом подходе исследуется принятие решения о миграции человеком. В процессе принятия решения потенциальный мигрант оценивает прямые, косвенные, альтернативные издержки и выгоды миграции. Такое решение выступает рациональным выбором индивида с целью максимизации своих доходов (Borjas, 1990).
Структуралистский подход рассматривает в качестве основных детерминант миграции макроэкономические процессы, результатом которых становится неравенство между населением различных территорий и, как следствие, ограничение возможностей для представителей определенных социальных групп на некоторых территориях (Pilkington, 1998). Здесь решение о миграции рассматривается как ответ индивида на структурные изменения окружающей среды.
Одна из новейших социологических теорий о «структурах» и «действии» синтезирует роли в принятии решения о миграции лично индивида и влияния окружающей среды. В этом подходе отмечается важная роль социальных феноменов – посредников, таких как семья, социальные сети.
Новая экономическая теория миграции рассматривает переезд как коллективное решение, принятое семьей или домохозяйством. Такое решение призвано не только обеспечить максимизацию дохода семьи, но и минимизировать риски для благополучия данного домохозяйства (Stark 1984, Тейлор 1986).
Также популярна теория миграционных сетей (сетей мигрантов). Она определяет, что процесс миграции и адаптации к новому месту жительства значительно упрощаются, если они поддерживаются неформальными и формальными миграционными сетями, основанными как на личных контактах мигрантов, так и на общинах/диаспорах, существующих в принимающих территориях. «Миграционные сети содержат в себе набор межличностных связей, которые объединяют мигрантов, бывших мигрантов (тех, кто уже совершил переезд) и немигрантов в районах происхождения и назначения через родственные связи, дружбу и происхождение из одного сообщества» (Massey et al. 1993). Таким образом, частью данной конструкции являются землячества, которые в России зачастую имеют юридическое оформление как общественные организации. Сетевые связи, таким образом, представляют собой форму социального капитала, который может быть использован для получения или упрощения доступа к таким благам как: жилье, материальная помощь, нематериальные ресурсы (информация и др.) (Taylor, 1986; Massey, 1990).
Теория миграции Равенштейна (1885г.) учитывает наличие ряда неблагоприятных факторов, влияющих на потенциального мигранта в месте первоначального проживания и способствующих «выталкиванию» (Push) индивида в другую местность, и ряда благоприятных факторов, действующих в отношении потенциального мигранта из территории будущего вселения, «притягивая» его (Pull). По Равенштейну миграции имеют ряд характеристик: основная их причина – улучшение экономических возможностей мигранта на новом месте; масштаб потока мигрантов находится в обратной зависимости с расстоянием, на которое совершается переселение; преодоление расстояния происходит поэтапно с поочередным замещением одного временно′го контингента мигрантов другим; движение мигрантов происходит в обе стороны (в т.ч. всегда существует возвратная миграция); социальные, гендерные, возрастные и прочие личностные и групповые характеристики индивида влияют на его мобильность (Ravenstein, 1885, 1889).
Эта теория получила дальнейшее развитие в работах Lee и Bogue. Lee пришел к выводу, что миграцию необходимо рассматривать в рамках факторов, связанных с районами происхождения и назначения, промежуточными препятствиями и характеристиками самих мигрантов. Согласно Lee, к барьерам, способным существенно ограничить мобильность, относятся физические и политические барьеры, наличие иждивенцев и пр. Он отмечал, что процесс миграции является селективным из-за различий в возрасте, поле, принадлежности к социальным группам. Эти характеристики определяют реакцию индивида на push-pull факторы, также эти характеристики определяют способность индивида к преодолению промежуточных препятствий. Кроме того, образование индивида, общение с представителями возвратного потока миграции, семейные связи могут ограничить или замедлить процесс миграции (Lee 1966, Bogue 1969).
Миграция обладает такими характеристиками как кумулятивная инерция (Gordon & Molho, 1995) и уменьшение вероятности миграции для индивида с увеличением продолжительности проживания в одном месте (Speare, 1970). К такому же выводу относительно северных территорий приходит Т. Хеленьяк: чем дольше люди живут на Севере, тем меньше вероятность их переезда за его пределы. С другой стороны, чем меньше срок пребывания индивида в регионе, тем больше вероятность дальнейшей миграции из-за отсутствия привязанности к месту и местного социального капитала. Местный социальный капитал состоит из совокупности дружеских, соседских, семейных, деловых связей и привязанности к месту, которая возникает в силу факта рождения или длительного срока проживания в данной местности (T. Heleniak, 2009). При этом местный социальный капитал может выступать как в качестве push-факторов, так и pull-факторов (Heleniak, 2009; Bolotova & Stammler, 2010).
Институциональный подход в теории миграций особенно важен для объяснения и исследования миграций на Крайнем Севере России (как и в целом для исследования истории миграций) из-за огромной роли государства в их формировании и стимулировании. Этот подход отмечает набор сил, способствующих мобильности населения и направляющих потоки миграций. К ним можно отнести государственные программы переселения, законодательные ограничения для населения возможности свободно перемещаться и выбирать место жительства. Государство влияет на мобильность населения прямыми методами и косвенными. Прямые методы включают нормативно-правовые акты государства, предписывающие определенные места проживания и маршруты передвижения. Чаще всего они состоят из запрета на миграцию в определенные города, ограничения перемещения и программы переселения (Oberai, 1983). Косвенные методы больше сосредоточены на социально-экономических условиях, делая определенные территории более привлекательными для населения, чем другие. Такие (косвенные) методы имеют боле длительные эффекты, которые достигают более широкие группы населения.
Для миграций на Крайнем Севере России важно теоретическое обоснование и объяснение каждой из этих теорий, но также важно учитывать, что эти теории по отдельности не могут объяснить всего многообразия мотивов, факторов и характеристик миграций.
Миграции на Крайнем Севере, равно как и миграция рабочей силы в целом, часто становились центральной темой многих научных исследований в СССР и современной России. Вклад в исследования теоретических основ миграциологии внесли такие отечественные ученые как Б.С. Хорев, В.И. Староверов, Б.Д. Бреев, В.И. Переведенцев, Т.И. Заславская. В советские годы активно развивалась теория, также проводились многие прикладные исследования. Здесь можно отметить работы Я. Щепаньского, М.В. Курмана, Л.Л. Рыбаковского, Ж.А. Зайончковскую, М.Б. Денисенко, Г. Литвинова, О. Чудиновских, В.М. Моисеенко. Среди тематики прикладных работ тех лет выделяются вопросы определения категорий коренного и пришлого населения, процесса укоренения, решались проблемы конкретных проблем освоения страны (А. Сергеев, В. Кузнецов, Н. Токарский, Е. Кокорев, Г. Морозова, Э. Васильева, Е. Малинин, А. Ушаков). В 1990-е годы значительно выросла роль социологических исследований в изучении миграции, в том числе миграции на Крайнем Севере. Тогда же произошел «взрыв» региональных исследований северной миграции. Большинство авторов таких работ не становятся известными на общероссийском уровне, как и большая часть самих таких исследований не выходят за узкий круг исследователей конкретного региона, но такие исследования помогают решать важную задачу научного познания Севера.
В настоящее время актуальна дискуссия о допустимости вмешательства государства в управление миграцией. Сторонники государственного регулирования приводят экономические, социальные, административные, политические, экологические аргументы в пользу своей позиции (Mabogunje, 1981). В таком подходе политика регулирования имеет важное значение для эффективного использования физических, человеческих и природных национальных ресурсов, а также для защиты национальных экономических и политических интересов.
Экономический аргумент данного подхода к миграции подчеркивает неравенство между регионами в распределении доходов и благосостояния, которое, в свою очередь, оказало влияние на неравномерность пространственного распределения населения. Административный аргумент указывает на растущие государственные расходы на отдаленные, изолированные, малые и депрессивные поселения и требует вмешательства государства в реализацию таких расходов. Предполагается, что государство должно стимулировать перемещение людей в те регионы, где их труд будет более производительным (Mabogunje, 1981).
Именно такой подход стал основой в Российской миграционной политике относительно Крайнего Севера, особенно в области программ переселения из северных территорий.
Противоположный лагерь обосновывает недопустимость вмешательства государства в миграционные процессы требованием соблюдения основных прав человека: свободу перемещения и выбора места жительства (Stohr, 1981; Oberai, 1983). Другой аргумент – равновесный баланс распределения населения и экономических возможностей имеет автоматический механизм, и вмешательства государства нарушит его, создав болезненные диспропорции. Также сторонники невмешательства государства указывают на высокую стоимость и трудность осуществления государством различных проектов и программ переселения. Опыт показывает, что такие проекты часто приносят результаты хуже ожидаемых (Nuykina, Elena. Resettlement from the Russian North: an analysis of state-induced relocation policy. University of Lapland (Arctic Centre Reports 55). 2011).
Крайний Север как «льготные» территории в СССР стали выделять с 1920-х гг. В то же время, стоит отметить, что первоначально «льготные» территории включали в себя не только Север. Так, декрет от 1923 года «О льготах для командируемых на работы в отдаленные местности РСФСР» определяет особые условия труда и его оплаты помимо северных регионов также в некоторых дальневосточных и южных районах (http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=16598 Постановление ВЦИК, СНК РСФСР от 17.08.1925 «О льготах для лиц, направляемых на работу в отдаленные местности Р.С.Ф.С.Р. государственными учреждениями и предприятиями»). Как следует из текста документа, основанием для особого выделения территорий служил дефицит квалифицированных кадров в некоторых районах страны. При этом льготы распространялись не на все население регионов, а лишь на соответствующих переселенцев. Перечень территорий, направление на работу в которые гарантировало льготы, в соответствие с декретом 1923г., был значительно шире существующего ныне перечня территорий Крайнего Севера и приравненных к нему территорий РФ. В 1927 году было принято Постановлении ЦИК и СНК СССР «О льготах для работников государственных учреждений и предприятий в отдаленных местностях СССР», которое впервые ввело градацию предоставляемых трудовых льгот в зависимости от климатических показателей. «Отдаленные» территории делились на два «пояса». Современное деление северных территорий России, фактически, сохраняет такое деление. При этом целью такого определения получателей льгот по-прежнему являлось решение проблемы дефицита кадров. В то же время, можно отметить формулировку «особо низкий культурный уровень» в отношении данных территорий. Таким образом, опосредованно признавалась необходимость выравнивания качества жизни либо компенсации его неравенства между регионами по отношению к работникам государственных учреждений. Постановление серьезно ограничивало круг получателей льгот индивидуальными переселенцами (массовые переселения и «призывы» не позволяли иметь льготы), а также географическими характеристиками (на льготы могли рассчитывать лишь те, кто переселился на достаточно большое расстояние) (http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ESU;n=25442 Постановление ЦИК СССР, СНК СССР от 11.05.1927 «О льготах для работников государственных учреждений и предприятий в отдаленных местностях Союза ССР»).
Позже, в 1932г. в законодательстве РСФСР было введено понятие Крайнего Севера, приведен перечень таких территорий и установлены льготы для всех работающих там лиц. Соответствующим документом стало постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О введении в действие Положения о льготах для лиц, работающих в районах Крайнего Севера РСФСР». Так, впервые было введено нормативное понятие Крайний Север, а льготы в отношении работников таких территорий были отделены от льгот в отношении «Отдаленных» территорий. (Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 мая 1932 г. «О введении в действие с 1 января 1932 г. Положения о льготах для лиц, работающих в районах Крайнего Севера РСФСР» // СУ РСФСР. 1932. № 62. Ст.278.; Постановление СНК РСФСР от 26 октября 1932 г. Об установлении территории, на которую распространяется действие Постановления ВЦИК и СНК РСФСР от 10 мая 1932 г. О льготах для лиц, работающих на Крайнем Севере // СУ РСФСР. 1932. № 91. Ст.406.)
В 1945 году к территориям Крайнего Севера добавились т.н. приравненные территории. Система трудовых льгот на Севере, таким образом, стала похожа на два «пояса» отдаленных территорий, установленных декретом 1927г. Перечень приравненных к Крайнему Северу территорий был утвержден постановлением СНК СССР от 18 ноября 1945г. «О перечне отдаленных местностей, приравненных к районам Крайнего Севера». (http://zakon.law7.ru/base18/part7/d18ru7619.htm).
Перечень территорий Крайнего Севера от 1932г. в целом совпадал с современными северными (включая приравненные) территориями азиатской части России, но был значительно меньше современных «северов» Европейской России. Постановления 1945г. выделили из указанных территорий т.н. приравненные к Крайнему Северу и установили для них пониженные размеры льгот.
Позже перечень территорий Крайнего Севера (и приравненных местностей) постоянно расширялся. Не остановился процесс расширения и после 1991 г. (постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 г. №1029). В современной России расширение перечня территорий Крайнего Севера происходило без учета потребностей рынка труда, а скорее в целях выравнивания доходов населения в условиях более высокой стоимости жизни в северных регионах.
В советский период значительные масштабы приобрели организованные миграции (в том числе принудительные) (Полян П. Не по своей воле… История и география принудительных миграций в СССР). Относительно высокая их доля в общем потоке позволяла осуществлять миграционную политику директивно. С течением времени доля неорганизованных переселений постоянно росла, соответственно возрастала роль и необходимость косвенных социально-экономических мер регулирования миграции (Литвинова Г.И. Право и демографические процессы в СССР. М.: Наука, 1981)
В число упомянутых трудовых преференций входили так называемые районный и северный коэффициенты, увеличивающие заработную плату, особое исчисление трудового стажа, расширенные гарантии в области социальной защиты, здравоохранения, отдыха и пр. (ФЗ N 4520-1 от 19 февраля 1993 года «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Режим доступа: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=LAW;n=89993 ). Вкупе с огромными инвестициями в форсированное развитие промышленности на отдельных северных территориях эти меры приводили к высокой миграционной привлекательности ряда северных регионов в различные годы.
Перечень территорий Крайнего Севера постоянно редактируется и дополняется по настоящее время (Постановление Правительства РФ от 3 марта 2012 г. N170 «Об отнесении Березовского и Белоярского районов Ханты-Мансийского автономного округа — Югры к районам Крайнего Севера». Режим доступа: http://base.garant.ru/70146248/ ).
Критерии отнесения территории к Крайнему Северу (либо приравненным местностям), действующие в настоящее время, учитывают не только природные факторы (широта, влажность воздуха, температуры и пр.), но также социально-экономические (плотность населения, наличие и плотность инфраструктуры и пр.). При этом с 1991г. при отнесении территорий к Крайнему Северу эти критерии многократно не соблюдались. Кроме того, ряд территорий, включенных в первые перечни «Северов», за прошедшие десятилетия прошли значительный путь в социально-экономическом развитии и в настоящее время также не вполне соответствуют определению Крайнего Севера. Однако наличие такого статуса и соответствующих льгот на региональном и местном уровнях воспринимается как нечто должное и постоянное.
Современная ситуация в области миграции в России, при условии определения Крайнего Севера как зоны освоения – фронтира (Замятина Н. Зона освоения (фронтир) и её образ в американской и русской культурах» // Общественные науки и современность. — 1998. — № 5. — С. 75-89), в общих чертах соответствует четвертой фазе (фаза «Развитого общества») концепции «Мобильного» (миграционного) перехода Вильбура Зелинского (Zelinsky, Wilbur. The Hypothesis of the Mobility Transition. Geographical Review, Vol. 61, No. 2 (Apr., 1971), pp. 219-249 ). С 1990 г., с началом перехода к рынку, сильно пострадала зачастую нерентабельная экономика «северов». Как следствие, поток мигрантов в регионы нового освоения значительно сократился, став при этом еще и гораздо более концентрированным и избирательным в отношении лишь нескольких территорий, где крупные мощности сырьевых отраслей экономики по-прежнему могли обеспечить мигрантов работой и относительно высоким заработком. Одновременно разрушение системы северного завоза, государственного снабжения севера и инфляция обесценили финансовые преференции северных работников. В результате, значительно увеличился отток из таких регионов мигрантов, особенно мигрантов первого поколения, которые еще не успели надежно закрепиться на Крайнем Севере.
Резкое падение доходов население не позволяло многим жителям Крайнего Севера переехать в более благополучные регионы. Тогда государство взяло на себя часть обязательств по переселения северян, оказавшихся в сложных условиях. Так, с 1995г. была начата реализация федеральной целевой программы «Строительство на территории Российской Федерации жилья для граждан, выезжающих из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей». На смену этой программе в 2002г. пришел федеральный закон «О жилищных субсидиях гражданам, выезжающим из районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей». Этот закон предусматривает полную компенсацию затрат на переезд семьи в другой регион. Однако финансирование исполнения данного закона настолько мало, что не позволит переселиться всем желающим даже в течение всей их жизни. При этом, в начале 2000-х гг. на получение данной субсидии были зарегистрированы около 690 тыс. человек или около 6% всех жителей Крайнего Севера России (Некоммерческий фонд реструктуризации предприятий и развития финансовых институтов (ФРП). Режим доступа: http://www.fer.ru/nrpp/descriptions.htm).
С 2002г. в России реализовывался проект Всемирного Банка «Реструктуризация российского севера». Проект предусматривал целевое выделение 94,5 млн. долл. США. Большая часть средств пошла на переселение из районов Крайнего Севера, испытывавших наиболее сильные кризисные явления в тот период, семей, изъявивших такое желание. Международный банк реконструкции и развития выделял 79,2 млн. долл. США, правительство Российской Федерации 13,9 млн. долл. США (Northern restructuring project. World bank. Режим доступа: http://documents.worldbank.org/curated/en/2010/06/12556480/russian—federation—northern—restructuring—project ). Реализация проекта дала возможность части жителей депрессивных северных территорий переехать в другие регионы России. Проект был реализован в пилотных районах: г. Воркута (в границах Горсовета), Норильском промышленном районе и Сусуманском районе Магаданской области. Факторами, обусловившими особое положение населения пилотных территорий, были прекращение либо сокращение деятельности основных промышленных предприятий, большая дифференциация по доходам населения относительно успешных территорий с экспортноориентированными сырьевыми отраслями экономики и населения большинства депрессивных территорий Крайнего Севера, равно как и значительная дифференциация по доходам между работниками «успешных» сырьевых предприятий и остальным населением, затруднительная ротация трудовых ресурсов, резкий рост количества нетрудоспособного населения и пенсионеров из-за массового достижения пенсионного возраста крупнейшими «волнами» мигрантов 1970-80-х гг. Главной задачей реализации проекта было обеспечение максимальной экономической выгоды от переселения нетрудоспособных, безработных граждан в более благоприятные регионы.
В результате реализации проекта Всемирного Банка из районов Крайнего Севера было переселено 4527 семей (10028 чел.), в том числе: из г. Воркута – 2476 семей (5538 чел.), г. Норильск – 623 семьи (1152 чел.), Сусуманского района 1428 семей (3338 чел.). Мигранты вселились в 75 регионов России, среди которых наиболее популярны были Белгородская область, Кировская область, Краснодарский край, Тульская область, Ростовская область. В сумме в эти регионы въехали немногим более 30% всех семей переселенцев. По расчетам организаторов проекта, инвестиции в его реализацию полностью окупились через 5 лет после начала осуществления проекта. Суммарный накопленный эффект от реализации к окончанию проекта превысил 21 млн. долл. США.
Особое внимание уделялось пенсионерам, которые желали переехать, но фактически не имели возможности воспользоваться предоставленными федеральным законом возможностями (Некоммерческий фонд реструктуризации предприятий и развития финансовых институтов (ФРП). Режим доступа: http://www.fer.ru/nrpp/descriptions.htm).
Помимо указанных программ, в разные годы действовали и продолжают действовать многочисленные региональные и корпоративные программы, стимулирующие выезд за пределы Крайнего Севера нетрудоспособного населения (преимущественно пенсионеров).
В целом, можно утверждать, что в миграционных процессах Крайнего Севера России нашли свое отражение все основные теории миграции. Особое значение имеет институциональная теория, описывающая регулирование миграции государством. В России государство уже почти век проводит ярко выраженную миграционную политику в отношении Крайнего Севера. При этом разброс стратегий политики абсолютный: от всемерного стимулирования притока населения на Север (вплоть до принудительных миграций) до прямой политики выселения населения из отдельных территорий Крайнего Севера.
Глава 2. Тенденции миграционных процессов на КС
2.1. Ретроспективный анализ миграционных процессов на КС РФ.
Современные территории Крайнего Севера (включая приравненные территории) на протяжении большей части своей российской истории, будучи территориями нового освоения, активно привлекали как самодеятельных мигрантов, так и группы организованных, в том числе недобровольных. Отсутствие надежного (а зачастую вообще любого) статистического учета миграции на окраинах российского государства, а также многочисленные изменения административно-территориального устройства за последние несколько веков не позволяют точно оценить миграционные потоки на этих территориях. В целом, происходящие тогда миграционные процессы можно назвать колонизацией (Л. Рыбаковский в своей книге «Миграция населения. Три стадии миграционного процесса» подробно рассматривает различные подходы к определению этого понятия и процесса).
Значительное влияние на этот процесс оказывало местное коренное население. Коренные народы и сейчас продолжают оказывать значительное влияние на показатели миграционной подвижности населения северных территорий. В регионах со значительной долей коренного населения показатели миграции ниже. Так, согласно переписи 1989г. миграционная подвижность представителей коренных малочисленных народов Севера примерно на четверть ниже среднероссийских показателей (Рыбаковский Л.Л. — Миграция населения. Три стадии миграционного процесса). В то же время, указанное влияние сильнее в сельской местности (а иногда и ограничивается только ей).
Сам по себе вопрос отнесения общности людей к коренному населению или коренному народу дискуссионный как из-за различных взглядов исследователей на понятия укорененности и разграничения коренного населения с пришлым, так и из-за особенностей миграционных процессов. Так, в ряде территорий Крайнего Севера живут потомки русскоязычных переселенцев, поселившихся там задолго до отдельных сообществ местных так называемых коренных народов. Некоторая часть северных семей по-прежнему ведет кочевой образ жизни, в том числе на границах регионов и ареалов проживания разных народов. В условиях глобального изменения климата (особенно быстрого и чувствительного в арктических и субарктических регионах планеты) и его последствий для биогеографических процессов (к примеру, размещение доступных пастбищ) миграция кочевой части представителей народов Севера может вновь активизироваться.
Во многих районах непосредственного компактного проживания коренных народов Севера до 1918г. мигранты из других регионов России могли селиться, лишь получив соответствующее разрешение местных жителей. В разные исторические периоды заселение окраинных территорий велось активнее административными методами (служилые люди, миссионерская деятельность церкви, ссыльные), нежели самодеятельными мигрантами (беглые преступники, торговые люди). При этом особо выделяется история миграционных процессов на современных территориях Архангельской области и республики Карелия, где было бы неуместно говорить о колонизации. Переселенческий процесс, начавшийся во второй половине 19 века, слабо затронул северные территории, так как в него было вовлечено, в основном, крестьянство, и переселение это было скорее сельскохозяйственным. В начале 20 века новые транспортные и информационные технологии стали массово проникать на Север, усилив экономические связи с остальной страной. В этот период стало быстро расти коренное, так и пришлое население «северов». Тем не менее, несмотря на достаточно активное добровольное и недобровольное заселение территорий, Север страны не выделялся и не осознавался как единый особый объект государственной политики.
Крайний Север как осознанный объект миграционной политики выделился уже в СССР (1920-1930-е гг). При этом миграционные процессы должны были отражать интересы и задачи государства в развитии народного хозяйства и обеспечения национальной безопасности. Однако наиболее успешной миграционная политика становилась тогда, когда помимо интересов государства учитывала еще и интересы и потребности самих потенциальных мигрантов. Так, между переписями 1939 и 1959 гг. несмотря на эвакуацию населению и предприятий в военные годы и депортацию отдельных народов, население Сибири испытало миграционную убыль, несмотря на стремительное развитие промышленности с привлечением мигрантов из других регионов и предоставлением им некоторых льгот в ряде северных регионов в те годы. (Переведенцев В.И. Миграция населения и трудовые проблемы Сибири. Новосибирск 1966)
Переписи населения традиционно показывают достаточно низкую долю уроженцев Севера среди его жителей. В большинстве северных регионов она стала расти после 1989г. (и во всех без исключения после переписи 2002г.). (См. Приложение 4). При этом миграционная подвижность уроженцев территории всегда ниже, чем у пришлого населения (по данным исследований 1960-х гг около 40% от средней по региону (Рыбаковский Л.Л. — Миграция населения. Три стадии миграционного процесса). Соответственно, данный процесс вносит вклад в снижение миграционной активности северного населения. Обследования населения в разные годы показывают, что население северных регионов является наиболее подвижным (имеет минимальную долю уроженцев и старожилов) (Рыбаковский Л.Л. — Миграция населения. Три стадии миграционного процесса).
Миграция населения в северных регионах всегда имела особую структуру. Так, по мере удаления территории от обжитых районов, возрастала доля мужчин в миграционном потоке. Она достигала 60% на севере Дальнего Востока. Помимо этого, низка доля семейных мигрантов. Также и возрастная структура мигрантов имела аналогичную зависимость: среди северных мигрантов всегда была повышенная доля лиц в молодых трудоспособных возрастах. В сумме эти факторы создают предпосылки для отмечаемой пониженной приживаемости мигрантов: невозможность создать семью для молодого мужчины из-за нехватки молодых женщин в регионе вселения в возрасте наиболее активного заключения браков становится дополнительным стимулом для скорого выбытия к прежнему месту жительства. (Рыбаковский Л.Л. — Миграция населения. Три стадии миграционного процесса).
Создание новых производств на Севере не только приводило к наплыву мигрантов из других регионов СССР, но и сильно изменяло внутрирегиональные миграционные потоки, особенно сельско-городские. На многих крупных «стройках века» уроженцы окрестной сельской местности составляли иногда более половины всех занятых. В то же время, эта зависимость не была абсолютной: в более поздние советские годы и в ряде отдельных случаев предприятия и организации предъявляли спрос на рабочую силу такой квалификации, которой не могло быть в сельской местности (Рыбаковский Л.Л. — Миграция населения. Три стадии миграционного процесса).
Уже к концу 1980-х гг. отмечался значительный рост выбытий из регионов Крайнего Севера. Вероятно, в первые годы массового исхода с Севера ведущую роль играли не столько экономические факторы, сколько политические процессы, происходящие в те годы в СССР. Начавшийся процесс дезинтеграции страны, усугублявшийся проблемами со снабжением Севера продовольствием и другими потребительскими товарами, вынудил многих еще не прижившихся мигрантов принимать решение о месте дальнейшего проживания. Неудивительно, что многие из них приняли решение вернуться на родину. Следует отметить, что поток мигрантов на Север в СССР достиг наибольших масштабов в последнее десятилетие – 1980-е гг. Соответственно, закономерен рост числа выбытий неприжившихся мигрантов в 1990-х гг. по этой причине (хотя она и не была главной). Население Северных регионов в послевоенный советский период росло значительно быстрее, чем все население России. Достигалось это, в первую очередь, за счет миграционного прироста.
Рисунок №. Изменение численности населения России и северных регионов, 1959-2010 гг., % (1959г. = 100%) (по данным переписей населения)
После 1991г. организованные миграции практически исчезли. Однако еще задолго до этого в СССР их доля постоянно снижалась со времен окончания Великой Отечественной войны. Тем не менее, государство оставило за собой функции стимулирования миграции. При этом, фактическое движение населения зачастую происходит в противоположном от заявленного госдураством как желаемое направлении. Так, по-прежнему отмечается миграционная убыль населения в восточных регионах, заселение которых неоднократно объявлялось приоритетом в региональной политике, одновременно, при стимулировании государством переселения населения с Крайнего Севера, в этих регионах отмечаются очень высокие коэффициенты прибытий.
Еще до распада СССР, в 1989 году на Крайнем Севере начала отмечаться миграционная убыль, которая стремительно нарастала. В 1990-х гг. Север испытывал тяжелейший трансформационный кризис. Темпы миграционного оттока достигли небывалых масштабов. Так, в 1992 году миграционная убыль населения Севера превысила 250 тысяч человек, тогда за предыдущие два года вместе взятые чуть более 200 тысяч. (Численность, состав в движение населения в Российской Федерации. М.: Госкомстат России, 1992; журнал «Обозреватель-Observer», № 5-6 1995, миграционные процессы и их прогноз).
Таблица №. Миграционный прирост населения северных территорий в 1979-1993 гг., тыс. чел.
Актуальные проблемы профессионализации социальной работы
Актуальные проблемы профессионализации социальной работы
В. В. Бетурлакин
магистр социальной работы, аспирант СГТУ
Профессиональная социальная работа получила широкое применение во всех цивилизованных странах мира, и является одним из самых стабильных и перспективных направлений человеческой деятельности, что обусловлено современными процессами, гуманизации, демократизации и интеграции мирового сообщества. В настоящее время социальная работа переживает трудный этап своего профессионального становления и важнейшими вопросами в этой области следует считать определение верной стратегии как в самой социальной работе, так и в сфере образования, а также борьба за чистоту профессии1, которая настолько тесно связана со смежными специальностями, что в ряде случаев могут возникнуть сомнения в ее профессиональной самодостаточности. В частности, именно профессионализация социальной работы является сейчас одной из важнейших проблем – для скорейшего продвижения новых технологий, разработки и внедрения новых методов, привлечения в данную сферу молодых специалистов необходимо как можно скорее институциализировать социальную работу как полноценную профессию с высоким статусом и положительным имиджем в обществе.
Следует учитывать, что хотя в многочисленных учебных пособиях данный вид деятельности и называется профессией, в своем «идеальном виде – как профессиональная помощь людям – социальная работа в современной России практически не существует»2 и, следовательно, о становлении ее как профессии говорить еще рано. Профессионализация социальной работы в России еще не закончилась и это влечет за собой ряд проблем, связанных с институциализацией данного вида деятельности. Учитывая острую потребность общества в качественной социальной работе, и рассматривая опыт ряда стран в ее развитии, становится очевидным, что социальная работа должна существовать именно на профессиональном уровне – только так она может полностью выполнять свои задачи.
Что касается образа социальной работы в обществе, то стереотипно это понятие воспринимается как синоним понятия «социальные услуги» – в таких случаях люди, оказывающие клиентам уход на дому или работающие в учреждениях социального обслуживания считаются социальными
работниками1, вне зависимости от того, какие функции они выполняют. Подобная унификация вкупе с непроработанной терминологией обесценивает статус специалиста социальной работы и стирает грань между социальной работой как таковой и социальными услугами как частью социальной работы. Осложняется ситуация и тем, что социальные службы во многом переняли структуру и персонал от старых советских учреждений социального обеспечения со всеми присущими им недостатками. В связи с этим оказалось вполне логичным, что общество стало воспринимать новые службы правопреемниками старых, и перенесло на них элементы прежнего восприятия.
Профессионализация нуждается в осознании того, что составляет профессию – самоидентификация социального работника должна быть связана с чувством принадлежности к чётко ограниченной профессиональной группе, чего в современном российском обществе пока не наблюдается. Свидетельством этому является неясность и неопределенность в характеристике деятельности социальных работников, в связи с чем они не могут конкурировать с новыми профессиями, появившимися в нашей стране также сравнительно недавно. Данная ситуация вредит не только самим специалистам, теряющим адекватную самооценку своего профессионального статуса, отличающегося непрестижностью в обществе, но и обществу в целом, которому оказываются некачественные услуги вследствие наличия в социальных службах некомпетентных кадров. Подобные издержки становятся возможными, в частности, и потому, что в сфере социальных сервисов не налажен строгий отбор специалистов по критерию профессионального образования. Следовательно, определив социальную работу как профессиональную деятельность, можно отсеять из социальных учреждений дилетантов и неспециалистов, которые в силу своей слабой теоретической подготовки наносят ущерб восприятию социальной работы в обществе и не могут полноценно оказывать необходимую помощь (помощь здесь понимается в широком смысле слова).
Итак, поскольку в нашей стране институт социальной работы не оформился окончательно, но обывательская масса уже имеет ряд стереотипных представлений об этой деятельности, особый акцент следует делать на внедрении адекватной терминологии, чтобы социальная работа и ее проявления не понимались превратно. Прежде всего, необходимо определить, что такое социальная работа вообще – уже этот вопрос порождает широкое поле разнообразных толкований, поскольку определений социальной работы предлагается множество и в них сложно ориентироваться, особенно учитывая большое число учебников и пособий по социальной работе, предлагающих собственный взгляд на эту дефиницию. Вместе с тем, следует помнить, что многие из этих учебников написаны лицами, не только не имеющими соответствующего образования по социальной работе, но и не имеющими о ней четкого и полноценного представления – главным
образом, это относится к учебным пособиям начала 90-х годов. Таким образом, ситуация усугубляется вдвойне: мало того, что должности специалистов по социальной работе занимают люди без образования, так и пишут учебники для студентов нередко дилетанты в этой области.
Многообразие точек зрения на вопрос определения социальной работы неминуемо приводит к тому, чтобы выработать условно универсальную модель, которая была бы признана за точку отсчета. В данном случае за образец мы берем определение Международной федерации социальных работников (IFSW), принятое в Монреале в июле 2000 года: «Социальная работа как профессия направлена на социальное изменение, решение проблемы в человеческих отношениях и освобождения (liberation) людей для улучшения их благосостояния. Используя теории человеческого поведения и социальных систем, социальная работа вмешивается в условия, где люди взаимодействуют с их окружающими средами. Для социальной работы фундаментальны принципы прав человека и социального правосудия1». Это международное определение социальной работы заменяет определение, принятое Международной федерацией социальных работников в 1982 году. Понимается, что социальная работа в 21-ом веке является динамической и развивающейся, и поэтому никакое определение не должно быть расценено как исчерпывающее.
Социальная работа в ее различных формах обращается к многократным, сложным взаимодействиям между людьми и их окружающими средами. Ее миссия состоит в том, чтобы позволить всем людям развить их полный потенциал, обогатить их жизни, и предотвратить дисфункцию. Профессиональная социальная работа сосредоточена на решении проблемы и изменении ситуации. Также, социальные работники – агенты изменения в обществе и в жизнях индивидуумов, семейств и общин, которые они обслуживают.2 Для наиболее четкого представления, на каком этапе деятельность приобретает статус социальной работы и имеет право называться подобным образом, необходимо уточнить это понятие, отъединив его от других видов занятости.
Социальную работу иногда называют профессией, связанной с оказанием помощи, однако не всякая помощь является социальной работой – именно этот аспект почему-то часто упускается из виду. Среди индикаторов социальной работы, отделяющих ее от других видов деятельности, можно выделить следующие:
— практическая помощь в широком смысле этого слова: она может быть как моральной, так и материальной, финансовой и любой другой;
— партнерские отношения с клиентом, подразумевающие равноправное сотрудничество;
— побуждение клиента к социальной активности, не оставляя его в пассивной бездеятельности: активизация потенциала собственных возможностей личности при решении сложных жизненных проблем1;
— признание права клиента как принимать, так и отвергать предлагаемую помощь;
— вмешательство в личную жизнь клиента допустимо только с его согласия (за исключением случаев, предусмотренных законом, когда необходимо защитить лиц, находящихся в опасности, например детей, подвергаемых жестокому или пренебрежительному обращению2);
— наличие системы ценностей и профессиональная этика, основанная на этих ценностях.
Социальная работа как профессиональная деятельность требует системности в оказании помощи, состоящей из ряда ключевых элементов. Например, удовлетворение гарантированной социальной помощи человеку и удовлетворение его минимальных потребностей, благотворительная помощь находящимся за чертой бедности – не социальная работа, строго говоря, потому что социальная работа начинается лишь тогда, когда клиенты самостоятельно включаются в решение своих проблем; именно в этом и состоит основная функция данной профессии3, которая ставит своей целью привести клиента к состоянию, когда услуги социальных работников ему больше не потребуются. Сравните это с деятельностью служб социального обеспечения в СССР, которые шли по пути банального удовлетворения первичных-вторичных потребностей нуждающихся – безусловно, такое примитивное функционирование не требует профессионального подхода с привлечением грамотных специалистов, но и социальной работой оно называться не может.
Между тем, согласно мнению, получившему широкое распространение в СМИ и ряде учебных пособий, социальная работа начала формироваться в мире, и, в частности, в России, еще несколько веков назад. В качестве доводов приводятся общественные феномены благотворительности, идеи всеобщего призрения, благотворительная деятельность духовенства и светских лиц и пр. Сторонники данной позиции отмечают, что деятельность направленная на поддержку нуждающихся групп населения и имеющая специфические черты и характеристики в разные периоды развития общества4 и являлась прообразом социальной работы в современном ее понимании: «Профессия социального работника известна всему цивилизованному миру. В России она появилась в период проведения земской реформы 1864 г., хотя и не называлась так. Функции социальных работников
выполняли земские уполномоченные по призрению слепых, бедных, безнадзорных детей, безродных и бездомных…1».
На основе подобных заверений делается вывод, что социальная работа насчитывает многолетнюю историю и практику: «она была, но так не называлась». Вероятно, подобный подход вызван намерением популяризировать данную сферу деятельности и придать ей вес в глазах общества не за счет конкретных действий по профессионализации социальной работы, а путем элементарной подмены понятий и подтасовки исторических событий в угоду реалиям современности. Однако следует указать на возможную дисфункцию пропаганды подобных взглядов: подавляющее большинство аргументов в защиту социальной работы как древней профессии выглядят неубедительными и, мягко говоря, надуманными, а авторитет ряда изданий ставится под вопрос, если к ряду выдающихся социальных работников истории относят, например, Петра I2.
В рассматриваемых примерах, носящих исторический характер, можно, разумеется, проследить тенденции развития благотворительности и общественного призрения, но только их, а не становление и институциализацию социальной работы. Весьма вероятен контраргумент, что социальная работа в России и формировалась на основе таких явлений, как, например, «княжеское нищелюбие», что на практике подразумевало «…призреть «хоть единого из малых сил» и вообще так или иначе проявить милосердие3». Однако вполне логично предположить, что сам по себе факт добрых деяний (пусть даже и оформленный законодательно) не подразумевает социальную работу и не имеет интегрального подхода к решаемой проблеме. Дать милостыню нищему или накормить голодного еще не значит совершить акт социальной работы – уместнее это назвать актом милосердия, заботы или чего-либо подобного. Говорить же о совершении данных поступков как о несомненной предпосылке или даже самой части социальной работы несколько неуместно. Милосердие и благотворительность – это качества, которые должны быть присущи социальной работе в целом, а не поведенческие акты, которые пытаются представить в качестве ее предопределяющих факторов.
Те противоречия, которые сталкивают между собой две концепции возникновения социальной работы (историческую и современную) в принципе разрешимы – за счет устранения игры слов. Стоит только назвать вещи своими именами и признать очевидное: разнообразные добровольческие (и регламентированные в том числе) акты милосердия, сострадания,
нищелюбия и др. относятся к культурным проявлениям гуманизма и способствуют развитию социальной работы, но не являются ей самой, ведь то, что может считаться этой деятельностью, определено вышеизложенными индикаторами. Следовательно, социальная работа в виде полноценной профессии даже в принципе не могла появиться в России раньше 90-х годов XX века, так что не было ее и в СССР – все организации, понимаемые как социальные службы (в частности, собесы), не занимались социальной работой, выполняя сугубо благо-распределительные функции с априорной установкой на превосходство перед клиентом, который даже не имел возможности принять личное участие в разрешении собственной проблемы. Строго говоря, этот обезличенный подход раздачи материальных благ не соотносится с социальной работой так же, как и все средневековые попытки поддержки нуждающихся. Очень хорошо данную ситуацию обрисовал Т. Шанин: «Нередко можно услышать мнение, что социальная работа — это просто современный светский вариант религиозной благотворительности, уходящей корнями в средневековье. На самом деле благотворительность и социальную работу объединяет лишь общая альтруистическая установка. По всем прочим основным параметрам… они существенно различаются. Важнейшей движущей силой для людей, занимавшихся благотворительностью, были их чувство морального долга и стремление делать добро… Акцент делался в данном случае на человека… Современный же социальный работник видит свою задачу в том, чтобы человек, которому он помогает, смог обходиться без этой помощи и без социального работника, что и считается основным критерием профессионального успеха. …Главная цель всегда состоит в том, чтобы вернуть «клиенту» способность действовать самостоятельно в данном социальном контексте1».
Можно предположить, и это будет на наш взгляд наиболее вероятная версия, что высказываемые сторонниками «исторического» подхода мнения вовсе не являются заблуждениями: у ряда ученых этой области могут быть определенные мотивы для сознательного искажения реальной картины институциализации социальной работы за счет подмены понятий или неправильного представления о дефинициях. Мотивацию данных действий можно усмотреть в уже упоминавшемся стремлении придать молодой науке фиктивную престижность старой, сформированной нашими предками. При этом содержание пособий по истории социальной работы пестрит наивными ссылками на Хаммурапи и фараонов древнего Египта2, Ивана IV Грозного3 и уже упоминавшегося Петра I Великого. При этом с констатацией определенных фактов и явлений происходит подмена их стержневого понятия «социальная поддержка» термином «социальная работа» и у начинающих студентов – социальных работников – складывается впечатление,
что они являются представителями древней профессии. Абсурдность ситуации придает и то, что такое искусственное «старение» социальной работы вероятно предполагает грубо завуалированное желание подчеркнуть тем самым ее значимость и привлечь к ней внимание. Возможно, утверждение Дня социального работника установленного Указом Президента Российской Федерации от 27 октября 2000 года № 1796 носило именно рекламный характер, причем предпосылкой для выбора даты (8 июня) послужил день принятия Петром I Указа «об определении …в богадельни нищих, больных и престарелых». Эту дату, согласно ряду опрометчивых мнений, «можно считать «днем рождения» социальной службы в России1», хотя сам указ подразумевал лишь открытие первой в России богадельни – прообраза современных приютов, которые в настоящее время отнесены к социальной сфере.
Подобное обстоятельство не дает оснований уводить историю социальных служб в XVIII век, как, впрочем, и в более далекое прошлое. Тем более, что мотивом аналогичной пропаганды можно увидеть заведомо сомнительное утверждение, что чем старее та или иная наука, тем она авторитетнее, хотя авторитетность не достигается за счет лишь одного возраста: сравним кибернетику и алхимию – сравнительная «молодость» первой не выглядит недостатком, а проигрышная позиция второй не становится увереннее за счет солидного возраста. Можно в качестве примера привести социологию – не возникает сомнения, что это немаловажная наука, в которой нуждается современное общество; при этом практически не заостряется внимание на том, что она сформировалась и конституировалась «всего лишь» в XIX веке, ведь это не умаляет ее значимости в конкретный исторический период. Есть множество других наук, которые были приняты на вооружение только в XX веке, но никому не приходит в голову искать для них дешевой популярности за счет «исторических корней», так незачем делать это и в случае с социальной работой. То, что в России она появилась только в 1991 году – это упущение для нашей страны и испытание для самой профессии, но проблема не решаема только за счет «накручивания» возраста, как не изменить судьбы человека за счет фиктивной записи о годе его рождения в паспорте. Полноценное формирование социальной работы и обретение ей черт престижности и авторитетности может быть достигнуто лишь за счет грамотной политики управления, достойного финансирования социальных служб и адекватной оплаты труда специалистов этой области.
Представляется наиболее корректным считать началом становления социальной работы как теории, науки и учебной дисциплины период ее институциализации в обществе – то есть начало 1990-х годов, когда сама идея социальной работы была формализована и принята законодательно (28 октября 1991 г. Указом Президента РФ «О реорганизации центральных
органов государственного обеспечения»). Одной из важнейших задач социальной работы как дисциплины обозначен анализ существующих форм и методов социальной работы, разработка оптимальных методов и технологий разрешения социальных проблем. Разработка теории и методики социальной работы как науки (хотя, строго говоря, ВАК РФ пока не признал социальную работу в качестве научной дисциплины1) позволяет выработать и систематизировать объективные знания о социальной сфере и социальной работе2.
Однако, это только первый шаг на пути развития социальной работы в нашей стране, второй же, представляющийся наиболее логичным – профессионализация социальной работы – пока не сделан, хотя и очевидно, что перед тем, как считаться профессией, любой вид деятельности должен пройти этапы профессионализации. Для социальной работы это представляет актуальную проблему: социальная работа как институт имеет широкие перспективы в нашем обществе, становясь синтезирующей основой социальной политики (в том числе молодежной, этнической, культурной), в связи с чем вузовская подготовка социальных работников должна формировать настоящих профессионалов3, которые должны сменить собой дилетантов, неспециалистов и других неподготовленных служащих, занимающих должности специалистов по социальной работе.
В социологии имеются различные взгляды на профессионализацию. С функционалистской точки зрения ее можно представить как «позитивный процесс, способствующий осуществлению социальных преобразований таким образом, чтобы социальный конфликт и дезинтеграция оставались минимальными4». С этой точки зрения само существование такой профессии как социальная работа является критерием, по которому можно оценивать отношение государства к социальным проблемам.
Профессионализация в широком социальном смысле понимается как создание и развитие общественных институтов, а также правил и норм, связанных с формированием профессиональной структуры общества. В узком смысле процесс профессионализации означает формирование профессиональных групп, имеющих специфические интересы и ценности, а также профессиональных позиций и ролей. Профессионализация означает пригодность и готовность индивида к выполнению той или иной профессиональной роли5. Профессионализация требует развития стандартов, под которыми понимаются, прежде всего, качественные критерии для социально-педагогической деятельности. Они должны быть разработаны для различных направлений работы. Стандарты в социальной работе должны быть
определены как можно конкретнее, чтобы обеспечить надёжность как внутри, так и вне учреждения. Наряду с подготовкой стандартов для социальной работы должны быть разработаны стандарты и для образования в этой области.
Поскольку развитие профессиональной деятельности и овладение человеком профессий сопряжено с наличием специфических изменений в самом человеке, то признаки явления профессионализации обнаруживаются как на уровне индивида, личности, овладевающей или овладевшей профессией, так и на уровне профессионального социума1. Профессионализация включает в себя: зарождение новых видов профессиональной деятельности, связанных с развитием производства и требованиями рынка труда; создание системы общественных институтов, регулирующих процесс освоения человеком профессиональной роли; разветвленную систему подготовки и переподготовки кадров, гибко реагирующую на общественные потребности и способствующую личностному профессиональному самоопределению.
Следует упомянуть и о том, что социальный работник может ощутить принадлежность к группе профессионалов (специалистов) и укрепить эту коллективную идентичность, входя в профессиональную ассоциацию2. В каждой стране, где существует эта профессия, имеется национальная ассоциация социальной работы – в России образованы даже целых три профессиональные ассоциации, действующие на федеральном уровне, но сама социальная работа до сих пор не имеет определенного профессионального статуса и многим представляется в силу своей междисциплинарности довольно расплывчато; не все термины операционализированы, смешаны понятия «социальный работник» и «специалист по социальной работе», а руководители социальных служб часто не являются компетентными в области правильной социальной работы и, следовательно, тормозят развитие новой профессии, двигаясь в русле старых представлений. Посмотрите теперь на ситуацию с рациональной точки зрения: насколько действенно будет функционировать организация, где:
— меньшинство подчиненных имеют специальное образование и знают теорию предмета больше начальника;
— большинство сослуживцев видит свою некомпетентность, но, держась за свое рабочее место, не хотят инноваций, а «молодых» подвергают разнообразной дискриминации;
— выпускникам института достаются не самые лучшие должности, иногда даже не по специальности;
— начальство ведет бездарную кадровую политику, принимая на должности специалистов людей без соответствующего образования;
— зарплата маленькая, а статус профессии невысок.
Очевидно, что при наличии даже нескольких вышеперечисленных факторов ситуация в какой-либо социальной организации будет весьма негативно сказываться на профессионализации социальной работы в целом. Возможное возражение, что «и раньше без вас, молодых, работали – нам виднее, как делать надо» только подчеркнет косность и неповоротливость бюрократического аппарата, который вполне доволен отшлифованной годами структурой, застарелыми функциями и элементами самолюбования: «мы и без образования хорошо справляемся». Безусловно, в данном случае не ставится цель показать службы социальной сферы в неприглядном виде: имеются примеры, когда выпускники специальности «Социальная работа» становились не только востребованными, но и быстро поднимались по карьерной лестнице, невзирая на возраст. Конечно, это хорошо, что начальник ценит подчиненных за знания, а не исключительно за стаж и возраст, но это не может считаться пока тенденцией – и всему виной по-прежнему человеческий фактор. Люди привыкли жить во власти стереотипов, довольствуясь малым и боясь перемен, особенно отчетливо это проявляется в небольших городах, но, по большому счету, это болезнь всего общества в целом. Боязнь конкуренции со стороны молодежи, дискриминация молодых специалистов, борьба за рабочие места и за ресурсы очень негативно сказывается на развитии молодой профессии – скрытые комплексы и страхи людей, перестающих быть конкурентоспособными на современном рынке труда, выливаются из проблем личности в социальные проблемы.
Социальная работа доказала свою пригодность во многих странах, и теперь должна полноценно оформиться и в России, переборов отдельные недостатки восприятия, связанные с национальными особенностями менталитета и недостатками чиновничьего аппарата. Легче всего скинуть вину за появляющиеся трудности на государство: «мало платят…», «не идут реформы…» и так далее, но все изменения должны быть поняты и проделаны самими людьми, а не абстрактной законодательной машиной. Все трансформации должны с чего-то начинаться, так значит надо не жаловаться, а заниматься конкретными делами на местах – для этого вузы уже давно готовят бакалавров, специалистов и магистров социальной работы – осталось только дать им дорогу. Иногда ведь даже и не нужно помогать, достаточно просто не мешать.
1 Бочарова В. Г. Профессиональная социальная работа: личностно ориентированный подход. М.: Институт педагогики социальной работы Российской академии образования, Ассоциация социальных педагогов и социальных работников Российской Федерации, 1999, с. 144.
2 Романов П. В., Гатвинский А. Н. Социальные изменения и социальная политика. // Журнал исследований социальной политики. Том 1. 2003, № 1, январь, с. 63.
1 Кананоя А. Основы социальной работы. http: www.medicine.onego.ru.
1 Definition of Social Work, International Federation of Social Workers. http:ifsw.org
2 Там же.
1 Словарь-справочник по социальной работе. Под ред. Холостовой Е. И. М.: Юрист, 2000, с. 325.
2 Теория социальной работы. Под ред. Холостовой Е. И. М.: Юрист, 1998, с. 33.
3 Бочарова В. Г. Развитие социального образования в России в контексте международного опыта. // Обучение социальной работе: состояние и перспективы. Материалы международных конгрессов Школ социальной работы. М.: Ассоциация социальных педагогов и социальных работников Российской Федерации, 1997, с. 12.
4 Григорьев С. И., Гуслякова Л. Г. Социология для социальной работы. М.: Издательский Дом МАГИСТР-ПРЕСС, 2002, с. 10.
1 Основы социальной работы. Отв. ред. Павленок Л. Д. М.: ИНФРА-М, 2000
2 Григорьев С. И., Гуслякова Л. Г. Социология для социальной работы. М.: Издательский Дом МАГИСТР-ПРЕСС, 2002, с. 11; Кузьмин К. В., Сутырин Б. А. История социальной работы за рубежом и в России (с древности до начала XX века). М.: Деловая книга, Академический проект, 2002, с. 13; Мельников В. П., Холостова Е. И. История социальной работы в России. М.: Издательско-книготорговый центр «Маркетинг», 2002, с. 303; Фирсов М. В. История социальной работы в России. М.: ВЛАДОС, Московский государственный социальный университет, 2001, с. 86.
3 Кузьмин К. В., Сутырин Б. А. История социальной работы за рубежом и в России (с древности до начала XX века). М.: Деловая книга, Академический проект, 2002, с. 151-152.
1 Шанин Т. Социальная работа как культурный феномен современности. http:www.yabloko.ru.
2 Кузьмин К. В., Сутырин Б. А. История социальной работы за рубежом и в России (с древности до начала XX века). М.: Деловая книга, Академический проект, 2002, с. 11.
3 Григорьев С. И., Гуслякова Л. Г. Социология для социальной работы. М.: Издательский Дом МАГИСТР-ПРЕСС, 2002, с. 11.
1 Вестник департамента социальной защиты населения администрации Самарской области. Выпуск 1. http: www.socio.samtel.ru
1 Основы социальной работы. Отв. ред. Павленок Л. Д. М.: ИНФРА-М, 2000, с. 7.
2 Основы социальной работы. Под ред. Е. В. Ханжина. М.: ACADEMIA, 2001, с. 13.
3 Смирнова Е. Р., Ярская В. Н. Философия и методология социальной работы. Саратов: Саратовский государственный технический университет, 1997, с. 7.
4 Социальная политика и социальная работа в изменяющейся России. Под ред. Ярской-Смирновой Е. Р., Романова П. В. М.: ИНИОН РАН, 2002, с. 60.
5 Певзнер М.Н., Ширин А.Г. Профессионализация в современном социальном контексте. http://edu.novgorod.ru/
1 Турчинов А.И. Профессионализация и кадровая политика: проблемы развития теории и практики. М.: Московский психолого-социальный институт, 1998, с. 83.
2 Социальная политика и социальная работа в изменяющейся России. Под ред. Ярской-Смирновой Е. Р., Романова П. В. М.: ИНИОН РАН, 2002, с. 65.
6 «маргиналы», характеризующиеся низкой адаптацией и антисоциальными установками в своей социально-экономической деятельности
В процессе развития демократических и рыночных реформ социальная структура российского общества претерпела значи тельную трансформацию. В настоящее время существует несколько моделей социальной структуры российского общества. Рассмотрим некоторые из них.
Отечественный социолог Н. М. Римашевская выделяет в социальной структуре российского общества следующие элементы:
1) «общероссийские элитные группы», соединяющие обладание собственностью в размерах, сопоставимых с западными крупнейшими состояниями, и средствами властного влияния на общероссийском уровне;
2) «региональные и корпоративные элиты», обладающие значительным по российским масштабам состоянием, а также влиянием на уровне регионов и секторов экономики;
3) российский «верхний средний класс», имеющий собственность и доходы, которые обеспечивают ему западные стандарты потребления, притязающий на повышение своего социального статуса и ориентирующийся на сложившуюся практику и этические нормы хозяйственных взаимоотношений;
4) российский «динамический средний класс», обладающий доходами, обеспечивающими удовлетворение среднероссийских и более высоких стандартов потребления, относительно высокой потенциальной адаптированностью, значительными социальными притязаниями и мотивациями, социальной активностью и ориентацией на легальные способы ее проявления;
5) «аутсайдеры», характеризующие низкой адаптацией и социальной активностью, невысокими доходами и ориентацией на легальные способы их приобретения;
6)«маргиналы», характеризующиеся низкой адаптацией и антисоциальными установками в своей социально-экономической деятельности;
7) «криминалитет», обладающий высокой социальной активностью и адаптацией, но при этом вполне рационально действующий вопреки легальным нормам хозяйственной деятельности.
Ученый А. В. Дмитров, взяв за основу структурирования три признака (размер доходов, уровень образования и престиж), выделил пять основных социальных групп, входящих в социальную структуру современного российского общества:
1) административная элита (правящая элита), состоящая из старой партохозноменклатуры первого и второго эшелонов, а также новая политическая элита;
2) рабочий класс, который делится, в свою очередь, по отраслевым и квалификационным признакам;
3) интеллигенция;
4) «новая буржуазия», которую составляют предприниматели и банкиры;
5) крестьянство.
Академик РАН Т. Н. Заславская на основе данных конкретных социологических исследований попыталась выделить основные социальные группы, составляющие структуру российского общества, и определить их процентное соотношение. Наиболее привилегированным, но самым малочисленным (7%) является «верхний слой». Он, по мнению Т. Н. Заславской, выступает реальным субъектом реформ, так как к нему относятся элитные и субэлитные группы, занимающие важное место в системе государственного управления, а также в экономических и силовых структурах.
При этом непосредственно правящая политическая и экономическая элита составляет лишь 0,5%, а остальная часть (6,5%) приходится на крупных и средних предпринимателей, директоров крупных и средних приватизированных предприятий.
Следом за верхним идет «средний слой». Он более многочисленный (20%) и включает в себя мелких предпринимателей, менеджеров средних и небольших предприятий, среднее звено бюрократии, офицеров, наиболее квалифицированных специалистов и рабочих.
Наиболее многочисленным является «базовый слой». Основную часть его составляют такие группы, как интеллигенция (специалисты), полуителлигенция (помощники специалистов), служащие из технического персонала, работники массовых профессий в сфере торговли и сервиса, а также рабочие.
Этот слой объединяет около 60% населения нашей страны. Причем, по мнению Заславской, невозможность реализовать свои жизненно важные цели толкает представителей данного слоя на выражение массового протеста.
За базовым следует «нижний слой». Он представлен малоквалифицированными и неквалифицированными работниками, безработными, беженцами и др.
Для них характерен низкий деятельностный потенциал, неспособность адаптироваться к социальным условиям, их удельный вес в структуре населения — 8%.
Последний слой в классификации Заславской получил название «социальное дно» и составил 5%.
В него входят преступные и полупреступные элементы, а также личности с асоциальным типом поведения (наркоманы, алкоголики, бродяги и др.).
Надо отметить, что эта структурная модель предложена на основе исследования только занятого населения, поэтому наполняемость вышеперечисленных слоев может уточняться и изменяться с учетом семейного статуса, значительной доли пенсионеров и инвалидов, неработающей молодежи.
14. Райгородский Д. Я. Психология и психоанализ власти
14. Райгородский Д.Я. Психология и психоанализ власти. Т.1. Хрестоматия. – Самара: Издат. дом «БАХРАХ», 1999. – 608 с.
СОДЕРЖАНИЕ
Том I В. РАЙХ. Посмотри на себя 3
ВЛАСТЬ
Г. СПЕНСЕР. Личность и государство 15
Т. БОЛЛ. Власть 29
Власть: содержание понятия 29
Луке и его критики 31
Власть, общение и сообщество 34
В самом ли деле «власть» сущностно оспариваемое понятие 37
О. МАССИНГ. Господство 42
М.В. ИЛЬИН, А.Ю. МЕЛЬВИЛЬ. Власть 53
Власть как метафора и как понятие 54
Многообразие и сущность власти 56
Власть и принуждение 60
Способы и стили властвования 64
Власть и авторитет 66
Легитимность власти и авторитета 73
Власть и свобода 77
А.Л. АЛЮШИН, В.Н. ПОРУС. Власть и «политический реализм» 81
Власть как «воля к власти» («силовая модель») 84
Политические отношения как «рынок власти» («рыночная модель») 90
Рынок власти и власть государства 94
Политический рынок как состязание субъектов власти («игровая модель») 97
Д. КРЭСТЕВА. Власть и элита в обществе без гражданского общества 100
Властна ли посткоммунистическая элита 102
Плюрализм элит 104
Экономическая элита 105
Политическая элита 107
Интеллектуальная элита 110
Элиты и демократия 112
Элита и гражданское общество 116
Э. КАНЕТТИ. Элементы власти 120
Насилие и власть 120
Власть и скорость 122
Вопрос и ответ 124
Тайна 130
Суждение и осуждение 137
Власть прощения. Помилование 139
Приказ 141
Одомашнивание приказа 146
Отдача и страх перед приказом 147
Приказ многим 148
Аспекты власти 151
Дирижер 160
Известность 162
Порядок времени 163
Двор 166
Растущий трон императора Византии 167
С. МОСКОВИЧИ. Власть — неизбежный источник отношений между людьми 169
Как узнать, истинна или ложна магическая власть 185
Цикл харизмы: от эмоции к разуму 193
Это — психология 203
С.В. РАЗВОРОТНЕВА. Язык власти, власть языка 220
Слово как инструмент влияния: логика и убеждения 222
Политические мифы 225
Миф о мудром лидере 226
Американские мифы и переворот, осуществленный Р. Рейганом 233
Е. ЕГОРОВА, Е. ШЕСТОПАЛ. Имидж власти и политиков 237
Сложности политической игры 237
Власть для нас или мы для власти 239
Цвет и запах политики 241
Политика — это стресс 242
Кто за все ответит 244
Косметика для политика 246
В.В. КРАМНИК. Социально-психологический механизм политической власти 248
Социально-психологические особенности политического воздействия 252
Психология «гражданского мира» и способы ее культивирования 262
Идейно-психологические предпосылки политического влияния 275
С.Б. КАВЕРИН. Что такое потребность власти? 335
Кому нужна власть? 352
Власть и человеческий фактор 363
ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ ЛИДЕРСТВА
Ж. БЛОНДЕЛЬ. Политическое лидерство 395
Что такое политическое лидерство и как оно может быть оценено 401
Что такое реальное лидерство 403
Компоненты политического лидерства 407
Необоснованная дихотомия между лидерами-героями» и «просто должностными
лицами» 411
Потребность изучать вариации в лидерстве на основе многомерности 414
К общей классификации политического лидерства 417
Лидерство и принуждение 420
Роль политического лидерства в прошлом и настоящем 423
Лидеры и кризис общества. Веберовская концепция харизматической власти 426
Анализ легитимного правления, но не лидерства 427
Веберовская концепция харизмы и присущие ей ограничения 429
Попытка операционализации понятия «харизма» 431
Харизматическое лидерство и кризис общества 432
Концептуальная оценка влияния политических лидеров 435
Общая классификация целей лидеров 435
Проблемы, поставленные классификацией целей лидеров 437
Разграничение между внутренней и внешней средой 445
Прямое давление внутренней среды на лидеров 446
Влияние личностных черт на политическое лидерство 448
Анализ личностных факторов в политическом лидерстве 449
Психологические характеристики общенациональных политических лидеров 452
Личностные компоненты, которые играют роль в возникновении лидерства 455
Г.К. АШИН. Политическое лидерство 470
Е.Б. АБАШКИНА, Ю.Н. КОСОЛАПОВА. О теориях лидерства в современной политической психологии 493
Теории лидерства в американской психологии 497
Интегративная теория политического лидерства 504
Г.А. АВЦИНОВА. Политическое лидерство 508
Типология политического лидера 515
Т.А. ШТУКИНА. Новое измерение феномена политического лидерства 523
Перспективная модель политического лидерства 523
Нравственное измерение лидерства 529
Модель политического лидерства 533
«Идеальный тип» провидческого реализма 536
Сущность предвидения 541
Стратегия провидческого реализма 542
Договорные взаимоотношения 544
Конструктивный вывод 544
Ответственность 546
Г.Г. ДИЛИГЕНСКИЙ. Психологические аспекты политического лидерства 550
Лидерство как междисциплинарная проблема 550
Национально-историческая ситуация как детерминант психологии лидерства 553
Интеллект и лидерство 563
Проблемы мотивации лидеров 566
Иерархия мотивов 572
Л.Я. ГОЗМАН, Е.Б. ШЕСТОПАЛ. Психология политического лидерства 576
Кто и почему рвется к власти? 588
Потребности и мотивы лидеров, влияющие на политическое поведение 595
1 Понятие науки. Классификация наук. Особенности научного знания
1 Понятие науки. Классификация наук. Особенности научного знания. 2
2 Философия и наука. Проблема взаимосвязи философии и науки. 4
3 Наука, паранаука, квазинаука, лженаука 7
4 Понятие метода. Классификация методов научного познания. Взаимосвязь метода и предмета познания. 10
5 Методы эмпирического исследования (наблюдение, эксперимент, измерение) 11
6 Методы теоретического познания: формализация, аксиоматический метод, гипотетико-дедуктивный метод 12
7 Обобщённые методы научного познания: абстрагирование, идеализация, мысленный эксперимент 14
8 Общенаучные методы научного познания: анализ, синтез, индукция (индукция математическая и индукция в эмпирическом исследовании), дедукция, аналогия и моделирование. 15
9 Формы научного знания: научный факт, проблема, гипотеза, закон 17
10 Структура и функции научной теории. Познавательная ценность научной теории. 20
11 Основные исторические этапы развития науки. Понятие научной рациональности и её типология. 22
12 Становление науки в античности 26
13 Наука средневекового периода исторического развития 29
14 Развитие науки в эпоху Возрождения и Нового времени 32
15 Зарождение, формирование и кризис механистической картины мира (17-18 вв.) 34
16 Научные открытия 19 – начала 20 веков и их влияние на формирование неклассического типа научной рациональности. Своеобразие неклассического типа научной рациональности. 37
17 Зарождение и формирование эволюционных идей в науке. 39
18 Научные открытия второй половины 20 века и их влияние на формирование постнеклассического типа научной рациональности. Особенности постнеклассического типа научной рациональности. 41
19 Логика научного открытия в учениях Ф. Бэкона и Р. Декарта 44
20 Образ науки в концепции логического позитивизма. Принцип верификации. 46
21 «Критический рационализм» К.Поппера. Идея роста научного знания и принцип фальсификации 48
22 Концепция научных революций Т. Куна. Понятие «парадигма». 50
23 Концепция развития науки И. Лакатоса 51
24 Проблема истинности научного знания. Основные концепции истины в науке 53
25 Появление и развитие техники с древнейших времён и до эпохи Нового времени 54
26 Развитие техники с Нового времени и до наших дней 57
27 Особенности технических наук 59
28 Понятие техники. Проблема взаимосвязи науки и техники. 61
29 Понимание сущности техники в концепциях Х. Ортеги-и-Гассета и Ф. Дессауэра 63
30 Понимание сущности техники в концепциях О. Шпенглера и М. Хайдеггера 65
31 Становление науки как социального института 69
32 Коллективная деятельность в науке и ее функции. 71
33 Научно-техническая революция и особенности современной техники 73
34 Место и роль науки в современном обществе. Сциентизм и антисциентизм 75
35 Особенности математического знания. Онтологический статус математических объектов 77
36 Математика в системе наук. Роль математики в развитии научного знания 79