Рубрика: Лекция

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ДРЕВНИХ ФИЛОСОФОВ О ДУШЕ. ПСИХОЛОГИЯ СОЗНАНИЯ

ВОПРОС О ПРИРОДЕ ДУШИ;

ДУША КАК ОСОБАЯ СУЩНОСТЬ.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ДУШИ И ТЕЛА;

ЭТИЧЕСКИЕ ВЫВОДЫ.

ФАКТЫ СОЗНАНИЯ. ЗАДАЧИ ПСИХОЛОГИИ СОЗНАНИЯ, СВОЙСТВА СОЗНАНИЯ; ЭЛЕМЕНТЫ СОЗНАНИЯ

С этой лекции мы начинаем более систематически рассматривать вопрос о том, как в различные эпохи и периоды развития психологии менялись взгляды на ее

предмет.

Психология зародилась в недрах философии, и первые представления о ее предмете связывались с понятием «душа». Практически все древние философы пытались выразить с помощью этого понятия самое главное, сущ­ностное, начало любого предмета живой (а иногда и неживой) природы, рассматривая ее как причину жизни, дыхания, познания и т. п.

Вопрос о природе души решался философами в за­висимости от принадлежности их к материалистическому или идеалистическому лагерю.

Так, Демокрит (460 — 370 гг. -до н. э.) считал, что душа — это материальное вещество, которое состоит из атомов огня, шарообразных, легких и очень подвижных. Все явления душевной жизни Демокрит пытался объяс­нить физическими и даже механическими причинами. Так, по его мнению, душа получает ощущения от внеш­него мира благодаря тому, что ее атомы приводятся в движение атомами воздуха или атомами, непосредственно «истекающими» от предметов. Материализм Демокрита носил наивный механистический характер.

Гораздо более сложное представление о душе развил Аристотель (384 — 322 гг. до н. э.). Его трактат «О ду­ше» — первое специально психологическое сочинение, которое в течение многих веков оставалось главным ру­ководством по психологии. Сам Аристотель по праву считается основателем психологии, как, впрочем, и целого ряда других наук.

22

Аристотель отрицал взгляд на душу как на вещество. В то же время он не считал возможным рассматривать душу в отрыве от материи (живых тел), как это делали философы-идеалисты. Для определения природы души он использовал сложную философскую категорию «эн­телехия», которая означает существование чего-то.

«…Душа,— писал он,— необходимо есть сущность в смысле формы естественного тела, обладающего в воз­можности жизнью. Сущность же (как форма) есть эн­телехия; стало быть, душа есть энтелехия такого тела» [8, с. 394]. Один привлекаемый Аристотелем образ хо­рошо помогает понять смысл этого определения. «Если бы глаз был живых существом, — пишет Аристотель, — то душой его было бы зрение» [8, с. 395]. Итак, душа есть сущность живого тела, «осуществление» его бытия, так же как зрение — сущность и «осуществление» глаза как органа зрения.

Аристотель заложил глубокие основы естественно-на­учного подхода к изучению психики. Советский философ В. Ф. Асмус характеризует его как «подлинного отца будущей материалистической психологии» [10, с. 62]. Главная функция души, по Аристотелю,— реализация биологического существования организма. Нужно ска­зать, что такое представление закрепилось впоследствии за понятием «психика»: с точки зрения материалисти­ческого естествознания психика явилась одним из фак­торов эволюции животного мира (см. Лекцию 11). Что же касается понятия «душа», то оно все более сужалось до отражения преимущественно идеальных, «метафизи­ческих» и этических проблем существования человека. Основы такого понимания души были заложены фило­софами-идеалистами, и прежде всего Платоном (427 — 347 гг. до н. э.). Познакомимся с его взглядами несколько более подробно.

Когда говорят о Платоне, то сразу же появляется на сцене имя другого знаменитого античного философа — Сократа (470 — 399 гг. до н. э.). Почему эти два имени появляются вместе?

Дело в том, что Платон был учеником Сократа, а Сократ не написал ни одной строчки. Он был философом, который проповедовал собственные взгляды устно, в форме бесед. Свои дни он проводил в том, что ходил

23

по улицам Афин, сидел на рыночной площади и беседовал с людьми, людьми очень разными. Это были и простые горожане, и приезжие философы, и его собственные

ученики.

В двадцатилетнем возрасте Платон встретил Сократа, и эта встреча перевернула его жизнь. Он оставался с Сократом до самой его смерти, т. е. примерно 7 — 8 лет. Впоследствии все произведения Платона были написаны в форме диалогов, где главное действующее лицо — Сократ. Так и осталось неизвестным, какая часть идей, которые мы находим у Платона, принадлежит ему, а какая — Сократу. Скорее всего, в текстах Платона ор­ганически соединились взгляды обоих этих великих фи­лософов.

В текстах Платона мы обнаруживаем взгляд на душу как на самостоятельную субстанцию; она существует на­ряду с телом и независимо от него. Душа — начало незримое, возвышенное, божественное, вечное. Тело — начало зримое, низменное, преходящее, тленное. Душа и тело находятся в сложных взаимоотношениях друг с другом. По своему божественному происхождению душа призвана управлять телом, направлять жизнь че­ловека. Однако иногда тело берет душу в свои оковы. Тело раздираемо различными желаниями и страстями. Оно заботится о пропитании, подвержено недугам, стра­хам, соблазнам. Войны и ссоры происходят из-за по­требностей тела. Оно мешает также чистому познанию. Во взглядах на то, как душа и тело связаны с по­знанием, ярко проявляется идеализм Платона (он родо­начальник объективного идеализма).

Платон постулирует изначальное существование мира идей. Этот мир идей существует вне материи и вне индивидуального сознания. Он представляет собой сово­купность абстрактных идей — идей о сущностях предме­тов внешнего мира. Существуют идеи добродетели вооб­ще, красоты вообще, справедливости вообще. То, что происходит на земле в повседневной жизни людей, есть лишь отражение, тень этих общих идей. Истинное по­знание есть постепенное проникновение в мир идей. Но для того чтобы приобщиться к нему, душа должна ос­вободиться от влияния тела. Во всяком случае она не должна слепо доверять показаниям органов чувств. Ис-

24

тинное знание достигается только путем непосредствен­ного проникновения души в мир идей.

Из своего представления о душе Платон и Сократ делают этические выводы. Поскольку душа — самое вы­сокое, что есть в человеке, он должен заботиться о ее здоровье намного больше, чем о здоровье тела. При смерти душа расстается с телом, и в зависимости от того, какой образ жизни вел человек, его душу ждет различная судьба: она либо будет блуждать вблизи земли, отяго­щенная телесными элементами, либо отлетит от земли в

идеальный мир.

Основные мысли о природе души и ее отношениях с телом мы находим в диалоге Платона «Федон», который в древности назывался «О душе». Несколько слов о событиях, которые в нем описываются.

Это последний день жизни Сократа. Он сидит в афин­ской тюрьме, и после заката солнца должен выпить яд. С Сократом произошла странная история: он был при­говорен к смерти афинским судом за свою философскую деятельность, за те беседы, которые он целыми днями вел на улицах. За время этих бесед он нажил много врагов. Дело в том, что его интересовали не только абстрактные философские проблемы, но и истины, от­носящиеся к жизни. А собеседниками его были иногда и именитые граждане, и политические деятели. Сократ донимал их всех вопросами, показывал их недостатки, разоблачал образ их жизни.

К Сократу в тюрьму приходят ученики. Они в страш­ном горе и время от времени выдают свое состояние удрученным видом или каким-нибудь восклицанием. Со­крат снова и снова убеждает их в том, что для него это день не несчастный, а, наоборот, самый счастливый. Он не чувствует, что с ним сегодня произойдет беда. Ведь он считал философию делом своей жизни и в течение всей жизни как истинный философ стремился к отделе­нию души от тела. Неужели теперь, когда это событие, наконец, должно наступить, он дрогнет и воспримет его как наказание? Наоборот, это будет самый радостный момент в его жизни.

Из другого произведения Платона — «Апология Со­крата» — мы узнаем о поведении Сократа в дни суда.

25

Сократ отказывается от защиты. Он рассматривает суд как еще одну прекрасную возможность побеседовать с афинянами. Вместо того чтобы защитить себя, он объ­ясняет им снова и снова на примере их и своей жизни, как следует себя вести.

«Даже если бы вы сказали мне,— обращается он к афинянам,— на этот раз, Сократ, мы <…> отпустим тебя с тем, однако, чтобы ты больше уже не занимался этими исследованиями и оставил фило­софию <…> то я бы вам сказал: «Я вам предан, афиняне, и люблю вас, но слушаться буду скорее бога, чем вас, и пока я дышу <…> не перестану философствовать, уговаривать и убеждать всякого из вас, кого только встречу, говоря то самое, что обыкновенно говорю: «Ты лучший из людей, раз ты афинянин, гражданин величайшего города <…> Не стыдно ли тебе заботиться о деньгах, чтобы их у тебя было как можно больше, о славе и о почестях, а о разуме, об истине и о душе своей не заботиться и не помышлять, чтобы она была как можно лучше?» И если кто из вас станет спорить и ут­верждать, что он заботится, то я не отстану <…>, а буду его рас­спрашивать, испытывать, уличать, и если мне покажется, что в нем нет добродетели, а он только говорит, что она есть, я буду попрекать его за то, что он самое дорогое ни во что не ценит, а плохое ценит дороже всего» [86, с. 98—99].

После объявления смертного приговора Сократ обра­щается к афинянам с последней просьбой: когда подрас­тут его сыновья, последить за ними, и если они увидят, что сыновья ведут недостойный образ жизни, поступать с ними так, как поступал он с жителями Афин, — ука­зывать им на их недостатки, стыдить за недостойный образ жизни и призывать к жизни добродетельной.

Вот так своим поведением, жизнью и даже смертью Сократ доказывает свои взгляды на природу души и на ее назначение. И может быть именно из-за этого они произвели огромное впечатление на мировую культуру. Они вошли в христианскую религию, долго питали ми­ровую литературу, философию.

Кстати, плащи, которые вскоре стали носить фило­софы, воспроизводили плащ Сократа, в котором он хо­дил, не снимая его зимой и летом, а впоследствии эта . одежда повторилась в монашеских рясах.

Если посмотреть на учение Сократа и Платона в целом с наших позиций, то можно обнаружить ряд поднятых ими проблем, вполне актуальных и для современной психологии. Нужно только подойти к ним особым обра­зом — отнесись как к ярким и точным художественным метафорам.

26

Давайте спросим себя: «А не существует ли, дейст­вительно, в каком-то смысле тот мир идей, о котором говорил Платон? Не существует ли такой «мир идей», который противостоит индивидуальному сознанию каж­дого конкретного человека, существует до него и неза­висимо от него и к которому каждый появляющийся на свет человек приобщается, приобретая знания и постигая истины?» И мы можем ответить: да, в каком-то смысле существует. Что же это за мир? Это мир духовной че­ловеческой культуры, зафиксированный в ее материаль­ных носителях, прежде всего в языке, в научных и литературных текстах. Это мир абстрактных понятий, в которых отражены общие свойства и сущности вещей. Это мир человеческих ценностей и человеческих идеалов.

Развивающийся вне этого мира ребенок (а такие ис­тории известны — это дети, выкормленные животными), какими бы природными задатками он не обладал, не становится человеком, его психика не становится чело­веческой. И вот, когда читаешь Платона и воспринимаешь его учение как художественную метафору, удивляешься, насколько проникновенно и ярко он показал процесс приобщения индивидуального сознания к общечеловечес­кому сознанию, процесс врастания каждого индивида в мир духовной человеческой культуры.

Возьмем другую проблему: представление о душе как о начале, которое призвано направлять жизнь человека, но которое само нуждается в заботе с целью сохранения ее чистоты, «освобождения от оков тела». Долгое время эти идеи оставались, пожалуй, самой большой проблемой для психологии и долгое время психологией не принима­лись. Та «новая экспериментальная психология», с ко­торой мы сегодня начнем знакомиться, объявила понятие души метафизическим и отказалась от рассмотрения как самого этого понятия, так и связанных с ним нравствен­но-этических выводов. И только в последние десятилетия духовные аспекты жизни человека стали интенсивно об­суждаться в психологии в связи с такими понятиями, как зрелость личности, рост личности, здоровье личности и т. п. И многое из того, что сейчас обнаруживается, вполне перекликается с этическими следствиями учения о душе выдающихся античных философов.

27

Мы переходим к новому крупному этапу развития психологии. Начало его относится к последней четверти XIX в., когда оформилась научная психология. У истоков этой новой психологии стоит французский философ Рене Декарт (1596 — 1650). Латинский вариант его имени — Ренату с Картезиус, отсюда — термины: «картезианская философия», «картезианская интуиция» и т. п.

Декарт окончил иезуитскую школу, где проявил блес­тящие способности. Особенно он увлекался математикой. Она привлекала его тем, что покоится на ясных осно­ваниях и строга в своих выводах. Он решил, что мате­матический способ мышления должен быть положен в основу любой науки. Кстати, Декарт сделал выдающийся вклад в математику. Он ввел алгебраические обозначения, отрицательные числа, изобрел аналитическую геометрию.

Декарт считается родоначальником рационалистичес­кой философии. Согласно его мнению, знание должно строиться на непосредственно очевидных данных, на не­посредственной интуиции. Из нее оно должно выводиться методом логического рассуждения.

В одном из своих произведений Р. Декарт рассуждает о том, как лучше всего добраться до истины [31]. Он считает, что человек с детства впитывает в себя очень многие заблуждения, принимая на веру различные ут­верждения и идеи. Так что если хотеть найти истину, то для начала надо все подвергнуть сомнению. Тогда человек легко может усомниться в показаниях своих органов чувств, в правильности логических рассуждений и даже математических доказательств, потому что если бог сделал человека несовершенным, то и его рассужде­ния могут содержать ошибки.

Так, подвергнув все сомнению, мы можем прийти к выводу, что нет ни земли, ни неба, ни бога, ни нашего собственного тела. Но при этом обязательно что-то ос­танется. Что же останется? Останется наше сомнение — верный признак того, что мы мыслим. И вот тогда мы можем утверждать, что существуем, ибо «…мысля, нелепо предполагать несуществующим то, что мыслит». И дальше следует знаменитая декартовская фраза: «Мыслю, следовательно, существую» («cogito ergo sum») [31, с 428].

28

«Что же такое мысль?» — задает себе дальше вопрос Декарт. И отвечает, что под мышлением он подразумевает «все то, что происходит в нас», все, что мы «восприни­маем непосредственно само собою». И поэтому мыс­лить — значит не только понимать, но и «желать», «воображать», «чувствовать» [31, с. 429].

В этих утверждениях Декарта и содержится тот ос­новной постулат, из которого стала исходить психология конца XIX в.,— постулат, утверждающий, что первое, что человек обнаруживает в себе,— это его собственное сознание. Существование сознания — главный и безус­ловный факт, и основная задача психологии состоит в том, чтобы подвергнуть анализу состояния и содержания сознания. Так, «новая психология», восприняв дух идей Декарта, сделала своим предметом сознание.

Что же имеют в виду, когда говорят о состояниях и содержаниях сознания? Хотя предполагается, что они непосредственно известны каждому из нас, возьмем для примера несколько конкретных описаний, взятых из пси­хологических и художественных текстов.

Вот один отрывок из книги известного немецкого психолога В. Кёлера «Гештальтпсихология», в котором он пытается проиллюстрировать те содержания сознания, которыми, по его мнению, должна заниматься психоло­гия. В целом они составляют некоторую «картину мира».

«В моем случае <…> эта картина — голубое озеро, окруженное темным лесом, серая холодная скала, к которой я прислонился, бумага, на которой я пишу, приглушенный шум листвы, едва колышимой ветром, и этот сильный запах, идущий от лодок и улова. Но мир содержит значительно больше, чем эта картина.

Не знаю почему, но передо мной вдруг мелькнуло совсем другое голубое озеро, которым я любовался несколько лет тому назад в Иллинойсе. С давних пор для меня стало привычным появление подобных воспоминаний, когда я нахожусь в одиночестве.

И этот мир содержит еще множество других вещей, например, мою руку и мои пальцы, которые помещаются на бумаге.

Сейчас, когда я перестал писать и вновь оглядываюсь вокруг себя, я испытываю чувство силы и благополучия. Но мгновением позже я ощущаю в себе странное напряжение, переходящее почти в чувство загнанности: я обещал сдать эту рукопись законченной через несколько месяцев».

В этом отрывке мы знакомимся с содержанием созна­ния, которое однажды нашел в себе и описал В. Кёлер. Мы видим, что в это описание входят и образы непо-

29

средственного окружающего мира, и образы-воспомина­ния, и мимолетные ощущения себе, своей силы и бла­гополучия, и острое отрицательное эмоциональное пере­живание.

Приведу еще один отрывок, на этот раз взятый из текста известного естествоиспытателя Г. Гельмгольца, в котором он описывает процесс мышления.

«…Мысль осеняет нас внезапно, без усилия, как вдохновение <…> Каждый раз мне приходилось сперва всячески переворачивать мою задачу на все лады, так что все ее изгибы и сплетения залегли прочно в голове и могли быть снова пройдены наизусть, без помощи письма.

Дойти до этого обычно невозможно без долгой продолжительной работы. Затем, когда прошло наступившее утомление, требовался часок полной телесной свежести и чувства спокойного благосостояния — и только тогда приходили хорошие идеи» [26, с. 367].

Конечно, нет недостатка в описаниях «состояний со­знания», особенно эмоциональных состояний, в художе­ственной литературе. Вот отрывок из романа «Анна Ка­ренина» Л. Н. Толстого, в котором описываются пере­живания сына Анны, Сережи:

«Он не верил в смерть вообще, и в особенности в ее смерть… и потому и после того, как ему сказали, что она умерла, он во время гулянья отыскивал ее. Всякая женщина, полная, грациозная, с темными волосами, была его мать. При виде такой женщины, в душе его поднималось чувство нежности, такое, что он задыхался, и слезы выступали на глаза. И он вот-вот ждал, что она подойдет к нему, поднимет вуаль. Все лицо ее будет видно, она улыбнется, обнимет его, он услышит ее запах, почувствует нежность ее руки и заплачет счастливо… Нынче сильнее, чем когда-нибудь, Сережа чувствовал прилив любви к ней и теперь, забывшись <…> изрезал весь край стола ножичком, блестящими глазами глядя перед собой и думая о ней» [112, т. IX, с. 102].

Излишне напоминать, что вся мировая лирика напол­нена описаниями эмоциональных состояний, тончайших «движений души». Вот хотя бы этот отрывок из извест­ного стихотворения А. С. Пушкина:

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

Или из стихотворения М. Ю. Лермонтова:

С души как бремя скатится, Сомненье далеко — И верится, и плачется, И так легко, легко…

Итак, на исследование вот какой сложной реальности отважились психологи в конце прошлого века.

Как же такое исследование проводить? Прежде всего, считали они, нужно описать свойства сознания.

Первое, что мы обнаруживаем при взгляде на «поле сознания», — это необыкновенное разнообразие его со­держаний, которое мы уже отмечали. Один психолог сравнивал картину сознания с цветущим лугом: зритель­ные образы, слуховые впечатления, эмоциональные со­стояния и мысли, воспоминания, желания — все это мо­жет находится там одновременно.

Однако это далеко не все, что можно сказать про сознание. Его поле неоднородно еще и в другом смысле: в нем отчетливо выделяется центральная область, осо­бенно ясная и отчетливая; это — «поле внимания», или «фокус сознания»; за пределами ее находится область, содержания которой неотчетливы, смутны, нерасчленены; это — «периферия сознания».

Далее, содержания сознания, заполняющие обе опи­санные области, находятся в непрерывном движении. В. Джеймс, которому принадлежит яркое описание раз­личных феноменов сознания, выделяет два вида его со­стояния: устойчивые и изменчивые, быстро преходящие. Когда мы, например, размышляем, мысль останавлива­ется на тех образах, в которые облекается предмет нашего размышления. Наряду с этим бывают неуловимые пере­ходы от одной мысли к другой. Весь процесс в целом похож на полет птицы: периоды спокойного парения (устойчивые состояния) перемежаются со взмахами кры­льев (изменчивые состояния). Переходные моменты от одного состояния к другому очень трудно уловить само­наблюдением, ибо, если мы пытаемся их остановить, то исчезает само движение, а если мы пытаемся о них вспомнить по их окончании, то яркий чувственный образ, сопровождающий устойчивые состояния, затмевает мо­менты движения.

30

31

Движение сознания, непрерывное изменение его со­держаний и состояний В. Джеймс отразил в понятии «поток сознания». Поток сознания невозможно остано­вить, ни одно минувшее состояние сознание не повторя­ется. Тождественным может быть только объект внима­ния, а не впечатление о нем. Кстати, удерживается вни­мание на объекте только в том случае, если в нем от­крываются все новые и новые стороны.

Далее, можно обнаружить, что процессы сознания делятся на два больших класса. Одни из них происходят как бы сами собой, другие организуются и направляются субъектом. Первые процессы называются непроизволь­ными, вторые — произвольными.

Оба типа процессов, а также ряд других замечатель­ных свойств сознания хорошо демонстрируются с помо­щью прибора, которым пользовался в своих эксперимен­тах В. Вундт. Это — метроном; его прямое назначение — задавать ритм при игре на музыкальных инструментах. В лаборатории же В. Вундта он стал практически первым психологическим прибором.

В. Вундт предлагает вслушаться в серию монотонных щелчком метронома. Можно заметить, что звуковой ряд в нашем восприятии непроизвольно ритмизируется. На­пример, мы можем услышать его как серию парных щелчков с ударением на каждом втором звуке («тик-так», «тик-так»…). Второй щелчок звучит настолько громче и яснее, что мы можем приписать это объективному свой­ству метронома. Однако такое предположение легко оп­ровергается тем, что, как оказывается, можно произволь­но изменить ритмическую организацию звуков. Напри­мер, начать слышать акцент на первом звуке каждой пары («так-тик», «так-тик»…) или вообще организовать звуки в более сложный такт из четырех щелчков.

Итак, сознание по своей природе ритмично, заключает В. Вундт, причем организация ритма может быть как произвольной, так и непроизвольной [20, с. 10].

С помощью метронома В. Вундт изучал еще одну очень важную характеристику сознания — его «объем». Он задал себе вопрос: какое количество отдельных впе­чатлений может вместить сознание одновременно?

Опыт Вундта состоял в том, что он предъявлял ис­пытуемому ряд звуков, затем прерывал его и давал второй ряд таких же звуков. Испытуемому задавался вопрос: одинаковой длины были ряды или разной? При этом запрещалось считать звуки; следовало просто их слушать и составить о каждом ряде целостное впечатление. Ока­залось, что если звуки организовывались в простые такты по два (с ударением на первом или втором звуке пары), то испытуемому удавалось сравнить ряды, состоящие из 8 пар. Если же количество пар превосходило эту цифру, то ряды распадались, т. е. уже не могли восприниматься как целое. Вундт делает вывод, что ряд из восьми двой­ных ударов (или из 16 отдельных звуков) является мерой объема сознания.

Далее он ставит следующий интересный и важный опыт. Он снова предлагает испытуемому слушать звуки, однако произвольно организуя их в сложные такты по восемь звуков каждый. И затем повторяет процедуру измерения объема сознания. Оказывается, что испытуе­мый на этот раз может услышать как целостный ряд пять таких тактов по 8 звуков, т. е. всего 40 звуков!

Этими опытами В. Вундт обнаружил очень важный факт, а именно, что человеческое сознание способно почти беспредельно насыщаться некоторым содержанием, если оно активно объединяется во все более и более крупные единицы при этом он подчеркивал, что спо­собность к укрупнению единиц обнаруживается не только в простейших перцептивных процессах, но и в мышлении. Понимание фразы, состоящей из многих слов и из еще большего количества отдельных звуков, есть не что иное, как организация единицы более высокого порядка. Про­цессы такой организации Вундт называл «актами ап­перцепции».

Итак, в психологии была проделана большая и кро­потливая работа по описанию общей картины и свойств сознания: многообразия его содержаний, динамики, рит­мичности, неоднородности его поля, измерению объема и т. д. Возникли вопросы: каким образом его исследовать дальше? Каковы следующие задачи психологии?

И здесь был сделан тот поворот, который со временем завел психологию сознания в тупик. Психологи решала, что они должны последовать примеру естественных наук,

32

33



например физики или химии. Первая задача науки, счи­тали ученые того времени, найти простейшие элементы. Значит, и психология должна найти элементы сознания, разложить сложную динамичную картину сознания на простые, далее неделимые, части. Это во-первых. Вторая задача состоит в том, чтобы найти законы соединения простейших элементов. Итак, сначала разложить созна­ние на составные части, а потом снова его собрать из этих частей.

Так и начали действовать психологи. Простейшими элементами сознания В. Вундт объявил отдельные впе­чатления, или ощущения.

Например, в опытах с метрономом это были отдельные звуки. А вот пары звуков, т. е. те самые единицы, которые образовывались за счет субъективной организации ряда, он называл сложными элементами, или восприятиями.

Каждое ощущение, по Вундту, обладает рядом свойств, или атрибутов. Оно характеризуется прежде всего качеством (ощущения могут быть зрительными, слуховыми, обонятельными и т.п.), интенсивностью, протяженностью (т. е. длительностью) и, наконец, про­странственной протяженностью (последнее свойство при­суще не всем ощущениям, например, оно есть у зритель­ных ощущений и отсутствует у слуховых).

Ощущения с описанными их свойствами являются объективными элементами сознания. Но ими и их ком­бинациями не исчерпываются содержания сознания. Есть еще субъективные элементы, или чувства. В. Вундт предложил три пары субъективных элементов — элемен­тарных чувств: удовольствие-неудовольствие, возбужде­ние-успокоение, напряжение-разрядка. Эти пары — не­зависимые оси трехмерного пространства всей эмоцио­нальной сферы.

Он опять демонстрирует выделенные им субъективные элементы на своем излюбленном метрономе. Предполо­жим, испытуемый организовал звуки в определенные такты. По мере повторения звукового ряда он все время находит подтверждение этой организации и каждый раз испытывает чувство удовольствия. А теперь, предполо­жим, экспериментатор сильно замедлил ритм метронома. Испытуемый слышит звук — и ждет следующего; у него растет чувство напряжения. Наконец, щелчок метронома

34

наступает — и возникает чувство разрядки. Эксперимен­татор учащает щелчки метронома — и у испытуемого появляется какое-то дополнительное внутреннее ощуще­ние: это возбуждение, которое связано с ускоренным темпом щелчков. Если же темп замедляется, то возникает успокоение.

Подобно тому как воспринимаемые нами картины внешнего мира состоят из сложных комбинаций объек­тивных элементов, т. е. ощущений, наши внутренние переживания состоят из сложных комбинаций перечис­ленных субъективных элементов, т. е. элементарных чувств. Например, радость — это удовольствие и воз­буждение; надежда — удовольствие и напряжение; страх — неудовольствие и напряжение. Итак, любое эмо­циональное состояние можно «разложить» по описанным осям или собрать из трех простейших элементов.

Не буду продолжать построения, которыми занима­лась психология сознания. Можно сказать, что она не достигла успехов на этом пути: ей не удалось собрать из простых элементов живые полнокровные состояния сознания. К концу первой четверти нашего столетия эта психология, практически, перестала существовать.

Для этого было по крайней мере три причины: 1) было ограничиваться таким узким кругом явлений, как содер­жание и состояние сознания; 2) идея разложения психики на простейшие элементы была ложной; 3) очень ограни­ченным по своим возможностям был метод, который психология сознания считала единственно возможным, — метод интроспекции.

Однако нужно отметить и следующее: психология того периода описала многие важные свойства и феномены сознания и тем самым поставила многие до сего времени обсуждаемые проблемы. Одну из таких проблем, подня­тых психологией сознания в связи с вопросом о ее методе, мы подробно рассмотрим на следующей лекции.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Цель лекции – рассмотреть этапы развития теории коммуникации от Античности до современности.

План лекции:

1. 
   Проблемы коммуникации в истории социально-философской мысли.
   

2. 
   Современные концепции коммуникации.
   

3. 
   Теории массовой коммуникации
   

4. 
   Структурные модели теории коммуникации.
   

Рекомендуемая литература

1. Основы теории коммуникации: учебник/ под ред. М.А.Василика. -М.: Гардарики, 2007. -615 с.: ил.

2. Миннуллина Э.Б., Тайсина Э.А. Теория коммуникации с элементами семиотики. — Казань, КГЭУ, 2003

3. Психология делового общения : программа, метод.указания и контр.задания для студентов-заочников/ сост. Э.Б.Миннуллина. -Казань: КГЭУ, 2005. -15 с.

4. Артемов В.Л. Ожидания и предрасположенность аудитории. Установка. Стереотип. «Против клеветы и домыслов». М.,2006.

5. Богомолова Н.Н. Социальная психология печати, радио, телевидения. М.,2004

6. Воскобойников Я.С., Юрьев В.К. Журналист и информация.

М.,2006

7. Дмитриев А.В. Неформальная политическая коммуникация. М.,2006.

Основная часть

Поделитесь с Вашими друзьями:

Поделитесь с Вашими друзьями:

1. 
   Понятие “социальные изменения”.
   

2. 
   Типы социальных изменений.
   

3. 
   Источники и факторы социальных изменений.
   

4. 
   Социальный прогресс: революции и реформы.
   

1. Весь современный мир охвачен глубокими изменениями. Они затрагивают все сферы человеческой цивилизации. Если бы в обществе не происходило изменений, то оно бы погибло.

По мнению известных социологов А.А.Радугина и К.А.Радугина социальное изменение это переход социальных систем, общностей, институтов и организаций из одного состояния в другое.

Понятие “социальные изменения” в социологии используется для описания динамики в обществе.

Социальные изменения, происходящие в обществе, могут включать в себя прирост населения, изменения в отношениях между социальными группами, в правах личности и т.д. Социальные изменения отличаются друг от друга как масштабом, так и глубиной.

2. Из всей совокупности социальных изменений можно выделить следующие типы:

• 
  циклический;
  

• 
  линейный;
  

• 
  нелинейный.
  

Цикличность означает повторение тенденций прошлого, но с некоторыми новыми вариациями. Продолжительность цикла может быть короткой или длинной. Циклы различаются количеством фаз, ритмикой. Цикличность придает ритм общественным процессам, является способом существования и сохранения общества. Каждый новый цикл не является абсолютным повторение прежнего. Циклические изменения не являются в чистом виде круговыми процессами.

Социологи выделяют следующие формы циклических изменений:

• 
  по типу маятника (простейшая форма циклического процесса; примером может являться инвестиционная политика государства);
  

• 
  волновые движения (к ним можно отнести цикл технических нововведений, который достигает своего волнового пика и вновь идет на убыль, как бы затухает);
  

• 
  спиралевидные (наиболее сложная форма циклических изменений; примером спиралевидного процесса является отношение человека к природе).
  

Линейный тип социальных изменений заключается в том, что каждый этап общественного прогресса, каждый этап движения выступает моментом генетического продолжения предшествующего этапа. Линейный процесс направлен в будущее, воспринимается как движение вперед в пространстве и времени. Линейные процессы частично поглощают свойства предшествующего, обогащают и развивают их.

Ярким выражением линейных изменений является идея социального эволюционизма. Существует ряд классических и современных теорий эволюционизма. С точки зрения Г.Спенсера, эволюционный процесс заключается в усложнении форм общественной жизни. Основная идея его социального эволюционизма – идея дифференциации и интеграции. Э.Дюркгейм видел процесс эволюции как движение от общества с неразвитым разделением труда и механической солидарностью его членов, к обществу с развитым разделением труда и органической солидарностью.

По мнению Ф.Тенниса, процесс эволюции направлен от традиционного общества к обществу современному. В своей книге “Община и общество” Теннис выделял два типа общества: крестьянскую, деревенскую общину и индустриальное, городское общество. Между этими двумя типами обществ существуют отличия. Крестьянская, деревенская община предполагает, что в ней поведение индивидов и их роли обусловлены общинными принципами, традициями, религиозными ценностями, неразвитой специализацией. Семья и община – являются основной ячейкой общества. В городском обществе социальные роли, поведение индивидов определяются стремлением к личной выгоде, выполнением специализированных формальных ролей, светскими ценностями. Корпоративная и ассоциативная формы объединения людей являются основной ячейкой городского общества.

Авторы теории индустриального общества Р.Арон и У.Ростоу считают, что на смену “традиционному обществу”, в котором преобладает натуральное хозяйство с сословной иерархией, приходит общество нового типа – индустриальное. Для него характерна механизация и автоматизация труда, массовое производство товаров.

Широкую известность и дальнейшее развитие во второй половине XX века получают теории “постиндустриального общества”. С точки зрения авторов этих концепций, человеческое общество в развитии проходит три стадии: доиндустриальную, индустриальную, постиндустриальную. Основной ценностью постиндустриального общества становятся знания, информация, творческая деятельность.

Линейная динамика предполагает не только движение вперед, в будущее (прогресс), но и регресс, т.е. движение по нисходящей линии в изменении общества. Линейный регресс и прогресс сменяют друг друга в историческом процессе.

Особое значение в жизни общества имеют инновационные изменения, они являются факторами социального развития. К ним относятся открытия и изобретения. Человечеству известно немало открытий, повлиявших на судьбу планеты (колесо, азбука, паровой двигатель и т.д.).

Теория линейных изменений в ХХ веке подверглась критике. Реальность доказала, что не существует вечных линейных закономерностей. Линейный тип лишь один из многих возможных изменений.

Главным субъектом социальных изменений является человек. Роль каждого индивида в обществе реализуется по нелинейному принципу. Переход общества от одного состояния к другому не всегда носит детерминированный характер, и направление движения может быть непредсказуемо. Социальные изменения в обществе неравномерны и противоречивы. В частности, противоречивость социальных изменений обусловлена несовпадением социальных интересов различных групп в обществе и неодинаковым восприятием ими социальных трансформаций.

3. Социальные изменения могут быть вызваны природными причинами – изменением физической среды обитания человека, космическими ритмами социальной активности, импульсами магнитных полей и т.д. Более того, природные стихии – такие, как ураган, землетрясение, наводнение — оказывают влияние на общественную динамику, внося определенные коррективы в социальную организацию общества.

Экономический фактор, по мнению К.Маркса вносит изменение в жизнь общества. Развитие производственных сил требует соответствующих способов хозяйствования, производственных отношений, что в свою очередь вызывает изменения в других структурах общественного устройства.

Г. Ленски проанализировал изменения, происходящие по мере того, как общества приобретают новую технологию.

Г. Огборн обратил внимание на то, что материальные элементы культуры развиваются быстрее нематериальных. Этот факт вынуждает людей искать новые социальные формы, приводящие различные фрагменты культурной жизни общества в соответствие.

Существенные перемены в социальную жизнь общества вносят техника, технология, открытия, изображения, инновации. Все это изменяет не только характер деятельности людей, но и пути познания мира.

Социальные изменения могут быть результатом диффузии. Это процесс, в ходе которого культурные характеристики распространяются от одной социальной системы к другой.

Политические процессы, идущие в обществах, сами по себе тоже могут стать фактором социальных изменений.

4. По мнению исследователей, ни одно общество не стоит на месте.

Если сумма позитивных последствий крупномасштабных изменений в обществе превышает сумму негативных, то это свидетельствует о том, что в обществе прогресс. В противном случае имеет место регресс общества.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Лекция Т. 3

ПОНЯТИЕ, СУЩНОСТЬ, ТИПОЛОГИЯ ГОСУДАРСТВА

План:

Основные понятия о государстве.

Проблемы типологии государства и права – С.14.

5.1. Критерии типологии

5.2. Формационный подход – С.16.

5.3. Цивилизационный подход – С.28.

5.4. Личностный подход – С.30.

1. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ О ГОСУДАРСТВЕ

В процессе исторического развития организация общества приобретает наиболее полно оформленный юридический характер и становится государством. Самое общее определение государства следующее: ГОСУДАРСТВО — ЭТО ИСТОРИЧЕСКАЯ ОБЩНОСТЬ ЛЮДЕЙ, СЛОЖИВШАЯСЯ НА ПРАВОВОЙ ОСНОВЕ И ОБЪЕДИНЕННАЯ ГОСПОДСТВОМ НАД ЕДИНОЙ ТЕРРИТОРИЕЙ И ПОДЧИНЕНИЕМ ЕДИНОЙ ВЛАСТИ.

Мнемонически это выглядит так: люди, право, территория, власть.

Значит для формирования государства необходимо

выполнение следующих 4 условий:

1. Иметь исторически сложившуюся общность людей, которая не может быть ни чем иным, как — нацией, этносом, народом (эти понятия почти синонимы),

2. Иметь развитые правовые отношения, т.е. систему писанного права.

3. Иметь освоенную данной нацией территорию, т.е. пространство.

4. Иметь единую центральную национальную власть. В процессе освоения данной нацией пространства, в сферу ее интересов могут попасть и другие нации, этносы, народы. Для сохранения государства в этом отношении важно чтобы центральная власть оставалась в руках государствообразующей нации, т.е. власть всегда национальна, она всегда отражает интересы одной нации. В теории государства есть такое понятие, как «государственная химера», когда центральная власть в государстве захватывается иной. не государственнообразующей нацией.

Например: история древнего хазарского каганата, в котором власть была захвачена иудеями. Хазарский каганат после этого резко расширился, укрепил свои международные позиции, а затем был практически уничтожен. Уничтожен он был в II веке, после разгрома города Итиль. После этого хазары прекратили свое существование, как нация и рассеялись по другим народам.

Вопросами правоприменительной деятельности в правовом государстве занимаются специальные органы и соответственно — физического лица, которые в них состоят. Уже по своему служебному положению эти лица ни в коем случае не являются уравненными в правах с теми лицами, к которым правовые нормы применяются.

Правовая же норма каждый раз рассматривается, как конкретное действие некоторого физического лица в части реализации полномочий, предписаний и запретов. Так, например, в английских законах сказано: «…король назначает и снимает министров». Хотя, это не значит, что данный король занимается только тем, что назначает министров. Значит, -сущность правоприменения состоит в том, что в каждой конкретной ситуации люди должны найти норму, и как бы «надеть ее на данную ситуацию», придав ей юридическое значение (физическое лицо и лицо, упомянутое в норме как бы совпадают). Например: столкнувшись с необходимостью преодоления парламентского кризиса президент Российской Федерации специальным указом распустил государственную думу и назначил новые выборы (а не назначает и распускает, как абстрактно указано в норме).

2. ГОСУДАРСТВО И ВЛАСТЬ.

Государство реализует свои публичные правовые полномочия с помощью сильной власти. Власть обычно представляется сосредоточением сил в одном центре. Однако, в реальной жизни власть всегда персонофицированна, т.е. имеет конкретных физических носителей (от главы государства до рядового миллиционера).

Непременным атрибутом государства, демонстрирующим его власть и силу, являются государственные органы. Это -правительство и различные правительственные учреждения, куда входят и так называемые правоохранительные органы.

Для чего нужна сильная власть и ограничивает ли она свободу отдельной личности? Да, конечно, власть обязательно ограничивает свободу отдельной личности. Вообще-то говоря, для отдельной индивидуальной личности власть не нужна. В своей повседневной жизни личность пользуется лишь частными, а не публичными правами (вступает в брак, приобретает и продает свое имущество и т.д.). Однако, как мы уже говорили, любое полномочное право в сложной ткани правовых отношений (правопорядок) обязательно опирается на чью-то запретность и чье-то предписание. А запретность и предписание являются формами проявления публичного права. Так, например, частное право иметь имущество опирается на публичный запрет приобретать это имущество незаконными путями (с помощью различных форм хищения). А публичное право непременно связано с существованием государства и государственной власти, как формой его реализации. Поэтому, существование частного права без публичного — невозможно, а следовательно,-невозможно и без существования государства со всеми его ограничениями в области свободы. Значит отдельные граждане, имея индивидуальный интерес в области частного права должны иметь какой-то общий интерес в области публичного права. Интерес этот связан с какими-то общими чертами этих граждан, общим типом поведения, т.е. формированием нации. Следовательно общий государственный интерес не может быть ничем иным, как общим национальным интересом. Не может государство образоваться сразу из нескольких наций, т.к. общего интереса у них нет и не может быть, а следовательно в таком государстве не могут реализоваться частные интересы, т.е. существовать полнокровная обычная жизнь.

В государстве есть некоторое звено, в котором существуют только частные правовые отношения) однако и они носят властный характер. Это звено — семья. В семье отношения между ее членами базируются на частном праве (брачное свидетельство, контракт и т.д.). Однако, глава семьи имеет власть — эта власть не носит правовой характер и является как бы атавизмом правовой власти в семье, существовавшей в древних государствах. Тем не менее, как государство не может существовать без власти, так и семья немедленно разрушается без нее. Эта власть проявляется в отношении к детям и другим младшим членам семьи. Таким образом, семья и государство в процессе исторического развития формируют друг друга, передавая друг другу то частные, то публичные полномочия.

В государстве обязательно существует властный силовой центр. Однако, по цепочке государственных органов, власть в государстве всегда оказывается рассредоточенной, доводимой до отдельных ее носителей. Сила же власти в этом случае заключается в том, насколько граждане отождествляют этих рядовых носителей власти с властным центром. Если носитель власти воспринимается, просто как гражданин выполняющий определенные задачи своей службы (а не как властный центр), то такая власть начинает очень быстро разрушаться, а следовательно начинает разрушаться и государство. Поэтому властный центр должен постоянно заботиться о своем государственном авторитете, не допуская восприятия себя гражданами, как чего-то неединого, формируя и право и идеологию. Т.к. сам властный центр тоже состоит из конкретных людей, то именно эти люди и должны быть в первую очередь носителями того общего, что есть у всех граждан государства — национальных интересов. В Библии это (старый завет) выражается такой фразой: «Избери себе царя из народа своего, не может быть чужестранец царем тебе, ибо он не брат твой».

3. НАЗНАЧЕНИЕ ГОСУДАРСТВА.

Государство возникло с целью обеспечить внутренний порядок и внешнюю безопасность его граждан. Догосударственные межплеменные образования не знали такого понятия, как право. Порядок и внешняя безопасность в этих образованьях поддерживались путем подчинения обычаям и распоряжениям старейшин. Понятие «право» и «правопорядок» связаны с созданием государства. Поэтому, когда мы говорим о том, что государство есть союз людей, образованный на правовой основе, мы подразумеваем писанное право, т.е. развитую законодательную систему. Обычно говорят, что государство осуществляет свои функции «по праву», «через право» и «ради права». Понятие «по праву «означает то, что власть в государстве уполномочена, т.е. через правовой механизм осуществляет свои функции по управлению. Понятие «через право» означает то, что эта власть распределена от высшего центра (через специальные органы власти) по властной цепи до последнего звена в строгом соответствии с законом. Понятие «ради права» означает то, что управление государством осуществляется с целью реализации совместного проживания большого числа граждан, в обстановке порядка, безопасности, взаимовыручки и поддержки. С целью обеспечить предоставленные ей полномочия, центральная власть сосредотачивает в своих руках силу власти. Это реализуется в первую очередь путем обеспечения финансирования органов власти через государственную налоговую систему. Сосредоточив в своих руках возможность управлять большими денежными массами, власть получает реальную силу, т.к. деньги в государстве в первую очередь — механизм управления.

Т.к. частнопредпринимательская деятельность, т.е. частный интерес (частная инициатива) требуют введения их в рамки государственного строительства, то государство создает соответствующий орган, например, в виде министерства промышленности, финансов и торговли. С другой стороны государство, как рассредоточенное пространство требует своего освоения через транспорт, связь, управление. Поэтому возникает следующий орган — министерство путей сообщения и связи. Как мы уже говорили, важнейшей функцией государства является обеспечение внешней безопасности. Для этой цели государство создает следующий орган — военное министерство. Конечной целью государства является обеспечение духовного развития его граждан (при обеспечении должного материального достатка). Для реализации этой цели непосредственно государство создает следующий орган — министерство науки, образования и культуры. Таким образом, государство активно участвует в формировании хозяйственной, культурной и образовательной жизни его членов. Это не значит, что каждый член государственного союза в своей деятельности регламентирован государственными инструкциями.

Наоборот, эти инструкции должны вызывать прилив самодеятельности, творчества у членов государственного союза для решения государственных задач. Члены государственного союза должны приучаться к идее самоуправления в отдельных общинах, так же как отдельный человек через нравственность управляет собой. Государство постоянно реализует свои публичноправовые полномочия через отношения с гражданами, отдельными обществами и другими государствами. Система таких публично правовых полномочий называется ГОСУДАРСТВЕННЫМ ПРАВОМ.

Государственное право в первую очередь регулирует следующие отношения:

• Права и обязанности членов государственного союза, т.е. отдельных граждан.

• Обстоятельства и условия вступления в этот союз и выхода из него, т.е. принятие и лишение гражданства.

• Формы осуществления охраны и поддержания границ, их изменения в сторону сокращения или расширения.

• Устройство государственной власти, ее формирование в центре и на местах.

• Как мы уже говорили, государству свойственны следующие полномочия.

• Законотворчество, т.е. издание законов.

• Силовое обеспечение их выполнения.

• Судебное разбирательство вопросов, связанных с их невыполнением.

В соответствии с этими тремя основными полномочиями государства иногда говорят о законодательной, судебной и исполнительной ветвях власти. Однако власть едина и правильно говорить о судебной, исполнительной и законодательной функциях власти. Единство власти в любом государстве осуществляется главой государства, которому подчинены все властные структуры, в том числе и указанные выше. По отношению к возможностям этого главы государства все государства делятся на две категории: монархия и республика. Глава государства в монархии — монарх (король, император, царь) наделяется полномочиями пожизненно и наследственно. В абсолютной монархии он в своих действиях не подчинен закону. В республике глава государства — президент. Президент избирается на ограниченный срок и его действия строго регламентированы законодательством. Важнейшим механизмом формирования власти для любого государства является механизм наделения полномочиями властвующих. Этот механизм в небольших государствах может быть реализован путем прямых выборов или прямого участия в решении вопросов населения всего государства. Такой механизм называют АБСОЛЮТНОЙ ДЕМОКРАТИЕЙ (от слов демос — народ, кратос — власть). Естественно, что такой механизм не только в современных государствах, но и в государствах древности никогда не реализовывался. Так, например, в стране классической демократии древней Греции, в одном из ее многочисленных городов — государств — Афинах в народное собрание входило лишь 5% населения. Остальные отсекались половым, имущественным, религиозным и социальным цензами. Поэтому в настоящее время под демократией подразумевают выборы с помощью прямого, всеобщего 5избирательного права с минимальным цензом для населения. Хотя и в настоящее время этот ценз безусловно существует. Например, по возрасту, социальному положению, образованию, здоровью и т.д. Выбранные таким образом депутаты от населения либо непосредственно, либо путем выборов из своей среды осуществляют полномочия на власть. Существуют и иные механизмы реализации полномочий на власть. Один из них называется аристократия (аристос — лучший, кратос — власть). В соответствии с этим механизмом полномочия на власть осуществляются путем исторически сложившегося механизма отбора лучших людей из нации. Критерием отбора здесь может быть образовательный уровень, имущественный ценз, наследственное право и т.д. Важно лишь отметить, что это длительный исторический процесс (создания такого механизма). В настоящее время демократическое общество приходит обычно к формированию гражданского общества и к аристократии, т.е. механизм аристократии формируется через демократию. Может быть и такой механизм, как олигархия (олигос — группа, гархия -государство). В этом случае, как видно из самого определения, полномочия на власть принадлежат небольшой группе лиц. Обычно такая группа формируется в начале путем узурпации власти (прямым военным силовым или косвенным обманным путем) с последующим правовым оформлением своих полномочий. Дальнейшее развитие норм власти может сформировать и аристократию, и демократию, и охлократию. Охлократия — это власть худших (охлос — худший, кратос -власть). Откуда же могут взяться эти худшие? Как правило это происходит, если олигархия образуется путем захвата власти антинациональной группой. Такая структура власти в государстве называется «химера». Химера обеспечивает трансформацию олигархии в охлократию, а охлократия естественно приводит к ликвидации государства. При этом ядром химеры является инонациональная группировка, а основная часть олигархов может состоять и из представителей коренной нации. Формой управления во всех случаях является законотворчество. При этом закон, до того, как стать реальным элементом в механизме управления должен пройти 4 стадии: стадию инициативного выдвижения (законодательная инициатива), стадию обсуждения, стадию утверждения и стадию обнародования, т.е. публикации. Стадия законодательной инициативы предусматривает то обстоятельство, что в государстве лишь строго определённые фигуры и органы могут предложить для обсуждения закон. Такие фигуры называются «наделенными полномочиями законодательной инициативы». Например, в России сейчас это: президент, генеральный прокурор, председатель правительства, глава администрации субъекта федерации, законодательный орган субъекта в целом и т.д. Следует отличать возможность выдвижения закона для обсуждения, например в средствах массовой информации, практически любым гражданином, от законодательной инициативы. В случае законодательной инициативы обсуждение в законодательном собрании обязательно, а в случае просто выдвижения и обсуждения в средствах массовой информации — обсуждение в законодательном собрании не обязательно. Оно может состояться только, если обсуждение в обществе приведет к «законодательной инициативе».

Обсуждение в законодательном собрании также отличается от общественного обсуждения тем, что общественное обсуждение может ничем не закончиться с точки зрения права, а обсуждение в законодательном собрании имеет так называемую «резолютивную часть», т.е. в этой части должно быть сформировано и обосновано (возможно с поправками) принятие или непринятие закона, выдвинутого в порядке законодательной инициативы. Принятие или не принятие его может происходить в несколько стадий или, как говорят, чтений.

Утверждение закона принятого в законодательном собрании производит глава государства (президент или монарх). В том случае, если монарх отклоняет закон он считается не прошедшим третью стадию и дальнейшему рассмотрению не подлежит. В том же случае, если президент отклоняет закон, то он возвращается обратно в законодательное собрание для продолжения обсуждения. В этом заключается принципиальная разница между монархией и республикой, т.е. в прохождении третьей стадии. Если законодательное собрание подтверждает закон, то президент обязан ему подчиниться и утвердить закон. Однако, существуют государства, в которых президентская форма правления близка к монархической (скажем,- в силу исторических традиции и соответствующего менталитета народа). В этом случае президент может не подписать закон, а распустить законодательное собрание и назначить установленным порядком выборы в новое собрание.

После утверждения закон должен быть обнародован. Обычно это происходит через публикацию в специальном правительственном вестнике (в России • Российская газета). После этого действует принцип: никто не может уклониться от юридической ответственности ссылкой на незнание закона, после его обнародования.

4. ОСНОВНЫЕ ПРИЗНАКИ И ОСОБЕННОСТИ ГОСУДАРСТВА

Государство как институт н организация всегда выделялось среди других окружающих его негосударственных институтов и организаций своей ключевой ролью в политической системе общества, а также своими специфическими признаками, чертами.

Констатируя данное обстоятельство, известный русский ученый- юрист Н.М. Коркунов еще в конце XIX в. писал, что среди разнообразных форм человеческого общения «первенствующее значение должно быть бесспорно признано за государством». Было время, рассуждал автор, когда государство охватывало собой все без исключения стороны человеческой жизни, так что в античном мире человек «совершенно поглощался гражданином государства». Да и в настоящее время, делал вывод Н.М. Коркунов, хотя наряду с государством существует немало других форм общественного единения людей, «государство все-таки так или иначе распространяет свое влияние на все стороны общественной жизни. Во всяком случае, история человечества творится главным образом государственной деятельностью»¹.

Исходя из центральной роли, которую неизменно, на протяжении всей истории своего развития, играло государство, оно всегда привлекало к себе самое пристальное внимание многочисленных исследователей, пытавшихся понять специфические особенности государства, выявить н раскрыть его основные признаки и черты.

За всю историю развитая человечества сложилось множество различных представлений об основных признаках государства н права, которые были высказаны великими мыслителями н политическими деятелями разных времен.

Древнегреческий ученый н философ Демокрит (460^370 гг. до н.э.) считал, например, специфической особенностью государства то, что в нем должны быть представлены всеобщее благо н справедливость. «Хорошо управляемое государство, — писал он, — есть величайший оплот: в нем все заключается и, когда оно сохраняется, все цело, а погибает оно, с ним вместе н все погибает».

Знаменитый римский оратор, государственный деятель и мыслитель Цицерон (106-43 гг. до н.э.) рассматривал государство как дело, «достойное народа». Причем под народом им понималось «не любое соединение людей, собранных вместе каким бы то ни было образом, а соединение многих людей, связанных между собою согласием в вопросах права и общностью интересов».

Выдающийся мыслитель эпохи Возрождения Н. Макнавелли видел признак государства в политическом состоянии общества. В чем оно заключалось? Говоря кратко, в установлении и поддержании отношений между властвующими и подвластными; в наличии органов юстиции и законов; в существовании тем или иным образом организованной политической власти. «Все государства, все державы, обладавшие и обладаюшие властью над людьми, были и суть либо республики, либо государства, управляемые единовластно», — писал он в своем знаменитом сочинении «Государь».

Каковы же основные признаки, отличающие государственную организацию от догосударственной и негосударственной (политических партий, общественных организаций и пр.)?

Прежде всего это наличие выделенного из общества и нередко стоящего над ним аппарата власти и управления. Он состоит из особого слоя людей, основным занятием которых является выполнение властных н управленческих функций. Они не производят непосредственно ни материальных, ни духовных благ, а лишь управляют. Свои должности люди занимают путем избрания, назначения, наследования или замещения. Основными составными частями аппарата власти и управления, т.е. аппарата государственной власти, являются органы законодательной власти, исполнительной власти, суды, прокуратуры и др.

Каждое общество надеется иметь в государственных органах, у государственного руля своих лучших представителей. Еще древнегреческий мыслитель, философ Платон (427-347 гг. до н.э.) мечтал об идеальное государстве как справедливом правлении «лучших и благородных». Главную отличительную особенность такого государства Платон видел в том, что в нем преодолевается раскол на бедных и богатых, на безраздельно властвующих и полностью подвластных. Обычное государство он рассматривал в виде «множества государств», в котором «заключены два враждебных между собой государства: одно — бедняков, другое — богачей; и в каждом из них опять-таки множество государств».

Основным признаком государства является также наличие аппарат принуждения. Он состоит из особых отрядов вооруженных людей виде армии, полиции, разведки, контрразведки, всякого рода принудительных учреждений (тюрьмы, лагеря и т.п.).

Аппарат власти и управления вместе с особыми отрядами вооруженных людей в литературе нередко называют публичной властью, придавая ей первостепенное значение.

Следует отметить, что в науке нет одинакового понимания и однозначного толкования публичной власти. Обычно ее рассматривают качестве одного из основных признаков государства, иногда как сино ним государства.

Однако, несмотря на подобные расхождения, все авторы едины в том, что наличие публичной власти имеет принципиальный характер для любой государственной организации, в корне отличающей ее догосударственной, первобытно-общинной организации.

В условиях первобытного строя власть имела общественный xaрактер. Она целиком совпадала непосредственно с населением. В обществе не было людей, которые не занимались бы производительным труде а только властвовали н управляли. Непосредственно производительный труд органически сочетался и совмещался с управленческим трудом. Властные функции по управлению делами рода, племени, союза племен, фратрий и других объединений, существовавших в рамках первобытно-общинного строя, выполнялись не выделяющимися из общества и ставящими себя над ним людьми, как это имеет место в условиях rocyдарственной организации, а самими занятыми производительным труда взрослыми членами этого общества.

Властные функции осуществлялись как через систему органов само управления — советы родов, фратрий, племен и др., так и непосредственно, путем участия в собраниях родовых и иных объединений. Старейшины родов, военачальники, жрецы н другие лица, выполнявшие властные функция, были выборными и сменяемыми. Они избирались из числа самых уважаемых членов рода. Не в пример государственным чиновникам, за которыми стоит государство с его разветвленным аппаратом н принудительными органами, любой вождь, жрец или старейшина рода опирался лишь на моральный авторитет, уважение н поддержку членов этого объединения.

Общественная власть, возникшая н укрепившаяся в условиях первобытного общества, основанного на материальном н социальном равенстве всех его членов, не могла успешно функционировать на более поздних этапах, в условиях общества, расколотого по материальному и другом признакам на имущие и неимущие классы» социальные слои н труппы. Общественная власть неизбежно должна была быть заменена публичной властью. Говоря о социальной роли публичной власти, необходимо отметить, что, распространяясь н охватывая своими велениями все общество, она всегда н во всех государствах обслуживала в первую очередь интересы господствующих кругов. При этом она неизменно была яблоком раздора между противостоящими друг другу классами.

Среди основных признаков государства выделим такой признак, как разделение населения по территориальным единицам. В отличие от первобытного строя, где общественная власть распространялась на людей по кровно-родственному признаку, в зависимости от их принадлежности к тому или иному роду, фратрии, племени или союзу племен, при государственном строе власть распространяется на них в зависимости от территории их проживания. С образованием государства жители, по меткому замечанию исследователей, «в политическом отношении превращались в простую принадлежность территории».

Независимо от кровно-родственных связей они выступают на территории государства либо как граждане (в условиях республики), либо как подданные (в условиях монархии), либо лица без гражданства или иностранцы, подпадающие под юрисдикцию государства, под действие его законов..

Территория государства — своего рода материальная база, без которой оно не может существовать. Это естественное (а не какое-либо иное, в том числе общественное) условие существования и функционирования государства.

Каждое государство обладает на своей территории всей полнотой власти н исключает какое бы то ни было вмешательство в дела «своего» общества и государства иностранных властей. В правовых системах различных стран, а также в международном праве общепризнанными являются принципы территориального верховенства, территориальной целостности н неприкосновенности.

Территориальное деление населения и распространение государственной власти лишь на население определенной территории неизбежно влекут за собой административно-территориальное деление. Территория государств разбивается на ряд административно-территориальных единиц. В разных странах они называются по-разному: округа, провинции, области, края, дистрикты, графства, районы и т.д. Но их значение и функции едины — организация государственной власти и управления на занимаемой ими территории.

Одним из основных признаков государства является суверенитет. Что он означает? Во-первых, верховенство государственной власти внутри страны. И во-вторых, независимость ее на международное арене.

Верховенство проявляется в способности государственной власти самостоятельно издавать общеобязательные для всех членов общества правила поведения, устанавливать .и обеспечивать единый правопорядок, определять права и обязанности граждан, должностных лиц, государственных и партийных, общественных органов и организаций.

В суверенитете государства находит свое политическое и юридическое выражение полновластие господствующих кругов. В нем же выражается способность государства независимо от других государств формировать и проводить в жизнь свою внутреннюю и внешнюю политику.

В мире всегда существовали и существуют государства с формальным или ограниченным суверенитетом.

Формальным суверенитет государства считается тогда, когда он юридически и политически провозглашается, а фактически, в силу pacпрoстранения на него влияния других государств, диктующих свою волю, не осуществляется. Частичное ограничение суверенитета может быть принудительным или добровольным.

Принудительное ограничение суверенитета может иметь место, например, по отношению к побежденному в войне государству со стороны государств-победителей.

Добровольное ограничение суверенитета может допускаться самим государством по взаимной договоренности с тугими государствами, например, ради достижения определенных, общих для всех них целей. Добровольно суверенитет ограничивается и тогда, когда государства объединяются в федерацию и передают ей часть своих суверенных прав.

Известный французский теоретик государства и права М. Ориу усматривал факт самоограничения государственного суверенитета и в том, что государственная власть должна подчиняться праву, действовать в рамках права. «Все согласны, — писал он, — что самоограничение должно быть», т.е. что политическая власть должна самопроизвольно подчиняться положительному праву «и столь же самопроизвольно исполнять лежащее на ней обязательство создания положительного права с целью связывания им своей деятельности»². Вопрос лишь в том, продолжал М. Ориу, следует ли рассматривать такое самоограничение как «акт или решение субъективной воли государства или же это есть результат объективной государственной организации?»

Ответ на данный вопрос автор искал в разделении государственного суверенитета как понятия «весьма богатого», непосредственно связанного с «равновесием между правом в действии, каковым является политическая власть, и осуществившимся правом, которое есть положительное право», на юридический и политический, или «правительственный», суверенитет. Ответ он искал и в неодинаковом характере соотношения данных видов суверенитета с правом.

Наряду с государственным суверенитетом существуют суверенитет народа и суверенитет нации.

Каталог: uploads -> files -> dokumenty
dokumenty -> Лекция Основы реальной экономики
dokumenty -> Учебно-методический комлекс
dokumenty -> Программа составлена в соответствии с требованиями фгос впо по направлению подготовки 030900 «Юриспруденция»
dokumenty -> Программа курса раздел I. Введение в теорию государства и права тема Предмет и методология теории государства и права
dokumenty -> Тема: Основные исторические этапы развития естествознания. Научные революции и картины мира
dokumenty -> Петровичева Юлия Владимировна
dokumenty -> Предмет и функции философии. Классическая, неклассическая и постнеклассическая философия (4 ч.)
dokumenty -> Предмет и значение логики

Поделитесь с Вашими друзьями:

Русь между Западом и Востоком (XIV-XV вв.)

Часть 1

Почему Русь оказалась между Западом и Востоком? Запад

Из предыдущего материала курса мы знаем, что во времена Киевской Руси отечественная культура свободно принимала все веяния, исходившие и от Западной Европы и от Степи. Из Византии были взяты идеи православного христианства, Степь давала подкрепление языческих норм поведения, прежде всего, усиливала в сознании людей, соприкасавшихся с нею, эффект слияния человека и природы.

Но главными культурными взаимодействиями до  XIII в. были, все-таки, взаимодействия Руси с Западной и Центральной Европой, а не Востоком. Поэтому существует определение российской цивилизации того времени как русско-европейской (или славяно-европейской).

С XIV в. цивилизацию можно назвать евразийской, повернутой в большей степени к Востоку, чем к Западу. Иногда мы используем применительно к XIV-XV вв. тезис: Русь между Западом и Востоком.

Русь того времени – это возвышающаяся Московия, усиливающееся все больше и больше Московское княжество, ведущее свою историю с 1276 года, с того момента, когда знаменитый владимиро-суздальский князь Александр Невский выделил своему младшему сыну в удел земли Москвы и её окрестностей.

Эта Русь платила дань Золотой Орде. Но была и другая Русь: часть Великого княжества Литовского.

Чтобы понять, почему для XIV-XV вв. встал вопрос выбора: Запад или Восток, нужно обратиться к конкретике исторического бытия.

Как отмечал Георгий Петрович Федотов, религиозный мыслитель, культуролог, историк, публицист, «культура творится в исторической жизни народа».

Коротко о Федотове. Г.П.Федотов окончил историко-филологический факультет Петербургского университета. Участвовал в социал-демократическом движении, затем перешел на православные позиции.

В 1920-1922 гг. — заведовал кафедрой истории средних веков Саратовского университета.

В 1925 году эмигрировал. Профессор Богословского института в Париже.

Развивал идеи христианского гуманизма, выдвигал концепцию будущего общества — «Нового Града». В духе ведовства трактовал революционное движение.

Решительно отвергнув большевизм как антисоциалистическую систему, Федотов до конца оставался «страстным Дон Кихотом христианского социализма» (современный философ — Александр Фазлаевич Замалеев).

Отталкиваясь от высказывания видного мыслителя о том, что «культура творится в исторической жизни народа», обозначим, что для Руси того времени – Запад и что – Восток.

Кому-то может показаться удивительным, но Запад для Руси XIV-XV вв. – это Литва. Но не та Литва, которую сегодня мы представляем небольшим по пространству государством Прибалтики, а Великое княжество Литовское, включавшее в себя территорию не только собственно литовскую, но и белорусскую, частично украинскую, латвийскую, польскую, эстонскую и молдавскую. Длинной широкой полосой территория этого княжества протянулась от Балтики до Черного моря. Правда, начиналось это государство с небольшой Литовского княжества на окраине бывшей Киевской Руси в 40-е годы XIII века. Карта помогает нам представить, как менялись границы Литвы, как выросло княжество в XIV веке.

И называлось государство, что примечательно, это княжество «Вели́кое кня́жество Лито́вское, Ру́сское, Жемо́йтское и иных». Обратим внимание на наличие в названии государство слова «Русское». Это неслучайно:

1. русские земли составляли 9/10 территории Великого княжества Литовского; то есть большая часть бывшей Киевской Руси оказалась в составе Великой Литвы.

2. большую часть населения княжества составляли восточные славяне – предки нынешних украинцев, белорусов и русских;

3. восточнославянское население считало Русью именно свою державу, жителей северо-востока Восточно-Европейской равнины называло тверичами, псковичами, москвичами и т.п.; позже в процессе возвышения Москвы за подданными Московского княжества закрепилось название «москвитяне», «московиты»;

4. До 1387 года, до поворота Литвы в сторону католичества, Великое княжество Литовское выступало с программой объединения всей русской земли, поскольку в его политической элите были сильны бояре восточнославянского происхождения.

Правители Великого княжества Литовского и Русского сменяли друг друга и их действия направлялись на укрепление княжества.

Миндовг – создатель державы (середина XIII века)

Войшелк

Витень

Гедимин (1315-1341)

Ольгерд (1345-1377)

Ягайло (Владислав II Ягеллон, король Польши в 1385-1392)

Витовт (1392-1430).

Особенное расширение территории княжества произошло при Гедимине. При нем государство стало центром антиордынской борьбы. Орде противостояли и смоленские земли (западнорусские земли)

В 30-е годы смоленский князь Иван Александрович заключил с Гедимином союз. Разгневанный этим хан Узбек в 1339 году послал на Смоленск свою рать. Но, не победив, вынужден был смириться с отказом Смоленска платить дань. С потерей ханом власти над Смоленщиной был положен окончательный предел распространению власти Орды на западных русских землях.

Гедимин умело балансировал между восточным и западным христианством.

Что касается старой столицы Киевской Руси, то Киев оказался в составе Великой Литвы в ходе расширения его территории. Его разорили ордынцы в 1240 году, а в 1300 году митрополит Максим во время похода на правобережье Днепра войск хана Токты оставил митрополию и сбежал из Киева.

Примерно около 100 лет после разорения Киева воинами Бату-хана ослабленное от политической чехарды Киевское княжество признало власть Гедимина.

Сын Гедимина – Ольгерд – видный политический деятель, известен тем, что объединил под своим скипетром большую часть исторической территории Киевской Руси, освободил из-под ханской власти множество русских земель. Реально претендовал на объединение всей Руси, включая северо-восток. Что, в конечном итоге, не получилось вследствие усиления Москвы.

Старший сын Ольгерда от тверской княжны Ульяны по имени Ягайло после победы Москвы на Куликовом поле в 1380 году искал дружбы с Дмитрием Донским. Предусматривалось даже крещение Ягайло в православие и его женитьба на одной из дочерей Дмитрия Ивановича. Но поход хана Тохтамыша на Москву в 1382 году и сожжение княжеского центра заставило Ягайло искать новых союзников.

1387 год – важная дата для наших соседей-литовцев. Что же произошло в 1387 году? Литовцы официально крестились по католическому обряду. Это крещение коснулось только литовцев-язычников, православная церковь сохранила свои привилегии. Но по сравнению с положением церкви в Северо-Восточной Руси она не имела привилегии официальной религии, приходилось мириться с существованием сначала официального язычества, затем католической церкви.

Фактически Литва после 1387 года повернулась лицом к Западу, к католической Европе. Западно-европейское культурное влияние, шедшее через дружественную Польшу, оказалось значительно более сильным, и оставило более значительные результаты, чем все походы немецких рыцарей.

Возник все более крепнущий союз Литвы и Польши. В Великом Литовском княжестве сохранилась та культура, которую принято называть древнерусской. То есть культура в основе своей восточнославянская, хотя и вобравшая в себя элементы культуры неславянских народов: финно-угров, тюрок и балтов.

Мы рассмотрели, что происходило на землях западной части бывшей Киевской Руси.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Под религией обычно понимается особая духовно-практическая связь между людьми, возникающая на основе общей веры в высшие ценности, которые для них являются основным смыслом жизни. (Термин «религия» означает восстановление утраченной связи, ибо согласно христианской традиции, после грехопадения первого человека такая связь была утеряна и может быть восстановлена в полном объеме после второго пришествия и полного обновления человека и мира). Главным в понимании феномена религии и ее роли в жизни человека является уяснение сущности веры (от доевнеиранского «вар» — «правда», «верность»). Содержательно вера принимается как мировоззренческая позиция и одновременно психологическая установка, направленная на осуществление высшего смысла жизни человека, не сводимого к его биологическому существованию. Вера дает человеку абсолютную уверенность в достижении желаемой цели (спасение души, воскресении, вечной жизни и т. д.) и в этом смысле она не требует доказательств. Важно подчеркнуть, что мир религиозных ценностей не творится самим человеком, а дается ему в актах богопознания и откровения.

Вера или неверие выбираются человеком свободно и являются актом личного самоутверждения, но сделав этот выбор, личность не может не измениться внутренне, не изменить отношения к миру, своего поведения. В этом смысле нужно подчеркнуть как сходство так и различие религиозного и философского видения мира и человека. Философия есть осознание самого человеческого сознания, его границ и возможностей в смысле решения самых коренных вопросов человеческого бытия — о жизни и смерти, смысле существования, материи и духе, пространстве и времени. Религиозное сознание пытается понять Откровение, замысел творца относительно человека и его истории, исходя из того, что человек в христианском учении это « образ и подобие» Бога.

Одной из важных и наиболее притягательных для человека религиозных ценностей является сама идея Бога, как творца всего сущего. Имеется в виду, что Бог не только творец мира и человека, но и объект высшего поклонения, бесспорная высшая ценность. ( Недаром в христианстве самым страшным грехом является хула на Святого Духа, атеизм рассматривается как ущербное состояние человека. В исламе « неверный» обязательно должен быть обращен в истинную веру). Особенно ярко такая позиция проявляется у представителей религиозного фундаментализма, когда отрицаются такие ценности, как автономия личности, авторитет Разума, понятие прогресса и т. д. В то же время религиозный фанатизм и экстремизм как духовная основа фундаментализма, несут в себе черты тоталитарной идеологии с ее отрицанием гражданского общества и прав человека. Религиозные ценности противопоставляются нерелигиозным. Речь идет о свободомыслии, как своеобразном явлении духовной культуры, берущим свои истоки еще в древневосточных и античных цивилизациях. Свободомыслие принимало различные исторические формы, такие как:

— богоборчество;

-скептицизм;

-пантеизм;

-атеизм;

-светский гуманизм и др.

Среди выдающихся свободомыслящих ученых можно назвать такие имена как: Рассел, Фрейд, Фромм, Сартр, Куртц и др. Они были убеждены в том, что человек должен иметь мужество для критического рассмотрения всех феноменов своей жизни, в том числе и религиозной веры, оставаясь на позициях здравого скептицизма. В любом случае необходимо избегать фанатизма, связанного с ортодоксально-догматическим подходом; необходимы диалог и дискуссия, выработка компромиссов и взаимодействие науки и религии на основе принципа взаимодополняемости в рамках общечеловеческой культуры. Реализация этих принципов возможна при соблюдении одного из важнейших прав человека – права на свободу совести и свободу вероисповедания. Эта проблема в виде веротерпимости и преследования иноверцев прослеживается на протяжении всей истории (она не раз была предметом острейших политических споров, столкновений, в том числе и кровавых, на религиозной почве). Государство в той или иной форме достаточно жестко определяло свою политику по отношению к религии. (В Российской империи религии делились на три группы:

— государственная (православие);

— терпимые (др. христианские конфессии, ислам, буддизм);

— нетерпимые (различные секты). Свободомыслие и атеизм преследовались по закону. В современной России действует закон « О свободе совести и религиозных объединениях» от 1 октября 1997 г., где под свободой совести понимается право исповедывать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедывать никакой. Законом закрепляется и охраняется как светский характер государства и равенство всех религий перед законом, так и право гражданина на свободный выбор своего отношения к религии.

Вышеизложенное позволяет выделить:

— рациональную веру (основанную на предполагаемой вероятности того или иного события и готовности в это поверить);

— иррациональную веру ( сутью которой является убежденность в существовании иного мира по сравнению с нашим обычным, т.е мира потустороннего).

Этот мир не является параллельным нашему повседневному миру, он находится внутри нас и не менее реален, чем мир обычных вещей и явлений. Этот сверхъестественный мир открывается человеку тем или иным способом, с ним можно общаться, и наконец, он дается человеку в словах и действиях «святых», « учителей», « пророков». Человек должен всю жизнь идти к Богу, исполнять его волю, совершенствоваться в духе той или иной системы религиозных ценностей. У любого человека (верующего или нет) есть стремление к духовным ценностям. Духовность – это синтез Истины, Красоты, Добра. В христианской философии – это выражается триадой – Веры, Надежды, Любви и обнимающей их Софии, т.е мудрости.

Поделитесь с Вашими друзьями:

1. Источники и факторы зарождения идей свободного воспитания.

2. Основные постулаты свободного воспитания.

3. Критика теории свободного воспитания.

1. Источники и факторы зарождения идей свободного воспитания

С середины XIX века нарастает протест против казарменной образовательной политики, жесткого регламентирования деятельности учители и учащихся. Социальный протест против угнетения, деспотизма и развитие прогрессивной педагогической мысли привели к созданию нового направления в воспитании подрастающего поколения, которое получило название «Свободное воспитание».

К концу XIX и XX века началось движение под общим заглавием: «Новое воспитание», которое включало как альтернативу вместе со свободным воспитанием также практико- ориентированное обучение типа Абботсхольской школы Г. Литца, личностной педагогики Р. Гильдебранта и Э. Линде.

Затем появилась книга Э. Кей «Век ребенка» (1902 г.), началось развитие педагогики свободного воспитания в Германии (Х. Шарельман, Ф. Гансберг, М. Пауль, Э. и О.Цурхелен), в России (К.Н. Венцель, Л.Н. Толстой), Франции, Италии.

П. Кергомар писала: «Природа требует для ребенка горячего солнца, живительного воздуха, движений, усиливающих его кровообращение, упражнений мускулов, укрепляющих его. … Природа требует для ребенка жизни, и когда я говорю о жизни, я понимаю под этим словом развитие всех жизненных сил и способностей человека. Нормальной жизнью ребенка будет жизнь свободная. Ребенок создан для того, чтобы ползать по полу, пока он не умеет ходить, бегать за бабочкой, срывать цветы, лазать на деревья, говорить с самим собой, если у него нет другого собеседника. Он создан для этого и на все это имеет право».

Расцвет свободного воспитания связан с двумя факторами: новыми данными о возможностях развития ребенка в психологии и педагогике и протестом против казарменной, унижающей ребенка образовательной системы, утвердившейся во многих странах.

Свободное воспитание поддержали самые широкие слои мыслящей интеллигенции и деятели образования.

Первая в Италии женщина-доктор медицины, профессор антропологии и гигиены М. Монтессори писала о необходимости создания новой педагогики и реформирования школы: «Для того, чтобы могла народиться научная педагогика, необходимо, чтобы школа давала простор свободным и естественным проявлениям личности ребенка. В этом и заключается существенная сторона реформы». При этом на распространенные опасения по поводу невозможности соблюдения организованности и порядка в свободной системе воспитания, которые являются непременными условиями достижения необходимых результатов, она выдвигала новый принцип педагогики: «Дисциплина в свободе — вот другой великий принцип… Раз дисциплина основана на свободе, она должна быть прежде всего активной. Обычно мы считаем, что личность дисциплинированна лишь тогда, когда она делается искусственно молчаливой, как бы немой, и неподвижной, как паралитик. Но это — личность уничтоженная, а не дисциплинированная.

Мы называем человека дисциплинированным, когда он умеет владеть и свободно распоряжаться собою, следуя тому или другому жизненному правилу… Свобода ребенка должна быть ограничена лишь интересами коллектива, а формой ее служит то, что мы называем воспитанностью в человеке…

Предшествующее общественное развитие, начиная с эпохи Просвещения XVIII в., в центре духовной жизни общества ставило права и свободы человека. Французская революция подняла идею свободы на уровень идеологии господствующего класса, она стала притягательной для всех философских, психологических и педагогических учений.

Прогрессивная педагогическая мысль, начиная с Витторино де Фельтре и до Руссо, ставила в центр педагогической системы личность ребенка. Л. Л. Толстой на практике реализовал эту концепцию, что послужило главным аргументом в развитии идей свободного воспитания.

Альтернативой педагогике насилия, жестокого управления, школе муштры и зубрежки, так хорошо описанной Помяловским в «Очерках бурсы», как раз и стало свободное воспитание. Кроме того, практика церковного воспитания, которая ставила приходского священника в положение представителя Бога на земле, практически была неконтролируемой и предельно узурпированной. В приходской школе, которая составляла большинство образовательных учреждений России середины XIX века, парили зубрежка, розга и слепое послушание детей.

Отметим, что среди прогрессивного духовенства, передовых мыслителей того времени были образцовые школы типа школы Рогинского.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Педагогика: объект, предмет, задачи, функции, методы педагогики. Основные категории педагогики; образование, воспитание, обучение, педагогическая деятельность, педагогическое взаимодействие, педагогическая технология, педагогическая задача. Образование как общечеловеческая ценность. Образование как социокультурный феномен и педагогический процесс.

План:

1.Педагогика как наука. Объект, предмет, задачи, функции, методы педагогики.

2. Основные категории педагогики.

3. Образование как общечеловеческая ценность.

4. Образование как социокультурный феномен и педагогический процесс.

1. 
   Педагогика как наука. Объект, предмет, задачи, функции, методы педагогики.
   

Свое название педагогика получила от греческого слова «пайдагогос» («пайд» — «дитя», «гогос» — «веду»), которое означает «детоводство» или «дитяведение».

В Древней  Греции эта функция осуществлялась непосредственно — педагогами первоначально назывались рабы, сопровождавшие детей своего господина в школу. Позже педагоги — это уже вольнонаемные люди, которые занимались наставлением, воспитанием и обучением детей. Кстати, на Руси (XII в.) первые учителя получили название «мастера». Это были свободные люди (дьячки или мирские), которые у себя или на дому учащихся обучали детей чтению, письму, молитвам, как сказано в одном «Житии»: «…книги писати и учити ученики грамотные хитрости».

Нужно отметить, что каждый человек опытным путем приобретает определенные знания в области воспитания, обучения и образования, устанавливает некоторые зависимости между различными педагогическими явлениями. Так, уже первобытные люди обладали знаниями по воспитанию детей, которые передавались от одного поколения к другому в виде обычаев, традиций, игр, житейских правил. Эти знания нашли отражение в поговорках и пословицах, мифах и легендах, сказках и анекдотах (например: «Повторение — мать учения», «Яблоко от яблоньки недалеко падает», «Век живи — век учись» и т.п.), составивших содержание народной педагогики. Их роль чрезвычайно велика как в жизни общества, отдельной семьи, так и конкретного человека. Они помогают ему вступать во взаимодействие с другими людьми, общаться с ними, заниматься самосовершенствованием, выполнять родительские функции.

Народная педагогика, возникнув как ответ на объективную социальную потребность в воспитании, обусловленную развитием трудовой деятельности людей, конечно, не может заменить книги, школу, учителей, науки. Но она старше педагогической науки, образования как социального института и первоначально существовала независимо от них.

Однако педагогическая наука в отличие от житейских знаний в области воспитания и обучения обобщает разрозненные факты, устанавливает причинные связи между явлениями. Она не столько описывает их, сколько объясняет, отвечает на вопросы, почему и какие происходят изменения в развитии человека под влиянием обучения и воспитания. Эти знания необходимы, чтобы предвидеть и управлять процессом развития личности. В свое время великий русский педагог  К. Д. Ушинский предостерегал от эмпиризма в педагогике, педагогическую практику без теории он соотносил со знахарством в медицине.

Однако житейский педагогический опыт, несмотря на изустную форму своего существования, не исчезал, а передавался из века в век, выдерживал испытания, менял ориентиры и ценности, но в целом сохранялся в виде педагогической культуры народа, его педагогической ментальности и сегодня составляет основу научного педагогического знания. Именно поэтому К. Д. Ушинский, выступая против эмпиризма в обучении и воспитании, не отождествлял его с народной педагогикой, а, напротив, утверждал, что, обращаясь к народности, воспитание всегда найдет ответ и содействие в живом и сильном чувстве человека, которое действует гораздо сильнее убеждения. Если оно не хочет быть «бессильным, оно должно быть народным».

Для определения педагогики как науки важно установить границы ее предметной области или ответить на вопрос: что же она изучает? В свою очередь, ответ на этот вопрос предполагает осмысление ее объекта и предмета.

Во взглядах ученых на педагогику как в прошлом, так и в настоящем времени существуют три концепции. Представители первой из них считают, что педагогика — междисциплинарная область человеческого знания. Однако такой подход фактически отрицает педагогику как самостоятельную теоретическую науку, т.е. как область отражения педагогических явлений. В педагогике в этом случае оказываются представленными самые разные сложные объекты действительности (космос, культура, политика и др.).

Другие ученые отводят педагогике роль прикладной дисциплины, функция которой состоит в опосредованном использовании знаний, заимствованных из других наук (психологии, естествознания, социологии и др.) и адаптированных к решению задач, возникающих в сфере образования или воспитания.

При таком подходе не может быть разработана целостная фундаментальная основа для функционирования и преобразования педагогической практики.  Содержание такой педагогики составляет совокупность фрагментарных представлений об отдельных сторонах педагогических явлений.

Продуктивной для науки и практики, по мнению В. В. Краевского, является только третья концепция, согласно которой педагогика — это относительно самостоятельная дисциплина,  имеющая свой объект и предмет изучения.

Объект педагогики . А. С. Макаренко — ученый и практик, которого трудно обвинить в пропаганде «бездетной» педагогики, в 1922 г. сформулировал мысль о специфике объекта педагогической науки. Он писал, что многие считают объектом педагогического исследования ребенка, но это неверно. Объектом исследования научной педагогики является «педагогический факт (явление)». При этом ребенок, человек не исключаются из внимания исследователя. Напротив, являясь одной из наук о человеке, педагогика изучает целенаправленную деятельность по развитию и формированию его личности.

Следовательно, в качестве своего объекта педагогика имеет не индивида, его психику (это объект психологии), а систему педагогических явлений, связанных с его развитием. Поэтому объектом педагогики выступают те явления действительности, которые обусловливают развитие человеческого индивида в процессе целенаправленной деятельности общества. Эти явления получили название образования. Оно и есть та часть объективного мира, которую изучает педагогика.

Предмет педагогики. Образование изучает не только педагогика. Его изучают философия, социология, психология, экономика и другие науки. Например, экономист, изучая уровень реальных возможностей «трудовых ресурсов», продуцируемых системой образования, пытается определить затраты на их подготовку. Социолог хочет знать, готовит ли система образования людей, способных адаптироваться к социальной среде, содействовать научно-техническому прогрессу и социальным преобразованиям. Философ, в свою очередь, применяя более широкий подход, задается вопросом о целях и общем предназначении образования — каковы они сегодня и какими должны быть в современном мире? Психолог изучает психологические аспекты образования как педагогического процесса. Политолог стремится определить эффективность государственной образовательной политики на  том  или  ином этапе развития общества и т.д.

Вклад многочисленных наук в изучение образования как социального феномена, бесспорно, ценный и необходимый, но эти науки не затрагивают сущностные аспекты образования, связанные с повседневными процессами роста и развития человека, взаимодействием педагогов и учащихся в процессе этого развития и с соответствующей ему институциональной структурой. И это вполне правомерно, поскольку изучение данных аспектов определяет ту часть объекта (образования), которую должна изучать специальная наука — педагогика.

Предмет педагогики — это образование как реальный целостный педагогический процесс, целенаправленно организуемый в специальных социальных институтах (семье, образовательных и культурно-воспитательных учреждениях). Педагогика в этом случае представляет собой науку, изучающую сущность, закономерности, тенденции и перспективы развития педагогического процесса (образования) как фактора и средства развития человека на протяжении всей его жизни. На этой основе педагогика разрабатывает теорию и технологию его организации, формы и методы совершенствования деятельности педагога (педагогическая деятельность) и различных видов деятельности учащихся, а также стратегий и способов их взаимодействия.

Функции педагогической науки. Функции педагогики как науки обусловлены ее предметом. Это теоретическая и технологическая функции, которые она реализует в органичном единстве.

Теоретическая функция педагогики реализуется на трех уровнях:

описательном или объяснительном — изучение передового и новаторского педагогического опыта;

диагностическом — выявление состояния педагогических явлений, успешности или эффективности деятельности педагога и учащихся,  установление условий и причин, их обеспечивающих;

прогностическом — экспериментальные исследования педагогической действительности и построение на их основе моделей преобразования этой действительности.

Прогностический уровень теоретической функции связан с раскрытием сущности педагогических явлений, нахождением глубинных явлений в педагогическом процессе, научным обоснованием предполагаемых изменений. На этом уровне создаются теории обучения и воспитания, модели педагогических систем, опережающие образовательную практику.

Технологическая функция педагогики предлагает также три уровня реализации:

проективный, связанный с разработкой соответствующих методических материалов (учебных планов, программ, учебников и учебных пособий, педагогических рекомендаций), воплощающих в себе теоретические концепции и определяющих «нормативный или регулятивный» (В. В. Краевский) план педагогической деятельности, ее содержание и характер;

Модель — образец (эталон, стандарт).

преобразовательный, направленный на внедрение достижений педагогической науки в образовательную практику с целью ее совершенствования и реконструкции;

рефлексивный и корректировочный, предполагающий оценку влияния результатов научных исследований на практику обучения и воспитания и последующую коррекцию во взаимодействии научной теории и практической деятельности.

2. 
   Основные категории педагогики.
   

Основные педагогические понятия, выражающие научные обобщения, принято называть также педагогическими категориями. К основным педагогическим категориям относятся воспитание, обучение, образование. Кроме того,педагогика широко оперирует также общенаучными категориями — такими, как развитие и формирование.

Воспитание — это целенаправленный и организованный процесс формирования личности. В педагогике понятие «воспитание» употребляется в широком и узком социальном смысле, а также в широком и узком педагогическом значении. В широком социальном смысле воспитание — это передача накопленного опыта от старших поколений к младшим. Под опытом понимаются известные людям знания, умения, способы мышления, нравственные, этические, правовые нормы — словом, все созданное в процессе исторического развития духовное наследие человечества. Каждый пришедший в этот мир приобщается к достижениям цивилизации через воспитание.

Человечество выжило, окрепло и достигло современного уровня развития благодаря воспитанию, благодаря тому, что выстраданный предшествующими поколениями опыт использовался и приумножался последующими. История знает случаи, когда опыт терялся, жизненесущая река воспитания пересыхала. Люди оказывались отброшенными в своем развитии далеко назад и вынуждены были заново восстанавливать утраченные звенья своей культуры; горькая участь и тяжелый труд ожидали этих людей. Исторический процесс развития общества неопровержимо доказывает, что больших успехов в своем развитии всегда достигали те народы, у которых воспитание было поставлено лучше. Воспитание — двигатель общественного развития.

Воспитание имеет исторический характер. Оно возникло вместе с человеческим обществом, став органической частью его жизни и развития, и будет существовать, пока существует общество. Именно поэтому воспитание — общая и вечная категория.

Многие философы, анализируя законы, управляющие общественной жизнью, устанавливают объективную связь между воспитанием и уровнем развития производительных сил общества. Воспитание воздействует на развитие общества, в свою очередь, общество предоставляет возможности для осуществления воспитания. Направленность, объем, характер воспитания соответствуют уровню развития производительных сил и типу производственных отношений. Поэтому воспитание имеет конкретно-исторический характер.

3. 
   Признание образования в качестве общечеловеческой ценности сегодня ни у кого не вызывает сомнения. Это подтверждается конституционально закрепленным правом человека на образование в большинстве стран. Его реализация обеспечивается существующими в том или ином государстве системами образования, которые отличаются по принципам организации. В них находит отражение мировоззренческая обусловленность исходных концептуальных позиций.
   
   Реализация тех или иных ценностей приводит к функционированию различных типов образования. Первый тип характеризуется наличием адаптивной практической направленности, т.е. стремлением ограничивать содержание общеобразовательной подготовки минимумом сведений, имеющих отношение к обеспечению жизнедеятельности человека. Второй — основан на широкой культурно-исторической ориентации. При таком типе образования предусматривается получение сведений, которые заведомо не будут востребованы в непосредственной практической деятельности. Оба типа аксиологических ориентации неадекватно соотносят реальные возможности и способности человека, потребности производства и задачи образовательных систем.
   
   Для преодоления недостатков первого и второго типов образования стали создаваться образовательные проекты, решающие задачи подготовки компетентного человека. Он должен понимать сложную динамику процессов социального и природного развития, воздействовать на них, адекватно ориентироваться во всех сферах социальной жизни. Вместе с тем человек должен обладать умениями оценивать собственные возможности и способности, брать на себя ответственность за свои убеждения и поступки.
   
   Подытоживая сказанное, можно выделить следующие культурно-гуманистические функции образования:
   
   развитие духовных сил, способностей и умений, позволяющих человеку преодолевать жизненные препятствия;
   
   формирование характера и моральной ответственности в ситуациях адаптирования к социальной и природной сферам;
   
   обеспечение возможностей для личностного и профессионального роста и для осуществления самореализации;
   
   овладение средствами, необходимыми для достижения интеллектуально-нравственной свободы, личной автономии и счастья;
   
   создание условий для саморазвития творческой индивидуальности и раскрытия духовных потенций.
   
   Образование выступает средством трансляции культуры, овладевая которой человек не только адаптируется к условиям постоянно изменяющегося социума, но и становится способным к неадаптивной активности, позволяющей выходить за пределы заданного, развивать собственную субъектность и приумножать потенциал мировой цивилизации.
   
   Одним из наиболее значимых выводов, вытекающих из осмысления культурно-гуманистических функций образования, является его общая направленность на гармоничное развитие личности, которое есть назначение, призвание и задача каждого человека. При этом каждый компонент образовательной системы вносит свой вклад в решение гуманистической цели образования.
   
   Гуманистическая цель образования требует пересмотра его содержания. Оно должно включать не только новейшую научно-техническую информацию, но и гуманитарные личностно-разви-вающие знания и умения, опыт творческой деятельности, эмоционально-ценностное отношение к миру и человеку в нем, а также систему нравственно-этических чувств, определяющих его поведение в многообразных жизненных ситуациях.
   
   Реализация культурно-гуманистических функций образования ставит также проблему разработки и внедрения новых технологий обучения и воспитания, которые помогли бы преодолеть без-личностность образования, его отчуждение от реальной жизни.
   
   Для разработки таких технологий частичного обновления методов и приемов обучения и воспитания недостаточно. Сущност-ная специфика гуманистической технологии образования заключается не столько в передаче некоторого содержания знаний и формировании соответствующих им умений и навыков, сколько в развитии творческой индивидуальности и интеллектуально-нравственной свободы личности, в совместном личностном росте педагога и учащихся.
   
   Реализация культурно-гуманистических функций образования, таким образом, обусловливает неограниченный в социокультур-ном пространстве демократически организованный, интенсивный образовательный процесс, в центре которого находится личность обучаемого (принцип антропоцентричности). Основным смыслом этого процесса становится гармоничное развитие личности. Качество и мера этого развития выступают показателями гуманизации общества и личности.
   

4. Образование как социокультурный феномен и педагогический процесс Образование — социокультурный феномен. Образование можно рассматривать как своеобразный способ вхождения человека в мир науки и культуры. В процессе образования человек осваивает культурные ценности – исторические, художественные, архитектурные и пр. Поскольку содержание образования черпается и пополняется из наследия науки и культуры, а также из жизни и практики человека, то образование является социокультурным феноменом и выполняет следующие социокультурные функции:

• вхождение человека в мир науки и культуры;

• социализация человека;

• обеспечение преемственности поколений;

• обеспечение трансляции культурных ценностей;

• обеспечение сохранения и развития национальных традиций;

• способствование активному ускорению культурных перемен в общественной жизни.

Образование является средством трансляции культуры, овладевая которой, человек не только адаптируется к условиям постоянно изменяющегося социума, но и становится способным развивать и приумножать потенциал мировой цивилизации.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Сегодня мы проанализируем момент и предпосылки появления методологического подхода в истории Московского методологического кружка.

Сначала мы рассмотрим взгляд, который опубликован в работе «Проблемы методологии системного исследования», 64-го года. Это представление, в котором ключевыми моментами системного анализа, рассматривается разложение сложного объекта на элементы, фиксация связей между ними и переинтерпретация части свойств данного сложного объекта как свойств элементов, отчасти как свойств связей. Это вот то, что присутствовало в более широком контексте. То, что параллельно разворачивает кибернетика, кибернетическая школа. Это то, что параллельно разворачивают структурфункционалисты, как в области биологии, так и в области социальных наук. Известные работы Бронислава Малиновского. Это то, что характеризует намечающуюся системную школу, аля Людвиг фон Берталанфи и его окружение, которые начали с 63-го года издавать журнал «Системные исследования» в США. Но вот этот переход от так понимаемой системности, к тому, что Георгий Петрович, спустя несколько лет, в конце 68-го года назвал второй категорией системы и вы знаете, что одним из важнейших моментов этой новой трактовки системности была идея процесуальности. Необходимость начинать системный анализ и, в каком-то смысле, завершать его процессуальным анализом. Вот этот переход, был во многом обусловлен параллельно разворачивающимся генетическим подходом. Можно сказать, историческим подходом, который, с одной стороны, очень фундаментален, в определенной степени, характерен для всех направлений, современных ММК, с другой стороны, укоренившийся в философской и мыслительной культуре, не только 20-го века, но и начиная со второй половины 19-го века. Он в конкретных работах кружка, перерастал от исторического и генетического подхода, к такому своеобразному девелопментализму. Т.е. всеобщей идеологии развития, которая не была в такой степени характерна для окружающей ситуации и наверное, в определенные периоды даже отличала ММК от других направлений и школ. Георгий Петрович всегда утверждал, что нельзя анализировать и понять природу мышления и деятельности, если подходить к ним с неисторическими и негенетическими методами. В позитивном залоге это означало, что вопрос о процессах в деятельности и мышлении становился узловым вопросом, требующим постоянного обсуждения и анализа. Существовало требование представить деятельность и мышление, как процесс или совокупность процессов. Выявить механизм их существования или развертывания и как наиболее высокая форма, выявить механизмы их развития. Т.е. качественного изменения при сохранении определенной преемственности. Соответственно, именно через такой подход, кружок предполагал дать новое определение самого мышления. Затем зафиксировать эти процессы и механизмы в нормах, позволяющих превратить мышление в мыслительную деятельность. Поэтому вполне органично, что в середине 60-х годов возникла задача синтеза структурных и генетических представлений. А это в некотором виде основа, так называемой, второй категории системы.

В качестве заметки на полях, хочу отметить важную вещь, которая, с моей точки зрения, привела к расщеплению внутри второй категории системы, структурно-функциональных и стркутурно-морфологических представлений. На мой взгляд, очень интересный методологический ход, который, с моей точки зрения, сильно отличает способ мышления ММК от всего того, с чем нам приходится до сих пор сталкиваться. Не смотря на то, что прошло с этого времени сорок лет. У меня есть некая базовая гипотеза, как они дошли до жизни такой, и она состоит в том, что в какой-то момент, работая с эмпирическим материалом различных эпизодов мышления, они обратили внимание на то, что структура меняется гораздо медленнее и вообще в другом времени, нежели ее наполнение. И хотя постфактум можно вернуться к известным текстам Платона, где он обсуждает, если заменить доску в галере – это та же самая галера или не та же? И его визави в диалогах говорит – это та же. А если вторую заменить? А если все заменить? И в какой-то момент вгоняет этого несчастного псевдо коммуниканта в полный ступор, потому что наше обыденное сознание, не различающее функциональные и морфологические структуры, не может ответить на этот вопрос. Что остается, если меняется весь материал, если вся морфология заменена. Поскольку представления о функциональной структуре нет, то ответить, что остается функциональная структура невозможно. А, столкнувшись с этими ситуациями на конкретном эмпирическом материале, они вынуждены были расщепить эти два момента и в этом плане структурные представления ММК, категориальные представления, радикально отличаются от всех остальных структурных представлений, которые очень часто сегодня используются последователями системного подхода. Хотя опять же Георгий Петрович часто подчеркивал, что необходимость расщепления двух понятий структуры: функциональной и морфологической, присутствует уже в структурной химии. Хотя, по большому счету, структурная химия принесла нам различение состава и структуры, как основное, и в зародыше это более сложное представление уже присутствует там, но с его точки зрения, они не дошли до артикулированной, категориальной характеристики вот этого аспекта системно-структурных представлений.

Таким образом, перед кружком стояла задача провести категориальную проработку схемы и категориальную типологизацию знаний, как объектов анализа и рассмотрения. Речь шла о развитии старых и построении новых категорий. Разработки новых категориальных понятий, которые бы фиксировали схему знания как идеальный объект особого рода. И здесь, уже гораздо позже, в середине 70-х, Георгий Петрович неоднократно подчеркивает, я обратил ваше внимание на это в прошлый раз, когда подчеркнул различие предметных и категориальных форм организации мышления, вы помните этот сюжет, надеюсь. Вообще такой большой интерес к категориям. Категории есть некие всеобщие формы мыслимости, есть некие правила и нормы, определяющие способы работы со знаковыми формами, способы их чтения и понимания. И фактически категории дают представление о том, какое строение должна иметь форма, если мы хотим выразить в ней определенное содержание. И в этом плане категории дифференцируются, расщепляются. Мир категорий усложняется и с точки зрения Георгия Петровича, чуть более поздней, эта дифференциация и усложнение фиксирует изменение отношений замещения и выражения тех или иных содержаний в доступных нам знаковых системах.

Отдельно, и мы этого коснемся в следующий раз более подробно, Георгий Петрович постоянно подчеркивает, что знаковая форма должна обладать изобразительностью. Графикация есть важный момент идеологии кружка. Подбор графики или точнее, графического материала знаковых форм, важный элемент рефлексии, начиная с, практически, исходных работ кружка. И существует некое требование, которое заключается в том, что бы в существующих изобразительных формах эта графика должна фиксировать сосуществование и связь частей некоего единого и целого содержания. Поэтому можно сказать, что вот эта процедура выявления элементов и связей потом в многократной системной проработке: реконструкции процессов, расщеплении функциональных и морфологических аспектов структурного представления. Выявление различных типов материала, соответствующих изменений структуры, при смене типов материала, вот эта итеративная процедура вокруг базовых введенных схем, она собственно и порождает те графемы, или так: она порождает те схемы, графемы которых мы обычно наблюдаем. Очень часто не имея возможности вместе с этим графическим изображением, удержать весь тот набор категориальных интерпретаций, которые являются следствием использования данной схемы, для конкретной работы, исследовательской или проектной, которая происходила в кружке.

Но, отступая чуть-чуть в сторону, я хочу сказать, что, осознав, лет двадцать тому назад, двадцать пять, этот момент, я в какой-то период вообще отказался от графикации. Если хотите, в такой оппозиции или в некоем вызове, по отношению к тем группам последователей московского методологического кружка, которые, с моей точки зрения, транслировали в своей работе и учебном процессе, пустые графемы без этого пласта категориальных интерпретаций. И даже в какой-то момент, у меня был такой жесткий и грубый тезис, что схемы можно воспроизводить, схемы мышления могут существовать и воспроизводиться и без графем. Самый крайний случай, является категориальное устройство некоторых языков, в частности Санскрита. Где сама структура естественного языка, будучи слепком, очень сложной категориальной системы мышления или будучи выражением, в знаковой форме естественного языка, в очень сложной категориальной структуре мышления, сама устроена как схема, как категориальное пространство. Отдельный разговор, про это какое-то время, писали российские буддологи, вплоть до Пятигорского. Особенно, в конце 19-го начале 20-го века. Но, не хочу сейчас туда забегать. С этой точки зрения, можно сказать, что исходная задача мыслительно или мыследеятельностно ориентированной методологии, состояла в том, что бы развивать новые системы категорий и соответствующие им средства языка, в том числе графического. Но вот без этой категориальной добавки очень трудно понять, что же собственно делалось, какова была основная установка. Чисто графический слой представлений, он без этого категориального поддона, так сказать, фундамента, он очень часто вырождается и выхолащивается, с точки зрения понимания и тем более воспроизводства той работы, которую делал кружок. Именно отсюда возникает интерес к конструированию и проектированию схем, как отдельный пласт работы кружка, как особый тип работы и огромный, достаточно рано обозначившийся интерес к семиотике, как обосновывающей дисциплине подобной работы. Я не поддерживаю пансемиотизма, которым, например, с моей точки зрения, страдает Вадим Маркович Розин, но нужно четко понимать, что семиотика в кружке, первоначально возникла и стала разворачиваться, именно, как техническая дисциплина, поддерживающая схематизацию и графикацию. Создание вот этого языка, опять же, опирающегося, вбирающего в себя, извините за тавтологию, систему системных категорий. Или эту, так сказать, логику развития системных категорий. Вместе с тем и здесь, движение шло, как бы, в двух измерениях. С одной стороны в логике оестествления этого корпуса представлений. А с другой стороны в логике оискуствления или артификации. Линия оестествления, как я уже говорил в предыдущих лекциях, приводит к появлению представлений о деятельности и воспроизводстве. Вы помните этот сюжет, когда я обратил ваше внимание на то, что фактически, широко понимаемая схема знания, т.е. схема знания, понимаемая, как форма существования предмета и предметности, рассматривается как основное содержание процессов трансляции культуры. Что воспроизводится? Воспроизводится деятельность. А что транслируется? Транслируются предметные формы организации. И каждая новая ситуация, которая эту деятельность эксгумирует, или восстанавливает, воспроизводит. Она опирается на этот набор предметных организованностей, который в своей логике, в своем статусе, существуют в культуре и транслируются в культуре. При чем некоторые из них транслируются только через механизм воспроизводства, или при условии наличия постоянного воспроизводства, а некоторые транслируются без всякого воспроизводства. Столетиями или даже тысячелетиями, пребывая в состоянии трансляции и не имея актуального воспроизводства. Что очень часто приводит к вырождению семиотических систем в символические системы.

В конце 50-х годов, было осознано, что линия трактовки мышления, как процессов решения задач и линия трактовки мышления, как эволюционно-исторических процессов, стали расходиться друг с другом. Требовалось ввести совершенно особые, специфические организованности мышления. Которые бы увязывали эти две разные трактовки и две разные формы существования мышления. Которые бы в этом плане соответствовали рамке или идеологии развития. Так собственно и рождается схема «норма-реализация». Где и норма, и реализация, являются двумя ипостасями существования деятельности, а на вопрос: «Как деятельность существует в своей полноте?», ответ: «Именно в этой связке». И собственно эта единичка нормы и реализации становится ключевым моментом или своеобразной единицей, в точном смысле этого слова, единицей в Пифагоровском понимании, процессов воспроизводства. Схема, фактически, была построена, для объяснения возможности исторического изменения и развития мышления и базовый тезис ММК фактически состоял в том, что мышление, если мы рассматриваем его с точки зрения процессов развития, и есть то, что представлено в схеме норма-реализация. Вы помните, что я указывал в самом начале и повторял в первой лекции второго цикла, что мышление имеет эти три измерения. С одной стороны, измерение объекта, где мышление, это то, что претендует на истинность, где мышление это то, что «отражает» объект. Мышление, как-то, что имеет измерение целесообразности, как-то, что направлено на решение определенной задачи. Как-то, что в пределе создает новое знание, и это есть, как бы, внутренняя такая ценность, цель-ценность самого мышления. И третье измерение, я сказал, что нам придется к этому прийти, это мы будем обсуждать специально, хотя и через цикл, как-то, что строится в соответствии с определенным набором норм. И соответственно, ни одно из интеллектуальных образований, которое не претендует на сшивку всех этих трех измерений, мышлением не является. Наверное, можно представить себе огромное количество не мышления. Ну, то есть, того, что-либо отражает объекты, но не решает никаких задач и не имеет нормы, или то, что соответствует норме, но не отражает объекта и не решает задач. Или то, что решает задачи, но не отражает объектов и не соответствует нормам. Т.е. вырожденных случаев не мышления, гораздо больше чем мышления.

Ковалевич Д.

И не деятельность, следовательно.

Поделитесь с Вашими друзьями: