Месяц: Февраль 2020

Эмиль Паин

Основные разновидности и динамика численности национальных меньшинств, в Российской Федерации.

Проблема национальных меньшинств — универсальна. Нет такого государства в мире, где бы не жили небольшие группы людей отличающиеся по своим этническим признакам — языку, культуре, религии, и специфическому этническому самосознанию от большинства населения.

Даже в тех случаях, когда угрозы дискриминации национальных (этнических) меньшинств носят всего лишь потенциальный характер они тем не менее могут серьезно осложнить межнациональные отношения, поэтому мировое сообщество настаивает на принятии государствами законов, направленных, на защиту национальных меньшинств. К сожалению, в Российской Федерации до сих пор подобный закон не принят. Объясняется это совокупность причин.

Прежде всего, необходимо признать, что проблема этнических меньшинств никогда не была в числе приоритетных, в рамках национальной политики России: основное внимание российские власти уделяли другой проблеме — национального сепаратизма, то и дело вспыхивавшего в ряде республик Федерации. Всегда ощущался в России и дефицит ресурсов, необходимых для реального обеспечения прав многих миллионов людей, относимых к числу национальных меньшинств. Хотя, разумеется это обстоятельство куда менее существенно, чем отсутствие у властей политической воли в решении названной проблемы. Объясняя явную недостаточность отечественной правовой базы для защиты прав национальных меньшинств, нельзя не сказать о бесспорной теоретической сложности ее разработки, особенно в условиях России.

Несмотря на кажущуюся ясность признаков, характеризующих национальное (этническое) меньшинство, для мирового сообщества оказалось не так просто выработать общепринятое определение этого понятия.. Так, в 1987 г. Секретариат ООН издал специальный сборник, содержавший несколько десятков официальных предложений определения этого термина, представленных в ООН за 40 лет. Количество же предложений на эту тему в научной литературе и в прессе вообще не поддается учету.

Политические разногласия, связанные, прежде всего, с вопросом кого можно признать “меньшинством” и кого нельзя включать в эту категорию, до сих пор не преодолены. Тем не менее, специалисты как правило выделяют три группы общих признаков национальных меньшинств: во-первых, демографические — меньшинство в составе населения; во-вторых, этнические — исторически сохраняющаяся этнокультурная специфика и внутригрупповая солидарность, направленная на поддержание этнической самобытности; в-третьих политические — не доминирующее положение в системе государственной власти¹.

Когда все эти признаки совпадают у некоторой этнической общности, сравнительно несложно определить ее как национальное меньшинство. Например, понятно, что цыгане, где бы они не жили являются меньшинствами. Малочисленность этой группы, чаще всего, сама по себе понижает возможность ее эффективной политической самозащиты перед угрозами утраты национального языка, культурных традиций, бытового уклада, а также экономической и политико-правовой дискриминации. А вот можно ли было назвать национальным меньшинством потомков голландских переселенцев (буров) в Южноафриканской республике в 1950-1960-хгодах? Â это время буры, хоть и составляли меньшинство населения, но они бесспорно занимали доминирующее положение в системе власти и в экономической жизни этой страны? Или можно ли отнести к категории меньшинств русских в Казахстане, если по численности они сопоставимы с казахами ( а до недавнего времени являлись даже численно наибольшей этнической группой в этой республике), но по своему политическому положению мало чем отличаются от меньшинств?

Проблема определения национальных меньшинств в России, выглядит еще более запутанной, чем в общей мировой практике. Главная трудность связана с особенностью России, как федеративного государства, построенного в определенном отношении по нациолнально-территориальному признаку, поэтому одни и те же этнические общности могут иметь или не иметь основные признаки национальных меньшинств, в зависимости от места их проживания. Например, чуваши, проживающие в Москве по всем признакам могут быть отнесены к этническим меньшинствам, в отличии от чувашей, проживающих в Чувашии, т.е. у себя на родине, в своей республике. Здесь они составляют большинство, занимают ключевые позиции в системы республиканской власти на всех ее уровнях, доминируют в экономической и культурной жизни республики. Отмечу, что статус республики в составе Российской Федерации боле высокий, чем у обычной национальной автономии, поскольку, по Конституции РФ, республики именуются государствами, имеющими свои конституции и гражданства.

Учитывая все это в современной российской научной традиции, и в практике государственного управления, скажем в документах российского министерства по делам национальностей понятие меньшинства обычно связывают с признаками проживания части некоего народа, в инонациональной среде за пределами территории его традиционного этнического расселения, а главное за пределами своего государственного образования. Так, в подготовленных министерством по делам национальностей материалах к одному из проектов Закона Российской Федерации “О национальных меньшинствах Российской Федерации” дается следующее определение национальных меньшинств: “национальными меньшинствами” в Российской Федерации признается часть народа, проживающая за пределами его национально-государственного или национально-территориального образования, в инонациональной среде и сохранившая национальное самосознание, язык, культуру, традиции и другие этнические особенности этого народа»².

В соответствии с этой концепцией, которую я разделяю в значительной мере, в Российской Федерации выделяются три основные группы меньшинств. Первую группу составляют граждане, принадлежащие к национальностям, не имеющим своих государственных или национально-территориальных образований ни в составе российской Федерации, ни за ее пределами. К меньшинствам этой группы, могут быть отнесены: ассирийцы, белуджи, гагаузы, дунгане, караимы, цыгане и некоторые др. Общая численность меньшинств данной группы составила по данным переписи 1989 составляла 186 тыс. человек, а их доля в населении Федерации была лишь немногим более 0,1 %.

Вторую группу образуют граждане, принадлежащие к национальностям, проживающим в Российской Федерации, имеющим свои национально-государственные образования за ее пределами. К меньшинствам этой группы относятся: азербайджанцы и американцы, белорусы и болгары украинцы и др. Это самая многочисленная группа меньшинств, насчитывающая 9088 человек или 6,2 % населения Российской Федерации.

В третью группу входят граждане, принадлежащие к национальностям, имеющим свои национально-государственные или национально-территориальные образования в составе Российской Федерации (республики, автономную область, автономные округа), но проживающим за их пределами. К меньшинствам этой группы, в соответствии с данными переписи 1989 г., относятся: аварцы, агулы, адыгейцы, алтайцы, балкарцы, башкиры, буряты, даргинцы, долганы, евреи, ингуши, кабардинцы, калмыки, карачаевцы, карелы, коми, коми-пермяки, коряки, кумыки, лакцы, лезгины, манси, марийцы, мордва, ненцы, ногайцы, осетины, рутульцы, табасараны, татары, тувинцы, удмурты, хакасы, ханты, цахуры, черкесы, чеченцы, чуваши, чукчи, эвенки, якуты и другие. При этом, говоря о меньшинствах, речь идет лишь о тех представителях этих национальностей, которые живут за пределами своих государственно-территориальных образований в Российской Федерации. Общая численность меньшинств данной группы составила 7944 тыс. человек, или 5,4 % всего населения Российской Федерации.

Численность национальных меньшинств в целом составляет 17218 тыс. человек (11,7 % всего населения Российской Федерации).

Весьма дискуссионным является вопрос: можно ли относить граждан, принадлежащих к русскому народу и проживающих на территории республик в составе Российской Федерации, к национальным меньшинствам? В дискуссиях чаще высказывается мнение, что русский народ в России, республики которой не являются независимыми государствами не может считаться национальным меньшинством. Любопытно, что это мнение разделяют разные, а в чем-то даже противоположные по своим взглядам, политические силы.

Так, русские националисты ( партия Жириновского, «Российское национальное единство», «Черная сотня» и др.) не только признают, но и зачастую утрируют реальность фактического отчуждения русских от управления в ряде республик Российской Федерации, объявляя все эти случаи политической дискриминацией. Тем не менее они считают унизительным юридическое признание национальным меньшинством народа, интересы которого они якобы защищают. Основным средством устранения дискриминации русских (реальной или мнимой) они считают ликвидацию национальных республик в составе России и установление единообразного административного деления страны, которая должна быть поделена на губернии как во времена Российской империи.

Лидеры национальных движений нерусских народов в республиках, также не допускают даже мысли о том, что этническое большинство страны может быть юридически признано национальным меньшинством. Их аргументы просты и понятны. Русские является большинством в составе всего федеративного государства, они доминируют в федеральных органах власти, которые, в свою очередь, имеют многочисленные рычаги воздействия на власти республиканские, поэтому реальный уровень политической защиты у этой этнической общности потенциально может быть выше, чем у любой другой. С этим трудно спорить, однако российское государство пока ни разу не демонстрировали желания применить власть для защиты прав и законных интересов какой-либо этнической общности, в том числе и русских, поэтому заметны реальные признаки неблагополучия в условиях жизни русских как этнической общности в ряде республик Российской Федерации.

Объективные условия жизни и самоощущения русского населения в республиках Федерации могли бы улучшиться, если бы их статус был бы определен законодательно. Пока что правовое положение русских в Российской Федерации не обозначено ни в одном из государственных документов, ни в конституциях страны и входящих в нее республик, ни в конституционных законах, ни в Федеративном договоре.

В отношении второй по численности этнической общности России — украинцев, на первый взгляд не возникает вопросов об определении их в качестве национальных меньшинств и, как уже было сказано, мы даже отнесли их к определенной (второй) классификационной группе. Однако большинство украинцев в России не подходят под определение таких меньшинств поскольку не демонстрируют особое этническое самосознание, как правило не отличают себя от русских, являются русскоязычными и не стремятся перейти на украинский язык.³ Из 4,36 млн. украинцев, которые по данным переписи 1989 г. проживали в России, лишь 42,8 % считали родным языком украинский. Особенно заметна утрата признаков украинской этнической самобытности у украинцев, живущих в городах России. Предпринимавшиеся неоднократно попытки открыть украинские школы в Москве, Санкт-Петербурге и в других крупнейших городах не увенчались успехом. Несмотря на значительную государственную поддержку организаторы таких школ не смогли набрать желающих обучаться даже для наполнения одного класса.⁴ В то же время сохранения традиционно украинского культурного своеобразия неодинакова в разных регионах России. Некоторое представление об этом можно получить из данных таблицы 1.

Таблица 1

Б.К.Святкин

ПРЕСТОЛОНАСЛЕДНИК

Москва-2014

ОТ АВТОРА

Вы узнаете правду о тех, кто творил историю, и о событиях, которые происходили на самом деле, а не в пересказах лживых историков и средств массовой информации, подкупленных, запуганных или на самом деле ничего не знающих.

В книге используются исследования, теории и гипотезы российских и зарубежных писателей, учёных и общественных деятелей, в том числе материалы Либерально-Демократической партии России. Я уважаю Председателя ЛДПР В.В.Жириновского и разделяю его взгляды. Кроме того, мой зять, большой почитатель В.В.Жириновского, принял самое активное участие и в написании моей книги.

Ему она, собственно, и посвящена как прямому правнуку Николая II и, следовательно, главному претенденту на российский престол. Родство моего зятя с великим Царём подтверждено генетически. Да и внешнее сходство совершенно очевидно.

Не удивляйтесь, если не слышали о нём. В его семье было принято тщательно скрывать эту тайну. Её раскрытие в советской стране грозило заключением под стражу и даже смертью. Однажды мой зять, будучи ещё молоденьким сотрудником Гостелерадио СССР, решил отпустить усы, чтобы выглядеть чуточку постарше. Встретив его в коридоре, секретарь партбюро удивлённо воскликнул: «Ты очень похож на Николая II!» Усы пришлось немедленно сбрить.

Дедушка моего зятя, родившийся в 1901 г., был сыном фрейлины и Императора Николая II, о чём имеются соответствующие документы.

Это была не случайная связь, а государственная необходимость: Царю и Отечеству нужен был наследник, а у Царицы Александры Фёдоровны в то время рождались только девочки.

Спустя несколько лет после этих событий родился сын и у Александры Фёдоровны – Цесаревич Алексей. Что с ним было дальше, вы знаете. Цесаревич страдал неизлечимой и смертельно опасной болезнью – гемофилией. А в 1918 г. он был убит большевиками вместе с отцом, матерью, сёстрами и почти всеми родственниками.

Но другой наследник (дедушка моего зятя) ещё в 1914 г. (с началом первой мировой войны) был переправлен в Бессарабию, город Бендеры.

Впрочем, как я уже сказал, книга не столько о моём зяте и его царственных родственниках, сколько о современном мире, о котором сложилось чересчур искажённое представление очень у многих людей, обманутых политиками, историками и средствами массовой информации.

Конечно, трактовка исторических событий в книге может многим показаться необычной и не совпадающей с общепринятой. Но у неё своя логика. И доказательства – достаточно веские.

Гегель говорил, что свобода – это познание необходимости.

Чем больше вы знаете, тем вы свободней от обмана, с помощью которого вами управляют против вашей воли.

Читайте, спорьте, но расширяйте свой кругозор и перестаньте смотреть на мир чужими глазами!

ОБО МНЕ

И скажу вам, не тая,

Незнакомец – это я.

Но сначала позвольте мне рассказать вам о себе. Ведь, наверно, вы обо мне ничего не знаете? А мне бы хотелось, чтобы вы доверяли мне.

Родился я, Святкин Борис Константинович, 9 октября 1926 г., в городе Саратове, в семье врача Святкина Константина Григорьевича. Мой отец был младшим среди своих братьев.

Интересная деталь: средний его брат, мой дядя Ваня, в молодости работал кучером и возил Илью Николаевича Ульянова (отца В.И. Ленина), который тогда уже был действительным статским советником, инспектором училищ Симбирской губернии.

Мой папа познакомился с моей мамой при забавных обстоятельствах. В Саратове, на Панкратьевской улице при Советской власти установили электрический фонарь, на котором студенты приспособили полку-скамейку. На неё студенты забирались и читали конспекты лекций при свете фонаря. Там, возле этого фонаря мой отец, будучи студентом, и познакомился с моей матерью, Юлией Святославовной Рассветовой. Она была дочерью священника – протоиерея отца Святослава Рассветова, приход которого был в городе Балашове Саратовской области.

То есть я внук того самого протоиерея Рассветова, который стоял у истоков создания патриотической организации Союз Русского народа.

Будучи сыном сельского врача и внуком протоиерея, я принадлежу к немногочисленной группе россиян, которых можно назвать потомственными русскими интеллигентами. Немногочисленной потому, что большая часть русской интеллигенции была вырезана большевиками.

Личностный смысл принято определять как «индивидуализированное отражение действительного отношения личности к тем объектам, ради которой развёртывается её деятельность, осознаваемое как «значение-для-меня» усваиваемых субъектом безличных знаний о мире, включающих понятия, умения, действия и поступки, совершаемые людьми, социальные роли, ценности и идеалы.

Таким образом, смысл – это выражение отношения субъекта к явлениям объективной действительности, изменениям окружающего мира, собственной деятельности к поступкам других, к результатам творчества, к красоте окружающего мира.

Стремление человека к смыслу выступает одной из важнейших потребностей человека, удовлетворение которой определяется способность взять на себя ответственность, верой в собственную способность осуществлять контроль над своей судьбой.

Ключевым показателем наличия личностного смысла является осмысленность жизни.

Осмысленность жизни определяется как осмысленность прошлого, настоящего и будущего, как наличие цели в жизни, как переживание индивидом онтологической значимости жизни. Осмысленность жизни является необходимым и достаточным условием развития гармоничного человека, непрерывно и творчески развивающейся личности

В своем теоретическом здании Франкл выделяет три основные части: учение о стремлении к смыслу, учение о смысле жизни и учение о свободе воли

Сергей Лабанов, Москва

23 ноября исполняется 205 лет со дня рождения русского публициста, редактора, историка и идеолога патриотического, монархического направления мысли, одного из создателей знаменитой триады “Православия. Самодержавия. Народности” М.П. Погодина (1800-1875). В сегодняшнем лишённом твёрдых нравственных ориентиров обществе, существует потребность выработки устойчивой национальной идеологии. В этом отношении фигура М.П. Погодина представляет для нас особый интерес.

К сожалению, до последнего времени имя Погодина предаваема забвению. До сих пор не изданы его основные сочинения, как публицистического, исторического характера, а также стихи, драмы и историческая проза. Но кроме этого, он сегодня нам интересен как идеолог русского национального развития, выразившего суть национальной идеи.

Он родился в семье крепостного, управляющего Московскими домами П.А. Салтыкова, отпущенного им на волю в 1806 году. Первое образование получил дома, выучившись грамоте у домашнего писаря. С 1814 г. – в Московской губернской гимназии. Окончив гимназию первым студентом, поступил на словесное отделение Московского университета (1818), где наибольшее влияние на него оказали проф. Р.Ф. Тимковский, И.А. Гейм и особенно А.Ф. Мерзляков.

Интерес к немецкой литературе стимулировал и сближение его с Ф.И. Тютчевым. Сам Ф.И. Тютчев в меру своих сил помогал становлению таланта Погодина. Дружба с Тютчевым способствовала сближению с его литературным наставником С.Е. Раичем, пригласившим его в декабре 1822 года в своё литературное общество. Кроме этого, он вместе с Тютчевым входил в общество любомудров и активно участвовал в нем.

Здесь он знакомится с московской литературной молодёжью и в частности с С.П. Шевырёвым, В.П. Титовым, которые вводят его в круг философско-эстетических интересов любомудров. При этом Погодин тяготеет к «шеллингианскому» крылу общества, воспринимая идеи немецкого философа применительно к эстетике и теории истории у И. Бахмана и Ф. Аста и оставаясь чуждым натурфилософии Ф. Шеллинга.

В конце 1825 года Погодин составил литературный альманах «Урания. Карманная книжка на 1826 г.» (1825), который призван был стать «Московским ответом» на декабристскую петербургскую «Полярную звезду» А.А. Бестужева и К.Ф. Рылеева. Погодину удалось привлечь к сотрудничеству А.Ф. Мерзлякова, Ф.И. Тютчева, Е.А. Боратынского, П.А. Вяземского, доставившего ему стихотворения А.С. Пушкина. Однако основу составили участники сборника и московские любомудры, т.е. здесь впервые был представлен круг литературных имён и эстетических устремлений, который характеризовал московскую литературу 1820-30-х годов.

Начиная с 1827-30-х годов, издавал журнал «Московский вестник», куда привлёк А.С. Пушкина. Несмотря на формальный неуспех, «Московский вестник» явился выражением круга идей, складывающихся в 20-е годы среди молодого поколения московских литераторов – своеобразного «московского романтизма», восприняв парадигму немецкого романтизма литературной теории и философии. Роль исторических материалов определялась шеллингианским пониманием истории как науки «самопознания» человечества и романтизма. Интересом к национальной истории программный характер имели «исторические афоризмы и вопросы» Погодина (1827), определившие его шеллингианские увлечения и стремление к философской «теории истории».

Без всякого сомнения, Погодин был одним из лучших и глубоких русских мыслителей, хранящих и развивающих наше русское своеобразие, и ставший вместе с Ф.И. Тютчевым одним из ярких выразителей русской имперской идеи.

По своему происхождению он являлся сыном крепостного крестьянина и, подобно своему тёзке М.В. Ломоносову, Михаил Петрович приехал в одну из столиц в поисках знаний. В 1841г. избран действительным членом Петербургской Академии наук. Творчество Погодина исключительно многогранно. Он автор ряда капитальных исторических трудов, исторической драмы «Марфа Посадница», ряда повестей, литературно-критических и других работ.

В центре интересов Погодина — исторические занятия. В начале 1830-х годов он сотрудничает в изданиях Н. Надеждина «Молва» и «Телескоп», помещая здесь помимо повестей и очерков разные заметки, а также статьи на актуальную польскую тему. По мысли Погодина, исполненная смуты и «безначалия» история Польши доказывает необходимость русского господства, однако вывод о важности изучения и популяризации польской истории, языка делал его позицию неоднозначной. В позиции Погодина отразились, видимо, также разговоры с А.С. Пушкиным.

Главную задачу истории Погодин видел в том, чтобы она сделалась «охранительницею и блюстительницею общественного спокойствия». В публицистике 1830-х — начала 1850-х годов он твёрдо стоял на патриотических и консервативных традициях. Михаил Петрович вошёл в историю русской общественной мысли как сторонник идеологии официальной народности, представленной триединой формулой «Православие. Самодержавие. Народность», а также принимал активное участие в разработке данной теории.

Мировоззрение Погодина было очень эклектичным, в отдельных своих элементах попросту противоречиво несоединимым. В целом же его можно назвать демократическим монархистом. Выйдя из народа, болея за народ, мечтая об его освобождении от крепостного рабства и, с другой стороны, будучи совершенно чуждым аристократической элите и дворянской спеси, он тем не менее не был либералом и революционером. Подобно славянофилам, он развивал идею о добровольном призвании народом правителей (придерживался варяжско-норманской теории относительно первых русских князей), но если славянофилы подчёркивали, что народ, отдав власть, оставлял себе силу общественного мнения и совета, то Погодин, во многом также как и Ф.И. Тютчев, этот принцип забывал и полностью погружался в деятельность властей государства.

Значительная роль в разработке теории официальной народности принадлежала молодому Погодину. Кровная связь с народом и глубокое понимание русского Православия сделала русскую национальную идею особенно ему близкой. Представление об особом характере русской истории в сравнении с европейской было сформировано им в лекции, прочитанной им при товарище министра народного просвещения С.С. Уварова и полностью им одобренная.

Погрузившись в изучение русских летописей, Погодин убедился в глубоком отличии хода отечественной истории от западноевропейской. К подобным же мыслям пришёл и Ф.И. Тютчев, находясь в это время на Западе на дипломатическом поприще. В одном из своих выступлений, носящих во многом официальный характер, Погодиным была выражена суть русской народности. Вот как Погодин объяснял причину отсутствия в России законов и учреждений, подобных западноевропейским: «… Всякое постановление должно непременно иметь своё семя и свой корень … пересаживать чужие растения, как бы ни были они пышны и блистательны, не всегда бывает возможно или полезно».

Принятие Православия, развивающего «особую сторону веры», и добровольное «призвание варягов», положивших, в отличие от завоевания на Западе, начало русской государственности, предопределили специфический характер отношения верховной власти к нации и её роль во всех сферах жизни, в частности национальном просвещении.

По ряду вопросов (самостоятельность русского исторического процесса, роль Православия и некоторых других) взгляды Погодина были близки к воззрениям славянофилов.

Его воззрения были проникнуты идеей провиденциализма. Отечественная история представала наглядным примером руководящей роли Божественного промысла. Отечеству предрекалась блистательное будущее, при этом отмечая, что Россию ведёт «перст Божий … к какой-то высокой цели». Особое значение придавалось этническому единству населения империи, говорящего одним языком и исповедующего одну веру.

Идеи официальной народности Погодин пропагандировал и в дальнейшем — как в лекциях, так и на страницах печати. Однако, придерживаясь консервативных взглядов на государственное устройство России, учёный в то же самое время был убеждённым сторонником отмены крепостного права, и свою приверженность самодержавию основывал прежде всего на просветительской миссии, которую с ним связывал. И в этой связи позиции как М.П. Погодина, так и Ф.И. Тютчева стали предтечей учения о народной монархии, главным разработчиками которой позднее стали Л.Н. Тихомиров, В.В. Розанов, М.О. Меньшиков, И.А. Ильин, и, конечно, И.Л. Солоневич.

Важная составляющая историко-политической концепции Погодина — представление об общеславянских корнях русской истории и культуры, предопределившее сочувствие идеям «славянского возрождения» и формирование панславистских взглядов. Совершив в 1835 году поездку по Германии, побывав в Вене, он предоставил С.С. Уварову «Отчёт», в котором сообщал новости научной жизни Германии и рассказывал о встречах с «деятелями славянского возрождения» — В.Ганкой, Шафариком, В.Караджичем. Славянская тема становится значительной частью литературно-общественной деятельности Погодина.

Наконец, в последующем отчёте министру просвещения о новом заграничном путешествии 1839 года, им впервые была сформулирована новейшая панславистская доктрина. Дав очерк положения славян и Австрии, историк наметил программу славянского культурно-языкового «сближения», дополнив её политическими предположениями — о необходимости изменения политики в отношении Австрии и объединения славян под скипетром России.

После путешествия 1839 г. Погодин окончательно решился на издание «Москвитянина», получив «благословение» Жуковского и одобрение Гоголя, а официальное дозволение — благодаря поддержке С.С. Уварова (при активном участии ещё одного разработчика концепции официальной народности и друга юности С.П. Шевырёва). Название и концепция журнала отражали «москвофильские» взгляды Погодина.

В этом журнале Погодиным продолжалось пропагандирование идей официальной народности. Руководящие «Москвитянином» профессора-гуманитарии вдохновлялись мыслью о самобытности России, русской истории, русской народности и, протестуя против преклонения Западу, в полемическом порыве нередко переходили к преувеличениям и односторонностям.

К религиозному и политическому вольномыслию Погодин, также как и Ф.И. Тютчев относился отрицательно. Свидетельство тому — его записки «Месяц в Париже» (1841, №№1-3). Здесь та же неприязнь к революциям и «мятежникам», к новой французской литературе, то же негодование и недоумение по поводу допускаемой в стране свободы слова и неуёмного свободолюбия французов, для которых «всякая власть … есть уже личное оскорбление». Все эти идеи позднее выразились и у Ф.И. Тютчева в его социально — политических статьях и незавершённом трактате «Россия и Запад», а также в эпистолярном наследии поэта.

Погодина и Тютчева современники нередко относили к славянофилам. И действительно, между ними имелось немало общего. В славянофильстве ощутимы заметные консервативные элементы: приверженность национальным русским традициям, Православию, патриархальным нравам, монархии (в форме идеала земского царя), отрицательное отношение к рационализму и вообще характеру западноевропейского просвещения. Однако они оба во многом шире, чем ранние славянофилы, смотрели как на русскую историю в целом, так и на современные события (в частности это отразилось на более объективном отношении Ф.И. Тютчева и М.П. Погодина на неоднозначные и противоречивые деяния Петра I).

В большей же степени, взгляды Погодина во многом совпадали со взглядами Ф.И. Тютчева в 50-х годах. В период Крымской войны им были написаны «Историко-политические письма и записки в продолжение Крымской войны 1853-56». Особенно популярным оказалось его письмо «Взгляд на русскую политику в нынешнем столетии», где он резко критиковал лигитимисткий принцип русской политики. Данное письмо определялось тем, что в нём (наряду с политическими статьями Тютчева) отчётливо сформулирован тезис о противоположности интересов Европы и России как представительницы восточного русско-славянского мира. Первоначальное негодование, которое было у Тютчева сразу после Крымской войны, эмоционально выплеснулось в эпитафию на смерть Николая I. Однако, после общения с М.П. Погодиным, сам Тютчев приходит к мысли о том, что сам царь явился жертвой обмана и изменой со стороны его окружения.

В целом его взгляды на общественно-политическую ситуацию менялись в зависимости от складывающейся в стране обстановки. Начало военного столкновения вызывает патриотическое воодушевление Погодина, однако неудачи русской армии и неодобрительные отзывы Николая I о его письмах меняют их тематику. Так, в письме «О влиянии внешней политики на внутреннюю», резко критикующем «охранительное направление текущего царствования, которое, не учитывая особенностей национальной истории и национального характера и препятствуя русскому самобытному просвещению, лишь усиливает бюрократические «язвы», единственным лекарством от них Погодин провозглашает гласность. Позднее позиция мыслителя приходит в противоречие с официальной внешней политикой, терпят неудачу неоднократные попытки публикации политических писем в 1856 — 58 г.г. Эти письма оказались очень радикальными и по тональности, и по существу. В них Погодин глубоко страдает «о народе, который трудится, проливает кровь, несёт все тягости».

Он рисует страшный образ России, «алчущей, жаждущей, тоскующей, не знающей, что делать с своими силами, расточающей блудно Божии дары…». Причиной такого положения Погодин видит «ложный страх иметь западную революцию!». В этой связи он прямо говорит о том, что «Миробо для нас не страшен, но для нас страшен Емелька Пугачёв; Ледрю-Роллен со всеми коммунистами не найдут у нас приверженцев, а перед Никитою Пустосвятом разинет рот любая деревня».

Камня на камне не оставляет Погодин от внешней политики Николая I и Нессельроде. Он, также как и Ф.И. Тютчев, обличает «проавстрийскую» ориентацию кабинета, политику «жандарма Европы», вследствие которой «народы возненавидели Россию… и с радостью ухватились теперь за первый открывшийся случай сколько-нибудь поколебать её».

Кроме этого, Погодин прямо призывает к отмене крепостного права, высказывая знаменитый аргумент, прозвучавший позже в речи Александра II к московскому дворянству («лучше произвести освобождение сверху, чем оно произойдёт снизу»). Подтверждением этой тревоги служит такое его высказывание: «Явись в какой-нибудь Архангельской или Вологодской глуши Шамиль, Пугачёв или Разин, — он может пройти, проповедуя триумфальным маршем несколько губерний и наделает правительству больше хлопот, чем бунт Екатерининского времени…». Видимое «спокойствие» народа обманчиво: «Невежды славят её, России тишину, но эта тишина кладбища, гниющего и смердящего физически и нравственно… Такой порядок поведёт нас не к славе, не к счастью, а в пропасть!». И тут же — требование материального прогресса («учреждение железных дорог»), скорейшего развития образования, непременной гласности («лекарство, которое под угрозою казни запрещала нам западная наша политика»). Тут же — осознание необходимости «перестроить государственный механизм и избавиться от большой части аппарата.

Погодин, работая над «Письмами», по собственному признанию, «думал, что наконец наступило время исполнения самых задушевных, заветных надежд», и потому неизменно посылал каждый из вновь написанных антиниколаевских памфлетов… к императорскому двору! И там они были одобрены: в ноябре 1854 года Погодин, находясь в Петербурге, дважды удостоился аудиенции наследника (через два месяца ставшего Александром II).

Опубликованные по совету Тютчева за границей «Письма и статьи о политике России в отношении славянских народов» в 1858 году вызывают резкое недовольство властей, а статья «Прошедший год в русской истории» стала причиной закрытия газеты «Парус».

Также как и М.П. Погодин, Ф.И. Тютчев осознаёт взаимосвязь внешней политики с внутренней, а также глубже воспринимает неизбежность поражения подобной политики К.В. Нессельроде и его окружения, несмотря на все жертвы русского народа.

В своих статьях русский историк и мыслитель Погодин исходил из необходимости учёта неповторимой самобытности, образа жизни, культуры русского и других славянских народов. Погодин считал, что в основе русской истории по существу лежит «вечное начало, русский дух».

Творчество М.П. Погодина было преисполнено славянской соборностью, то есть чувством и сознанием духовной взаимности достойных свободы и единства братьев-славян. «Мы любим славян, но и они любят нас, вот и всё: политике сюда и нечего соваться», — восклицал учёный. Поэтому Михаил Петрович многократно призывал славян к взаимному согласию.

Исключительная широта круга интересов, деятельности, знакомств превращают его в одну из центральных фигур русской литературной и общественной жизни середины XIX-го века, а его архив — в своеобразную энциклопедию этой замечательной на таланты эпохи в России.

Список литературы

1) М.П. Погодин. Собр. соч. Т.1-5. – М:1872-1876.

2) М.П. Погодин. Исторические афоризмы. – М:1836.

3) М.П. Погодин. Взгляд на русскую историю. // Учёные записки Московского ун-та, Ч.1 №1. 1833.

4) М.П. Погодин. Письма и статьи о политике России в отношении славянских народов и Западной Европе. Ч. 1-3. – Париж, 1860-61.

5) М.П. Погодин. Историко-критические отрывки. – М:1848.

6) М.П. Барсуков. Жизнь и труды М.П. Погодина. Кн. 1-22 (неоконченное) – Сп-б:1888-1910.

7) Б.Ф. Егоров. А.А. Григорьев. – М:2000 (о М.П. Погодине С. 24-26).

8) К.Н. Бестужев-Рюмин. Биографии и характеристики. – М:1882.

9) Русские писатели. 1800-1917. Словарь. Т.4. – М: 1999.

10)Русское мировоззрение. Словарь. – М:2003.

11)Русско-славянская цивилизация. – М:1998.

12)В.О. Ключевский. М.П. Погодин. Собр. соч. в 9 т. Т.7. – М:1989.

13)Ф.И. Буслаев. Погодин как профессор. – В его книге «Мои досуги», ч.2. – 1886.

14)Д. Языков. М.П. Погодин. – М:1901.

(ПО МАТЕРИАЛАМ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ)

Д. Пототня, Дурова,

Пермский государственный университет

Семья является одним из фундаментальных институтов общества, придающих ему стабильность и обеспечивающих воспроизводство населения в каждом следующем поколении. Одновременно семья является и малой социальной группой – самой сплочённой и стабильной первичной клеточкой социального организма. Любые проблемы экономического, политического и иного содержания, возникающие в обществе, мгновенно отражаются на семье. Застойные явления 1970-х гг., перестроечные процессы 1980-х гг., кардинальные перемены в политической и экономической сферах российского общества в 1990-х гг. вызвали кризисные явления в современной российской семье, что заставило социологов придти к выводу об отмирании института брака и кризисе института семьи. В связи с произошедшими переменами в системе ценностей современного человека и большей свободой в самореализации и самовыражении изменяется и отношение россиян к институту семьи. Любое общество, рассматривая семью как одну из главных жизненных опор, особенно обеспокоено возможностью ее если не разрушения, то деформации, которые могут привести к непредсказуемым последствиям для его будущего. Поэтому необходимо выяснить значение семьи для современной молодёжи, в частности, для студентов как более передовой её части.

Весной 2010 г. было проведено социологическое исследование, главной целью которого было выявление отношения студентов к браку, поскольку сновой семьи является брак. Опрашивались студенты Пермского Госуниверситета методом раздаточного анкетирования. Выборка составила 114 человек в возрасте от 17 до 23 лет и включала 48 юношей и 21 девушку, обучающихся на естественных факультетах, и 24 девушки и 21 юношу с гуманитарных специальностей. Предполагалось, что формирование представлений студентов о своей будущей семье обусловлено особенностями половозрастных характеристик опрашиваемых, влиянием ориентационной семьи, а также принадлежностью студента к гуманитарным или техническим специальностям.

Полученные в результате опроса данные позволили сделать ряд выводов.

1. В системе личных ценностей молодые россияне карьеру ставят выше, чем семью. Однако опрос пермских студентов показал, что почти 90% опрошенных ценят семью больше карьеры.

2. Не выявлены половые различия среди студентов по вопросу о ценности семьи. Семья является ценностью в равной степени, как для пермских девушек, так и для юношей. Хотя в России наблюдается тенденция раннего и более активного вступления женщин в брачные отношения, как в юридически оформленные (10,1% мужчин против 19,7% женщин), так и в сожительства (соответственно 7,1% против 12,4%) (4), что свидетельствует о том, что для девушек ценность семьи более актуальна.

3. Результаты опроса показали, что студенты гуманитарных специальностей имеют более чёткое представление о своей будущей семье, нежели студенты технических специальностей, а более взрослые студенты чётче представляют себе образ будущей семьи в отличие от студентов младших курсов. И те, и другие отдают предпочтение неолокальному типу семьи.

4. Несмотря на широкое распространение фактических браков, большая часть опрошенных студентов (79,8%) предпочитает официально зарегистрированный брак. За так называемый гражданский брак высказались немногим более 20% опрошенных. В то же время следует отметить, что полученные данные отличаются от российских: по результатам исследования 1964 г. гражданские браки оправдывали 45,0%, а в 1995 г. — 70,0% опрошенных студентов(3).

5. Большинство опрошенных студентов считают приемлемыми разводы, но 86,8% считают для развод очень нежелательной мерой.

6. Уровень общественных условий для создания будущей семьи большинством студентов (68,4%) определяется как неприемлемый.

7. Большинство опрошенных студентов, а именно 70,2%, полагают, что ориентационная, т.е. родительская семья повлияла на их отношение к семье лишь частично, не указывая чёткой положительной или отрицательной оценки этого влияния.

Таким образом, результаты проведенного исследования показали, что из 114 опрошенных студентов в возрасте от 17 до 23 лет примерно каждый пятый не представляет себе свою будущую семью, а 7% вообще не могут определиться, хотят ли они иметь её. Не задумываются пока о том, какую семью они хотели бы иметь в будущем 17,5%; 10,5% не думали над тем, сколько детей они хотели бы иметь. Итак, можно сделать вывод о том, большинство опрошенных студентов серьёзно подходят к вопросу семьи и брака.

Список литературы:

1. 
   Социология: Учебник / Под ред. проф. Ю.Г. Волкова. –М.: Гардарики, 2005.
   

2. 
   Общая социология: Учеб. пос./ Под общ. ред. проф. А.Г. Эфендиева. – М.: ИНФРА-М, 2002.
   

3. 
   Голод С.И. XX век и тенденции сексуальных отношений в России. / СПб: Изд-во «Алетейя», 1996.
   

4. 
   Долбик-Воробей Т.А. Студенческая молодежь о проблемах брака и семьи. / «Социологические исследования» , 2003, № 11.
   

5. 
   Харчев А.Г. Социология семьи: проблемы становления науки.- Перепеч. с изд. 1979 г. –М.: ЦСП, 2003.
   

6. 
   http://www.perspektivy.info/rus/nashe/stud_molodezh_o_problemah_braka.htm
   

http://www.isras.ru/Sociologicalmagazine.html

Предмет культурологии. Основные понятия и определения культуры. Материальная и духовная культура.

Культурология возникла в 20 веке, да этого она развивалась в рамках философии.

Культурология:

Теория культуры (философия культуры)

Мировая художественная культура (история культуры МХК)

В отличие от философии Культурология оперирует не только абстрактными понятиями, но, прежде всего артефактами (все что искусственно сделано) – все вещи, процессы, предметы, созданные человеком. Предметом культурологии является культура в единстве и уникальности различных культурных миров происходящих в них процессов. Актуальность культурологии в том, что:

1. возросла роль сферы обслуживания (сервис, менеджмент).

2. сегодня основным фактором является профессионализм и нравственность .

3. общество становится более открытым, демократичным.

Сейчас существует около 500 толкований культуры. Культура (с лат.) – обрабатывать, возделывать (почву). Впервые термин «культура» встречается в произведениях римского философа Цицерона ( 45 г. До н. э.). В 18 веке термин «культура» приобрел элитарный характер и означал цивилизованность. Современный смысл термина «культура» приобрел только в 20 веке и утратил прежний элитарный и вообще оценочный характер. «Культура» — это характеристика определенных исторических эпох, народов или наций. «Культура» — это степень умственного и нравственного развития, присущая кому-либо.

«Культура» — это все то, что создано человеком, в отличие от того, что создано природой.

«Культура» — это совокупность материальных и духовных ценностей.

Материальная культура – это вещественные результаты труда человека (артефакты) – дома, предметы быта, одежда.

Духовная культура – мифы, религия, искусство, литература, наука обряды, обычаи, традиции.

Сегодня происходит все большая интеграция материальной и духовной культуры. Психоаналитическая концепция разработана в первой половине 20 века Зигмундом Фрейдом. Сущность ее в том, что культура – продукт сублимации (с лат. возвышаю) сексуальной энергии человека, переключение сексуальной энергии на более высокий социальный уровень. Религиозная концепция разработана Павлом Флоранским и Николаем Бердяевым. По ней культура сформировалась из первоначальных культов – захоронение предков стало осознанием смерти и желанием преодолеть ее. Игровая концепция основана Хёизингой – «Человек играющий». По ней: игра старше культуры и сопровождает ее всегда.

Функции культуры:

— человеко — творческая или гуманистическая

— трансляция социального опыта

— познавательная (гносеологическая)

— регулятивная (нормативная)

— семиотическая или знаковая

— ценностная или аксиологическая

— познавательная

— функция исторической преемственности

— коммуникативная

— интегративная

— социализирующая

— компенсаторная

— релаксационная

Морфология (структура) культуры.

Социальная культура:

1. 
   Хозяйственная культура
   

2. 
   Правовая культура
   

3. 
   Политическая культура
   

Культура познания мира:

1. 
   Научная культура
   

2. 
   Религиозная культура
   

3. 
   Художественная культура
   

Культура коммуникаций:

1. 
   Культура СМИ
   

2. 
   Информационная культура
   

3. 
   Культура образования
   

Культура реабилитации:

1. 
   Сексуальная культура
   

2. 
   Культура физического развития
   

3. 
   Медицинская культура
   

4. 
   Культура отдыха, релаксации.
   

Типология культур:

по отношению к религии

1. Религиозные (отношение человека к Богу);

2. Светские

— религиозная принадлежность

— этническая культура

— принадлежность к историческому типу общества

— хозяйственный уклад

— сфера деятельности

— связь с территорией

1. Сельская

2. Городская

— по уровню мастерства

Уровни и виды культуры:

1. 
   Народная культура
   

2. 
   Массовая культура
   

3. 
   Элитарная культура
   

4. 
   Субкультура и контркультура
   

Вариант 1

Познание – это процесс деятельности человека, основным содержанием которой является отражение объективной реальности в его сознании, а результатом – получение нового знания об окружающем мире.

Виды познания:

• 
  Обыденное
  

• 
  Научное
  

• 
  Философское
  

• 
  Художественное
  

• 
  Социальное
  

В процессе познания участвуют:

• 
  Субъект познания – это познающий человек, наделенный волей и сознанием; все общество.
  

• 
  Объект познания – это познаваемый предмет; весь окружающий мир.
  

Ступени познания:

1. 
   чувственное (сенситивное) познание. Человек получает информацию с помощью органов чувств.
   

1.1 Ощущение- отражение отдельных свойств и качеств предметов окружающего мира, которые непосредственно воздействуют на органы чувств;

1.2 Восприятие- формирование целостного образа, при помощи непосредственно воздействую­щих на органы чувств предметов и их свойств;

1.3 Представление — такая форма познания, при которой чувственное отражение (чувственный образ) предметов и явлений сохраняется в сознании, что позволяет воспроизводить его мысленно и в том случае, если он отсутствует и не воздействует на органы.

2. Рациональное познание (с помощью мышления)

2.1 Понятие представляет собой форму (вид) мысли, которая отражает общие и существенные признаки познаваемых предметов или явлений.

2.2 Суждение — есть форма мысли, в которой устанавливается связь между отдельными понятиями и с помощью этой связи утверждается или отрицается что-либо.

2.3 Умозаключением называется получение новых суждений на ос­нове уже имеющихся с помощью использования законов логическо­го мышления.

Сущность процесса познания является получение как можно более объективного, полного и точного знания об окружающем мире. Различные философские школы по-разному отвечали на вопрос о возможности познания мира и получения истинного знания. Агностики считали, что получить, достоверные знания невозможно, эмпирики — что это можно сде­лать только при помощи ощуще­ний, а рационалисты утверждали, что критерием истины является только разум.

Истина — это соответствие полученных знаний содержанию объекта познания.