Книга известного французского социолога и философа Жана Бодрийяра (р. 1929) посвящена проблемам «общества потребления»

УДК I

ББК 87.66 Б 75

ISBN 5-250-01894-7

Jean Baudrillard

LA SOCIETE DE CONSOMMATION

Ses mythes, ses structures

Paris: S.Y.P.R, 1970

Перевод с французского,

послесловие и примечания

Е. А. Самарской

Бодрийяр Жан

Б 75 Общество потребления. Его мифы и структуры / Пер. с фр., пос-лесл. и примеч. Е. А. Самарской.— М.: Республика; Культурная рево­люция, 2006.— 269 с— (Мыслители XX века). ISBN 5-250-01894-7

Книга известного французского социолога и философа Жана Бодрийяра (р. 1929) посвящена проблемам «общества потребления», сложившегося в высокоразвитых странах Европы к 70-м гг. XX в. Основываясь на богатом экономическом и социологическом материале, Бодрийяр на примере Фран­ции дает критический анализ такого общества с философской, социологичес­кой, экономической, политической и культурной точек зрения. Он выявляет его характерные черты и акцентирует внимание на том влиянии, которое процессы, происходящие в «обществе потребления», оказывают на мораль­ное и интеллектуальное состояние его граждан. Книга написана ярко, образ­но. На русском языке издается впервые.

Адресована читателям, интересующимся современными социальными

процессами и их осмыслением.

ББК 87.66

© Издательство «Республика», 2006 Издательство «Культурная революция», 2006

Большинство французов должны были дождаться мая 1968 г., чтобы узнать, что они живут в «обществе потребления». Амери­канцы узнали это на двенадцать лет раньше, но анализы социологов вродеГэлбрейта* информировали в конечном счете только элиту, и потребовались некоторые политические события — в особенности война во Вьетнаме — для того, чтобы начался более широкий пере­смотр ситуации, выросло ее понимание или, во всяком случае, воз­никли душевные сомнения.

Этот феномен до такой степени трудно очертить, что иногда хочется спросить себя, существует ли он реально, или он изобретен для нужд социальной критики. Реально существуют богатые наро­ды и те, которые скромно претендуют на то, что находятся «на пути к развитию», но речь не об этом: в некоторых очень бедных странах встречаются островки типичного «сверхпотребления» и, наоборот, некоторые государства с относительно высоким уров­нем потребления (например, Германская Демократическая Респуб­лика) не имеют почти никаких черт общества потребления. Линия демаркации проходит в другом месте: Жан Бодрийяр думает, что именно носители информации — СМИ, как сегодня любят выражать­ся, прочерчивают эту линию. В тот момент, когда они сами стано­вятся привилегированными объектами потребления, в момент, ког­да рекламное послание впитывается с наслаждением и в первую очередь, происходит вступление в социально-экономическую органи­зацию, отличную от той, которая существовала до середины XX в. Обществом потребления является то, где не только есть предме­ты и товары, которые желают купить, но где само потребление потреблено в форме мифа.

Трудно отрицать, что речь здесь идет об опасном превращении социального метаболизма, несколько похожем на то, чем является рак для живых организмов: о чудовищном разрастании бесполезных тканей.

Но будь то миф или реальность, позиции и поведение нас, «лю­дей Запада», вот уже в течение нескольких лет так глубоко отме­чены эрой супермаркета, торгового комплекса и рекламного образа, что анализ этого поведения показался интересным, скажем даже необходимым, в рамках такой серии, как «Острие вопроса».

Введение ТОРЖЕСТВО ПРЕДМЕТНЫХ ФОРМ

Да осыпьте его всеми земными благами, утопите в счастье совсем с головой, так, чтобы только пу­зырьки вскакивали на поверхности счастья, как на воде; дайте ему такое экономическое довольство, чтоб ему совсем уж ничего больше не оставалось делать, кроме как спать, кушать пряники и хлопо­тать о непрекращении всемирной истории — так он вам и тут человек-то, и тут, из одной неблаго­дарности, из одного пасквиля мерзость сделает.

Достоевский Ф. М. Записки из подполья

Существует сегодня вокруг нас своего рода фантастическая оче­видность потребления и изобилия, основанная на умножении бо­гатств, услуг, материальных благ и составляющая род глубокой му­тации в экологии человеческого рода. Собственно говоря, люди в обществе изобилия окружены не столько, как это было во все време­на, другими людьми, сколько объектами потребления. Их повсед­невное общение состоит не в общении с себе подобными, а в получе­нии, в соответствии с растущей статистической кривой, благ и по­сланий и в манипуляции с ними, начиная с очень сложного домашнего хозяйства и десятков его технических рабов вплоть до «городского оборудования» и всей материальной машинерии коммуникаций и профессиональных служб, вплоть до постоянного зрелища прослав­ления объекта в рекламе и в сотнях повседневных посланий, исходя­щих от СМИ, заполненных бессмысленным кишением неопределен­но навязчивых гаджетов и символическими психодрамами, которые предлагают ночные темы, преследующие нас даже в наших мечтани­ях. Понятия «окружения», «среды» имеют, вероятно, такую популяр­ность только с тех пор, как мы живем, по существу, не столько в бли­зости к другим людям, не в присутствии их самих и их размышле­ний, сколько под немым взглядом послушных и заставляющих галлюцинировать предметов, которые повторяют нам все время одну и ту же речь о нашем ошеломляющем могуществе, потенциальном изобилии, о нашем отсутствии друг для друга. Как ребенок стано­вится волком в результате жизни вместе с хищниками, так и мы сами постепенно становимся функциональными. Мы переживаем время вещей: я хочу сказать, что мы живем в их ритме и в соответствии с их непрерывной последовательностью. Сегодня мы видим, как они рож­даются, совершенствуются и умирают, тогда как во всех предшеству­ющих цивилизациях именно вещи, инструменты или долговечные монументы жили дольше, чем поколения людей.

Веши не составляют ни флоры, ни фауны. Однако они создают явное впечатление размножающейся растительности или джунглей, где новый дикий человек современности с трудом отыскивает вновь проявления цивилизации. Эти фауна и флора созданы человеком и появляются, чтобы окружить его и проникнуть в него, как в дурных научно-фантастических романах; нужно попытаться скорее описать, какими мы их видим и переживаем, никогда не забывая, что при всей их пышности и изобилии они являются продуктом человеческой де­ятельности и что они подчинены не естественным экологическим законам, а закону меновой стоимости.

«На самых оживленных улицах Лондона теснятся магазины, в витринах которых сверкают все богатства мира: индийские шали, американские револьверы, китайский фарфор, парижские корсеты, русские меха и тропические пряности; но все эти вещи мирского на­слаждения носят на лбу роковые беловатые бумажные знаки с арабс­кими цифрами и лаконичными надписями £, s., d. (фунт стерлингов, шиллинг, пенс). Таков вид товаров, вступающих в обращение»¹.

Поделитесь с Вашими друзьями: