Т. В. Юрьева Историческая интерпретация русского православного иконостаса

Т.В. Юрьева
Историческая интерпретация русского православного
иконостаса

Одним из продуктивных в изучении иконографического состава или программы иконостаса, на наш взгляд, может быть подход, связанный с исторической его интерпретацией. Как отмечал в свое время Л.В. Бетин, главными задачами древнерусских художников было воплотить богословские и исторические идеи, которые интерпретировались ими в духе времени с учетом живой современности. [1; с. 71]. Поскольку, несмотря на значительное количество устойчивых элементов иконостасной структуры, придающей ей качества канона, имеют место постоянные изменения внутри определяемых традицией границ, необходимо и естественно проанализировать историко-типологическую компоненту иконостаса, интерпретация которой позволяет совместить синхронический и диахронический подходы к его культурному синтезу. Мы считаем возможным утверждать, что типологические принципы организации духовных смыслов иконостаса (принципы, основанные на идеях спасения, патроната, идее отражения христианской истории и событий русской духовной жизни) складывались в силу исторической динамики русской культуры, что и отразилось в определенной последовательности актуализации тех или иных идей. Первая, так называемая богословско-историческая идея, заложенная в программе иконостаса, связана с изображением человеческой истории как истории спасения, как она понимается в Православной Церкви. В этом смысле иконостас изоморфен библейскому тексту. Окончательно эта идея в иконостасе сформировалась уже в момент появления пророческого яруса, который связывал воедино Ветхозаветную и Новозаветную историю.