Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве


§ 14. Злоупотребления правом при разбирательстве дела в суде первой инстанции



страница21/27
Дата31.12.2017
Размер4.96 Mb.
ТипСтатья
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   27
§ 14. Злоупотребления правом при разбирательстве дела в суде первой инстанции
1
Надлежащим образом проведенная подготовка дела к судебному разбирательству - залог его своевременного и правильного рассмотрения и разрешения в судебном заседании. Не случайно закон обращает особое внимание на предотвращение злоупотребления правом именно на этой стадии. В соответствии с ч. 3 ст. 150 ГПК "в случае систематического противодействия стороны своевременной подготовке дела к судебному разбирательству судья может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени по правилам, предусмотренным статьей 99 настоящего Кодекса". Таким образом, законодатель счел необходимым указать на возможность применения общей нормы ст. 99 ГПК к правоотношениям, складывающимся в ходе подготовки дела к судебному разбирательству.

Злоупотребления процессуальным правом на стадии подготовки дела к судебному разбирательству как правило нацелены на срыв судебного заседания, его отложение на максимально длительный срок, воспрепятствование установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, и представлению необходимых доказательств.

В определении о подготовке дела к судебному разбирательству суд указывает участникам процесса действия, которые им следует совершить для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения и разрешения спора, а также сроки совершения этих действий (ч. 1 ст. 147 ГПК). Закон четко обрисовывает задачи подготовки дела к судебному разбирательству (ст. 148 ГПК), указывает примерные действия, которые должны быть совершены сторонами (ст. 149 ГПК) и судом (ст. 150 ГПК). Нормативно закрепленный ход и содержание стадии подготовки дела к судебному разбирательству минимизирует возможность злоупотреблений сторон своими субъективными правами, заставляя их действовать в соответствии с обозначенной ГПК моделью.

Ситуации злоупотреблений правом лицами, участвующими в деле, похожи на злоупотребления, рассмотренные нами выше. Так, истец или ответчик нередко заявляют необоснованные ходатайства об истребовании доказательств, которые заведомо для них не существуют либо содержание которых не имеет к делу никакого отношения, а также не представляют доказательства, имеющие значение для правильного разрешения спора. Как злоупотребление правом необходимо рассматривать уклонение стороны от участия в экспертизе на этапе подготовки гражданского дела к судебному разбирательству. В этом случае подлежит применению норма п. 3 ст. 79 ГПК (признание факта, для определения которого назначена экспертиза, установленным или опровергнутым).

Иногда на стадии подготовки дела к судебному разбирательству ответчик, намереваясь затянуть процесс, утверждает, что истец не вручил ему копии документов, обосновывающих исковые требования, а истец говорит, что ответчик уклоняется от передачи ему возражений либо копий документов, обосновывающих такие возражения. Суд, проверив обоснованность подобных утверждений сторон, либо обязывает стороны совершить данные процессуальные действия, либо отказывает в их совершении.

Злоупотреблением правом является неявка стороны без уважительных причин на беседу к судье и умышленное непредставление имеющихся у лица доказательств, необходимых для правильного рассмотрения и разрешения дела. В соответствии с ч. 2 ст. 150 ГПК "судья разъясняет, что непредставление ответчиком доказательств и возражений в установленный судьей срок не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам". Таковы неблагоприятные последствия недобросовестного бездействия ответчика.

Сообщение не соответствующих действительности сведений при опросе сторон на стадии подготовки дела к судебному разбирательству с учетом конкретных обстоятельств дела также следует квалифицировать как злоупотребление стороной своими процессуальными правами.
2
Стадия судебного разбирательства является ключевой для рассмотрения гражданского дела, поскольку на ней лица, участвующие в деле, обладают всей полнотой процессуальных прав.

Основные злоупотребления правом, встречающиеся на данной стадии, были рассмотрены нами выше. Нередко в судебном заседании участвующие в деле лица ходатайствуют об отложении судебного заседания в связи с тем, что они якобы не успели ознакомиться с материалами гражданского дела, что им необходимо обратиться за юридической помощью к адвокату (как вариант - к переводчику в связи с незнанием языка), просят суд об истребовании доказательств, заведомо для них не имеющих отношения к рассматриваемому делу, о вызове "бесполезных" свидетелей, заявляют неосновательные отводы составу суда, дают не соответствующие действительности объяснения, просят отложить дело в связи с необходимостью подготовиться к судебным прениям, хотя на самом деле располагали такой возможностью ранее, и пр. Проанализируем иные злоупотребления процессуальным правом, встречающиеся в судебном разбирательстве.

Для обеспечения беспрепятственной реализации права личного участия в судебном заседании суд обязан надлежащим образом известить лицо о времени и месте слушания дела. Вместе с тем ч. 1 ст. 167 ГПК возлагает на лицо обязанность известить суд о причинах своей неявки. Данная обязанность является относительной: последствия ее неисполнения, подобно последствиям неисполнения обязанности доказывать свои требования или возражения, отражаются на личных интересах обязанного субъекта и состоят в недостижении им желаемой цели.

"Болезнь" российской судебной системы, препятствующая оперативности гражданского судопроизводства, суду "правому и скорому", - это неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле. Вероятно, это одно из следствий отечественной ментальности, отличающейся в целом настороженным (если не сказать нигилистическим) отношением к праву, когда явка в суд воспринимается как нечто необязательное. Низкое правосознание многих участников судебного разбирательства и отсутствие культуры судебного процесса отрицательно воздействует на эффективность и качество правосудия по гражданским делам. Отчасти такому подходу потворствуют сами судебные органы, фактически идущие на поводу у таких "уклонистов" и не рискующие рассматривать гражданские дела в отсутствие сторон или других лиц, участвующих в деле. В итоге сроки судебного разбирательства многократно превышают сроки, установленные законом, что порождает у участников процесса (как правило у потерпевшей стороны - истца) чувство безысходности, неверие в закон и справедливость. Судебная власть демонстрирует свое бессилие перед хроническим игнорированием вызовов в суд лицами, участвующими в деле.

С древних времен известно: "Fatetur facinus qui judicium fugit" ("Тот, кто скрывается от правосудия, признает свою вину").*(484) Судебники 1497 г. (ст. 27) и 1550 г. (ст. 41) при неявке ответчика признавали его виновным без разбора дела и выдавали истцу на восьмой день после назначенного срока так называемую "безсудную грамоту". По Соборному Уложению такая грамота выдавалась истцу после неявки ответчика в третий раз (ст. 114-115).*(485) В настоящее время от судей и других участников гражданского процесса можно услышать расхожее мнение о несовершенстве закона, будто бы он не позволяет принять какие-либо меры в случае неявки лиц. Так ли это на самом деле? Полагаем, что нет, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК "суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными". На основании ч. 4 этой же статьи "суд вправе рассмотреть дело в отсутствие ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, если он не сообщил суду об уважительных причинах неявки и не просил рассмотреть дело в его отсутствие". ГПК предусматривает также институт заочного производства (гл. 22 Кодекса), рассчитанный на случаи неявки ответчика в суд.

Таким образом, закон дает суду полное право приступить к рассмотрению дела, не дожидаясь, когда одна из сторон пожелает явиться в судебное заседание. Тогда почему же происходит повсеместное нарушение сроков судебного разбирательства по вышеупомянутой причине? Не следует ли отсюда, что проблема заключается только в суде, в неприменении им закона, позволяющего рассматривать дела без заинтересованных лиц? Полагаем, что корни проблемы находятся глубже.

При более вдумчивом ознакомлении с текстом закона можно заметить, что право суда разрешить спор без его участников поставлено в зависимость от множества условий, выполнить которые удается далеко не всегда.

1) Чтобы приступить к рассмотрению дела, суд должен иметь на руках сведения о надлежащем извещении лиц, участвующих в деле. Неудовлетворительная работа почтовых служб, а также отсутствие специальной курьерской судебной службы во многих случаях лишает суд возможности утверждать, что лицо извещено надлежащим образом.

2) При отложении дела суд обязан оценить уважительность причин неявки лица. На практике уважительными причинами признается очень широкий перечень фактических обстоятельств, среди которых, помимо действительно заслуживающих внимания (болезнь, нахождение в лечебном учреждении, обстоятельства непреодолимой силы), встречаются и такие, за которыми можно усмотреть противодействие лица рассмотрению дела и подчеркнутое неуважение к судебной власти. Например, с учетом того, что вызовы в суд являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ст. 6 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации" от 23 октября 1996 г.),*(486) можно признать, что такие причины, как рабочая занятость, отдых, отпуск и т.п., не могут быть признаны уважительными, поскольку лицо имеет объективную возможность явиться в судебное заседание. В итоге обязанность суда каждый раз откладывать дело при неявке лица по уважительным причинам вступает в коллизию с общим двухмесячным сроком судебного разбирательства.

3) В соответствии с ч. 1 ст. 169 ГПК отложение разбирательства дела допускается, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса. Это правило позволяет суду подстраховаться и перенести рассмотрение дела на более поздний срок, сославшись на то, что оно не может быть рассмотрено в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание.

Из этих посылок и проистекают всевозможные злоупотребления правом личного участия в судебном процессе. Злоупотреблением правом является не сама по себе неявка лица в процесс, а неявка с целью добиться отложения дела для затягивания судебного разбирательства либо неявка как повод для последующего обжалования решения по мотиву рассмотрения дела в отсутствие заинтересованных лиц.

Лицо, злоупотребляющее правом, осознает, что при отсутствии данных о его извещении судебное слушание не состоится. Недобросовестные субъекты зачастую ссылаются на невозможность явки в процесс по уважительным причинам, которые на самом деле оказываются мнимыми или несуществующими. Конкретные формы и способы документального подтверждения подобных причин (при помощи поддельных справок, больничных листов и т.п.) весьма многообразны. Так, И.В. Решетникова приводит пример, когда арбитражный суд был вынужден шесть раз откладывать слушание дела в связи с неявкой ответчика. В итоге ответчик представил больничный лист, который, как выяснилось позже, оказался поддельным.*(487) Пути получения подобных документов остаются за рамками настоящего исследования. Главное, что возможность саботировать процесс подобным образом облегчается отсутствием обязанности суда проверять достоверность предоставляемых лицом сведений. Так, по одному, в общем-то, бесспорному делу о взыскании долга по расписке по истечении года судебных заседаний (в которые ответчица не являлась будто бы по причине своей болезни) доведенные до отчаяния и разуверившиеся в возможности вернуть свои деньги истцы сами пошли в поликлинику. Они выяснили, что справки о болезни являются "липовыми", однако это не ускорило рассмотрение дела, поскольку осталось без внимания суда.

Для противодействия рассмотренному поведению необходимо наделить суд правом проверять достоверность документов, представленных лицами, участвующими в деле, в обосновании причин своей неявки в судебное заседание. Если такая проверка затруднена, суд должен поручать проведение таких мероприятий органам внутренних дел. Если установлена недостоверность представленных суду сведений, суд вправе применять к лицу санкции, установленные ст. 99 ГПК, а также независимо от исхода процесса обратить на недобросовестное лицо все судебные расходы по делу. Следует определить в законе критерии, которыми бы определялась уважительность причин неявки лиц в судебное заседание. Из числа уважительных причин неявки в судебное заседание следует исключить такие предлоги, как рабочая занятость или отдых, нахождение в отпуске, забывчивость, ошибка в дате или во времени и некоторые другие. Очевидно, что в перечисленных случаях лицо при проявлении должной осмотрительности и внимательности имело объективную возможность явиться в судебное заседание. В ГПК требуется закрепить обязанность лица, участвующего в деле, заблаговременно уведомлять суд о невозможности своей явки в судебное заседание с приведением уважительных причин такой неявки. Если лицо не выполняет эти требования, то оно не вправе ссылаться впоследствии на незаконность судебного постановления, принятого в его отсутствие, за исключением случаев, когда невозможность сообщения суду об указанных причинах была вызвана чрезвычайными обстоятельствами, наступление которых нельзя было предвидеть.

В законе также должно быть прописано, что суд обязан рассмотреть гражданское дело в одном судебном заседании. Отложение судебного разбирательства на более поздний срок допускается в исключительных случаях, предусмотренных законом.

Вместе с тем неявка лица в суд по уважительным причинам либо его отсутствие в судебном заседании не должны превращаться в средство для умаления процессуальных прав лица. Так, апелляционная инстанция Арбитражного суда города Москвы по одному из дел указала, что единственный эпизод по факту неявки (опоздания) представителя истца в судебное заседание после длительных судебных слушаний с его участием не может являться основанием для оставления иска без рассмотрения. Применение указанной нормы не должно быть формальным.*(488)
3
Типичным приемом недобросовестного поведения в гражданском процессе является ситуация, когда лицо ссылается на то, что его процессуальные права не были ему разъяснены. Это, якобы, лишило его возможности полноценно участвовать в процессе и отстаивать свои права. Такой довод часто встречается в апелляционных и кассационных жалобах на судебные постановления. Полагаем, что эффективной мерой противодействия такому поведению было бы разъяснение процессуальных прав и обязанностей участников процесса под их личную роспись (подобно тому, как разъясняются истцу последствия отказа от исковых требований или ответчику последствия признания иска).

Нередко право на заключение мирового соглашения может использоваться участниками процесса в противоречии с его назначением, т.е. недобросовестно. В судебном разбирательстве иногда делаются заявления, адресованные суду и противоположной стороне спора, о желании заключить мировое соглашение без действительного на то намерения, единственно с целью затянуть производство по делу. Правовые и психологические причины, побуждающие суд удовлетворять такие ходатайства, откладывая разбирательство дела на более поздний срок, понятны. Но когда одна из сторон высказывает открытое несогласие примириться со своим оппонентом, отрицает саму возможность каких-либо договоренностей, такое поведение суда совершенно неоправданно. Ко дню нового судебного заседания как правило выясняется, что лицо не только не заключило мировое соглашение с другой стороной, но и не делало к этому никаких попыток.

В качестве злоупотребления правом следует рассматривать агрессивное поведение одной из сторон в гражданском процессе. Такое поведение представляет собой недобросовестное использование права на активность, которое превращается в средство давления на других участников дела и на суд. Лицо ведет себя некорректно по отношению к другим участникам процесса: необоснованно подвергает сомнению их высказывания, допускает в их адрес различные, не всегда безобидные, замечания, с обсуждения обстоятельств дела пытается перейти на характеристику личности своего оппонента, всем своим поведением показывает недоверие либо к составу суда, либо к другим лицам, пытается давить на свидетелей, многократно возвращая их к уже озвученной информации либо выискивая абсолютно незначащие противоречия в их показаниях, стремясь подорвать основные факты, и т.д. Говоря о перекрестном допросе свидетелей в английском суде, К. Маркс писал: "Адвокат бесстыдными опутывающими вопросами старается сбить свидетеля с толку и извратить его слова".*(489)

Рассматриваемые злоупотребления распространены на этапе судебных прений, когда лицам дано право произносить длительные монологи. Речи лиц, произносимые в судебных прениях, должны касаться исследованных по делу доказательств, установленных обстоятельств и правовых норм, подлежащих применению. Все, не имеющее отношения к делу - некорректные высказывания, обвинения, замечания в адрес участников процесса, неуместные сравнения, использование неофициальной и неюридической лексики - должно остаться за пределами судебных прений. Еще Соборное Уложение (ст. 105 гл. 10) предписывало "истцу и ответчику искать и отвечать вежливо и смирно и нешумно и перед судьями никаких невежливых слов не говорить и меж себя не браниться".*(490)

К сожалению, подобные злоупотребления процессуальными правами встречаются и в современном гражданском судопроизводстве. Так, в одной из местных газет описывается обстановка, в которой протекало судебное заседание по разрешению одного избирательного спора. По словам корреспондента, "представители городской Думы изо всех сил пытались затянуть процесс. В течение недели в суд беспрерывным потоком шли ходатайства от представителей городского парламента и неких граждан об отводе судьи, об объединении исков Д. и А. с рядом других исков, касающихся спора вокруг горизбиркома, о включении в процесс третьих лиц, которые неожиданно выяснили, что ущемляются их права. Всего было свыше 20 ходатайств. Все они были отклонены. Здание суда "минировали" по телефону, а адвокаты ответчика периодически исчезали из зала... Присутствовавшие в зале отмечали, что на заседании находилось сразу несколько судебных приставов, что обычно бывает при рассмотрении уголовных дел".*(491)

В подобных случаях суд должен использовать меры, предусмотренные для нарушителей порядка в зале судебного заседания (ст. 159 ГПК). Если в вышеназванных действиях лица усматриваются признаки уголовного правонарушения, жесткость и интенсивность применения мер противодействия и ответственности за такое поведение должна быть иной.

Иногда со стороны лиц допускаются ни на чем не основанные заявления о подложности доказательств по делу (ст. 186 ГПК). В случае назначения экспертизы либо истребования иных доказательств недобросовестный субъект достигает своей цели, так как производство по делу неизбежно затягивается. Интересно отметить, что ст. 562 УГС*(492) для тяжущегося, затеявшего спор о подлоге и не представившего в установленный срок доказательств такого подлога, а также в ситуации, если суд признает спор не "заслуживающим уважения", предусматривала штраф от 10 до 300 руб. Штраф мог быть увеличен до десятой части суммы иска, когда последняя превышала три тысячи рублей и суд признавал спор о подлоге недобросовестным.

Иногда лица без достаточных на то оснований настаивают на производстве повторной или дополнительной экспертизы. При этом они одновременно преследуют две цели: тактическую (затянуть производство по делу) и стратегическую (ссылаться в дальнейшем при обжаловании судебного акта на его необоснованность вследствие неполного исследования обстоятельств дела).

Нередко лица ссылаются на новые доказательства на этапе судебных прений, что влечет за собой возвращение процесса на стадию рассмотрения по существу (ст. 191 ГПК). Хотя ч. 1 ст. 191 ГПК запрещает лицам ссылаться на обстоятельства, которые судом не выяснялись, а также на доказательства, которые не исследовались в судебном заседании, ч. 2 этой же статьи говорит о том, что "если суд признает необходимым" дополнительное исследование, "он выносит определение о возобновлении рассмотрения дела по существу". В этой части закон необходимо дополнить следующим положением: Если в судебных прениях лицо ссылается на новые доказательства или новые обстоятельства, которые не исследовались или не обсуждались в судебном заседании, с целью затянуть производство по делу или сорвать судебное заседание, суд разъясняет лицу недопустимость таких ссылок и судебное разбирательство продолжается в общем порядке.

Участники процесса также нередко злоупотребляют своим правом принесения замечаний на протокол судебного заседания (ст. 231 ГПК). Нередко это вызвано добросовестным ошибочным восприятием информации, излагаемой участниками процесса. В ряде случаев лица, участвующие в деле, просят суд удостоверить правильность замечаний, которые касаются обстоятельств, не имеющих какого-либо значения для правильного рассмотрения дела. Как отмечалось в литературе, "нет надобности загромождать замечания на протокол требованиями дополнений, которые не имеют значения для решения правового вопроса и не могут получить такого значения при изменении противником его позиции".*(493) Недобросовестное заявление замечаний на протокол с изложением недостоверной информации преследует цель добиться включения в протокол судебного заседания выгодных лицу обстоятельств либо выгодного их изложения, а также, в случае отказа в удостоверении правильности замечаний на протокол, создать искусственное основание для последующей отмены решения суда в апелляционном или кассационном порядке. При наличии признаков злоупотребления правом в действиях такого лица суд должен решительно отказать в удостоверении правильности замечаний на протокол судебного заседания, вынеся об этом мотивированное определение.

Злоупотребления процессуальным правом встречаются также после окончания судебного разбирательства в виде неосновательных заявлений лиц, участвующих в деле, о разъяснении решения, якобы по мотиву его неясности, о принятии дополнительного решения, хотя все требования были разрешены судом. Если суд устанавливает недобросовестность лица в совершении подобных действий, он отказывает ему в удовлетворении вышеперечисленных ходатайств.
4
Иногда злоупотребления правом допускаются сторонами гражданского процесса при заявлении ходатайств о приостановлении производства по делу.

Целью института приостановления производства по делу является предотвращение вынесения неправильного решения вследствие наличия обстоятельств, которые создают неопределенность в отношении фактов, устанавливаемых по гражданскому делу. Причем объективная неопределенность таких фактов не может быть устранена путем совершения одномоментных процессуальных действий. Для недобросовестных участников гражданского процесса, заинтересованных в его затягивании и максимальной отсрочке принятия решения по делу, институт приостановления производства по делу является весьма привлекательным, поскольку он позволяет фактически заморозить производство по делу с неопределенным сроком его возобновления. Злоупотребления рассматриваемой группы заключаются в искусственном создании видимости обстоятельств, с которыми закон связывает приостановление производства по делу (ст. 215, 216 ГПК).

Так, сторона-организация, заинтересованная в затягивании процесса, может ссылаться на необходимость приостановления производства по делу в связи с реорганизацией юридического лица (абз. 2 ст. 215 ГПК). Здесь процессуальное злоупотребление может выступать как проекция злоупотребления гражданским правом, поскольку зачастую реорганизация осуществляется с намерением списать долги организации на какую-либо фиктивную компанию, не обладающую реальными возможностями по удовлетворению претензий кредиторов. После возобновления процесса может оказаться, что ответчика уже не существует и производство по делу подлежит прекращению (абз. 7 ст. 220 ГПК).

Нередко в судебной практике встречаются случаи, когда участники процесса заявляют ходатайства о приостановлении производства по делу в связи с невозможностью его рассмотрения до разрешения другого дела, рассматриваемого в гражданском, административном или уголовном производстве (абз. 5 ст. 215 ГПК). Зачастую суд удовлетворяет подобные ходатайства, даже если взаимосвязь дел носит несколько натянутый характер. При этом он руководствуется тем соображением, что лучше подстраховаться и перенести рассмотрение дела на более поздний срок, чем рассмотреть его немедленно, но при этом поставить принятое решение под угрозу отмены по мотиву его необоснованности. Лицо, злоупотребляющее правом, заведомо знает о нейтральном характере другого дела по отношению к рассматриваемому. Взаимосвязь двух дел носит искусственный характер.

Одним из факультативных оснований приостановления производства по делу является назначение судом экспертизы (абз. 4 ст. 216 ГПК). Выше мы уже анализировали злоупотребления правом, когда недобросовестными лицами заявляются неосновательные ходатайства о производстве экспертизы, направленные на затягивание процесса. При этом преимущества, которые приобретет лицо в связи с отсрочкой вынесения решения по делу, превосходят издержки, связанные с производством экспертизы. Универсальной мерой процессуальной защиты здесь служит отказ лицу в удовлетворении заявленного ходатайства.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   27


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница