Закон неуничтожимости информации и корреляционное исчисление 22 Парадоксы времени 27 Парадоксы пространства 31



страница10/12
Дата30.07.2018
Размер0.63 Mb.
ТипЗакон
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12
9. Математика и музыка
Важнейшей формой проявления реальности непротяженного мира Лосев считал музыку. В работе "Музыка как предмет логики" Лосев писал: "Музыка есть жизнь числа или, вернее, выражение этой жизни числа. Выражение есть соотнесенность данного смысла с вне-смысловым материалом и, значит, данность его при помощи алогических средств…

В музыкальном времени нет прошлого. Прошлое ведь создавалось бы полным уничтожением предмета, который пережил свое настоящее. Только уничтоживши предмет до его абсолютного корня и уничтоживши все вообще возможные виды проявления его бытия, мы могли бы говорить о прошлом этого предмета… Это громадной важности вывод, гласящий, что всякое музыкальное произведение, пока оно живет и слышится, есть сплошное настоящее, преисполненное всяческих изменений и процессов, но, тем не менее, не уходящее в прошлое и не убывающее в своем абсолютном бытии. Это есть сплошное «теперь», живое и творческое – однако не уничтожающееся в своей жизни и творчестве. Музыкальное время есть не форма или вид протекания событий и явлений музыки, но есть самые эти события и явления в их наиболее подлинной онтологической основе"[15].

Эти слова Лосева, сказанные им о музыкальном времени, справедливы и для времени вообще – ведь финальное состояние мира так же не является целью и смыслом его существования, как не являются целью и смыслом существования музыкального произведения его последний такт или последняя нота. Смыслом существования мира во времени можно считать "послезвучание", то есть, – и после окончания физического существования мира он будет продолжать жить в Вечности, подобно тому, как музыкальное произведение продолжает жить в памяти слушателя после того, как "отзвучал последний аккорд".

Стало почти общепризнанным противопоставление музыкальности, понимаемой в смысле передачи тончайших, невыразимых словами, состояний души, и математической строгости. Действительно, если понимать под математизацией сведение этих состояний к простейшим числовым закономерностям, то такая редукция может привести лишь к грубому пародированию этих состояний. К математике, понимаемой таким образом, вполне применима известная цитата из книги Г.Г. Нейгауза "Об искусстве фортепианной игры": "Раздумывая об искусстве и науке, об их взаимных связях и противоречиях, я пришел к выводу, что математика и музыка находятся на крайних полюсах человеческого духа, что этими двумя антиподами ограничивается и определяется вся творческая духовная деятельность человека и что между ними размещается все, что человечество создало в области науки и искусства" [16].

Однако если мы обратимся к первоначальному значению греческого слова μάθημα, введенного пифагорейцами, мы увидим, что предметом математики может быть и вполне конкретное, музыкальное, число.

Всем известен феномен, когда повторное прослушивание музыкального произведения дает слушателю больше, чем более раннее. Сознание слушателя продолжает обогащать музыкальное произведение, хранящееся в памяти, не только во время слушания, но и в промежутках между прослушиваниями, и эта совместная жизнь слушателя и музыкального произведения никогда не прекращается. Прослушивание музыкального произведения – это не механическая передача "эмоций" композитора слушателю, а реальное общение их душ, при котором произведение выполняет функцию "канала связи" между душами. И это – не поэтическая метафора, а самое точное выражение непреложного факта!

Музыка убеждает лучше всяких слов, что смерти нет, что все совершившееся навсегда остаётся в Вечности. Внезапно разрешаются проблемы, казалось бы, не имеющие никакого отношение к теме прослушиваемого произведения, например, – проблемы чисто математические! Неожиданно становятся ясными пути разрешения вопросов, неразрешимых "на словесном уровне". При этом их зачастую так и не удается сформулировать вербально, но слушатель начинает интуитивно делать именно то, что нужно для разрешения этих проблем!

Впоследствии, в "Диалектических основах математики", Лосев так подытожил свои размышления о связи между математикой и музыкой:

"…Существует глубочайшая, интимнейшая связь между математикой и музыкой. Музыка ведь есть в обычном понимании искусство времени. Подчеркнем, что музыка в своем специфически музыкальном виде есть искусство именно чистого времени, т.е. необязательны в музыке изобразительные моменты, достаточно только самого времени, только этой взрывной и бурлящей процессуальности. Музыка живописует именно жизнь чисел вне всякой внешней случайности вещей, повествуя судьбу и жизненное становление бытия и мира"[5].

Но, "повествуя судьбу и жизненное становление бытия и мира", музыка способна передавать и вполне конкретные зрительные образы, которые слушатель как бы видит глазами композиторов. Так, автор настоящего исследования еще в детстве заметил, что при прослушивании некоторых произведений Гайдна, Бетховена и Шуберта возникают яркие зрительные образы старой Вены, обстановки комнат, в которых творили композиторы. Эти образы не могли быть фантазией слушателя, а также прочитаны им в каком либо вербальном тексте или увидены на фотографиях. Их передатчиком явно была сама музыка! (Справедливость этого предположения полностью подтвердилась в январе 2010 года, когда уже взрослый автор этих строк впервые посетил Вену – произошел эффект узнавания). Поскольку в самом музыкальном тексте не содержится никакого описания ни видов Вены, ни расположения комнат композиторов и находящихся в этих комнатах предметов, этот феномен может быть объяснен лишь наличием корреляции между душами, не только между душами ныне живущих людей, но находящихся в "разных мирах": слушатели еще находятся "в этой временной жизни", а композиторы уже перешли в Жизнь Вечную. И это нисколько не мешает общению их душ, вплоть до полного объединения содержащихся в них впечатлений!

Музыкальное произведение – это не "перевод" словесного описания на другой язык, а "ключ", открывающий канал корреляции, некий аналог "генетического кода", управляющего выращиванием некого "сверхорганизма", в котором личность композитора и личности слушателей его музыки (и давно умерших, и ныне живущих, и тех, кто еще не родился), полностью оставаясь сами собой, мирно уживаются друг с другом, и содержание внутреннего мира каждого из них становится общим достоянием.

Ни законы гармонии, ни внешние события не ограничивают свободы композитора, но способствуют ее проявлению в полной мере, как и свободы слушателя, сотрудничающего с композитором в созидании этого сверхорганизма – "симфонической личности" (по терминологии Л.П. Карсавина)!

Записью конечного числа является конечный ряд цифр. Записью иррационального числа – алгоритм его вычисления. Записью гилетического числа можно считать партитуру музыкального произведения, которую, таким образом, можно считать и математическим выражением, так что корреляционное исчисление представляет собой полное объединение математики и музыки.

По аналогии с передачей "ключа" посредством музыки, может быть рассмотрена и передача его через литературный текст, который, не будучи описанием какой-либо местности, может, каким-то непостижимым образом, способствовать возникновению у читателя (или слушателя) образов той самой местности, которая предстояла перед внутренним взором автора этого текста, хотя само содержание текста не имеет к этим образам никакого отношения.

"Ключ" может передаваться и через интонацию устной речи. Известны случаи, когда у ведущих телефонный разговор собеседников одновременно возникали одни и те же зрительные образы, не имеющие отношения к предмету разговора. Эти образы зарисовывались, хронометрировались и затем сравнивались. Совпадения были тем значительнее, чем более неформальным было общение между собеседниками, и чем более дороги они были друг другу. (При этом пространственное расстояние никак не отражалось на частоте совпадений).

В отличие от двух предыдущих примеров, в данном случае корреляция происходит "в режиме реального времени", и нельзя сказать, кто из собеседников – "индуктор", а кто – "реципиент".

Итак, мы можем сделать следующий вывод: и музыка, и вербальный текст, и устная речь – способны передавать неизмеримо больший объем информации, чем содержится в них с точки зрения "классической" теории информации.

Мы не рассматриваем здесь то же явление в изобразительном искусстве, в частности – в "иконописи", осуществляющей реальную коммуникацию с миром Горним – об этом существует огромная литература, начиная с Иконостаса о. Павла Флоренского.

Все приведенные выше примеры свидетельствуют о том, что все виды искусств способны устанавливать "каналы связи" с хранилищем информации неограниченного объема, и лишь от нас самих зависит, какой объем информации, приходящей к нам из этого хранилища, мы способны будем воспринять!



  1. Каталог: history -> losev
    history -> Лекция по истории античной философии n 1Философия древних ионийцев. Пифагор и пифагорейский союз. Гераклит Темный, его учение о пюросе(огне) и логосе. Элейское учение об онтосе(бытии), истине и мнениии, апории Зенона Элейского
    history -> А. Г. Свинаренко
    history -> Рабочая программа дисциплины " Основы философии"
    history -> Методические указания к курсу «История теоретической социологии»
    history -> М. В. Балахнина а. И. Давыдов а. Ю. Дергачев история и политология: Пособие для студентов для подготовки к тестированию Новосибирск 2012
    history -> Современная научно-философская картина мира
    losev -> Виктор Борисович Кудрин ученый-исследователь Victor B. Kudrin


    Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   12


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница