Ю. М. Осипов Редакционно-издательский совет



страница46/57
Дата10.05.2018
Размер4.21 Mb.
1   ...   42   43   44   45   46   47   48   49   ...   57
Р.С. ГРИНБЕРГ

Как сделать отечественные реформы полезными

Аннотация. Рассматриваются проблемы реформирования России на современном этапе.

Ключевые слова: реформы, Россия, развитие.

Abstract. The text concerns problems of Russia’s reforming at the present stage.

Keywords: reforms, Russia, development.
Прежде, чем рассуждать о полезности реформ, отмечу, что к реформам у нас в стране относятся негативно ― даже к самому слову «реформы». Реформы идут уже на протяжении 25-ти лет. Если не считать «политику ускорения», которую предложили некоторые ученые в РАН, еще тогда АН СССР, то 1987 г. ознаменовался первым законом о государстве, затем о кооперативах, о предпринимательской деятельности и т. д. И сегодня продолжается линия на реформы: такое впечатление, что любое наше правительство и любой президент больше всего заинтересованы в реформах ― люди же за последние 20 лет уже привыкли к их декларативным сообщениям и ассоциируют их в основном с утратами, потерями. Реформы же, по идее, должны вести к улучшениям, в нашей же стране они часто ведут к ухудшению ситуации.

Сегодня существует серьезная установка верховной власти на то, чтобы провести реформы дальше и сделать упор на коммерциализации некоторых сфер, в которых, по определению, государственная активность должна быть мощной (речь идет об образовании, науке, культуре и здравоохранении). И сегодня мы наблюдаем противостояние, с одной стороны, объектов реформ, с другой стороны ― инициаторов реформ. Понятно, что установка на коммерциализацию этих четырех сфер жизни, которые, собственно говоря, обеспечивают здоровое функционирование общества, контрпродуктивна по идее. Но она с упорством реализуется. Мне представляется, что общество возмущается по этому поводу, но нет реакции, более или менее консолидированной, на так называемые реформы. И это, конечно, облегчает их проведение. В моем представлении, у нас уже довольно зрелые научное общество и экспертное сообщество, которые не считают, что надо дать свободу рыночной стихии именно в этих сферах. Тем не менее следует признать, что на данный момент не существует солидарности по этим вопросам. Мы по-прежнему хотим участвовать в переговорах и добиваться для себя некоторых преимуществ, и это часто оборачивается временными успехами. В действительности же данную ситуацию следует оценивать отрицательно.

Я думаю, что можно добиться альтернативного развития событий, принять альтернативный подход в экономической политике. Однако у нас в стране сложилась такая ситуация, которую я бы охарактеризовал словами Фридриха II. Монарх Пруссии был «настолько» просвещенный, что предоставлял каждому подданному полную свободу слова. У него спросили: «А почему ты разрешаешь всем все говорить?». На что он ответил: «У меня консенсус с прусским народом. Они говорят и пишут, что хотят, а я делаю, что хочу». Я не берусь утверждать, что это напоминает нашу ситуацию, но определенные аналогии проводить здесь обоснованно.

Также мне хотелось обозначить несколько положений, связанных с развитием сегодняшней мировой ситуации в экономике. Мы живем и действуем в период после самой глубокой рецессии в этом веке, второй после Великой депрессии 1929―1933-х гг., и выход из нее очень болезненный. Многие ожидают второй волны, я не вижу никаких оснований для нее, но, по крайней мере, депрессия и вялое развитие экономики сохранятся, темпы роста будут колебаться вокруг нуля в течение длительного периода времени. Но это в любом случае указывает на то, что впоследствии должно произойти некоторое улучшение ситуации.

Существуют различные теории по объяснению того, почему сейчас нулевая экономическая активность. Казалось бы, все известные меры задействованы, и самая, на мой взгляд, эффективная (хотя тоже не совсем верная) ― «печатание денег», чем и занимаются в настоящее время американцы. Я полностью разделяю такой подход, и, кстати говоря, уже получены конкретные результаты, однако все еще остается большой загадкой, почему мощный рост покупательной способности абстрактно не ведет ни к инфляции, ни к увеличению хозяйственной активности. Ведь если мы обратимся к экономической истории, то увидим, что этого не происходило. По всей видимости, финансовый сектор существует по собственным, не изученным нами, законам. Выделенные средства не попадают сразу в реальный сектор, поскольку проходят через многочисленные финансовые институты, а они, в свою очередь, вышли из-под контроля, вероятно, после отмены закона Гласса―Стигала в 1993 г. И, похоже, не существует патентованных рецептов, каким образом финансовый сектор превратить в служанку реального, а не наоборот (как происходит в последние 25―30 лет). И в моем представлении финансовая олигархия не существует сама по себе; я не люблю разные теории заговоров, но есть в ней что-то неопределенное. Она мировая, она сплоченная, и самое главное ― личные эгоистические интересы совпадают с общественными, что было заявлено в конце 1970-х гг. Эта установка на совпадение интересов очень значима. Кейнсианцам не составляло труда «уходить» от власти (как и коммунистам, впрочем), потому что их личные интересы практически не затрагивались (если не принимать во внимание различные специальные секции ГУМа и «олигархические» пакеты с питанием…).

Сегодняшний же «уход» носителей праволиберальной демократии очень сложный. Тем более среди них есть и представители СМИ. И находится мало людей, которые были бы способны противостоять этому. Я надеюсь, что если победят социал-демократы в Германии (а это далеко не бесспорно, они сильно разобщены), то сформируется континентальная модель ограничения финансовых спекулятивных операций. И у нее много шансов взять под контроль финансовый сектор, хотя она и не сможет обеспечить упомянутые ограничения по всем странам сразу. Даже если одна страна будет выступать против, а тем более такая, как Великобритания, то понятно, что любые ограничительные меры по краткосрочным спекулятивным финансовым операциям будут абсолютно бесполезны. И это очень важная проблема, и неизвестно, как ее решать.

Например, 15―20% богатства Великобритании составляют средства от финансовых операций, как, впрочем, и юридических услуг. Трудно от них отказываться, но в интересах экономического развития (а не роста) это сделать необходимо. Также можно отметить проблему с бюрократией, которая «приватизирует» общественные функции и уходит от демократического контроля. Если говорить об общем «дефиците» демократии в России в отсутствие сильной оппозиции, то принятие решений у нас более диктаторское, чем, например, было при Политбюро, потому что тогда представители власти между собой так или иначе соперничали, и это был залог того, что они демократически обсуждали решения (имеется в виду время после смерти Сталина).

Также и в Европе, как мне представляется, сейчас глубокий кризис демократического механизма принятия решений. В этой связи различные решения уже не являются продуктом демократического обсуждения, и, естественно, их качество снижается.

Таким образом, существует большое количество разных проблем, не считая общего мировоззренческого тупика ― неясность курса, на который следует ориентироваться. Единственная более или менее очевидная вещь, как я думаю, ― G20, которая хотя бы решает, что не надо делать. К этому надо серьезно относиться, потому что если в 1930-е гг. ― в период гонки девальвации, взаимных протекционистских мер, бесконтрольной изоляция рынков ― вышеописанной ситуации не наблюдалось, то сегодня все-таки не так. Потому что, во-первых, капитализм стал социальным в том смысле, что на сегодняшний момент разрыв между сильными мира сего и средним классом, которого вообще не было практически, если не считать 15―20% (кстати, как у нас сейчас), сокращается. Кроме того, надо понимать, что все-таки печатание денег свои плоды приносит. Я имею в виду, нет быстро растущей безработицы (она на уровне 10%, что относительно терпимо), тем более что существуют мощные пособия. Хочу напомнить, что Адольф Гитлер пришел к власти демократическим путем при уровне безработицы в 48,5% без пособий, и ситуация тогда более или менее контролировалась ― «если ты нам даешь работу, то мы верим тебе в любом деле». Сегодня, как мне представляется, власти не настаивают на жестком протекционизме. Все понимают, что если каждый будет действовать по принципу «продать или умереть», то торговля остановится, как это было в 1930-е гг.

В связи с этим ведется серьезная дискуссия по поводу членства России в ВТО. Мы проводили переговоры уже как члены этой организации и пришли к выводу, что не стоило в нее вступать. Несмотря на то, что будущее неопределенно, обесцениваются теоретические концепции, столь нужные в такие периоды, и даже практические подходы не представляются полностью ясными в свете сложившейся ситуации. По крайней мере, мы не можем точно прогнозировать результат их применения, и хотя ЕС и США делают все возможное в данной ситуации, часто используя метод проб и ошибок, не предпринимая радикальных и глупых действий.

Если опять вернуться к отечественной ситуации, в этой связи мы нуждаемся в более или менее радикальном повороте с точки зрения преодоления примитивной структуры экономики. На мой взгляд, эта сложившаяся в результате проведенной трансформации форма функционирования экономики ― главная наша неудача, но власть не решается перейти к серьезным действиям, потому что, в моем представлении, до сих пор не убеждена в возможности «вырыва». По известному выражению, самая большая ошибка, которую мы можем сделать, ― бояться совершить ошибку, если риск неизбежен.

Поэтому постоянные обсуждения на тему «подушки безопасности» и необходимости развивать благоприятную институциональную среду, конъюнктуру, чтобы пополнить наличные запасы и в «черный день» начать тратить их, представляются мне бесперспективными, поскольку даже если мы «эффективно» тратим деньги (что далеко не так), то по-прежнему остаемся зависимыми от цены на один товар. А это негативно отражается на статусе страны, достигшей в прошлые годы традиционно высокого научно-технического потенциала. Мне представляется, что Владимир Путин это хорошо понимает и планирует преодолеть «примитивизацию» структуры экономики созданием хотя бы нескольких отечественных брендов (в электронике, например). Но одновременно он находится в плену некой доктрины, которая уже не актуальна, но имеет мощные последствия. В качестве пояснения весьма показательна такая аналогия: «Ленин умер, но дело его живет». И рыночный фундаментализм умер, но существует в качестве шаблона мышления представителей власти, и наша склонность к онтологизации теоретических схем здесь особенно просматривается (переходы из крайности в крайность). Нам не повезло начать трансформацию именно в тот момент, когда из моды вышла взаимодополняемость государственной активности и рыночной инициативы, а лозунги «Да здравствует рынок!», «Да здравствует право на неравенство!» приобрели популярность и сыграли отрицательную роль в том смысле, что именно Россия тщательнейшим образом усвоила эти концепции.

И надо отметить, что сегодня этот процесс «примитивизации» экономики продолжается, «придворные» экономисты находятся в плену теорий. Всегда существует проблема пропорций эгоизма и «обожествления» западного. У каждого человека эта пропорция разная, но факт остается фактом: преодолеть эту ситуацию сложно. И только ясная альтернативная концепция может дать стимул к изменениям.

Я хочу вас пригласить к участию: мы задумываем (и обязательно реализуем) достаточно авантюристическую идею. В каждой «деревне», как вы знаете, существует традиция проводить форумы: петербургский, давосский, байкальский и др. А в Москве никаких форумов не проводится. И вот мы выдвинем и будем обсуждать экономическую стратегию, заключающуюся в приоритетной поддержке реального сектора, бесплатного образования, науки, культуры. Мы хотим реализовать это на международном уровне с привлечением ведущих специалистов и аналитиков из разных стран, в том числе единомышленников. Я имею в виду Пола Кругмана, интеллектуалов из Германии, Дании, и вообще людей, которые понимают, что взаимодополняемость рынка и мощной государственной активности не имеет альтернативы. Это мероприятие будет проводиться 20―21 марта в Москве, в МГУ имени М.В. Ломоносова; я очень благодарен Виктору Анатольевичу Садовничему за то, что он дал на это согласие. Разумеется, будут приглашены нынешние руководители страны ― президент, премьер-министр. И я призываю всех участвовать в этом мероприятии.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   42   43   44   45   46   47   48   49   ...   57


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница