Ю. Г. Волков социология издание 4-е


МОДЕРНИТИ И ПОСТМОДЕРНИТИ



страница84/88
Дата01.02.2018
Размер2.87 Mb.
ТипКнига
1   ...   80   81   82   83   84   85   86   87   88

МОДЕРНИТИ И ПОСТМОДЕРНИТИ

Современная наука об обществе все чаще оперирует таки­ми понятиями, как «модернити», «постмодернити», «модер­низм» и «постмодернизм». Они используются в самых широ­ких и разнообразных контекстах, что, с одной стороны, за­трудняет для читателя понимание их конкретного значения, с другой же — дает понять, что речь идет о каких-то тоталь­ных и всепроникающих явлениях жизни современного об­щества и науки о нем.

Взгляд на мировую историю с позиций последних деся­тилетий позволяет заметить,




1 Robertson R. Globalization, in Featherstone M. u.a. (Hg), Global Modernities, London, 1995.

2Сорос Дж. Открытое общество. Реформируя глобальный капита­лизм. — М., 2001. С. 20-21.

3 Сильвестров С. Глобальная модернизация: последствия для чело­века и общества // Общество и экономика. 2000. № 5-6. С. 223.

что человечество находится на грани принципиально новой фазы своей истории. Эта граница может рассматриваться как граница между «модернити» — эпо­хой истории, охватывающей хронологически XVII—XIX вв., и «постмодернити» — новой, следующей за ней эпохой. Та­ким образом, термин «модернити» обозначает состояние об­щества и культуры, выделяемое по контрасту с постмо­дернити, характеризующееся развитием индустриального производства, приматом рациональности и научно-позити­вистского мировоззрения, пренебрежением к архаическим фор­мам социальной жизни и культуры, кризисом религии. Под термином «модернизм» ряд исследователей понимает ис­торический период с конца XIX по середину XX вв.

Под «постмодернити», в свою очередь, понимается состо­яние общества и сознания, являющееся историческим пре­емником модернити. Различия между ними касаются всей совокупности проявлений социальной реальности, и прежде всего — различных форм социального сознания. Именно поэтому рядом с понятием «постмодернити» всегда стоит «пост­модернизм» — название комплексного феномена социально-духовной природы, объединяющего в себе происходящие из­менения в мироощущении и миропонимании современного человека, в подходе к социальным явлениям, в отношении к ценностям вообще и ценностям эпохи модернизма в частно­сти, в философии, социологии, методологии всех гуманитар­ных наук, литературе и искусстве. Кроме того, в объем поня­тия «постмодернизм» входит социологическая составляющая: оно часто используется для характеристики определенного социального порядка. Так, термин «постмодерн» в этом смысле используют К. Райт Миллс и П. Дракер.

Единство социально-экономического и культурно-мировоз­зренческого элементов в происходящих в обществе измене­ниях говорит об их масштабности и тотальности. Как пишет В.Л. Иноземцев, «постмодернизм стал естественной реакци­ей представителей разных направлений общественных наук и различных сфер искусства на возросшую комплексность социума, выделение в котором неких узких форм человече­ской деятельности больше не казалось целесообразным»1.

Применительно к миропониманию стандарт модернити означает модель мышления и поведения деятельно-преобра­зующего и познающего мир человека. Он критически настроен по отношению к окружающему миру и обществу, рассматри­вая их как простой объект своего актуального и потенциаль­ного воздействия. Мир для него распадается на две пробле­матически связанные сферы: «Я» и «не-Я». Основная пробле­ма — найти правильную связь между «Я» и «не-Я», чтобы подчинить и освоить внешний мир в соответствии с принци­пами «Я». Мироощущение модернити характеризует безудерж­ный оптимизм, принимающий разные формы — от веры в бесконечный линейный прогресс до убежденности в абсолют­ной, исчерпывающей познаваемости мира и всесилии пози­тивной науки. И даже устрашающие кровопролития во вре­мя великих революций, ставших знаковой ситуацией эпохи модернити, не перевешивали этого несокрушимого истори­ческого оптимизма «на перспективу»: они воспринимались как последнее насилие, необходимое для последующей за ним эпохи благоденствия.

Мировосприятие постмодерна, напротив, отличается глу­бинным пессимизмом и скептицизмом в отношении позна­ния и истины, а также возможности конструктивного науч­ного поиска. Такой скептицизм проявляется в разнообраз­ных формах: например, это игровые концепции в разных отраслях науки о человеке. Если рассмотреть, к примеру, концепцию «языковых игр» Ж.-Ф. Лиотара, то суть ее сво­дится к утверждению, что мы никогда не можем достоверно судить об истинности или ложности той или иной идеоло­гии, научной теории и т. д. Любое суждение, согласно Лиотару, содержит «повествовательный крен» и влечет за собой перекос в оценке. Поэтому единственный принцип построе­ния суждений должен состоять в том, чтобы избегать ситу­ации выбора. За этим принципом стоит парадигма глубоко­го либерального плюрализма. Он означает необходимость терпимости, недопустимость навязывания своего мнения другим людям,



1 Иноземцев В.Л. Перспективы постиндустриальной теории в меня­ющемся мире // Новая постиндустриальная волна на Западе. Анто­логия / Под ред. В.Л. Иноземцева. — М., 1999. С. 43.

готовность признать, что наша точка зрения неабсолютна.

Р. Барт одним из первых показал, что сам по себе реализм — всего лишь результат дискурса, продукт специфических куль­турных или языковых кодов, преимущественно принадлежа­щих XIX веку. Современная аналитическая и постаналити­ческая философия породила антиреализм как отдельное на­правление мысли. Согласно антиреализму, не существует истины, отличной от нашего познания и верований. Объек­тивная реальность слита с напхим пониманием ее, и поэтому невозможно ставить вопрос так: соответствует ли наше зна­ние объективной истине? Аналогичным образом и социоло­гическое познание общества не распадается на отдельную объективную социальную реальность и наше знание о ней. Общество и социология, как подчеркивает Н. Луман, пред­ставляют собой единое целое, и состояние самого по себе об­щества неотделимо от нашего взгляда на него. Ж. Бодрийяр считает, что современное мышление утратило саму идею объективной реальности, и потому для него не существует разницы между фактом и имагинативной конструкцией, лож­ным подобием — симулякром. Ф. де Соссюр утверждает, что «реализм повествования — всего лишь буржуазная иллюзия», а в действительности мы имеем дело со смыслами, конструи­руемыми самим языком, на котором говорим.

Если говорить об индивидуальностях, то чаще всего со словом «постмодернизм» ассоциируется имя Бодрийяра. Как и Лиотар, он начинал свою теоретическую деятельность как неомарксист. Однако оба они позже пришли к критическому отвержению всех теорий, порожденных мировоззрением модернити — марксизма, психоанализа, структурализма и т. п. Под влиянием семиологии — направления философии языка — Бодрийяр пришел к пониманию того, что социальная реаль­ность человека — это всего лишь система знаков и кодов, которым приписано определенное постоянное значение. Мы придаем миру смысл, наделяя знаки и символы значениями — соотнося их с определенными объектами и идеями. На какой-то стадии этого процесса неизбежно происходит высвобожде­ние знака из непосредственного отношения со своим объек­том, знак становится самостоятельным и уже не отсылает к внешней реальности, а сам по себе превращается в реальность. Эта гиперреальность знака порождает симулякры — ложные подобия реальности, неотличимые от нее. Таких копий мо­жет быть очень много, и все они настолько похожи, что со­вершенно утрачивается способность различать, где подлин­ная реальность, а где симулякр. Таким образом, век одно­значного соответствия объекта и знака ушел в прошлое. Со­временный человек утратил однозначность и потерял чувство объективной реальности.

Отсюда следует, что существует множество воображаемых миров, ничуть не менее реальных, чем мир повседневной ре­альности. Для постмодернизма нет требования «держаться ближе к реальности», нет объективной причинности. Он сни­мает рационалистическое требование к индивиду «подвергать все сомнению» и все объяснять с помощью рациональных причинно-следственных связей.

Именно поэтому мировоззрение постмодерна толерантно и иронично. Его толерантность проявляется в том, что ника­кая точка зрения не отвергается как «не соответствующая реальности». Он принимает вновь и пересматривает то, что давно отвергнуто пониманием «модернити» как плод архаиз­ма и невежества. Например, он вновь обращается к мифу как объяснительной парадигме досовременности, которую современность давно высмеяла и отвергла. В литературных произведениях, написанных в духе постмодерна, реальность сна, мечты, шизофренического бреда ничуть не менее реаль­на, чем повседневная жизнь, отсутствует разница между ес­тественным и сверхъестественным, а реалистические ценнос­ти выглядят плоскими и одномерными. Ироничность постмо­дерна в том, что для него не существует ничего абсолютного. Он преодолевает критиковавшийся еще Ж.-П. Сартром «дух серьезности», воспринимая социальную действительность и идейную жизнь как простую «игру смыслов».

Первейшей ценностью постмодерна становится творческая и любая иная свобода индивида. Индивидуальная ответствен­ность же очень проблематична, поскольку игра предполагает как раз отсутствие ответственности. Ценности эпохи модернити, берущие начало в идеологии Просвещения, такие, как вера в прогресс, всеобщее равенство и благополучие, дискре­дитируются как утопические и несбыточные.

Ж.-Ф. Лиотар, характеризуя философские и социологи­ческие представления прошлого, говорит о «крайних упро­щениях» действительности в «метаповествованиях» — пара­дигмах социального видения, наделенных сверхценностью в эпоху модернити. К ним он относит повествование идеологов Просвещения о бесконечном прогрессе человечества и науки, повествование марксизма о неизбежном освобождении чело­века труда от тягот промышленного капитализма. Вера в истинность метаповествований начала подтачиваться очень дав­но. Еще Ф. Ницше заявил, что Бог мертв, и, следовательно, мораль, истина и знание — всего лишь иллюзии, которые сво­бодный человек должен отвергнуть. Марксизм потерял свои — очень прочные в Европе первой половины века — позиции, когда открылась правда о сталинском терроре и нарушениях прав человека в социалистических странах. К концу XX века не осталось мировоззренческих концепций, которые могли бы связать воедино знания и действия индивидов. Ценности эпохи «модернити» утратили действенность и абсолютность.

Этой же позиции в социологии придерживается 3. Бау­ман. Он отмечает, что «все повествования в той или иной степени дали трещину», а переживаемые современным обще­ством трудности свидетельствуют о переходе в эпоху постмо­дерна. Однако для Баумана это не столько переход в объективно новое состояние общества, сколько создание новой па­радигмы видения социальных отношений. Старый взгляд на общество, присущий капитализму эпохи модернити, цент­ральное место отводил работе. Страх потерять работу состав­лял основу мотивации работника. Но в последние десятиле­тия работа стала негарантированной и необязательной. Сме­на профессий и ранний уход на пенсию превратились в нор­му. Констатируя эти изменения, Бауман подчеркивает, что работа как основная ценность уступила место свободе и по­треблению. Для потребителя главное — поиск новых удоволь­ствий. Индивиды, направляющие свою энергию и свободу на потребление, не ориентируются на «принципы реальности», а производителю приходится ориентироваться на их вкусы. Люди, не имеющие возможности потреблять, оказываются «ущербными потребителями», выброшенными за пределы круга свободного потребления.

Тем не менее, свобода не означает для Баумана отказа от этики. Он считает, что в эпоху постмодерна этика не может рассматриваться как что-то не имеющее отношения к социо­логической теории. Если сознание модернити основывалось на идее свободного этического выбора, то для постмодерна этический контекст становится неизбежным. Однако это уже не совсем та этика, о которой речь шла в эпоху модернити: в ней допускается широкий плюрализм позиций и авторите­тов. Кроме того, согласно Бауману, индивидуализм, свойствен­ный мировоззрению модернити, должен в эпоху постмодерна смениться альтруизмом.

Естественно, что идеи постмодернизма вызывают крити­ку и неприятие со стороны исследователей, мыслящих в тра­диционной системе ценностей. В частности, Ю. Хабермас в своем эссе «Модернити: незавершенный проект» подверг кри­тике постмодернизм как парадигму социально-философской и социологической мысли. Он утверждает, что если — как считают Лиотар и другие современные философы, названные им «молодыми консерваторами», — мировоззрение модерни­ти с его верой в общечеловеческие ценности и прогресс и оказалось бесплодным, это означает не то, что оно было лож­ным, а только то, что этап модернити еще не завершен. Цен­тральной проблемой современности Хабермас считает фраг­ментацию жизненного мира, возрастающую специализацию и отчуждение в науке, политике и искусстве, а единствен­ным ее решением — возвращение к «проекту Просвещения», согласно которому прогресс должен нести благо всему чело­вечеству в целом. По мнению Хабермаса, мировоззрение, ос­нованное на ценностях рациональности и прогресса, столк­нулось в наши дни с серьезными трудностями, но эти труд­ности свидетельствуют только о кризисе современной соци­альной системы, а не о смерти модернити как парадигмы. Он расценивает постмодернизм как капитулянтство перед реаль­ными трудностями времени и настаивает на том, что проект модернити все еще сохраняет возможность обеспечить инди­видам социальную идентификацию.

С точки зрения Э.Гидденса, модернити также проходит тяжелый кризис, перспективы выхода из которого неясны. Единственное, что, согласно Гидденсу, может способствовать разрешению кризиса, — это повышение уровня социальной рефлексии. Науки об обществе должны справляться с нарас­тающим обилием информации. Современное состояние обще­ства Гидденс называет «высоким (поздним) модернити».

Еще один вариант критической позиции по отношению к теориям постмодерна занимает У. Бек. По его мнению, про­ект модернити и не может быть завершен. Цивилизация за­пада на своем пути столкнулась с неучтенными в начале про­екта факторами риска — опасностью истощения природных ресурсов, окончательного загрязнения экологической среды и т. д. Поэтому поздняя стадия модернити может успешно пройти кризис, если человечество научится работать в усло­виях риска, считаться с ним.

М. Олброу со своей концепцией «глобальной эры» стоит на полярно противоположных позициях. Он заявляет, что глобализация, которую Гидденс рассматривает как порожде­ние модернити, на самом деле является уже новой фазой, не имеющей с модернити ничего общего. Эпоху модернити сме­нила глобальная эра со своей социокультурной и экономико-политической логикой. Олброу не хочет даже пользоваться словом «постмодернити» для обозначения этой фазы, утвер­ждая, что вображение постмодернистов — это всего лишь ги­пертрофическое сознание современных новшеств, а не выра­жение новой эры.

Бруно Латур, в отличие от приведенных выше авторов, спокойно замечает, что мы никогда и не бывали в состоянии модернити. Постмодернизм же — всего лишь концептуальная конструкция, которая понадобилась, чтобы хоть как-то осмыс­лить наше время. Вся суть вопроса, согласно Латуру, в терми­нологии и ее понимании. Если мы говорим, что современная эпоха сменила досовременную, мы часто понимаем это так, что это была победа современности над досовременностью. В действительности модернити — это вовсе не какое-то закон­ченное, раз и навсегда данное, однозначное состояние.

Может ли действительно современное общество описывать­ся как постмодернити? На этот вопрос трудно дать определен­ный ответ. Как утверждает В.Л. Иноземцев, в рамках постмо­дернизма почти невозможно дать четкое терминологическое определение формирующегося социального состояния. Эта концепция ставит во главу угла социальные изменения и сама движется и меняется вместе с обществом. В последнее время раздаются голоса, заявляющие, что мы живем в период «зре­лой модернити», «сверхмодернити». С точки зрения социоло­гии дискуссии на тему постмодернити плодотворны. Они на­поминают социологии, что она покоится на базе историческо­го анализа, что она имеет междисциплинарный характер и тесно связана с политикой, этикой, философией.



Каталог: ld
ld -> Общая характеристика исследования
ld -> Петинова М. А. П 29 Философия техники
ld -> Лингвистический поворот и его роль в трансформации европейского самосознания ХХ века
ld -> Образование в человеческом измерении
ld -> Социокультурные традиции в контексте становления и развития самосознания этноса
ld -> Физкультура и спорт issn 2071-8950 Физкультура
ld -> Культурная социализация молодежи в условиях транзитивного общества
ld -> Великую землю


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   80   81   82   83   84   85   86   87   88


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница