Ю. Г. Волков социология издание 4-е



страница79/88
Дата01.02.2018
Размер2.87 Mb.
ТипКнига
1   ...   75   76   77   78   79   80   81   82   ...   88

РАЗДЕЛ 10

СОЦИОДИНАМИКА

СОВРЕМЕННОГО

ОБЩЕСТВА




ГЛАВА 1. СОЦИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ





  1. Концепции социальных изменений

Как, наверное, читателю уже стало ясно, общество — это не что-то фиксированное и устоявшееся. В нем непрерывно происходят изменения — порой резкие, вызывающие крутой поворот в жизни всех социальных групп, порой такие незна­чительные, что их трудно заметить. И все же они есть, и любое общество имеет свою историю, сложившуюся именно из таких изменений. Что такое социальные изменения, чем они обусловлены, в какую сторону направлены?



Социальное изменение это любая модификация, проис­шедшая в социальных отношениях. В более узком смысле под социальным изменением понимается изменение соци­альной структуры общества. В таком случае необходимо различать социальную динамику — то есть, процессы соци­альной модификации, в ходе которых сохраняется и укреп­ляется существующая структура, — и собственно социальные изменения, или такие модификации, которые приводят к глу­боким структурным изменениям в обществе.

Способность социальной реальности к структурным изме­нениям имеет под собой природные, физические основания. Человек как биологический вид отличается высокой гибкостью и таким же уровнем адаптационных способностей. Он рождается с абсолютным минимумом врожденных инстинк­тов, зато невероятно способен к научению, подражанию, сим­волизации и творчеству. Социальные изменения не предоп­ределены биологической организацией человека: она только создает возможность таких изменений, но сама по себе не является их объяснением.

То, что общество раньше было другим, а в будущем тоже будет не таково, какое оно сейчас, человечество осознало очень давно. Еще древнеегипетский хронист оставил нам на папи­русе потрясающее описание восстания и причиненного им хаоса и бедствий. А великий древнегреческий поэт Гесиод в поэме «Труды и дни» изложил мифологическую концепцию социальных изменений, согласно которой человечество про­шло пять состояний, начиная с «золотого века» и кончая ныне длящимся «железным». У Гесиода, как и во многих других мифологических парадигмах, процесс изменений в обществе идет в направлении деградации — от вершины к упадку.

Другие типы мифов, например, древневосточные, описы­вают жизнь человечества как систему длительных циклов, каждый из которых заканчивается в той же точке, из кото­рой начался. Таким образом, реального поступательного дви­жения в обществе нет, и социальные изменения существуют как нечто неизбежное, но совершенно напрасное.

Привычное для нас представление о едином непрерывном социальном прогрессе, независимо от наших действий веду­щего нас из худшего состояния к лучшему, и вообще о том, что общество имеет направленную осмысленную историю, при­надлежит иудеохристианскому мировосприятию, а окончатель­ную рациональную форму приняло в рамках идеологии эпохи Просвещения. «Все, что ни делается, делается к лучшему в этом лучшем из миров», — сказал персонаж Вольтера. Эта идея получила подкрепление в XIX веке с введением в науч­ный оборот понятия «эволюция». После открытия биологи­ческой эволюции всем стало понятно, что общество тоже вклю­чено в единый направленный процесс развития от простого к сложному, по аналогии с развитием биологических видов.

Наиболее впечатляющая теория социальной эволюции принадлежит Г. Спенсеру, считавшему, что биологические организмы и человеческие общества подчиняются одному и тому же единому закону эволюционного развития. Иными словами, общества становятся все более крупными по разме­ру и сложными; их отдельные элементы все более дифферен­цируются, специализируются, становятся все более взаимо­зависимыми.

Эволюционный подход возобладал и в смежной области социальной и культурной антропологии. Выдающиеся антро­пологи конца XIX века Э. Тайлор и Л. Морган классифици­ровали общества на основе принципа эволюционного разви­тия. Если Морган считал, что все общества проходят один и тот же путь от «дикости» через промежуточную стадию «вар­варства» к состоянию «цивилизованных», то согласно Тайлору, религиозность тоже развивается от простейшей формы — анимизма — через стадию политеизма к монотеизму.

Маркс и Энгельс тоже находились под сильным влиянием эволюционных идей. Марксистская схема естественноисторического развития, включающая одни и те же обязатель­ные для всех обществ стадии, вполне может рассматриваться как еще одно порождение эволюционного подхода. Однако наряду с влиянием дарвинизма на теории Маркса сказалось сильнейшее влияние идеалистической концепции истории, разработанной Гегелем. Гегелевская схема тоже представля­ла собой величественное построение, но возведенное на идеа­листическом основании. Стадии развития общества здесь от­ражали различные уровни проявления в социальном мире и осознания человеческим разумом мирового логического на­чала, или абсолютного понятия. Таким образом, развитие общества у Гегеля выглядело как чисто логический процесс, а историческое, согласно его схеме, совпадало с логическим. Это означает, что все логическое содержание всеобъемлюще­го абсолютного понятия с необходимостью должно было в свое время проявиться в конкретных социальных формах в историческом процессе. Диалектическая схема развития, предложенная Гегелем, едина для всех форм существования, как живых, так и неживых, и состоит в обязательном про­хождении трех последовательных стадий — исходной, ее от­рицания, наконец, отрицания отрицания, то есть возврата к исходному, но на качественно другом уровне. Катализатором этого движения является борьба обязательно присутствую­щих в любом объекте, в любом обществе противоположностей. Переход от одной стадии развития к другой осуществля­ется через скачок, революцию, когда накопленные количе­ственные изменения переходят в качественные.

В результате «переворачивания с ног на голову» этой схе­мы у Маркса получилась гегельянско-материалистическая модель, универсально применимая к любому обществу и пре­дусматривающая единый для всех народов мира конец исто­рии, который должен был одновременно стать началом но­вой: мировую социалистическую революцию, которая вернет общество к «якобы исходному» бесклассовому состоянию. Дви­гателем развития у Маркса выступает борьба антагонисти­ческих классов.

Именно Маркс сделал понятие социальной революции центральным понятием философии истории. И действитель­но, социальная революция представляет собой важнейший, особый тип социальных изменений, отличающийся спрессованностью во времени и тотальностью перемен.



Социальная революция это свержение государствен­ных и классовых структур общества и замена их новым социальным порядком, радикально отличающимся от пред­шествующего. С. Хантингтон определяет революцию как «внутренние быстрые, фундаментальные и насильственные изменения в господствующих ценностях и мифах общества, его политических институтах, социальной структуре, руко­водстве, способах деятельности и политике правительства».1

Понятие «социальная реформа» также относится к опре­деленной разновидности социального изменения. Различие между реформой и революцией обычно усматривается в том, что реформа — это изменение, реализуемое на основе суще­ствующих в обществе ценностей. Революция же представля­ет собой радикальный отказ от существующих цен-






1 См.: Эйзенштадт. Ш. Революция и преобразование обществ. Срав­нительное изучение цивилизаций. С. 46.

ностей во имя переориентации на другие. Обычно сторонники револю­ционных преобразований уверяют, что именно они отстаива­ют подлинные ценности всего общества, класса или народа. А их противники считают, что защищают традиционные цен­ности от людей, желающих их подорвать.

Однако довольно часто термины «революция» и «рефор­ма» используются в несколько ином смысле: революция понимается как стремительное, быстрое и радикальное из­менение всех сторон жизни общества, а реформа — как из­менение медленное, эволюционное по характеру и затрагивающее лишь какие-то частные, хотя и важные, стороны социальной жизни.

Антипрогрессизм, свойственный романтикам, проявился в идеях другого немецкого мыслителя того времени, Ф. Тен­ниса, создавшего очень простую — двухчленную — схему, состоявшую из стадий общины и общества. Община — это идеализированный в романтическом духе образ традицион­ного общества прошлого, где господствуют эмоциональные отношения между людьми, сердечная привязанность, родствен­ные связи и религиозная традиция. Общество имеет противо­положные характеристики и возникает в процессе индустри­ализации, когда рвутся привычные связи, нарастает отчуж­дение, эмоции вытесняются рациональностью, а традиция уступает место безразличному секуляризму.

Э. Дюркгейм и М. Вебер, вышедшие на авансцену социо­логии в конце XIX в., обнаруживали двойственное отноше­ние к идее прогресса. Так, Дюркгейм рассматривал нараста­ющее разделение труда как базисный социальный процесс, ведущий в конечном счете к современному индивидуализму, но могущий привести и к состоянию аномии. Вебер отвергал эволюционизм, доказывая, что развитие западного общества в корне отличается от других цивилизаций и вообще истори­чески уникально. Согласно Веберу, для западного общества характерен особый тип рационализации, который несет с со­бой современный капитализм, современную науку и рацио­нальную правовую систему, но также и нарастающую бю­рократизацию общества.

Работы Дюркгейма, Вебера и других социологов того вре­мени ознаменовали собой переход от эволюционизма к более статичным теориям социальных изменений. Эволюционные теории были подвергнуты критическому пересмотру на эм­пирической основе — их постепенно опровергали накоплен­ные наукой факты, а также из-за присущего им детерминиз­ма и европоцентрического оптимизма. В первой половине XX столетия завоевали популярность теории циклических изменений, отвергавшие идею долговременного прогресса. К числу их относились концепция «циркуляции элит» итальянского социолога В. Парето, а также теории «жизненного цикла цивилизаций», разработанные О. Шпенглером и А. Тойнби. Последние исходили из идеи, что любая конкрет­ная цивилизация имеет свои собственные стадии развития, причем их развитие не является неуклонно прогрессивным, а имеет стадии восходящие и нисходящие — этапы рожде­ния, роста, расцвета, упадка и гибели. Это напоминает жиз­ненный цикл человека.

Нечто общее с подобными теориями имеет и популярная в шестидесятые годы XX века концепция «пяти стадий эконо­мического роста» американского социолога и экономиста У. Ростоу. Согласно этой концепции, любое общество законо­мерно проходит в своем развитии следующие пять фаз:

■ традиционное общество, основанное на аграрном хозяй­стве и примитивных технологиях;

■ переходное общество, характеризующееся ростом производительности, развитием национальной территориальной и экономической интеграции, возникновением
централизованного государства;


  • стадия экономического подъема, связанная с промыш­ленным переворотом, внедрением передовых техно­логий;

  • стадия зрелости, или индустриального общества, про­являющаяся в бурном развитии промышленности, воз­никновении новых отраслей производства, широком внедрении достижений науки и техники, урбанизации и т.д.;

  • стадия развитости, называемая также «эрой высокого массового потребления», когда общество, в первую оче­редь, ориентируется не на проблемы производства, а на потребление, а в экономике доминирует производ­ство услуг.

На концепции Ростоу базировались многие теории постин­дустриального общества. Среди последних следует остановить­ся подробнее на теории «супериндустриального общества» А. Тоффлера.

Будучи сторонником идеи технологического детерминиз­ма, Тоффлер считал, что происходящие в современном за­падном обществе технико-технологические изменения пол­ностью определяют ход социально-экономического развития в целом и стимулируют процессы социальных изменений. Поэтому история общества, по мнению Тоффлера, характери­зуется присутствием постоянно действующего ускорения в развитии. Тоффлер предложил свою схему периодизации ис­тории человеческого общества, основанную на выделении ста­дий или «волн» технологического развития:

■ первая волна соответствует аграрному периоду (хроно­логически это время до начала промышленного перево­рота);

■ вторая волна связана с промышленным переворотом, индустриализацией и научно-технической революцией и знаменует наступление эры индустриального обще­ства;

■ третья волна определяется доминированием производ­ства услуг над производством материальных благ и го­ворит о формировании супериндустриального общества.

Социальные проблемы своего времени Тоффлер объяснял происходящим столкновением двух противоположно ориен­тированных и сосуществующих в рамках одного и того же общества структур — индустриальной и супериндустриаль­ной. Структуры, сформировавшиеся в эпоху индустриально­го общества, несут на себе отпечаток жесткой бюрократиче­ской системы управления, ориентации на максимальную прибыль, неспособности контролировать нежелательные по­следствия научно-технической революции. По мнению Тоф­флера, проблемы, обусловленные кризисом индустриального общества и началом «третьей волны», имеют глобальный ха­рактер. Переход к супериндустриальному обществу означает решение всех накопившихся проблем. С супериндустриаль­ным обществом Тоффлер связывает гуманизацию всех сфер социальной жизни на основе перехода к новым, более совер­шенным технологиям: внедрения компьютерной техники, кос­мических исследований, использования генной инженерии и биотехнологии. В супериндустриальном обществе, согласно Тоффлеру, возрастет роль информации и интеллектуального труда. Все это будет способствовать тотальному изменению социально-экономических отношений, формированию ново­го типа личности, главной характеристикой которого станет высокая адаптационная способность и мобильность.

Хотя интерес к долговременным процессам социальных изменений никогда полностью не исчезал, он ушел на второй план, особенно с расцветом в первой половине XX в. функционализма в антропологии и социологии. В это время понятие эволюционного развития оказывается полностью вытеснен­ным более общим и нейтральным понятием «социальное из­менение». Однако в шестидесятые — семидесятые годы мы снова наблюдаем рост интереса к глобальным изменениям. Возникает множество неоэволюционистских теорий — Р. Линтона, Л. Уайта, Дж. Стюарта и других. Эти авторы придер­живались идеи социальной эволюции как долговременного развития человечества. В отличие от эволюционизма XIX века неоэволюционизм не утверждает, что все общества проходят в своем развитии одни и те же стадии социального развития. Больше внимания уделяется различиям между обществами и их взаимному влиянию друг на друга, для обозначения которого было введено специальное понятие «аккультурация». Кроме того, социальная эволюция в понимании неоэволюци­онистов носит скорее вероятностный характер. Наконец, со­циальное развитие уже не отождествляется с неуклонным прогрессом.

Возвращение интереса к долговременному социальному развитию отчасти было вызвано выходом на историческую сцену так называемых «развивающихся стран». Для объяс­нения существующей пропасти в уровне жизни между бога­тыми и бедными странами западные социологи и экономис­ты разработали в середине XX в. теории модернизации, со­гласно которым бедные страны остановились в своем разви­тии на относительно низком уровне, и должны развиваться, или модернизироваться, в направлении общества западного образца. Такие теории были подвергнуты критике за скры­тый эволюционизм европоцентристской направленности, за недостаток внимания к межнациональным властным отно­шениям, сводящимся к тому, что более богатые страны дик­туют бедным политические решения. Эти аспекты оказались в центре внимания более поздних теорий взаимозависимос­ти, или, как их называет И. Валлерстайн, теорий «мировой капиталистической системы».

В последние десятилетия наметилось некоторое сближе­ние позиций социологии и антропологии, с одной стороны, и истории — с другой. Историки стали проявлять больше интереса к теориям дологовременных социальных изменений, а социологи и антропологи все больше обращаются к истории в поисках эмпирического подтверждения своих теоретичес­ких разработок.


Каталог: ld
ld -> Общая характеристика исследования
ld -> Петинова М. А. П 29 Философия техники
ld -> Лингвистический поворот и его роль в трансформации европейского самосознания ХХ века
ld -> Образование в человеческом измерении
ld -> Социокультурные традиции в контексте становления и развития самосознания этноса
ld -> Физкультура и спорт issn 2071-8950 Физкультура
ld -> Культурная социализация молодежи в условиях транзитивного общества
ld -> Великую землю


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   75   76   77   78   79   80   81   82   ...   88


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница