Ю. Г. Волков социология издание 4-е


РАЗДЕЛ 2 СОЦИАЛЬНОЕ ФОРМИРОВАНИЕ



страница23/88
Дата01.02.2018
Размер2.87 Mb.
ТипКнига
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   88

РАЗДЕЛ 2

СОЦИАЛЬНОЕ

ФОРМИРОВАНИЕ

ЛИЧНОСТИ




ГЛАВА 1. ИНДИВИД И ЛИЧНОСТЬ





  1. Социологическое понимание личности

Встречаясь со старым знакомым, которого не видели мно­го лет, мы прежде всего спрашиваем: «Что у тебя нового?» Такой вопрос предполагает очевидную для нас вещь: человек уже не совсем тот, каким мы его знали, но это, несомненно, именно тот человек. Мы воспринимаем себя и других людей как меняющихся во времени, но все же сохраняющих в себе какое-то постоянное ядро.

Проблема постоянства, или тождества, личности — одна из важнейших и наиболее разработанных проблем филосо­фии, психологии и социологии. Традиционная для идеали­стической философии постановка этой проблемы сводится к тому, что личность — это чистое сознание, всегда одинако­вое, не зависящее от воспитания и влияний. В платониче­ском идеализме личность определяется душой, попадающей в тело из других сфер бытия и возвращающейся туда после смерти тела. Религиозная концепция личности также настаи­вает на бессмертии и бесконечной ответственности постоянно­го ядра личности, но либо допускает перевоплощение душ (реинкарнацию), либо, как христианство, считает каждую душу бесконечно индивидуальной и неповторимой, а каждую жизнь — однократной и ведущей к вечному существованию души в других мирах.

Каббалистическое понимание личности (иудейская мистическая традиция) представляет особый интерес. Здесь личность также рассматривается в целом как душа, но под­робно представлена ее внутренняя «анатомия». Структура лич­ности определяется индивидуальным переплетением духов­ных «сосудов» — каналов связи с Богом — и индивидуальной комбинацией десяти духовных качеств — сфирот.

Материалистические представления о личности сводят­ся к идее ее материальной обусловленности — воспитанием, социальным происхождением, уровнем обеспеченности. Тем не менее, материалистический подход допускает огромное мно­гообразие точек зрения — от вульгарно-материалистического биологического детерминизма до взглядов известного совет­ского философа Э. Ильенкова, отстаивавшего абсолютную из­менчивость человеческой личности в зависимости от воспи­тания.

Немецкая классическая философия — Кант, Фихте, Шел­линг и Гегель — внесла большой вклад в разработку фило­софского понятия личности. Главное преимущество их идеа­листических в целом взглядов состояло в том, что все они видели в личности активную силу, наделенную огромным пре­образующим потенциалом. Согласно Гегелю, личность — это как бы одна из множества граней мирового разума, универ­сального логического сознания, и смысл ее бытия в том, что­бы путем развития самосознания прийти к полному осозна­нию себя и свободе.

Переход от философского к собственно социологическо­му пониманию личности впервые совершил К. Маркс, зая­вивший, что «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть со­вокупность всех общественных отношений». В этой корот­кой фразе «Тезисов о Фейербахе» содержится целая диалек­тика личностного и индивидуального. Суть ее сводится к тому, что понятие «личность» выходит за рамки понятия факти­ческой индивидуальности и тождественно социальному в че­ловеке.

Необходимо отметить роль в разработке современного по­нимания личности и индивидуальности психологов психо­аналитического направления. Его основатель, венский пси­хиатр 3. Фрейд, доказал присутствие в человеческой инди­видуальности наряду с сознанием еще два других структур­ных уровня: бессознательное — несознаваемые инстинкты, влечения, комплексы, то есть, устойчивые системы подав­ленных влечений, травмы; сверхсознательное (сверх-«я») — система бессознательной цензуры, то есть контроля, вытесня­ющего из сознания недопустимые влечения, а из памяти — слишком травмирующие или позорные воспоминания. Его пос­ледователь К. Юнг расширил сферу бессознательного, вклю­чив в нее помимо индивидуального бессознательного, о кото­ром говорил Фрейд, коллективное бессознательное — сово­купность символических образов, воплощающих общечелове­ческие родовые стремления, страхи, поиски.

Экзистенциалистская философия (М. Хайдеггер, Ж.-П. Сартр и другие) создала своебразное наложение философского и психологического планов рассмотрения проблем, связанных с личностью. С точки зрения экзистенциализма, вся внутрен­няя жизнь человека выражает онтологическую специфику его существования как уникального существа, сознающего свою неминуемую смерть и задающегося вопросом о смысле своего бытия. Сознание каждого человека в этом смысле не индивидуально, поскольку это общечеловеческие черты. Но свою подлинную индивидуальность человек обретает тог­да, когда отрывается от «безличного» — массы неиндивидуализованных, не осознавших свою личную обреченность смерти людей, — и начинает жить в сознании своего «бытия-к-смерти» и налагаемой им ответственности. Вообще для эк­зистенциализма личность — это прежде всего полнота ответ­ственности, которую предполагает свобода. В то же время личность человека — это нечто с ним постоянно несовпада­ющее, потому что человек всегда живет в отрыве от себя, проектируя свое будущее. Личность — это конечная цель проекта, реализация своего возможного «я». Поскольку че­ловек — это всегда движение, у него нет фиксированных черт, совокупность которых можно было бы рассматривать как личность или индивидуальность. Облик личности начи­нает просматриваться после смерти, потому что именно смерть кладет на нее последний и самый главный мазок. Но облик личности, то есть, ее главный проект, объясняющий все ее поступки, можно уяснить и из экзистенциального психоана­лиза — метода, специально для этой цели разработанного Ж.-П. Сартром.

Переходя теперь к собственно социологическому понима­нию категорий «личность» и «индивид», вспомним, что со­циология, в отличие от философии, имеет дело с социальной эмпирией, а говоря о нашем эмпирическом «я», мы не раз­личаем в себе индивида и личность. Вообще индивид — это скорее обезличенная единица человеческого существования, нечто статистическое. В социологии понятие «индивид» име­ет значение просто мельчайшей неделимой единицы, входя­щей в социальную группу.

Исторически индивидуальное «я», то есть, интроспектив­ное представление о самом себе, не совпадающее с «я» соци­альным, то есть, со своим статусным набором, существует не так давно. В традиционных обществах, как мы уже отмеча­ли, человек полностью идентифицировал себя со своей соци­альной группой. Появление возможности для индивидов от­носительно дистанцироваться от своей социальной жизни ис­торики относят к концу средних веков. Существовала даже гипотеза, что применительно к людям, жившим до этого вре­мени, неприменимы такие понятия, связанные с индивиду­альной внутренней жизнью, как совесть: у них не было ин­дивидуальной совести и ответственности, а лишь групповая (родовая, клановая) ответственность и стыд перед членами рода. Дальнейшее развитие западного общества пошло по пути прогрессирующей индивидуализации, на основе ценностей ин­дивидуализма. В контексте индивидуалистической культу­ры более всего ценится свобода личности, а индивидуальное право ставится выше коллективного. Это породило целую философию, базирующуюся на индивидуальном благосостоя­нии, где главным считается чувство комфорта, наличие сво­бодного времени, внимание к своему здоровью и внешности и т. д. Большое место здесь также занимает стремление «вы­делиться», сделать выдающуюся карьеру, добиться социаль­ного успеха.

Так что помимо понятия «индивид» следует пользоваться также и понятием «индивидуальность». Это то, что классик социологии Э. Дюркгейм называл «индивидуальной сущнос­тью»: совокупность качеств человека, обусловленных непо­вторимой комбинацией врожденных способностей, темпера­мента, психической конституции и следствий приобретенно­го в индивидуальной истории человека опыта. Все это состав­ляет в совокупности индивидуальный полюс личности. Поня­тие «индивидуальность» относится к тем особенным физичес­ким, психологическим, мировоззренческим качествам, кото­рые присущи только этому человеку в отличие от всех ос­тальных. Индивидуальность — это критерий неповторимос­ти каждой личности, воплощение ее права на свободный вы­бор и самоопределение.

Однако индивидуальным полюсом личность не исчерпы­вается. В ней наличествует еще и социальный полюс — то, что человек неизбежно приобретает в процессе социализации и социального взаимодействия. Система социальных отно­шений всегда по-своему преломляется в каждой личности, вызывая в ней определенные изменения и сказываясь на ее социальном поведении. Все мы из своего и чужого опыта зна­ем, как меняется человек после длительной травмирующей ситуации, войны, плена, безработицы, как преображает его социальный успех, стремительная карьера, резкое обнища­ние или внезапное обогащение, наконец, насколько отлича­ется личность, сформировавшаяся в закрытом идеологизиро­ванном обществе, от личности, воспитанной в условиях сво­бодного правового государства. Социальный полюс личности отражает присутствующее в ней коллективное начало, каче­ства, привычки, склонности, особенности поведения, прису­щие этому человеку не как индивиду, а как члену группы. На разнице, существующей между полюсами личности, по­строено множество художественных произведений, в основу которых положено социальное перевоплощение. Например, в повести А.С. Пушкина «Барышня-крестьянка» влюблен­ный герой не узнает свою возлюбленную просто потому, что она мистифицирует его, переодеваясь то в крепостную крес­тьянку, то в барышню из высшего общества. Разумеется, дело здесь не только в переодевании, а в том, что героиня мастер­ски меняет все свое поведение, манеры, речь, то есть, полно­стью заменяет другим свое социальное лицо. И социальная составляющая личности оказывается так велика, что засло­няет собой собственную индивидуальность героини — она ос­тается неузнанной.

Социальный полюс личности включает в себя также и со­вокупность знаний, умений и навыков, позволяющих чело­веку свободно функционировать в своей социальной среде, не шокируя окружающих. Снова обратимся к литературно­му примеру. В повести Марка Твена «Принц и нищий» про­исходит случайная подмена наследного принца Великобри­тании похожим на него как две капли воды мальчиком из нищей семьи. Дальнейшее изложение построено на парадок­сальной ситуации, когда окружение ожидает от мнимого принца, что он поведет себя как принц, а он ведет себя не­обычно и странно, и точно так же удивляет людей своим не­свойственным его среде чувством собственного достоинства мнимый нищий. Тем не менее, обе ситуации оказываются очень продуктивными, поскольку нетривиальный взгляд, обо­гащенный альтернативным социальным опытом, помогает ре­шить многие проблемы. Принц видит, как бесправны люди на социальном дне, и остро воспринимает это бесправие, в то вре­мя как сами нищие на него уже не реагируют, так как счита­ют нормой. А нищий, став принцем, вынужден решать госу­дарственные дела, определять судьбы людей, и проявляет при этом здравый ум и практическую сметку человека из низов.

Социальный полюс личности — это также мнения, верова­ния, установки, предрассудки, которые сформированы в че­ловеке окружающей средой и принятыми в ней нормами. К примеру, в бедной среде часто бытует мнение, что богатые люди все без исключения отличаются алчностью и жестокос­тью. Люди из зажиточной среды часто воспитаны в пренебре­жении и брезгливом отношении к бедным. Преувеличенное, с точки зрения жителя Запада, гостеприимство восточных лю­дей также является привитой традицией социальной чертой их личности. То же самое можно сказать о вошедшей в плоть и кровь покорности женщин Востока, и вообще обо всем том, что мы иногда называем «национальным характером», не думая, что национальные черты характера преимущественно представляют собой плод воспитания в конкретной среде.

Наконец, социальное в личности — это то, что позволяет ей осуществлять социальную (групповую) идентификацию, отождествляя себя со своим классом, нацией, племенем, про­фессиональной группой.

Говоря о наличии в пределах одной личности двух полю­сов, нужно иметь в виду, что между этими полюсами нет никакого противоречия или борьбы. Они взаимозависимы и неотделимы друг от друга как две стороны одной монеты или медали. На протяжении всей жизни индивидуальное и соци­альное в личности развиваются параллельно и подвергаются взаимному влиянию. Такую взаимозависимость можно про­иллюстрировать на примере театральной труппы. Постанов­ка пьесы — это коллективное действие всей труппы. Каждый актер ощущает свою принадлежность к группе и работает для выполнения общей цели. В то же время каждый актер неповторимо индивидуален, отличает себя от других акте­ров, и группа делает ставку на индивидуальные качества исполнителей, чтобы раскрыть эмоциональные возможности каждого персонажа и тем самым обеспечить успех постановки. Исследования в области социальной психологии показа­ли, что когда человек чувствует себя в группе комфортно, он старается подчеркнуть свою индивидуальность. При межгруп­повом конфликте, наоборот, человек стремится унифициро­ваться со своей группой, слиться с ней, быть похожим на других.

Таким образом, личность в социологии можно определить как структурированный комплекс врожденных и приобретен­ных благодаря включенности в социальные отношения ка­честв, развивающихся и проявляющихся во взаимодействии с другими людьми.

С точки зрения макросоциологии, личность является про­дуктом общества. Такого взгляда придерживались Э. Дюркгейм, М. Вебер, Т. Парсонс и др. Но в таком случае встает вопрос, каким образом общество формирует личность? Влия­ние общества на индивида, делающее его личностью, в соци­ологии получило название процесса социализации.

Социализация это освоение культуры (норм, ценнос­тей, идей, правил, поведения и стереотипов понимания) со­общества. Она не только связана с развитием личности, но и является своеобразным духовным кодированием человека, вырабатывая у него типовые (хорошо распознаваемые и про­гнозируемые) социальные реакции и формы активности. Функ­циональное значение такого «отесывающего» формирования способностей, навыков и знаний индивида состоит в том, что­бы подготовить людей к тесному сосуществованию, обеспе­чить их предстоящее взаимодействие и взаимопонимание.

Известный социальный антрополог Р. Линтон, который много работал в микросоциологии и является одним из осно­вателей теории ролей, ввел понятия модальной и норматив­ной личности.



Нормативная личность — это как бы идеал личности данной культуры.

Модальная личность — более распространенный тип от­клоняющихся от идеала вариантов личности. Чем нестабиль­нее общество, тем больше людей, социальный тип которых не совпадает с нормативной личностью. И наоборот, в стабиль­ных обществах культурное давление на личность таково, что человек в своих взглядах и поведении все меньше и меньше отрывается от «идеального» стереотипа.

В кризисные моменты в любом обществе возникают ано­мии и количество девиаций заметно увеличивается. Р. Мертон разработал свою систему классификации отклоняющего­ся поведения. Он выделил пять моделей социальной адапта­ции личности к выработанным в обществе культурным нормам в зависимости от того, признают ли люди господству­ющие ценности и следуют ли они правилам достижения цен­ностных благ.

Если личность разделяет цели данной культуры и обще­ства и стремится осуществить их легальными, рекомендуе­мыми средствами, она осуществляет конформную (приспособ­ленческую) модель адаптации.

Инновационная модель адаптации характеризуется тем, что личность принимает цели общества, но стремится их осуществить необычными, непризнанными и, возможно, неодобряемыми средствами. Такая модель поведения распрост­ранена в новых предэлитных слоях современного российско­го общества, которые характеризуются «достигательной» мо­бильностью, связанной с обогащением (по известному выра­жению: «Цель оправдывает средства»).

Ритуализм, как другая отклоняющаяся форма личност­ной адаптации, напротив, проявляется в том, что человек не признает целей и ценностей своего сообщества, но тем не ме­нее соблюдает «правила игры» и ведет себя в соответствии со сложившимися представлениями о допустимых средствах со­циальных достижений. В нашем обществе обычно это «се­мейная карма» детей из слоя российской интеллигенции.

Эскапизм (отстранение, уход от социальной реальности в свои экстравагантные миры) характерен для личностей, от­рицающих и доминирующие цели, и предписанные обществом средства их достижения. Это как бы квазиадаптация, модель «параллельного существования», признание собственной чужеродности и невозможности противостоять сложившимся обществе стереотипам.

И наконец, бунт, мятеж является такой формой откло­няющегося поведения, которая направлена на активное проти­востояние и опровержение норм общественной организации.

Таким образом, личность в макросоциологии — это социальный тип, отвечающий данной культуре и адаптиру­ющийся в ней.

В частности, согласно знаменитому американскому иссле­дователю современного общества Г. Маркузе, постиндустри­альное общество Запада формирует социальный тип «одно­мерного человека». Это результат направленного воздействия рекламы и массовой пропаганды, превращающего человека в потребителя, лишенного каких-либо высших, «многомер­ных», интересов и потребностей. Одновременно человеку об­щество навязывает «ложные потребности» чрезмерного по­требления, превращая их в средство манипуляции индиви­дуальным сознанием.

Такие исследователи, как Т. Адорно, К. Хорни и другие неомарксисты и неофрейдисты, в своих работах обосновали парадоксальный вывод: «нормальная» личность современно­го общества — это невротик. Давно распались системы общ­ностей, где имелись общепринятые устойчивые ценности, и сейчас каждая социальная роль человека заставляет его «играть» в новой системе ценностей, предпочтений и стерео­типов (выходя из дома, попадая в транспорт, на работу, забе­гая в клуб, в кафе, путешествуя по магазинам, все время менять амплуа и социальные «маски»). При этом его Супер-, Эго (сверх-Я, нормативная структура личности, совесть, мо­раль, значимая традиция, представления о должном) стано­вится как бы «размазанным», неопределенно-множественным, плюралистичным.

И.С. Кон, М. Кон и многие другие исследователи уверяют, что современный человек отвергает любую роль. Он стано­вится «актером», который способен к постоянным социальным перевоплощениям и играет множество ролей, не принимая их всерьез. Несчастен тот, кто вживается в роль; он становит­ся невротиком, ибо не может соответствовать меняющимся требованиям, выдвигаемым разнообразным окружением мно­жества общностей, в которые он структурно и культурно впи­сан. Будучи даже очень хорошим руководителем, нельзя ос­таваться директором и дома, поскольку близкие любят и це­нят данного конкретного человека, возможно, совсем не за качество и эффективность управления; и наоборот: являясь в семье любимым избалованным ребенком, вряд ли стоит кап­ризничать или ожидать восторженной привязанности к себе в кругу друзей и коллег. Иными словами, современная жизнь разнообразна, люди вращаются в разных «кругах», где дей­ствуют специальные «правила», поэтому и следует вниматель­но оглядываться по сторонам и успевать менять передник на декольте, смокинг на джемпер, почтительность на распоря­дительность.



Каталог: ld
ld -> Общая характеристика исследования
ld -> Петинова М. А. П 29 Философия техники
ld -> Лингвистический поворот и его роль в трансформации европейского самосознания ХХ века
ld -> Образование в человеческом измерении
ld -> Социокультурные традиции в контексте становления и развития самосознания этноса
ld -> Физкультура и спорт issn 2071-8950 Физкультура
ld -> Культурная социализация молодежи в условиях транзитивного общества
ld -> Великую землю


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   88


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница