Ввввввввввввввввввввввввввввввввввввввввввв


Глава 3. СНЯТИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ



страница26/37
Дата31.12.2017
Размер2.81 Mb.
ТипРеферат
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   37
Глава 3. СНЯТИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЛИЧНОСТИ

ИЛИ ТРЕТЬЯ ПРИРОДА УНИВЕРСУМА
3.1.Социум - объективация потенциального

социального мира личности

Выше мы уже указали на наличие генетической связи между биологическим организмом человека как продуктом первой природы и личностью как потенциальным социальным миром или второй природой. Теперь нам предстоит проанализировать, как из потенциальной формы органически вытекает объективированная форма социального мира. В этом переходе и состоит суть социального движения как промежуточного звена между биологической и космической формами существования универсума.

Итак, исходя из нашей гипотезы, социальная фаза самодвижения универсума состоит из взаимодействия субъективных и объективных процессов. Такой альянс имеет безграничное поле развития, следовательно, социальная форма движения безгранична. Она имеет геологический характер и космическую направленность движения. Надо отметить, что в определении ее содержания имеются существенные расхождения. Так, например, А.П.Белик характеризует ее так: “Социальная форма, вид материи — это понятие философии, обозначающее субстанцию социальной формы движения, высший вид материи, способной к ускоряющемуся саморазвитию, самосовершенствованию при участии и под контролем порождаемой ею же своей противоположности — сознания, духа, разума, мысли. Социальная форма движения представляет собой процесс и результат постоянно углубляющегося открытого синтеза универсального воспроизведения-преобразования всех предшествующих видов материи и форм движения путем сознательно-целеполагающей, орудийно-опосредствованной деятельности разумных живых существ по мере развития их способностей, овладения законами природы с целью удовлетворения своих потребностей”1.

Нам представляется, что данное определение социального движения приводится исследователем, как бы находящимся внутри него. Нас оно не устраивает по нескольким причинам. Во-первых, потому, что социальная форма движения основывается не на одной материи, а есть фаза самодвижения универсума как бинарного основания Вселенной. Во-вторых, сознание, дух, разум, мысли не противостоят материи в социальной форме, а, как мы показали, вместе с материей представляют собой качественно новое образование — субъективированный человеком универсум. Другими словами, в социальной форме самодвижения универсума присутствует все богатство его атрибутивных свойств. В-третьих, данное определение не указывает на возможность выхода социальной формы движения на более высокий, космический уровень движения. Поскольку социальная форма движения вышла из субстанционального основания Вселенной, то она и должна в него вернуться, совершив гигантский по масштабам и времени кругооборот.

Парадоксально, но факт то, что даже в “Философской энциклопедии” данного понятия нет, а среди 150 терминов с прилагательным “социальный” (таких как “социальная патология”, “социальная норма патологии”, “социальная патология знаков”, “социальная физика”, “социальная физиология”, “социальное отклонение”, “социальное расчленение”, “социальные болезни”, “социальный инстинкт”, “социальные реакции у животных” и других) отсутствуют понятия “социальное движение”, “социальная форма движения” и т.д. Правда, однажды приводится понятие “социальные движения”, но в смысле “народные движения”.

Здесь мы должны в ходе изучения процесса отчуждения потенциального социального мира понять, как это происходит технологически. Для этого надо изменить подход к изучению проблемы. Последнее мы достигаем тем, что, анализируя переходы универсума из одной стадии в другую, мы идем не от уже существующего социального мира к сущности, как обычно принято изучать данное явление, а движемся в обратном направлении, то есть от первой природы через человека ко второй природе. На принципиальную возможность такого направления движения поиска указывает Гегель: "Основание есть, с одной стороны, основание как рефлектированное в себя определение содержания, присущее наличному бытию, которое оно основывает, а с другой — оно то, из чего должно быть понято наличное бытие; (на самом деле — указывает он), наоборот, от наличного бытия заключают к основанию, и основание становится понятным из наличного бытия"1. При таком способе объяснения социальное явление "просто и весьма удобно вытекает из своего основания".

Выше показано, как в ходе формообразования человека от него отчуждается во внешнюю среду специфическое содержание. Так происходит процесс частичного отчуждения индивидуальной жизни от ее источника — человека. Вот судьбу этого удивительного продукта мы и рассмотрим как начальный момент самопорождения реального социального мира. Существование отчужденных продуктов во внешней среде и есть социальное.

Для того, чтобы установить специфику социального, мы вновь вынуждены обратиться к гегелевскому учению о сущности понятия для того, чтобы рассмотреть самодвижение сущности "социального" по трем стадиям, а именно: существования — явления или бытия — действительности. Итак, мы исходим из того, что на стадии существования сущность "социального" представлена коллективным энергетическим полем, возникшим на основе интеграции индивидуальных силовых полей. Поскольку самосознание произвело его как понятие и отбросило его в форме энергетического импульса за пределы головы человека, то оно опосредуется для других участников силового поля тоже понятием, а "такое опосредствование есть разум"2.

Механизм, благодаря которому получен трансперсональный продукт, есть действие, понимаемое здесь в такой интерпретации, какую дает ему психологическая наука. Несколько ранее мы уже особо подчеркивали то обстоятельство, что психологическая наука в качестве своего основного предмета рассматривает категорию "действие". Мы выше уже рассматривали его как элемент механизма самоактуализации человека. Для нас принципиально важно подчеркнуть определение содержания данной категории. Как пишут В.П.Зинченко и Е.Б.Моргунов: "Действие — это живая форма, подобна органической системе, в которой развиваются не только присущие ей свойства, но и складываются, формируются недостающие такой системе (функциональные - В.Б.) органы"3.

На основании такой трактовки психологами категории "действие" мы рассматриваем интеграцию людей между собой как интеллектуальное взаимодействие. При этом отличие "интеллектуального" от "социального" состоит только в том, что первое есть отчуждаемый человеческим организмом во внешнюю среду единичный продукт, а второе — есть совместное функционирование этих отчужденных продуктов во внешней среде. При интеграции интеллектуальных продуктов, производимых отдельными индивидуумами в органическую систему, функционирующую в иной среде, наблюдается изменение их качества. Это обычное дело — проявление новых качеств субстанции при изменении условий существования.

По-иному можно сказать, что здесь мы имеем дело с духовной формой общения субъектов исторического действия между собой по принципу “субъект - субъект”. Это такой процесс, который соответствует значению термина “Verkehr”, введенному К.Марксом и Ф.Энгельсом в работе “Немецкая идеология”. Общение как явление межсубъектного характера обстоятельно рассмотрено М.С.Каганом в работе “Мир общения”, который писал о том, что “в процессе и в результате общения происходит отнюдь не обмен идеями или вещами, а превращение состояния каждого партнера в их общее достояние. Общение порождает общность, а обмен сохраняет обособленность его участников”1.

Э.Дюркгейм, например, пытаясь осмыслить связь: чем держится общество, которое ничто не трансцендирует, но которое самотрансцендирует всех своих членов, — находит цементирующий источник в общности чувства по отношению к целям и идеалам и называет его "гражданской религией", связующей людей силой, которую не в состоянии уничтожить даже технический прогресс.

Нельзя не обратить внимание на то, что если З.Фрейд легитимизировал анализ бессознательного в структуре человека, К.Юнг вывел эту проблему за пределы отдельного человека и предложил теорию, то Узнадзе открыл механизм формирования бессознательного. Если Фрейд обратился к онтогенезу бессознательного, Юнг осветил филогенез, Узнадзе и его школа попытались сделать его параметрическое описание, то Е.А.Донченко предприняла попытку осветить его действие как саморазвивающуюся систему на стороне коллективного целого.

При этом Е.А.Донченко совершенно права, когда пишет о том, что "с момента вхождения научного мировоззрения в область признания возможности раздельного и независимого существования материального субстрата (мозга) и психики (сознания и различных форм бессознательного), начинается новый виток гуманитарной науки, подготовленный достижениями в области естественных наук"2.

Здесь важно только постоянно помнить о предупреждении М.Вебера о том, что "не все типы действия — в том числе и внешнего — являются "социальными" в принятом здесь смысле. Внешнее действие не может быть названо социальным в том случае, если оно ориентировано только на поведение вещных объектов. Внутреннее отношение носит социальный характер лишь в том случае, если оно ориентировано на поведение других"3.

Действие — это не столько внутренний продукт человека, сколько его взаимодействие с внешними структурами общества. Здесь уместно привести определение действия П. Штомпкой, который пишет: "Действие" ... является атрибутивным понятием; оно суммирует определенные свойства социальной фабрики, эту "действительно действительную действительность" социального мира. Оно представляет собой то место, где сходятся структуры (способности к операциям) и агенты (способности к действию); это синтетический продукт, слияние структурных обстоятельств и способностей деятелей. В таком виде действие обусловлено двояко: "сверху" — балансом напряженностей и ограничений, а также ресурсами и возможностями, обеспечиваемыми существующими структурами; и "снизу" — умениями, талантами, мастерством, знаниями, субъективными отношениями членов общества и организационными формами, в которых они соединяются в коллективы, группы, социальные движения и пр. Но действие не сводимо ни к тому, ни к другому; по отношению к обоим уровням (тотальностей и индивидуальностей) оно составляет новое, возникающее качество"4.

Итак, мы утверждаем, что сущность "социального" на стадии существования предстает перед нами как взаимодействие индивидуальных разумов, которое мы рассматриваем как "социальный интеллект", в отличие от интеллекта индивида. Механизм этого взаимодействия очень хорошо описал Л.Гумилев через понятие "пассионарность" (от лат. слова passio - страсть), под которым он понимал "эффект, производимый вариациями этой (интеллектуальной - В.Б.) энергии, как особое свойство характера людей. При этом он подчеркивал, что "пассионарность — это характерологическая доминанта, непреоборимое внутреннее стремление... к деятельности, направленное на осуществление какой-либо цели"1.

По своему происхождению - это пульсирующий энергетический объект тотального характера, из которого нам является полевая форма жизни, образующая в границах нашей планетарной системы социальный мир.



На практике сформировалась и развивается теория действия, которая от Бакли до Арчер описала полный круг и значительно обогатилась. При этом теория действия начинает осознаваться как центральная проблема социологического теоретизирования. Это признают не только ее основатели, но и другие авторы, полагающие, что "через некоторое время она обещает стать той теоретической областью, в которой можно ожидать значительного продвижения"2. Ее основной вопрос сегодня — это соотношение действия и структуры.

Теперь посмотрим, что происходит с полевой формой разумной жизни на стадии явления, где она еще сосуществует в органическом единстве с материнской, то есть породившей ее формой жизни, и еще неотъемлема от человеческого организма. На второй стадии саморазвертывания понятия "социальное" мы, наконец, можем эксплицировать сущность социального мира, т.е. “показать как она является в наличном бытии"3.

Переход сущности "социального" в свое бытие есть, следовательно, такой процесс, в котором результат и предпосылка различны лишь по форме. Здесь как сущность "социального", так и его бытие, социальный мир, конечное — оба есть односторонние определения, каждое из которых переходит в другое и являет себя в другом как несамостоятельный момент, а также как производящее другое определение, которое оно несет в себе. Этот переход имеет два противоположных значения; с одной стороны, каждый из членов представляется как момент, то есть является чем-то переходящим от непосредственного к другому, так как каждый член есть нечто положенное; с другой стороны, это имеет также то значение, что каждый из них порождает другой. Таким образом, как одна, так и другая сторона есть движение.

Здесь имеет место раздвоение взаимодействия на составляющие части. Одна из них заключена внутри живого телесного человеческого организма и проявляется как его основное атрибутивное качество — индивидуальная человеческая деятельность, в то время как другая представлена многообразной совокупностью деятельностей людей или интегративной деятельностью, составляющей категорию родовой жизни человечества. В обществоведение, как известно, понятия "род", "родовая жизнь", "родовая сущность" внесены Л.Фейербахом, который считал, что родовая сущность позволяет каждому конкретному индивиду осуществлять себя в бесчисленном множестве разных индивидов.

Рассмотрим более подробно соотношение индивидуальной и родовой деятельности. Их единство заключается в том, что и та, и другая есть сознательная жизнедеятельность человека, посредством которой первая природа обеспечивает чрез-себя-бытие, порождая при этом вторую природу. Поэтому К.Маркс, исследуя человека через призму второй природы, оказывается совершенно прав, когда рассматривает деятельность человека как сущность его жизни, а труд — как основное атрибутивное свойство человеческого организма, как "субстанцию человека"1.

К.Маркс, выделив категорию труда (а последний он рассматривал как "положительную творческую деятельность"2), смог выделить такую "систему систем", которая бы объясняла взаимодействие и субординацию всех ее "подсистем", и найти реально действующую систему, функционирующую по законам единого целого организма3.

Через призму отчужденного труда К.Маркс объяснил происхождение родовой жизни человека. При этом он показал, как коллективная форма жизни на практике превращается в специфическую форму поддержания жизнедеятельности человека. "Отчужденный труд человека, — писал он, — отчуждая от него 1) природу, 2) его самого, его собственную деятельную функцию, его жизнедеятельность, тем самым отчуждает от человека род: он превращает для человека родовую жизнь в средство для поддержания индивидуальной жизни"4.

При этом он предостерегал от того, чтобы противопоставлять "общество" как абстракцию индивиду. "Индивид, — писал он, — есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни, — даже если оно не выступает в непосредственной форме коллективного, совершается совместно с другими проявлениями жизни, является проявлением и утверждением общественной жизни. Индивидуальная и родовая жизнь человека не являются чем-то различным, хотя по необходимости способ существования индивидуальной жизни бывает либо более особенным, либо всеобщим проявлением родовой жизни, а родовая жизнь бывает либо более особенной, либо всеобщей индивидуальной жизнью"5.

Момент частичного отчуждения индивидуальной жизни или свободной деятельности в форме отчужденного труда закрепляется в структуре человека качественно новым фундаментальным свойством — потребностью в общении и обмене деятельностью с другими людьми. Теперь уже для интеллектуально развитого человека другой человек становится крайне необходимым в качестве его неорганического продолжения для организации совместной продуктивной жизни. При этом процесс самоутверждения человека как сознательного — родового — существа, то есть такого существа, которое относится к роду как к своей собственной сущности или к самому себе как к родовому существу, закрепляется в бытии как практическое созидание и переработка предметного мира посредством разделения общественного труда.

Таким образом, в бытии сущность социального раскрывается уже как обмен деятельностью между отдельным человеком и социальными группами, классами, наконец, человечеством. Обмен поднимает индивидуальные потребности человека и материальные объекты из сферы единичного в сферу общего, то есть в сферу живых социальных взаимодействий. Обмен деятельностью, а позже и товарами, привел к необходимости качественного и количественного анализа в общественной жизни. Для реализации этих функций потребовалось возникновение науки и денег.

Взаимодействие людей между собой в силу специфики социальной среды имеет все признаки насилия над личностью, поскольку "социальный факт узнается лишь по той внешней принудительной власти, которую он имеет или способен иметь над индивидами"1. И здесь необходимо отдельно исследовать степень обязательности выполнения требований социальной среды, поскольку это действие сил сжатия, без которого немыслимо взаимодействие людей, а следовательно, и возникновение социального мира, где эта грань нарушена и имеет место насилие над личностью, ущемляющее ее развитие.

Одновременно это единство формы как отношение бытия есть в бытии прежде всего становление, переход одной определенности бытия в другую, а если сказать конкретнее, то это и есть интересующий нас процесс перехода субъективной формы "социального" в объективную форму и наоборот, в то время как человек обыкновенно считает, что только нужда заставляет его приспосабливаться к реально существующему, порой враждебно ему противостоящему миру. В действительности же это единство с миром должно быть познано не как вынужденное отношение, а как отношение разумное. Разрешить эту задачу - значит объяснить способ их взаимодействия между собой, за которым уже, как известно, больше ничего нет.

Таким образом, люди в ходе повседневной жизни, общаясь между собой, порождали определенный тип общественных отношений. Эти связи между людьми обеспечивали их совместную жизнь и развитие общественного организма. Вот почему на всех этапах истории человечества люди стремились развить и поддерживать в каждом представителе нового поколения личностную потребность в общении с себе подобными и овладении средствами общения, наиболее эффективными для данного типа культуры. Однако до определенного времени это был как бы побочный продукт их деятельности. Первым его заметил Л.Фейербах, для которого связь между людьми есть, по меткому определению К.Маркса, “внутренняя, немая всеобщность, связующая множество индивидов только природными узами”2. Силой, объединяющей “Я” и “Ты”, является, по Л.Фейербаху, любовь человека к человеку. Однако марксистами это долго не ставилось ему в заслугу, хотя К.Маркс считал своеобразным “подвигом“ Л.Фейербаха то, что одним из “основных принципов” своей “истинно материалистической теории он сделал “общественное отношение “человека к человеку”3. К.Маркс, а за ним и его последователи, считал, что отношение это является практическим, складывающимся в совместной производственной деятельности людей, а не врожденным ощущением общности “Я” и “Ты”. В их позиции явно просматривается грубый материализм и отрицание духовных стимулов в жизни людей.

И только с наступлением индустриальной фазы развития общение и его продукт — общественные отношения — стали предметом специального теоретического анализа. Так, в “Немецкой идеологии”, как мы знаем, было особо подчеркнуто, что в процессе производства людям “необходимо было вступать во взаимоотношения друг с другом”, и что это-то их практическое общение “создало — и повсеместно воссоздает — существующие отношения”4. В.И.Ленин, в свою очередь, тоже подчеркнул, что люди “вступают в общение” в процессе совместной практической деятельности, что при этом складываются определенные общественные отношения5, однако сами люди не сознают того, каковы эти отношения, и попадают в прямую зависимость от характера данных отношений.

М.С.Каган, характеризуя взаимосвязь общения и общественных отношений, писал, что между ними “существует взаимодействие, но оно описывается не в понятиях “форма” и “содержание” или “персонификация”, а скорее в понятиях ”процесс” и “продукт”. Общение есть реальная деятельность, разворачивающаяся процессуально, а общественные отношения - тип связи его участников, который становится структурой общества и, формируясь в процессе практического общения людей, его же и обусловливает”1. Кроме этого он, ссылаясь на К.Маркса, указывает на другой аспект диалектической взаимосвязи общения и общественных отношений — осознанную целенаправленность общения (как формы деятельности субъекта) и неосознаваемую, спонтанную и обретающую стихийную власть над субъектами силу общественных отношений. Завершает характеристику их особенностей ссылкой на то, что третий аспект диалектики общения и общественных отношений "схватывается" связью понятий "непосредственные" и "опосредованные" или "прямые" и "косвенные".

Для нас очень важен вывод М.С.Кагана о том, что “в каких бы формах общение не осуществлялось, его цель — достижение общности (или повышение уровня общности) действующих субъектов их свободными совокупными усилиями при сохранении неповторимой индивидуальности каждого”2.

Теперь посмотрим, что же происходит с сущностью "социального" на следующей стадии его саморазвертывания — стадии действительности. Как известно из работ Гегеля, действительность — это единство его сущности и существования. В ней имеет свою истину лишенная облика сущность и лишенное опоры явление, иначе говоря, неопределенная устойчивость и лишенное прочности многообразие. Данное единство внутреннего и внешнего как составных частей "социального" есть абсолютная действительность, которое есть абсолютным отношением его к самому себе — субстанция, из которой состоит вторая природа.

Поскольку развертывание абсолютного "социального" — это его собственное действие, при этом такое, которое также начинается с него, как и приходит к нему, то это означает, что оно есть абсолютно абсолютное. Но абсолютное, которое дано лишь как абсолютное тождество, есть лишь абсолютное внешней рефлексии. Оно поэтому не абсолютно абсолютное, а абсолютное в некоторой определенности, другими словами, оно атрибут. Следовательно, сама абсолютная форма и заставляет его быть видимым внутри себя и определяет его как атрибут. Нам представляется, что результатом становления "социального" или его атрибутом является коллективизм как всеобщий принцип, способ совместной деятельности людей. Становление его необходимо для того, чтобы человечество вырвалось, наконец, из множества внешних зависимостей, и для того, чтобы создать внутри себя механизм саморазвертывания социального организма.

К.Маркс писал, что социальное как способ совместной деятельности людей образует своего рода "тотальность человеческого проявления жизни" 1. Э.Дюркгейм, как известно, "признавал плодотворной идею Маркса о том, что социальная жизнь должна объясняться не представлениями ее участников, а более глубокими причинами, коренящимися, главным образом, в способе, которым сгруппированы между собой индивиды. Однако, согласно Э.Дюркгейму, эта идея, составляющая логическое завершение эволюции социальной мысли, никак не связана с социалистическим движением и "грустным зрелищем конфликта между классами"2. В.И.Ленин прямо указывал на то, что социальная сторона материального процесса — есть объединение, сплочение и организация рабочих3.

Еще на заре ХХ века самый утонченный и универсальный по духу представитель русской культуры, как отзывался о нем Бердяев, русский поэт и философ Вяч.Иванов в современной ему действительности находит “неложные признаки, указывающие на то, что индивидуалистическое разделение людей — только переходное состояние человечества, что будущее стоит под знаком универсального коллективизма”4. По его убеждению, наступает время не только теснейшей общественной сплоченности, но и новых форм коллективного сознания. При этом верховной ступенью человеческого общежития, по его мнению, есть не организация, а соборность.

Таким образом, проследив изменение сущности "социального" по цепочке существование — явление — действительность, мы теоретически воспроизвели саморазвертывание данного явления, вскрыли закономерности его перехода из одного состояния в свое иное, основывающееся на качественном преобразовании его содержания. Мы вплотную подошли к тому, чтобы изложить свое понимание указанной категории, зафиксировать обнаруженные выше ее наиболее существенные свойства, закономерные связи и отношения.

Как видим, понятие “социальное” (как и “интеллектуальное”) тоже является составным образованием. Оно возникает в результате логического движения ряда исходных понятий, явлений, но уже не в человеческом организме, а во внешней среде. Поэтому приведем его модель, поскольку она поможет быстрее и надежнее закрепить данную логическую конструкцию в сознании (См.:Схему 6.).




ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ



ЧЕЛОВЕКА





ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ОБЩЕНИЕ КОЛЛЕКТИВИЗМ






ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

РОДА
Схема 6. СТРУКТУРА КАТЕГОРИИ “СОЦИАЛЬНОЕ”
Как вытекает из вышеизложенного, "социальное" — это способ, каким универсум (а человечество есть лишь его обобщенный субъективный образ) являет себя в условиях Земли. Суть его заключается в том, что универсум вначале выступает как пульсирующее квантово-корпускулярное энергетическое поле, возникающее на основе интеграции интеллектуальной энергии индивидуумов, проявляющееся в бытии как тотальный процесс обмена деятельностью между людьми, обнаруживающий и утверждающий себя на практике посредством коллективизма.

Отсюда должно быть теперь ясно, почему все моральные системы мира вращаются вокруг взаимопонимания, справедливости, сплоченности и солидарности участников общего жизненного процесса. Теоретическое познание сущности социального мира подводит нас к формализации основного закона его развития, поскольку "закон и сущность — понятия однородные", выражающие углубление познания человеком явлений, мира. У нас есть все основания считать основным законом саморазвертывания социального мира интенсификацию процесса обмена деятельностью между людьми, а усиление кооперативных начал в жизни планетарного человечества рассматривать как его закономерный практический результат.

Но социальное как процесс приводит к появлению социального продукта. Это закономерно, ибо нет процесса без продукта, как нет и продукта без процесса. По нашей гипотезе, таким продуктом первичного отчуждения человека есть социум. К большому сожалению, для отечественной философской мысли данное понятие мало что значит. Оно просто выпало из ее проблемного поля. Долгое время мы считали его "находкой" западной философской мысли. Для нас было достаточно оперировать категорией "общество", которая была продуктивным средством при материалистическом анализе социальной реальности. Отрадно, что сегодня это понятие, наконец, становится предметом внимания российской и отечественной социальной философии 1.

Итак, объективированный социальный мир или социум складывается под влиянием всех обстоятельств, то есть оказывается продуктом двойной детерминации — основанием и условиями. При этом личность как основание порождает содержание социального мира в процессе самоорганизации субстрата "социальное", а условия квантируют его в специфические узлы — сгустки социального содержания — интеллигибельной материи. Для того, чтобы глубже понять функцию человека в саморазвертывании универсума, сначала рассмотрим самопорождение содержания "социального" под воздействием основания или внутренних сил, а затем займемся анализом способа его дозирования под воздействием внешних условий.

В понятии стремления к формированию заключается то, что формирование происходит не слепо, то есть посредством сил, которые свойственны универсуму как таковому, но что к необходимому, содержащемуся в этих силах, присоединяется случайное чужое влияние, которое, модифицируя формирующие силы универсума, одновременно заставляет их производить определенный субстрат социального мира, который относительно устойчив и повторяется в основных своих чертах на протяжении веков, обладает способностью к постоянному обновлению, а также одновременно входит в состав субъективированной и объективированной частей социального мира.

Следовательно, силы, которые действуют в родовой жизни, — не особенные силы, присущие только второй природе; то, что вводит эти силы в игру, результатом которой есть разумная жизнь, должно быть особенным началом, которое как бы изымает разумную природу из сферы всеобщих сил природы и перемещает то, что было бы мертвым продуктом формирующих сил, в высшую сферу, сферу разумной жизни.

Такой качественный скачок здесь возможен только за счет коллективного мышления, которое, в отличие от мышления отдельного человека, уже теряет черты негэнтропийности. Коллективное мышление, как вытекает из вышеизложенного, напрямую причастно к продуцированию интеллектуальной энергии человеком. Это связано с тем, что коллективный субъект способен в процессе мышления продуцировать научные знания, придавая информации однородный фенотипический характер. Попутно заметим, что знания как логические конструкции обусловливают внутреннее напряжение в определенном пространстве, которое занимает актуализированный социальный мир. Это достигается за счет того, что знания, представляющие собой смыслы, квантированы и упакованы в идеи. Между ними и возникают энергетические поля. Но для этого должна сложиться критическая масса мыслительного материала. Тогда родовая жизнь этноса приобретает единое русло развития, с которым у каждого его участника возникает устойчивая прямая и обратная связь. Действуя в качестве побудительной причины, смысловое поле становится центром кристаллизации мыслей людей, направляющих их действия на достижения определенных целей.

Так из мыслей людей формируется своеобразное смысловое ядро, которое становится аттрактором процесса порождения локального социального мира. Вследствие этого стихийно возникают локальные очаги социальности, занимающие, как правило, те части пространства, в которых сосредоточена элита того или иного этноса.

Итак, порождение социального содержания есть, как мы выше показали, продуктом интеллектуального взаимодействия людей между собой. Однако такое понимание продуцентов социального мира было не всегда. Первоначально "агент" помещался не в человеческом и социальном мирах, а в область сверхъестественного мира. На следующей стадии он был спущен на Землю. Порождение социального содержания стали усматривать в действии физических, биологических, климатических, географических и даже астрологических сил. Прошло некоторое время, и энергию субъекта действия стали приписывать отдельным людям — пророкам, героям, лидерам, изобретателям и гениям.

Только к концу ХХ столетия, наконец, появилось "осознание того, что, хотя каждому индивиду принадлежит лишь маленький голосок в общем хоре социальных изменений, последние являются совокупным результатом деятельности всех. На каждого распределена лишь небольшая, практически невидимая часть власти "агента", но вместе они всемогущи"1.

Исходя из того, что процессу объективации подвергается тот же материал, что только претерпел субъективацию, то мы вправе полагать, что данный процесс осуществляется по одному и тому же алгоритму. Это значит, что процесс объективации должен начинаться с того продукта, который явился результатом индивидуальной субъективации первой природы, то есть с умонастроения людей, а точнее их социального образования — этносов. При этом процесс объективации как бы противостоит субъективации, поскольку оборачивается и начинает движение в обратном направлении. Другими словами, в ходе объективации индивидуально произведенные или субъективированные продукты — сущностные силы — должны трансформироваться в коллективно произведенные или объективированные продукты — элементы общества. Сами продукты процесса нам известны. Нам неизвестен способ их взаимосвязи. Последний как раз и является здесь предметом нашего внимания.

Итак, исходной точкой процесса объективации является отчуждение человеческой личностью, а точнее — всеми живущими на планете людьми, потенциального содержания социального мира во внешнюю среду. Здесь отчуждаемый продукт индивидуального производства приобретает вид специфического продукта, который получил название умонастроение народа. “В государстве дух народа — нравы, законы — является господствующим началом”2, - справедливо писал Гегель.

В человеческих коллективах или этносах избыток интеллектуальной энергии порождает флуктуации, всплески целенаправленной активности, описанной Л.Гумилевым на богатейшем историческом материале как пассионарные толчки. К явлениям этого же порядка, видимо, следует отнести идеи Ницше о “фаустовской душе” и “жизненном порыве” А.Бергсона. В момент избытка интеллектуальной энергии наблюдается особое состояние умонастроения народа, из которого формируется особое этническое поле. Именно из него затем уже возникают элементы локальных и планетарного социального полей. Анализ данного явления стал предметом теории ноосоциогенеза.

Движение потенциальных социальных миров вызвано их имманентным стремлением выйти наружу и проявиться, то есть приобрести конечность в реальном измерении нашей планетарной системы. В этом состоит функция личности как основания реального социального мира. Но это только одна причинная часть социального мира, другая же, как выше было подчеркнуто, связана с условиями нашей планетарной системы. При этом важно отметить, что если основание обеспечило разумный характер второй природы, то конкретные условия, в которых идет процесс продуцирования социального содержания, призваны детерминировать параметры социальной системы. Последние носят ситуационный характер, поскольку связаны с этапом развития планетарного человечества, например, тип цивилизации, характер разделения общественного труда, господствующая форма собственности, вид общества и т.д.

Теперь настала пора рассмотреть место и роль условий как второй детерминанты формообразования содержания социального мира. Условия, как известно, — это то непосредственное, с чем основание соотносится как со своей существенной предпосылкой; поэтому реальное основание по существу своему обусловлено. Содержащаяся в нем определенность есть инобытие его самого.

Условия обладают для этого оригинальным исполнительным органом и механизмом. Рабочим органом условий является ближайшая окружающая среда, в которой непосредственно происходит взаимодействие людей между собой. Как отмечает В.Г.Афанасьев, “в силу различного влияния внешней среды на систему обычно понимают среду и в широком смысле как всю действительность, окружающую систему, и в узком смысле как существенное, необходимое окружение системы, то самое, во взаимодействии с которым система проявляет свои свойства, свою целостность, определенность, и не только определяет, но и формирует определенные свойства — свойства, позволяющие ей не раствориться в среде, а функционировать и развиваться относительно самостоятельно”1.

Из вышеизложенного ясно следует понимание того, что условия (окружающая среда) играют в самоорганизации социума на микроуровне ту же роль, что в первой природе выполняет человеческий организм, то есть она становится полноправным субъектом геологического процесса, порождая объективированную на макроуровне социальную действительность. Здесь она уже выступает как часть мегауровня.

Теперь логично представить, что на первом этапе формообразования социума действуют коллективные чувства и переживания, архетипы и нравы (обычаи) народов, на втором — проявляются такие мощные социальные институты как вера, ценности и мировоззренческие системы, а на третьем - идеологические системы и традиции как социальные технологии формирования поведения людей, нравственность и мораль как развитые нормативные системы должного и практического поведения людей. Более того, не исключена вероятность того, что каждый отдельно взятый процесс формообразования социального мира возникает в результате действия только “своей” совокупности сил сжатия.

Для завершения анализа процесса объективации надо рассмотреть вторую природу как целостность. Здесь термин "вторая" хорошо подчеркивает ее производный характер. Теперь нам предстоит смоделировать процесс самопорождения содержания социального мира как некую самостоятельную тотальность. Для этого надо последовательно воспроизвести все три вышеописанные стадии родового формообразовательного процесса и далее, соблюдая хронологию, выстроить все продукты видовых формообразовательных процессов. Эвристическое моделирование позволяет это сделать без особого труда (См.: Схему 7.).





Социетальная Производительные

психика Цивилизация силы


УМО- I стадия II стадия III стадия Косми-

НАС- ческая

ТРО- Коллективное Разделение ТРУД форма

ЕНИЕ сознание труда движе-

ния

НАРО- Ментальность Обще-

ДА суперэтноса Культура ство


Каталог: bitstream -> 123456789 -> 822
123456789 -> Учебная программа по дисциплине «Основы психологии и педагогики»
123456789 -> Национальная идентичность в социально-конструктивистской перспективе а. Л. Ластовский
123456789 -> Методические рекомендации для студентов факультета «Социальный менеджмент»
123456789 -> Средств массовой информации
123456789 -> Конфликт разума и чувств в комедии а. С. Грибоедова «горе от ума»
123456789 -> Учебно-методический комплекс для студентов факультета журналистики специальности 1-23 01 07-02 «Информация и коммуникация
822 -> Учебная программа для специальности: 1-21 02 01 «Философия» Срок действия учебной программы до 2011 г


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   ...   37


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница