Всеобщей истории



страница5/40
Дата31.12.2017
Размер1.31 Mb.
ТипУчебное пособие
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40
Ежели верить тому, что твердят учёные мужи,

В римской истории Крисп первым пребудет вовек.14

Однако, самым популярным в древности был труд Тита Ливия из Падуи (59 г. до н.э. - 17 г. н.э.) известный как "История Рима от основания города" в 142 книгах, от которых сохранилось только 35 (сохранилась целиком первая декада - с древнейших времён до 293 г. до н.э.; третья, четвёртая и половина пятой - 218-168 гг. до н.э.). Дидактическую и морализаторскую цель своего труда историк определяет следующим образом: "В том и состоит главная польза и лучший плод знакомства с событиями минувшего, что видишь всякого рода поучительные примеры в обрамлении величественного целого; здесь для себя, и для государства ты найдёшь чему подражать, здесь же - чего избегать."15 Ливий не стремился к отысканию новых фактов, к анализу источников, его задачей являлось воссоздание великолепной идеализированной римской истории, наполненной примерами гражданских и воинских доблестей; истории которой современные ему римляне могли бы гордиться, черпая в деяниях предков мужество и силу. Поэтому труд Ливия несовершенен в методологическом и научно-исследовательском отношении, он содержит немало анахронизмов, хронологической путаницы, фактических ошибок, а история ранних периодов сводится главным образом к легендарным рассказам, заимствованным у младших анналистов.

Современники и последующие поколения видели в труде Ливия образец исторического произведения, а в самом авторе - "римского Геродота". Однако отношение к его произведению было неоднозначным. Уже через двадцать лет после смерти Ливия император Калигула приказал изъять все его труды из общественных библиотек - за утомительное многословие и небрежное отношение к фактам.

Следует отметить, что эпоха империи, особенно при первых императорах, была, в общем, неблагоприятна для развития историографии, так как писать историю с независимых, объективных позиций было делом опасным. О чём свидетельствует пример историка Кремуция Корда, который за восхваление последних защитников республики - Брута и Кассия, заплатил вынужденным самоубийством. Дабы избежать репрессий, следовало писать историю в официозном духе, прославляя династию Юлиев-Клавдиев, как это делал Веллей Патеркул ("История от основания Рима"), или же, уклонившись от повествования современных автору событий, обратиться к возможно более к отдалённым временам, как поступил в частности, Квинт Курций Руф ("О деяниях Александра Великого"). Только когда эпоха "дурных цезарей" после убийства Домициана миновала, отмечается новый подъём исторической науки.

Особое место среди историков этого времени принадлежит Публию Корнелию Тациту (ок. 55 - ок. 120 гг.). Тацит, подобно всем римским историкам, был воспитанником риторической школы и стоической философии. Отсюда он усвоил представления об истории как учительнице жизни, воспитывающей на примерах любовь к добродетели и ненависть к пороку. Пользуясь свободой, обретённой, как ему кажется, после падения жестокого тирана Домициана, историк хочет описать в назидание и предостережение потомкам недавнее прошлое, его позор и преступления в своих основных исторических трудах: "История" (от смерти Нерона до смерти Домициана), "Анналы" (от смерти Августа до смерти Нерона). Горизонт Тацита как историка Рима ограничен рамками императорского двора, сената, верхушки армии - о жизни низших слоёв населения столицы автор почти ничего не сообщает, что явилось следствием невысокого мнения Тацита о роли римского народа в истории: "у него нет других государственных забот, кроме заботы о хлебе". В общем же представленная Тацитом единая и цельная картина истории ранней империи глубоко пессимистична: для её автора невозвратный золотой век лежит далеко позади.

Тацит предстаёт перед нами как выдающийся мастер описания драматических ситуаций, его стиль, отличающийся сжатостью, его характеристики и набор приёмов опытного оратора превращают повествование историка в чрезвычайно напряжённый, высокохудожественный рассказ, рассчитанный на вдумчивого читателя. Тацит опередил своё время, поэтому ближайшие потомки не оценили его. Только в XVI в. Тацит был признан крупнейшим историком и писателем.

Эпоха империи ознаменовалась также подъёмом биографического жанра, провозвестником которого в конце республики был Корнелий Непот (ум. после 32 г. до н.э.) автор весьма популярных в последующее время "Биографий знаменитых мужей". Но наиболее известными биографами римской империи можно считать Плутарха и Светония Транквилла.

Всё написанное Плутархом из Херонеи (46-126 гг.) делится на две группы: принёсшие ему мировую славу "Сравнительные жизнеописания" и "Нравственные сочинения" ("Моралии"). Для эпохи, когда культурное развитие Греции и Рима протекало в столь тесной взаимосвязи и взаимном переплетении, особое место занимают "Сравнительные жизнеописания", оказавшие значительное воздействие на историографию. По мнению Плутарха, цель составителя биографий отлична от задач историка. Биограф должен раскрыть порок и добродетели, а для этого ему надо принимать во внимание не только блестящие подвиги. В его биографиях, пронизанных морализаторскими тенденциями, выступают парами, параллельно 46 знаменитых греков и римлян, при этом каждая пара оканчивается сопоставлением, содержащим критический разбор их исторической деятельности. Разбирая и сопоставляя между собой личности и деяния Демосфена и Цицерона, Лисандра и Суллы и т.д., вкладывая весь свой выдающийся риторический, литературный талант, Плутарх снискал себе огромную славу не только у обоих народов, к которым обращался, - греков и римлян, но и у всех позднейших поколений в разных странах Европы. Само имя Плутарха как автора "Сравнительных жизнеописаний" стало уже в новое время нарицательным в названиях популярных произведений этого жанра. В то же время следует отметить, что, ставя перед собой исключительно морализирующие и художественные задачи, он идеализирует своих героев, часто поступается исторической правдой, широко пользуется непроверенными слухами, сплетнями, анекдотами, не прослеживает развития личности и не ставит её в ту историческую обстановку, в которой она действовала. "Ошибки и недостатки, вкравшиеся в деяния человека, не следует изображать в истории со всей охотой и подробностью, но как бы стыдясь за человеческую природу, что она не производит ни какого характера бесспорно добродетельного".16

Куда более скромное место занимает творчество Гая Светония Транквилла (70-140 гг.), секретаря Адриана. Имея доступ к императорским архивам, он составил жизнеописания первых 12 императоров ("Жизнь двенадцати цезарей"), сосредоточив внимание, прежде всего, на скандальной хронике их правления. Светонию были чужды такие философские интересы как постижение законов истории или законов человеческой души, его цель - не объяснять, а только описать согласно избранной им риторической схеме биографию того или иного правителя. Для Светония характерны точность, ясность и краткость изложения, но фактичность - главное качество его сочинений, несмотря на то, что автор использует анекдотические рассказы об общественной и частной жизни принцепсов.

После Тацита, Плутарха и Светония греко-римская историческая литература обнаруживает все признаки быстрого упадка. Греческий писатель II в. Лукиан Самосатский в своём произведении "Как следует писать историю" остроумно высмеивал современных ему расплодившихся во множестве историков, полагающих, что для написания исторического труда не нужно никаких знаний и никакой подготовки. Все они, указывает Лукиан, рабски подражают Фукидиду, заимствуя у него характеристики деятелей и целые эпизоды, внося от себя только риторическую напыщенность и болтливость. Только "История" Аммиана Марцеллина (ок. 332 - ок. 390 гг.) является достойным памятником исторической литературы среди унылой пустой компиляции, фальсификаций и плагиатов которыми была полна римская историография последних веков существования империи.

Романизированный грек из Антиохии Аммиан приобрёл большой военный и жизненный опыт на службе в римской армии. Его "История", задуманная как продолжение "Анналов" и "Истории" Тацита, охватывает период от императора Нервы (96 г.) до битвы при Адрианополе (378 г.), и включает 31 книгу. До нас дошли лишь последние восемнадцать (353-378 гг.). Аммиан при написании своего сочинения использовал большое количество документов, личные наблюдения, свидетельства очевидцев. Этим объясняется изобилие, многообразие и достоверность многих сообщаемых им фактов.

Величие Римской империи - вот основная идея, которая увлекает Аммиана и с позиции которой он даёт оценку историческим событиям. После его "Истории" такое изложение прекращается, римская историография попадает под влияние христианской идеологии, согласно которой центр мировой истории перемещается из Рима на Восток и мировой историей считается уже история, основанная на Библии. Эта историография имела свою новую историческую концепцию, новые методы и этические оценки, новые представления о назначении исторических трудов, которые наполнились и новым содержанием.

Таким образом, античная историография за тысячелетие своего существования прошла длительный путь развития, приобрела ряд черт, придающий ей своеобразный характер. Для большинства античных историков было характерно понимание истории как "наставницы жизни", и поэтому от него требовалось не беспристрастное и объективное исследование, а интерпретация исторических событий в определённых целях. Поэтому античный историк особое внимание уделял на внешние стороны изложения, которые должны были воздействовать на чувства читателя. Другой особенностью античной историографии был преимущественный интерес к местным историям. Правда, античная историография знает блестящие примеры всемирных или региональных историй типа истории греко-персидских войн Геродота, сочинения Полибия, однако преобладающий интерес был к локальным историям.

Одной из популярных концепций исторического развития человеческого общества была теория четырёх веков, или возрастов: золотого, серебряного, медного и железного. Изложенная впервые Гесиодом, она сохраняла свою популярность в течение всей античности. Принципиальным положением античной концепции общественного развития была циклическая теория, то есть процесс превращения одних общественных форм в другие, как завершение одного цикла развития и его новое возникновение.



Г л а в а 2. СРЕДНЕВЕКОВАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ

(VI - XV вв.)
Средневековая историография прошла в своём развитии несколько этапов. Исторические произведения V-VIII вв. по своей форме и характеру ещё примыкают к античной историографии периода упадка Римской империи. От римских историков было унаследовано пристрастие к риторике и морализированию, заимствовались приёмы поучений, путём драматизации действия, вставных речей и т.п. С этими приёмами отчасти были связаны преувеличения, которые мы часто встречаем у средневековых писателей. В особенности вызывает недоверие всякого рода средневековая «статистика».

Подобно античным историкам средневековые авторы объясняли те или иные исторические события волей богов или рока, а небесные тела и явления (лунные и солнечные затмения, появление комет и падение метеоритов) рассматривались ими как «письмена небесной книги», уразумение которой позволяет предугадать намерения бога. Отсюда реальные события зачастую тесно переплетены с мифическими. Такие авторы как Иордан, Григорий Турский, Беда Почтенный и др. активно использовали народные сказания, рассказы о чудесах. Но для поздней античной историографии было характерно критическое отношение к мифам и легендам, что фактически отсутствует у средневековых авторов для которых все источники информации – документы, произведения других историков, устная традиция, слухи – имеют одинаковое значение и пользуется у них полным доверием. В этом отношении провиденциалистская церковно-историческая концепция знаменовала шаг назад от античного прагматизма.

Со второй трети IX в. наступает заметный упадок историографии. Язык историка становится грубым и неправильным, изложение путанным; исторический кругозор авторов снова резко суживается. Всемирные хроники исчезают, а местные анналы, как правило создававшиеся при монастырях, дают только погодный перечень фактов, среди которых важное беспорядочно перемешано с незначительным, достоверное - с нелепостями разного рода. Наиболее талантливый и образованный историк Х в. Лиутпранд, епископ Кремонский (920-972) пишет своё сочинение «Воздаяние» с откровенно полемическими целями, имея в виду с помощью исторического произведения свести личные счёты со своим врагом Беренгаром II, который, по словам автора, «не столько правит, сколько тиранствует в Италии».17 Влияние античной литературы сказывается в его труде главным образом в том, что он вводит в текст многочисленные вымышленные им самим речи действующих лиц.

Гораздо более сильным в средневековой историографии было влияние «Священного писания», что подтверждается обилием из них цитат, ссылок на эти книги. Кроме того, средневековые исторические произведения полны целым набором навязчивых образов, взятых из «Библии», которые вечно повторяются у средневековых хронистов. Например, предатель – всегда Иуда, благочестивый человек сравнивается с Иовом или с Товием и т.д. Сам язык средневековых писателей представляет явную смесь классической латыни с церковным языком.

Новый подъём средневековой историографии начинается с конца XI в. и уже в XII в. она достигает своего наивысшего расцвета. Именно в это время окончательно формируются её основные черты:


  • дуалистическое мировоззрение;

  • господство провиденциализма;

  • идея прямолинейности исторического процесса;

  • лёгковерие средневековых авторов, отсутствие критического подхода к источнику;

  • господство компилятивного метода написания исторических произведений.

В последующие века прогресс в исторической мысли в основном наблюдался в сфере появления новых жанров исторических произведений. Однако какой-либо новой глобальной концепции или новых методов исследования создано не было, несмотря на то, что это время постепенного ослабления власти католической церкви в западноевропейском обществе. К достижениям историографии XIII-XV вв. можно отнести то, что начинают появляться произведения на национальных языках, а это делает их более доступными, и то, что увеличивается количество историков-мирян, способных придать светский характер историческим исследованиям.

В то же время, зародившееся в конце XIV в. в Италии культурное движение известное под названием Возрождения, или Ренессанса коренным образом повлиявшее на все стороны развития общества, порвало со средневековой историографией, чтобы заложить основы новой исторической науки.




  1. Каталог: old -> teaching -> special -> courses -> ideas
    old -> Петинова М. А. П 29 Философия техники
    old -> Лингвистический поворот и его роль в трансформации европейского самосознания ХХ века
    old -> Образование в человеческом измерении
    old -> Социокультурные традиции в контексте становления и развития самосознания этноса
    old -> Физкультура и спорт issn 2071-8950 Физкультура
    old -> Культурная социализация молодежи в условиях транзитивного общества
    old -> А. Г. Свинаренко
    ideas -> Теория и методология истории


    Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   40


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница