Вопрос Пифагор и пифагореизм. Образ жизни и мировоззрение


Вопрос 10. Философия Б. Спинозы. Пантеизм



страница9/19
Дата10.03.2018
Размер1.81 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19
Вопрос 10. Философия Б. Спинозы. Пантеизм.

Спиноза Бенедикт (Барух) (24.11. 1632, Амстердам, - 21.2.1677, Гаага), нидерландский философ-материалист, пантеист, атеист. Родился в семье купца, принадлежащего к еврейской общине. Возглавив после смерти отца (1654) его дело, С. одновременно завязал научные и дружеские связи вне еврейской общины Амстердама, особенно среди лиц, оппозиционно настроенных по отношению к господствующей в Нидерландах кальвинистской церкви. Большое влияние на С. оказал его наставник в латинском языке ван ден Энден – последователь Ванини, а также У. Акоста – представитель еврейского вольномыслия. Руководители еврейской общины Амстердама подвергли С. «великому отлучению» - херем (1656). Спасаясь от преследований, С. жил в деревне, вынужденный зарабатывать средства к существованию шлифовкой линз, затем – в Рейнсбурге, предместье Гааги, где и создал свои философские произведения.

В борьбе против олигархического руководства еврейской общины С. стал решительным противником иудаизма. По своей идейно-политической позиции был сторонником республиканского правления и противником монархии.

Философские воззрения С. складывались первоначально под влиянием еврейской средневековой философии (Маймонид, Крескас, Ибн Эзра). Ее преодоление явилось результатом усвоения С. пантеистическо-материалистических воззрений Бруно, рационалистического метода Декарта, механистического и математического естествознания, а также философии Гоббса, оказавшего влияние на гносеологическую и социологическую доктрину С. Опираясь на механико-математическую методологию, С. стремился к созданию целостной картины природы. Продолжая традиции пантеизма, С. сделал центральным пунктом своей онтологии тождество Бога и природы, которую он понимал как единую, вечную и бесконечную субстанцию, исключающую существование какого-либо другого начала, и тем самым – как причину самой себя. Признавая реальность бесконечно многообразных отдельных вещей, С. понимал их как совокупность модусов – единичных проявлений единой субстанции.

Качественная характеристика субстанции раскрывается у С. в понятии атрибута как неотъемлемого свойства субстанции. Число атрибутов в принципе бесконечно, хотя конечному человеческому уму открываются только два из них – протяжение и мышление. В противоположность Декарту, дуалистически противопоставлявшему протяжение и мышление как две самостоятельные субстанции, монист С. видел в них два атрибута одной и той же субстанции.

При рассмотрении мира единичных вещей С. выступал как один из наиболее радикальных представителей детерминизма и противников теологии. Вместе с тем, выдвигая механистическое истолкование детерминизма, отождествляя причинность с необходимостью и рассматривая случайность только как субъективную категорию, С. приходит к точке зрения механистического фатализма. Он был убежден в том, что весь мир представляет собой математическую систему и может быть до конца познан геометрическим способом. По С., бесконечный модус движения и покоя связывает мир единичных вещей, находящихся во взаимодействии, с субстанцией, мыслимой в атрибуте протяженности. Другим бесконечным модусом является бесконечный разум, который связывает мир единичных вещей с субстанцией, мыслимой в атрибуте мышления. С. утверждал, что в принципе одушевлены все вещи, хотя и в различной степени. Однако основное свойство бесконечного разума – «познавать всегда все ясно и отчетливо» - относилось у С. лишь к человеку.

Натуралистически рассматривая человека как часть природы, С. утверждал, что тело и душа взаимно независимы вследствие онтологической независимости двух атрибутов субстанции. Это воззрение сочетается у С. с материалистической тенденцией в объяснении мыслительной деятельности человека: зависимость мышления человека от его телесного состояния обнаруживается, согласно С., на стадии чувственного познания. Последнее составляет первый род знания, называемого также мнением. Чувственное познание, по мысли С., часто ведет к заблуждению; являясь неадекватным отражением объекта, оно вместе с тем заключает в себе элемент истины.

Рационализм С. с наибольшей силой проявился в противопоставлении им понимания как единственного источника достоверных истин – чувственному познанию. Понимание выступает у С. как второй род познания, состоящий из рассудка и разума, но часто эти понятия сливаются в последнем слове.

Достижение адекватных истин, возможное только на этой стадии, обусловливается тем, что человеческая душа как модус атрибута мышления способна постичь все, что вытекает из субстанции. Оно возможно также в силу основополагающего тезиса рационалистического панлогизма, отождествляющего принципы мышления с принципами бытия: «порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей».

Третий род познания составляет интуиция, являющаяся фундаментом достоверного знания. Генетически учение С. об интуиции связано с учениями мистического пантеизма о «внутреннем свете» (как источнике непосредственного общения с Богом) и с учением Декарта об аксиомах «ясного и отчетливого ума» как фундаменте всего знания. Интуиция истолковывается С. как интеллектуальная; она дает познание вещей с точки зрения вечности – как необходимых модусов единой субстанции.

В антропологии С. отвергал идею свободы воли: воля совпадает у С. с разумом. Доказывая необходимый характер всех без исключения действий человека, С. вместе с тем обосновывал диалектическую идею о совместимости необходимости и свободы, выражающуюся понятием свободной необходимости. Поскольку свобода отождествляется у С. с познанием, стремление к самопознанию становится у С. сильнейшим из человеческих стремлений. С. выдвинул положение об интеллектуальной любви к богу и идею вечности человеческой души, связанную с пантеистическим представлением о смерти человека как возвращении в единую субстанцию.

Философскую систему С. завершает этика, в центре которой – понятие «свободного человека», руководствующегося в своей деятельности только разумом. Принципы гедонизма (наслаждение) и утилитаризма (польза) соединяются у С. с положениями аскетической созерцательной этики.

Подобно другим представителям теории естественного права и общественного договора, С. выводил закономерности общества из особенностей неизменной человеческой природы и считал возможным гармоническое сочетание частных эгоистических интересов граждан с интересами всего общества. Философия С. заключала в себе глубоко атеистическое содержание. С. заложил основы научной критики Библии. Антиклерикализм С. связан с осознанием им политической роли церкви как ближайшего союзника монархического правления. Вместе с тем в духе идей «естественной религии» С. утверждает, что следует различать подлинную религию, основой которой является философская мудрость, и суеверие, причиной которого является страх. Библия излишня для «свободного человека», руководствующегося только разумом, но необходима для большинства людей, которое живет лишь страстями.

Идеи С. нашли свое продолжение у Дидро и других французских материалистов 18 в., оказали большое воздействие на немецкую философию конца 18 – начале 19 вв., в особенности на Лессинга, Гете, Гердера, а затем на раннего Шеллинга, Гегеля и Фейербаха.

«Трактат об усовершенствовании разума» (1677), ранняя работа Спинозы. Неокончена, написана около 1661, опубликована посмертно. Одно из первых произведений европейской философии, в котором развивались идеи рационализма Декарта; первый набросок гносеологии С.

В «Т.» ставится характерная для философии нового времени задача «очищения» познавательной способности человека с ее естественной возможностью усмотрения истины от неясности и многозначности, причем решающим условием «врачевания» разума признается универсальный метод правильного мышления. С. связывает цель исследования с моральными и социальными идеалами, утверждая, что знание единства, которым дух связан с природой, тождественно обладанию высшим благом, а распространение этого знания на всех требует построения соответствующего общества. Анализ познавательных способностей С. начинает с выделения видов восприятия. Критически оценивая метод эмпиризма, он указывает на две наименее достоверные ступени познания: восприятие понаслышке, или по произвольному признаку, и восприятие от беспорядочного опыта. Более надежное знание дают познание причины по следствию или вывод из универсалии. Высший вид восприятия – через сущность вещи или ее ближайшую причину – приводит нас к адекватным идеям. Истинные, или адекватные, идеи обладают ясностью и отчетливостью, обусловленными их независимым от слов и образов формированием и необходимой связью субъекта с предикатом. Как таковые они сами являются своим критерием истины: для достоверности истины не нужен никакой признак, кроме самой истинной идеи, т. к. в этом случае высшей достоверностью будет сам способ восприятия сущности. Такое понимание природы истины позволяет С. назвать ее своего рода духовным автоматом. Большое значение С. придает начальному акту истинного познания, который задает норму для всего дальнейшего движения духа. Предпочтительным началом познания должно быть постижение идеи совершеннейшего существа. Метод должен обеспечить движение духа: во-первых, возможность отличить и оградить истинную идею от остальных восприятий; во-вторых, правила восприятия неизвестных вещей; в-третьих, порядок познания. Неадекватные идеи делятся на три типа: фиктивные (не содержащие необходимости или невозможности своего существования); ложные (результат необоснованного утверждения или отрицания); сомнительные (результат нерешительности перед утверждением или отрицанием). Их общим источником является воображение, доставляющее пассивной душе разрозненные впечатления от внешних вещей. Воображение приводит к ошибкам, или непосредственно подменяя собой понимание, или посредством слов, которые суть знаки вещей в воображении. Заключается исследование перечислением свойств высшей познавательной способности – разума.

«Богословско-политический трактат» (1670), одно из главных произведений С. Издан в Амстердаме без имени автора, с ложным указанием места издания (Гамбург). Состоит из 20 глав, большинство которых посвящено исторической критике библейских, и является одним из первых образцов этого направления. Исторический и филологический анализ Библии свидетельствует, по С., что она не может быть источником теоретической истины и авторитетом для философии и науки. В гл. 14-15 он показывает, что между философией и богословием «нет никакой связи и никакого родства» и, следовательно, невозможно никакое их соподчинение. За Библией остается функция воспитания в народе нравственности и послушания, но еще лучше этой цели служила бы введенная в государстве «всеобщая религия», основанная на упрощенных и очищенных от суеверий догматах. Спиноза резко критикует монархию и церковь, служащую ей, за стремление держать людей в обмане и страхе. Цель трактата, указывает С., доказать, что свобода не только не вредит спокойствию государства и благочестию, но и не может быть уничтожена без уничтожения последних. Однако для свободы личного вероисповедания и в интересах государства терпимость правительства в отношении церквей должна быть ограничена. Социальные идеи трактата представляют собой вариант теорий естественного права и «общественного договора»; С. отстаивал республиканский идеал. Книга вызвала ожесточенную критику теологов всех исповеданий, в 1674 запрещена правительством Голландии.

«Этика» (1677), главное произведение С. Написано на латинском языке. Работа в период 1662-1675. Напечатать ее не удалось из-за нападок на Спинозу, вызванных публикацией в 1670 «Богословско-политического трактата» и уходом от власти республиканской партии, глава которой был покровителем С. Издана посмертно. Состоит из 5 частей и построена по образцу геометрических трактатов: каждая часть состоит из теорем, лемм, коллариев (выводов) и схолий (пояснений). В 1-й части мыслитель выдвигает свое фундаментальное положение о субстанции, тождественной богу и природе, и строит онтологическую систему, главными категориями которой являются субстанция, выступающая причиной самой себя; атрибуты, каждый из которых выражает вечную и бесконечную сущность и составляет вместе с бесконечным множеством других атрибутов субстанцию; модусы, или состояния субстанции. 2-я часть посвящена природе души, ее соотношению с телом, а также познавательным способностям; в ней содержатся основные гносеологические выводы С. и учение о теле. Душа и тело трактуются в «Э.» как вещь мыслящая и вещь протяженная. Т.к. они принадлежат к атрибутам мышления и протяжения, никак не взаимодействующим друг с другом, душа не может побуждать тело к действию, а тело душу – к мышлению. Тем не менее душа может познавать телесный мир, поскольку оба атрибута являются последовательным выражением одной и той же субстанции. На этой «параллельности» бытия и познания основан принцип их гармонии: «Порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей». В этой части дано также учение об истине, т. е. об адекватных идеях, которыми душа познает Бога, и лжи как искаженных и смутных идеях, возникающих из-за недостатка познания. Истинным оказывается все положительное содержание идей. Причина искажения истины – деятельность воли, причем воля понимается не как желание, а лишь как способность утверждения и отрицания. 3-я и 4-я части излагают учение философа об аффектах (страстях) и представляют его этику в узком смысле. С. утверждает, что зависимость от аффектов, принимаемая обычно за свободу, является рабством, порожденным неадекватным познанием. Истинная свобода – это правильное познание, которое приводит нас от чужеродного принуждения страстей к знанию собственной необходимости души. Идеал познания совпадает с моральным идеалом: «Высшее благо для души есть познание Бога, а высочайшая добродетель – познавать его». 5-я, завершающая часть «Э.», посвящена пути к свободе. Им оказывается интеллектуальная любовь к Богу, в которой душа обретает блаженство и вечность, становясь «частью бесконечной любви, которой Бог любит самого себя». Система, построенная в «Э.», явилась переработкой и развитием идей Декарта в форме философского пантеизма и считается классическим образцом рационализма 17 в., оказавшим плодотворное влияние на развитие западноевропейской философии, особенно на немецкую классическую и романтическую философию 17-19 вв.

/Философская работа по геометрическим правилам. Небольшой пример использованного С. приема:

«Определение 1. Бог есть существо, состоящее из бесчисленных атрибутов, из которых каждый бесконечен или в высшей степени совершенен в своем роде.

Определение 2. Под атрибутом или субстанцией я понимаю то, что существует в себе и мыслится через себя и в себе, так что понятие о нем (атрибуте) или о ней (субстанции) не заключает в себе понятия какой-нибудь другой вещи.

Определение 3. Под модификацией или акциденцией я разумею то, что существует в другом и мыслится через это другое, в котором оно существует.

Аксиома 1. Субстанция по своей природе первичнее своих акциденций.

Аксиома 2. Кроме субстанций и акциденций, ничего не существует в реальности или вне ума.

Аксиома 3. Вещи, обладающие различными атрибутами, не имеют между собой ничего общего.

Аксиома 4. Вещи, не имеющие ничего общего между собой, не могут быть одна причиной другого.

Теорема 1. В природе не может существовать двух субстанций, имеющих один и тот же атрибут.

Теорема 2. Субстанция не может быть произведена ничем, даже и другой субстанцией, но существование принадлежит к сущности субстанции.

Теорема 3. Каждая субстанция по природе своей бесконечна или в высшей степени совершенна в своем роде.

Схолия. Существование атрибута или субстанции следует из их определения. Ибо всякое определение или всякая ясная и отчетливая идея истинны.»/

Пантеизм (греч. все Бог), философское учение, отождествляющее Бога и мир. Термин «пантеист» был введен английским философом Дж. Толандом (1705), а термин «П.» - его противником нидерладским теологом Й. Фаем (1709). В пантеистических концепциях нередко скрывались натуралистические тенденции, растворявшие Бога в природе и подводившие к материализму, представляя собой учения, оппозиционные по отношению к господствовавшему теистическому религиозному мировоззрению. Иногда же в форму П. облекались религиозно-мистические стремления, растворявшие природу в Боге. Пантеистические идеи содержались уже в древнеиндийской мысли (особенно в брахманизме, индуизме), в древнекитайской мысли (даосизм), в древнегреческой философии (Фалес, Анаксимандр, Гераклит). Однако поскольку в эту эпоху политеизма еще не было понятия Бога как единого мирового духа, указанные воззрения были одним из проявлений гилозоистического одушевления всего мира.

В средние века, в отличие от иудаизма, христианства и ислама, с определяющим для них теистическим пониманием бога как личности, абсолютно возвышающейся над природой и человеком, П. (обычно восходивший к философии неоплатонизма) развивал учение о безличном мировом духе, скрытом в самой природе. Пантеисты европейского и ближневосточного средневековья опирались на неоплатоническое учение об эманации (переход от высших и совершенных ступеней онтологического универсума к низшим). В противоположность теистическим представлениям о божественном сотворении мира из ничего пантеисты развивали концепции вечного вневременного порождения природы безличным Богом.

Натуралистические тенденции П. проявились в эпоху Возрождения. Одним из первых подошел к П. Николай Кузанский. Рассматривая Бога как бесконечный максимум и приближая его к природе как ограниченному максимуму, он сформулировал идею бесконечности Вселенной. Расцвет П. в Западной Европе относится к 16 – началу 17 вв., когда он лег в основу большинства натурфилософских учений, противостоящих креационизму господствовавших монотеистических религий (в особенности у итальянских философов Дж. Кардано, Т. Кампанеллы, Дж. Бруно). В этих учениях Бог, остававшийся бесконечным незримым абсолютом, все полнее сливался с природой, пока не стал по существу ее псевдонимом у Бруно. Его тезис: «…природа…есть не что иное, как Бог в вещах» и учение о единой субстанции, лежащей в основе как материальных, так и духовных явлений, следует расценивать уже как материализм. В Нидерландах 17 в. существовали секты, тяготевшие к П. Наиболее влиятельными из них были меннониты и коллегианты. К последним был близок С.; опираясь на традицию П., он разработал материалистическую философскую систему, в которой понятие «Бог» отождествлено с понятием «природа».

«Чтобы я знал, что знаю, я по необходимости должен сначала знать».

Философия С. самим ее автором рассматривалась как своеобразное завершение картезианской философии. Она проникнута теми же интуициями и притязает на более совершенное разрешение проблем, поставленных предшественником. С. вводит понятие единой и бесконечной субстанции, называя ее Богом и Природой одновременно. Тем самым в отличие от Декарта он становится на точку зрения философского монизма, признающего единое первоначало мира. Эта субстанция обладает бесчисленным множеством атрибутов, из числа которых человеку открыты только два: протяженность и мышление. Каждый из атрибутов заключает в себе всю полноту содержания субстанции, но в только ему присущей определенности или, выражаясь метафорически, выражает его на собственном языке. В силу этого порядок и связь идей полностью отвечают порядку и связи вещей, и мучительная для дуализма Декарта проблема отношения души и тела получает свое более удовлетворительное разрешение. Каждый из атрибутов предстает перед нами как множество единичных вещей (модусов), в которых мы открываем проявление отдельного атрибута, образующего их сущность. Человек тем самым, имея тело и душу, познается и в плане протяженности, и в плане мышления. Тело и душа суть разные выражения одной сущности. Познавая тело, мы познаем душу, и наоборот. Это единство того и другого открывается нам лишь при условии ясного знания, действия интеллектуальной интуиции. Чувственное (низшее по своему значению) знание усматривает только множественность вещей и не способно подняться до их постижения как проявления единой божественной природы. Но именно таким должен быть взгляд на мир подлинной мудрости, которая одновременно преодолевает тщету смутных желаний и рабство человеческих страстей и обретает подлинную свободу в спокойном и ясном миросозерцании. Достижение этого состояния есть высшая задача нравственности. В нем и только в нем человек обретает счастье высшего качества – счастье, питаемое интеллектуальной любовью к Богу. Таким образом, С. углубляет звучащую у Декарта тему обретения человеком свободы на путях подчинения человеческих страстей разуму. Убежденность в том, что активность человека определена лишь действием ясных идей разума, вело с непреложностью к отождествлению воли и разума, реальной причины и логического основания.

На основе этики С. развивает основные положения своей политической философии. Рационалистическая доктрина дает четкие основания для классически ясной формулировки идеи государственного договора как разумной основы общественной жизни. Из трех форм государственного устройства: абсолютной монархии, аристократии и демократии – в качестве наилучшей С. выбирает демократию. Ее достоинство он видит в том, что здесь «никто не переносит своего естественного права на другое лицо так, чтобы самому потерять всякое дальнейшее участие в общественных совещаниях». Заметим, что на общем духе и пафосе философии С. сказалась общая атмосфера жизни самой свободной страны тогдашней Европы – Голландии.



Каталог: data -> documents
documents -> 1. Активирующия открытие,которое необходимо зарегистрировать
documents -> Глоссарий Акме (от греч. Асме вершина, цветущая пора) высшая точка, период расцвета личности, наивысших ее достижений, когда проявляется зрелость личности во всех сферах, максимальное развитие способностей и дарований
documents -> Бакшутова Е. В. Групповое сознание российской интеллигенции. Самара : пгсга, 2015. 502 с. Фрагмент: С. 12-41. Содержание фрагмента Глава Интеллигенция – большая атипичная группа
documents -> 1. Философия, ее специфика и место в культуре


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница