«Влияние исламской религии на характеристики политического режима в республиках Северного Кавказа»



Скачать 230.61 Kb.
страница9/33
Дата10.05.2018
Размер230.61 Kb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   33
2.2.2.2. Чеченская республика.

Для Чечни, также как и для других республик Северного Кавказа, характерно противостояние традиционного ислама и более радикальных его форм. Вероятно, помимо суфиев и «лесных» существует в республике и мирная салафийя – однако активная дискредитация ваххабизма на уровне регионального правительства переросла в попытку подмены единого «ислам Пророка» его конкретной разновидностью, традиционной для Чечни – суфизмом. Так, в интервью Кадыров заявлял, что «нет твоего, моего ислама», есть «ислам пророка»70, коим является традиционный ислам Чечни. Все остальное – согласно официальной позиции, транслируемой самим Кадыровым и муфтием Мирзаевым - либо относится к ваххабизму как экстремистскому течению, последователи которого не имеющему якобы отношения к исламу как к религии, либо игнорируется как не существующее вовсе. Примечателен в данном случае сам факт использования термина ваххабизм, который, как уже говорилось выше, по своей этимологии является искусственным и чрезмерно собирательным.

В интервью глава республики заявляет, что государство и религия должны «помогать друг другу»71. На Интернет-странице ДУМ ЧР (которая, к слову, находится в официальном портале Правительства и Главы республики) указано, что организация призвана «регулировать государственно-религиозные (исламские) отношения», а «основная его задача - добиться объединения всех мусульманских общин вокруг ДУМ ЧР, обеспечения государственно-правовой поддержки основных направлений своей деятельности»72. Кроме того, тот же источник открыто констатирует следующий факт: «ДУМ ЧР через средства массовой информации ведёт религиозно- пропагандистскую деятельность, при поддержке Президента и Правительства республики»73.

В Чечне роль ислама в политическом процессе принципиально отличается от той, что играет религия в соседних республиках, так как ислам используется здесь для целенаправленного формирования национально-патриотической идеи и личного имиджа единоличного политического и духовного лидера. В этой связи под «традиционным исламом Чечни» имплицитно подразумевается преимущественно тарикат кадирия, на социальную базу и каналы влияния которого опирается нынешняя политическая элита республики. Практически это объясняется тем, что многие политические противники и конкуренты Кадырова на первых порах его правления принадежали к другим таррикатам, например, к накшбандии (Алу Алханов). Таким образом, возрождение традиций именно кадирии было инструментом для формирования лояльной политической элиты по приходу к власти. С точки зрения же концептуального оформления, это проявилось прежде всего в «возвращении из небытия»74 и последующей сакрализацией именно идейного наследия Кунта-хаджи, который, по словам А. Малашенко, был буквально «возведен на пьедестал духовного патриарха чеченской нации». Действительно, что могло бы лучше подойти на роль национально-религиозной интегрирующей идеи, чем концепция восстановления, накопления сил. Причем, следует особо заметить, что пацифистски настроенный старец проповедовал «не пораженчество, а возрожденчество»75, что очень важно для понимания следующего вопроса – формата существования Чечни в российском политико-юридическом пространстве – ведь по сути этот идеологический курс проводит параллели между Кавказской войной 19 века и недавней чеченской кампанией, между сепаратистами и Шамилем, между Кунта-Хаджи и Ахмадом-Хаджи.

Очевидно, что национально-патриотическая идея (например, политика «возрожденчества») нуждается в национальном лидере как акторе, ответственном за ее претворение в жизнь. Национальное же лидерство подразумевает не только политическое измерение, но и нравственное. В данном случае нравственное лидерство приняло форму религиозного. Как было показано в 1 главе, ислам поощряет совмещение политической и религиозной власти в одном лице, и эта особенность сыграла не последнюю роль в формировании имиджа Р. Кадырова. Глава республики не только всячески демонстрирует свою преданность исламской вере, но и претендует (весьма успешно) на роль духовного лидера Чечни. Пожизненный муфтий С.Мирзаев, в свою очередь, не только не оспаривает легитимности такого положения вещей, но и предлагает закрепить его, утверждая, что «по шариату Рамзан Кадыров имеет право на статус имама»76. Подобное позиционирование сохраняется и на международной арене, о чем свидетельствует визит чеченской делегации в Саудовскую Аравию в 2009, где в ритуале омовения Каабы вместе с признанными лидерами мусульманской уммы мирового масштаба принял участие Кадыров, а не Мирзаев.

При этом, национальное измерение первично как в самой идеологии, на основании которой осуществляется мобилизация населения, так и в природе лидерства Кадырова. В этом отношении особенно показателен эпизод, связанный с изменением официальной позиции на счет ношения хиджабов. Кадыров, несколько лет назад обязавший женщин на государственной службе к ношению хиджаба, теперь выступает против женской одежды арабского фасона, потому что она противоречит местной традиции. Свою позицию он мотивирует тем, что Коран не предписывает носить черное и закрывать лицо – однако очевидно, что не предписывает он и обратного. Таким образом, ислам выступает как неотъемлимая часть традиции, но не самостоятельная переменная.

В ограничении последних особую роль играет ДУМ как инструмент руководства республики, наделенный всеми полномочиями для реализации своей «спасительной» функции (нравственного оздоровления чеченской нации, подразумевающего борьбу с ростками идей радикального ислама) . Так как новая интерпретация ислама нуждается в закреплении в общественном сознании (а функция эта возложена на плечи лояльного муфтията), сначала ДУМ ЧР обладает исключительными полномочиями в аттестации религиозных учреждений. По официальным сведениям, проверки проходят на предмет компетенции преподавателей, и соблюдения организационных норм, однако по факту власть муфтията не ограничена, таким образом, его руководство по своему усмотрению может закрывать любые неугодные и подозрительные с точки зрения официального ислама медресе. Последняя такая кадровая чистка была проведена в 2010 году. Более того, на протяжении всех последних лет велась дискуссия о введении в общеобразовательных школах преподавания основ религии. В итоге, на официальном сайте Правительства республики уже появилась информация о том, что подобные уроки введены будут, причем вести их будут представители духовенства. Как имплицитно вытекает из официальных заявлений Кадырова, акцент в курсах «основы религии» и «история религий», вводимых в рамках объявленной правительством «войны за умы и сердца молодого поколения» будет поставлен в соответствии с целью «донести до школьников суть истинного ислама». Несмотря на то, что московские правозащитники бьют тревогу, вопрос пока остается открытым.

Также в компетенции ДУМ ЧР – экспертиза мечетей, по итогу которой имамы могут быть отстранены от должности. Формально, также как и в случае с образованием, ДУМ выступает гарантом качества, но с неограниченными полномочиями, позволяющими организации полностью контролировать данный вопрос. Также ДУМ ЧР обладает монополией на информационное обслуживание религиозной сферы. По словам самого Кадырова, «вся информация религиозного характера, выходящая в СМИ Чеченской Республики, < благо, для ее распространения существует две исламские газеты и целая типография, один специализированный телеканал – помимо республиканских СМИ общей направленности, подробно освещающих новости религии>согласовывается с Духовным Управлением мусульман»77. По данным РИА Новости, Кадыров даже некогда «заявил, что местные телекомпании, в эфире которых не разъясняются основы ислама, будут закрыты»78.

Таким образом, религия в ЧР является одной из составляющих национально-патриотической идеи, которая призвана оправдать характер власти политического лидера.


Каталог: data -> 2013
2013 -> Федеральное государственное автономное образовательное
2013 -> Источники в социологии
2013 -> Концепция устойчивого развития признана мировым сообществом в качестве центральной стратегии развития человечества, которая направлена на преодоление глобального экологического кризиса
2013 -> Политические ориентации современной российской молодежи
2013 -> 5 Алёшин А. И. Несколько тезисов к теме конференции 7
2013 -> Исследование особенностей жизнедеятельности семей в современной России
2013 -> Владимир карлович кантор
2013 -> Факт и образ: жанровая специфика мультимедийных и телевизионных проектов на темы истории


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   33


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница