Вадим максимов т


Антиномический хаотичный социум ХХ века – следствие приоритета проблем реальности относительно форм их разрешения



страница16/34
Дата10.05.2018
Размер0.85 Mb.
ТипКнига
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   34

4. Антиномический хаотичный социум ХХ века – следствие приоритета проблем реальности относительно форм их разрешения


4.1. Предметное содержание любых явлений в хаотичном социуме абсолютизирует как человека, так и любые составляющие бытия

Попытка решить проблемы общества на основе абстрактных представлений о мире несостоятельна тем более, чем более кажется исчерпывающей. Интересно проследить, как реальность, нуждаясь в категориях как фиксирующем факторе, постепенно делала категории беспредметными, изучить соотношение степени конечности категорий и предметного содержания практических проблем реальности в силу их всё более нараставшей взаимозаменяемости. Когда окончательное оформление планетарного хозяйственно-экономического единства сделало нефиксированный внутренний мир человека одним из решающих факторов, анархизм пытался заменить институциональную структуру общества, исходя из представлений о мире, абстрактности категорий и осознавая роль параллельных интересов индивидов и групп как исток социального бытия.



Социализм ХХ в. как попытка произвольного отношения к предметному содержанию составляющих бытия и коррекции потребностей человека с позиций приоритета представлений о мире над практическими проблемами

Хаотичное общество подчинило общественное сознание категориям-символам до такой степени, что стало вовсе необязательным знать реальную историю и настоящие причины любых претензий к реальности. Отсюда – подчинение представлений о тех или иных исторических явлениях абстрактным представлениям о мире, произвольное использование их в силу их абстрактности для решения практических проблем.

Например, что содержание социализма следует понимать как торжество ЧЕЛОВЕКА. Социализмом является любая попытка освободить человека от любого диктата общества: социально-экономического, технологического, идейного и т.п. При таком определении социализм, прежде всего, – воплощение внутреннего мира человека в реальности. Такое воплощение происходит только в условиях хаотичного общества, в котором игнорирование его закономерностей и составляющих реальность становится ситуационно возможным. Такой социализм невозможно «отделить» от любых велений внутреннего мира человека и полагаемых им представлений о мире. И потому все наблюдения за особенностями отношений в социалистическом обществе всегда будут важны для обществоведения.

Социалисты мы все! И потому предметное содержание социализма не фиксировано и не может быть отражено одной группой представлений о мире. Социализм отражает стремление интересов индивидов к свободной взаимозаменяемости А и Б и обусловленную ею свободу выбора предметного содержания.



Социализм опирается на внутренний мир человека. Поэтому все системообразующие силы социума и факторы реальности противоречат самому существованию социализма

Противоречия между составляющими общества как конкретно рассматриваемые. Социализм использует абстрактные категории как средство произвольной замены в отношениях общностей. Социализм, создавая экономику, в силу ее избыточно фиксированной структуры, экономику, развивающуюся в системном, конструктивно рассчитанном на непрерывность цепи ситуаций, имел дело с объектами и субъектами экономики КАК ИХ ПРЕДМЕТНЫМ СОДЕРЖАНИЕМ. Но это не всегда соответствовало бы значению предметного содержания конкретных А и Б, законам общественного развития и социально-экономическим потребностям общества и социума. Исходя из этого, можно понять политику социалистической Монголии, уничтожившей пережитки, не соответствовавшие социалистической экономике, но не тронувшей каннибализм2 по отношению к поколению, вышедшему из хозяйственного оборота. Это объяснимо как обусловленное исчерпанностью категорий, определяющих предметное содержание практических проблем, но являющихся их абстрактным отражением.

Параллелизация интересов индивидов в конце ХХ в. отдала эту экономику в руки произвольного изменения. Многое было распределено согласно ограниченности параллельных интересов индивидов, но потребность в экономике как силе, нуждающейся в соответствии своего предметного содержания реальности, выявила соотношение фиксированности категорий и заинтересованного в них как абстрактных нефиксированного внутреннего мира человека.

Общество и социум всегда имеют предметное содержание, первичное по отношению к их формам. Поэтому индивиды национальности А или Б составляют общность независимо от институциональных форм реальности, что не всегда объяснимо абстрактными представлениями о мире. Но национальное всегда гуманитарно. Образование планетарного экономического единства делало общество всё более хаотичным. Поэтому капитализм, базируясь на реальной эксплуатации (использовании, не всегда опирающемся на угнетение-ущемление) человека как основы экономики, абсолютизировал экономику как решающий фактор. Предохраняя экономику от влияния посторонних факторов, притеснялись нации, считающиеся не системоообразующими. При этом игнорировались их долгосрочные общности. Социализм, строивший свою экономику на непрерывности цепи ситуационно взятых составляющих, в национальном вопросе был противоположностью капитализма.

Если в начале ХХ в. социализм подчинял решение практических проблем отражающим их представлениям о мире, то причиной 2-й мировой войны стало определение социализмом своего предметного содержания.

Тиранические режимы в капиталистических странах, вызванные к жизни как политическое средство защиты предметного содержания экономики, абсолютизированной в хаотичном обществе, были изначально обречены. Победила возможность более свободной взаимозаменяемости А и Б. Полностью подчиняя себе предметное содержание чего бы то ни было, эта возможность уничтожила часть политических категорий, институционально обслуживавших межсистемное противостояние. Сопротивление социализму в 1930-40-х было направлено не только против социализма, но и любой силы, как-либо пытавшейся игнорировать необходимость предметного содержания явлений реальности. Вот почему под беспредметную юридическую категорию «преступления против человечности» подпали низы общества, более всего нуждавшиеся в решении практических проблем. Категория – абстрактна, доминирование в общественном сознании тех или иных представлений о мире беспредметно, пока общественное сознание ориентируется на их абстрактность. Применение категорий как обязательных дезориентирует познание как силу, изменяющую реальность. Они – средство прикладное, форма, определяющая предметное содержание явлений, могущая быть применима произвольно. Советский режим и мировое сообщество произвольно отождествили русские силы национального сопротивления социализму 1930-40-х гг. с силами, побежденными во 2-й мировой войне. Сегодня отсутствие наследников этих русских сил превращает наследников нерусских частей тогдашнего сопротивления социализму в деструктивную силу современного общества. Уже с середины 1940-х. гг. «универсальные» социально-политические категории становятся беспредметными. А поступательно растущая параллелизация интересов индивидов игнорирует и категории, и их предметное содержание.

Индивидуализм не только рычаг управления параллельными интересами индивидов как составляющими той или иной общности, но и средство конструктивного соотношения общности и таковых. Альтернативой индивидуализму является деструктивный эгоизм. Сегодня уже это опасно: в мире, где человек не объект, а субъект экономики, каждый индивид может нести влияние своей общности. А оно может быть произвольным.

4.2. Неизбежность замены представлений о мире, производимой главенствующими группами.

Глобализация, восходящая к образованию единого экономического целого в ХVIII в., стала и причиной, и поводом мирового объединения главенствующих групп. Процесс их объединения вызван к жизни развитием общества, и именно это параллелизирует интересы главенствующих групп.

Трижды в ХХ в. главенствующие группы на мировом уровне – в 1-й и 2-й мировых войнах и в 1990-2000-х гг., беспощадно унифицировали в глобальных потрясениях свое предметное содержание, чтобы исключить самостоятельность групп не главенствующих.

То, что многие считают конвергенцией, схождением двух социальных систем3, началось задолго до раскола мира и продолжается по сей день. За конвергенцию принимают стремление главенствующих групп к своему объединению. Межсистемное потепление относится к 1960 – 1970-м, когда и родилась теория конвергенции. Но советские главенствующие группы наследовали психологические особенности главенствующих групп царской России со всеми социально-психологическими особенностями как особенностями главенствующих групп. В 1930-х главенствующие группы двух социальных систем объединялись, обостряя мировое противостояние в своих интересах. 2-я мировая война создала миропорядок, в принудительном порядке поданный как универсальный. Но любое явление проявляет свою потенциальную изначальную гармоничность: идея или схема универсальны, когда применяются для решения соответствующих им практических проблем. Развитие общества привело в 1930-х годах в главенствующие группы СССР силы, всегда не связанные с решением социально-экономических задач. А противоположная роль сионизма во 2-й мировой войне на Западе, в Европе и в СССР доказывает: создание миропорядка как порядка, обеспечивающего мир и развитие общества лежит вне интересов главенствующих групп, их мировоззрения и мировосприятия. Они не могли и не хотели создания миропорядка как порядка мира. При анализе доводов главенствующих групп видна их беспредметность. «Универсальные выводы», вынесенные-де из 2-й мировой войны – надстройки, отражающие цели не общества, а его главенствующих групп, и потому не могут соответствовать провозглашаемым им целям. Особенности поведения общества, его групп и индивидов определяется особенностями практических проблем, а не их сторонней оценкой. Такая оценка определяет ориентиры общества произвольно, и ее влияние изначально деструктивно.

«Универсальные» правила хорошего тона в международных отношениях были заменой предметного содержания правового и гражданского общества, как их УЖЕ востребовала реальность, но социальное неравноправие отчуждало их от масс как якобы недоступные, невостребованные и недопустимые. Это создало к середине ХХ и по начало ХХI в. следующую социально-политическую конфигурацию. Параллелизация интересов каждого А и Б создала три группы мировых главенствующих групп: бесчеловечную российскую государственность, опирающуюся на абстрактные категории, принятые двумя другими группами мировых главенствующих групп; Запад, заинтересованный в сохранении в России такого статус-кво и одновременно воздействующий на Россию политически, причем категории, обосновывающие это воздействие, неприемлемы для самого Запада; главенствующие группы остального мира, опирающиеся на возросшую роль каждого А и Б как на некие «физические категории». Они обуславливают то, что т.н. международный терроризм, не желает «взять всё» при наличии у него достаточных для этого возможностей. Растущая роль российских главенствующих групп и бесчеловечного типа государственности позволяет другим силам ограничивать влияние России как одной из системообразующих общностей в ряду ей подобных ради сохранения претензионного характера потребностей главенствующих групп других системообразующих общностей, в силу параллелизации интересов каждого А и Б, удаленных от своей социально-экономической роли и потому игнорирующих решение практических проблем. Сегодня налицо факт замены идейного и идеологического многообразия мировым объединением главенствующих групп. Для этого игнорируется специфика любых представлений о мире. В России ведущие политические силы утратили идеологическую окраску и свое конкретное социальное тяготение к определенным социальным слоям и задачам настолько, насколько они отражают влияние главенствующих групп. Несколько ранее то же произошло на Западе.

Пример так называемой международной антитеррористической коалиции, как союза международных главенствующих групп, показывает сложившуюся практику игнорирования практических проблем, лежащих вне интересов, мировоззрения и мировосприятия главенствующих групп. Негласный союз мировых главенствующих групп с главенствующими группами терроризма – дополнительно подтверждает это.



4.3. Системный социум опирается на представления о мире. Попытка системного социума решать проблемы в условиях хаотичного бытия при помощи абсолютизации права

Самодостаточная реальность при хаотичности общества унифицирует себя и представления о мире

Главный признак системного социума ХХ-ХХI вв. – наличие связи между количеством и качеством. Это избавляет членов такого социума от части сложных моментов выполнения ими их социально-экономических функций, соответствующих такому социуму. Но в хаотичном бытии эта связь абсолютизируется. Когда возрастает возможность свободной заменяемости вещей и явлений представлениями о мире, затрудняется ориентация индивида в реальности. Беспредметность представлений о мире способствует произвольному влиянию мировоззрения и мировосприятия на реальность.

Так создалось противоречие между спецификой социального бытия XX – XXI вв. и влиянием категорий как ОГРАНИЧЕННОГО отражения реальности.

Основным противоречием как общества, так и социума всегда было противоречие между естественной неравноценностью индивидов, и неравноправием, привнесённым в силу такой неравноценности.

Но есть и другое противоречие. Любые социальные представления о мире КАК ПОРОЖДЕНИЕ ПОТЕНЦИАЛЬНО БЕЗГРАНИЧНОГО РАЗУМА ЧЕЛОВЕКА имеют широкий круг применения. Но этот круг конкретно определяется реальностью по критериям её доступности, востребованности, допустимости. С одной стороны, общество движется к параллелизации, обеспечивающей хотя бы относительную независимость индивидов друг от друга, с другой – даже беспредметные представления о мире могут играть роль регулятора отношений в реальности.

Взаимное наложение противоречия между неравноценностью и неравноправием людей и противоречия между изначальной потенциальной гармоничностью представлений о мире и их конкретной доступностью, востребованностью, допустимостью приводит к беспредметности таковых. И если возможность свободной заменяемости А и Б возрастает, а абстрактные социальные представления о мире и обществе произвольно фиксируются как «обязательные к исполнению», то параллелизация интересов индивидов и групп, их полная независимость друг от друга ведёт к «кулачному праву».



Зависимость от представлений о мире в хаотичном обществе фиксирует лишь субъективные представления о предметном содержании любого явления

У человека, защищённого спецификой бытующих в обществе представлений о допустимом и недопустимом, возникает иллюзия его изначальной независимости от общества, иллюзия того, что свобода его действий не зависит от составляющих бытия.

Представления о мире – символы, часто воспринимающиеся сознанием в большей мере, чем практические проблемы. К тому же символ, будучи всегда в фокусе внимания, способствует неверной оценке значения других явлений. И потому попытки обобщить то или иное явление как символ беспредметны.

Ленин был ригористичен к «царским слугам», а Гитлер – к НКВД, при своем более терпимом отношении к другим составляющим отрицавшегося ими общества. В истории много аналогичных примеров.

Таким образом, на противодействие тому или иному явлению налагалось табу, которое в силу своей беспредметности рассматривало само бытие как потенциальный источник табуизируемого явления. Но беспредметность табу порождает потребность общества в таковом явлении либо в его элементах.

Россия на уровне представлений о мире уже прошла через это в 1990-х гг., отрицая революцию как деструктивное и недопустимое явление. Это создало потребность новой революции, но её категории уже не соответствуют принятым представлениям. Категории необходимы, но, лишь осознавая их конечность, можно ими управлять.



Игнорирование соответствия между представлениями о праве и их предметным содержанием разрешаемо лишь в пользу системообразующих сил, опирающихся на предметное содержание

Процесс нарастания возможности свободной заменяемости любого А спонтанен, пока сознание осознает представления о мире лишь как отражение реальности, а не как самостоятельное явление, абстрактное и произвольное.

Движение к более свободной заменяемости любого А и Б оставляет лишь абстрактные представления о мире как определения реальности. В этом причина юридической и политической слабости главенствующих групп России и ряда других стран – от отказа засчитать в трудовой стаж работу мастерового на «временно-оккупированной территории» до разрушения инфраструктуры экономики России именно как субъекта, нуждающегося в решении своих практических проблем.

Создадим гипотетическую модель недалёкого будущего, определив его структурную специфику на основе существующих исходных. Это может стать исходной постановкой исследования для разработки более глубокой теории таких политологических оценок.

Представим наложение друг на друга двух противоречий: между неравноценностью и неравноправием и между стремлением к свободной заменяемости А и Б и необходимостью предметного содержания любого шага общества. Сознание масс начнёт выбирать: западная социально инертная обеспеченность априорна, фашизм и правые диктатуры даже в своих фрагментах избыточно предметны, «золотой миллиард» избыточно ограничен и не соответствует свободной заменяемости любого А и Б.

Такая тенденция уже имеет место, делая возможным экстравагантные действия при всем их несоответствии абстрактности уже принятых в обществе представлений о мире.

Может случиться, что протест низов стран бедных, но стремящихся решить свои практические проблемы, будет поддержан чем-либо недовольной – внутренний мир человека не фиксирован – частью населения стран обеспеченных. Этот протест может быть окрашен в тона мести и самобичевания за историческое и нынешнее презрение к низам беднейших стран и в первую очередь жестокой, но высококультурной России с её активным социальным общественным сознанием.

И на основе возможности свободной заменяемости явлений при полном сохранении современного социально-экономического и демократического уклада, гарантированном прикладной ролью глобализации, возможно кратковременное возрождение средневековья как способа не столько воздействовать на демократию, недостаточно соответствующую решению практических проблем, сколько избавиться от влияния представлений о мире, в силу их абстрактности объявленных универсальными, но ставших беспредметными и потому способствующих угнетению. В противном случае встал бы вопрос о 3-й мировой войне и иных крупных потрясениях образца ХХ в. именно как средствах.

Но возврат воинствующего абсолютизма, инквизиции, «огненных палат», разрушая общественные ценности последних 200-300 лет, был бы подчинён самодостаточности независимых, параллельных друг другу А и Б, а отсутствие связи свободы одного со свободой другого и возможность свободной заменяемости любых А и Б сохранили бы современный социально-экономический уклад и демократию КАК ОСНОВУ РЕАЛЬНОСТИ.

Этот глобальный триллер завершится, когда возникнет противоречие между предметным содержанием на бытовом уровне такой «экзотики» и её дальнейшей востребованностью. Но «экзотика» была бы поглощена ситуационно изменившимися потребностями параллелизировавшихся интересов индивидов.

Интереснее другое: рождение и гибель этого наваждения были бы вызваны не идейным содержанием категорий, а именно их ограниченностью как абстрактных. Т.е. попытка избавиться от влияния конечных категорий именно как конечных может стать глобальной, опираясь только на предметное содержание практических проблем и не создавая новые, отражающие их представления о мире.

Несистемообразующее сообщество в хаотичном обществе может лишь фрагментарно фиксировать право сообразно своим потребностям

Чем более многопланово единство человечества, тем более императивна изначальная параллельность друг другу каждого А и Б. Роль личности, индивида абсолютизируется, и это абстрагирует большие явления общества до представлений о мире, более соответствующих внутреннему миру человека. Пока от предметного содержания любого явления зависели практические проблемы индивида, наиболее важные формы общества – демократия и тирания, не абстрагировались. Беспредметность абстрактных представлений о реальности и предметное содержание антагонисты.

С одной стороны, современная демократия соответствует потребностям современного общества, с другой – переизбыток их конкретно существующих форм является ОДНИМ ИЗ ГЛАВНЫХ ФАКТОРОВ современного социального угнетения.

Трагический характер событий первой половины ХХ в. оставил от права как явления, в котором форма соответствует содержанию, лишь потребность в праве – правовое начало, тождественное предметному содержанию.

Принудительное объявление неких стандартов гуманизма и права в середине 1940-х означает, что противоречие между естественной неравноценностью и привнесённым неравноправием людей, облеченное в абстрактные конечные категории, тем самым делает данное противоречие неразрешимым в долгосрочной перспективе. И хотя его разрешение зависит от выбора категорий, соответствующих тем или иным проблемам, влияние их решений на такой основе не всегда соответствует реальности. Произвольно навязанные мировому сообществу веления нефиксированного внутреннего мира человека лишают сами себя предметного содержания именно в гуманитарном плане. Эта проблема разрешима лишь в социально-экономическом и политическом аспектах.

Глобализация играет прикладную роль, и по отношению к ней те социально-экономические противоречия, в которых доминирует гуманитарное начало, избыточно конкретны. Их системный или системообразущий характер относительно общества не играет никакой роли.



Независимость политологии и социологии относительно их предметного содержания

Изначальное признание представлений о мире как абстрактных – наиболее продуктивное рассмотрение момента соотношения практических проблем и представлений о них.

А ведь познание причин абстрактности категорий современных социологии и политологии имеет практическую перспективу уже сегодня. Сегодня политологические оценки – более или менее продолжение политических представлений. Их альтернативные варианты чаще всего обслуживают лишь представления о потребностях тех или иных социальных групп. И если они неверны, то лишь потому, что созданы как инструменты решения конкретной проблемы – и не более.

Реальность отражается не неверными, а абстрактными и потому конечными представлениями о ней. И непонимание этого делает социологию и политологию беспредметными.

Любая переоценка таковых, соответствуя потребностям общества, игнорирует их специфику как абстрактного, но действенного средства влияния на реальность. Познание способно гармонично направлять полемику именно в силу своей неполемичности.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   ...   34


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница