Вадим максимов т


 Категории и общество. Специфическая роль символов категориального мировосприятия. Особенности самоценности индивида



страница10/34
Дата10.05.2018
Размер0.85 Mb.
ТипКнига
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   34

2.2. Категории и общество. Специфическая роль символов категориального мировосприятия. Особенности самоценности индивида.


Внутренний мир человека и категории как сила, связующая его с реальностью

Внутренний мир человека является исходным и для познания, и для социального бытия во всей их альтернативности. Особенно ярко эта его роль прослеживается там, где человек действует, не зная законов общественного развития или игнорируя их. Тогда можно наблюдать за применением категорий. Их искусственный характер, в отличие от практических проблем, выявляет в контексте внутреннего мира человека все направления потока составляющих бытия. Внутренний мир человека утверждает альтернативность любых явлений, представляя ее как движение категорий, одновременно и представлениями о мире, и мощными факторами познания и социального бытия.



Самоценность индивида как исходная точка отсчёта и для внутреннего мира человека, и для оценки представлений о мире

Категории были созданы сознанием для решения предельно узких задач. Но само неравенство людей независимо от развитости общества в контексте субъектности человека формирует категории как отражение широкомасштабных величин. Индивид абсолютизирован хаотичностью социума, личность священна и не подлежит сведению её к совокупности неких факторов. Но на что налагать табу в хаотичном социуме – вопрос о положении конкретного индивида в социуме – доступности, допустимости и востребованности его неравноправия. Открытое порабощение личности с позиций нефиксированного, но легко категоризируемого, внутреннего мира человека способствует замене неравноценности неравноправием.

Такое соотношение, рожденное властью категорий и порождающее их, определяет степень бессознательного социального контроля над процессами в обществе на индивидуальном уровне. Одним из крайне показательных выражений избыточного доверия категориям в хаотичном обществе является тестирование индивида, выявляющие его соответствие той или иной деятельности. Это считается способом определения прошлого и будущего личности в индивидуальном и социальном плане.

Л. Толстой предлагал подчиниться нефиксированному внутреннему миру человека, заменив категориальное образование (т.е. общественную фиксацию) «образованием жизненным». Казалось бы, в этом и предметное наполнение интересов индивидов, и отказ от лукавого мудрствования, могущего «послужить сатане» в силу недостаточного знания Бога и мироздания. Но это означает подчинение реальности представлениям внутреннего мира человека, произвольно фиксированное произвольно избранным категориями. Их область воздействия на внутренний мир человека – психология и только психология. Независимо от конкретно взятых категорий резко возрастает роль категорий вообще. Но эти категории УЖЕ ограничены абсолютизацией нефиксированного, и их жизнеспособность не равнозначна их предметному содержанию. Несостоятельные, они не соответствуют «взятому на себя», порождая себе подобное. И потому «жизненное образование» заменилось в конце ХХ в. неверным представлением о позднем развитии интеллекта. И попытки «мирского покаяния» общества, предполагающие сюръюридическую коллективную вину – следствие произвольности внутреннего мира человека, облечённой в категории.

Пример тому – отношение к пресловутому насилию. И жестокость по отношению к животным, и порочная практика бытующей в ряде стран воинской подготовки в равной степени формируют асоциальные наклонности личности. Только их опосредованность цепью последующих жизненных ситуаций избавляет абсолютное большинство индивидов таких социально-психологических групп от криминального пути. К тому же и то, и другое может обернуться вооруженным социальным протестом на политической основе. Важнее иное: для признания обоснованности замены представлений о мире достаточно осознать статус армии как фиксированный, и нефиксированность статуса «живодеров».

Замена представлений о мире как неизбежное следствие конфликта между внутренним миром человека и реальностью

Уточнение: реальность и ее явления не могут быть чем-либо заменены в какой-либо эпохе развития общества. Когда собственность как фактор, связующий человека с бытием, была рассредоточена по «анклавам собственности», человек, являясь объектом экономики, не был индивидом для другого индивида. Пока человек был объектом, а не субъектом экономики, любой конкретный экономический интерес не мог быть оформлен в осознанно избранные представления о мире. Экономическое освобождение стало освобождением личности и её интересов, что показало приоритет человека в его конкретном – индивидуальном – выражении. Это способствовало недооценке их социального значения.

Доминирующая в обществе сила образована суммой слагаемых, и любое из них может иметь не свойственные этой силе потребности. К тому же и сама типичная часть такой силы на уровне индивида способна обрести экономические интересы, противоположные предыдущим. Ведь в хаотичном обществе, где социально-экономические отношения – лишь один из факторов, роль экономических интересов лишь возрастает, не придавая каждому такому интересу решающее значение, не освоенное обществом экономическое начало независимо от природы конкретно взятого интереса.

Претензии, выдвигаемые индивидами, группами, классами, народами, долгосрочные и ситуационные, равносильны своим антитезам, независимо от их главенствующей или маргинальной ниши, и не следует пытаться отмести их как якобы несерьезные. Разумнее воспользоваться категориальной абстрактностью политики и политологии, и, действуя таким образом, сломать сложившиеся неверные отношения, основанные на представлениях о мире, до того, как сами экономические интересы произведут произвольную замену соотношений практических проблем.

Общество – наиболее широкое поле применения категорий, обеспечивающее своей широтой непредвзятость их выбора. Только контекст развития всего общества помогает достоверно определить не только правомерность применения тех или иных представлений о мире, но и тех или иных сложившихся представлениях, скажем, глупа ли западная демократия и насколько серьезен гуманизм философии Востока.

Внутренний мир человека как исходное замены представлений о мире. Нефиксированность внутреннего мира человека как фактор неизбежности такой замены. Соотношение между категориями и контекстом их рассмотрения как исходное категориальной оценки внутреннего мира человека

В ХVIII-ХIХ вв. законы общественного развития почти не игнорировались. Соотношение практических проблем и представлений о мире было гармоничным. И потому Л. Толстой и Ж.-Ж. Руссо чувствовали избыточную абстрактность категорий, формирующих мир «по квадратно-гнездовому принципу». В ХХ в. возросла роль нефиксированного произвольного внутреннего мира человека. Так называемые «шестидесятники» по обе стороны как Эльбы, так и океана, абсолютизировали конечность категориального как условие удовлетворения любых запросов, диктуемых внутренним миром человека именно как нефиксированным.

Примат внутреннего мира человека у Толстого и Руссо «поместил» их в некие «резервации». Избыточное доверие «шестидесятников» категориальному не позволило им повлиять на общество.

В обоих рассматриваемых случаях несамодостаточное общество было «поделено» на категориальные «сектора». В обоих случаях «противники» были равновесными величинами. Но в ХХ в. избыточная категоризация борьбы в социуме вела его от точных определений к беспредметным крикам протеста: вне внимания остались практические проблемы, обуславливающие правомерность существования любых категорий.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   34


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница