Традиция и утопия в художественой культуре постмодернизма


Структура и объем диссертации



Скачать 292.7 Kb.
страница7/8
Дата14.05.2018
Размер292.7 Kb.
ТипАвтореферат
1   2   3   4   5   6   7   8
Структура и объем диссертации, в соответствии с целями и задачами вклю­чает введение, две главы, заключение, список литературы. Со­держание работы изложено на 166 страницах, библиография состоит из 158 источников.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении излагается основная идея исследования, обосновывается актуальность темы диссертации, характеризуется степень разработанности проблемы, формулируются цель и основные задачи, приводится описание методологической и источниковедческой базы исследования, характеристика его новизны, теоретическая и практическая значимость работы, и апробация её основных положений.

В первой главе «Концептуально-исторические предпосылки постмодернизма в мировой культуре» рассматривается генезис и сущность по­стмодернизма, определяются особенности постмодернистского дискурса, влияние его идей на художественное сознание и культуру, выявляются противоречивые характеристики его воздействий на духовное развитие лично­сти.

В первом параграфе первой главы исследуются такие явления, как традиции и роль модерна как предшественника модернизма и постмодернизма. Авангард явился, прежде всего, реакцией художественно-эстетического сознания на глобальный, ещё не встречавшихся в истории человечества перелом в культурно-цилизационных процессах, вызванных в первую очередь научно-техническим прогрессом последнего столетия. Авангард охватил практически все стороны и явления художественной культуры и возвестил начало качественно нового грандиозного переходного периода в культуре в целом. Фактически авангард ознаменовал начало пост-культуры.

Несмотря на огромное множество и разнообразие, а порой и противонаправленность художественных явлений, включаемых в это понятие, они имеют общие культурно-исторические корни и основные характеристики.

Ощущение всеобщей взаимозависимости привело в начале 1900-х годов к сближению культур (например, русской и западной), затем к глобальному интеграционному процессу и, как следствие, - к размыванию границ национальных школ. Таким образом, о течениях авангардного искусства можно говорить как о мощных транснациональных, выходящих за пределы одной страны. Транснациональность – характерная черта искусства первой половины ХХ века. Другой отличительной особенностью авангардизма является его революционно-разрушительный пафос относительно традиционного искусства и традиционных ценностей культуры, стремление радикально мыслящих художников нового поколения ценить только «современное», резкий протест против всего, что представлялось им ретроградным, консервативным, обывательским, буржуазным, академическим.

Скорее всего, погоня за принципиально новым в формах, приёмах и средствах художественного выражения обусловлена восприятием ХХ века современниками не как прогрессивной эпохи, а времени глубокого упадка, который деятели искусства бранили, одновременно наслаждаясь им. Неслучайно, именно тогда появилось слово «decadence» – «декаданс» (упадок) применительно ко всему жизненному укладу, включая нравы, общественный вкус и художественную культуру.

В это время исчезали прежние идеалы, рушились ставшие традиционными культурные этические и эстетические ценности, прекрасное воспринималось искусством в соединении с распадом, безнравственностью и даже уродством, проявлялась тенденция к дегуманизации искусства.

Однако авангард не только отвергал художественно-эстетические, нравственные и духовные ценности европейской культуры, но и стремился утвердить и абсолютизировать найденные или изобретенные им самим формы, способы и приёмы художественного выражения. Здесь стирается грань между бурным движением к новому и самим возникновением этого «нового», этого перелома, открывшего путь к новым реалиям, к созданию новой художественной культуры, новых «художественных кодов».

Совокупность этих новых кодов, естественно, визуальных, укорененная в открытиях классического авангарда, получила название «модернизм».

Вслед за авангардом модернизм строит свои художественные поиски и открытия не на обновлении и углублении пластических и колористических систем и приёмов, а на своеобразном «кодировании» визуальных систем, чья декодировка (расшифровка) становится главной составляющей в процессе восприятия.

Хронологически развести авангард и модернизм практически невозможно, хотя бы потому, что действующими лицами обоих явлений становились одни и те же деятели искусства. Но если авангард был периодом «революционного» становления новейшего искусства ХХ века, субъективно построенного на отрицании традиции, то модернизм воспринял сам авангард как источник, новую классику, систему принципов, которую скорее развивал, нежели подвергал сомнению или опровергал.

В более широком смысле термин «модернизм» употребляется в западной эстетике и искусствознании ХХ века для обозначения большого круга явлений культуры и искусства авангардно-модернизаторского характера, возникших под влиянием НТП и технической цивилизации второй половины XIX – первой половины ХХ веков, начиная с символизма и импрессионизма и заканчивая всеми новейшими направлениями в искусстве, культуре и гуманитарной мысли ХХ века, включая все авангардные движения вплоть до его своеобразного антипода – постмодернизма.

Термин «постмодернизм» до сих пор не имеет определенного вербального выражения, хотя его употребление отмечено уже с первой трети ХХ века. Пока это обобщенное и достаточно расплывчатое в смысловом отношении понятие, фигурирующее в гуманитарных науках последней трети ХХ века для обозначения ситуации в наиболее «продвинутых» сферах художественной культуры, литературной и художественной критики и эстетики, философии, политике, науке и культурно-цивилизованном процессе в целом.

Постмодернизм в искусстве утверждает себя в споре с абстрактно-концептуалистическими тенденциями прошедшего модернистского периода, для него также характерна установка на отказ от рационалистических проектов Возрождения и Просвещения. При этом приставка «пост» трактуется как символ освобождения от догм и стереотипов модернизма, прежде всего, от фетишизации художественной новизны, нигилизма контркультуры.

Во втором параграфе анализируются основные категории и специфика культуры постмодерна и постмодернизма. Отказавшись от классики, переосмыслив основные положения неклас­сической философии, постмодернизм вводит новые способы интеллектуаль­ной деятельности посредством ряда базовых категорий.

Основополагающие концепты постмодернизма - «письмо» и «текст» Ж. Деррида, говоря о тексте, показывает, что в совокупности текстов можно двигаться как в единой, непрерывной среде. Внутри каж­дого из текстов движение происходит не в соответствии с прочерченным ав­тором маршрутом, а «вдоль и поперек», выявляя цепочки «текстуальных со­бытий», пересекая границы текстов, следуя «бесконечным отсылкам следов мысли друг к другу». Не причины, не законы реальности и мысли, а следы, их цепочки, переходы.

В нелинейном способе организации целостности отражаются реальные процессы мышления в ходе создания новых идей. Этот процесс не подчинен какой-либо структурной, иерархической схеме, и в этом смысле его можно назвать иг­рой. Мысль, фиксируемая в нелинейном тексте, движется в созданном куль­турой смысловом пространстве, расширяемом и обогащаемом этой мыслью.

Речь идет, прежде всего, о под­держке той специфической мыслительной деятельности, которая, не предо­пределяя, какие именно языковые, смыслонесущие элементы вовлекаются в процесс мышления, выявляет высокосвязные целостные топологические структуры этих элементов, благодаря этой целостности отделимые от авто­ров и способные жить в культуре самостоятельной жизнью.

Письмо в постмодернизме, таким обра­зом, охватывает все многообразие культурных проявлений. Постмодер­низм выделяется как специфическая стилистическая манера письма. Письмо выступает в таком контексте как посредник в отношениях между настоящим и репрезентацией.

Имеет место текст-личность - это одновременно и автор, и читатель, и интерпретатор. Текст выступает пространством человеческой свободы. Все явления духовной жизни превращаются в бытие. Все становится бытием (миметические явления: например, искусство, а затем и все поверхностное, случайное).

Поверхность в философии второй половины XX века все чаще возво­дится в ранг бытия. Проблемы предела, грани, а также пограничности, маргинальности, представлены в ряд таких метафизических вопросов, ка­кими были в классической философии вопросы об истине, Боге, природе ве­щей.

Философские, исторические и художествен­ные тексты, научные данные и вымысел, обрывки фраз, слова, знаки, опора на нелингвистические - графические, живописные, компьютерные способы коммуникации, создают некий гипертекст - подобие текстуальной ма­шины, лабиринта значений. В его рамках философский и литературный язы­ки взаимопроникаемы, открыты друг другу, их скрещивание образует мета­язык деконструкции. Разное взаимодействие текстов характерно для декон­струкции.

Применение деконструкции размывает и даже позитивно преодолева­ет традиционные бинарные расчленения языка и речи, речи и письма, озна­чаемого и означающего, текста и контекста, диахронии и синхронии, натуры и культуры и т.д. Однако исчезновение антиномичности, иерархичности по­рождает не хаос, но новую конфигурацию философско-эстетического поля, чьей доминантой становится присутствие отсутствия, открытый контекст, стимулирующий игру цитатами, постмодернистские смысловые и про­странственно-временные смещения. Гипертекст выступает как вид взаимодействия текстов, в том числе как осмеяние и пародирование одним текстом другого.

В третьем параграфе первой главы рассматривается художественная практика постмодернизма как отражение культурной атмосферы эпохи. Культура постмодернизма не дифференцируется на культурный центр и так называемую периферию (инакомыслие, ереси и т.п). В данном аспекте постмодернистская кон­цепция «заката метанарраций» оказывается созвучной концепции цивилизационного поворота, фундированной идеей креативного диалога различных культурных традиций в контексте глобальной цивилизации, основанной на презумпции этнического полицентризма.

Благодаря стремительному расширению систем коммуникаций и транспорта, росту тиражей печатной и видеопродукции, доступности туриз­ма, распространению телевидения, а, главное, развитию компьютерных сетей типа Интернет, «носителями» современной, и в этом смысле единой культу­ры, становятся миллионы и миллионы людей, самых разных по националь­ному «менталитету», возрасту, по принадлежности к той или иной конкрет­ной локальной и социальной культуре и, что особенно важно, по образова­тельному и культурному «багажу».

В современном обществе художник может создавать произведения ис­кусства в любой точке планеты. Во многом это произошло благодаря разви­тию массовых коммуникаций и сети Интернет. Бинарные оппозиции: «Вос­ток» - «Запад», «центр» и «периферия» качественно изменились. Современ­ные технологии сделали центр «нигде», а Вселенную «везде».

Перемены в обществе, которые происходят с вступлением его в эпоху постмодернизма, приходят с требованием переосмысления понятия культу­ры, его более подходящей реконструкции с учетом нового содержания

Ведущие западные философы и политологи (Ю. Хабермас, 3. Боман, Д. Белл) трактуют постмодернизм как культурный итог неокон­серватизма, символ постиндустриального общества, внешний симптом глу­бинных трансформаций социума, выразившийся в тотальном конформизме, «идеях конца истории» (Ф. Фукуяма), эстетическом эклектизме.

В философии - торжество постметафизики, по­страционализма, постэмпиризма. В этике - постгуманизма постпуританского мира, нравственную амбивалентность личности.

Представители точных наук трактуют постмодернизм как стиль пост-неклассического научного мышления. Наука утратила роль доминанты обще­ственного сознания. Мировоззренческой категорией, отражающей утрату былого влияния научного детерминизма стало понятие эпистемологической неуверенности. Для постмодернистской эпистемы характерно представление о мире как о хаосе, бессмысленном и непознаваемом, отказ от историзма и детерминизма. Психологи видят в нем симптом панического состояния об­щества, эсхатологической тоски индивида. Искусствоведы рассматривают постмодернизм как новый художественный стиль, отличающийся от неоавангарда возвратом к красоте как к реальности, сюжету, мелодии, гармонии

Феномен постмодерна оказался связан с существенным усложнением политической, идейной и культурной композиции мира во второй половине XX века. Проблемное поле, охватываемое постмодернизмом, отличается мно­гообразием, плюральностью и обнаруживается в постоянном расширении за счет сферы повседневности. Культура постмодернизма растворяется в поли­тике, идеологии, экономике и приобретает театрализованный, псевдобытийный характер, утрачивая при этом кри­тическую дистанцию по отношению к социальной действительности и возможность воздействовать на нее.

Так, характерной особенностью со­стояния культуротворчества во второй половине XX века стало смещение акцентов от традиционного и сущностного для системы культуры взаимо­действий профессиональной и институциализированной культуры с повсе­дневным, обыденно-бытовым пластом культуры. Культура постмодернизма - инновационная и техногенная по природе творчества, не только по-новому описывает социокультурную ситуацию со­временного индивида и, следовательно, соответствующие ей методы и спо­собы его самоопределения, но и закладывает основания новой парадигмы ра­циональности в философии в виде все и вся пронизывающего эстетического воображения. Эстетизация смягчает действие симптома панического состоя­ния общества, кризиса эсхатологической тоски индивида. Произошедшие изменения в культуре XX века заставляют заново ос­мысливать проблему времени и вечности. Всего одним веком раньше куль­тура была частью истории. Теперь история стала частью культуры. В результате обозначилась парадоксальная атрибутивная характеристика куль­туры - антиисторичность.

Процесс эстетизации всей постсовременной культуры открывает принципиально новые возможности для овладения хо­дом исторического времени. Весь опыт мировой культуры включен в обиход путем ее ироничного цитирования, то же самое происходит с философским наследием, художественным сознанием.

Постмодернистская эстетика и искусство весьма динамичны: они постоянно эволюционируют. Это в первую очередь касается многообразных симулякров в различных видах и жанрах искусства и, шире - культуре в целом. Расширение сферы бытования симулякров, перетекающих из художествен­ной области в действительность, - новая черта современной культурной си­туации Признак новой чувственности - внедрение в искусство «готовой ре­альности», вырванной из жизни, через жест, ритуал, хэппенинг; энтропия смысла, иронизм, новая сексуальность, тенденция карнавализации, гибриди­зации искусства и жизни, сращение эзотеричности и кичевости и ряд иных черт.

Во второй главе «Антагонизм и взаимосвязь «Традиции» и «Утопии» как основных категорий культуры постмодернизма» дается анализ антагонизма и взаимосвязи «Традиции» и «Утопии» как основных категорий культуры постмодернизма.

В первом параграфе второй главы феномен постмодерна рассматривается как путь возвращения к традиции. В истории культуры можно насчитать несколько особенных точек, когда этапы замыкания знаковых форм на себя носили динамический скачковый характер. Одним из таких скачков было возникновение письменности, другим - утверждение логоцентризма как культурной парадигмы. Сейчас очередной скачок в самозамыкании знаковых систем, притязающих в постмодернистском сознании на тотальное растворение в себе последних островков «объективной реальности», в полном соответствии с законом отрицания отрицания, отрицает логоцентризм.

Признаки изживания логоцентризма прослеживаются во всех порах культуры, а далеко не в одном только постмодернизме. Однако именно последний наиболее адекватно рефлектирует и концептуализует этот процесс. Так, деконструктивизм Ж.Деррида, оказывающий сегодня сильнейшее влияние на самые различные сферы гуманитарного мышления и художественного творчества отталкивается от критики «логоцентрической традиции», понуждающей традиционное мышление искать во всём некую истину. А за жаждой истины стоит, по Деррида, не что иное, как «желание» или ницшеанская «воля к власти». Таким образом, любые построения традиционного мышления, по сути, иррациональны все его претензии на адекватность реальности, упорядоченность, логичность и т.д. оказываются несостоятельны.

Изживание логоцентрической культурной парадигмы с её монотеизмом, презумпцией Должного, диктатом «законодательного разума» (по З. Буаману), и всем спектром мироустроительных установок от теократии (антропологический минимализм) до либеральной демократии (антропологический максимализм) – является, пожалуй, самый глобальным и фундаментальный процессом нашей переходной эпохи. И не он является признаком постмодернизма, а постмодернизм выступает одним из планов выражения последнего.

В перезаполненном знаками мире традиционная европейская схема субъектно-объектных отношений, где присутствует гносеологически активный субъект и онтологически пассивный объект, в конце концов, перестала работать.

Этого не могло не произойти, хотя бы потому, что наращивание знаковых звеньев, опосредующих такого рода субектно-объектную связь не может увеличиваться бесконечно без изменения качественного состояния структуры.

Изнутри всякой новой парадигмы плохо видится то, что совокупный культурный ландшафт определяется не тотальным господством инновационного мировоззрения, а контекстом его взаимодействия с другими культурными парадигмами.

Поэтому, вопреки постмодернистским декларациям, полный крах рационально-иерархического принципа миру никак не грозит. От того, что определённый субъектный слой в некоторых сферах своего мышления и деятельности вышел на горизонтально-сотовые доминанты смыслообразования и, погрузив в них свое переживающее «я», перестал замечать иерархические основы как всеобщего, так и своего собственного бытия (взять хотя бы рутинный социально бытовой аспект), последние от этого не перестали существовать.

Сегодня постмодернизм уже, сформировавшийся в 70-х и переживший свой пик в 80-х, пропитывая и пронизывая все поры культуры, всё более растворяется в ней, снижая остроту доктринального противостояния. И, хотя на сегодняшний день, другой сомасштабной постмодернизму моровоззренческой установки, объясняющей взрыв интерпретирующего мышления во всех его проявлениях, не существует, можно говорить об отчётливых контртенденциях.

В последние пять лет наблюдается явная усталость от произвола, некачественности, эклектики и иных фигур постмодернистского инструментария типа двойного кодирования, палимпсеста, различного рода цитирования, декомпозиции, бриколажа и др. Не говоря уже о кричащем противоречии между плюралистическими декларациями и жёстком навязывании постмодернистского кода в гносеологии и эпистемологии, непереносимом снобизме и диктаторском конституировании той самой «законодательной истины», против которой, и был, изначально направлен весь пафос постмодернизма.

Сегодня ряд авторитетных авторов (например, Х.Блум) уже не стесняется выступать за возврат к традиционному бинарному коду, к целостным онтологическим и эпистемологическим конструкциям, центризму, «реанимации», «похороненного» Р.Бартом автора, установлению границ контекстуализации текста и т.п. Никому в истории ещё не удавалось ничего возродить или вернуть в прежнем виде. Но не будет ничего удивительного, когда на смену эпохе господства постмодернизма придёт эпоха неоклассики. Именно постмодернизм остановил модернистскую гонку оригинальности и сделал всех современниками. И это следует иметь в виду, когда будем искать объяснение тому, что во второй половине XX века, по крайней мере, в некоторых направлениям художественного творчества наблюдалось явное замедление инновационного бума.

Во второй параграфе второй главы вводится термин «утопия», который раскрывается как основная эстетическая категория постмодерна, его зеркало и стержень. Постмодерн – это состояние реализованной «Утопии», достигнутого совершенства, осуществленного проекта. Специфика современного состояния заключается именно в том, что мы продолжаем жить в институциональном и языковом пространстве, сконструированном модерном, но в ситуации, когда сам модерн как проект уже завершен.

При всей отличающей его пестроте подходов, постмодернизм создал собственную специфическую «Традицию» социального анализа, которая отчётливо выделяется среди всех остальных. «Мир как текст» - один из наиболее известных и основополагающих тезисов постмодернизма.

Отсюда вытекает важнейший тезис постмодернизма - о ненадёжности знания, получаемого с помощью языка, и, как следствие, о проблематичности той картины действительности (эпистемы, по Фуко), которая существует в ту или иную эпоху. Это - исходная и главная идея постмодернизма, рождающая установку на сопротивление власти языковых структур, источник его негативистского пафоса.

Она выражает те кардинальные изменения социокультурной ситуации, которые произошли в мире (и не только в западном обществе) под воздействием глобализирующейся системы масс-медиа, мистифицирующей массовое сознание, порождающей мифы и иллюзии. Бодрийар назвал реальность, формирующуюся под их воздействием, гиперреальностью.

В исследовании возникло необходимость ввести термин «Утопия» и определять ее как одну из основных эстетических категорий постмодернизма. Гиперреальность как следствие Утопии возникает тогда, когда культурные представления утрачивают связь с человеческой реальностью, которую они должны описывать, и становятся автономными - симулякрами.

Это ставшее модным слово означает псевдовещь, заменяющую «исчезающую» реальность, не обладающую никаким референтом. Таким образом, отношения человека с миром трансформируются фундаментальным образом. В мире, где доминируют искусственные модели, уже не делается различий между «словами» и «вещами» («Слова и вещи», М.Фуко).

Постмодернизм характеризуется двумя основными чертами - распадом характерного для модерна единства и ростом плюрализма. Это - религия и история, наука и искусство, либерализм и т.п. целостные идейные системы, обеспечивавшие целостное восприятие мира. Постмодернизм - это «недоверие к метарассказам», великим «объяснительным системам», это «конец метарассказов». Это означает освобождение мира от унифицирующей монокультуры и выход к культуре многообразия, признание многообразия и равноценности любых культурных форм, отказ от установления какого бы то ни было иерархического порядка - главный лозунг постмодернизма.

Поэтому для постмодернизма естественным оказывается отказ от идеи линейного развития истории, от принципа универсальности исторического развития, от идеи прогресса. В постмодернизме социальный мир теряет черты тотальности, выстроенности. Он предстаёт как неустойчивая совокупность локальных фрагментов, слабо скоординированных друг с другом, а потому таящих в себе многообразие возможностей дальнейшего развития. В постмодернизме представление о детерминированности и универсальной направленности социального развития сменяется представлением о его неопределённости и многовариантности.

Особое внимание постмодернизм уделяет процессам локальной идентичности, мультикультурализму - формированию множества групп, основанных на культурной, в первую очередь - этнокультурной идентичности.

Эти процессы свидетельствуют о распаде «универсальных» социальных структур модерна, об отказе от «универсальных» принципов организации общества. Глобальное «размножение» локальных идентичностей означает разрушение характерной для модерна, культурной вертикали центр-периферия как в национальном, так и в мировом масштабе, закат гегемонии Запада и возникновение нового социального порядка глобального уровня. В этом отношении постмодернизм выражает эпохальные изменения в парадигме мирового общественного развития, суть которых состоит в замене евроцентризма глобальным полицентризмом. Постмодернизм - это отражение кризиса универсальности, кризиса западного рационализма как его универсального культурного основания. В основе постмодернистского подхода к истолкованию бытия лежит попытка осмыслить в первую очередь сам механизм рождения смысла, упорядочивания его в знание и оформления последнего в авторитетные научные школы. Постмодернизм в принципе не верит в эффективность универсального учения о бытии, претендующего на высшую позицию в иерархии наук, описывающих мир.

Его задача — освободить представление современного человека об окружающем его мире от заблуждений и ограничений, накладываемых всякого рода глобальными детерминизмами. В этом принципиальное отличие постмодернизма от предшествующих гуманитарных теорий. Постмодернизм непросто создается в процессе истолкования новых, современных культурных феноменов, он берется за критический пересмотр всего культурного наследия человечества. В древние времена фольклорный повествователь всегда начинал свой напевный рассказ с информации о том, где, когда и при каких обстоятельствах он узнал (услышал) то, о чем собирается поведать своей аудитории. Такова была авто-легитимация знания в те давние времена: «я рассказываю то, что некогда сам услышал, как вы сейчас услышите это от меня и когда-нибудь передадите эту историю дальше». Так и рождалось Утопическое восприятие мира.

В третьем параграфе второй главы рассматривается взаимопроникновение и взаимоотталкивание исследуемых эстетических категорий «Традиция» и «Утопия» в художественной культуре постмодернизма

С одной стороны, искусство постмодернизма пытается деконструировать или приостановить искажение правды, с другой, - преобразовать это искажение в «стихотворную форму», т.е. решить менее утопичную задачу, чем первая. Предпосылки такого отношения к действительности зародились в искусстве между двумя мировыми войнами, когда оно оказалось приверженным не столько глубокому самовыражению, сколько интеллектуальным игрищам, провоцированию скандальных ситуации, размыванию границ произведений искусства как некой самости, что с течением времени сформировало основополагающие черты постмодернизма.

Одной из таких особенностей является напускное отсутствие глубины в искусстве постмодернизма, безликие персонажи, безучастные лица, заурядные пейзажи, изображённые в самой безвкусной манере. Зачастую эта поверхностность носит иронический характер, словно высмеивая современное общество, где безвкусица порой воспевается как эстетический идеал. Таким образом, интернационализм эпохи модерна сменяется регионализмом, мультикультурализмом постмодерна, единство – многообразием. Принцип культурного многообразия, плюрализма становится в постмодернизме доминирующей ценностью, что, прежде всего, выражает себя стилистически.

На основе анализа репрезентации женщины в современном искусстве, можно построить концепцию о постмодернизме как явлении современной художественной культуры, которое строится на взаимопроникновении и взаимоотталкивании пространственно-временных категорий «Традиция» (как воплощение категории «Прекрасное» в прошлом) – проявления Маскулинности в эстетическом дискурсе и «Утопия» (как воплощение категории «Прекрасное» в будущем) – проявление Феминности в восприятии явлений художественной практики. В точке пересечения антагонизма и взаимосвязи и возникает культурная ситуация постмодернизма в художественной культуре.

Естественно, что равенство различного не может исчезнуть по воле какой-либо группы, выпустившей манифест и заявившей, что оно и есть то самое новое и долгожданное. При нынешней ситуации оно займет свое место среди других равных дискурсов. Безусловно, можно говорить о конце постмодернизма как революции — экономической, политической, социальной и культурной.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются выводы и рекомендации, намечаются новые задачи дальнейшего исследования на ба­зе синтеза философского и культурологического направлений.




Каталог: word -> konkurs -> avtoreferat
avtoreferat -> Становление и развитие благотворительности в системе отечественного образования
word -> Аврелий Августин
word -> Церковь отцов до 500 года нашей эры
avtoreferat -> Русская духовная музыка как умозрение в звуках
avtoreferat -> Генезис русского национального самосознания в духовной культуре россии
avtoreferat -> Нациопонимание как предмет социально-философского исследования
avtoreferat -> Происходящее в российском обществе резкое изменение ценностных ориентаций, психологическая дезадаптация значительной части нас
avtoreferat -> Общественная палата в системе гражданского общества
avtoreferat -> Инокультурный габитус в современном российском обществе


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница