Тема Морально-этические проблемы «статуса эмбриона»



страница8/24
Дата27.04.2018
Размер0.92 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   24
2. Психоаналитический подход.

Говоря о психоаналитическом подходе к проблеме статуса эмбриона, мы имеем ввиду не столько позицию классического психоанализа, сколько рассуждения его последователей. Известно, что психоаналитические учения 20-го века расширили познания о человеческой психике. Причем расширение произошло, во-первых, по вертикали, то есть в структуре психики помимо уровней, лежащих на поверхности, были обнаружены и глубинные уровни, т.е. бессознательное , и, во-вторых, по горизонтали – психоанализ на практике доказал наличие у личности душевной жизни еще задолго до ее рождения на свет.

Проблема развития человеческой души до рождения интересовала еще самого З.Фрейда, но впервые целостно оформить ее попытался один из ег о учеников, а именно Отто Ранк(1880-1939) – австрийский психолог и психотерапевт, давший жизнь новому течению в психоанализе – неофрейдизму . В основном сочинении «Травма рождения» (1924) Ранк выдвинул собственную психологическую концепцию, в которой решающим фактором жизненного развития человека выступает страх, вызванный травмой рождения. Суть травмы для него в том, что постнатальная ситуация куда менее благоприятна, чем перинатальная. Вне матки ребенок вынужден столкнуться с нерегулярностью питания, частым отсутствием матери, колебанием температуры, шумом и т.д.

Ранк рассматривал родовую травму в качестве первопричины того, что разлука с материнской утробой воспринимается человеком на протяжении всей его последующей жизни как самое болезненное и пугающее человеческое переживание. По его мнению, во всех более поздних фрустрациях частичных влечений можно узнать производные этой первой травмы. Большинство событий, которые индивид переживает как травматические, обязаны своей патогенностью сходством с биологическим рождением. Практически весь период детства можно рассматривать, как ряд попыток отреагировать на эту травму и психологически справиться с ней. О. Ранк считал, что вся ментальная жизнь человека зарождается в первичной тревоге и первичном вытеснении, вызванным родовой травмой. Центральный конфликт человеческой психики происходит из желания вернуться в матку и сопутствующего этому желанию страха. Отныне любая смена приятной ситуации на неприятную будет вызывать чувство тревоги.

Современная трансперсональная психотерапия и другие формы эмпирической работы в значительной степени подтвердили главный тезис Ранка о первостепенном значении родовой травмы на психическую жизнь человека. Однако в то же время они вносят в теорию Ранка существенную поправку: в ранкианском подходе разлука с матерью и утрата матки рассматривается в качестве основных травмирующих аспектов рождения. При исследовании же глубинных пластов подсознания ситуация оказывается более сложной. Рождение травмирует не потому, что ребенок от “райского” блаженства в чреве матери переходит к неблагоприятным условиям внешнего мира, а потому, что само прохождение через родовой канал связано с чрезвычайно высоким психоэмоциональным, физическим стрессом и болью. Этот факт подчеркивался и в первоначальных рассуждениях Фрейда о рождении, но не был почти никак не отражен у Ранка. Фрейд выделял в качестве источника тревоги сами экстремальные физиологические трудности в процессе рождения, а Ранк связывал тревогу именно с отделением от материнской матки , то есть от своеобразного «райского состояния», в котором все потребности удовлетворялись сразу и без приложения каких-либо усилий. По мнению представителей современной психоаналитической школы большинство психопатологических заболеваний коренится именно в динамике перинатальных стадий, где отразился опыт тех часов, которые отделяют безмятежное состояние внутри матки от постнатального существования во внешнем мире. Отсюда и главная цель терапии – добиваться, чтобы пациент заново прожил родовую травму, без чего психоаналитическое лечение нельзя считать завершенным. В процессе повторного проживания и интеграции родовой травмы индивид может регрессивно стремиться к возврату в матку или, наоборот, к прогрессивному завершению рождения и выходу из родового канала – все зависит от качества и стадии развертывания перинатального процесса. Тенденция к разряжению запертых во время битвы рождения чувств и энергий становится глубокой мотивационной силой, которая обусловливает широкий спектр поведения человека в его дальнейшей жизни.

Таким образом, на материале исследований австрийского психолога можно сделать вывод о том, что в перинатальный период закладываются глубинные особенности психического поведения человека, которые будут проявляться на протяжении последующей жизни. Во время биологических родов происходит лишь приобщение индивидуальной психики к ментальным структурам человеческих сообществ, но, не само ее рождение .

О возникновении психической активности с момента зачатия можно говорить и опираясь на исследования другого представителя новейшего психоанализа, родоначальника трансперсональной психологии Станислава Грофа.

В своей работе «За пределами мозга» (1985) он утверждает, что перинатальный опыт личности не сводится лишь к биологическим процессам, а выходит далеко за рамки биологии и несет в себе важные духовные составляющие. Процесс рождения обусловлен подключением личности к глубинным, «подлинно духовным» измерениям психики. В момент родов с личностью происходит метаморфоза, сравнимая, по словам Грофа, с изменениями, происходившими в древних храмовых культовых таинствах или в ритуалах инициации. Дошедшая до определенного антропологического этапа развития личность как бы временно умирает и затем вновь рождается для своего биографического существования. Образно выражаясь, с личностью разыгрывается перинатальная мистерия смерти-возрождения . С. Гроф изучает динамику этой «мистерии» бессознательного личности и выделяет в ней четыре этапа, называя их «матрицами» ( базовые перинатальные матрицы (БПМ))

Во время сеанса трансперсональной терапии пациент может «вспомнить» и заново пройти по маршрутам этих матриц, что обеспечивает, по мнению Грофа, терапевтический эффект. Перинатальная и постнатальная стадии существования личности оказываются увязанными друг с другом динамикой БПМ, а это означает, что между существованием личности до рождения и после нет глухой стены. Бесспорно, с рождения у личности начинается собственно биографическая ( человеческая ) стадия ее бытия, но до биологических родов у нее уже присутствуют как тело, так и душа.

Итак, психоаналитические подходы расширяют границы человеческой жизни, фиксируя появление личностного бытия задолго до рождения личности. Психика начинает формироваться одновременно с телом. Психосоматическое единство личности проходит различные этапы, важнейшими из которых являются этапы внутриутробнго развития.

 

3.Социологизм

Нельзя не обратить принципиальное внимание на позицию, которую мы условно назвали “социологизм”. Почему мы обращаем на эту позицию принципиальное внимание? На основании двух причин. Во-первых, потому что под влиянием именно этой позиции происходит первая в мире легализация абортов, т.е. производство аборта теряет юридический статус преступления “против жизни, против семьи и общественной нравственности”. Во-вторых, потому, что эта позиция до сих пор является идеологическим основанием современного российского законодательства.

Со времени первого русского уголовного кодекса 1832 года до 1917 года изгнание плода в российском законодательстве квалифицируется как вид смертоубийства. Данный статус находился в четком согласии с ветхозаветной заповедью “не убий”, которую христианство распространяло и на находящийся во чреве матери зародыш. Но после 1917 года в России происходит подлинная революция в законодательстве относительно абортов.

18 ноября 1920 года в России вступает в силу Постановление Наркомздрава и Наркомюста, которое полностью легализует искусственный аборт: - “Допускается бесплатное производство операции по искусственному прерыванию беременности в обстановке советских больниц, где обеспечивается ей максимальная безвредность” . Россия становится первой страной мира (не считая Франции периода революции 1791-1810 гг.), где женщины и врачи полностью освобождаются от уголовной ответственности. Тем не менее, справедливости ради необходимо сказать, что в 1936 году аборты в стране запрещаются. Но это запрещение абортов сменилось их новой легализацией в 1955 г., которая сохраняется до сих пор.

Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан 1993 г. отличается четкой регламентацией медицинской процедуры: по желанию женщины аборт производится до 12 недель беременности, по желанию женщины и социальным показаниям — до 22 недель, по желанию женщины и медицинским показаниям — независимо от срока беременности .

Что же является идеологическим основанием упомянутой динамики юридических представлений об аборте как вида смертоубийства до понимания его как простого вида медицинских операций?

Идеологическим основанием таких кардинальных перемен в значительной степени было и остается вульгарное следование философии марксизма-ленинизма, которую сами идеологи называли идеологией “воинствующего материализма”. Конечно же непосредственных указаний к детоубийству данная “воинствующая” философия не содержала. Но руководства к действию именно в данном, интересующем нас направлении логически вытекали из ее краеугольных принципов. Прежде всего, из морального релятивизма, отрицавшего абсолютное значение религиозных нравственных заповедей. И, во-вторых, из утверждения о так называемой “социальной” сущности человека.

Действительно, если, согласно моральному релятивизму, все моральные принципы относительны, по сути, то почему не может рассматриваться как относительный, т.е. не имеющий абсолютного значения, и принцип “не убий”? И если интересы борьбы сообществ допускают убийства, то почему не распространить это допущение и на находящиеся во чреве матерей зародыши?

Утверждения о так называемой “социальной” сущности человека основывались на следующих высказываниях классиков: это прежде всего шестой тезис К.Маркса о Фейербахе: ”…сущность человека ... есть совокупность всех общественных отношений” (К. Маркс., Ф.Энгельс. Соч.2-е изд.,1955, т.3, с.3.); это положения о том, что “индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни - даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного совершаемого совместно с другими, проявления жизни, - является проявлением и утверждением общественной жизни ” (К.Маркс., Ф.Энгельс. Из ранних произведений, М.,1956, с.590.); “ как само общество производит человека как человека, так и он производит общество” (К.Маркс., Ф.Энгельс. Из ранних произведений, М.,1956, с.589).

Указанные положения означали для советских философов то, что человек есть “субъект труда, основной элемент производительных сил, вступающий в производственные отношения, производящий их. Человек есть материальное социальное существо, субстратная и функциональная единица общества, обладающая индивидуальной социальной сущностью, которая формируется только в человеческом обществе как сложнейшем человеческом коллективе ( В. В. Орлов. Социальная биология. /Соотношение биологического и социального. Межвузовский сборник научных трудов. Пермь, 1981, с.17) .

Неслучайно проблема соотношения биологического и социального в человеке - это по сути непрекращающаяся в философии марксизма-ленинизма борьба против “биологизаторства”, т.е. против биологического истолкования сущности человека, носителями которого, как правило, рассматривались представители генетики. И это понятно, так как генетика - это наука о наследственности, которая, как известно, не может не иметь своего субстрата или

носителя. Этим носителем наследственных свойств и качеств с момента зачатия и является человеческий зародыш как уникальный живой биогенетический организм.

История этой борьба включает 30-50-ые годы 20 века - годы победы лысенковщины, т.е. период осуждения и запретов на проведение генетических исследований. Именно эта борьба и породила понятия “биологизаторство”, ”социологизм”, “биосоциальная природа человека“ и. т.д. Известно, что вульгарный социологизм потерпел сокрушительное поражение в этой борьбе и под давлением развития биогенетического знания. Тем не менее несмотря на то, что социологизм обнаружил свою научную несостоятельность, именно социологизм сохраняет до сих пор свои ведущие позиции в законодательстве России. Современное законодательство, регулирующее производство абортов, до сих пор базируется именно на “социологизме”. Остается только недоумевать, как и почему современное российское общество продолжает ориентироваться на эту идеологию? Действительно, как и почему современное российское государство продолжает находиться в противоречии ко всем, подчеркиваем ко всем существующим научным позициям современной биомедицины относительно вопроса о возникновении человеческой жизни? т.е. ориентироваться на антинаучный “социологизм”? Ведь если мы еще раз вернемся ко всем перечисленным нами современным естественнонаучным позициям, то среди них нет ни одной, которая бы соответствовала “социологизму”.

 

 


Каталог: fileadmin -> rsmu -> img
img -> Методические рекомендации по философии для студентов рниму выпуск 10. Москва 2013 Методические рекомендации по философии для студентов рниму. Выпуск10. М., 2013.
img -> Российский национальный исследовательский
img -> Экзаменационные вопросы по курсу «Философия»
img -> Темы рефератов для аспирантов Медицина и науки о живой и неживой природе: сходство и различие оснований. Понятия: «объект» и«предмет» теории.
img -> Тема Теоретические основы биомедицинской этики. Основные типы этических теорий
img -> Методические рекомендации по философии для студентов рниму выпуск 12. Москва 2015 Методические рекомендации по философии для студентов рниму. Выпуск 12. М., 2015.
img -> Тема 10. Эвтаназия: легко ли “легко умирать”
img -> Методические рекомендации по философии
img -> Рабочая программа учебной дисциплины биоэтика специальность: Педиатрия Форма обучения: очная, очно-заочная
img -> Биоэтика в России: ценности и законы


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   24


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница