Статья представляет собой попытку поиска в «Размышлениях о первой философии»



страница8/19
Дата01.02.2018
Размер0.78 Mb.
ТипСтатья
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19

Сущность предметного мышления


Может показаться, что идея о постижении воска одним лишь разумом получена методом исключения, путем перебора качеств или же способностей, необходимых для их восприятия: после того, как мы рассмотрели и отвергли все шесть чувств (включая sensus communis), осталось одно только мышление; значит, его и придется признать способностью, ответственной за восприятие. На самом деле, данная идея возникает путем обращения сознания на свое собственное отношение к предмету, состоящее в том, что я думаю, что вижу, слышу и пр. Поэтому прежде рассмотренные качества не исключаются из предмета (как было бы, например, если бы мы признали, что сущность воска состоит в том, что он есть протяженная вещь, адекватно воспринимаемая с помощью «общего чувства») – изменяется только точка зрения на них: «Так что же это такое – воск, воспринимаемый только умом? Да то, что я вижу, ощущаю, представляю себе, т. е. в конечном итоге то, чем я считал его с самого начала. Однако – и это необходимо подчеркнуть – восприятие воска не является ни зрением, ни осязанием, ни представлением, но лишь чистым умозрением…».

В процессе эксперимента я последовательно устранял из опыта восприятия все недостоверное – сначала состояния моего тела, которые обычно приписываются предмету как его свойства (вторичные качества), а потом и те свойства, для точного познания которых у нас недостаточно средств (протяженность). Воск, в результате, оказывался вообще лишенным сколько-нибудь достоверных свойств, и мне оставалось лишь констатировать, что опыт восприятия не состоялся. Но, поскольку я производил этот опыт с самого начала сознательно, то я не могу не понимать, что ему все время сопутствовало мышление – и мне теперь не остается ничего другого, кроме как признать, что познание воска опиралось не на созерцание какого бы то ни было свойства, а на это самое мышление. Я не видел, обонял и осязал воск, а думал, что вижу, думал, что обоняю и думал, что осязаю. Теперь же, когда я знаю, что я это только думал, мне доступна истина чувственного восприятия: такое восприятие – несовершенная разновидность мышления, когда я думаю, но не знаю, что я думаю.

Следовательно, эксперимент успешно завершается достижением ясного и отчетливого, полностью истинного восприятия конкретной вещи: «Однако – и это необходимо подчеркнуть – восприятие воска не является ни зрением, ни осязанием, ни представлением, но лишь чистым умозрением, которое может быть либо несовершенным и смутным, каковым оно было у меня раньше, либо ясным и отчетливым, каково оно у меня сейчас, – в зависимости от более или менее внимательного рассмотрения составных частей воска». В последней фразе речь, конечно же, идет не о пространственных частях куска воска, а о различных аспектах умозрения – т.е. именно о зрении, осязании и представлении, упомянутых ранее. Умозрение было несовершенным и смутным, когда я думал, будто постигаю воск внешними чувствами или же общим чувством. А теперь, когда я внимательно рассмотрел все эти аспекты, я вижу их истинное значение. Они и в самом деле имеют отношение к воску – он действительно есть то, что я «вижу, ощущаю, представляю себе». Однако «вижу» значит не то, что у меня есть способность зрения, которая каким-то образом «дает» мне воск, а то, что я думаю, что вижу воск – представление, которое остается истинным не только тогда, когда никакого воска нет во внешнем мире, а он мне только кажется, но и в том случае, если идея видимого воска вообще внутренне противоречива, так что ее, на самом деле, даже нельзя мыслить – как нельзя помыслить круглый квадрат и пр. Быть может, нет не только воска, но и самого зрения – однако невозможно оспорить, что я думаю (пусть ошибочно) будто вижу. В тот момент, когда я произношу слова: «Я вижу воск», – выражаемый этим высказыванием акт мысли неоспорим.

Когда я говорю, что вижу воск, я заблуждаюсь, ибо истинное постижение воска происходит с помощью одного лишь ума. Постигая воск умом, я не знаю об этом, а приписываю восприятие внешнему (а также «общему») чувству. Мое умозрение поэтому является несовершенным и смутным: оно постигает воск, но заблуждается относительно способа этого постижения – не сознает себя в качестве такого способа. Если же я говорю: «Я думаю, что вижу воск», – то я при этом не только думаю, что вижу воск, но и сознаю, что я это именно думаю. Вот это сознание способа своего отношения к предмету и создает ясность и отчетливость постижения воска, не имеющие никакого отношения к «очевидности» чувственных образов. Ясность здесь – не свойство того или иного эмпирического содержания, а уровень осознанности восприятия. Некая идея сама по себе может быть неясной и смутной (например, идея видимого воска), однако, если мы ясно сознаем неотчетливость вещи и субъективный характер ее восприятия, то наше восприятие ясно и отчетливо.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   19


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница