Современная


Политические идеи русских консерваторов, либералов и марксистов



страница33/45
Дата31.12.2017
Размер0.95 Mb.
ТипУчебник
1   ...   29   30   31   32   33   34   35   36   ...   45
2.5.6 Политические идеи русских консерваторов, либералов и марксистов
Русский консерватизм

Характерной чертой русского консерватизма последней четверти XIX в. явилось сближение идейного наследия славянофильства с государственной идеологией (теория официальной народности). В какой-то мере это сближение, имевшее солидную базу в принципах самодержавия, православия и народности, было взаимным.

Идеи национальной самобытности, особого пути России полностью сохранялись. Их новым выражением стало так называемое почвенничество, призыв не отрываться от родной земли, ее традиций, народного духа. Сохранялись и враждебность к революционному радикализму, и осуждение опыта Европы. Синтез панславизма и почвенничества составили главное содержание консервативной мысли.

Рубежом в развитии консерватизма стал 1881 г. Со смертью Александра II закончилась эпоха реформ. Новый царь Александр III решительно отбрасывает либеральные поползновения своего отца, берет курс на укрепление самодержавия и получает полную поддержку всего консерва­тивного лагеря, во главе с одним из самых ярких представителей «охранительного» консерватизма – Победоносцевым (Победоносцев Константин Петрович (1827-1907) – представитель «охрани­тельного» консерватизма, воспитатель Александра III, убежденный антилиберал).

Александр III всегда оставался учеником Победоносцева, но и последний на всю жизнь сохранил заботу о своем воспитаннике, любовь к нему. В 1868 г. Победоносцев становится сенатором, в январе 1872 г. членом Государственного совета и, наконец, в 1880 г., по рекомендации Лорис-Меликова, – обер-прокурором Святейшего Синода. На этом посту Победоносцев оставался четверть века. 1 марта 1881 г. учитель наследника превращается в ближайшего советника молодого императора. Оппозиция видела в нем «главного виновника всяких стеснений, мешающих свободе и прогрессу».

Строгий, аскетичный, трудолюбивый, не оказывающий никому протекции «по знакомству», но только за деловые и нравственные качества, Победоносцев не был любим высшим светом, являлся объектом многих сплетен и эпиграмм.

Победоносцев связывает типы организации власти со степенью падения духовности общества. Он выделяет три формы власти: древнее народовластие, монархия, вторичное народовластие (современная демократия). Древнее народовластие, когда каждый делал то, что ему казалось справедливым, известное в истории Израиля как эпоха судей и сохранившееся в мифах и легендах других народов, требовало высокой духовности общинников. Ведь чтобы подчиняться добро­вольно судье и пророку, имевшему весьма ограниченные возможности для принуждения, каждому члену общины нужно ясно видеть присутствие в судье «Духа Истины» и силы Божьей. Победоносцев отмечает, что уже в близкие к нам времена в отечественной истории элементы такого «сакрального народоправства» проявились в вечевых порядках Новгорода и Пскова. Но как только внутренний закон совести перестает твердо звучать в каждом члене общины, он утверждается извне, мечом царя.

Монархия – более стабильная форма правления, ее деградация, замена «вторичным народовластием» возможна только при утрате царской властью своих основных качеств.


Для Победоносцева истинная царская власть не рациональна, но «таинственна» и основана на вере и жертве. У него не юридическое, а религиозно-мистическое отношение к самодержавию как к выражению абсолютной Правды, на которой строится мир. Вторичное народовластие возникает в государстве на обломках монархической системы. Победоносцев – ярый противник этой формы правления. В первичных народовластиях не было и следа идей о главенстве в государстве «воли народной». Новгородцы при любом мало-мальски значительном выборе стремились прежде «сыскать воли Божьей», а потом уже действовать.

Вторичное народовластие, по Победоносцеву, является как бы антитезой народовластия первичного, его «обезьяньим лицом». Вся парламентская система – выборы, партии, их агитация, ответственное министерство и т.д.   проникнута ложью. В избирательной процедуре ему претит, что «честолюбивый искатель сам выступает перед согражданами и старается всячески уверить их, что он более, чем всякий иной, достоин их доверия».

Русский дух сначала формируется в семье. Семья – гарант стабильности любого общества, так как она предвосхищает и напоминает Царство Божие. Родительская власть, «единственная установленная Богом в Десяти Заповедях, – это власть наивысшая», «добровольное подчинение – единственная добродетель ребенка». Верности, любви, жертвенности и повиновению государю будущий гражданин должен быть научен в семье. Русское государство должно быть большой российской семьей с абсолютным отеческим авторитетом и отеческой заботой, с одной стороны, и невопрошающим подчинением и любовью, с другой.

Одна из задач русского государства – правильное воспитание народа. Победоносцев был инициатором создания системы церковноприходских школ, которые должны не отрывать детей от своей социальной среды ненужной избыточной информацией, но воспитывать их в вере, любви к Отечеству, честном отношении к труду и семье. В этих школах, двух- и четырехлетних, преподавалось немного предметов – русский и церковно-славянский языки, Закон Божий, церковное пение, арифметика, немного отечественной истории и географии. Считалось, что для человека, трудящегося на земле, этого достаточно, а знания, которые он никогда не сможет применить на практике, или вскоре забудутся, или развратят его душу неудовлетворенностью нынешним состоянием. Только для наиболее способных должен быть открыт путь к продолжению образования.

Победоносцев искренне пытался спасти Россию от катастрофы, уберечь от чуждых ее духу поспешных преобразований. Разве не гениальным прозрением звучат сегодня для страны, пережившей и советскую власть, и горбачевские иллюзии, и бандитскую вакханалию эпохи Ельцина, слова Победоносцева о характере и перспективах изменения формы власти: «Мы хотим механически раскрыть и расправить лепестки грубою рукою, и раскрытые нами лепестки засыхают без здорового цветения, без надежды на плод здоровый! Не безумное ли это дело?»

Николай Яковлевич Данилевский (1822-1885) – философ, социолог, сторонник консервативных и панславистских идей, участник научных экспедиций. В естественных науках Данилевский был убежденным сторонником идеализма и провиденциализма, непримиримым противником дарви­низма. В историю консервативной мысли Данилевский вошел благодаря работе «Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому» (1871).

Особый вклад в теорию государства Данилевский сделал своей концепцией культурно-исторических типов народов и государств. Он фактически стоит у истоков цивилизационного подхода к их типологии, получившего дальнейшее развитие в XX в. у Освальда Шпенглера, Арнольда Тойнби, Питирима Александровича Сорокина. Главная цель этой концепции – развенчание европоцентристских теорий, опирающихся на идею политического, экономического и культурного превосходства европейцев над другими народами мира. Данилевский считает, что Европа стремится предписывать зависимым от нее народам несвойственные им цели и задачи и расценивает любые проявления самобытного развития как исторический пережиток, нечто «гигантски лишнее», мешающее осуществлению общечеловеческих идеалов. Подчинившиеся ее политическому нажиму государства обречены на духовное банкротство.

Россия, и эту идею Данилевский делает основополагающей в своих построениях, ни по корням своим, ни по истории и традициям, ни по духовно-культурным связям не принадлежит «ни европейскому добру, ни европейскому злу». Но далеко идущие замыслы европейских правящих династий заключаются в том, чтобы навязать ей распространение на Востоке европейской цивилизации в качестве «священной исторической миссии» и тем самым обречь ее на утрату своей самобытности и использовать россиян как орудие для решения проблем европейских государств.

По мнению Данилевского, человечество – это абстрактное понятие, в истории же действуют отдельные народности. Поэтому историю он интерпретировал как циклический процесс возникновения, расцвета и упадка поочередно сменяющих друг друга национальных государств и их культур, чередование локальных, мало связанных друг с другом культурно-исторических типов: египетского, китайского, ассирийско-финикийского, халдейского, или древнесемитического, индийского, иранского еврейского, греческого, римского, новосемитического, или аравийского, романо-германского. Продолжение этой цепи он видел в создании восточнославянского культурно-исторического типа, обосновывая тем самым свои панславистские мечтания философией истории.

Данилевский выступает против «европейничания», заимствования таких «вредных» и чуждых» русскому духу явлений, как материализм, нигилизм и т.п. Русский народ в его изображении «мягок, покорен, почтителен к власть имущим, одарен в высшей степени консервативными инстинктами». Данилевский характеризует славянский культурно-исторический тип как высший, «четырехосновный», в котором все «общие категории» достигают полного развития. Он отводит особую роль России и славянству в защите православия; в духе провиденциализма говорит о миссии России и славянства быть «главным хранителем живого предания религиозной истины», «быть народами богоизбранными». Оригинальную черту славянского типа Данилевский видит в общинном землевладении. Из теории культурно-исторических типов Данилевский делает вывод о политической миссии России по отношению к славянским народам, о необходимости освобождения славян и создания единого государства на основе федерации с центром в Константинополе.


Его теория, обосновывающая мессианскую роль России в славянском мире, служила оправданием экспансионистских стремлений.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   29   30   31   32   33   34   35   36   ...   45


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница