Современная


Политические идеи в Соединенных Штатах Америки в XVIII – начале XX столетия



страница23/45
Дата31.12.2017
Размер0.95 Mb.
ТипУчебник
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   45
2.3.4 Политические идеи в Соединенных Штатах Америки в XVIII – начале XX столетия
Политическая система современной России, основанная на Конституции 1993 г., является подобием политической системы США, которая была воспринята российскими реформаторами в конце XX в. как эталон и идеал. Именно поэтому, для россиян, живущих в XXI столетии, так важен анализ истоков и генезиса Конституции и политической системы США.

Итак, следует уточнить, что прогрессивная политическая и правовая мысль Просвещения получила распространения не только в Европе, но и на противоположном берегу океана – в британских колониях Северной Америки. Подъему политической мысли и активности в североамериканских колониях содействовали предпосылки идеологического и психологического характера. Изначально в Северную Америку эмигрировал наиболее активный элемент европейского общества, предпочитавший тяжелую, но свободную жизнь Американцам нравились идеи представителей естественно-правовой школы. Труды Т. Гоббса и Дж. Локка, Ш.Л. Монтескьё и


Ж.-Ж. Руссо стали настольными книгами основателей американской государственности, а идея неотчуждаемых прав человека овладела широчайшими народными массами и стала своего рода флагом в борьбе за независимость.

Политические взгляды республиканцев

Бенджамин Франклин (1706-1790) – американский просветитель, государственный деятель и ученый, один из авторов Декларации независимости США и Конституции 1787 г. Республи­канские и демократические симпатии ученого-энциклопедиста выдвинули его в ряды сторонников независимости колоний. В конце 60-х гг. XVIII в. он отказывается от рассмотрения Британской империи как единого органического политического образования и развивает идею гомруля


(home rule), т.е. самоуправления североамериканских провинций. В 1769 г. Франклин впервые назвал североамериканские провинции государствами (states). Ему принадлежит одна из версий плана конфедерации штатов под названием «Соединенные колонии Северной Америки».
Он активный составитель статей конфедерации 1781 г., а также Декларации независимости и проекта федеральной Конституции в Филадельфии.

Франклин не был сторонником радикальных политических преобразований. Характерная особенность Франклина как политического публициста состояла в стремлении соединить доводы двух родов: общетеоретические и практические, другими словами, общенаучные и философские соединить с обыденными представлениями (здравым смыслом). Франклин не был ни простодушным демократом, ни демагогом.

В глазах соотечественников Франклин и сегодня выглядит одним из великих умов своего времени и во всей американской истории. Некоторые исследователи считают его родо­начальником утилитаризма. Утилитаризм – принцип оценки всех явлений только с точки зрения их полезности, позитивистское направление в этике, считающее пользу основой нравственности и критерием человеческих поступков.

Пацифистские взгляды просветителя общепризнанны. Из трех выведенных им способов обогащения народов (война, торговля и земледелие) он предпочитал земледелие как единственно честный способ и полностью присоединялся к заповедям физиократов относительно свободы торговли и более скромной роли государства – «не мешайте нам» и «управлять без лишнего рвения».

Томас Пейн (1737 – 1809) – американский просветитель радикального направления, участник Войны за независимость и Великой французской революции, популярнейший публицист периода американской революции – в памфлете «Здравый смысл» (январь, 1776) от имени здравомыслящего патриота защищал идеи республиканского самоуправления колоний и смело нападал на явные и скрытые пороки наследственной монархии и полуреспубликанского парламента Англии.

Пейн четко разграничивает общество и государство, он недоволен существующими представлениями об обществе и государственной власти, поскольку некоторые философы смешивали общество и правительство. А между тем они различаются не только своей ролью, но и своим происхождением.

Во многих обобщениях американского опыта у Пейна присутствует мысль о том, что пламя, зажженное от маленькой искры в Америке, будет распространяться от нации к нации. Человек обнаруживает всякий раз, что сила и возможности деспотизма коренятся лишь в страхе оказывать ему какое-либо сопротивление и потому, «чтобы быть свободным, достаточно захотеть этого».
В трактате «Век разума» Пейн призывал к революции в сфере религии, противопоставляя силу разума библейским сказкам о чудесах и пророчествах. Система иерархических церковных учреждений (церковное государство) предстает в его изображении таким человеческим изобретением, которое предназначено для того, чтобы запугивать и порабощать человечество, монополизировать власть и доходы. Эти положения непримиримого деизма оказали заметное влияние на Джефферсона и других представителей свободомыслия, а название трактата стало синонимом всего столетия, известного как век Просвещения.

Для Пейна существенны не только роль и значение одного разума, но и чувства, а в некоторых случаях также и силы. В решении важных вопросов они присутствуют и действуют все вместе и сами за себя в отдельности. Практические меры должны опираться на «два великих принципа – знание и силу». Он далек от мысли связывать решение всех назревших консти­туционных вопросов со стихией «народного волнения», поскольку такое стихийное движение может возглавить случайный человек. Опасность состоит в том, что такой человек может не только объединить отчаявшихся и недовольных, не только захватить власть, но, в конце концов, подобно потопу, смести существующие «свободы континента».

Согласно Пейну, не одни только революции должны находиться в поле зрения политических реформаторов. Движение времени и обстоятельств, весь ход событий, с которым связывают наступление великих перемен, являются слишком «механистичными», чтобы их можно было измерить «усилием ума и скоростью мышления». Одним из возможных результатов такого движения может стать революция в масштабе всей Европы.

Томас Джефферсон (1743-1826) – видный государственный и общественный деятель, пред­ставитель радикального демократического течения в американской политической мысли.

По заданию группы депутатов Джефферсон создал наиболее значительный документ войны за независимость – Декларацию независимости, принятую конгрессом с небольшими поправками
4 июля 1776 г. По его инициативе и настоянию Конвент представителей штата принял Декларацию прав, ставшую прообразом Билля о правах. Впоследствии Джефферсон занимал должность государственного секретаря в первом правительстве Дж. Вашингтона.

В преамбуле Декларации Джефферсон решительно отказывается от распространенной тогда доктрины «божественного права королей» и отстаивает теорию общественного договора и естественных, неотчуждаемых прав человека. Конфликт возносится на высоту предельного политического и нравственного обобщения, где перед «судом беспристрастного мира» находятся только два субъекта: истец – свободный американский народ и ответчик – тиран Георг III, английский король. Вывод автора Декларации категоричен: народ имеет право на независимость от тирана.

Декларация независимости несла отпечаток своей эпохи. В первоначальный ее вариант Джефферсон включил раздел, в котором права человека распространялись и на негров-рабов. Против этого резко выступили рабовладельцы; делегаты от Джорджии и Южной Каролины пригрозили даже заключить сепаратный мир с Англией, и конгресс вычеркнул данный раздел из окончательного текста Декларации.

Неотъемлемой частью свободы мысли для Джефферсона была свобода слова и печати. Общеизвестным стало его высказывание, что, если бы ему предложили выбирать между правительством без газет и газетами без правительства, он бы выбрал последний вариант.

Принципиальный противник любой тирании, Джефферсон полагал ее религиозную форму даже более отвратительной, нежели политическую. Опыт истории показал, что религиозный фанатизм пролил реки крови, но так и не добился единомыслия. А поскольку единомыслие и недостижимо и, самое главное, не нужно, то лучше и не пытаться устанавливать его. Тем более,
по мнению Джефферсона, не следует предоставлять государству власть и право предписывать своим гражданам, какую конфессию они должны считать единственно верной. И хотя сам он
не был атеистом, в родной Виргинии ему удалось добиться принятия закона об отделении церкви от государства.

Реально оценивая уровень политического развития американского общества, Джефферсон понимал, что далеко не все принятые им решения будут правильными. Но даже худшее правительство, получающее свою власть из рук народа, для него было предпочтительнее самой великодушной автократии. Убежденный демократ, он признавал за народом естественное право совершать ошибки, полагая, что здравый смысл людей в состоянии исправить их и извлечь из них урок на будущее.



Политические концепции федералистов

Под общим названием «федералисты» в историю политической мысли вошла группа политиков и юристов, обосновавших в конце XVIII в. идею дальнейшего развития Соединенных Штатов как союзного государства с сильной властью федерального центра – отсюда и термин. Конституция США 1787 г. воплотила их мысли.

Формирование федералистов как движения относится к середине 80-х гг. XVIII в. Сразу же после завоевания независимости выяснилось, что конфедерация штатов мало приспособлена к суровым реалиям. Отсутствие единой исполнительной и судебной власти, слабая законодательная власть, носившая, по сути, рекомендательный характер, крайне затрудняли проведение согласованной внутренней и внешней политики, сглаживание интересов различных социальных, региональных и религиозных групп и, в конечном счете, ставили под вопрос само существование США как независимого государства. В поисках выхода из конфедеративного тупика немногочисленная,
но весьма влиятельная группа государственных деятелей собралась на Конституционный конвент, положив начало федерализму.

Александр Гамильтон (1757-1804) вошел в историю политической мысли как один из ярчайших представителей федерализма. Наиболее полно политические взгляды Гамильтона были изложены на Конституционном конвенте.

Общество он разделял на избранных и большинство. К первой категории относились богатые и родовитые граждане, ко второй – основная масса народа. Критерий один – имущественное положение. Логика Гамильтона заключалась, в том что поскольку деление общества на классы неизбежно, оно должно получить конституционное выражение. В этой связи Гамильтону представлялась ключевой роль верхней палаты высшего органа законодательной власти. Сенат должен стать конституционным воплощением власти богатых и знатных. Сенаторы должны избирать через систему выборщиков «на срок достойного поведения», т.е. пожизненно. Понимая, что такой Сенат неизбежно превратится в своего рода олигархический клуб, Гамильтон добавлял к нему демократический противовес в виде нижней палаты – ассамблеи, избираемой раз в три года прямыми выборами, участие в которых могли принять все белые мужчины.

Главным средоточием государственной власти являлась, по взглядам Гамильтона, власть исполнительная. Гамильтон обосновал необходимость судебного конституционного контроля.


Его аргументация сводилась к следующему. Поскольку Конституция – это высший закон, воплощающий волю народа, то все законы, которые противоречат ей, должны быть признаны недействительными. Кто же должен был определять меру соответствия актов текущего законодательства Основному закону? Сама Конституция по этому поводу прямых указаний не содержала. Гамильтон возложил данную функцию на суды. Не менее важную роль сыграла и вторая новелла Гамильтона – расширительное толкование Конституции. Гамильтон предложил аргументы, используя которые правительство получило возможность расширять свои полномочия – лишь бы только в Конституции не содержалось прямого запрета. Тем самым Основной закон страны приобретал своего рода эластичность.

К группе федералистов примыкал по своим политическим взглядам и Джон Адамс


(1735-1826) – участник Войны за независимость и второй Президент Соединенных Штатов
(1797-1801), автор первого фундаментального труда по вопросам государства и политической науки, последовательный противник правления большинства и один из идейных предтеч современного консерватизма. Адамс поддержал Джефферсона в обосновании законодательной и политической самостоятельности американских колоний, доказывая с помощью новых истори­ческих и юридических аргументов абсурдность и несправедливость требований английской короны подчиняться парламенту, который находится на расстоянии трех тысяч миль. Кроме того, развращенная Англия, погрязшая в долгах, экстравагантности и избирательной коррупции, была лишена морального права претендовать на роль хозяина пуритански добропорядочной Новой Англии.

В своей трехтомной монографии «В защиту конституций правительственной власти в Соединенных Штатах Америки» (Лондон, 1787-1788) он обосновал три независимые отрасли власти: законодательную, исполнительную и судебную. В центре его аргументации сильная исполнительная власть и так называемая система сдержек и противовесов.

Положение о том, что власть вытекает из собственности он считал такой же нерушимой максимой в политике, как и положение в ньютоновой механике о том, что «всякое действие вызывает равное ему противодействие».

Все простые формы правления – монархия, аристократия, демократия – для него олицетворение деспотизма. Выгоды и неудобства каждой из них были известны еще со времен древнеперсидского царя Дария и обобщены затем древнегреческим историком Геродотом. Идеал Адамса – смешанная форма правления, в частности трехэлементный баланс исполнительной власти, верхней аристокра­тической и нижней демократической палат, что вместе образует некую форму сбалансированной правительственной власти.

В обрисовке проблемы идеальной формы распределения правительственной власти с учетом природы человека и социально-классового расслоения под влиянием факторов богатства, статуса и способностей Адамс затронул несколько фундаментальных проблем, которые получили дальнейшее освещение в сборнике «Федералист». Среди них проблема разделения, контроля и взаимного уравновешивания властей, проблема фракций (группировок) как вечного спутника борьбы сословий за власть, проблема социальной роли носителей знания в проведении политических экспериментов и создании систем законов как разновидности экспериментов, производимых над человеческой жизнью и нравами, над обществом и организацией правительственной власти.

Джеймс Мэдисон (1751-1836) – «архитектор американской Конституции», участник Войны за независимость, в 1801-1809 гг. – госсекретарь, а в 1809-1817 гг. – четвертый Президент США, член Филадельфийского конституционного конвента и один из авторов «Федералиста». Велик вклад Мэдисона в разработку концептуальных основ Конституции США 1787 г. и самого текста Конституции. Его перу принадлежит и Билль о правах 1791 г. Главные же свои идеи он изложил в серии статей в газете «Федералист».

В основе политических взглядов Мэдисона лежало представление о человеке как о сложном существе, способном к социальному общению, но движимом собственными интересам. Как и для других вождей американской революции, идеи, берущие начало у английских просветителей, для Мэдисона были своего рода политическими аксиомами. Его больше интересовали не столько теоретические, сколько инструментальные проблемы государственности: каким образом утвердить республиканский строй на американской почве.

Концепция республики как формы правления, разработанная Мэдисоном подразумевала, что форма правления предопределялась распределением земельной собственности: когда основная масса земли находится в руках одного человека, устанавливается монархия, в руках немногих – аристократия, а в случае, когда она рассредоточена среди большинства населения, – республика.


В США около 90 % земли принадлежали фермерам, поэтому вывод следовал сам собой.

Целью Мэдисона было формирование прочного союза североамериканских республик – штатов, который мог обеспечить и стабильное правление большинства народа, и незыблемость законных прав и интересов меньшинства, в первую очередь – права собственности. С его точки зрения, как большинство, так и меньшинство, будь оно социальным или региональным, религи­озным или же профессиональным, – это всего лишь часть народа, а справедливость должна быть обеспечена народу в целом. Главным же препятствием на пути достижения справедливости он считал возможность установления тирании большинства. Чтобы предотвратить эту возможность, необходимо было воспрепятствовать объединению большинства во всесильную фракцию.

Первое такое препятствие создавалось самой формой государственного устройства. Мэдисон называл ее смешанной: унитарные государства-штаты объединялись в союз – федерацию, хотя, конечно, это федеративная форма. Она позволяла не только обеспечить представительство интересов страны в целом и отдельных штатов, но и предотвратить формирование способного установить тиранию большинства в плане региональном.

Второе препятствие вытекало из формы демократии. Усилиями Джефферсона и его единомышленников в США утвердилась тогда точка зрения Руссо: лучшая форма демократии – это прямая демократия, именно она является гарантом соблюдения прав человека. Мэдисон


со всей решительностью отверг ее и обосновал примат представительной демократии. Наконец, третьим препятствием служило ограничение полномочий представительных органов и должностных лиц определенными сроками. Так выглядела выработанная Мэдисоном концепция республики и обеспечения прав меньшинства в условиях правления большинства.

Не менее важный вклад внес Дж. Мэдисон в разработку механизма сдержек и противовесов. Он не был первым политиком, обратившим внимание на расхождения между прекрасными декларациями и унылыми реалиями. Так, в большинстве конституций штатов содержались билли о правах, но в жизни они не работали – не было механизма их реализации. По этой же причине


не действовал принцип разделения властей. Задача состояла в том, чтобы превратить преграду бумажную в преграду непреодолимую.

Мэдисон предложил различные пути решения этой задачи. Крайне скептически относясь к самой идее Билля о правах, он не мог не видеть вместе с тем, что для абсолютного большинства американцев эта идея – символ свободы. Политический такт Мэдисона проявился в том, что именно он выполнил всю работу по составлению текста Билля, уступив, таким образом, в этом вопросе республиканцам. Иную позицию он занял по вопросу о разделении властей. Если республиканцы полагали необходимым для поддержания баланса властей периодически созывать конвенты, т.е. как бы регулировать механизм контроля извне, то Мэдисон выдвинул идею контроля изнутри, через механизм сдержек и противовесов.

Исходным средством обеспечения контроля Мэдисон считал такое устройство государ­ственной власти, при котором образующие ее ветви удерживали бы друг друга в рамках закрепленных за ними полномочий. Характеризуя ветви власти, он полагал, что власть исполнительная относительно проста по своей природе и круг ее прерогатив довольно узок. Еще более узкие функции отправляет власть судебная. Доминирующей ветвью ему представлялась власть законодательная: она не только принимает законы, но и имеет доступ к казне. Именно
от нее исходит главная угроза другим ветвям власти.

Отсюда понятно, что главное средство обеспечения внутренних сдержек и противовесов в условиях республики – это устранение угрозы со стороны законодательной власти. Таким средством Мэдисон считал бикамерализм – разделение законодательного органа на две палаты. Основной из них он полагал нижнюю палату, которая должна была представлять весь американский народ. Члены палаты представителей должны были избираться на основе равного («все белые мужчины») и прямого избирательного права при тайной подаче голосов: предполагалось, что таким образом малоимущее большинство сможет легально заявить о своих правах и интересах.

Верхней палате Мэдисон отводил роль противовеса нижней. По его мнению, сенат – это средство защиты народа от самого сильного органа власти, т.е. защита народа от его же собственных ошибок. Поэтому торами могли стать только собственники; лишь на закате жизни Мэдисон согласился, что они должны избираться по тем же правилам, что и члены палаты представителей. В ходе Конституционного конвента утвердилась, однако, другая точка зрения: сенаторы избирались на законодательных ассамблеях штатов. Эта практика просуществовала до принятия 17-й поправки к Конституции в 1913 г.

Однако и разделенный на две палаты высший орган законодательной власти был, по мнению Мэдисона, слишком сильным. На конвенте он долго отстаивал идею «ревизионного совета» – совместного органа исполнительной и судебной ветвей, который мог бы оказать противодействие Конгрессу еще на стадии рассмотрения законопроекта. Снял он эту идею только после того, как на конвенте возобладала идея Гамильтона о судебном конституционном контроле.

Третье средство обеспечения сдержек и противовесов, по Мэдисону, – это особая роль судебной системы, ее высшего органа. Состоящая из назначаемых чиновников, эта система находилась под огнем критики со стороны республиканцев как самый опасный для демократии институт власти. Мэдисон же полагал, что именно Верховный Суд при надлежащем подборе его состава может стать самым надежным стражем Конституции. Эта идея Мэдисона, поддержанная Гамильтоном, стала основой судебного конституционного контроля в США.

Хотя антидемократические тенденции Гамильтона, Мэдисона и их единомышленников не получили признания, США живут по Конституции, написанной федералистами, действует основанный ими механизм сдержек и противовесов. Это самое надежное свидетельство мудрости федералистов, их весомого вклада в историю политической мысли.



Политическая мысль в США в XIX – начале XX вв.

В 30 - 60-е гг. XIX в. содержание американской истории составляло бурное развитие промышленного и аграрного капитализма и нараставшее противоборство между ним и рабством. Консерватизм и либерализм оставались двумя главными идеологиями, но их содержание претер­пело серьезные изменения, объяснявшиеся выдвижением на первый план проблемы рабства. Именно она стала определять содержание идеологических дискуссий, влиять на программы и аргументацию ведущих политических сил.

Рабовладельческие стороны мировидения плантаторов наиболее полно проявились в десятилетия перед гражданской войной. Именно в 20-е – 30-е гг. XIX в. обнаружилась несовме­стимость их взглядов с классическими буржуазными ценностями. Идеология рабовладельческого Юга не была чем-то откровенно примитивным: она возникла в стране, где на протяжении длительного времени укоренялись передовые демократические идеалы, и ее творцы не могли проигнорировать их. Создатели рабовладельческой идеологии, будучи в своем большинстве членами Демократической партии, по крайней мере, на словах пытались сохранить связь с заветами отцов-основателей, в том числе главного среди них – Томаса Джефферсона. Среди идеологов рабовладельческого Юга особого внимания заслуживает Джон Калхун.

Джон Колдвелл Калхун (1782-1850) – американский политик и политический мыслитель первой половины XIX в., идеолог сепаратизма южных штатов США.

Для него вполне логичным было отрицание идеи о свободе и равенстве людей в догосудар­ственном и доцивилизованном состоянии, т.е. при отсутствии каких-либо ограничений со стороны любых организационных учреждений. Гипотезу о таком первобытном состоянии он считал расхожей истиной, оказавшейся для людей самым опасным из всех политических заблуждений.

С начала политической карьеры Калхун активно исповедовал федералистские принципы,


но постепенно эволюционировал в антидемократическом направлении. Свобода в политическом и философско-правовом смысле означала в устах Калхуна не естественное право каждого индивида, а одну из социальных привилегий, которые, по его представлениям, резервируются за отдельными народами и социальными группами. Элитистские взгляды Калхуна роднили его с позицией Гамильтона и других федералистов, заявлявших, что «страной должны править те, кто ею владеет». В конце жизни Калхун решился на публичное отречение от Декларации независимости и, в первую очередь, теории естественных и неотчуждаемых прав людей. Консервативная эволюция духовного вождя рабовладельческого Юга получила логическое завершение.

Радикальная, даже экстремистская концепция прав штатов, предложенная Калхуном, была воспринята южными политиками не сразу. Более всего Калхун опасался неконтролируемого правления большинства. Именно этот элемент назывался Калхуном в числе главных угроз свободе, наряду с правительственной бюрократией, специальными интересами отдельных групп в законодательной области, политическими партиями и прессой. Именно с организацией прави­тельства на базе численного большинства он связывал самые мрачные перспективы. С этой точки зрения Калхун считал ошибочным тезис, что весь народ способен к самоуправлению.


Его предпочтение было отдано руководству со стороны элиты состоятельных собственников,
а сама собственность отождествлялась им с началами мудрости и доблести.

В последней четверти XIX в. в общественной и политической жизни США складывалась тенденция, основанная на двух параллельно сосуществующих и развивающихся движениях, – демократического и плутократического. Первое из них было преисполнено решимости бороться за очищение государственного аппарата путем реформы государственной службы, за усиление контроля над экономикой и обуздание корпораций. Плутократия противилась такой программе и противопоставляла ей широкий культ Конституции, расширение компетенции судов и усиление судебной власти над законодательной с одновременным расширением президентской власти.

В области учений о праве и государстве началась атака на естественно-правовую и договорную теории. Именно в этот период появилась монография Вудро Вильсона «Правление конгресса», изданная в 1885 г. Вудро Вильсон (1856-1924) – впоследствии двадцать восьмой Президент США в 1913-1921 гг., политический мыслитель позитивистского направления.
В своих методологических разработках он опирался на традицию комплексного освещения политики. Вильсон, как и многие современные ему исследователи позитивистской ориентации, был убежден, что политическая наука занимается, по существу, изучением реальной жизни и потому ее методы весьма близки методам естественных наук. Однако стиль его исследований носил характер истолкования и оценки, а не скрупулезного анализа и последующих обобщений.

В работе «Правление конгресса» Вильсон выступил с резкой критикой организации и деятельности конгресса, но эта критика опиралась не на личное наблюдение, а на ряд посылок, которые были сформулированы до написания книги. Они включали предположения о том, что формальная концепция Конституции «расходится с ее органическим эволюционным развитием». Далее утверждалось, что «книжная версия» системы сдержек и противовесов, которой придер­живались отцы-основатели, является вредной для реального и результативного правления. Чем больше власть подвержена разделению, тем более безответственной она становится. Правление конгресса неподконтрольно ни исполнительной, ни судебной власти. Деятельность конгресса с его распыленностью и частичной ответственностью значительно уступает в результативности правлению парламентскому, особенно в части подотчетности и подконтрольности. Наиболее оптимальной формой для Вильсона становится кабинетная форма организации правительственной власти.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   19   20   21   22   23   24   25   26   ...   45


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница