Саурин Александр Анатольевич кандидат юридических наук, заместитель Главы администрации



Скачать 180.85 Kb.
Pdf просмотр
страница2/8
Дата10.05.2018
Размер180.85 Kb.
1   2   3   4   5   6   7   8
новенности собственности, содержание которого, к сожалению, пока в полной мере не выявлено ни наукой, ни практикой» [3, с.
10]. Как представляется, достаточно полно выявить содержание данного принципа можно только в том случае, если четко и последовательно определить преде- лы ограничения права частной собственности в интересах государства и других субъектов права, равно как и пределы ограничения права публичной собственности.
Весьма примечательно то, что первое место в конституционном перечне
в ст.
8 Консти- туции Российской Федерации –
заняла именно частная собственность, недвусмысленно под- черкивая либеральный характер российского государства. По мнению В.Д. Мазаева, это и ряд других положений Конституции Российской Федерации (например, часть 2 ст.
9 Конституции
Российской Федерации, допускающая частную собственность на землю и другие природные ресурсы,
то есть объекты, которые, как правило, относятся к национальному достоянию всего общества) показывают приоритетность именно института частной собственности в конституци- онном перечне форм собственности [4, c. 12].
Однако данный принцип остается лишь декларацией, если его не наполнить конкретным правовым содержанием. Как совершенно справедливо отмечают исследователи, трактовка данного принципа в каждый конкретный исторический момент развития государства и общества зависит от тех или иных представлений и их изменение «приводит в динамичное состояние правовое регулирование отношений собственности» [5, с.
92]. К сожалению, в нашем государ- стве динамика эта порой бывает настолько стремительна, что она не всегда позитивно отража- ется на стабильности данного фундаментального права. Так, хрестоматийным стал пример, касающийся соотношения права собственности (всей совокупности правомочий) собственника жилья и прав на это жилье членов семьи предыдущего собственника. В 2004 г.
целый ряд из- менений действующего законодательства привел сначала практически к отказу государства от защиты права пользования жильем указанных лиц (членов семьи предыдущего собственника), а затем, наоборот, к последовательному обеспечению этих гарантий (в ущерб интересов нового собственника жилья). При этом как признаваемое Конституцией Российской Федерации право частной собственности, так и гарантируемое Конституцией же право на жилище в своем исход- ном (конституционном) значении остались неизменными, однако, как видно, содержание права применительно к конкретным субъектам существенно изменялось.
В связи с этим видный российский правовед, судья Конституционного Суда Российской
Федерации Г.А. Гаджиев совершенно справедливо задается вопросом: «что это −
энтропия, влекущая спонтанное развитие законодательства, или оправданное экспериментирование?» [6
, с.
95].
И дает такой ответ на данный вопрос: «Безусловно, определенные изменения в институ- те права собственности неизбежны, но они должны носить не спонтанный или конъюнктурный характер, а опираться на объективные правовые принципы правового регулирования отноше- ний собственности, содержащиеся в Конституции Российской Федерации и Гражданском кодек- се Российской Федерации» [7
].
Ключевая статья Конституции Российской Федерации,
закрепляющая формально
- юридическое отношение государства к праву частной собственности –
это статья 35, в которой содержится развернутая характеристика данного права как субъективного, то есть определяю- щего меру возможного поведения управомоченного лица. Часть 1 ст.
35, по сути, еще раз про- возглашает особую защиту права частной собственности (воспроизводя положения ст.
8 Кон- ституции Российской Федерации) и указывает на то, что право частной собственности охраня- ется законом. В развитие данного конституционного положения была принята целая система норм, гарантирующих указанную систему отношений. Это положение дополняется частью 2 ст.
35 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой вышеуказанное право при- надлежит каждому, то есть право на защиту частной собственности имеют не только граждане, но и иностранцы, и лица без гражданства (дальнейшее развитие данного института –
гарантии за- щиты права частной собственности юридических лиц, как российских, так и иностранных).
Очевидна неполнота приводимой конституционной формулировки: «каждый вправе иметь имущество в собственности», такой подход гарантирует право на обладание только одним из объектов собственности
имуществом, в то время как существует и целый ряд иных объектов –
имущественные права, например.
Конституция Российской Федерации не связывает обладание имуществом с какими
- либо условиями или цензами, и, таким образом, возникает вопрос, можно ли считать, что данное право неотчуждаемо и принадлежит каждому от рождения? Согласно части 2 ст.
17 Конститу- ции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Является ли право собственности одним из основных прав? Конституция
Российской Федерации, как известно, не определяет в своих положениях,
являются ли те или иные права «основными» или нет, но совокупность все рассмотренных отношений, связанных с




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница