Русская культура



страница8/10
Дата13.05.2018
Размер0.51 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10
Информация к размышлению.

Точка зрения В.В.Кожинова (1930-2000) – выдающегося русского литератора, историка, мыслителя о феномене русской культуры:

… "Русский хаос" - это типичная для ХХ века мифологема, которая как всякий искусственно сконструированный идеологический "образ" не несет в себе подлинно глубокого и объективного смысла… Многообразные … особенности (о них говорится в первых разделах данного пособия – В.С.) социально-исторического бытия России, запечатлевшиеся, естественно, в русской литературе, явились поводом для возникновения западных мифов о "русском хаосе", трактуемом то отрицательно, то, напротив, в положительном духе.

Но, во-первых, речь должна идти не о "хаосе", то есть в конечном счете отсутствии какого-либо порядка, "космоса", но об особенном, своеобразном строе бытия и сознания. С другой стороны, здесь заведомо неуместен чисто оценочный подход; своеобразие ни в коей мере не заключает в себе однозначного позитивного, или, напротив, негативного содержания. Своеобразие есть только присущее именно данному явлению – то есть в нашем случае стране, народу, отдельным его представителям – качество, вернее система качеств, воссоздаваемая, в частности, … национальной литературой.[86] (выделено мной – В.С.).

Наконец, в-четвертых, может быть тогда хотя бы тезис о "культурном расколе между правящим классом и народными массами" доказывает, что в "России не сложилась целостная культура"? Вот и Н.А.Бердяев тоже говорил, что "в императорской России не было целостной культуры"[87] … Об этом писали многие в России, в том числе Л.Н.Толстой, В.И.Ленин, Г.П.Федотов и др. Но дело как раз заключается в обратном, а именно: эти выдающиеся русские мыслители не отрицали самого факта наличия нашей национальной культуры как великого исторически сложившегося феномена, а подчеркивали прежде всего недоступность культуры простому трудовому народу, именно в этом контексте они видели отсутствие ее целостности.
Информация к размышлению.

В.И.Ленин (1870-1924) – выдающийся русский мыслитель, революционер о проблеме "целостности культуры".

"Есть две нации в каждой современной нации …Есть две национальные культуры в каждой национальной культуре. Есть великорусская культура Пуришкевичей, Гучковых и Струве, – но есть также великорусская культура, характеризуемая именами Чернышевского и Плеханова. Есть такие же две культуры в украинстве, как и в Германии, Франции, Англии, у евреев и т.д.

В каждой национальной культуре есть, хотя бы не развитые элементы демократической и социалистической культуры, ибо в каждой нации есть трудящаяся и эксплуатируемая масса. Но в каждой нации есть также культура буржуазная … - притом не в виде только "элементов", а в виде господствующей культуры".[88]

Из сказанного В.И.Лениным нетрудно увидеть, во-первых, что он говорит о "каждой", то есть "единой" национальной культуре, в которой есть "две национальные культуры" – одна для богатых, другая – для бедных. Во-вторых, подобное явление, по его мнению, присуще не только русским, оно есть в Германии, Франции, Англии, в украинстве, у евреев и т.д. Наконец, в-третьих, этот раскол надо искать не в культуре как таковой, а в самом обществе, которое поделило людей на две неравные части: богатых (эксплуататоров) и бедных (эксплуатируемых). Как только это различие будет преодолено, культура тут же приобретет целостный характер.
Культура в России – исторически бесспорный факт, была и есть, но степень доступности к ней в разные периоды была различной, – в этом вся острота проблемы.
Информация к размышлению.

Точка зрения Л.Н.Толстого (1828-1910) великого русского писателя, философа, мыслителя о доступности культуры крестьянам:

"Обращаемся ко всем вам, людям, имеющим власть, от царя, членов государственного совета, министров, до родных – матери, жены, дядей, братьев и сестер, близких людей царя, могущих влиять на него убеждением.

…Опять убийства, опять уличные побоища, опять будут казни, опять страх, ложные обвинения, угрозы и озлобление с одной стороны, и опять ненависть, желание мщения и готовность жертвы с другой. Опять все русские люди разделились на два враждебных лагеря и совершают и готовятся совершить величайшие преступления…

… Вам или большинству из вас кажется, что все происходит оттого, что среди правильного течения жизни являются какие-то беспокойные, недовольные люди, мутящие народ и нарушающие это правильное течение, что виноваты во всем только эти люди, что надо усмирить, обуздать этих беспокойных людей и тогда опять все будет хорошо, и изменять ничего не надо.

Но ведь если бы все дело было в беспокойных и злых людях, то стоило бы только переловить, заключить их в тюрьмы, сослать или казнить, и все волнения окончились бы. Но вот уже более 30 лет ловят, заключают, казнят, ссылают этих людей тысячами, а количество их все увеличивается и недовольство существующим строем жизни не только растет, но все расширяется и захватило теперь уже миллионы людей рабочего народа, огромное большинство всего народа. Ясно, что недовольство происходит не от беспокойных и злых людей, а от чего-то другого.

… Для того, чтобы люди перестали волноваться и нападать на вас, так мало нужно, и это малое так нужно для вас самих, так очевидно даст вам успокоение, чтобы было бы удивительно, если бы вы не сделами этого.

А сделать нужно сейчас только очень мало. Сейчас нужно только следующее:

Во-первых – уровнять крестьян во всех их правах с другими гражданами…

…Во-вторых – нужно перестать применять так называемые правила усиленной охраны, грубое насилие.

…В-третьих – нужно уничтожить все преграды к образованию, воспитанию и преподаванию, …не делать различия в доступе к образованию между людьми различных положений.

Наконец, в-четвертых, и самое важное, нужно уничтожить все стеснения религиозной свободы.

…Не может быть того, чтобы в обществе людей, связанных между собою, было бы хорошо одним, а другим – худо. В особенности же не может этого быть, если худо большинству. Хорошо же всем может быть только тогда, когда хорошо самому сильному, трудящемуся большинству, на котором держится все общество.

Помогите же улучшить положение этого большинства и в самом главном: в его свободе и просвещении. Только тогда и ваше положение будет спокойно и истинно хорошо[89] (выделено мной – В.С.).

Как видим, великий русский писатель и философ сетовал не на то, что в России "нет изначальной культуры", а на то, что ее лишают большинство народа – крестьян и рабочих. А потому уже после Л.Н.Толстого и вслед за ним русский философ-эмигрант С.Л.Франк, объясняя истоки Великой Октябрьской социалистической революции, писал уже в Берлине, что основная ее тенденция, т.е. стремление рабочих и крестьян, вершивших ее, была "стать хозяином" культуры, "обладать ею", "напиться ее" благами.[90] Вот это, на наш взгляд, более точное и правдивое объяснение проблемы целостности русской культуры и ее носителя – творца и созидателя – самого народа в историческом процессе. А потому от разговоров о "несложении целостной национальной культуры" полезнее перейти к объяснению ее подлинного содержания, имманентно присущих ей черт.
Сегодня, в начале ХХI века, когда Россия вновь переживает не лучшие дни своей истории, очень важно преодолеть уничижительные оценки уровня ее цивилизованности, вторичности и тем более отсталости русской национальной культуры. Академик Д.С.Лихачев, автор широко известных трудов по культуре, и в том числе по искусству Древней Руси, отвечает на данную проблему прямо и недвусмысленно: "Мы страна европейской культуры… И ни о каком отставании в целом в области зодчества, в живописи, в прикладных искусствах, фольклоре, музыке не может быть и речи".[91] Академик мог бы к этому добавить еще великую русскую литературу, а также нашу науку, особенно ХХ столетия, которые стали вровень с мировыми достижениями, а кое-где и превзошли их.
Кстати, другие авторы коллективного труда "Российская цивилизация" также возражают, и весьма аргументировано, против тезиса о "несложенности целостной русской национальной культуры". Они допускают наличие "незавершенности, незаконченности процесса формирования российской цивилизации", по их мнению, "Россия и сейчас находится в состоянии цивилизационного поиска", "Россия – страна становящейся цивилизации".[92] И с этим надо, видимо, согласиться, по крайней мере, по двум основаниям:
мы молодая, в сравнении с Западом, цивилизация и не "выбрали" в отличие от него свой исторический "ресурс";
в течение всего ХХ столетия и по сей день мы ищем свой собственный цивилизационный путь развития, и поиск продолжается буквально на наших глазах. Но "если судьба распорядилась (читай "история" – В.С.) – пишут ученые, – позже других "войти в современную цивилизацию", то зачем повторять … все плохое в ней, что уже вышло на поверхность? Надо взять у Запада все ценное, но не копировать его, а пойти дальше – в сторону гуманных и нравственно оправданных форм жизни…" [93]
Что же касается проблемы культурной отсталости, то ее нет и в помине, - есть в действительности феномен национального своеобразия и самобытности русской культуры.
Информация к размышлению.

Выдающийся современный философ и теоретик культуры В.М.Межуев о культурной самобытности и уникальности России, русского народа:

"Самобытность России, ее историческая уникальность ни в чем не проявилась так ярко, как в ее культуре, которую отдельные наши ученые, следуя англо – американской научной традиции, склонны отождествлять с цивилизацией. Однако подобное отождествление может быть подвергнуто серьезному сомнению. Культурный подъем отнюдь не всегда сопровождается в истории экономическим и политическим. Примером может служить хотя бы Германия в XIXв. По части своей цивилизованности она явно уступала в то время другим странам Европы (прежде всего Англии и Франции), но по части духовности и культуры в чем-то даже превосходила их. Именно здесь (а затем и в России) родилась традиция различения культуры и цивилизации, осознания их не сходящейся, а порой и конфликтующей между собой логики развития. Недостаток материального развития и социальной организованности каким-то парадоксальным образом компенсировался избытком развития духовного, бурным ростом культуры. И русская специфика, как представляется, более точно передается термином не "цивилизация", а "культура. Ее следует искать не в самодержавном прошлом, не в архаических устоях общественной жизни, не в антропологических особенностях "славянской расы", а именно в культуре, в духовной жизни народа, как религиозной, так и светской. Русская культура и стала душой России, сформировала ее лицо, ее духовный облик. Не отличаясь, на наш взгляд, особым цивилизационным талантом, русский национальный гений с наибольшей яркостью выявляет себя именно в сфере духовно – культурного творчества".[94]

Феномен русской национальной культуры столь же очевиден и столь велик, что она может быть сравнима лишь с самыми великими культурами во всей истории человеческой цивилизации. К числу таких выдающихся деяний русских можно отнести как минимум следующее:


они проложили пути сообщения там, где не ступала нога человека, вплоть до Северного полюса, а северные моря сделали судоходными, в том числе и сам Северный ледовитый океан;

они построили города за Полярным кругом, в том числе на вечной мерзлоте, такой опыт может быть лишь сравним со строительством пирамид в Древнем Египте;

они создали сельскохозяйственное и промышленное производство в самых тяжелых условиях, которое по своей эффективности приближалось к зонам благоприятным; такой тип хозяйствования мог возникнуть лишь, во-первых, на определенной социокультурной основе, а именно, общинно-коллективистской; во-вторых, как выражение огромного таланта, энергии, целеустремленности и трудолюбия народа.

Хозяйственная культура России имеет самостоятельный и самобытный характер. Вся западная цивилизация, по словам известного экономиста М.И.Туган-Барановского, выросла из средневекового города, цехового ремесла. Город там создал буржуазию, которая стала носительницей культуры, знания, способов ведения хозяйства, в основе которого лежали частная собственность, жесткая конкуренция, извлечение максимальной прибыли, индивидуализм. В русской модели хозяйственной деятельности предпочтение отдавалось общинному, коллективному ведению хозяйства, материальные формы понуждения к труду тесно и органично сочетались с моральными. Способность к самоограничению, направленность не на потребительскую экспансию (постоянное наращивание объемов и видов услуг как самоцель), а на обеспечение самодостаточности – ведущая черта русской хозяйственной культуры. Хозяйственная культура, сложившаяся в России, включает в себя этические, эстетические, нравственные, правовые и психологические установки, выработанные народом в течение многих столетий и служащие своеобразным неписанным кодексом, регулирующим отношения людей в области хозяйственных отношений (подробнее о них будет сказано ниже).



русские внесли огромный самостоятельный вклад не только в области хозяйственно-экономических отношений, но и в сфере социально-политических, создав, отстояв и отстроив одно из самых великих государств на планете, которое в различные эпохи носило разные названия: Киевская Русь, Московская Русь, Российская империя, СССР, Российская Федерация.
Политическая культура в России также самостоятельна и самобытна. Русская государственность развивалась параллельно и независимо от Западной, проходя одни и те же стадии, а постоянное соперничество то с Востоком, то с Западом накладывало лишь неизгладимые очертания нашего своеобразия. Совершенно неправы те исследователи, которые считают, что русской культуре, например, чужд и несвойственен демократизм. На самом деле первые русские республики возникли еще в XI веке – в Новгороде и Пскове, то есть раньше, чем в Европе. На протяжении XII–XVв.в. Новгород являлся боярской республикой с особой формой государственного устройства, обозначаемой как вечевой строй. Его основой было вече – собрание богатейших граждан ("мужей"), избиравших из своей среды руководителей – посадника и тысяцкого. Князь занимал в этой структуре подчиненное положение, тогда как новгородцы были "вольны в князьях", т.е. обладали правом приглашения угодных и изгнания неугодных князей.
А русская община создала традиции и формы самоуправления, бытовой непосредственной демократии (сельские сходы, решение всех проблем "миром", выборное и "артельное" начало и др.), определила формы хозяйствования, место и роль в нем работника, его миропонимание и самочувствование. Выдающийся мыслитель XIX века А.С.Хомяков считал, что для русского крестьянина "мир" есть как бы олицетворение его "общественной" совести, перед которой он выпрямлялся духом. Да и сама Россия "в глазах простолюдина … не государство и не нация, а скорее семья. Этот патриархальный взгляд столь же древен, кажется, как и сама Россия, он … лишь распространился и упрочнился".
Русскую культуру нередко критикуют за этатистский[95] характер, противопоставляя ей культуру либерально – рыночную. Первую объявляют лишенную демократического содержания, вторую, наоборот, преподносят как образец глубокого демократизма и свободы. Действительно, этатизм присущ нашей национальной культуре, нашему национальному сознанию, характеру и мировоззрению русского народа. Но что из того? Разве "хуже", менее демократична от этого наша культура? Такой категорический вывод был бы явно поспешным, а потому и неверным.
Во-первых, мы в этом отношении совсем не "исключение", он ярко проявляется в великой китайской культуре, в культурах Японии, Кореи и ряда других народов. Но и в истории Европы есть ярчайшие страницы аналогичного явления: уже античная культура строилась вокруг единой, основной и исходной формы античного мира – самостоятельного города – государства. Эта исходная форма обозначилась в греческом языке словом "полис", в латинском – словом "цивитас": первое из этих слов переводится как город, второе – как гражданская община. "Полис" и "община" в античном мире был тем единственным местом на земле, где грек или римлянин чувствовали себя человеком, где они находились под покровительством богов или бога, именем и изволением которого город создан, - Юпитера в Риме, Афины Паллады в Афинах. В стенах города он может не бояться врагов; в городе он член гражданского коллектива, жизнь которого регулируется законами; он защищен от произвола, входя в гражданскую правовую структуру, идея которой неотделима от идеи справедливости. Античные авторы относились к полису как к неповторимой, высшей, не только общественной, но и сакральной ценности. Вергилий говорил, что гражданская община – это "законы и стены", "дома и право", "пенаты и святыни". Цицерон в своем сочинении "О государстве" утверждал, что "уничтожение, распад и смерть гражданской общины как бы подобны упаду и гибели мироздания".
Во-вторых, феномен этатизма в той или иной культуре – явление конкретно-историческое, рожденное не по воле каких-то "ограниченных", "авторитарных" индивидов, а в силу объективных обстоятельств и условий.
Русская государственность как идея, как высшая ценность, как некая конкретная форма жизнеустройства имеет глубокие исторические корни. Действительно, само бытие народа, и следовательно, и его культуры, берут свое начало задолго – за столетия и даже за тысячелетия до формирования государственности. Подлинная же история каждого народа начинается с момента создания государства, но по сути дела, являет собой воплощение исторической и культурной воли, таланта, творчества народа. Русская государственность возникла, развивалась и формировалась в непрерывной борьбе за свое "существование" и выживание самого народа. Сколько раз в истории она стояла на грани гибели: с момента своего возникновения и, по существу, до настоящего времени! Но для русских гибель государства означала бы гибель самого народа! А потому государство на Руси и его олицетворение – верховный правитель были сакрализованы. Новгород в народном правлении именовался "государем", а Псков назывался "господином". "Нельзя быть земле Русской без государя. – говорили в старину. – Государь знает, кто ему друг, а кто недруг"…
В русском национальном сознании издревле образ Родины – Русской земли – колыбели народа и его культуры отражался на уровне высшей святости. Отсюда важнейшей характерной особенностью отечественной культуры, составляющей ее национальное своеобразие, выступала тема исторической судьбы Родины и Народа. Этого факта, говоря словами В.О.Ключевского, не докажешь какой-либо одной цитатой, тем или другим местом исторического памятника; но он (этот бесспорный факт!) сквозит повсюду во всей нашей культуре, в каждом проявлении духа народа и его действий по защите, сбережению, сохранению Русской земли. Поэтому ещё и ещё раз (уже в другом контексте) скажем о проявлении духа народа…
В 971 году киевский князь Святослав перед заведомо неравным боем с огромным войском византийского императора Иоанна Цимисхия сказал своим воинам: "Да не посрамим земли Русскыя, но ляжем костьми ту: мертвые бо срама не имут. Еже ли побегнем, срам инам". В 1240 – 1242 годах новгородский князь Александр Невский громил со своими дружинами шведских, немецких и датских захватчиков, объединяя Северо-Западную Русь под великим призывом "За Русь!". В 1380 году князь Дмитрий Донской, ведя свои полки на поле Куликовом против полчищ Мамая, говорил: "Не пощадим жизни своей за землю Русскую, за веру христианскую…". В 1612 году земский староста К.З.Минин и воевода Д.М.Пожарский возглавили борьбу русского народа против польских оккупантов, четко сформулировав историческую задачу: "освободить Москву – столицу Русского государства от иноземных захватчиков, изгнать с русского престола иноземцев и ставленников интервентов, создать новое, русское правительство". В 1812 году армия под руководством М.И.Кутузова и весь русский народ были объединены одним патриотическим порывом: "разбить наполеоновские орды и очистить землю Русскую от захватчиков". В 1941–1945 гг. весь многонациональный советский народ был охвачен единым порывом: не сдаться, не сломиться перед фашистскими захватчиками, победить во что бы то ни стало, а, значит, сохранить себя и свою Родину. Политрук Клочков в 1941 году эту мысль выразил предельно ясно: "Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва!". 27 миллионов сыновей и дочерей России отдали свои жизни в годы Великой Отечественной войны, но не сдались, а погибли за свою Родину.
Отмечая эту важнейшую сторону нашей истории и культуры, следует подчеркнуть, что именно в России потерпели крах все мощные армады – золотоордынская, наполеоновская и гитлеровская. Других подобных мировых угроз и не было. Именно эта роль России в мировой истории и культуре настолько значительна, что все попытки принизить нашу страну просто нелепы. Причем, в данном случае речь никак не идет о каком-то нашем превосходстве (здесь нет даже намека на это!), а о том, что говорить о русской цивилизации и культуре как о чем-то второсортном, уступающем западным "вершинам", немыслимо, недостойно.
Наша любовь к Родине, родной земле – это глубинная, исторически выношенная и глубоко осознанная черта русского национального характера, всей русской духовной культуры. "Слово о погибели русской земли" (1238–1246 ) – великий образец песни-славы в честь Родины: "О, светло Светлая и прекрасно украшенная земля Русская! Многими красотами прославлена ты: озерами многими славишься, реками и источниками местно-чтимыми, городами, крутыми холмами, высокими дубравами, чистыми полями, дивными зверями, разнообразными птицами, бесчисленными городами великими, селениями славными, садами монастырскими, храмами Божьими и князьями грозными, боярами честными, вельможами многими. Всем ты преисполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская!".
В XX столетии советские люди пели: "Прежде думай о Родине, а потом о себе!". Здесь нет никаких личной уничижительности, здесь явно виден примат общегосударственных, общенародных интересов над личными, индивидуальными. Отсюда такие родовые понятия как "Родина", "Государство", "Порядок", "Патриотизм" имеют ключевое значение в нашей духовной культуре. Смысл этих идейно-нравственных, духовных ценностей в культурном ядре русского народа был заложен изначально, они всегда исполняли роль могучего национально-объединяющего фактора, обладали государство-организующей силой.
Увы, патриотизм нашего культурного архетипа сегодня нередко подвергается осмеянию и даже опошлению. Выражение "патриотизм – последнее прибежище негодяев" (кстати, имеющее заграничное происхождение) вошло в широкий обиход и стало уделом циников и обывателей.
В культурологической литературе последнего времени все настойчивее распространяется мысль о "слабости системообразующих начал русской культуры и несформированности ее "вертикали", т.е. устойчивой иерархии ценностей и ориентации".[96] С этим решительно нельзя согласиться! Наоборот, именно в русской культуре четко выстроена иерархия духовных и социальных ценностей, причем "вертикаль" их совершенно очевидно просматривается объективным научным взглядом.
Наряду с патриотичностью на почетном месте явно находится "социалистичность" в русской национальной культуре. Это выражается в вечном поиске идеи "Правды", "Справедливости" во всем мироустройстве, во взаимоотношениях людей. Причем, мотив "Правды" был и остается ведущим, сквозным, определяющим во всей древнерусской, средневековой, новой и новейшей культуре России. В сознании русского народа, прежде всего крестьянства, всегда жило обостренное чувство справедливости, причем не просто в виде материального воздаяния, как формы компенсации, а как проявление высшей справедливости: жить по душе достойно, вознаграждать по совести. Издавна сформировался народный идеал справедливости, который был в душе русского крестьянина и рабочего своего рода "компасом" в море жизни. Его лучше всего сохранил в своей генетической памяти русский язык и донес до наших дней.
Именно язык позволяет нам "реконструировать" нашу культурную историю, находя в ней ведущие смыслообразующие ценности русского народа. "Величайшее богатство народа – его язык! - говорил лауреат Нобелевской премии великий русский писатель М.А.Шолохов. – Тысячелетиями накапливаются и вечно живут в слове несметные сокровища человеческой мысли и опыта. И, может быть, ни в одной из форм языкового творчества народа с такой силой и так многогранно не проявляется его ум, так кристаллически не отлагается его национальная история, общественный строй, быт, мировоззрение, как в пословицах.

…Никогда не померкнет наша патриотическая гордость, закованная в булат таких пословиц: "Наступил на землю русскую, да оступился", "С русской земли – умри, не сходи", "За правое дело строй смело".[97]


Информация к размышлению.

Русский народ о своем отношении к правде:

"Правда светлее солнца"; "Без правды жить – с белаго света бежать"; "Правда глаза колет"; "Лжей много, а правда одна"; "Правда шутки не любит! С правдой не шути!"; "Без правды жить легче, да помирать тяжело"; "Как ни хитри, а правды не перехитришь"; "От правды бежать – куда пристать?"; "Правда сама себя очистит. У Бога правда одна"; "Правда – свет разума"; "Правда со дна моря выносит"; "Правда из воды, из огня спасает"; "Завали правду золотом, затопчи ее в грязь – все наружу выйдет"…[98]

Правда в русской духовной культуре выступала в форме нравственного закона в противовес формальному, писаному закону. Но и формальный закон не мог игнорировать и выступать в отрыве от категории "правды", отражавшей народное миросозерцание и миропонимание. Слово "правда" не случайно вошло в название первого древнерусского сборника законов "Русская правда".


У русского человека отношение к закону было иным, чем у западного. И.А.Ильин считал, что "европейское правосознание формально, черство и уравнительно; русское – бесформенно, добродушно и справедливо". Иначе говоря, многие русские отношения регулировались не только (а иногда и не столько!) правом, а "совестью и правдой". Отсюда феномен "закона" всегда пристально рассматривался через призму категории "правды". "Не бойся закона, бойся законника (судей, прокурора)"; "Где закон, там и обида"; "Закон, что паутина: шмель проскочит, а муха увязнет"; "Законы святы, да судьи крючковаты"[99] и т.п.
Русский человек явно сопрягал устроение жизни на юридических началах с началами социальной правды и справедливости. Выдающийся отечественный историк и культуролог А.И.Клибанов, глубоко изучавший внутренний мир русских людей, сделал совершенно очевидный вывод: "Идейным фокусом, стягивавшим все линии развития народной культуры, являлась социальная Правда".[100] Ф.М.Достоевский в своем творчестве пришел к очень важному для него и для всей русской культуры выводу: "Основная болезнь народная – жажда правды, но неутоленная".
В устойчивой иерархии ценностей русской культуры с идеей социальной правды и справедливости тесно сопрягалась другая основополагающая идея – "нестяжательства".[101] Суть ее заключалась в преобладании духовно-нравственных мотивов жизненного поведения над материальными интересами. В противоположность западной индивидуалистической и прагматической традиции, русские мыслители, характеризуя черты своего народа и его культуры, подчеркивали, что в России преходящие земные ценности (к примеру, частная собственность) никогда не возводились в ранг священных, русские не склонны были поклоняться "золотому тельцу". Конечно, "нестяжательство" было в известном смысле прежде всего идеологией трудового человека – крестьянина и рабочего, но оно глубоко проникало и в среду интеллигенции. Русская литература, которая никогда не воспевала стяжательство и культ богатства, лучшее тому доказательство.
Суть народного понимания нестяжательства: "Лишнее не бери, карман не дери, души не губи"; "Живота (богатства) не копи, а душу не мори"; "Без денег сон крепче"; "Лучше хлеб с водою, чем пирог с бедою"; "Деньги что каменья – тяжело на душу ложатся" и т.п. Поняв глубокий смысл этой духовно-ценностной ориентации, Ф.М.Достоевский сделал вывод: русский народ оказался, может быть, единственным великим европейским народом, который устоял перед нажимом "золотого тельца", властью денежного мешка (этот вывод вряд ли относится к нашим дням).
Однако заметим, что в настоящее время, когда идет процесс механического заимствования норм, ценностей и форм западной цивилизации, из-за их несоответствия русским традиционным представлениям, национально-культурной идентичности общество испытывает болезненную ломку, большинство народа не принимают стандарты западнизма.
В сознании русского человека понятие достатка, сытости связано только с трудом, работой, личными заслугами. "Как поработаешь – так и поешь". Народное сознание всегда считало, что единственным справедливым источником приобретения имущества может быть только труд. Поэтому земля, которая не является продуктом труда, должна находиться не в индивидуальной собственности, а только во временном пользовании, право на которое дает только труд. Большинство русских крестьян не знало частной собственности на землю. Отсюда древний социалистический идеал крестьянства, враждебно относившегося к частной собственности на землю.
Еще в XIX веке русский ученый А.Я.Ефименко отмечал, что в Западной Европе имущественные отношения строились на завоеваниях, насильственном захвате одной частью общества другой. В России же было иначе – для большей части общества имущественные отношения носили трудовой характер. "Земля не продукт труда человека, следовательно, на нее и не может быть того безусловного и естественного права собственности, какое имеет трудящийся на продукт своего труда. Вот то коренное понятие, к которому могут быть сведены воззрения народа на земельную собственность". Аналогичные мысли выражал известный князь А.И.Васильчиков: "В России с древних времен очень твердо было понимание в смысле держания, занятия, пользования землей, но выражение "собственность" едва ли существовало: в летописях и грамотах, как и в современном русском языке крестьянства, не встречаются выражения, соответствующие этому слову".[102]
А это значит, что сложившийся в России общинный принцип в системе культурных ценностей ставился выше принципа частной собственности. Земля – Божья, считал крестьянин, и принадлежать она должна тем, кто ее обрабатывает. Это – основа трудового миросозерцания русского крестьянина, вокруг которого формировались все его другие воззрения, сам культурный архетип.
В иерархии ценностей культуры русского народа приоритетное значение всегда имел "Труд" как высшее мерило смысла жизни и предназначения человека.
Информация к размышлению.

Русский народ о труде как о ценности:

"Человек рожден на труд"; "Без труда нет добра"; "Труд кормит и одевает"; "Труд человека кормит, а лень портит"; "Терпенье и труд все перетрут"; "Богу молись, а сам трудись"; "Трудовая копейка спора"; "Трудовой грош и перед Богом хорош"; "Трудовая денежка плотно лежит, чужая – ребром торчит"; "Трудовая денежка до веку живет (кормит)"; "Не то забота, что много работы, а то забота, как ее нет".[103]

Уже в документах XIIв., в частности, в "Поучении" Владимира Мономаха труд выступал в качестве мерила богоугодности человека. В древнерусском сборнике "Златоструй" труд рассматривается как источник благочестия.

Трудолюбие, добросовестность, старательность – отличительные черты положительных героев русских народных сказок, и, наоборот, отрицательные персонажи характеризуются чаще всего как ленивые, неумелые, стремящиеся урвать незаслуженные блага.
В историческом памятнике русской литературы и быта XVIв. "Домострой" отражен своего рода "кодекс" трудовой жизни русского человека – крестьянина, купца, боярина и даже князя:
Все в доме – и хозяева, и работники – должны трудиться не покладая рук;

Хозяйка, даже если у нее гости, "всегда бы над рукоделием сидела сама";

Хозяин всегда должен заниматься "праведным трудом";

Хозяйка – жена должна быть "добрая, трудолюбивая и молчаливая";

Слуги хорошие, чтобы "знали ремесло, кто кого достоин и какому ремеслу учен";

Родители обязаны учить труду своих детей, "рукоделию – мать дочерей и мастерству – отец сыновей".


Труд как одна из базовых ценностей отечественной культуры пронизывает всю структуру ее иерархии и в другие эпохи, в том числе в XX столетии. Труд в системе культурных и социальных ценностей советского периода рассматривался как "дело чести, доблести и геройства". Выдающихся крестьян-колхозников, рабочих, инженеров, агрономов, учителей, врачей, ученых, полководцев и солдат (людей ратного труда) знала вся страна, они были нравственным ориентиром нации.
Советская Россия, как правопреемница императорской России, отнюдь не сводилась к "тоталитарной госпартсистеме" - она была прежде всего "становящейся цивилизацией нового типа". Трудовой характер этой цивилизации лучше всего передавал ее преемственность в основных ценностях русской национальной культуры. Складывалась всеобъемлющая система духовного производства, утверждавшего вековые ценностные приобретения русского и других народов страны – в образе жизни, в языке, нормах поведения, мировоззрении. Словом, совершенно очевидно, что структура советской социокультурной жизни складывалась не по принципам, присущим западным цивилизациям. В этом как раз и проявились талант, воля и пионерный характер русского, а вместе с ним и всех других народов России. Сегодня, когда проходит угар перестроечных лет, к этому опыту все чаще обращается народное сознание.
Русской национальной культуре нередко приписывают столь высокую степень"полиморфности" по сравнению с другими культурными системами мировой цивилизации, что, якобы, "имело место постоянное жесткое противостояние и предание анафеме противной стороны".[104] Это – или явное заблуждение, или сознательное (мягко говоря) преувеличение!
Дело в действительности обстоит совсем иначе: русская национальная культура отличается своей открытостью, пластичностью, удивительной способностью к сотрудничеству и взаимодействию с другими культурами. Это проявляется в каждой ее сфере, на самых различных ступенях иерархической структуры ценностей. Так, в русской духовной культуре мощно, ярко, может быть, как ни в одной другой культуре, представлена и разработана идея "Всеединства", "Всечеловечности". Она, можно сказать, лежит в самом основании и пронизывает всю нашу культуру на всем протяжении ее исторического бытия.
Все грамотные люди помнят (должны помнить!), хотя не всегда в полной мере оценивают, знаменитую строфу пушкинского "Завещания":

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,

И назовет меня всяк сущий в ней язык,

И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой



Тунгус, и друг степей калмык.
Если вдуматься, - восклицает выдающийся русский литератор и историк В.В.Кожинов (1930–2000), - перед нами поистине поразительный факт: из всего-навсего двадцати строк своего "Завещания" поэт счел необходимым четыре строки посвятить утверждению, что он творил не для одного русского народа, но в явной, одинаковой мере для всех народов "Руси великой"!".[105]
Трудно переоценить всю значительность этого факта, продолжает В.В.Кожинов. Ведь он принимается нами как-то совершенно естественно, потому что он органичен для русского самосознания, для самых коренных, изначальных основ культуры. Каждый читающий эти строки может "перенестись" на семьсот с лишним лет назад и обратиться к "Повести временных лет". "Реша, - говорит Нестор с ее страниц, - чудь, и словени, и кривичи, и вей (то есть: "Сказали чудь, и словени, и кривичи, и весь): "земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет"… Здесь явно выразилось мировосприятие Нестора (или же его предшественника), который за 800 лет (в 1037 году) до пушкинского "Памятника" записал предание, воспроизведенное позднее Нестором. В этом мировоззрении древнерусские племена находятся в одном ряду с финскими (даже более того – перечень имен начинается с чуди!).
Вот он бесспорный исторический факт: в глазах гениального Пушкина все народы России – равноправные владетели русской поэзии (и, конечно, культуры в целом!); в глазах нашего прародителя Нестора эти народы – равноправные создатели русской государственности![106]
Это сознание равноправия племен и народов Руси пронизывает всю русскую культуру от истоков и пока еще до наших дней. В.В.Кожинов в обоснование этого важнейшего феномена нашей культурной самобытности приводит еще одно доказательство, строго научное, объективное, а потому – бесспорное. Идея "всеединства", "всечеловечности" со всей силой и ясностью выразилась в одном из древнейших творений русской литературы (и одновременно общественной мысли) – в "Слове о законе и Благодати" Илариона (около 1050 года). В этом произведении русский митрополит Иларион, раскрывая смысл Благодати ("Новый Завет"), выражает идею равноправия всех народов. Так в самом начале нашего многонационального Отечества Иларион сформулировал не собственно христианскую, а русскую идею[107], которая пройдет через все тысячелетие нашей самобытной, уникальной во многих отношениях культуры.
Исторически Россия сложилась как одно из крупнейших в мире многонациональных государств, в котором живет более 100 народов, каждый их которых обладает особенностями материальной и духовной культуры. Благодаря объединяющей роли русского народа, его способности к "всеединству", "всечеловечности" на территории России сложилось уникальное единство и многообразие, духовная общность и союз различных народов. Россия была и остается особым культурно-историческим типом в общем потоке европейского цивилизационного процесса. И в этом ее культурно-историческая уникальность, своеобразие и самобытность.
Однако здесь уместно подчеркнуть одно принципиальное положение: исторический процесс складывания России в особый культурно-исторический тип с единством и многообразием культур многих народов – это сложный, противоречивый и даже на отдельных этапах конфликтный процесс.Как справедливо заметил академик Л.Н.Митрохин, "в конфликтных ситуациях национальные чувства…, дающие человеку ощущение "моральной оседлости" (Д.С.Лихачев), причастности к "корням", к "народу", к "заветам отцов" обретают новый акцент: ценность культуры – в ее верности традициям, в непререкаемой святости "наследия предков", в противодействии всякого рода "внешним" вторжениям. Иными словами, национальное самосознание, сформировавшееся как "охранительное" в отношении данной этнической группы, легко трансформируется в националистическую вражду к другим народам…
Так рождается националистическое сознание с его максимализмом и экстремизмом, способное не только закреплять, но и обострять конфликтные ситуации.[108] К сожалению, в постсоветской России такие проявления становятся частыми в ряде городов и регионов…
И тут надо вновь согласиться с авторитетным ученым: "Существование и взаимодействие различных национальных культур само по себе не может послужить причиной трений – последние вызываются реальными социально-политическими противоречиями".[109] (выделено мной – В.С.) Мы бы добавили: и социально-экономическими тоже.
Сегодня российское общество стоит перед решением прежде всего этих проблем, в первую очередь необходимо исправление уродливых результатов российской приватизации; снижения уровня социальной поляризации в народе; выработка долгосрочного и устойчивого характера социально-экономических и социально-культурных программ и др. И тогда проблема национальных "трений" отпадет сама по себе, а взаимодействие различных национальных культур поднимется на новый уровень, и "вторая природа" станет средой и пространством для гуманного развития человека и всего российского социума.
Мы назвали далеко не все черты русской национальной культуры, выделив главные, основополагающие, другие – явственно выражает наше искусство как выдающийся феномен духовной культуры.


Каталог: site -> upload
upload -> Методические рекомендации для преподавателя Методические указания студентам по изучению дисциплины
upload -> Учебно-методическое пособие по дисциплине «Основы культурной политики»
upload -> С. П. Ермишин "26" октября 2012 г
upload -> Рабочая Учебная программа дисциплины «Мировая культура и искусство» для студентов направлений 071800. 62 «с оциально-культурная деятельность»
upload -> Рабочая Учебная программа дисциплины «Основы социально-культурного проектирования»
upload -> Эссе по фильму "Город Бога"
upload -> Культурология
upload -> Рабочая учебная программа по дисциплине «Культура массовых коммуникаций» (наименование дисциплины) для студентов направлений подготовки


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница