Размышления на тему символизма в творчестве Г



страница1/3
Дата17.08.2018
Размер168 Kb.
  1   2   3

Е. Г. Петренко
Посвящаю моей маме

Аделаиде Николаевне Петренко


Размышления на тему символизма в творчестве Г. Нарбута на примере оформления «концовки» сказки «Мизгирь»
Необычная трактовка Георгием Нарбутом «концовки» сказки «Мизгирь» дает возможность предположить не «шуточную прихоть» автора, как трактуют некоторые искусствоведы, но как заложенный художником в произведение глубокий и многогранный символизм. Такой подход к творчеству художника позволит по-новому осмыслить его наследие.

Первое, что удивляет зрителя, – это пронзённые иглой две гусеницы, которые к сюжету сказки, на первый взгляд, не имеют отношения. Если же рассматривать все разворачивающееся действие сказки и ее иллюстрацию в свете философской символики, как существование всего, что есть в проявленном мире одномоментно-полярно или, как говорят буддисты, одномоментно-противоположно, тогда мы увидим в рождении – смерть, а в смерти – рождение. Так же, как в начале любого пути, так и в начале пути жизни – рождении – уже присутствует начало конца, сам путь и конец пути.

Присутствие паутины, сотканной пауком, в оформлении Г. Нарбута и сюжете сказки можно рассматривать как материальный физический мир, со всеми его свойствами и качествами – как возможности для развития духовных начал души, то есть как духовные возможности, но в то же время можно рассматривать и как соблазн того же физического мира. Е. И. Рерих писала: «Благословенны препятствия, ибо ими мы растем», – то есть препятствия – это возможности для роста и развития души [7, с. 112]. Никто не может избегнуть «паутины» физического мира – ни люди, ни животные, ни рыбы, ни птицы, ни насекомые, но сделать сознательный выбор и преодолеть опасность попадания в сети паутины, расставленной пауком, который присутствует как главное действующее лицо сказки «Мизгирь», может только человек. Представители животного мира, мира рыб, птиц, насекомых присутствуют в религиозном символизме, в мифах, сказках, как действующие персонажи, практически у всех народов мира, «потому что форма и поведение этих созданий, а также среда, в которой они существуют близко соотносятся с Природными силами воспроизведения и зарождения», считается, что через них проявляют себя Божественные силы [10, с. 299]. Выбор для символа какого-либо живого существа является не случайным: «Если некое создание выбирается человеческим умом для символизации какого-то абстрактного принципа, то это происходит потому, что это создание демонстрирует невидимый принцип в видимом действии» [10, с. 299]. Павел Флоренский – православный философ, говорил о языке символов как о языке божественном: «Язык божественный обращается сперва ко всем людям и открывает им существование Бога; символика – язык всех народов, как религия – достояние каждой семьи; священства еще нет; каждый отец – царь и жрец» [9, с. 47]. Рассуждая об изображении и перспективе, символизме изображения, Флоренский писал: «Изображение есть символ, всегда, всякое изображение, и перспективное, и не перспективное, какое бы оно ни было, и образы искусств изобразительных отличаются друг от друга не тем, что они – символичны, другие же, якобы, натуралистичны, а тем, что, будучи равно не натуралистичными, они суть символы разных сторон вещи, разных мировосприятий, разных степеней синтетичности. Различные способы изображения отличаются друг от друга не так, как вещь от изображения, а в плоскости символической. Одни более, другие менее грубы; одни более, другие менее совершенны, одни более, другие менее общечеловечны. Но природа всех – символична» [9, с. 47]. В контексте рассуждения П. Флоренского мы будем исследовать природу символизма иллюстрации Г. Нарбутом сказки «Мизгирь».

Трактовка «концовки» Нарбутом, как многозначного символа, позволяет предположить, что выбор сказки художником и художественно-графическое её решение – это сознательный выбор сюжета, который с помощью символов поможет решить философскую проблему (задачу) смысла жизни. Так паук – это символ многозначный, даже, можно сказать, многоключевой: как ключ к анатомии человека и его физиологии, который означает нервный узел в человеческом теле; как ключ к космосогенезису, когда паук может рассматриваться как Демиург – Творец Вселенной; паук, как «символ зла и дьявола, ткущего паутину для душ грешников»; как ключ к вечной «проблеме добра и зла» во всех философских системах [11, с. 104]. Интересно, что есть и божественные пауки в мифах и сказках некоторых народов. Считается, что все, рождаясь, сразу же попадают в сети соблазнов мира физического, освободиться же от них возможно, если «умереть» для удовольствий этого мира. При этом человек приобретает возможность возродиться для восприятия тонких духовных энергий. Для этого необходимо пройти через «смерть», т.е. пройти через «распятие» всего низшего и несовершенного, что есть в душе. У посвящённых в древней Индии существовало символическое прохождение через чрево (матку) божественной коровы, сделанной из золота, что мистериально символизировало новое духовное рождение и отречение от прежней жизни. Таких людей называли «дважды рождёнными». В данной же сказке художник Нарбут обращается к циклам метаморфоз, которые предшествуют рождению бабочки. Ведь недаром он интересовался жизнью бабочек, отлавливал их с целью научного изучения и познания.

Две гусеницы, пронзённые иголкой со вдетой в ушко ниткой, расположены художником таким образом, что можно предположить многогранную символику оформления завершения сказки: «конец завершения одного цикла жизни», «смерть гусениц» и т.д. Во-первых, гусеницы Нарбутом соединены и сплетены друг с другом так, что образуют ясно читаемую последнюю букву греческого алфавита – омегу (), которая означает «конец», «завершение». Е. П. Блаватская, основательница Теософского Общества, автор капитального научно-философского труда «Тайная Доктрина», исследуя символизм древних религий, учений, традиций, обрядов, указывала на их единый источник, а также на общий язык символов (технический язык), понимаемый одинаково посвящёнными разных стран, народов и верований. «Герметики, символизируя дух и материю, альфу и омегу Космоса, использовали два переплетенных между собою треугольника – оба суть «тройственность в единстве», окрашивая первый, олицетворяющий «дух», мелом в белый цвет, а второй, олицетворяющий «материю» – углём в чёрный цвет», – писала Е. П. Блаватская в одной из статей о символизме, и здесь же, развивая эту тему, писала о богатых возможностях символизма выразить несказуемое [3, с. 325-326], т.е. «…символическое выражение чего-либо абстрактного в конкретном образе» [3,
с. 326]. В концовке Нарбута переплетены две гусеницы в виде незамкнутых колец, игла пронизывает именно хвостовую часть их тел, т.е. концевую. Итак, мы имеем в символическом изображении художника соединившиеся вместе три «конца»: конец иглы, окончания тел гусениц и букву «омега» (), то есть «завершение», образованную их телами.

Нужно обратить внимание и на цветовое решение художником окраски обеих гусениц. Одна гусеница – помечена белым, вспомним «белый цвет» у Е. П. Блаватской, олицетворяющий «дух». Вторая гусеница – белого цвета, но с ритмично чередующимися поперечными полосками чёрного цвета, означающими «материю», как символ «загрязнения» девственной белизны «духа» чёрным цветом «материи». Присутствие характерного для художника приёма сочетания и в то же время противопоставления цветов белого и чёрного порождает неоднозначные чувства: одновременного существования разделённости (контрастности) и единства гармонии, т.е. единство противоположностей; сочетание белого и чёрного цветов, которых, фактически, нет в природе, порождает ощущение присутствия изначального Света, в котором нет еще цветовой окраски.

Разбирая символизм «концовки», необходимо рассмотреть и «японскую» тему в творчестве Нарбута. Платон Белецкий в монографии «Нарбут» пишет: «Кто-кто, а Нарбут мог, вероятно, ещё в детстве своём оценить графическую прелесть не только бабочек, но и черепа и паутины. Понятна она была и японским мастерам, Хокусаю например. Вот и неудивительно, что сказки, выбранные Нарбутом, сами по себе отдалили его от Билибина, направили полёт его фантазии в окрестности родного хутора, где он открыл свою «Японию», подобно англичанам, узревшим её на берегах Темзы» [2, с. 31]. Далее П. Белецкий отмечает, что и обложка и «цветовое решение обложки вполне в духе гравюры» [2, с. 31]. Вспомним, что Нарбут увлекался, как и все «мирискусники» японской гравюрой. «Открыв книжку, на левой странице разворота видим заставку в рамочке – зимний «японский» пейзаж, а под нею изображение огромного комара. Заставка к тексту не имеет ни малейшего отношения. Её можно рассматривать как своего рода графическое посвящение книжки японским мастерам», – пишет П. Белецкий [2, с. 31].

Можно предположить, что Нарбут был знаком с творчеством средневекового японского поэта Мацуо Басё (1644–1694), хорошо известного во всём мире поэтическими произведениями в жанре «Хайкай», а также прославившемся как создатель одного из интереснейших прозаических жанров – «хайбун», который «соединяет в единое целое свойства поэзии и прозы» (белый стих). После Басё проза «хайбун» стала самостоятельным жанром, а на основе поэзии «хайкай» возник живописный приём – живопись монохромной тушью. Именно этот приём – монохромная тушь – применён Нарбутом в иллюстрации к книге «Теремок. Мизгирь», в частности, в так называемой «концовке». В прозе Басё есть небольшое произведение «Послесловие к “Размышлениям о гусеницах миномуси”», написанное к тексту поэта Содо, ровесника и друга Басё. Текст Содо звучит так:



Каталог: research
research -> Проблема преображения человека в философии
research -> Феномен творческой личности в процессе становления национальной идентичности канады
research -> Вопросы для подготовки к экзамену кандидатского минимума
research -> Закон волгоградской области о научной деятельности и региональной научно-технической политике
research -> Научное обоснование основных направлений развития гражданской обороны
research -> «Понимание сущности философии русскими религиозными мыслителями»


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница