Примерные направления и исходная схема для работы по теме «Методология и феноменология»



страница2/12
Дата28.07.2018
Размер0.52 Mb.
ТипДоклад
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Исходная принципиальная схема.

3.0. Основная идея: выделение особого подпространства мысли-трансляции в пространстве схемы МД (МТ в МД).

3.1. Условный графогенез из базисной схемы МД (ни в коем случае не предполагает содержательных интерпретаций!).

3.1.1. К схеме МД "достраивается" пояс МТ, при этом осуществляются стереометрические преобразования относительно поясов МК и М.



(длинная пауза. А.П. рисует на доске)
Г.П. Щедровицкий. Толя, правильно ли я понимаю, что Вы хотите соединить схему МД со схемой деятельности?

Пинский. Вот эта интерпретация является очень далеким фреймом, который я, к сожалению, не могут превратить в содержательное ядерное образование. Но если брать ее как общую тему, или проблему, соотнесения некоторых простых (т.е. до-мыследеятельностных) схематизмов и мыследеятельностных, то в этом общем фрейме – примерно так. Хотя я никак не могу эксплицитно прорисовать все это.

Г.П. Щедровицкий. А что Вы делаете сейчас?

Пинский. Достраиваю графику…

Г.П. Щедровицкий. Вы достраивайте, а я пока немножко поговорю. Все присутствующие помнят – да? – что это тот момент, с которым я справиться никак не могу. И это ключевой момент. Я только не понимаю, почему Толя выделил М, МК и МТ, а оставил без внимания слой мД. Потому что когда мы говорим "мыследеятельность" или "схема мыследеятельности", то мы предполагаем, что мы со схемами мышления уже соединили схемы деятельности. То есть установили вот эту трансляцию и нормировку. Причем, я подчеркиваю, с заданным отношением нормировки, которое накладывается на все три слоя; может быть, я в этом пункте очень сильно ошибаюсь, но как раз этим пунктом я заявляю о принципиальной ортогональности его2 – схеме МД. При этом я, вроде бы, понимаю, что МД должна разворачиваться внутри рамки, задаваемой как раз этим обстоятельством нормировки. Почему это произошло – это тоже очень сложная проблема – поскольку ясно, что эта рамка трансляции или деятельностной нормировки является для всего человечества отправной и исходной, она возникает не когда-то там "после", но она исходная, и человек, по-видимому, появляется вместе с этим. А до этого человека заведомо не было и не могло быть. Понятно я говорю, да? Тогда эта деятельностная схема, т.е. трансляции и нормировки, является объемлющей структурой, внутри которой развертывается все остальное: как жизнь человека, так и развитие М, М-К, мД (и МД в целом).

П.Г. Щедровицкий. Однако!..

Г.П. Щедровицкий. Я на этом месте, между прочим, ставлю не "однако", а восклицательный знак. И говорю: сказать я это, вроде, могу, а вот осуществить это в схематизации и анализе я уже лет как 25 не могу. Что значит "25"? – то есть стараюсь, но ничего не получается. И пока ни одна подходящая идея в голову не пришла. И тут есть пространство для всевозможных обсуждений: как на уровне принципов, так (и в особенности) на уровне схем. Мне важно подчеркнуть, что и обсуждение на уровне принципов тоже имеет свое право на существование, безотносительно к схемам. У нас явный дефицит в проработке материала, причем в обоих планах… Кто хочет сказать?

Громыко. Мне кажется, что Георгий Петрович собирается сейчас обсуждать историю (и механизмы связей). Георгий Петрович, я хотел один момент понять здесь, вот выход к механизмам трансляции и к историческому контексту…

Г.П. Щедровицкий. Постойте, что значит "выход"?

Громыко. Ну, например, когда приходится выделять линии развития мышления…

Г.П. Щедровицкий. Трансляция появилась в 1959 году, при анализе развития и исторических процессов. Но отделилась от них и стала обсуждаться сама по себе – именно как антитеза процессов развития и исторического существования. Утверждается, что трансляция есть сущность, причем базисная, по отношению к историческим процессам. И, вроде бы, как сущность она задает родовой организм (или родовой субъект), еще никак не связанный с процессами истории или развития. Потом (я показывал это в ряде работ, это период 1969-70 гг.) как история, так и собственно развитие появляются на базе этих схем с трансляцией. И только <там> и могут появиться. Но представляют они собой совершенно особое образование, как бы паразитирующее на схемах трансляции. В этом смысле, может быть, можно сказать близкое тому, что говорите Вы, что история и развитие суть процессы, становящиеся на трансляции. И в этом смысле ее, трансляции, оформление и дальнейшее развертывание. Но при этом сама идея воспроизводства и трансляции независима от всех идей истории, развития и т.д. Она сложилась и существует безотносительно к ним. Иными словами – есть логически независимое. И именно так, вроде бы, идея трансляции и воспроизводства и должна обсуждаться.

П.Г. Щедровицкий. Вот когда мы обсуждали это на Платоне и Аристотеле, то я пытался вводить более жесткий тезис, что идея трансляции и воспроизводства противостоит идее истории по пункту организации. Поскольку история признается как неорганизованное движение, многоканальное и в пределе – как филиация идей. А эта схема задает организацию

Г.П. Щедровицкий. Ну да, но ты здесь слово "история" употребляешь в смысле "эволюции". И с позиций абсолютного естествоиспытателя.

П.Г. Щедровицкий. … где заданы как бы две субстанции – история и деятельность. При этом деятельность организована по схеме трансляции и воспроизводства.

Г.П. Щедровицкий. Ну, видишь ли, этот абсолютный естествоиспытатель – он же абсолютный придурок – может выдумывать все, что угодно, любые оппозиции. И ему, чтобы со всем этим разобраться, приходится бракетировать. И сама эта оппозиция является результатом предельного упрощения, и даже переупрощения. И поэтому как логическую сущность это можно понять и принять…

Громыко. А с точки зрения механизма…

Г.П. Щедровицкий. А с точки зрения механизма это было бы совсем иначе.

П.Г. Щедровицкий. И я бы утверждал, что такое полагание двух субстанций является логическим приусом, тем, с чего надо начинать; а далее происходит вхождение в одно из этих пространств, и далее начинает обсуждаться либо проблема истории в деятельности, либо начинает браться проблема деятельности в истории. И берутся как бы различные формации, и они начинают трактоваться.

Г.П. Щедровицкий. Вы далеко продвинулись, пока меня не было… И я понял, что надо почаще отъезжать.

Громыко. Тут вот какой сложный момент. О существовании трансляции в истории. В анализе транслятивных механизмов в истории.

Г.П. Щедровицкий. Это вторичная постановка вопроса.

П.Г. Щедровицкий. Или первичная, если он самоопределяется относительно пространства истории.

Г.П. Щедровицкий. Но он же не может работать субъективно, а обязан работать объективно.

П.Г. Щедровицкий. Он может работать, как ему заблагорассудится.

Г.П. Щедровицкий. Нет, пока он сидит в этой комнате – не может.

П.Г. Щедровицкий. Если он может взять историю не через схемы воспроизводства и положить вначале, то – может.

Г.П. Щедровицкий. Но обрати внимание: не "может" или "не может", но – обязан. Ты же сам это говорил и даже объявил это логическим приусом. Обязан положить историю как субстанцию в одну клеточку, а воспроизводство (через трансляцию) – в другую, как субстанцию особого рода. Да?

П.Г. Щедровицкий. А перемножение – это уже, конечно, вторичные процедуры. Но ты, Юра, историю, вроде, саму по себе не кладешь (вот на что реагирует Георгий Петрович).

Г.П. Щедровицкий. Ну да. Вы начинаете разбирать частный случай. Там трансляция в истории и т.д.

П.Г. Щедровицкий. Да, а история не задана.

Громыко. Значит, я не очень пока понял вот это противопоставление трансляции и истории. Я буду думать.

Г.П. Щедровицкий. Юра, не надо думать по этому поводу. Ведь что это такое? Это первое и исходное противопоставление, которое уже сегодня (рассматривая через призму всего, что мы поняли и узнали) мы должны сделать исходным. И оно происходит в логическом пространстве, в пространстве понятий, идеальных конструкций.

Громыко. Этот момент я понял. Но я что почувствовал и услышал: что у Вас за пониманием трансляции, когда Вы говорили о нерасчлененном целом…

Г.П. Щедровицкий. Не говорил я такого.

Громыко. Было такое сказано.

Г.П. Щедровицкий. Нет, не было. Не могло быть! Я просто все раскладывал в разные стороны. Я говорю: есть идея истории, и она кладется в один ящичек, и есть идея воспроизводства, которая конституирует деятельность. И в этом смысле деятельность равнозначна идее воспроизводства, и об этом говорит Петр. И эту идею деятельности с ее воспроизводством мы кладем в другую коробку. И дальше мы можем задавать массу интерпретаций. Мы можем, например, сказать, в принципе, – и это будут первые основоположения, – что деятельность антиисторична.

Громыко. Вот я этот тезис и слышу за этим различением.

П.Г. Щедровицкий. Ну и правильно. А что?

Г.П. Щедровицкий. И я говорю: деятельность антиисторична. И я при этом вспоминаю, что Маркс говорил, казалось бы, совершенно противоположное, в частности, что история может быть введена только в <пространство> пространстве деятельности. И теперь я говорю, что деятельность как таковая, т.е. в абстракции, антиисторична, в том смысле, что она все, что в нее собирается, берет как одно.

Громыко. Вот сейчас Вы мне объяснили. Этот момент – он такой нетривиальный для меня.

Г.П. Щедровицкий. Он на самом деле нетривиальный, в методологическом плане. Но дальше мы должны уходить от этих предельных абстракций и начинать смотреть, когда становится возможной история, и почему мы говорим, что она становится возможной на пространстве деятельности. И почему верен этот тезис, необходимо вытекающий из первого, казалось бы, прямо противоположного.

Громыко. Да, для меня за разделением деятельности и истории стоит очень большая вещь. В том числе и в отношении работы со схемой МД. Я, например, этой вещи не понимал. Я, получается, проскакивал к моменту существования истории на механизмах деятельности, а с другой стороны, деятельности в истории. И утверждал, что если брать предельные рамки – вплоть до общественно-исторической практики, – то у меня другой предельной рамки, существовавшей как бы наряду, у меня ее не было. Потому что я тогда начинал обсуждать механизмы реализации, и предельной рамкой оказывалась только история.

Г.П. Щедровицкий. Более того, вот этот выход к независимым и отдельно стоящим сущностям и есть, в конечном счете, аналитика. И аналитика реализуется в той мере, в какой нам одно удается отделить и абсолютно противопоставить другому. И, кстати, этот принцип очень важен для понимания феноменологии. Поскольку она все время работает на вот этих противопоставлениях. Думаю, что создание идеи чистого разума, чистого сознания и т.д. – строится вот на этом. И это как раз фиксируется вот в этих понятиях "чистого". Но они, феноменологи, как раз застывают на этом, и они не могут сделать обратного движения к тому, что они в своих исходных абстракциях и идеализациях жесточайшим образом различили и противопоставили друг другу. Поскольку они в этом смысле – логицисты, как это ни странно на первый взгляд.

Громыко. Ну да, странно… Вообще, это понятно…

Г.П. Щедровицкий. И, видимо, не случайно я недавно сказал (на семинаре в пятницу), что я впервые, читая Шпета, а потом Гуссерля, понял, почему Маркс таким странным образом употребил термин "метафизика". Я впервые увидел, что есть метафизика в своем реальном воплощении. Вот это и есть шпетовский или гуссерлевский способ мышления. Очевидно, он был и раньше, у тех, кого они критиковали.

Теперь, Толя, я бы сделал замечание, возвращаясь к Вашему перечню. Вроде бы, мы должны теперь ввести еще три темы в Ваш перечень: тема "теории"…



Пинский. ?!...

Г.П. Щедровицкий. Вы хотите сказать, что таких будут десятки?

Пинский. Нет, я хочу сказать, что это вряд ли есть линейно независимая тема…

Г.П. Щедровицкий. А все они линейно зависимые. Но если мы будем применять вот этот прием – предельного абстрагирования и идеализации, – то мы сможем с этим работать. Итак, "теория", "философия" и "философия жизни" (то, кстати, что Вы мне говорили несколько месяцев назад: о необходимости прорабатывать Теодора Липпса, Дильтея и т.д.).

Громыко. Вот у меня здесь есть очень странный пункт, мне кажется, что очень интересно анализировать оппозицию феноменологии и семиотики.

Г.П. Щедровицкий. Прекрасная тема! Очень интересная. И дальше это пойдет в Вашем русле. Вот Тамеда из МГЗПИ, он занимается психосемиотикой. И даже считает себя основателем. И нам придется с этим разбираться.

Пинский. Я бы здесь вернулся, раз уж Вы вернулись. У меня список был, вроде, не случайным. И у меня были свои предпосылки. И то, что сейчас обсуждается, вроде, раскладывается по имеющемуся базису.

Г.П. Щедровицкий. Бесспорно, Вы правы, и я с Вами согласен. Я только не знаю, когда нечто можно раскладывать по базису, а когда, даже раскладывая, надо это понятие оставить еще неразложенным. И это для меня всегда вопрос, а потому я всегда предпочитаю перебрать, чем недобрать.

Пинский. Понял. Теперь я перехожу к этому последнему, очень сложному куску.

Г.П. Щедровицкий. И постарайтесь предварительно объяснить смысл его: что Вы хотите сделать?

Пинский. Я уже предварительно объяснял… Я пока что выложу, что имею, а тогда и выяснятся направления критики.

Г.П. Щедровицкий. Отлично. Значит так, сам по себе прием представления трансляции как пояса МД очень интересен и требует специального анализа и обсуждения.

П.Г. Щедровицкий. Но он этого не делает.

Г.П. Щедровицкий. Я понимаю, что Анатолий Аркадьевич этого не делает. Но это очень интересный прием, поскольку это теперь надо делать очень грамотно. Поскольку это действительно свертывание внутрь и стяжка того, что лежит вовне.

П.Г. Щедровицкий. А вот этого я не знаю.

Г.П. Щедровицкий. Ты не знаешь, и в этом твое преимущество. Но я-то знаю, и в этом моя слабость. Конечно, это неизвестно. Но я бы сработал в таком предположении и рассмотрел бы сам прием как таковой.

Пинский. Георгий Петрович, два слова в порядке ведения собрания. Я ведь уже делал примечание, что весь этот условный графогенез ни в коем случае пока не предполагает содержательных интерпретаций. Это написано!

Громыко. Но ведь параллельно – хочется!

Пинский. Мало ли что хочется…

Г.П. Щедровицкий. Я отрываюсь от всего этого и обсуждаю тему как таковую. И стремлюсь подчеркнуть ее значимость и возможные обратные заходы к ней.

П.Г. Щедровицкий. А для меня все зависит от того, в каких категориях берется трансляция. Если берется, как иногда, в оппозиции "трансляция – коммуникация", то нужно понять, что такое МД с точки зрения коммуникации, а потом либо ставить в соответствие, либо не ставить.

Г.П. Щедровицкий. Петр, ты очень красиво говоришь, особенно в последние месяцы, но для меня очень сложно.

П.Г. Щедровицкий. Я не могу же говорить проще. Я могу интерпретировать всю схему МД через категорию коммуникации, и буду рассматривать собственную коммуникацию (т.е. речь-мысль) как вид…

Г.П. Щедровицкий. Петр, этот прием я понимаю. Но здесь сейчас делается другое.

П.Г. Щедровицкий. Здесь – явно другое. Но и вовсе не то, что ты говоришь.

Г.П. Щедровицкий. А я говорю совсем третье.

П.Г. Щедровицкий. Просто ты говоришь очень определенно…

Г.П. Щедровицкий. А я всегда говорю очень определенно. Это моя привычка, и она не влияет на дальнейшую мысль. Просто я воспитывался в другое время, чем ты, и меня учили еще много чему.

Громыко. Я хотел еще зафиксировать: вроде, при рассмотрении трансляции возможны еще какие-то хитрые редукции в схеме МД. Например, редукция всей схемы МД к языку. Или абстракция…

Г.П. Щедровицкий. Но это стандартная редукция и стандартная абстракция. И в частности, почти вся современная европейская культура построена на этом. Кстати, из-за этого логика перешла к обсуждению языков.

Громыко. Ну да. А еще, с другой стороны, можно всю схему МД редуцировать к мегамашинной организации. Рассматривая, опять же, процесс трансляции. И мне кажется, что вопрос здесь – в наборе таких вот предельных редукций. И мы сможем выйти на квазисинтетические организованности, интерпретируемые механизмически…

Г.П. Щедровицкий. Юра, все это очень здорово, но, обратите внимание, у нас ведь есть одна лакуна. Мы до сих пор никогда не обсуждали вопрос: что такое процесс трансляции не как момент и составляющая в процессах воспроизводства, а как процесс сам по себе. И пока мы не найдем способа соответствующей идеализации, мы не будем иметь вот этой предельной линии. Мы неоднократно подходили к этому моменту. В частности, старый тезис Светланы Борисовны о том, что знания есть ни что иное, как организованности процессов трансляции. Мне этот тезис сейчас представляется невероятно важным и значимым. И даже кардинальным. И я надеюсь, что мы вернемся к этому, когда начнем прорабатывать тему о системах представления знаний. Знания как организованности в процессах трансляции… – это верно, вообще, в принципе. И если даже мы будем различать так называемые объективные знания и персональные знания, кои различны по своему становлению, генезису и т.д., то все равно мы будем исходить из этого.

Но при этом процесс трансляции как таковой, как то, на чем мы как бы произвели фокусировку, мы его никогда по-настоящему не рассматривали. Точно также мы ушли от темы "трансляция и коммуникация", хотя она была поставлена в 1962 году, как только начал работать системный семинар. Было несколько обсуждений, которые показали, что мы не готовы к обсуждению этого тематизма. Мы ушли и далее не возвращались к этой кардинальной теме. У меня такое ощущение, что сейчас мы стали достаточно взрослыми, … но с этим придется разбираться. Пока что все то, что Вы говорите, я словесно понимаю, а вот процедур и программ не вижу.



П.Г. Щедровицкий. Я бы здесь выделил еще две оппозиции: трансляция и реализация (но взятая не как логический аналог схемы воспроизводства, а как бы сама по себе)…

Г.П. Щедровицкий. Целиком согласен. Тем более, это очень важно в плане внедрения, подготовки кадров и т.д. Это кардинальная тема.

П.Г. Щедровицкий. И еще одна оппозиция: это трансляция и организация. Я, развивая сейчас свои заходы на понятие, сказал бы, что если брать трансляцию как таковую, то все эти оппозиции можно было бы в нее свернуть.

Г.П. Щедровицкий. Считайте, что это и есть задание и программа работы нашего семинара.

П.Г. Щедровицкий. Далее, если брать трансляцию в этих нескольких оппозициях и по отношению к схеме МД задавать вопросы (либо об отношении трансляции к схеме МД, либо, более узко, о процессах трансляции культуры), то нужно будет отвечать на вопрос: что такое МД с точки зрения коммуникации? И что такое отношение реализации в МД? Если удастся МД разложить по этим трем понятиям, то можно было бы потом обсуждать трансляцию и МД.

Г.П. Щедровицкий. Отлично. Продолжаем.

Пинский. Итак, при таком лобовом введении "нового" пояса принципиальны кавычки: МТ вводится не как новый пояс МД, а как переоформление некоторой части МД, точнее – М.

Г.П. Щедровицкий. Части М или М-К?

Пинский. Мышления. Далее:

3.1.2. а) артикулируется жирной чертой "логос" – МК-М-МТ и

б) его сердцевинная часть чистого М;

в) нижний пояс интерпретируется в первом члене категориальной оппозиции "место – наполнение" как пространство (хора) ситуаций мД.

3.1.3. эмансипируется вся над-ситуационная часть схемы и симметрично изображается в виде "призмы логоса" ("исторического логоса"). (изображение в полном сечении)



Г.П. Щедровицкий. Значит, МТ выходит из слоя М?

Пинский. И только из него.

Г.П. Щедровицкий. И туда выходит из М всё знаково оформленное. Так? Любым образом знаково оформленное?

Пинский. Тут, верно, я имею очень большую дыру. Но пока я бы сказал: "текстово оформленное".

Г.П. Щедровицкий. Текстово, ну да… Но схемы попадут туда тоже, целиком. Поскольку схемы целиком входят в древнеегипетские письмена, в иероглифику и т.д.

Пинский. Тут очень существенно, скажем, вот что – как понимать сознательное противопоставление арабов (или евреев): себя – всему остальному миру, как именно "народа книги". Так что пока я беру более план именно текста.

Г.П. Щедровицкий. Ну, хорошо. Это я, кажется, понял. Правда, Вы используете понятие текста в совершенно другом смысле… Ладно.

П
инский.

3.1.4. Изображение дополняется ситуационными подпространствами, противопоставленными как "микро-Сит." (координированное с МК) и "макро-Сит." (координированное с МТ)

Итого. Принципиальная схема:



Г.П. Щедровицкий. Я уловил, кажется, идею и хочу ее жестко зафиксировать. Итак, фокусировка идет на процессе трансляции. Вы начинаете обсуждать: а что такое вообще трансляция, в самом широком смысле слова. И, вроде, отвечаете так, как я сказал: «все, оформленное знаковым образом». Только говорите иначе: «оформленное в тексте».

Пинский. Очень важно, что оформленное.

Г.П. Щедровицкий. Ну да, но можно было бы сказать и жестче и тем провести обратные нюансировки: все знаки, или всё тексто-оформленное, из мира мышления. Поскольку мышление тогда трактуется не так, как мы это делали раньше, т.е. не как выявляемое в тексте, а как человеческое отправление. И тогда мысль – она в Вашей трактовке принадлежит человеку. Вместе с ним она появляется, в ситуации, с его уходом исчезает. А остаются тексты. И они-то, собственно, и входят в процесс трансляции. Более того, утверждается, что мышление в процессах трансляции может существовать только как тексты.

Пинский. Причем текст трансляции, а не мысли-коммуникации.

Г.П. Щедровицкий. А между ними теперь нет разницы! Если Вы ввели трансляцию как основной процесс, то все тексты, живущие в ней, есть, естественно, тексты трансляции. И больше того – других там вообще нет. Хотя я могу потом выделить тексты М-К как неполные, ублюдочные и т.д. Важно, что это – тексты. И ничего другого там, в трансляции, нет и быть не может. Как Вы сказали: книга. Или: памятники, надписи на пирамидах и специальных камнях. И вот они существуют в трансляции (а фактически – во "вневременье"), они и подлежат расшифровке или прочтению.

Пинский. Восстановлению в М.

Г.П. Щедровицкий. Ну да. Восстановлению в М. Причем М, вроде, появляется, когда мы выходим из трансляции, а в трансляции – так его, М, и не было. А были только тексты. И в этом смысле thought – это и есть тексты, несущие мысль в трансляции. Вот, вроде бы, в чем идея… Если я правильно понял. Давайте дальше.

Пинский. Теперь я задам:

Тетику интерпретационного пространства схемы.

Смысловой каркас интерпретационного поля схемы задается следующими тезисами:

1. Переход М → МТ осуществляется в акте оформления или объективирования в оформленном знании (здесь "форма" – из своих коннотатов "морфэ", "фигура", "эйдос", "чтойность" – берется в аспекте последнего коннотата).

2. Переход МТ → М осуществляется в акте знания. (Гуссерль: «Наука обладает объективным содержанием только в своей литературе, только в виде письменных произведений ведет она самостоятельное существование, хотя и связанное многочисленными нитями с человеком и его интеллектуальной деятельностью; в этой форме она живет тысячелетиями и переживает личности, поколения и нации. Она представляет собою, таким образом, некоторую внешнюю организацию, которая, возникнув из актов знания многих индивидов, может быть вновь превращена в такие же акты бесчисленных индивидов, способом легко понятным, точное описание которого может быть опущено» – Логические исследования).



Г.П. Щедровицкий. Здесь можно много говорить, но я хотел бы обратить внимание на одно. У Вас зафиксирована очень точная мысль, что знание существует в процессах трансляции – но поскольку Гуссерль остается все время психологистом, по крайней мере, наполовину, – за счет подключения актов: человеческого вхождения в процесс трансляции и человеческого выхода в акте знания из процесса трансляции.

Громыко. Я бы мог здесь сказать, что у Гуссерля и процесса трансляции как такового нет. А есть остановленные состояния этого процесса, с заданными этими организованностями. А дальше есть условия – либо прикрепления туда, либо выхода назад. А процесса-то нет.

Г.П. Щедровицкий. И Вы, вроде, сейчас даже фиксируете некий принципиальный дефект гуссерлевской феноменологии. Дефект по стилю мышления. Вы, вроде, очень точно говорите: и так Гуссерль мыслит и иначе не может. То есть он фактически работает в продуктовых схемах. Но Вы, с другой стороны, говорите очень сильно и предельно, а Гуссерль говорит осторожнее, а потому иначе. И Вы должны помнить, что это есть Ваш прием, Ваше представление. И может быть, Вы все это Гуссерлю приписали. Хотя по способу мышления там это наличествует. Кстати, поэтому у них, у Шпета, в частности, негативное отношение к Бергсону и ко всему этому подходу. Они не могли это воспринять как современники. Кстати, нужно посмотреть по Гуссерлиане те работы, очень интересные, которые сделал Гуссерль по понятию, по природе науки и т.д.

Громыко. А Вы считаете… вот тема: "понимание идеализаций"… как Вы считаете?

Г.П. Щедровицкий. Эту линию надо прорабатывать отдельно. Начиная от Мейнонга, потом Брентано и Кюльпе и т.д. И эта линия требует восстановления. Кстати, как и другие варианты, связанные с холизмом, с эмерджентностью и т.д. Нам все это очень нужно. А по Богомолову тут ничего не поймешь.

Пинский. Я понял, что у меня совсем другой подход к вниканию в текст. Вот странно, ведь я говорил не об объективизации, а об объективировании в оформленном знании. И это очень далеко друг от друга. Но теперь я вижу, что писать что-либо бессмысленно.

Г.П. Щедровицкий. Почему же?

Пинский. Потому что читать не могут.

Г.П. Щедровицкий. Помилуйте, вот когда мы с Вами начнем ругаться, то это станет очень осмысленным. А мы с Вами можем начать ругаться в любой момент. Как только прикажете.

Пинский.

3. Связка переходов взятая в категории процесса, задает процесс филиации идей.

4. Графика схемы задает два различных типа изменения "микро-Сит мД", соответствующие двум трассам: т.е. изменение "микро-Сит мД" либо опосредуется МК; либо нет.


(Аналогичное по форме рассуждение применительно к верхней части схемы нуждается в особой, пока не очень ясной, содержательной интерпретации)



Г.П. Щедровицкий. Кстати, вот про эти переходы… В конце 50-х годов для нас с Лефевром вот такие переходы из одного процесса в другой составили столько неприятных минут, что и сейчас вспоминать противно.

Громыко. А неприятных в каком смысле?

Г.П. Щедровицкий. Понимаете, ведь Лефевр, будучи человеком очень талантливым и генерировавшим идеи, был натуралист до мозга костей. И все его примеры, на которых он работал, представляют всегда натуральные примеры. Вот когда он вернулся из армии, то его больше всего интересовал вопрос: как разложить соударение шаров в полифонию процессов? Поняли? Теперь смотрите, что происходит. Переход из одного процесса в другой или из одного состояния в другое – это в принципе не процесс. Это очень важно. Не процесс, а скачок. И Лефевр говорил: ну, что такое взаимодействие? Это – один шар движется, в процессе, другой шар – точно так же, кроме того, идет вот эта скачкообразная зашнуровка. А как теперь вот эти скачки, которые и есть собственно взаимодействие, представить как процесс, да еще вместе с двумя другими, основными процессами? Видите, задачка классическая. Ведь как-то пришел ко мне человек (а я это никогда не рассказывал, я вообще это рассказываю впервые сейчас, никогда не вспоминал про эти шары – противно было) – Дубровский. Прошел год, смотрю – он тоже над этим сидит. И никак не может: как, мол, это вытянуть в один процесс?

Я спрашиваю сейчас: почему этот момент имеет такую силу? Я думаю, здесь какой-то принципиальный категориальный переход. И наше конечное мышление, стиснутое тисками старых форм ("взаимодействие" и т.д.), но интендирующееся на новые (процессы и т.д.), – оно неизбежно цепляется за эти старые формы и хочет сделать соответствующее обобщение. Возможно ли это? Думаю, что нет. Здесь нужен какой-то иной принципиально ход – и никакого обобщения, никакой абстракции здесь получить нельзя. Нужно принципиально иное расчленение. Как писал Зиновьев…



Пинский. Чего-то это все ушло…

Г.П. Щедровицкий. Так ведь это здорово! Кому нужна Ваша конечная истина? Лучше бесконечное заблуждение.

Пинский. Да! Ведь если те люди чувствовали где-то дыру, то они садились надолго и прорабатывали ее в деталях. А я интуитивно тоже чувствую: ну да, дыра, ну и ладно, – и ухожу дальше (или вбок).

Г.П. Щедровицкий. Не переживайте. Вы же все равно сильнее их…

(смех)



Громыко. Сильнее кого: Дубровского и Лефевра вместе взятых?

Г.П. Щедровицкий. Конечно, и порознь, и вместе взятых. Ведь они уже старые и выбыли из игры. А Толя в игре. И тут даже не может быть сравнений.

Пинский. Продолжаю доклад. Графика схемы накладывает запреты на ряд трасс МД. Здесь отметим…

Г.П. Щедровицкий. Подождите секунду (смех), раз уж Вы употребили слово "трасса".

Пока вы очень быстро и конструктивно не разберетесь с Буркиным и не объясните его гениальности, и не начнете работать с его понятиями зонирования и трассирования… Ведь смотрите: Буркин (один!) в поганой "керосинке", без окружения, воспроизводит то, что делали Фреге, Гуссерль, – не имея никакого философского и логического образования. И возможно, что он продвинулся даже дальше их всех. И тот факт, что вы не можете понять того, что он сделал, а он не может это объяснить (ибо сам не понимает, что же он сделал), – это не избавляет вас всех от необходимости во всем этом разбираться. Как можно скорее. Тем более что и Поспелова он давно опередил и – в плане представления знаний – имеет категории. Что касается моих мозгов, то я знаю твердо, что уже не справлюсь. Но вы-то молодые! И я вас очень прошу: проведите специальный анализ этой работы Буркина, постарайтесь выйти к их (работ) категориальным основаниям. Кстати, в этом ведь и состоит ваша философская и методологическая функция в этом мире. И проверять себя надо именно на этой, основной работе.

Итак, я Вас прервал…

Пинский.

5. Графика  схемы накладывает запреты на ряд трасс МД. Здесь особо отметим:

5а)  запрет на прямой, не опосредуемый мышлением, переход "МК → МТ"

5б)  запрет на прямой, не опосредуемый (как минимум) мышлением, переход "микро-Сит. → макро-Сит."

6. Схема имеет "особые" точки: (1), (2), (3) и (4) ("стыковые"). Эти точки допускают содержательную (т.е. на уровне М, МК, МТ, мД и, возможно, макро-Сит.) интерпретацию.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница