Право международной ответственности


b) Развитие (1739-1919 гг.)



страница8/65
Дата14.05.2018
Размер6.35 Mb.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   65
b) Развитие (1739-1919 гг.)
Как известно, XIX в. дал человечеству цивилизацию и культуру. Элементом этой цивилизации и культуры явилось международное право. Наиболее прогрессивные взгляды на международные отношения и право того времени известны как идеи Великой французской революции 1789 г. Основами внешней политики Франции были провозглашены "всеобщий мир и принципы справедливости", отказ от всякой войны с целью завоевания.

Революция заменила суверенитет монарха верховной властью нации, что имело важное значение для утверждения международно-правовой субъектности государства. Коль скоро народ - хозяин территории, то монарх не вправе ею распоряжаться. В практику вводится плебисцит. При присоединении к Франции Авиньона и Савойи в 1791 г. на присоединяемых территориях было проведено голосование.

В известной Декларации аббата Грегуара, подготовленной по заданию Конвента, но так и не принятой им, провозглашался принцип равноправия государств независимо от существующего в них строя и политического значения. Провозглашалось, что договоры должны соблюдаться. Вместе с тем в Конвенте было заявлено, что договоры тиранов не могут связывать суверенитет народа.

Были сформулированы новые основы права войны. Согласно этим основам допустима лишь война оборонительная, война в защиту попранных прав. Врагом может быть только государство, а не люди. Отсюда - требование гуманного обращения с пленными, неприкосновенность частной собственности, уважение прав мирного населения.

В конституционном праве обнаруживаются свидетельства того, что международные договоры расцениваются как акты юридические. Конституция Франции 1795 г. содержала формулу: "Договоры вступают в силу". А Конституция 1791 г., установив, что иностранцы подчинены французским законам наравне с местными гражданами, оговорила, что соглашения с иностранными державами могут предусматривать исключения из этого правила.

Ссылку на нечто близкое международному праву можно обнаружить в американской Декларации независимости 1776 г., провозгласившей право народа занять независимое положение, "на которое ему дают право естественные и божеские законы". Особо отмечу, что Конституция США 1787 г. явно признала юридическую силу договоров в национальном праве и поставила их на один уровень с федеральными законами.

Наличие прогресса очевидно, но шел он трудным путем. Наполеон солдатским сапогом растоптал благородные принципы революции. Государства, которые вели против него войну, говорили о верности принципам справедливости, невмешательства и даже самоопределения. Но, одержав победу, отреклись от них. В 1815 г. Россия, Австрия и Пруссия подписали Акт о Священном союзе, к которому присоединились и другие государства. Отбросив самоопределение, равноправие, невмешательство, во главу угла поставив принцип легитимизма, согласно которому лишь законная династия была вправе занимать престол, эти державы присвоили себе право вмешиваться во внутренние дела суверенных государств. Вместе с тем были приняты и документы, которые нельзя не оценить позитивно (о свободе торгового судоходства по международным рекам, о запрещении негроторговли, о рангах дипломатических представителей).

В политической сфере международно-правовое регулирование оставалось фикцией. Механизм действия договоров в этой области продолжал оставаться политическим. В международном праве не было общих целей и принципов, необходимых для объединения норм в систему. Право было широко диспозитивным, т.е. предоставляло неограниченный простор для отступления от его общих норм путем соглашений между отдельными государствами. Господствовала "свобода договоров" - договор с любым содержанием был правомерен.

Во второй половине XIX в. остро встал вопрос о правовом регулировании международного транспорта и связи. Парижская декларация 1856 г. определила режим торгового судоходства во время войны. Сформировался режим свободы торгового судоходства по международным рекам: Рейн, Дунай, Эльба - в Европе, Миссисипи и Св. Лаврентия - в Америке, Конго и Нигер - в Африке.

В 1874 г. подписан акт об учреждении Всемирного почтового союза, который установил свободный транзит писем и посылок через территории участников. В 1875 г. принимается конвенция о Телеграфном союзе. В 1890 г. заключается многосторонняя железнодорожная конвенция. Развитие международных экономических связей потребовало активизации правового регулирования в этой области.

К концу XIX в. завершился раздел мира между колониальными державами. Кроме колоний, которые непосредственно управлялись чиновниками метрополий, существовали также полуколонии и зависимые государства, которым были навязаны кабальные договоры. Некоторые формально независимые страны, например Китай, были разделены на сферы влияния. В оформлении колониальной зависимости использовались те или иные международно-правовые акты.

В целом же колониальные и зависимые страны стали объектом сделок колониальных держав. В начале века британский юрист Г.Дженкинс писал: "Общепризнанно, что нормы международного права применяются только к христианским странам в Европе и Америке". А если некоторые из них "вообще применимы к нехристианским государствам, то применяются со значительной модификацией"*(89). Таким образом, международное право служило далеко не всем и не всем одинаково. Большинство населения планеты было отстранено от международного права.

В конце XIX в. стало ощутимым дыхание приближающейся большой войны. В 1899 г. по инициативе России была созвана первая Гаагская конференция мира. Россия предложила заморозить размеры вооруженных сил и военного бюджета, она особенно остро ощущала это бремя. Поддержки предложение не получило, и идея ограничения гонки вооружений провалилась. Вместо этого была осуществлена кодификация законов и обычаев войны. Еще более полная кодификация в этой области была совершена второй Гаагской конференцией мира в 1907 г. Конференции стали значительным шагом в развитии международного права.

Вопросам ответственности государства был посвящен ряд положений конвенций. Конвенция 1907 г. о соблюдении законов и обычаев сухопутной войны установила, что воюющая сторона, которая нарушила соответствующие нормы, будет нести материальную ответственность и обязана выплатить компенсацию. "Она будет нести ответственность за все действия, совершенные лицами, входящими в состав ее вооруженных сил". Вторая Гаагская конвенция 1907 г. об ограничении использования силы в целях взыскания долгов определила последствия материальной ответственности государств в отношении иностранцев. Самое существенное значение имело принятие конвенции о мирном разрешении споров и учреждение Постоянной палаты третейского суда.

Впервые в истории ответственности были посвящены две межамериканские конференции 1989-1890 и 1902 гг. Была принята конвенция, касающаяся прав иностранцев. В ее основу положены два принципа: а) государство несет ответственность за ущерб, причиненный личности или имуществу иностранца, если ущерб явился результатом нарушения обязательства органом государства; б) дипломатическая защита со стороны отечественного государства пострадавшего лица может иметь место лишь после исчерпания местных средств правовой защиты заинтересованным лицом.

Поскольку общепризнанные нормы об ответственности государств отсутствовали, то при необходимости заключались соглашения, решавшие соответствующие вопросы применительно к конкретному случаю. Одним из первых соглашений такого рода был Вашингтонский договор между США и Великобританией 1871 г., учредивший арбитраж по делу судна "Алабама".

Сказанным объясняется и тот факт, что практика международных арбитражей сыграла существенную роль в становлении института ответственности в международном праве. Это обстоятельство не раз отмечалось в литературе. Я.Броунли пишет, что "право ответственности государств своим развитием во многом обязано практике смешанных претензионных комиссий и арбитражных судов"*(90).

Таким образом, в рассматриваемый период международное право предоставляло широкие возможности для применения силы, война считалась законным средством политики. В значительной мере оно было правом войны. Право отражало реальности времени, но противоречило самой идее права. На это обращали внимание мыслители того времени*(91). Право расходилось с представлениями о морали, справедливости.

Правовое регулирование медленно выделялось в самостоятельный вид регулирования международных отношений. Большей частью оно сливалось с иными видами регулирования (политическим, религиозным, моральным). Механизм действия международного права находился в зачаточном состоянии. Внутреннее право государств не создало механизм реализации международных норм.

Трезво оценивая недостатки международного права того времени, надо сказать, что едва ли можно было ожидать чего-то иного. Каково общество, таково и право. Тем не менее, прогресс был ощутимым. Международное право стало необходимым регулятором значительного объема международных отношений. Был накоплен нормативный материал, заложены начала международно-правового сознания. Начал утверждаться принцип ответственности государств. Был учрежден международный третейский суд. Наметились сдвиги и во внутреннем праве, которое, например, закрепило привилегии иностранных дипломатов, установило правовой режим иностранцев. В некоторых странах утверждается доктрина "общепризнанные нормы международного права - часть права страны".


c) Доктрина
Доктрине принадлежит важная роль в развитии любого права. Правда, порою юристы-практики явно недооценивали этот фактор, особенно представители "коммон ло". Известный американский судья О.Холмс в конце XIX в. относительно развития "коммон ло" писал: "Осознание требований времени, осознанные или подсознательные преобладающие моральные и политические теории, политическая интуиция и даже предрассудки, разделяемые судьями со своими согражданами, играли неизмеримо большую роль, чем силлогизм в определении норм, которыми люди должны руководствоваться"*(92).

Нет оснований отрицать позитивную роль прецедентного права. Однако оно, в основном, закрепляет опыт прошлого. В условиях нарастающего динамизма общественного развития все большее значение приобретает правовое регулирование, обращенное в будущее. Успех в этом деле в значительной мере зависит от научной разработки соответствующих проблем. Что же касается международного права, то здесь доктрина играла особую роль как в обосновании самой идеи такого права, так и в его развитии.

Рост роли международного права стал причиной значительного развития его доктрины. Международное право начинают изучать в университетах. Оно привлекает к себе внимание философов. Идеи международного права пустили корни в общественном сознании.

Рост практического значения международного права потребовал разработки конкретных вопросов и более точного определения содержания его норм. В результате снизился удельный вес естественно-правового направления в доктрине и возросло влияние школы позитивного права. Особое место в ней заняли британские и американские юристы (Г.Уитон, Р.Филлимор, Дж.Кент, Дж.Мур и др.). Они, в основном, собирали материалы практики, не доказывая необходимость существования соответствующих норм и воздерживаясь от критического анализа. При этом изучалась и возводилась в право преимущественно практика собственных стран*(93). Национализм был в той или иной мере присущ юристам и других стран.

Доминирующим направлением стало смешанное, сочетающее естественно-правовой и позитивно-правовой подход. Практика содержала недостаточно материала. Поэтому даже крайние позитивисты вынуждены были искать иные источники для восполнения пробелов. Нормы выводили не только из практики, но и из "природы международного общества".

В практике государств нормы международного права утверждались с трудом. В результате получает развитие типичная для доктрины тенденция: выдавать желаемое за действительное. Международное право описывают таким, каким оно должно быть по мнению автора, что снижало ценность трудов как исторических свидетельств.

Довольно медленно происходило формирование понятия международного права как явления самостоятельного относительно национального права. В этом одна из причин появления концепции "внешнего государственного права". Ее наиболее видным представителем был Г.Гегель, а в России - Н.А.Безобразов.*(94). Согласно этой концепции государство само создает и отменяет правовые нормы, регулирующие его внешние связи. В целом концепция относится к категории нигилистических, т.е. отрицающих международное право как таковое.

Другой нигилистической концепцией была та, согласно которой международное право не имеет юридической силы и в лучшем случае его можно считать "позитивной моралью" (Дж.Остин). При этом ссылались на отсутствие механизма, подобного тому, что имеется у национального права. Нет механизма - нет и права. Видные представители доктрины придерживались нигилистических взглядов в отношении ответственности государств. Они утверждали, что идея взаимной ответственности государств противоречит понятию суверенитета. Государство - единственный судья в вопросах своей ответственности. Обязанность государства компенсировать совершенное правонарушение зависит исключительно от его воли. Государства несут ответственность лишь перед собой*(95). Подобные взгляды высказывались и после принятия Статута Лиги Наций*(96).

В этой связи хочу обратить особое внимание на интересную мысль Ж.-Ж.Руссо. Он писал о противоречии устройства человечества, которое он видел в том, что каждый человек подчиняется законам общества; народы же пользуются естественной свободой, что чревато самыми негативными последствиями. "Что же касается того, что обычно называют правом народов, то ясно, что его нормы при отсутствии наказания за их нарушение суть химеры..."*(97) Выход Ж.-Ж.Руссо видел в создании конфедерации европейских государств.

Приведенные высказывания свидетельствуют о том, насколько прочно связано признание за международным правом юридического характера с наличием механизма, обеспечивающего его действие как права, включая юридическую ответственность за правонарушение.

Во второй половине XIX в. получает распространение концепция "реализма", которая довольно влиятельна и в наши дни в ряде стран. Единственным законом международной жизни ее сторонники считали силу. Видный немецкий юрист Р.Иеринг утверждал, что "право - это политика силы". Его последователи юристы-международники других стран подтверждали, что право без силы - мечта*(98).

Все эти концепции имели основу в реальной жизни. Те, что отстаивали юридический характер международного права, отражали потребность международных отношений в правовом регулировании. Нигилисты отражали господство силы и неразвитость механизма действия международного права. Игнорировать наличие международных норм они не могли. Поэтому отрицалось не их существование, а их юридическая природа.

Нигилистические взгляды были весьма распространены в литературе и в дальнейшем. В процессе подготовки Гаагской конференции по кодификации международного права 1930 г. рассматривавший проблему ответственности подкомитет подготовительного комитета представил доклад, в котором говорилось: "Многие годы юридическая природа международных отношений отрицалась целым рядом авторитетов, но ныне противоположная точка зрения стала почти общепринятой..."*(99) Нигилистические концепции доминировали в политическом мышлении, были популярны среди юристов-практиков и дипломатов.*(100).

С расширением участия России в международной жизни в стране начинает изучаться международное право. Оно привлекало внимание не только юристов. Из трудов А.Н.Радищева видно, что в его время о международном праве немало пишут, часто на него ссылаются. Но когда между народами возникает вражда, "судия их есть меч".

Первым фундаментальным произведением был труд В.Ф.Малиновского (1765-1814 гг.) "Рассуждение о мире и войне". В нем есть раздел "Общенародные законы", в котором говорится, что народы, подобно подданным одной державы, должны сообразовываться с непременными правилами. Предлагалось создать общий союз Европы со своими законами и с органом контроля за их соблюдением государствами.

В начале XIX в. открывается ряд новых университетов (в Петербурге, Харькове, Казани, Киеве и др.), в которых преподается международное право. Публикуется довольно много работ по международно-правовым вопросам. Профессор Московского университета Л.А.Камаровский, автор более 200 работ, подлинным источником международного права считал правосознание наиболее образованной части общества. На этой основе он и предложил кодифицировать международное право.

Особого внимания заслуживает научная и практическая деятельность уже не раз упоминавшегося профессора Петербургского университета Ф.Ф.Мартенса. Он внес ощутимый вклад в работу Гаагских конференций мира. Его главный труд - "Современное международное право цивилизованных народов". С 1882 г. он выдержал несколько изданий в России и переведен на языки многих стран мира. Ф.Ф.Мартенс исходил из того, что в основе всех правовых отношений лежит сама жизнь. Международное право только тогда обретет прочный фундамент, "когда естественные и исторические законы развития народов будут выяснены". Серьезное значение придавалось таким факторам, как мораль, справедливость, которые должны лежать в основе международного права.

Особого внимания заслуживает подход к правовому регулированию как к разновидности управления. В международном управлении Ф.Ф.Мартенс различал две стороны:

а) управление внешними сношениями государства при помощи законодательной, административной и судебной властей;

б) управление международными отношениями совместными усилиями государств.*(101).

Ощутимый вклад в развитие доктрины международного права внесли ученые Харьковского университета. Используя исторический подход, профессор Д.И.Каченовский обосновал перспективы развития ряда институтов международного права. Особое внимание было уделено кодификации. В 1859 г. Д.И.Каченовский выступил с докладом в Лондонском юридическом обществе, где обосновал необходимость интернационального объединения усилий ученых для кодификации международного права. Инициатива увенчалась успехом. В 1873 г. был учрежден Институт международного права с участием ученых многих стран, который действует и поныне.

Думается, что в целом доктрина международного права в России находилась на общеевропейском уровне. Ее представители внесли ощутимый вклад в подготовку специалистов в области международного права и в формирование правосознания. Как и в мировой литературе, в российской литературе проблеме ответственности внимания уделялось предельно мало. В 1884 г. У.Холл писал, что "вопрос об ответственности государств обычно не обсуждается должным образом в трудах по международному праву".*(102)

Первая попытка разработать проблему международной ответственности была сделана во второй половине XIX в. немецким юристом А.-Г.Геффтером*(103). Он выбрал простейший путь, перенеся в международное право гражданско-правовые понятия ответственности из контракта и ответственности из деликта. Оценивая работу Геффтера, Ф.Ф.Мартенс писал: "Заслуга его в этом отношении неотрицаема... Теория Геффтера в этом вопросе страдает только тем недостатком, что смешивает гражданское право с международным"*(104).

Сам Ф.Ф.Мартенс считал, что международное правонарушение "дает потерпевшему право на вознаграждение за причиненный ему материальный ущерб и нравственную обиду... Нет сомнения, что если права государства будут нарушены другим государством, его главою или чиновниками, то потерпевший народ имеет право требовать убытки и удовлетворения с виновной стороны"*(105).

Значительное внимание изучению проблемы международной ответственности уделил немецкий юрист Г.Трипель*(106). Главное внимание было уделено обоснованию необходимости приведения внутреннего права государств в соответствие с международным правом, что, как известно, имеет первостепенное значение для обеспечения эффективности международного права. Г.Трипель показал также несостоятельность выдвинутой Г.Гроцием теории вины государства как элемента правонарушения.

Проблеме ответственности посвятили свои работы итальянский юрист Д.Анцилотти, немецкие юристы П.Шоен и К.Штрупп*(107). Авторы обосновывали объективную ответственность государства, доказывая несостоятельность теории вины. При этом государство несет ответственность только за собственные действия. К.Иглтон оценил значение этих работ следующим образом: они "могут рассматриваться как установившие ответственность государств в качестве института международного права"*(108).

В практическом плане проблема ответственности государства в тот период стояла как ответственность за ущерб, причиненный иностранцам. В таком плане она рассматривалась и доктриной*(109). Причина такого подхода видится в стремлении промышленно развитых стран создать благоприятные условия для экспансии своего капитала*(110). В целом доктрина сыграла существенную роль в признании за международным правом юридической силы, а также в утверждении концепции международной ответственности.


Каталог: upload -> iblock
iblock -> Программа по обществознанию
iblock -> А. Г. Свинаренко
iblock -> «Социальные проблемы молодежи во взаимодействии с государством»
iblock -> Компьютерные социальные сети в контексте виртуализации современной культуры
iblock -> Право. Личность. Интернет Предисловие
iblock -> Программа вступительного экзамена по специальной дисциплине профиля
iblock -> Информация. Собственность. Интернет: Традиция и новеллы в современном праве
iblock -> Тема №10 Проблема сознания в философии и науке


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   65


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница