Основа и источник



страница3/28
Дата25.05.2018
Размер1.3 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28
2. Совместное творение
Сотворцы с Богом
Мы не можем размышлять о Боге, не пытаясь понять, что же такое «сотворение мира», всей вселенной и нас, как части ее. В более крупных масштабах, размышляя о том, как устроена вселенная, звезды, эволюция, климатические системы земли и человеческая история, и в малых масштабах – как мой разум ведет себя внутри мозга и внутри тела, а между всем этим – как работает сантехника в доме собрания, как мы все функционируем по отдельности и вместе взятые, никто из нас не способен понять все это в одиночку; мы полагаемся друг на друга и учимся друг у друга.
Будучи людьми планеты Земля, мы начинаем понимать, как мы губим творение. Друзья, как и многие другие, выступают за изменение нашего поведения для того, чтобы жить бережнее и проще в согласии с нашим миром. Всестороннее обсуждение этого вопроса – это уже другая тема, но поскольку созерцание и любовь к нашему мирозданию является одной из основных тем этой книги, наша преданность одухотворению этого возрастающего свидетельства является важной ее частью. Коль скоро мы развиваем квакерскую теорию об экологически правильном и комплексном образе жизни, мы возвращаемся к словам Джона Вулмана, написанным в 1763 году:
«Создатель земли – ее хозяин. Он дал нам быть на ней, а наше естество требует питания, которое она производит. Поскольку он добр и милосерден, мы как его создания, пока живем в соответствии с замыслом нашего творения, имеем право на пригодное пропитание, которого никакой человек не вправе лишить нас… Но тот, кто с тщеславными намерениями принуждает людей с их домашними животными к неумеренному труду и на деньги, полученные отсюда, нанимает других в роскоши жизни, действует вопреки благому замыслу Создателя, который есть истинный хозяин земли; и никакое имущество, купленное или полученное от предков, не может оправдать такого поведения».
Квакерская вера и практика 20.32
В этом отрывке, Джон Вулман приводит доводы в пользу экономической справедливости, но его фраза «пока живем в соответствии с замыслом нашего творения» имеет более глубокое значение. Я интерпретирую это так – мы можем жить честно по отношению к самим себе, откликаясь на и соответствуя правде о себе – каждый в отдельности и коллективно, плюс соответствуя правде о мире, в котором мы живем.
Мы не можем забыть свой болезненный опыт, когда люди плохо ведут себя, когда плохо и скверно исполняют свои обязанности общины, семьи и собрания – но мы также знаем, что мы, люди, способны, часто ценой больших потерь, мириться друг с другом и со своим внутренним «я», воссоздавая друг друга и свои сердца. Творение включает в себя разрушение, часто на грани полного уничтожения, но в то же время и исцеление – исцеление, которое иногда должно заключаться в приятии полной потери. Позже мы изучим этот вопрос более детально.
В творении мы – партнеры друг с другом и с Богом; мы соавторы. Дж.Р.Р. Толкиен писал о нашем участии в процессе творения: «Мы творим все по тому же закону, согласно которому сотворены мы сами… Мы создаем по своим параметрам и по методу своей производной, ибо так созданы мы сами: и не просто созданы, а созданы по образу и подобию Создателя» (Толкиен, 1964, стр.54 и 56).
Мы становимся соавторами вместе с Богом, когда создаем еду, дом, успешную команду сотрудников, логичный урок математики, вязаное платьице для ребенка, лопасть турбины. Возможно, мы становимся еще ближе к божественному Духу в совместной работе, пытаясь воссоздать что-то заново – вскапывая брошенный участок земли, чтобы он снова стал плодородным, или работая с травмированными беженцами. Или приводя в порядок хаотическую кучу квитанций и корешков чековой книжки, или содействуя дипломатам в работе над соглашением по запрету противопехотных мин. Дабы создавать и воссоздавать такие впечатляющие, красивые сущности, мы во многом используем свои внутренние познания, часто привлекая умения и дисциплины, которые изучали и с которыми настолько сжились, что для нас совершенно естественно сохранять им верность.
Мы часто думаем, что творчество – это обособленное выражение нашей сокровенной души, но многие произведения, послужившие развитию нашего квакерского сообщества за последние несколько лет, являются общей инициативой, и ни один человек по отдельности не смог бы создать ничего подобного в одиночку. Благодаря этому выросли и мы, вместе соткав квакерский гобелен, появилось творчество «Ливенеров», была написана книга «Квакерская вера и практика», и работают наши годные собрания и проводятся летние сборы. Для того, чтобы творить вместе, мы с радостью отдаем свою драгоценную независимость во власть группы, события, клерка, руководителя или квалифицированного миротворца, мы готовы стать частью группы. Вместе мы учимся использовать знания и язык музыки, живописи и театра; это придает свежие силы нашим общинам, и в то же время еще глубже ведет нас к основам всего этого творчества, молчания и Божьих слов.
Я считаю такое участие в творческом процессе практическим выражением нашей богословской приверженности к жизни, проживаемой вместе с Духом, и к ее познанию. Фрэнсис Хауджил говорит о первом опыте в квакерской общине: «Царствие Небесное собирало нас и ловило нас всех, как в сети» («Квакерская вера и практика» 19.08). Дух – это искристое сплетение новой творческой энергии меж всеми нами; нитей любви, дружбы, общей страсти и заинтересованности; это – паутина совместной работы, обучения и понимания, слов и молчания, в котором нас собрали и поймали вместе. Если Дух – художник, создающий нас как сообщество, значит, мы можем проникнуть в его художественное видение и сотрудничать с ним, используя методы разборчивого и правдивого общения, которое помогает нам работать вместе друг с другом и с Творцом. Это «единство Святого Духа», и нам оно известно.
Толкиен, мысля иерархически, подчиняет наше творчество Божьему и называет нас «со-создателями». Апостол Павел говорит о нас – переводя буквально со своего греческого языка – как о «поспешниках Бога» (Второе послание к Коринфянам 6:1), так как мы вместе создаем общины, что, на мой взгляд, предпочтительнее. Хотя я считаю, что «Властелина Колец» читать легче, нежели «Послание к Ефесянам».
В поэтическом повествовании Книги Бытия мы, Homo fabricans, вместе с Богом созидаем на земле, копаясь в грязи и кавардаке, мужчину и женщину – Adamah/Адама, что на иврите означает «земля, почва» и Havvah / Еву, на иврите "жизнь". Созидаем из земли со всем, что вытекает из них и из нас, возделываем сад и заботимся обо всем мире.
Такая картина соответствует образу Бога, как «Основы (почвы) нашего Бытия»; «почва» – еще одна метафора, лежащая в основе творения, включая грязь и землю. Я расцениваю эту фразу как указующую на то, что Бог – это основная энергия, создающая и протекающая через каждую частицу Вселенной, это живой материал, из которого состоит вся Вселенная, это напряжение и шум, которые связывают все воедино, но в тоже время это прочная основа для тишины и покоя. Мысли наши могут простираться вслед за современными учеными, работающими в творческой грязи с теорией струн и физикой элементарных частиц. Но и физиков, и мирян объединяет знание о том, что вселенная ведет себя как следует: какой бы ни была энергия между частицами, стакан воды на столе остается водой в стакане на столе. Порядок творения предсказуем – если два кирпича положить на два кирпича, получится четыре кирпича. А там, где порядок этот кажется необузданным и неопределенным, теряясь между белыми пятнами в общей теории относительности и квантовой теории, мы изучаем его, разрабатывая модели в большем соответствии с тем, что кажется математически правильным – для большей надежности.
Поэты-писатели историй книги Бытия были убеждены, что мироздание в основе своей есть благо – оно вытекает из хаоса, включает и охватывает хаос, игру и дикость, но в то же время оно коренится в порядке. Евангелия от Иоанна и книга Притч добавляют откровение – в основе творения заложены мудрость, разум и интеллект, logos («слово, разум»). Творческие Свет и Слово по существу благие понятия, и нам полезно увидеть, понять и назвать творение, радоваться ему и заботиться о нем. Эти ключевые элементы из книги Бытия лежат в основе иудейско-христианского понимания мира и используются другой авраамической религией – исламом.
Когда мы отвечаем на вопрос Франциска Ассизского «Кто я?», мы размышляем над некоторыми тайнами творения: нашей собственной индивидуальностью и нашим местом в обществе и сложном многообразном мире. И мы смотрим на это не просто, как на статическую картину. Цветы на столе, стоящем в центре нашего молитвенного собрания, растут, живут и умирают; «дни» в мифе о Бытие подчеркивают понимание того, что творение происходит во времени, а это, в свою очередь, привносит в вечность такие понятия как бренность, изменение и движение. Семена прорастают и растут, цветок раскрывается и оплодотворяется, растение увядает, умирает, разлагается на элементы и на удобренной грядке растут новые цветы.
История сотворения в Книге Бытия включает в себя также понимание того, что для человека быть одному не хорошо (Бытие 2:18). Партнерство, дружба и сообщество существуют с самого начала, и, судя по опыту нашего Общества, мы знаем, что гомосексуальное и гетеросексуальное партнерства одинаково правдивы и являются частью творения. Мы созданы таким образом, что Всевышний может говорить с нами через физическое. Новички «Квакерского квеста» часто обращают наше внимание, что для многих людей сексуальный опыт является как бы воспроизведением опыта общения со Всевышним. В этом нет ничего нового: Песнь Песней прославляет нашу сексуальность в библейском каноне, и «Код Да Винчи» обрел популярность отчасти потому, что открыто приветствовал такую возможность. Люди позабыли, что опыт и сама концепция значительно старше этой книги.

Невидимый Бог
Каким-то образом Бог удовлетворен тем, что остается на заднем плане в большей части творения. Как молодой студент теологии, я считала, что лучше пойму сущность Бога, когда у меня тоже будет ребенок, когда приму участие в создании новой жизни. До того, как Кэти родилась, я представляла, что ее рождение будет большим религиозный опытом. Оно таким не было, это было скорее человеческим опытом, радостной и тяжелой работой, довольно грязной и волнительной. Потом я спросила Питера, «Где был Бог во всем этом?», а он ответил: «Бог здесь, но Он не выставляет себя напоказ», цитируя пророка Исайю 45:15: «Истинно Ты – сокровенный Бог».
Итак, ответу на вопрос «Что делает Бог?» должен предшествовать вопрос «Что мы на самом деле ищем?» Если Бог невидим в творении, мы можем понять, как работает процесс сотворения сразу с нескольких точек зрения.

Картина – к примеру, работа Рембрандта «Поклонение пастухов» – есть не что иное, как композиция красок и масел, химических и растительных веществ на холсте, и в то же время – яркое эмоциональное описание непостижимого чуда, созданное умелой рукой и умом провидца. Рождение ребенка, или рождение звезды – это физическое явление, которое может быть определено биологическими терминами или языком астрофизики, но в то же время это и реализация, явление, демонстрация чудесной и необъятной силы Божией. Исцеление души и тела может наступить и в результате молитвы, и благодаря навыкам, уходу, медицине и консультациям. Радуга полностью объяснима с научной точки зрения, и в то же время ее откровение в виде дождя и солнца, печали и радости способно дать нам надежду.


Мы можем любоваться цветами на столе нашего дома собраний и говорить: «Это тоже Ты, и это и не Ты» – фразу, которая, кажется, относит нас от К. С. Льюиса к Св. Ефрему Сирийскому в четвертом веке. Потому что мы смотрим сквозь них, мы выходим за их пределы и знаем, что Бог в них и вне их тоже, в их атомах и аромате, в их цветущей жизни, в садовнике, который взрастил их, и в человеке, который составил букет.
Значимой частью опыта и мышления ранних квакеров была идиллическая картина жизни в раю, в мире до грехопадения, где царили гармония и красота. Джордж Фокс говорит нам, что «теперь я прошел сквозь огненный меч в рай Божий. И все творение по-новому зазвучало для меня, нежели раньше» (Фокс, 1985, с.27). Равенство полов, за которое выступали ранние Друзья, было направлено на восстановления райского состояния, когда мужчина и женщина до Грехопадения были товарищами. Простой язык, который они использовали в общении со всеми в равной степени, также отражал стремление восстановить райский язык. Таким образом, картина возрожденного мира была частью квакерского видения и мышления от самых истоков. Исполненное надежды и отрицающее сомнения осмысление «проекта нашего творения» по-прежнему остается важным элементом квакерского мышления на сегодняшний день, включая позитивную установку на веру в «то, что от Бога в каждом» (Квакерская вера и практика 19.32). Когда Друзья использовали эту фразу первоначально, они имели в виду, что мы созданы таким образом, что можем отвечать Богу, подразумевая, что Бог, человек и сотворенный мир способны создавать отношения, беседовать, что они не чужды друг другу. «То, что от Бога в каждом» – в техническом плане это наше понимание себя как человеческих существ, учение о роде человеческом от британских квакеров, наш ответ на вопрос «Кто я?»
Откуда появляются образы? Когда мы задаемся трудными вопросами о жизни и смерти, мы часто рисуем словесные картины, элементарную теологию о нашей собственной ситуации и об участии Бога в ней. Мы используем имеющийся у нас духовный материал, свой собственный опыт и то, что имеет для нас самое большое значение. В одном из эпизодов телесериала «Степто и сын», Альберт и Гарольд говорили о смерти Альберта, как «о поездке на большую свалку на небесах». Для викингов раем была Валгалла – большой зал, где они пили медовый напиток и обменивались рассказами о прошлых сражениях. Песня бродяг «The Big Rock Candy Mountain» изображает Рай в виде фонтанов с содовой водой, сигаретных деревьев и теплой погоды. Сидни Смит в раю намеревался вкушать пате де фуа-гра под фанфары, что вовсе не является моим представлением о блаженстве. Образы Рая отнюдь не являются необходимыми, но они иллюстрируют тот факт, что мы используем образы, часто бессознательно - и я вспоминаю потрясающую неудачу, когда я пыталась научить группу маленьких детей представлять себе рай в абстрактных понятиях, как место, где люди добры и все друг друга любят. В результате я получила стопку домашних работ о том, что они будут там пить лимонад из фонтанов и весь день кататься на пони.
Какие же образы и метафоры используем мы, иногда бессознательно, когда играем со своими представлениями о Боге? Какой опыт лежит в основе наших словесных изображений? Как мы оцениваем достоверность наших образов?
Возможно, наши метафоры срисованы из школьных дней, потому что именно то время является важным формирующим коллективным опытом для большинства из нас. Например, мое прежнее мысленное представление о мифическом Высшем Суде, «Судном дне», было основано на школьных воспоминаниях о вручении призов в моем далеком прошлом. Совершенно ясно, что он не будет точно таким, – но для меня очень важно общественное признание достоинств и достижений отдельных людей со стороны вышестоящей инстанции. В этой картине есть элементы, которые нужно проверить и от которых нужно отказаться – возможно, мне следует вообще полностью отказаться от такого представления – но сделать это будет легче тогда, когда я пойму, откуда появляются эти элементы. И я смогу отбросить это изображение, не выбрасывая вечную истину, к которой стремлюсь. Я поняла неадекватность своего представление о высшей справедливости, когда много лет назад я почувствовала, что произошла несправедливость: я обнаружила, что говорю вслух, но к счастью, я была одна, «И все это записано в большую книгу, и в один прекрасный день все прочтут то, что вы сделали!» Сейчас я намного реже использую специфический язык о приношении всего в Свет.
Вопрос заключается в том, какая концепция Бога лежит в основе образа, используемого нами? Достаточно ли он хорош, достаточно ли впечатляющ? И если мы сможем признать, что концепция не достаточно хороша, можем ли мы увидеть, что эта концепция указывает на нечто большее, чем она сама, нечто более полноценное? Образ «Бога как директора школы» не достаточен – можем ли мы добавить несколько других образов, взятых из положительного опыта общения с начальством? Бог, как клерк собрания, Бог как менеджер, Бог, как инструктор по вождению, Бог с убедительным призывом плачущего ребенка, Бог с призывающим к немедленному действию видом города после бомбежки? Не указывают ли эти метафоры на олицетворение водительств Вечного, проходящего через наши жизни? К какому окончательному образу стремится каждый из нас, и почему?
Таков перевод квакерского понимания таинств в мире идей и образов. Мы представляем себе мироздание таким, что Всевышний может заметным образом присутствовать для нас каждый раз, когда мы вместе садимся за стол. Аналогичным образом, в интеллектуальных сферах вся образность может означать больше, нежели она сама и вести к более глубокой реальности, к Богу. Мы можем играть с моделями и образами, мы можем опираться на них, но только до тех пор, пока мы знаем, что это лишь модели – а затем мы проверяем результаты наших игр по отношению к реалиям жизни.
«Бог, кто ты есть?» Одной из основ нашего мышления может быть Бог, он больше, чем может охватить наш разум, он лежит в основе сотворения мира, он ниспосылает нам Божественное начало, чтобы мы попытались осмыслить его, и приглашает нас быть со-творцами, потому что мы вместе создаем и воссоздаем мир.

Каталог: wp-content -> uploads -> 2014
2014 -> Достойный Друг Жизнь Лукреции Мотт
2014 -> Всероссийское ордена трудового красного знамени общество слепых
2014 -> Методическая разработка семинарского занятия по теме Основы философского понимания мира по дисциплине огсэ. 01. Основы философии Для специальностей: 060101 «Лечебное дело»
2014 -> Психология семейных отношений с основами семейного консультирования ред. Е. Г. Силяева
2014 -> Программа вступительного экзамена в аспирантуру по специальности


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница