Организационно-методический раздел. Актуальность курса связана с тем, что потеряв статус «непобедимого»



Скачать 71.88 Kb.
страница1/11
Дата23.02.2018
Размер71.88 Kb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Учение Маркса в зарубежной социальной мысли XX-XXI вв.

Автор – профессор АШКЕРОВ А.Ю.

  1. Организационно-методический раздел.

Актуальность курса связана с тем, что потеряв статус «непобедимого» (Ленин) и «непревзойдённого» (Сартр) учения, марксизм только выиграл, окончательно выйдя за пределы не только теории с жёсткими концептуальными рамками, но и практики, соответствующей определённому набору методов.

Проще говоря, по отношению к каким-либо системам взглядов, соотносящимся с мыслью Карла Маркса уже нельзя сказать, как это сделал Р.Арон, что это «мнимый марксизм». Дело, однако, отнюдь не в том, что марксизм пост фактум окончательно пренебрёг критерием фальсифицируемости, по прошествии времени превратившись в то, чего больше всего боялся сам Маркс: стал из «науки» «утопией». Речь, скорее, о том, что «утопией» является сама наука, выдвигающая в качестве своего критерия свободу от фальсификаций.

В XX веке марксизм был мировоззренческой, социально-экономической и политической метадоктриной, отношение к которой было условием самоопределения как для теоретиков, так и для всех остальных граждан. Фактически, без формирования определённого отношения к марксизму, а значит – и без самого марксизма не могла состояться гражданская идентичность.

В XXI веке марксизм окончательно распрощался с доктринальным статусом, перестал связывать с собой экзегезу материалистического понимания истории, классового подхода и превалирующей роли бытия для сознания. Однако это не означает сдачу позиций и отступление на фоне натиска окончательно взявших верх вероотступников: «оппортунистов» и «ревизионистов». Скорее, именно в XXI веке марксизм возможно впервые за свою историю подучил возможность исследовать себя не как учения «для других», а как учение «для себя» и «в себе».

Старые упрёки по отношению к марксизму в том, что он является религиозным культом (материи, отношений производства, пролетариата) неожиданно отозвались новыми возможностями для марксистского учения, которое всё больше превращается в исследование возможностей сознания в его критическом модусе и расширяющих эти возможности практик.

Что бы ни говорил сам Маркс о тщете и нищете «критике критической критики», данные практики соотносятся с кантовской самоочищающей работой сознания (отсюда и многолетняя борьба за чистоту учения в самом марксизме) и характерным для восточных вероучений отказом от индивидуального Я (чьим воплощением и оплотом служит буржуазия).

Одновременно критическое наследие Маркса нельзя не соотнести с тем выводом, который адресует нам современная философия в лице П.Слотердайка: ни одна форма мысли не сделала так много для сохранения догматизма, как нацеленная против него критика. Критика устарела, а догматизм остался. Добавим от себя, что критика устарела только в рамках того понимания, которое мешает опознать её как краеугольный камень догматической сознательности. Уже случай апостола Фомы показывает нам, какую роль играет сомнение в играх веры.

Из учения, поставившего себе целью реорганизовать бытие (и так поставленное в зависимость от «производства непосредственной жизни»), марксизм всё больше превращается в элемент коммуникативной инфраструктуры, которая разрастается сама собой, но требует от нас невероятно больших, чем прежде усилий по наблюдению за самими собой (а точнее, за тем, что от нас осталось).

Проще говоря, с возникновением сетевого общества сбылось обетование марксизма о том, что наступит эпоха «производства самой формы общения» (она и называлась «коммунизмом»). Однако пришедшая эпоха не потребовала ничего, что делал её условием марксизм: ни устранения социального неравенства, ни избавления от эксплуатации, ни хотя бы освобождения от части эффектов «ложного сознания». Напротив, теперь всё более отчётливо видно, что именно марксизм стабилизировал капитализм.

Поставив ритмику капиталистического уклада в зависимость от кризисов перепроизводства, Маркс не заметил (да и вряд ли мог бы), что выпестованная им в теории и на практике революция в куда большей степени находится на службе капитализма. Революции не просто придают капитализму устойчивость, но превращают в его арсенал любое отрицание, которым он пользуется не только для того, чтобы постоянно увеличивать потенциал своих изменений, но и для того, чтобы единственной его альтернативой был бы он сам.

Вся история XX века сводится к тому, что инспирированные Марксом революционные перемены, связанные с новым пониманием соотношения труда и капитала, сознания и хозяйства, экономическими ресурсами политическим представительством, а также со всем, что сам Маркс называл «отношениями между людьми», привели к превращению капитализма из обозначения (одного из многих!) современного общества в лейтмотив человеческой истории. О том, что марксизм не имел противоядий от этого, свидетельствует тот факт, что для описания возникновения человеческого общества автор «Капитала» опирается на антиисторическое понимание труда (исходя из той его роли, которую он стал играть только в системе промышленного капитализма середины XIX века).

Цель курса состоит в исследовании возможностей марксизма для описания, объяснения и конструирования современных обществ.

Задачи курса предполагают анализ:

- марксизма в системе проблем и парадоксов классической философии;

- социальной онтологии марксизма, связанной с пониманием бытия как зависящего от производства «непосредственной жизни»;

- марксизма как эпистемологической модели, основанной на анализе сознания с точки зрения его обусловленности бытием, а также различных способов, с помощью которых эта обусловленность отрицается;

- марксизма как механизма критической мысли, играющего ключевую роль в том, что критика превращается в новую форму догматизма (включая вклад самих марксистов в пересмотр Марксовых заветов);

- влияния марксизма на немарксистские и антимарксистские версии социальной теории, а также возникновения неомарксизма и других форм гибридной марксистской мысли;

- марксизма как нового профетизма (пророческого дискурса), связанного с представлением о том, что нет откровения вне науки и её методов;

- субстанциалистских мотивов марксистской и постмарксистской мысли, связанных с представлениями о субстанции, начиная со Спинозы и заканчивая Л.Альтюссером, Ж.Делёзом и Ж.Деррида;

- феномена марксистского философского экспрессионизма и его значения для современной мысли;

- рецепции марксистской теории в экзистенциализме, структурализме и теориях Франкфуртской школы;

- эволюции марксистских представлений о субъекте и движущих силах истории, а также вклада марксизма в возникновение доктрин «нового пролетариата»;

- становлении марксистских и постмарксистских версий формационного анализа в перспективе возникновения новых типов общественной организации («постиндустриализм», «общество, основанное на знаниях», «сетевое общество» и т.д.).




Каталог: sites -> default -> files
files -> Валявский Андрей Как понять ребенка
files -> Народная художественная культура. Профиль Теория и история народной художественной культуры
files -> Отчет о научно-исследовательской работе за 2014 год ростов-на-Дону 2014
files -> Учебно-методический комплекс дисциплины философия для образовательной программы по направлениям юридического факультета: Курс 1
files -> Цветков Андрей Владимирович, кандидат психологических наук, доцент кафедры клинической психологии программа
files -> Программа итогового (государственного) комплексного междисциплинарного экзамена по направлению 521000 (030300. 62) «Психология»


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница