Общность коллективных представлений правового сознания в условиях дифференциации современного российского общества



страница6/7
Дата16.05.2018
Размер0.8 Mb.
ТипАвтореферат
1   2   3   4   5   6   7
Текст ответов

Р.К.О.

% от Р.К.О.

1.

жесткий образ (Лис, Жеглов)

1

1,0

2.

высоконравственный образ (Шарапов, Каменская, Анискин)

4

4,1

3.

простые парни («Убойная сила», «Глухарь»)

51

52,6

4.

отрицательный образ

2

2,0

5.

нет таких, таких не показывают

18

18,6

6.

Участковый из сериала «Участок»

10

10,4

7.

Другое

6

6,2

8.

затрудняюсь ответить, не смотрю

5

5,1

Всего:

97

100,0

Но именно эти герои демонстрируют в своих повседневных профессиональных практиках отступление от норм закона в пользу реализации собственной интерпретации «справедливости». Диссертант показывает, что у работников правоохранительных органов наряду с осознанием высокой ценности «закона и порядка», наличествуют универсальные для российского общества коллективные представления: «закон не всегда справедлив и прав», «закон имеет право быть неправым», «представители закона используют служебное положение в корыстных, коррупционных целях», «закон не всегда действует в интересах своего народа». Эти представления реализуются в практиках их повседневной профессиональной деятельности, что является одной из причин низкого рейтинга правоохранительных органов в массовом сознании. В работе приводятся результаты многочисленных опросов, убедительно свидетельствующих об устойчивости негативной оценки населением основных правоохранительных институтов общества. Данные собственных исследований позволяют автору утверждать, что респонденты, представляющие работников правоохранительных органов осознают, что значительная часть населения испытывают к ним недоверие. Соглашаясь с исследователями Всероссийского центра исследования общественного мнения, диссертант считает, что источником теневых практик правохранителей являются не только коллективные представления, но и сложившийся механизм перераспределения ресурсов.1 В заключение параграфа делается вывод относительно того, что мотивация работников правоохранительных органов в их профессиональной деятельности негативными правовыми представлениями, вызывает укрепление негативных оценок правоохранительных органов и правопорядка в целом в массовом сознании.



Четвертая глава «Единство правовых экспектаций социально стратифицированного общества как потребность в респонсивности права» посвящена рассмотрению важных социокультурных функций правового сознания – выражать притязания индивида, социальной группы и общества в целом к властным структурам по поводу оптимизации правового порядка и интегрировать социально стратифицированное гражданское общество и государство в единое целое.

В первом параграфе четвертой главы «Экспертиза правового порядка: сравнительный анализ оценок профанов и экспертов» диссертант, опираясь на результаты глубинных интервью представителей различных социальных слоев («профанов») и результаты экспертного мониторинга законопроектов, показывает общность оценок сложившегося правового порядка. Интерпретация глубинных интервью позволяет показать, что мнения и оценки правового порядка у индивидов формируются на основе интериоризации «правозначимых явлений» (взаимодействия с представителями ГИБДД, паспортного стола, миграционной службы и др.), с которыми они сталкиваются в повседневной жизни. Правозначимые явления интериоризованы таким образом, что информанты показывают, что рядовой гражданин не чувствует себя в безопасности при взаимодействии с социальными институтами жизнеобеспечения (медицинское обслуживание, транспорт, досуг, покупка продовольственных товаров и пр.). Категории правового сознания применяются в значении факторов социальной регуляции поведения личности, имеющих отношение к конкретному человеку, значимых для него как регуляторы его взаимоотношений с обществом и государством, детерминирующих его позитивное или негативное отношение к закону в целом. В индивидуальном сознании отсутствует целостное и системное представление о правовой системе, но общий образ, сложившийся о правовом порядке российского общества, характеризует его как несправедливый, склонный к насилию, вынуждающий искать пути, обходящие правовые нормы. При этом все информанты демонстрируют стремление организовывать свою повседневную жизнь исходя из правовых норм и отмечают невозможность полностью реализовать эту установку. Отсюда – отчуждение от правовых институтов и власти в целом, состояние относительной депривации. Несмотря на фрагментарность, неполноту и оценочность правовых представлений, образ права и правовой системы на уровне индивидуального восприятия состоит из определенного комплекса представлений: глубокое сомнение в том, что закон служит народу вообще или же действует конкретно в интересах респондентов как определенной части населения; размытость представлений о справедливости правового порядка в российском обществе; негативные ассоциации правового порядка, представление о необходимости правового обеспечения безопасности населения.

Эти ассоциации и представления, которые распространены на уровне массового сознания, рационализируются в оценках экспертами содержания подготавливаемых законопроектов. С 2004 г. проводится мониторинг правового пространства и правоприменительной практики, который сопровождался подготовкой предложений для проектов итоговых аналитических документов Совета Федерации, связанных с реализацией Федерального закона от 22 августа 2004 г. № 122 и Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». В рамках мониторинга был проведен экспертный опрос относительно 18 законопроектов. Все эксперты при оценке последствий принятия законопроектов для разных социальных групп указали их позитивное значение только для бюрократии разного уровня и частично – государственных служащих. При этом «весьма негативно принятие законопроектов оценивалось на соответствие государственным интересам всей нашей страны, Российской Федерации»1. Наиболее негативно оценили эксперты следующие параметры законопроектов: соблюдение гражданских и политических прав; соответствие законопроектов политической системе государства; нормы участия оппозиции в законодательном процессе; соответствие законопроектов принципам и методам противодействия коррупции2. В диссертации отмечается, что деятельность государства по реформированию правовой системы общества нацелена на утверждение в стране законности и порядка, что согласуется с правовыми экспектациями населения.

Второй параграф «Правовые экспектации социально дифференцированных групп как фактор формирования респонсивности власти» посвящен выявлению правовых ожиданий численно доминирующих социальных групп. Выбор именно этих групп объясняется тем, что их запросы и ожидания выступают той необходимой информацией, систематизация и анализ которой позволяют законотворцам и правоохранительным органам корректировать правовой порядок и правоприменительную практику. Тем самым, власть (и право в целом) обретает качество респонсивности – организованной способности воспринимать воздействия и адекватно на них реагировать. Респонсивность включает такие качества, как способность к поиску и систематизации информации для принятия решений; способность планировать ответное воздействие в соответствии с информацией и возможностями системы; способность находить баланс между социальными требованиями граждан и потребностями социетального выживания1. Исходя из этого, поиск и накапливание информации, в которой выражены потребности общества в корректировке существующих форм регулирования социальной жизни, является необходимым условием для усиления такого качества власти, как респонсивность.

Опираясь на исследования Т.И. Заславской в области динамики социальной структуры российского общества и многочисленные социологические исследования состояния различных социальных групп, автор выявляет правовые экспектации таких социальных слоев, как средний, базовый (включая иммигрантов) и бедные слои общества. Социально активные группы населения (средний и базовый слои) видят эту динамику в обеспечении свободы предпринимательской деятельности, защите от произвола бюрократии; квалифицированная рабочая сила – в гарантии занятости и развитии производственного сектора экономики; мигранты – в упрощении процедуры натурализации, открытия собственного бизнеса, защите от произвола чиновников и представителей правоохранительных органов. Выявляя правовые экспектации социально пассивных слоев населения (нижний бедный слой), диссертант отмечает, что в связи с «немодным» в настоящее время патернализмом государства в общественном мнении происходит стереотипизация восприятия образа низших групп с присутствием негативных оценок. Например, бедность может быть связана в общественном мнении с ленью, нежеланием приложить усилия для исправления положения. В то же время нисходящая мобильность в обществе с преобладающей достижительской культурой – воспринимается как несчастье. Интерпретация исследований, проведенных учеными ИС РАН2, позволила сделать вывод, что эти слои, не прогнозируя позитивных изменений в своей жизни, тем не менее сохраняют надежды на расширение социальных программ и помощи со стороны государства. В заключение делается вывод о том, что, несмотря на различие правовых экспектаций отдельных слоев российского общества, они (экспектации) концентрируются вокруг утверждения ценности правопорядка и изменения его основного содержания с социоцентристской направленности на персоноцентристскую.

В параграфе третьем четвертой главы «Интеграционная ценность правового сознания» диссертант на основе предпринятого в диссертации анализа правового сознания населения российского общества обосновывает, что оно реализуется в российском обществе как формально неинституализованный фактор интеграции социальных групп. Одним из факторов интеграции народа вполне правомерно считается идеология. Но она по самой своей природе может быть близка одному социальному слою и чужда другому. К тому же существует множество идеологий, и когда они функционируют в рамках одного общества, представляется затруднительным выяснить, какие процессы они провоцируют в большей мере – интеграции или дезинтеграции. Поэтому диффузная солидарность народа, о которой подчас говорят политики, остается эмпирически недоказанной. А в данной диссертации, отмечает автор, выявлена общность правовых ценностей у представителей различных социальных групп, когда их правовое сознание предстает как совокупность имеющихся знаний о правовой системе общества и экспектаций по отношению к ней, которые разделяются значительной частью населения страны и детерминируют понимание ими правовых процессов и ситуаций и поведение в них. Иными словами, в сфере правовых ценностей и экспектаций как важных компонентов правового сознания населения проявляется консенсус интересов различных социальных групп, который, как известно, является исходной точкой гражданской солидарности. Далее диссертант фиксирует общие для правового сознания социально стратифицированных групп следующие тренды: утверждение идеи «законности и порядка» как мотивационного коллективного представления; укрепление единой гражданско-правовой идентичности, которая усиливается и модифицируется в более позитивные смыслы под влиянием регулирования социальных трансформаций; усиление значимости правовых ценностей в эпоху глобализации в массовом сознании.

В заключение параграфа делается вывод об усилении в современной России интегрирующей функции правосознания в условиях сохраняющейся значительной социально-экономической дифференциации общества и о функционировании этих ценностных правовых представлений в качестве реальной идеологии.

В Заключении диссертации сформулированы основные результаты проведенного исследования и намечены перспективы дальнейшей разработки темы.
Основные положения диссертационной работы отражены в следующих публикациях:
Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК

1. Петрулевич, И.А. К вопросу о правосознании [Текст] / И.А. Петрулевич // Известия вузов. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – Спецвыпуск «Проблемы социокультурной трансформации современного российского общества». – Ростов н/Д, 2006. (0,4 п.л.)

2. Петрулевич, И.А. О единстве правового и политического сознания [Текст] / И.А. Петрулевич // Социально-гуманитарные знания. – 2006. – № 12. (0,4 п.л.)

3. Петрулевич, И.А. Правовое сознание в концепции «живого права» Е. Эрлиха [Текст] / И.А. Петрулевич // Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2006. – № 9. (0,5 п.л.)

4. Петрулевич, И.А. Иммануил Кант о правовом сознании как детерминанте права [Текст] / И.А. Петрулевич // Известия вузов. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – 2008. – № 1. (0,4 п.л.)

5. Петрулевич, И.А. Коллективные правовые представления населения России [Текст] / И.А. Петрулевич // Социально-гуманитарные знания. – 2008. – № 12. (0,4 п.л.)

6. Петрулевич, И.А. Методологическое значение концепции негативного правового сознания Гегеля [Текст] / И.А. Петрулевич // Известия вузов. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – 2008. – № 5 (0.4 п.л)

7. Петрулевич, И.А. Правосознание как фактор интеграции населения России [Текст] / И.А. Петрулевич / Социально-гуманитарные знания. – 2008. – № 8. (0,4 п.л.)

8. Петрулевич, И.А. Правосознание российского населения и респонсивность права [Текст] / И.А. Петрулевич / Гуманитарные и социально-экономические науки. – 2009. – № 5. (0,4 п.л.)

9. Петрулевич, И.А. Правосознание как интеграционная ценность в российском обществе [Текст] / И.А. Петрулевич // Социально- гуманитарные знания. – 2009. – № 8. (0,4 п.л.)





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница