О проекте создания интегрированного спецкурса «антиутопия и тоталитаризм» забегин а. В. Задачи курса



Дата09.01.2018
Размер73.5 Kb.
ТипУтопия

ВЫСТУПЛЕНИЕ НА ШКОЛЬНОМ МЕТОДИЧЕСКОМ ОБЪЕДИНЕНИИ УЧИТЕЛЕЙ ГУМАНИТАРНОГО ЦИКЛА

О ПРОЕКТЕ СОЗДАНИЯ ИНТЕГРИРОВАННОГО СПЕЦКУРСА «АНТИУТОПИЯ И ТОТАЛИТАРИЗМ»

ЗАБЕГИН А.В.

ЗАДАЧИ КУРСА:

формирование у учащихся критического отношения к любым формам несвободы;

одна из эффективных вспомогательных форм работы с одаренными детьми;

выработка личного отношения к обществам утопического типа, созданным мировой литературой и кинематографом;

выявление с помощью художественных средств и анализа исторических явлений, опасных общественных тенденций;

найти взаимосвязь между историческими формами тоталитаризма и возможностью реинкарнации подобных режимов в будущем;

через творческое осмысление создание виртуальных моделей-проектов государств и обществ будущего без тотальной несвободы;

осмысление ценности свободы личности на художественных и исторических примерах;

формирование критического и противоречивого отношения к понятиям «общественный прогресс» и «европоцентризм»;

организация дискуссий об общественных тенденциях, ведущих к установлению тоталитаризма (варианты: а)нивелирующее влияние общества потребления; б) варианты тотального контроля государства над личностью; в)прогрессирующий эгоистичный индивидуализм);

формирование представлений о жанре антиутопии через изучение классических произведений по теме.

ПРОБЛЕМАТИКА КУРСА

Антиутопия в русской литературе

Роман Евгения Замятина “Мы” и повесть Андрея Платонова “Котлован” представляют жанр “антиутопии” в русской литературе. Долгое время они были под запретом. Но теперь, прорвавшись сквозь толщу времени и увидев свет, произведения эти помогают нам осмыслить трагедию человека при тоталитарной системе, установленной в государстве.

Уже в 20-х годах эти писатели сумели рассмотреть грядущую трагедию. В своих книгах они рассматривают проблему будущего, проблему общечеловеческого счастья.

“Котлован” -- предельно сжатый рассказ о закладке здания в городе и о недельном пребывании героев в близлежащей деревне. Но рассказ этот вместил в себя важные для Платонова философские, социальные и нравственные проблемы.

Так что же такое счастье для героев этого рассказа? Над планом общей жизни задумывается Вощев, главный персонаж “Котлована”.

«Я мог бы выдумать что-нибудь вроде счастья, а от душевного смысла улучшилась бы производительность»,

на что ему категорически заявляют, что “счастье произойдет от материализма, а не от смысла”. Вощев участвует в строительстве общепролетарского дома. Дом этот строит горстка энтузиастов, мечтающих о всеобщем счастье. Эти люди живут в нечеловеческих условиях и все-таки верят, что счастье есть, что оно возможно.

Весь смысл строительства общечеловеческого дома для героев “Котлована” в преодолении собственного эгоизма.

Люди отрицают себя, свои интересы ради будущего, ради мечты о новом человеке, о смысле жизни, о счастье детей и ждут, что вот-вот оно наступит, это “будущее неподвижное счастье”. И хотя мы понимаем, что строители действительно хотят сделать людей счастливыми, но что-то подсказывает нам, что это лишь мечты, которым не суждено сбыться. Эти люди строят утопический город счастья, но каждый их шаг разрушает надежды на чудо.

Пренебрежение к собственной жизни, забвение себя порождает такое же отношение к другим людям. Строителям будущего просто неведома идея самоценности каждой человеческой жизни. “Ты кончился, Сафронов! Ну и что ж? Все равно я ведь остался, буду теперь как ты. Ты вполне можешь не существовать” -- вот такая эпитафия на смерть собрата.

На протяжении всей повести слово расходится с делом. Самые благие помыслы наталкиваются на неосуществимость. Чиклин заботится о девочке Насте, его любовь к ней, внимание, скорбь по умершим приходят в жестокое противоречие с тем делом, в которое он включился.

“Рабочий класс не царь, он бунтов не боится”, -- самодовольно изрекает Чиклин. Однако скоро выясняется, что боится, и не только бунтов. Боятся всего. Вощев боится ночей и “сердечной озадаченности”; Прушевскому “дома грустно и страшно”; Козлов опасается, что его не примут в будущую жизнь, “ерли он представится туда жалобным нетрудовым элементом”.

И что же это за счастье, которого все хотят? Это единообразное для всех и неизменное счастье, остановленное и окончательное. Общепролетарский дом призван “организовать жизнь впрок для будущего неподвижного счастья”.

Окончательно надежды на счастье исчезают со смертью Насти. Девочка, как мне кажется, была для строителей олицетворением будущего, и вот ее не стало... Андрей Платонов доказывает, что только отношением к человеческой жизни может быть измерен и оправдан социальный эксперимент. “Не убывают ли люди в чувстве своей жизни, когда прибывают постройки? Дом человек построит, а сам расстроится. Кто жить тогда будет?”

Своеобразную картину будущего можно найти и в романе Е. Замятина “Мы”. Здесь Единое государство обеспечивает для всех “математически безоблачное счастье”. И хотя люди живут под ярким солнцем, в красивых стеклянных домах, заняты общим делом, хотя им не о чем беспокоиться, потому что у них есть все: еда, одежда, работа, крыша над головой, -- они лишены свободы, у них нет даже собственных имен. Люди вместо имен носят золотые бляхи с присвоенным номером. Даже само понятие “человек” заменено понятием “нумер”. Люди, “счастливые нумера”, спят, едят, работают в одно и то же время, по раз и навсегда установленному порядку, они отказались от живых чувств, собственных стремлений, естественных желаний -- от всего того, что делает одного человека непохожим на другого. И многие действительно считают, что в этом их счастье.

Рассказчик в романе Замятина. Здесь Единое государство обеспечивает для всех “математически безоблачное счастье”. И хотя люди живут под ярким солнцем, в красивых стеклянных домах, заняты общим делом, хотя им не о чем беспокоиться, потому что у них есть все: еда, одежда, работа, крыша над головой, -- они лишены свободы, нумер Д-503, -- “только один из математиков Единого государства”.

Идеал жизненного поведения -- “разумная механичность”, а все выходящее за ее пределы -- “дикая фантазия”. Вдохновение -- “неизвестная форма эпилепсии”. К болезненным фантазиям относятся искусство, литература, наука, любовь и свобода. Налицо революционное вмешательство государство в строение личности. “Я” перестает существовать как таковое, -- оно становится клеточкой общего “мы”, песчинкой коллектива, безликой частью толпы.

Название романа “Мы” символично. Это синоним однородной массы, толпы, стаи. Эпоха, породившая антиутопию Замятина, -- время торжества безымянности, с печатью “военного коммунизма” и диктатуры.

В своем романе Замятин показывает, как сама человеческая природа не выносит безличного существования. Созревают заговор и восстание -- за право на собственные чувства, за право вернуться к нормальной человеческой жизни. Но конец романа мрачен. Нумер Д-503 излечивается от приступов “болезни”: над ним совершают “Великую операцию” -- удаление “центра фантазий” путем “троекратного прожигания Х-лучами “жалкого мозгового узелка”. Машина Единого государства сильнее. И теперь ее вин тик здоров: “Никакого бреда, никаких нелепых метафор, никаких чувств: только факты”.Тяжелый след в душе оставляет чтение романа “Мы”. Художественная пародия на “коммунистический рай” в виде сверхказармы под огромным стеклянным колпаком верно обозначила этапы советской истории на 70 лет вперед. Это напоминает “железный занавес” и Берлинскую стену, за которой находились “мы” -- советские люди. Пронумерованные особи романа схожи с обитателями Архипелага ГУЛАГ, которые также обозначались номерами.

Произведения Замятина и Платонова приобретают особую актуальность в наше время. Читая их, понимаешь, насколько близко мы подошли к построению такого общества. Чем счастливее каждый человек, тем счастливее общество, в котором он живет. Что касается личного счастья, то здесь человек может и должен сам устраивать свою жизнь, творить свою судьбу. Но как сделать всех людей счастливыми? Что такое общечеловеческое счастье? На эти вопросы ответ по-прежнему не найден... А бывает ли оно, общечеловеческое счастье?

Антиутопия в зарубежной литературе

В зарубежной литературе к наиболее известным антиутопиям относятся “О дивный новый мир” О.Хаксли, “Скотный двор”, “1984” Дж. Оруэлла и "451градус по Фаренгейту" Рея Брэдбери.

Если говорить о произведении Брэдбери «451градус по Фаренгейту"то можно сказать, что автор романа выразил отношение к бездуховному обществу, которое променяло красоту и мудрость книги на индустрию удовольствий и беспамятство. Но в то же время напомнил всем нам притчу о птице Фениксе, которая сжигала себя на костре, но всякий раз возрождалась из пепла. Может быть, и мы, люди, перестанем сооружать погребальные костры из книг (а это делал Гитлер в 1938--1945 годах), перестанем вести войны, в пожарах которых сгорают библиотеки, перестанем травить тех, кто пишет правду.

Роман Брэдбери общечеловечен, он всем нам задает вопросы: «Почему мы разрешаем себя превращать в жующих жвачку парнокопытных? Почему мы разрешаем себя оболванивать недостойной литературой и псевдокультурой?» Но ответ дать может сам человек: «Я хочу служить книге, потому что я не желаю быть зомби и не допущу, чтобы мои дети и дети моих детей были зомби».

Что касается “Скотного двора» Дж. Оруэлла, то сказка-притча о животных, восставших против человека, обросла за десятилетия многочисленными толкованиями. Наиболее типичное и распространенное - политические аллюзии. В Советском Союзе «Скотский хутор» был издан через 42 года после его опубликования в Англии и сразу был однозначно воспринят как сатира на Советский Союз.

В “О дивном новом мире” О.Хаксли описывается мир далёкого будущего, в котором люди выращиваются на специальных заводах -- эмбрионариумах и заранее поделены на пять различающихся по умственным и физическим способностям каст, которые выполняют разную работу. От «альф» -- крепких и красивых работников умственного труда до «эпсилонов» -- полукретинов, которым доступна только самая простая физическая работа. В зависимости от касты младенцы воспитываются по-разному. Так, с помощью гипнопедии, у каждой касты воспитывается почтение перед более высокой кастой и презрение к кастам низшим. Костюмы у каждой касты определённого цвета. В этом обществе нет места чувствам, основной лозунг «каждый принадлежит всем остальным». Люди в этом «Мировом Государстве» не стареют, хотя средняя продолжительность жизни -- 60 лет. Регулярно, для поддержания хорошего настроения, они употребляют наркотик «сому», у которого нет негативных действий. Богом же в этом мире является Генри Форд, его так и называют -- «Господь наш Форд», а летоисчисление идёт от создания автомобиля «Форд T», то есть с 1908 года н. э. В романе действие происходит в 632 году «эры стабильности», что соответствует 2540 году н. э.

“1984” Дж. Оруэлла - это роман с элементами сатиры. считается одним из известнейших произведений в жанре антиутопии, предупреждающим об угрозе тоталитаризма. Название романа, его терминология и даже имя автора впоследствии стали нарицательными и употребляются для обозначения общественного уклада, напоминающего описанный в «1984» тоталитарный режим. Неоднократно становился как жертвой цензуры в социалистических странах, так и объектом бойкота и травли со стороны левых кругов на Западе. Роман активно использовался западной пропагандой в качестве антисоциалистической сатиры. Однако роман показывает человеконенавистническую сущность как коммунизма в его вульгаризированном понимании, так и капитализма. Он направлен в том числе и на критику западного общественного устройства. В романе можно увидеть много черт не только тоталитарных режимов, но и современной автору буржуазной Англии. Сам писатель, бывший демократическим социалистом, заявлял, что «1984» не следует рассматривать в качестве критики социалистических идей. Напротив, в своём эссе «Почему я пишу» (1946) Оруэлл настаивал на том, что все его произведения, начиная с периода Гражданской войны в Испании, были «прямо или косвенно за демократический социализм, как я его понимал».

Таблица основных антиутопий XX века



Автор


Название

Проявление идеального общества в произведении

Проявление антиутопии в произведении


Олден Хаксли


«О дивный новый мир»


Все счастливы,все получают то,чего хотят и никто никогда не хочет того,что он хочет получить


Появление инакомыслящих,идущих против системы


Рой Брэдбери


«451° по Фаренгейту»


Создание идеального общества без живой мысли,без любви,без семейного счастья


Главный герой нарушает закон, становится носителем книжной мудрости,уходит с себеподобными в лес

Джордж Оруэлл




«Скотный двор»


Создание равноправного общества среди животных скотного двора,без человека,с помощью тяжелого труда


Хряки заняли привилигированное положение, нарушили законы, которые сами сочинили,а остальные животные работали на них как рабы

Евгений Замятин


«Мы»


Идеальное машинное общество,антипод счастья,все подчинено разуму,номера вместо имен,одинаковая униформа, созданная из нефти еда,индивидуальность утрачена


Существование зеленой стены,за которую выходит Д-503,таит в себе притягательность для тех, кто хочет жить по другому,а за зеленой стеной жизнь свободного человека вне закона, вне режима,вне вне назначения


Андрей Платонов


«Котлован»


Из последних сил люди роют котлован для дома в котором будут жить их дети и внуки. Бригада свято верит в светлое будущее после постройки дома-городка


Непосильная работа, плохие условия жизни обрекают людей на гибель














Известные антиутопии

Евгений Замятин «Мы»

Олдос Хаксли «О дивный новый мир!»

Джордж Оруэлл «1984»

Джордж Оруэлл «Скотный двор»

Герберт Уэллс «Когда спящий проснётся»

Джек Лондон «Железная пята»

Станислав Лем «Возвращение со звёзд», «Футурологический конгресс»

Ян Вайсс «Дом в тысячу этажей»

Энтони Бёрджесс «Заводной апельсин», «Вожделеющее семя»

Рэй Бредбери «451 градус по Фаренгейту»

Айн Рэнд «Атлант расправил плечи»

Андрей Платонов, «Чевенгур», «Котлован»

Братья Стругацкие «Хищные вещи века», «Обитаемый остров»

Владимир Войнович «Москва 2042»

Курт Воннегут «Механическое пианино или Утопия 14»

Фильмы - антиутопии

Метрополис -- режиссёр Фриц Ланг (1927)

Альфавиль -- режиссёр Жан-Люк Годар (1965)

THX 1138 -- режиссер Джордж Лукас (1971)

Бегство Логана -- режиссер Майкл Андерсон (1976)

Бегущий по лезвию -- режиссёр Ридли Скотт (1982)

1984 -- режиссёр Майкл Рэдфорд (1984)

Новые амазонки -- режиссёр Юлиуш Махульский (1984)

Кин-дза-дза! -- режиссёр Данелия, Георгий Николаевич (1986)

Бразилия -- режиссёр Терри Гиллиам (1985)

Письма мёртвого человека -- режиссёр Константин Лопушанский (1986)

Они живут -- режиссёр Джон Карпентер (1988)

Крепость -- режиссёр Стюарт Гордон (1992)

Судья Дредд -- режиссёр Дэнни Кэннон (1995)

Город потерянных детей -- режиссёр Жан-Пьер Жене, Марк Каро (1995)

12 обезьян -- режиссёр Терри Гиллиам (1995)

Гаттака -- режиссёр Эндрю Никкол (1997)

Темный город -- режиссёр Алекс Прояс (1998)

Шоу Трумена -- режиссёр Уир, Питер (1998)

Матрица -- режиссёры Энди и Ларри Вачовски (1999)

Эквилибриум -- режиссёр Курт Виммер (2002)

Особое мнение -- режиссёр Стивен Спилберг по одноимённому рассказу Филипа К. Дика (2002)

Код 46 -- режиссёр Майкл Уинтерботтом (2003)

Окончательный монтаж -- режиссёр Омар Наим(2004)

FAQ: Часто задаваемые вопросы -- режиссёр Карлос Атанес (2004)

The Island -- режиссёр Майкл Бэй (2005)

Эон Флакс -- режиссёр Карин Кусама (2005)

V -- значит вендетта -- режиссёр Джеймс Мактиг (2006)

Дитя человеческое -- режиссёр Альфонсо Куарон (2006)

Безумный Макс, часть 2. Воин дороги -- режиссёр Джордж Миллер (1981)

Безумный Макс, часть 3. Под куполом грома -- режиссёр Джордж Миллер (1985)

Город Эмбер -- режиссёр Гил Кинан (2008)

Обитаемый остров -- режиссёр Фёдор Бондарчук (2009)

Рипо! Генетическая опера - режиссёр Даррен Линн Баусман (2008)

Вывод

В XX веке появились произведения, авторы которых пророчески предупреждали об опасностях, поджидавших социалистическую идею на пути превращения ее в действительность. Идеи социализма, спроецированные в будущее, давали неожиданную и довольно безрадостную картину. Произведения такого плана получили название “антиутопии”, в противовес утопическим произведениям прошлого. В антиутопиях, основанных также на раскрытии разных сторон жизни так называемого “идеального общества”, мир дан глазами его обитателя, рядового гражданина, изнутри, чтобы проследить движение разума и показать чувства человека, претерпевающего на себе законы этого общества. Именно в этом случае увиденное “изнутри” оказывается вовсе не столь совершенным, каким могло показаться пришельцу, человеку постороннему, оно являет рядовым членам общества свою неприглядную изнанку. Таким образом, антиутопия личностна, так как критерием “подлинности”, совершенства идеального мира становится субъективный взгляд одного человека, в то время как утопия довольствуется утверждением безличного “всеобщего счастья”, за которым незаметны слёзы отдельных обитателей утопического государства. Намерения утопистов, мечтающих о всеобщем благоденствии, о решении вековых проблем социальной несправедливости, о совершенствовании действительности, поистине благие, но именно этими намерениями вымощена дорога в земной ад. Столкнувшись с невозможностью в короткие сроки переделать мироздание и удовлетворить все потребности человека, утописты быстро приходят к тому, что легче переделать самого человека: изменить его взгляды на жизнь и на самого себя, ограничить потребности, заставить думать по шаблону, определяющему изначально, что есть добро и что есть зло. Однако, как оказалось, человека легче изуродовать, даже убить, чем переделать, в противном случае это уже не человек, не личность. Именно личность становится камнем преткновения для любых утопистов, стремящихся расправиться со свободной волей индивидуума. Поэтому конфликт личности и тоталитарной системы становится движущей силой любой антиутопии, позволяя опознать её черты в самых различных, на первый взгляд, произведениях. В отличие от утопии, то есть идеального общества, антиутопии проливают свет на эпоху, в которой они появились, отражают ее страхи и надежды, ставят человека перед нравственным выбором.



«Какие ценности из тех, в которые свято верили наши деды, можно было теперь воспринимать всерьез? Патриотизм, религия, империя, семья,святыня брака, продолжение рода, воспитание, честь, дисциплина - теперь каждый в мгновение ока мог поставить все это под сомнение. Но к чему приходишь, отвергнув такие непреложности?» (Джоржд Оруэлл)

Возможные варианты занятий



  1. История проблемы: великие философы об идеальном государстве: Т.Мор, Т.Кампанелла, Прудон;

  2. Антиутопия в литературе: Платонов, Хаксли, Оруэлл, Сорокин «День опричника», Войнович «Москва 2042»;

  3. Мир будущего в кино - «Эквилибриум», «V- значит вендетта», «Заводной апельсин», «Эксперимент2»;

  4. Феномен тоталитаризма на примерах СССР, фашистской Германии, КНДР;

  5. Интегрированный урок-диспут по литературе, истории, обществознанию «Чудовищные уроки 20-го века».

Каталог: wp-content -> uploads -> 2012
2012 -> Психология общения
2012 -> Семинар 09 Домашнее задание: фио
2012 -> Стадии и уровни модернизации
2012 -> Россия как политическая гомоморфоза
2012 -> С 15 июня 2006 года работает всероссийская круглосуточная бесплатная государственная информационная горячая линия по вопросам профилактики и лечения вич/спид. Единый бесплатный номер на всей территории России
2012 -> Принципы рациональной фармакотерапии
2012 -> Межкультурный диалог начинается в детстве
2012 -> Президента республики казахстан лидера нации н. А. Назарбаева народу казахстана


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница