Нетто И. А. Н57 Это футбол. Предисл. Н. Старостина. 2-е изд., доп



страница7/9
Дата02.02.2018
Размер1.95 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9
ГЛАВА 4 АРИКА

1.

1962 год. Новый, VII чемпионат мира по футболу. Ранним летом небольшой южноамериканский городок Арика на берегу Тихого океана стал вдруг одним из самых популярных в мире. На многих языках зазвучало его имя в эфире. Мне думается, со дня своего основания не получала портовая и рыбацкая Арика столько телеграмм, не знала такого накала страстей, ликования, огорчений, как это было за две недели до начала первенства.

Впрочем, в те дни Арика представляла собой лишь один из четырех эпицентров бушующих страстей, возникших на чилийской земле. Сант-Яго, Винья-дель-Мар, Ранкагуа, Арика... Эти города стали ареной напряженных поединков очередного чемпионата мира по футболу.

Нашей сборной предстояло начинать игры в Арике. Мы должны были встретиться в нашей подгруппе с командами Югославии, Колумбии, Уругвая.

Двадцать два советских футболиста, преодолев путь в пятнадцать тысяч километров, прибыли в Арику. В составе нашей сборной мои земляки-москвичи Лев Яшин, Владимир Маслаченко, Эдуард Дубинский, Анатолий Масленкин, Альберт Шестернев, Леонид Островский, Валерий Воронин, Валентин Иванов, Алексей Мамыкин, Галимзял Хусаинов, Николай Маношин, Слава Метревели, Игорь Численко, Геннадий Гусаров. Есть киевляне — Иосиф Сабо, Виктор Серебряников, Виктор Каневский. Спортивная Грузия представлена своими лучшими мастерами футбола Михаилом Месхи, Сергеем Котрикадзе, Гиви Чохели. В центре нападения играет молодой ростовчанин Виктор Понедельник...

Все мы в футболе не новички, народ обстрелянный. Иным, правда, не хватает опыта международных встреч, но зато на их стороне задор молодости, свежесть сил, а этому может позавидовать самый зрелый мастер.

Не скрою, мы рассчитывали на этом мировом чемпионате на серьезный успех. События последнего времени настраивали нас на хороший лад. Футбольный Кубок Европы был советским — это что-нибудь да значило!

Правда, там, в Марселе и в Париже, мы не встречались с представителями южноамериканского футбола. Не играли с командой Бразилии — чемпионом мира.

Но так ли уж невозможно преодолеть «бразильский барьер»?

Мы много провели международных встреч накануне Чилийского чемпионата. Удалось, в частности, взять реванш у шведов на том же стадионе в Стокгольме, на котором мы им проиграли.

Встретились в Москве с командой Уругвая. Мы знали, что нам придется играть с уругвайцами в одной подгруппе в Чили. Естественно, значение разведки в московской встрече было велико.

Матч у уругвайцев выиграли тогда очень легко. Счет — 5:0 убедительно говорил о нашем преимуществе. Нам удалось создать прочный заслон в защите. Нападающие действовали находчиво и решительно.

2.

Наступил день первого матча VII чемпионата мира. Мы играли с командой Югославии. Высока была ее спортивная репутация в Европе.

Опыт предшествовавших встреч подсказывал нам, что игра будет нелегкой. Все, что найдено европейским футболом, было знакомо нашим соперникам: персональная опека, атлетический силовой футбол, коллективная игра, стремительный темп.

Как водится, перед игрой был сделан детальный тренерский разбор предстоящей игры. Наш «триумвират» — Андрей Старостин, Гавриил Качалин, Николай Гуляев — был заметно озабочен. От первой игры зависело многое. Первое испытание, да еще такое трудное, во многом определяло наше дальнейшее продвижение к финальным играм. От того, как мы сыграем первый матч, зависела прежде всего психологическая настроенность нашей команды. Фактор немаловажный.

И вот мы выходим на поле. Впереди, в центре поля, ждет судья встречи Душ (ФРГ) и его помощники.

Сегодня солнечно и ветрено. Хорошо, если б нам досталось первый тайм играть по ветру...

Обо всем этом успеваю подумать прежде, чем начинается обычный ритуал перед игрой. Потом мы, капитаны команд, представляемся судьям, жмем друг другу руки, разыгрываем ворота и право первым начинать с центра.

Первую игру чемпионата мира мы проводим в самом, пожалуй, боевом составе. В воротах Лев Яшин, в защите Эдуард Дубинский, Анатолий Масленкин, Леонид Островский, в полузащите Валерий Воронин и я, в нападении Слава Метревели, Валентин Иванов, Виктор Понедельник, Виктор Каневский, Михаил Месхи.

Судья Душ смотрит на секундомер. Сигнал! Матч начинается.

Все, кто играл в футбол, знают, наверное, что предстартовые волнения, когда при всех усилиях чувствуешь, что ты не в себе, почти полностью снимаются, стоит только коснуться мяча. Здесь уже некогда переживать. Волнение, конечно, остается, но оно обретает другую, реальную, направленность: мячу отдано все, мячу и сопернику, который с тобой рядом, неотлучен и хитер, который обязательно хочет как-то обмануть тебя. Но и это только часть твоих забот. Ты не один и не вдвоем на большом этом поле. Очень многое надо успеть футболисту, на каком бы месте он ни находился, в стремительной смене событий на поле.

Югославы с первых минут игры сделали заранее, наверное, задуманную попытку создать в игре психологический перевес. Помню, как решительно двинулись они вперед чуть ли не всей командой. Очень активно действовал, стремясь к нашим воротам, мой «подопечный» Шекуларец. Он играл слегка оттянутого форварда, и мне приходилось следить за ним в оба, потому что в любой момент он мог из глубины сделать рывок, и делал эти рывки, маневрируя по полю.

Острые моменты сменялись быстро. Вот Миша Месхи внезапно сильно ударил по воротам, и мяч со звоном отлетел от штанги. Тут же югославский защитник Матуш, выйдя далеко вперед, бьет по нашим воротам...

К сожалению, мы сразу почувствовали, что наши соперники решили играть резко. Не знаю, так ли они заранее решили или такая игра пришла к ним в ходе матча, когда борьба шла за каждый сантиметр поля.

Но жесткость следовала за жесткостью. Тут надо быть особенно начеку. Нельзя отвечать грубостью на грубость. Но нельзя позволить, чтобы намеренно резкая игра проходила безнаказанно! Иная горячая голова, если ее вовремя не отрезвить, может и вовсе перейти границы дозволенного, и к тому же кому охота ходить с синяками и ссадинами? Ссадины и синяки заживут, конечно. Но ведь на поле все-таки спорт, игра, соперничество в ловкости и умении владеть мячом, а не состязание в том, кто кого сильнее толкнет или ударит по ноге!

Не помню уж, в какой момент наш Слава Метревелп получает неожиданно увесистый удар в глаз.

А игра все острей. Атаки волнами переходят от одного конца поля к другому. Сильно бьет левый край югославов Скоблар... Гол? Нет, к счастью, — штанга!..

Мы в первом тайме играем против ветра. Это осложняет и без того трудную борьбу: мяч, летя по ветру, получает дополнительную скорость, и полет его обманчив.

Совершенно незаметно подошло время перерыва. Только в раздевалке можно, вспомнив, понять: игра в общем шла ровно, быть может, с некоторым нашим преимуществом. Тренеры говорят, да мы и сами теперь в ,j состоянии понять, — провести в жизнь свой план психологического нажима соперникам не удалось. Но и нам ничего пока не удается. Мы больше владеем мячом, однако создать реальную угрозу воротам наши нападающие не могут: края играют несколько однообразно — проход вдоль линии и передача: центровая тройка слишком увлекается мелкими передачами друг другу. Наши соперники играют по системе, близкой к «дубль-ве», усиливая защиту в опасные моменты с помощью оттянутого назад нападающего. Это не защитный вариант, но преодолеть оборону трудно, если не удается создать перевеса в нападении за счет подключения в атаку еще одного игрока. Этим шестым нападающим в моменты наступательных действий более решительно нужно стать мне, благо Шекуларец предпочитает играть несколько сзади. Задача не из легких — ведь надо успевать следить за действиями «подопечного», не давать ему свободно играть и помогать еще защите...

Задача не из легких, но она знакома. У себя в «Спартаке» я тоже часто играю впереди, и мне пока удавалось успевать помогать нападающим и вовремя оказываться в защите.

Ребята нервничают. Уж слишком напряженная игра. В какой-то степени она напоминает тот бой, когда боксеры одинаково сильные, сойдясь посредине ринга, упрямо не хотят уступить права завязать комбинации, «вяжут» друг другу руки. Не интересно смотреть со стороны на такую возню, не интересно и самим боксерам. Однако они упрямо топчутся на месте, не рискуя изменить ход поединка ловким маневром.

Второй тайм. Я уверен, что в перерыве ребята, несколько поостыв, внутренне собрались. Пришла та хорошая спортивная злость, которая всегда помогает играть решительнее, действовать зорче.

Мы начали наступать — держим мяч на половине поля соперника.

Минут через десять после начала второго тайма Виктор Понедельник бьет штрафной удар метров с тридцати пяти. Кстати, этот штрафной был снова дан за грубость. Мяч, кажется, точно летит в ворота. Гол?..

Нет, штанга. Опять проклятая штанга!..

Но едва я успеваю это подумать, как вижу: вперед резким броском устремляется Валентин Иванов. В какой-то миг думается, что он не успеет... Но — успел! Головой точно посылает мяч, отскочивший от штанги, мимо вратаря Шошкича, в ворота! Свисток судьи? Да! Сомнений нет — гол. Здорово, черт возьми, очень это вовремя. В такой игре — крупная удача!

Однако еще далеко до конца. 1:0 — счет шаткий. Успеваю с удовольствием заметить, что все наши ребята после забитого гола заиграли с еще большей волей и собранностью. По-прежнему шла кропотливая и упрямая борьба. Но мы стали все же играть несколько свободнее и увереннее. Вот удалось прервать очередную атаку югославов и самим перейти в наступление. Длинными пасами стараемся растянуть защиту соперников.

Но постепенно югославские футболисты переводят игру на нашу половину поля. Они все бросаются в атаку, даже защитники. Особенно настойчив в поисках путей к нашим воротам левый защитник Юсуфн. Это классный футболист. В составе символической сборной команды Европы, «формируемой» каждый год журналистами, он называется непременно.

У нас перед воротами возникает большая скученность, играем самоотверженно.

В одну из югославских атак Анатолий Маслонкин боролся за мяч с центральным нападающим сборной Югославии. Нападающий упал. Югославским футболистам показалось, что были нарушены правила и что следует назначить одиннадцатиметровый удар. Душ, судивший вообще неуверенно, с ошибками, на этот раз справедливо не нашел достаточных оснований для столь суровой кары. Темпераментные югославы устроили настоящий диспут с судьей...

Скоро конец. Это я уже знаю не глядя па часы. Может быть, продержаться оставшиеся минуты в защите? Нет, нельзя. Ни в коем случае нельзя при таком минимальном счете. В суматохе, в сутолоке долго ли пропустить ответный мяч?

Минут за десять до конца нас постигает большая неприятность. В результате резкой игры одного из югославских нападающих получает серьезную травму наш защитник Эдуард Дубинский. Его уносят с поля. Мы вынуждены доигрывать матч вдесятером, а югославы все наступают.

В один из таких моментов, когда все они, оголив тылы, находились впереди, я получил длинную передачу мяча от Льва Яшина. Быстро прошел вперед с мячом.

Открыт Валентин Иванов. Не задумываясь, пасую ему. Тот, в свою очередь, правильно оценив обстановку, быстро отдает мяч Понедельнику. Что будет делать Виктор? Пойдет вперед с мячом?..

Так, видимо, думал югославский вратарь Шошкич Он явно не был готов к приему мяча. Психологически не был готов. И это мгновенно понял наш центр нападения. Он быстро ударил по воротам. Мощный, крученый удар!..

Отличная комбинация, блестяще выполненная, и замечательный по технике, по исполнению завершающий удар в нижний угол ворот.

2:0.

Югославы снова вводят мяч в игру с центра.

3.

Так мы преодолели первый барьер. Нелегко он нам достался. Мы ходим навещать нашего товарища, защитника Эдуарда Дубинского, который лежит со сломанной ногой.

Представители югославской команды принесли свои извинения за слишком темпераментные действия футболистов.

На следующий день мы узнали, что резкая игра была вообще весьма распространена в матчах первого дня чемпионата. Узнали, что в Сант-Яго специально собиралось на совещание руководство Международной футбольной ассоциации — ФИФА. Пришлось разбирать в срочном порядке целый ряд протестов, поданных командами. Если не ошибаюсь, — только в один первый день было травмировано на полях больше тридцати футболистов.

Между прочим, я никогда не понимал, зачем надо грубить на поле? Ведь, наверное, всегда потом становится стыдно за себя. Грубость в футболе, как правило, — примета бессилия. Уступает футболист сопернику в технике, в скорости — значит, давай «рубить» его. Подло это, по-моему. И я бы, честное слово, просто гнал из спорта таких мастеров накладок, таких рубак. Сколько вреда они причиняют. Я всегда вспоминаю при этом таких замечательных, абсолютно корректных футболистов, как Григорий Федотов или Всеволод Бобров. Трудно приходилось некоторым игрокам с этими первоклассными мастерами, и они начинали грубить.

Разумная, в рамках правил, резкость в футболе — допустима. Но ничего общего не имеет эта мужественная и честная борьба за мяч с ударами по ногам, подножками и накладками. Красив, бесконечно красив атлетический, стремительный и тонкий футбол. Преступление — портить его.

Прошло два дня, и мы снова выходим на поле.

Наш новый соперник — команда Колумбии. Надо сказать, что перед игрой мы все, и тренеры и футболисты, недостаточно серьезно оценили возможности колумбийской сборной. Не знаю почему, но существовало такое мнение, будто колумбийские футболисты заведомо слабее других, что и в число шестнадцати они попали едва ли не случайно.

На обычном совете перед игрой наши тренеры поставили совершенно определенную задачу — выиграть у сборной Колумбии с возможно большим счетом.

Вам это по плечу, — говорили тренеры, — а сами понимаете, как нам нужно сейчас хорошее соотношение забитых и пропущенных мячей.



Короче говоря, предлагалось разгромить соперников. И нам, футболистам, такая задача не казалась невозможной. В самом деле, югославы будут покрепче, а ведь выиграли мы с сухим счетом!

Изменений в тактике предложено не было. Нам предстояло, как и в матче с Югославией, играть по тактической схеме «1—4—1—5». В полной мере функции полузащитника поручалось выполнять мне, причем снова больше играть впереди. Воронин должен был оттягиваться назад, участвуя преимущественно в защите.

Тактической задаче — добиться большего перевеса в нападении — соответствовала и тактическая схема,

На поле мы вышли в несколько измененном составе. Не играли ни Дубинский, ни Метревели. Их заменили Игорь Численно и Гиви Чохели.

Поначалу все складывалось для нас наилучшим образом. Помню, мы сразу взяли высокий темп, принялись атаковать колумбийцев, не давая им возможности собраться. Уже к пятнадцатой минуте первого тайма счет стал 3:0 в нашу пользу! Было заметно, как растерян, как мечется в воротах колумбийский вратарь Санчос, как колумбийские защитники, озадаченные непрекращающимися быстрыми проходами с края и в центре, тщетно пытаются наладить связь, вовремя подстраховать ДРУГ друга.

Мы вшестером играем впереди, а часто и вообще чуть ли не все полевые игроки переходят центровую линию и держат мяч на половине поля соперников.

Нажим был действительно мощным. И голы, что называется, назревали один за другим. Колумбийцы, проигрывая нам в скорости, делали попытки подолгу держать мяч. Они часто теряли мяч, и мы, отобрав его, стремились мгновенными пасами снова ворваться на штрафную площадку.

Сначала Валентин Иванов, потом Игорь Численко, затем снова Иванов провели по мячу в ворота Санчоса.

Приятно было играть, хорошо. Все удавалось ребятам. Играли мы уверенно и легко. Атаковать ведь всегда значительно приятнее, чем защищаться, тем более что соперники в растерянности, а значит, атаки остры и опасны.

Итак, игра, по существу, только началась, а перевес в забитых мячах уже велик. Как говорят в таких случаях футболисты — игра сделана. Можно ли было подумать, что колумбийцам, ничего особенного не показывающим на поле, кроме индивидуальной техники, удастся отыграть три гола?

А ведь мы и не собирались складывать оружие. Атака всех захватила. Играть, конечно, мы стали спокойнее, темп несколько упал. Однако игровое преимущество наше продолжало оставаться бесспорным. Возможность новых голов была совершенно реальной в такой обстановке.

И нас не смутил ответный гол, забитый Льву Яшину. Почему не смутил? Это произошло так: в конце первого тайма правый крайний колумбийцев Герман Асерос рванулся в центр. Наш защитник не уследил за ним, а может быть, не посчитал этот маневр сколько-нибудь опасным. Асерос получил передачу мяча слева и несильным ударом без промедления послал мяч в верхний угол ворот, в «девятку». Не ударил, а ткнул с близкого расстояния.

Гол показался случайным, не логичным, не вытекающим из обстановки на поле. Что ж, бывает и такое. Досадно, разумеется, по, честное слово, это ни о чем еще не говорит...

В перерыве тренеры старались «отрезвить» нас. Говорилось то, что обычно говорится в случаях, когда налицо решающее игровое преимущество:

Будьте осторожны, — напоминал Гавриил Качалин, — всякое может случиться... Они могут нажать, терять им нечего.



Но мне кажется, он и сам не очень верил в возможность резкой перемены в обстановке матча. Откровенно говоря, не верили и мы. Откуда вдруг у колумбийцев, играющих в явно замедленной манере, с многочисленными и часто ненужными финтами, может появиться напор? Чудес, думалось, не бывает...

И вот начался второй тайм. Долго я буду его помнить. Это был урок, который стоил многого.

Тайм мы начали снова атакой. И скоро Виктор Понедельник с хорошей подачи Валентина Иванова забивает четвертый гол.

4:1!..

И снова мы играем в спокойном темпе, уверенно раскатываем мяч по всему полю, создаем опасные положения у колумбийских ворот.

Немного времени оставалось до конца игры, когда сборная Колумбии получила право на подачу углового удара. Как полагается, мы разобрали игроков соперника на штрафной площадке. Я стоял в нескольких метрах от штанги, прикрывая возможный рывок к воротам своего подопечного Калле. За мной, у штанги, расположился Гиви Чохели, за ним — в воротах Лев Яшин.

Мяч подан. Он идет низом, слегка закрученный. Я был совершенно уверен, что он, не дойдя до ворот, уйдет на свободный. Я пропустил мяч, потому что если бы и захотел отбить его, то мог сделать это, только послав мяч снова на угловой.

И тут случилось нечто невероятное. Стоящий за мной Гиви Чохели мог и должен был спокойно отыграть мяч, послать его далеко в поле. Но в этот момент Лев Яшин крикнул: «Играй!» Гиви послышалось, будто Яшин крикнул: «Играю!» Он пропустил мяч под ногой, и тот спокойно, на глазах у пораженного Левы, завернул потихоньку... в ворота!

Самая досадная «пенка», какую только можно себе представить.

Но проигран ли матч? Конечно, нет! Просто смешно об этом думать, имея два гола в запасе за несколько минут до конца встречи!..

Мы начинаем с центра. Однако игра уже не клеится. Ребята устали. Все-таки трудный матч с югославами отнял много сил.

Колумбийцы все чаще подходят к нашей штрафной площадке, все чаще возникают опасные моменты — наша защита тоже выглядит утомленной, делает ошибки.

Одну из таких ошибок хорошо используют соперники. Неожиданный удар по воротам — и еще гол!

Мы снова начинаем с центра. И снова, перехватив мяч, бросаются в атаку колумбийцы. Они теснят нас, они все в нападении.

Невообразимая сутолока возникает чуть ли не поминутно на нашей штрафной площадке... Мы отбиваемся, суетимся. Кажется, сейчас только одна и есть на свете задача — вытолкнуть как-нибудь мяч из штрафной площадки!

Что надо было сделать? Решение напрашивалось само собой. Наши нападающие, видя такую ситуацию, должны были немедленно прийти на помощь защите, отобрать мяч, отвести его от нашей штрафной и разыгрывать между собой, пока не успокоилась бы игра, пока не пришли бы в себя наши защитники.

Но нападающие оставались впереди. Теперь я понимаю почему. Только спокойно разобравшись в том, что произошло, задним числом можно определить природу ошибки. Дело в том, мне кажется, что игроки центровой тройки, нападающие Валентин Иванов, Виктор Понедельник, Виктор Каневский, так же как и Алексей Мамыкин, психологически не были подготовлены к оборонным действиям. Во-первых, они у себя в командах всегда играли только впереди; во-вторых, в этой игре над ними все еще довлела тактическая задача нападать и нападать, и они, не приспособленные вообще к защитным действиям, не смогли перестроить свою игру так, как требовала создавшаяся неожиданно обстановка.

Матч с колумбийцами мы не проиграли. Счет стал ничейным — 4:4, но мог быть — это я твердо знаю — и худшим для нас.

4.

Мне думается, что именно игра с Колумбией была началом нашей неудачи в Арике.

Был причинен серьезный ущерб нашей репутации. Стало ясно, что в нашей команде далеко не все благополучно, что у нас можно выиграть, и ключ к этому подобрали колумбийцы, забив за пятнадцать минут три мяча в наши ворота.

Тренер сборной Колумбии Педернера стал героем дня. От него не отходили корреспонденты. Он охотно делился идеями о том, как надо играть с нами. По его мнению, наша команда напоминает в игре машину, наигранную в определенном плане. Он говорил, что дал своим футболистам задание постоянно контролировать мяч, играть в пас, стараться расстраивать наши наиболее отработанные комбинации.

Можно бы, конечно, поспорить с Педернерой, напомнить ему о трех голах, влетевших на первых минутах « колумбийские ворота, на что, вероятно, не рассчитывал тренер. Но во многом он был прав. Наша игра с Колумбией, особенно в атаках, была действительно недостаточно творческой и гибкой. Комбинации — весьма ограниченны. Хорошо, когда у команды есть в репертуаре несколько остроумных, четко отработанных комбинаций. Но плохо, когда они повторяются, — к ним привыкают соперники, заранее знают, что сейчас должно последовать. Пожалуй, действительно, прав Педернера: в первые минуты колумбийская защита была подавлена стремительностью форвардов и, не зная, что они будут делать, растерялась. Потом, видя, что комбинационные действия в общем-то шаблонны, колумбийцы стали играть увереннее.

Когда же обнаружились серьезные недостатки в слаженности игры пашей защитной линии, колумбийцы сумели хорошо использовать свое главное оружие — высокую индивидуальную технику владения мячом. Азарт, реальная возможность отыграться придали колумбийцам энергию...

Как же отнеслись мы к этой непонятной и досадной ничьей? Мы были огорчены и в первые часы подавлены. Были споры и взаимные упреки. Тогда казалось несомненным, что ошибки отдельных игроков привели нас к неожиданному результату. Нападающие, забив четыре гола, считали, что поработали как надо, и склонны были во всем, что случилось, винить защиту, не сумевшую удержать счет.

Защите ответить было нечего. Факт остается фактом. Нервничал Яшин. Первоклассный мастер, столько раз за свою спортивную жизнь выручавший команды, он тяжело переживал эти четыре гола. Требовательный к себе до беспощадности, он, я знаю, мысленно по многу раз пересматривал свои действия в этом драматическом матче, стараясь определить причины своих ошибок. Внешне Лев был, как всегда, спокоен. Однако, глядя на него, на то, как он сидит глубоко задумавшись, ничего вокруг не замечая, можно было легко понять — человек «не в своей тарелке». Мужественный и волевой, не знающий в игре, что такое нерешительность, он, конечно, первый судил себя без всякого снисхождения.

Нет, Игорь, я мог бы сыграть совсем не так в тот момент, когда выходил этот правый крайний...



Спасибо нашим тренерам. Они сумели деловым разговором, будто ничего особенного и не случилось, рассеять атмосферу уныния. Это не значит, разумеется, что вся наша игра не была подвергнута самой тщательной критике, что не попало каждому из нас в отдельности и всем вместе за беспечность, за неуважение к возможностям соперников, за нарушения элементарного правила — быть до последней минуты предельно бдительным. Нам здорово попало. И по заслугам. Но самый топ был деловым и спокойным. И невольно подумалось: а что, собственно, произошло непоправимого? Как будто ничего. После двух туров мы возглавили турнирную таблицу в группе команд в Арике. А у многих ли других команд, участниц чемпионата мира, положение лучше?..

У нас стало три очка и соотношение мячей плюсовое — 6:4. На очко отставали от нас перед последним, решающим туром команды Югославии и Уругвая, при худшем соотношении мячей. На последнем, четвертом месте оставалась Колумбия с единственным очком, отвоеванным у нас.

Как в других городах?

Только футболисты Чили и Венгрии уже после двух туров получили безоговорочное право выхода в четвертьфинальные игры. Они не потеряли ни одного очка. И даже Бразилия, эта наиболее вероятная победительница чемпионата, сыграв вничью с Чехословакией, набрала три очка в Винья-дель-Мара.

Казалось, не так уж все плохо. И вместе с тем вставала совершенно реальная угроза для нас — остаться за бортом, не дойдя до четвертьфинала. Вот что сделал матч с Колумбией! У нас впереди оставалась игра с Уругваем в нашей подгруппе. Если мы победим или хотя бы сыграем вничью — выход в четвертьфинал обеспечен.

А если проиграем?..

Тогда нас обойдут и уругвайцы и югославы, и мы с нашими тремя очками останемся аутсайдерами.

Уругвайские тренеры устроили специальное совещание со своими форвардами, на котором детально разрабатывался план, как расшатать нашу защиту, как повторить, только не в конце, а в начале матча, «колумбийский вариант»... Нам говорили, что из Сант-Яго, из Винья-дель-Мара, из Ранкагуа один за другим приезжают «разведчики» и спортивные журналисты специально для того, чтобы внимательно приглядеться к нашим действиям в матче с Уругваем...

5.

Третий матч в Арике. Последняя встреча в подгруппе.

Мы выходим на жестковатое, уже знакомое поле в боевом настроении. Странная ничья с Колумбией имела, мне теперь кажется, и свои хорошие стороны. Она разозлила нас и заставила лучше собраться перед матчем с Уругваем. Последние, торопливые наставления тренеров: «Осторожно, внимательно, хладнокровно. Полная взаимостраховка...»

Снова играем в несколько измененном составе. Защита и полузащита та же, в нападении — Игорь Численко, Валентин Иванов, Виктор Понедельник, Алексей Дамыкин, Галимзян Хусаинов.

Матч начинается нашей атакой. Атака опасна. Быстро проходит по краю Хусаинов, уверенно и как-то даже небрежно обыгрывает защитника. Подача!.. Прыгает вперед Понедельник, головой посылает мяч в ворота...

Мяч проходит чуть выше штанги. Стадион ахает.

Игра осторожна. И мы и уругвайцы понимаем, что здесь каждая ошибка может оказаться непоправимой. И мы, и они стараемся давать пасы как можно точнее.

Не хотим сразу резких обострений. И вдруг возникает острейшая ситуация у наших ворот. Неудачно отбивает мяч Яшин. Мяч готов подобрать нападающий уругвайцев. Что же это, неминуемый гол?..

Нет, к счастью, форвард поскользнулся, не успел дотянуться до мяча.

Игра идет ровно. И вдруг опять опасность! Вперед резко вырывается Кубилла. Вот он уже один на один с Яшиным. Кажется, ничто не может ему помешать сделать удар. Но каким-то непостижимым образом Островский догоняет Кубиллу и в последний момент забирает у него мяч...

Однако, если так будет продолжаться, дело может кончиться плохо. Ни к чему хорошему не приведут эти стремительные кинжальные выходы к нашим воротам.

Надо как можно скорее перехватить инициативу, перевести игру па половину поля уругвайцев, там играть, не отступая, не позволяя им строить атаки.

От полузащитника здесь многое зависит. Плохо, однако, что в полузащите, в связующем, важном звене ' играть по-прежнему приходится, по существу, одному мне. Но надо, надо давить, наступать. Перехватываю передачу, адресованную Сасна, иду немного вперед, к центру, и быстро посылаю мяч рванувшемуся вперед Хусаинову. Тот делает финты с тем, чтобы оттянуть на себя защитника. Он поступает правильно. Нам сейчас очень важно растянуть защиту уругвайцев. Хусаинов посылает мяч в центр. Понедельник, перехватив пас отправляет, в свою очередь, мяч на правый край, отправляет длинной сильной передачей. Очень хорошо, правильно.

Вот так нам и нужно сейчас атаковать — широким фронтом, с быстрыми перемещениями...

Некоторое время нам удается это делать. Игра становится красивой, широкой, стремительной. Но, к сожалению, технический брак при обработке мешает нам. Уругвайцы часто отбирают мяч, перехватывают неточные передачи. Они тут же сами переходят в наступление. И так перекатываются атаки от ворот до ворот.

Вот Игорь Численко овладевает мячом. Ему удается быстрый проход по краю, у самой липни. Он посылает мяч в штрафную площадку. Защитник уругвайцев готов отбить мяч в поле. И тут Алексей Мамыкин на мгновение опережает защитника. Он буквально из-под ноги защитника сильнейшим ударом посылает мяч в ворота!

Вратарь Coca бессилен что-нибудь сделать. Вот он, момент внезапности, использованный решительно и смело нападающим. Побольше бы такой решительности, зоркости и смелости нашим форвардам!

После отдыха атакуем мы. Разыгрался Хусаинов. Маленький, быстрый и настойчивый, он терзает на своем краю защитника. Наконец еще раз, обыграв его, сильно и прицельно бьет по воротам. Coca с великим трудом берет мяч!

Снова вспыхивает на поле грубость. Уругвайцы волнуются, спешат. Все-таки гол пропущен. Есть еще время отыграться, но ведь им нужна не просто ничья, им обязательно надо выиграть. А игра складывается совсем не так, как им бы хотелось. Пресловутый «уругвайский ураган», о котором писали газета, никак не может возникнуть. Я радуюсь, наблюдая за тем, как точно, как собранно действует каждый из нас. Нет свободы для действий па поле форвардов Уругвая.

Вскоре после начала второго тайма случается самая явная судейская ошибка. Лев Яшин, готовясь выбить свободный удар, разыгрывает мяч с Анатолием Масленкиным. Центр уругвайцев Кортес бросается вперед. Все ясно: он хочет помешать нашему вратарю.

Но что там происходит? Этот Кортес откровенно пытается ударить Яшина коленом. Это же самая настоящая грубость! Конечно, сейчас последует свисток судьи и Кортес будет наказан...

Яшин возмущен. Он пытается отмахнуться от слишком азартного игрока.

Судья не видел начала эпизода. Видел только его продолжение.

Свисток действительно последовал. Но, к общему нашему возмущению, судья решает наказать... Льва Яшина! За что?..

Напрасны попытки доказать очевидное. Судья назначает свободный удар в сторону наших: ворот. Это в пределах штрафной площадки. Очень опасно, близко... Скорее — стенку, скорее разобрать игроков, всех, и тех, кто спешит из защиты на помощь нападению.

Штрафной бьет Кабрера. Бьет дважды, потому что судье показалось, будто стенка встала слишком близко к мячу. После второго удара мяч от «стенки» отскакивает к Сасиа. Тот быстро бьет в ближний угол. Попадает в кого-то из защитников. Мяч меняет направление... Гол!

Теперь уругвайцы отдают все. Они спешат, все иду? в наступление. Наверное, в эти минуты им помнится спортивная трагедия, разыгравшаяся в последние минуты нашей встречи с Колумбией. Конечно, они рассчитывают, что история может повториться, что вот сейчас дрогнут, смешаются наши защитники. Здесь должен, как им представляется, сработать психологический фактор. Была же в подобной ситуации потеряна уверенность в себе, почему бы не произойти этому снова?

Они просчитываются. Они, во-первых, забывают, что в матче с Колумбией у нас были все время в запасе забитые голы, и это обстоятельство наложило невольно отпечаток беспечности; во-вторых, дважды редко повторяются в спорте одни и те же ошибки. Финал встречи с колумбийцами нас тоже чему-то научил!..

Мы действуем спокойно. Внешне во всяком случае. Никакой паники.

Мы создаем ответный и долгий нажим. Едва ли этого ожидали наши темпераментные соперники. Помню, в один из моментов нашей ответной атаки правый крайний Игорь Численко сильнейшим ударом направил мяч к воротам. Удар был настолько сильным, что сетка взметнулась, и мяч оказался в воротах. Гол?.. Так решил судья. Он показал на центр. Конечно, можно было бы промолчать, тем более, что этот гол решал исход встречи. Мало оставалось времени. Загорелся страстный спор. Уругвайцы буквально осадили судью, доказывая, что мяч прошел сквозь боковую сетку, что никакого гола не было...

Здесь мне хочется сделать короткое отступление. Сохранилась у меня одна фотография. На стадионе «Динамо» с пустыми трибунами стоит на поле команда мальчишек-спартаковцев. Им сейчас играть. Не помню уж с кем. На месте капитана во главе цепочки юнцов стою я. В первый раз я стал тогда капитаном футбольной команды,

С тех пор много лет мне приходилось состоять в этой «должности»: в «Спартаке», потом в сборной команде страны. Конечно, почетно это доверие спортивного коллектива. Это вроде как старшина в роте.

Не «начальство», а старший товарищ. Я всегда так донимал свое капитанство.

Оно накладывает на спортсмена немалые моральные обязанности. Не может капитан не быть самым дисциплинированным. Он пример во всем для молодых товарищей, идущих в команду, с ним, с его мнением в первую очередь считаются тренеры. С ним ведут переговоры судьи на поле во всех случаях, когда речь заходит о команде, о том или ином остром положении, возникшем в ходе матча, о проступке того или иного футболиста.

Не могу не пожалеть, что бывает и так: в запале спортивной борьбы иной «старшина», иной капитан, забывает о своем положении, теряет объективность, чувство справедливости, дисциплинированность.

Это недопустимо. Даже при судейских ошибках, которые, кстати, случаются крайне редко, капитан должен уважать звание и решения спортивного судьи. Что будет происходить на поле, как может испортиться любой, самый интересный и напряженный спортивный поединок, если капитан не сможет своим примером, безукоризненной корректностью поведения остановить слишком горячие головы?

...Но вернемся к матчу с Уругваем.

Я видел хорошо, что уругвайцы правы. Подошел на всякий случай к Игорю Численко, спросил: «Был гол?» — «Нет». Мы не привыкли к нечестной игре. Пусть бы и пришлось нам трудно, очень трудно в оставшиеся минуты, но получать победу за счет судейской ошибки?..

Я подошел к судье и словами и жестами сумел убедить его, что наши соперники правы и что этот мяч, действительно, засчитывать нельзя.

Напряженно прошли последние минуты встречи. Было похоже, что матч так и закончится со счетом 1:1 Мы не давали нашим соперникам возможности создавать опасные моменты, прерывая их наступление далеко от нашей штрафной площадки. В свою очередь и уругвайцы старательно стерегли наших нападающих.

Но за одну минуту до конца игры Игорь Численко получив мяч, неожиданно передал его, чуть ли не через все поле, Хусаинову, переместившемуся вовремя с края ближе к штрафной. В одно касание наш левый край отбросил мяч метнувшемуся вперед Понедельнику. Последовал сильнейший низкий удар. Coca успел только отбить мяч. Иванов, что называется, подобрал этот неожиданный подарок, и — матч с Уругваем был выигран.

6.

Знаете, что, пожалуй, самое трудное в таком напряженном и тяжелом турнире, как футбольный мировой чемпионат?

Часы ожидания.

Остались позади упорные игры в подгруппе. Их было только три, а показалось, что играем мы уже давно на этом арикском стадионе, что уже давно живем в этой длинной двухэтажной гостинице.

Прошел слух, что уже прилетели наши соперники, сборная команда Чили. По всему городку передавалось из уст в уста заявление чилийского тренера Фернандо Риера.

Риера был настроен оптимистично. Он знает нашу команду, видел ее игру, когда побывал в Москве, год назад. Тогда мы встречались со сборной Норвегии. Видел нас и во время нашей поездки по Южной Америке поздней осенью прошлого, 1961 года.

Мы твердо надеемся на успех, — так будто бы заявил представителям прессы Фернандо Риера.



В полном ли порядке была наша команда перед встречей в Чили?

Я вспоминаю, что все-таки немного устал, перенервничал Лев Яшин. Известно, что место вратаря в команде самое, пожалуй, тревожное. С большим нервным напряжением играет даже наиболее опытный и хладнокровный вратарь. Такое нервное напряжение через два дня на третий испытывал в Арике Яшин. Оно требовало разрядки. Вероятно, такую разрядку он мог бы получить. Все встречи в Арике просидел на трибунах наш второй вратарь, молодой Сергей Котрикадзе. Может быть, ему нельзя было доверить защиту ворот в таких трудных и напряженных встречах? Это отпадает. Сергей — действительно первоклассный вратарь. Тренеры могли и должны были поставить его на игру, сменить Льва Яшина.

Пожалуй, можно было пожелать лучшей спортивной формы и для нашей защиты накануне встречи с Чили. Я уже упомянул, что при формировании команды для участия в мировом чемпионате были допущены, на мой взгляд, некоторые странности. По существу, в самый острый момент борьбы за дальнейшее участие в турнире мы были лишены возможности заменить кого-либо из защитников. А, наверное, это было нужно. Прилив свежей энергии в уставшую команду всегда необходим. Помните нашу встречу с Колумбией после матча с югославскими футболистами? Наверное, она далась бы нам легче, если б в защите сыграли футболисты резерва.

Однако все эти соображения появились у меня, что называется, задним числом. Мы довольно уверенно подошли к четвертьфинальной игре. Потерять лишь одно очко из шести возможных — для такого трудного соревнования это совсем неплохо.

Традиционная установка на игру мало чем отличалась от предыдущей. В общих положениях план был представлен правильный, на мой взгляд, вытекающий из характерных особенностей манеры игры чилийцев.

На сей раз, в отличие от задачи в матче с колумбийцами, нам не было предложено «разгромить» соперников. Ограничить свободу их игровых действий, стараться лишить их возможности использовать главное оружие — технику владения мячом — это было нужно. Стремиться опережать соперников во всех действиях, развивая атакующие действия в основном по краям, быстрыми проходами, — как видите, больших «откровений» не было. Но ошибаются те, кто думает, что тренеры обязаны поминутно предусмотреть ход действий на поле. Это возможно только в настольном футболе, а настоящий, на поле, — дело настолько живое и творческое, что плох будет тот тренер, который попытается расписать заранее всю игру. Во-первых, это будет просто пустая фантазия; во-вторых, это значило бы отвести самим футболистам-мастерам роль пешек, на которую они, конечно, не согласятся...

Между прочим, в нашем футболе есть-таки любители «разжевывать» перед началом встречи предстоящий поединок так, что, кажется, тебе только и остается действовать, как заводная машинка, ни о чем не думая. Беда здесь в том, что некоторые малоопытные футболисты бывают настолько «послушными» в игре, что не заботятся больше ни о чем, лишь бы выполнить строго все, что предписал тренер. Я не стал бы делать отступления в моем рассказе о матче с Чили, если б это явление не превратилось, в конце концов, в опасность для нашего футбола. Постепенно, понемногу, накапливаясь годами, излишне «послушная манера» поведения на поле стала мешать футболистам творчески действовать на поле, играть свободно, находить верные решения самостоятельно. Характерно, что слово «работа» заменило понятие «игра». Футболист-исполнитель стал теснить футболиста-игрока.

В частности, есть такой термин — плотное держание подопечного. Для тех, кто не очень знаком с футболом, объясню: это значит стремиться обезопасить игрока, против которого играешь в ходе матча. Допустим, мне, левому полузащитнику, надо стараться лишить свободы действий правого полусреднего нападения противника.

Для иных футболистов термин «плотно держать соперника» стал основным законом поведения на поле. Они заботятся только об этом и не рискуют переступить эту, строго очерченную обязанность: «А вдруг мой подопечный забьет гол?.. Нет, уж лучше я весь матч проведу с ним нога в ногу...»

Разумеется, постоянное внимание полузащитника к действиям «доверенного» ему нападающего соперника необходима. Но ограничивать свою игру па поле обязанностями сторожа — значит не понимать ничего в футболе и только мешать команде. Решительное и своевременное вмешательство в игру своего «подопечного» нужно только в те отдельные моменты матча, когда этот «подопечный» получает мяч и готовится к участию в развитии атаки. Во все же остальное время надо самому играть на поле, стараясь принести как можно больше пользы команде. Не быть привязанным к одной задаче, а стараться творить на поле — вот в чем, по-моему, смысл игры каждого футболиста, на каком месте он бы ни находился.

Когда перед игрой с Чили мы получили от наших тренеров задание — плотно держать игроков соперника, — это вовсе не значило, что следовало становиться только сторожами в матче. Тебе самому предоставлялась полная свобода выбора своих действий в зависимости от обстановки, которая возникает в тот или иной момент в ходе встречи. Вряд ли стоит говорить, что футболисты сборной команды именно так и понимали советы тренеров.

...Матч сложился неудачно для нас. Правда, вначале нам удавалось довольно остро атаковать. Миша Месхи, получив, как он того и хотел, подачу через голову защитника, смело и стремительно прошел по краю. Защитник, видя, что ему за Мосхи не успеть, грубо оттолкнул нашего крайнего нападающего руками. Был пробит штрафной. Виктор Понедельник с высоком прыжке достал мяч головой, но но попал мячом в ворота.

Какое-то время игра шла ровно. Ни чилийцам, пи нам не удавалось добиться заметного преимущества.

И тут чилийцы внезапно забили гол. Я говорю внезапно, потому что до сих пор не могу понять, как мог мяч попасть в ворота с того места, с которого он был пробит!

В одну из атак чилийцев по левому краю Вороний сыграл излишне резко. Судья справедливо назначил штрафной удар. Как водится, паши игроки устроили «стенку». Но место, откуда должен был быть произведен удар, исключало, казалось, всякую возможность непосредственного взятия ворот. Во-первых, мяч был далек от ворот, во-вторых, угол, при котором производился удар, был слишком острым.

Так рассчитал и Лев Яшин. И, пожалуй, ни у кого из нас не было сомнений в том, что сейчас со штрафного последует передача в центр. Мы «разобрали» игроков, готовясь ликвидировать нажим.

Штрафной бил левый крайний чилийцев Леонель Санчес. И случилось, повторяю, маловероятное! Мяч, какой-то дугой пролетев над головами футболистов, стоящих в «стенке», влетел в правый угол наших ворот, колыхнув сетку...

0:1. Мы проигрываем. Сразу же оказываемся в положении отыгрывающихся.

Мы стараемся перевести игру па половину поля противников. Теперь только вперед и вперед. Стремимся непрерывно атаковать. Редкими контратаками отвечают чилийцы. Нанте территориальное преимущество очевидно. Но много ли опасных моментов у ворот сборной Чили? Нам никак не удается найти тропки к воротам в этой крепкой обороне, когда у штрафной площадки действует большинство футболистов-чилийцев.

Примерно в середине первого тайма приходит как будто бы радость и облегчение. Михаил Месхи, быстро подобрав мяч, делает мгновенную, с одного касания, передачу Игорю Численко, переместившемуся в центр, и тот столь же быстро посылает мяч в сетку!

1:1.

Мы ободрились, а наши соперники заметно огорчены, даже, кажется, немного упали духом.

Теперь только не дать им прийти в себя. Надо атаковать. Надо снова сделать попытку растянуть защиту стремительными проходами наших крайних нападающих. И кажется — это нам должно удаться. Вот снова Миша Месхи что-то затевает со своим опекуном, и тот уже в некоторой растерянности... Вперед, ребята, вперед!..

И вдруг, как гром среди ясного неба, — гол... Да, но гол не в чужие, а в наши ворота.

Произошло это так, Валентин Иванов, получив мяч, остановился па какое-то мгновение. Он хотел взглянуть на поле, оценить обстановку, дать пас в направлении, наиболее выгодном для развития очередной нашей атаки. Одно мгновение! А чего оно нам стоило!

Иванов остановился, и в этот момент левый крайний чилийцев быстро, как у нас говорят, «украл» мяч у нашего форварда. Отобрал мяч и двинулся вперед.

Сама по себе ситуация по такая уж тревожная. Метров тридцать пять еще до наших ворот. Конечно, нападающий попытается выбрать момент для паса, передать мяч тому, кто сумеет освободиться от опеки, оказаться в наиболее выгодном положении.

Подключается в помощь партнеру полузащитник Рохас. Сильный, точно пробитый издали мяч врезается в сетку ворот. Яшин, закрытый игроками, не успевает заметить начала удара и запаздывает с броском.

Не стану подробно рассказывать о втором тайме. Известно, что он не принес нам удачи. Мы атаковали почти все сорок пять минут. Но чилийцы, как им и следовало сделать в такой ситуации, создали мощнейший заслон у ворот.

Наше нападение продолжало играть, как обычно, комбинационно. Но снова комбинации были похожи друг на друга, как близнецы, и без особого труда разгадывались соперниками.

Мы наступали почти всей командой, и долгое время во втором тайме игра шла, по существу, в одни ворота.

Но эти ворота были на крепком замке. Что делать? Мы не сумели взломать этот, в общем-то нехитрый, замок сплошной, массированной обороны, когда на штрафной защищается вся команда и мячу буквально некуда попасть, разве только в тело игроков.

И наступило волнение, и с ним — суетливость.

Тяжело и обидно было нам уходить с поля стадиона в Арике без надежды на дальнейшую борьбу в чилийском чемпионате. Тяжело и обидно было думать, что четыре года, прошедшие со времени матчей в Стокгольме на Кубок Нике, в сущности, ничего не изменили. Вот мы по-прежнему, как и тогда, уходим с поля, не перешагнув и четвертьфинальной черты, первого барьера на пути к большой победе.

7.

Спустя несколько дней мы сидели на трибунах стадиона в Сант-Яго. Здесь в полуфинальном матче встречались наши недавние соперники — сборная команда Чили с футболистами Бразилии.

Бразильцы выиграли перед этим матч у сборной Англии. Рассказывали, что чемпионам мира пришлось много времени играть в этой встрече вдесятером. Рано выбыл из игры получивший повреждение Амарилдо. Три четверти матча он простоял, не принимая участия в ее событиях, на левом краю.

И все-таки бразильцы выиграли. Говорили нам, что особенно хорошо играл в матче с англичанами крайний нападающий Бразилии Гарринча. Он сам забил два гола и с его подачи Вава забил гол. И дело даже не в голах а в том, что Гарринча был душой нападения, действовал на редкость искусно.

Не скрою, мне захотелось внимательно приглядеться к тому, как будет играть знаменитый форвард.

Команды вышли на поле. Я быстро нашел глазами коренастую, невысокую фигуру правого крайней команды — чемпиона мира. Пожалуй, внешне он немного напоминает нашего Ивана Мозера. Что ж, посмотрим еще раз, в чем же его великолепное мастерство, о котором не устают писать газеты. Посмотрим вообще, что же представляет собой сегодня команда, возглавляющая современный мировой футбол и претендующая снова на высокий чемпионский титул?

Скажу сразу: команда была уже не та, что четыре года назад. Я очень внимательно следил за игрой бразильцев, и мне казалось, что вижу неважную копию коллектива, сумевшего в Стокгольмском турнире победить всех. В чем тут дело? Большой тайны нет. Просто команда постарела. Постарела на четыре года. Осталась и еще более стала отточенной техника, но «возраст» поубавил свежести, той свежести, которая позволяет играть на поле легко и вольно.

Прибавился опыт. Именно он помогал теперь бразильцам. Они играли не торопясь, зорко, все зная заранее. Они не стеснялись, когда этого требовала обстановка, прибегать к не очень спортивным приемам, чтобы прервать борьбу: откатывали мяч своему вратарю чуть ли не с центра поля, откровенно били в аут...

У меня было такое впечатление, что чилийцы в этом матче играли активнее, свежее, напористее. Бесспорно, они больше владели мячом, больше действовали на чужой половине поля.

Но — факт остается фактом! Бразильцы и на этот раз победили.

Почему они выиграли?

Просто потому, что снова оказались ближе всех к футбольной истине нашего времени.

Тактическая схема, примененная бразильцами в Стокгольме, «1—4—2—4» была теоретически признана наиболее рациональной и передовой. Забота о защите своих ворот в моменты опасности — условие важнейшее, и оно при такой схеме выполнялось успешно. Столь же успешно и опасно команда переходила к наступательным действиям, имея возможность создать атаку, хорошо поддержанную из глубины обороны.

Но в игре с чилийцами бразильцы играли уже по другой тактической схеме. Видимо, их защита, немного постарев, потеряла прежнюю скорость и уже не могла уверенно действовать так, как в Стокгольмском турнире. Теперь бразильская команда играла по схеме «1—4—3—3». Как видите, в нападении оставалось только три футболиста. Два нападающих слегка оттягивались назад, помогая своим полузащитникам и защитникам. Ворота по-прежнему оставались в относительной безопасности: чилийцам очень трудно было пройти массированную оборону.

А нападение? Ведь невозможно выиграть матч без острых и опасных атак, без наступательных действий!

Вот тут-то и появляются на первый план Гарринча и его партнеры, немногочисленные партнеры по атакам.

Помню несколько характерных эпизодов.

Резко и развернуто, всем фронтом, атаковали чилийцы. Атака была увлекательной, внешне красивой и не очень опасной. Бразильцы, находясь в большинстве близ своей штрафной площадки, без особого труда атаку прервали.

Что последовало дальше? Несколько передач — и мяч попадает к Гарринче. Из трудного положения, находясь да месте правого инсайда, он, мгновенно обработав мяч, неожиданно, с полулета бьет с левой ноги в верхний угол ворот! Неотразимый гол...

Все это было проделано в считанные доли секунды. Замедленный темп, в котором только что играли, обороняясь, бразильцы, сменился внезапной вспышкой предельной скорости, энергии, наступательного порыва.

Второй эпизод. Снова атаковали чилийцы. Снова оборонялись бразильцы, оставив впереди трех своих нападающих: Гарринчу, Загало и Вава.

И снова захлебнулась на подступах к воротам атака футболистов Чили. И мяч уже переведен к противоположным воротам.

Угловой удар у ворот чилийцев подает Загало. Рывок с места совершает Вава, он устремляется к центру штрафной площадки, и кажется, что именно ему сейчас будет дана прострельная передача. Двое или трое защитников спешат окружить центрального нападающего, не дать ему играть. Передача ему бесполезна... Я слежу за Гарринчей. Что предпримет он в такой обстановке?..

Гарринча внезапно метнулся к ближней штанге, влево. Маневр был произведен настолько неожиданно и стремительно, что защитники ничего не успели сделать. Загало вовремя заметил маневр партнера. Точно адресовал ему мяч, как говорят, на ход вперед. Резким ударом головы Гарринча послал этот сильный, быстро летящий мяч в угол ворот, рядом со штангой!

Вот тебе и трое нападающих. Нажимают все время чилийцы, а счет уже 2:0 в пользу Бразилии!

Известно, как закончился этот матч. Бразилия выиграла — 4:2. Два мяча забил Вава. Не обладая уже высокой скоростью, этот замечательный форвард весь матч держал в напряжении всю защиту чилийцев. Вот уж он действительно весь, целиком отдается атаке, не жалея себя! В этом матче он блестяще играл головой. Оба мяча были им забиты головой, и оба свидетельствовали о редком бесстрашии и удивительном чувстве места.

Техника и смелое тактическое творчество. Вот почему выиграли бразильцы. Творчество было возможно конечно, потому, что все трое так же уверенно владели мячом, как, скажем, человек своей походкой. Это уверенное владение делало их «зрячими» на поле, то есть все, что они совершали на протяжении встречи, было осмысленным, остроумным, целеустремленным. Подачи с края были, например, у Гарринчи исключительно продуманными, вытекающими из той обстановки, которая возникала на штрафной, и, в свою очередь, создающими острейшие положения.

Мне не пришлось видеть заключительный матч бразильцев с футболистами Чехословакии. Сразу после полуфинальной встречи Бразилия — Чили мы отправились домой, на Родину.

Рассказывали, что на стадионе «Насьональ» развернулась захватывающая борьба. Кто мог думать накануне чемпионата мира, что именно чехословацкие футболисты станут наиболее вероятными претендентами на высшее футбольное звание?

И вот эта команда — в финале.

Бразильцам в этом матче пришлось поначалу туго. Именно сборная ЧССР открыла счет в финале и какое-то время была как никто близка к футбольной короне, когда полузащитник Мясопуст, использовав точную передачу, опередил на мгновение бразильского вратаря Жильмара и направил мяч в ворота. Но победили бразильцы. Честь им и слава. Наш земляк Николай Гаврилович Латышев, судивший этот матч (признанный, кстати, лучшим судьей чемпионата), зафиксировал новый и заслуженный успех бразильского футбола.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница