Научного исследования



Скачать 296.28 Kb.
страница6/26
Дата09.01.2018
Размер296.28 Kb.
ТипЛитература
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

1.3.1. Общественное сознание, мировоззрение и позиция журналиста в советской теории журналистики


В советской теории журналистики среди многих способностей и свойств личности именно мировоззрению принадлежала важнейшая роль, определяющая содержание и своеобразие творческого процесса61.

В условиях материалистического мировоззренческого монизма, признающего единство мира62 и обращенного к обществу как субъекту и цели развития, в советском обществе, объявленном бесклассовым, чаще говорилось о мировоззренческом единомыслии, чем о конфликте мировоззрений. Однако в самой журналистике именно о конфликте мировоззрений говорилось нередко, при этом очень весомо. Как пример: очерк Анатолия Аграновского «Столкновение»63. Можно вывести, что конфликт мировоззрений – разное понимание сущности и цели журналистского труда – определялся общественной сущностью, укоренялся в различиях в общественном сознании – разной для разных обществ совокупности «социально значимых идей предшествовавших поколений, материализованных в ценностях духовной культуры и всего многообразия индивидуального и надындивидуального сознания»64.

Мировоззрение как отражение общественного сознания обеспечивает творческую реорганизацию предшествующего опыта, создание новых комбинаций в журналистском творчестве и взаимопонимание с аудиторией. «Мировоззренческий подход определяет позицию журналиста»65. Важно подчеркнуть, что мировоззрение определяет полное и плодотворное взаимопонимание журналиста с аудиторией, ведь ясное осознание людьми как членами общества социальной характерности своей жизни и оценка перспектив сохранения или изменения жизни – дают «личности каждого человека ее целостное общественное самоопределение и отсюда, еще шире, – ее целостное духовное самоопределение»66. Коренящийся в общественном сознании конфликт мировоззрений проявляется в позициях журналистов и обращается обратно к обществу, к читателю.

С учетом того, что понятие вводится путем определения отношения с другими, близкими к нему по смыслу, указания на ближайший род и отличительный признак понятия67, – самостоятельный статус мировоззрения в советской теории журналистики определялся отделением от смежных понятий, и одновременным согласованием с ними в рамках общей методологии: тем крепче, чем чётче определены, содержательно насыщены и общедоступны соседние понятия и общая методология.

Определим соседние понятия и методологию. Личность понималась как социальный облик человека68 или как устойчивая система социально-значимых черт, характеризующих индивида как члена общества69, а мировоззрение выступало результатом трудовой и общественной деятельности, социального и нравственного опыта человека70. «Чем глубже и шире человек усваивает окружающий мир, тем ярче его личностные особенности, тем значительнее сама личность. И наоборот, чем богаче, сложнее внутренний мир человека, тем глубже он выражает сущность общественных отношений; тем сильнее его влияние на окружающих, тем значительнее его деятельность вообще»71. Таким образом, содержательное обогащение мировоззрения журналиста связывалось с пониманием и отражением общезначимого опыта72.

Первичность общества в его материалистическом, конкретно историческом плане выводила на авансцену мировоззренческого конфликта идеологические (выражающие интересы субъектов политики) и социально-философские аспекты общественного сознания. По словам Е. П. Прохорова, публицист всегда выступал как политик73. Научный коммунизм, марксистская философия, выступали как «мировоззрение пролетариата»74, затверженность этих конструкций, усиленная их синонимией, способствовала общеупотребительности понятия мировоззрение. «Ленин как однозначные рассматривал определения “идеология пролетариата”, “пролетарское мировоззрение”, “коммунистическая наука”, – отмечал П. С. Гуревич. – Коммунистическая идеология – это система идей, ценностей и идеалов, которая выражает мировоззрение рабочего класса»75.

Эта ситуация имела исторические и философские предпосылки. Коммунизм был формой торжества «устроительного разума» (деятельностной модели социальной реальности по Пигрову), которая коренилась в развитии мысли человечества в течении нескольких веков, об опасности перегибов в этом направлении предупреждал, наблюдая за современниками, еще В. Г. Короленко: «Молодое поколение судит «общественные отношения и возлагает на людей ответственность за эти отношения», не разбирая «добрых» и «злых», т. е. судит как политики, имеющие дело с общественными категориями, а не с живыми людьми»76.

Конфликтный потенциал научного «пролетарского мировоззрения» заключался в его принципиальной связи с социально-историческими интересами этого класса. С позиции дня сегодняшнего, коммунистическая наука может показаться необъективной, ненаучной, ведь она несла «всё в дом» рабочего класса; следовательно, ненаучно и субъективно связанное с ней мировоззрение. В действительности дело обстоит сложнее, что отсылает к природе объективности и истинности знаний об обществе в философии, истории или журналистике, к вопросу, который активно дискутируется, в том числе, в связи с оценкой объективности освещения СМИ нынешних геополитических и межкультурных конфликтов.

Советская наука противопоставлялась «буржуазной» в плане выражения объективной истины именно потому, что первая «отвечает интересам передовых, прогрессивных сил общества, совпадающих с потребностями социального развития, раскрывает и обосновывает закономерности исторического процесса»77, а вторая – потворствует эксплуататорам, то есть ведет назад, вспять в истории. Противопоставление было предельно горячим: «прямая, открытая, воинствующая партийность, – отмечал Т. И. Ойзерман, – есть с точки зрения марксизма первое и непременное условие последовательности, принципиальности в науках об обществе, в мировоззренческих вопросах»78.

Научно-философская проработанность мировоззренческих вопросов и объективность ответов на них были непосредственно связаны для журналиста с его позицией и взаимопониманием с читателем. Позиция журналиста в общем виде определялась знаниями объективных законов функционирования и развития общества. Распространение сведений, отражающих эти закономерности, то есть пропаганда этих идей, с целью сплочения, выработки в обществе соответствующего мировоззрения, является главным социальным предназначением и исходным внутренним законом журналистики, подчиняющим себе личные цели и роли отдельных авторов. «В субъективно поставленной цели так или иначе сказывается объективное предназначение, в роли – функция, – писал в 1968 г. Е. П. Прохоров. – Отличие авторской цели от функции как внутренней закономерности творчества ослабляет или вовсе уничтожает специфический для данного рода творчества социальный результат, и, наоборот, мастерство, свободное владение возможностями данного рода творчества «начинается с ясного, глубокого осознания его социальной функции» 79. Продолжая о мастерстве как свободе – «осознанной необходимости», по определению Ф. Энгельса, – можно добавить, что от журналиста требовалось осознание необходимости социальной функции творчества. Иными словами, невозможности «искусства ради искусства».

Это не было догмой, достаточно сослаться на исторический конфликт Е. П. Прохорова с преподавателями военно-политических академий, людьми, получившими журналистский опыт в сталинскую эпоху: «Взгляды их были очень прямолинейны: в журналистике выделялось одно начало – ее партийность, связь с Коммунистической партией Советского Союза»80. Но социальная функция все же была одним из основных принципов журналистского творчества. В образном виде эта мысль выражена в известных словах М. А. Шолохова, произнесенных в 1954 г. на II Всесоюзном съезде советских писателей: «О нас, советских писателях, злобствующие враги за рубежом говорят, будто мы пишем по указке партии. Дело обстоит несколько иначе: каждый из нас пишет по указке своего сердца, а сердца наши принадлежат партии и родному народу, которым мы служим своим искусством»81. Лозунг «Народ и партия едины» отражал исход этого конфликта в теории и должен был отражать на практике, чего однако не произошло.

Общество предполагалось цельным, его исторические цели были общими для всех его членов, а по большому счету – для всего человечества, общественное служение журналистики также представало в едином, цельном виде. Утверждение объективности и связности исторического процесса подкрепляло понятие прогресса, а он – единственную исторически-прогрессивную идеологию. Оспорить эти положения – значило отрицать историю человечества, а это казалось невозможным82.

Через теоретический анализ прессы философские представления входили во внутренний мир журналистов. Конечно, по словам исследователей, «авторская позиция» должна была значить для советских журналистов – «моя» – «но не в смысле индивидуалистического самовыражения, а с точки зрения органичности восприятия конкретной жизненной ситуации, искренности профессионального поведения, личной заинтересованности в происходящем», которые «как бы регламентируют сам творческий процесс, оберегая его от малейшего проявления раздвоенности, фальши»83. Образно: «вровень с героем, не выше и не ниже, чувствуя себя равным среди равных, – такова нравственная норма поведения журналиста», «высшая ступень» мироощущения, авторской позиции84.

Общественное предназначение журналистики – чтобы знания об обществе были восприняты и «оказались примененными для понимания и оценки окружающего, для принятия решений и выработки социальной позиции»85. Обязанность журналиста – постоянное идейно-нравственное самосовершенствование – внеидеологическая, как бы личная сторона его мировоззрения.

В этом плане автор должен был понимать, что «существуют различные уровни проявления мировоззренческого начала и у публицистов, стоящих на одной и той же классовой, партийной позиции, то есть при единой социальной направленности их творчества степень понимания и объяснения мира у публицистов проявляется с различной глубиной и силой»86. В связи с этим, не забывая о форме произведения, о «правомочности того или другого художественного приема, той или иной манеры изображения», внимание журналистов привлекалось к содержанию проблемы. Первоисточник творческих удач или неудач публициста виделся в «различном – более глубоком или одностороннем – подходе к жизни, ее осмыслении, понимании закономерностей и перспектив общественного движения, то есть в конечном счете в глубине или поверхностности журналистского мышления, авторской позиции87.

Возможно, именно глубина историко-философских познаний, размышлений о сущности мировоззрения и идеологии могли способствовать проявлению в сознании журналистов элементов закона отрицания отрицания. Журналисты среди первых увидели или почувствовали степень развития и проблемы общества, разрешение которых вело к разрушению старого организма и зарождению нового: «если общество превращает свою философию и идеологию только в одну из функций поддержания стабильности социальных структур», они перестают схватывать прогрессивные тенденции общественного сознания и «рано или поздно оно [общество] за это расплачивается»88.

Первые же сигналы о наступающих переменах, назревших во всех слоях общества, но инициированных «сверху», были восприняты прежде всего прессой, – вспоминал советский журналист89. Поэтому журналисты, конечно, сражаясь по разные стороны баррикад, представляя не только реформаторские и революционные, но и охранительные идеи, в целом не предотвратили и даже во многом обусловили разрушение советского общества.

Проявившийся материалистический мировоззренческий монизм, признающий единство мира90 и обращенный в данном случае к обществу как субъекту и цели развития, определял цельность, убедительность коммунистического мировоззрения, а также специфику его конфликта с другими мировоззрениями, проявившуюся в последующем развороте общественного сознания к плюрализму. В чем в пору перестройки и гласности непосредственное участие приняли СМИ. Декларируемые цельность и единство мировоззрения в обществе определяли социальную функцию журналистики четким разделением обязанностей и ответственности между членами общества. В нашем случае – журналистами и читателями. Иными словами, цель построения коммунизма создавала институты взаимоотношений журналиста с читателем и властью, когда от журналиста ждали активного вмешательства в жизнь91, от публициста – «водительства», но только в той степени, в какой они как таковые принадлежали не себе, а обществу.




Каталог: bitstream -> 11701
11701 -> Программа «Теория и практика межкультурной коммуникации»
11701 -> Смысложизненные ориентации и профессиональное выгорание онлайн-консультантов по специальности
11701 -> Теоретико-методологические аспекты исследования проблем планирования жизни
11701 -> Основная образовательная программа бакалавриата по направлению подготовки 040100 «Социология» Профиль «Социальная антропология»
11701 -> Основная образовательная программа магистратуры вм. 5653 «Русская культура»
11701 -> Филологический факультет


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница