Моделирование концепта «власть» в русской языковой картине мира



страница5/8
Дата10.05.2018
Размер0.5 Mb.
ТипАвтореферат
1   2   3   4   5   6   7   8
Апробация работы. Основные положения и результаты исследования были представлены на Восьмых Филологических Чтениях (октябрь 2007, Новосибирск), на Конференции молодых ученых «Филологические Чтения – 2008», «Филологические Чтения – 2009» и «Филологические Чтения – 2010» (Новосибирск). Содержание работы отражено в 6 публикациях, в том числе одна в издании, рекомендованном ВАК.
Основное содержание работы

Во введении устанавливается предмет и цель исследования, формируются конкретные задачи диссертации, обосновывается актуальность темы исследования и определяется новизна работы, перечисляются методы исследования, характеризуется теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе «Междисциплинарный подход в изучении когнитивных структур» представлен аналитический обзор работ, посвященных исследованию феномена власти в гуманитарных науках (философия, политология, социология и др.). Концепт «Власть» трактуется в гуманитарных исследованиях с помощью двух типов модальности: во-первых, потенциальная модальность долженствования, отражающая представления о должном устройстве общества, стремлении к идеалу (Платон, Аристотель, Руссо, Локк, теории философов-богословов, рационалистские, либеральные и позитивистские теории, а также теория общественного договора); во-вторых, реальная модальность, фиксирующая фактические характеристики власти в конкретную эпоху (Фросимах, Макиавелли, Маркс, Ницше: теории насилия, борьба различных групп, принуждение, наказание, иррациональные мотивы, аффекты, страсти). Выделено два концептуальных подхода: субстанциональный, рассматривающий власть как атрибут, достояние индивида, и реляционный, описывающий власть как социальное отношение между людьми. Это обстоятельство, безусловно, подтверждает восприятие власти через образ человека власти и сценарий воздействия носителей власти на ее объект, что нашло отражение в нашем исследовании дискурса о власти.

С развитием когнитивной науки мысль об исключительной значимости языка для всех процессов обработки знания получает все большее признание. Мы знаем о структурах сознания благодаря языку, который позволяет сообщить об этих структурах и описать их на любом естественном языке. Информация структурируется в сознании с помощью различных ментальных структур: схема, фрейм, сценарий, гештальт и др. Термином, призванным объединить различные теории репрезентации знаний, является концепт, который понимается как «единица картины мира, отраженной в человеческой психике», «квант знания», содержащий информацию, которая «может включать как сведения об объективном положении дел в мире, так и сведения о воображаемых мирах и возможном положении дел в этих мирах» [Кубрякова 1996]. Внутри лингвистики когнитивный подход естественным образом предполагает главенство семантики (когнитивной семантики), которая определяет поведение лексем, их частей и сочетаний, конструкций, предложений и т.д [Рахилина 1998]. В своей работе мы используем термин концепт для обозначения сложной многоуровневой ментальной структуры, которая может быть репрезентирована в виде других более простых ментальных структур: прототип, образ, сценарий, фрейм [Корнилов 2003, Кубрякова 2004, Скляревская 2004, Филлмор 1988].

Следует отметить ряд работ, посвященных концепту «Власть», его составляющей – «Чиновник», а также смежным с ними ментальным структурам [Карасик 2009; Прозоров 2004, Степанов 1997; Шмелев 2002]. Приведем основные результаты исследований: 1. «Тайная власть»: плетет интриги, влияет на решение официальной (Ю.С. Степанов); 2. «Воля» во втором своем значении – это ничем не ограниченная власть, своеволие, которое ни с чем не считается, свобода есть гражданское состояние человека; воля – чувство стихийное (А.Д. Шмелев). 3. Власть – в русской духовной культуре – это Бог, воля Божья, милость Божья (В. Прозоров); 4. Идея подчинения, генеративный смысл, заключенный в концепте «Власть», разворачивается как уточнение понятийных признаков, организующих политический дискурс (борьба за власть и удержание власти), его образных признаков (проявление силы одного человека по отношению к другому либо некоего могучего существа по отношению к людям), его ценностных признаков (обоснование необходимости власти, способности подчиняться, как условия осуществления эффективной власти, притягательности власти и ее разрушительных последствий для личности) (В.И. Карасик). 5. Лингвокультурный типаж «русский чиновник» представляет собой оценочно маркированный образ государственного служащего, отличительными признаками которого являются: 1) обеспечение функционирования государственного механизма, 2) место на служебной лестнице, 3) формальное и равнодушное отношение к людям, 4) использование в речи канцелярских оборотов, 5) высокая степень семиотичности статусных знаков (одежда, награды, обращения, знаки уважения). Типаж «чиновник» представлен в двух разновидностях: высокопоставленный сановник и мелкий канцелярский служащий. В русском языковом сознании чиновник получает, как правило, отрицательную оценку из-за коррумпированности, отсутствия здравого смысла в принимаемых решениях, высокого самомнения и готовности к безоговорочному подчинению (В.И. Карасик).

Результаты проведенных исследований позволяют осуществлять задачи, логически вытекающие из настоящего «положения дел»: моделировать сложную ментальную структуру, уточнить ее тип и сопоставить ментальные структуры, состоящие в родо-видовых отношениях.

Во второй главе «Семантическое поле как инструмент моделирования концепта «Власть» осуществляется моделирование СП «Власть». СП рассматривается в синхронном и диахронном аспектах.

Диахронный анализ поля позволил выделить древнейшие когнитивные признаки концепта, которые взаимообусловливают друг друга.

1. Сила и возможность ее применения. Этимологические словари возводят власть к ст.-слав. voldtь > volstь и к индоевропейскому * ual – d (h) – (корень * ual – «иметь силу», «быть сильным»), подтверждая семантическую наполненность слова компонентами «осуществлять право собственности в отношении чего-л.», «обладать чем-л.», «управлять», «иметь силу» [Фасмер 2003; Черных 2001].

2. Пространство, область, территория, государство, земля отцов, предков. Слово власть (властвовать) заимствовано из старославянского и имеет полногласный древнерусский вариант волость со значением «область, территория, государство, власть».

3. Собственность, владение землей и всеми, кто на ней проживает. Старославянское власть (болг., сербохорват. власт, словенск. last означало «владение, собственность». Эти значения получил и глагол володеть [Фасмер 2003]. В русском языке наблюдается связь слов властвовать – владеть – обладать, область – волость.

4. Власть от Бога, связь с божественным, тайным началом. Глава государства (царь) представлял свой народ перед Богом, отвечал за него перед Высшей Властью. Царь был проводником Божьей воли (примечательно, что оба слова Царь и Бог писались с заглавной буквы, что подчеркивает их значимость для наивного языкового сознания). На языковом уровне это выразилось в следующих паремиях: Царь – наместник Бога на Земле, Что Бог, то Бог, а свята и воля Царская! До милосердого царя и Бог милостив, Царь от Бога пристав, Никто против Бога да против царя, Без Бога свет не стоит, без Царя земля не правится, Царь земной под Царем небесным ходит и др.

5. Семейная власть, власть мужская – отца как главы рода. Власть божественная имеет своим прототипом власть семьи, рода, где главой является отец, здесь уместно сходство следующих метафорических номинаций Отец небесный и Царь Батюшка.

6. Воля, произвол, свобода действий, поступков, желаний для обладателя власти (Воля царя – закон). Словарь Академии Российской [1789] дает следующее толкование: 1. Воля, произвол, свобода делать то, что заблагорассудится. Этимологический словарь связывает понятия власть, волость и волот («великан») в единый семантический комплекс. Волот, велет, великан соотносятся с великий и затем, предположительно, с волей и велеть. Воля в дальнейшей этимологии связывается с чередованием гласных велеть, довлеть [Фасмер 2003].

7. Человек как носитель власти, власть, сосредоточенная в руках одного человека: царь, повелитель, правитель, властитель, начальник, владыка, властелин. Словарь Академии Российской [1789] указывает значение: 3. Означает также и самого начальника, правителя, чиновника, имеющего право повелевать другими. Наличие объемного словообразовательного гнезда у слов власть и владеть, характеризующих субъект власти, в толковом словаре русского языка XVIII подтвержает это положение: владелец, владетелец, владетель, владыка/владыко, властелин, властель, властитель, властодержец и др.

8. Иерархичность системы управления, жесткий, регламентированный порядок для подчиненных. Слово чиновник как «лицо, обладающее властными полномочиями», родственно глаголу чинити − «делать», «производить», «устраивать» и существительному чин − «порядок», «правило», «образ», «способ» [Даль 1998; Фасмер 2003], указывает на определенный порядок и способ жизнеуправления людей.

9. Начинание, инициирование действий: начальник – начинальник; греч. αρχή «власть, начало».

Результаты сопоставительного анализа лексем русского, древнегреческого и латинского языков свидетельствуют о том, что существует определенная преемственность, параллелизм ключевых семантических признаков власти в этих языках (начальник – греч. αρχή «начало»; владение – dominium «собственность», владелец dominus «хозяин», доминировать в значении «господствовать, преобладать» заимствовано от dominari, доминион «подчиненная территория, колония»). Следует указать и на существенные отличия русского понятия от латинских и греческих. Власть содержит смыслы «воля как произвол», «свобода воли», «возможность делать все, что заблагорассудится».

В современных индоевропейских языках власть как power (англ.), macht (нем.), potenza (ит.) и pouvoir (франц.) не соотносится со значением волости (области), территории, здесь выделяются другие интегральные семы: ‘возможность и способность действия’, ‘сила’, ‘давление’, ‘энергия’. «Власть» в англоязычной ЯКМ носит более утилитарный, прикладной характер, в отличие от русской ЯКМ, ориентируется на частную собственность и соблюдение прав. Итальянское Dominatio актуализирует признак собственности, владения, подчиненной территории и имеет семантические эквиваленты в русском языке, в том числе и заимствованные: доминировать, доминион. Различие заключается в том, что признак власти как управляемой территории (волость) в РЯКМ на сегодняшний день утратил свою значимость, в то время как в итальянском сохранился (dominio). Обратим также внимание на то, что при значительном совпадении смысловых объемов (господствовать, подчинять, повелевать) в обоих языках, итальянское dominare содержит сему ‘сдерживать’ [Зорько 2004], тогда как русская власть – бесконтрольная, абсолютная, граничащая с произволом.

Синхронный аспект моделирования СП «Власть» опирается на дефиниционный анализ слова власть. Его семантическая структура представляет однофреймовую полисемию [Баранов, Добровольский 1997], когда все лексико-семантические варианты слова репрезентируют одну ментальную структуру: 1. Право и возможность управлять кем-, чем-л. 2. Право управления государством. 3. Органы государственного управления. 4. Лица, входящие в органы государственного управления [ТСОШ 2003]. Принцип устройства семантической структуры слова – цепочечная полисемия.

Для определения ключевых элементов поля – семантических констант – была проведена процедура ступенчатой идентификации [Кузнецова 1973] наиболее общего по семантике ЛСВ1 власть. Семантическими константами поля, по данным словарей, являются источники власти право и сила, которые порождают превосходство одной из сторон взаимодействия, в результате чего субъект получает возможность управлять объектом власти, применив свою волю. Определив семантические константы поля, можно выстроить структуру пропозиции власти: Caus власти (превосходство, сила, право, воля) – S власти (начальник, чиновник) – P власти (властвовать, управлять, подчинять) – O власти (общество, человек). Каузатор (источник) власти составляет свернутую имплицитную пропозицию условия реализации власти.

Динамический аспект поля проявляется в движении языковых единиц от ядра к периферии поля либо за границы поля, и обратно – от периферии в ядро. 1. Ядро → Периферия: 1) лексемы, актуальные для царского и советского времени, но на сегодняшний момент утратившие свою актуальность в связи с уходом реалий их именующих: а) царская эпоха: государь, император, посадник, самодержец, монарх, наместник, воевода, князь, и др.; б) советская эпоха (советизмы) нарком, генсек, комиссар, вождь, номенклатурный работник и др. [Мокиенко, Никитина 1998]. Следует отметить ряд лексем, вышедших за пределы поля: виконт, барон, коллежский регистратор, обер-прокурор и др.

2. Периферия → Ядро. Некоторые исторические наименования носителей власти на сегодняшний момент получают метафорическое осмысление и актуализируют семантику «полновластного человека, распоряжающегося властью по своему усмотрению»: царь, сатрап, тиран, деспот, самодур. Так, президента Ельцина за самовластность правления называли царь Борис: Алгоритм его правления сформулирован довольно точно – он был избран президентом, но правил как царь (Л.Андрусенко. Президент или царь? // Независимая Газета, 2000.02.01). Значение слова олигарх «в античности и средневековье: лицо, принадлежащее к правящей группе, являющееся членом олигархического правительства» потеряло актуальность и получило новое значение «представитель крупного монополистического капитала» [БТСРЯ 2000]. Выделим также сему ‘очень богатый человек’.

3. Вхождение новых лексем в состав поля: топ-менеджер, истеблишмент, элита (в значении «бизнес-элита», «властная элита»), госкорпорация, госкомпания, манипулировать (со значением «скрытого воздействия, влияния и управления»), откат – откатить, распил – пилить (значение «коррупция, казнокрадство, воровство»).

Таким образом, структура поля находится в состоянии динамического равновесия: внутри СП наблюдается движение языковых единиц от центра к периферии и наоборот; одни лексемы выходят за пределы поля, другие – пополняют его состав, что свидетельствует о высокой когнитивной и культурной значимости изучаемого концепта для сознания носителей русского языка, о его живой природе.

В структуре СП «Власть» было выделено 12 микрополей: «беззаконие», «абсолютная, неограниченная власть», «подавление (личности)», «подчинение», «органы власти и их деятельность», «борьба за власть» (включает лексемы с семантикой поддержки и сопротивления власти), «владение (собственность)», «влияние (статус)», «разрешение», «лидерство», «справедливость», «ответственность».

Остановим свое внимание на микрополе «подавление (личности)», содержащем глагольные лексемы, определяющие направление развертывания СП от исходной лексемы подавлять «гасить, ограничивать чью-л. активность, свободу действий» [Баранов 2007]. Поскольку в основе СП «Власть» лежит пропозиция, центром которой является предикат, определяющий актантную структуру всей пропозиции, считаем необходимым выделить следующие группы глаголов.


Каталог: upload -> nauka -> obyav zaw
obyav zaw -> Русский литературный сборник середины xx-начала XXI века как целое: альманах, антология
obyav zaw -> Механизмы и языковые средства манипуляции в текстах сми
obyav zaw -> Диалог культурных традиций в поэтическом мире и. А. Бродского
obyav zaw -> Лесковский и замятинский тексты в творческой рефлексии л. М. Леонова
obyav zaw -> Романы Гайто Газданова: Динамика художественной формы
obyav zaw -> Итальянские заимствования в русском языке: семантико-прагматический и лексикографический аспекты
obyav zaw -> Функции средств передвижения в художественном мире н. В. Гоголя


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница