Межуев Идея культуры p



страница10/27
Дата01.01.2018
Размер1.98 Mb.
ТипКнига
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   27
ЧАСТЬ III. РОССИЙСКИЕ СЮЖЕТЫ В СОВРЕМЕННОЙ ФИЛОСОФИИ КУЛЬТУРЫ

Глава 18. Культура как деятельность (из истории отечественной культурологии)

Развитие культурологической мысли в нашей стране с момента ее зарождения и вплоть до нашего времени не стало еще предметом специального рассмотрения. Ошибочно думать, что оно осуществляется усилиями только ныне живущих и активно работающих в этой области культурологов, что ему ничто не предшествовало в тот период нашей истории, который получил название советского. Как бы сегодня ни оценивать этот период, нельзя отрицать, что и в то время философская и научная мысль не стояли на месте, поднимая новые проблемы, открывая новые области знания, предлагая новые подходы и решения. Именно к этому периоду относится начало формирования отечественной культурологии (равно как и социологии), привлекшей к себе внимание большого числа исследователей из разных областей знания. В данной главе хотелось бы напомнить об истории разработки одной из самых популярных концепций культуры того времени, чему я не только был свидетелем, но и в чем принимал непосредственное участие. Делаю это с убеждением, что полученные тогда результаты сохраняют свое значение и для иашего времени.

Среди множества концепций и определений культуры, получивших хождение в современной мировой науке, понимание культуры как деятельности стало исходным, основным для первого поколения российских (тогда советских) культурологов 60-х годов XX столетия, во многом определив своеобразие рождавшейся в то время в СССР

\278\


культурологической мысли в ее отличии от зарубежных аналогов. «Сегодня, - писал Э.С. Маркарян в 1983 году, подводя итог длительной дискуссии вокруг этой проблемы, - деятельностную интерпретацию культуры можно считать общепризнанной в советской культурологической литературе»1. Данная концепция и сейчас имеет в России достаточно большое число последователей и сторонников. Своими корнями она уходит в философскую проблематику человека и человеческой деятельности, как она стала разрабатываться советскими философами (Э.В. Ильенков, Ю.Н. Давыдов, Г.С. Батищев и др.) в период так называемой «оттепели» и под прямым воздействием впервые опубликованных тогда произведений раннего Маркса. Понятие «деятельности» трактовалось ими как ключевое в объяснении сущности человека. Среди наиболее заметных работ на эту тему, опубликованных в тот период, можно выделить книгу Ю.Н. Давыдова «Труд и свобода» (М.,1962) и публикации Г.С. Батищева, в частности его статью «Деятельностная сущность человека как философский принцип» в коллективном труде «Проблема человека в современной философии» (М., 1969).

В границах формировавшейся тогда общефилософской проблематики человека, которую можно было бы назвать сегодня марксистской философской антропологией, Г.С. Батищев, пожалуй, был одним из первых, кто использовал принцип деятельности и для объяснения сущности феномена культуры. В одной из своих ранних публикаций, датированной 1962 годом, он писал: «Культура человечества предстает перед становящимся человечеством в опредмеченной форме - как необозримое богатство результатов прошлого труда. Живая деятельность многих поколений застыла и воплотилась в свойствах "вещей" — технических устройств, сооружений, произведений искусства, книг... Все это подлежит освоению, все это нужно распред-метить - оживотворить, превратить свойства «вещей» в содержание новой деятельности, новых способностей к творчеству... И только в живом огне человеческого труда культурные ценности могут жить, перевоплощаться и обо-гащаться»а. Сама категория деятельности, как подчеркивал Г.С. Батищев в другой своей работе, «весьма мало на-

\279\

поминает "деятельность" в абстрактно-физиологическом толковании или в интерпретации приверженцев антропологизма и натурализма, а также механицистское сведение деятельности к ее техническому составу»3. Данная категория, будучи исходной «клеточкой» общественной формы движения, «выступает как то, из чего образована вся материальная и духовная культура человечества, ибо деятельность есть raison d'etre культуры, способ ее жизни и развития»'. Деятельность есть диалектическое единство «распредмечивания» и «опредмечивания*: «распредмечивание есть превращение человеком себя в наследника социального коллектива, его культуры, а опредмечивание -превращение им себя в творца этой культуры, ее жизни»5. Итоговое определение культуры, данное Г.С. Батищевым, гласило: «Предметная деятельность есть строительство культуры как единство и тождество освоения и творчества»6. Сам Г.С. Батищев не претендовал на создание теории культуры как особой и самостоятельной дисциплины, полагая, видимо, что понятие культуры имеет право на существование лишь в составе целостного философского учения о человеке. Но именно предложенное им определение этого понятия, сводящее культуру к человеческой деятельности, было затем положено в основу всех предпринимаемых в то время попыток построения такой теории.



Чем же была вызвана необходимость ее создания? Она диктовалась, на наш взгляд, отчетливо выявившейся к середине 60-х годов тенденцией к преодолению господствовавшего до того времени так называемого «суммативно-го» представления о культуре, сводившего ее к эмпирически фиксируемой совокупности результатов материальной и духовной деятельности людей, получаемых ими на протяжении всей их истории. Сам факт получения этих результатов человеком считался достаточным для их отнесения к культуре. «Этот подход, - отмечал Э.С. Маркарян, -примерно до середины 60-х годов считался общепринятым в нашей литературе (Г.Г. Карпов, А.А. Зворыкин, Г.П. Францев и другие). В течение ряда лет он был достаточно широко распространен и нашел отражение, в частности, в энциклопедических изданиях (например, во втором издании БСЭ, в Философской энциклопедии)»7. Кри-

\280\


тика данного подхода стала поводом для поиска новых подходов, которые позволили бы выделить культуру в особый объект научного исследования. Недостаток старого подхода усматривался в том, что, сводя культуру к объективированным результатам деятельности, он не давал возможности увидеть в них то, что как раз и придает им качество предметов культуры. Культура, конечно же, возникает в процессе человеческой деятельности, но отсюда никак не следует, что любой продукт этой деятельности есть культура. Все сходились в том, что культура есть неприродное явление, результат человеческого труда, способ жизни человека в обществе и истории, но означает ли это, что все неприродное есть культура, что в нее включается любой продукт труда, что она объемлет собой все, что встречается в истории и обществе?

Трудности обнаружились уже при определении предмета истории культуры. Чем должна заниматься такая история? Историей, собственно, чего она является? Если историей всего, что создано человеком, то тогда ее предмет безграничен. Можно ли сводить историю культуры просто к результатам труда безотносительно к особому характеру этих результатов? Ведь не называем же мы культурой результаты действий животных, которые в каком-то смысле тоже трудятся (охотятся, создают запасы пищи, вьют гнезда, роют норы). Что в человеческой деятельности придает ее результатам значение культуры? Поставленный так вопрос, естественно, переключал внимание исследователя с результатов деятельности на процесс деятельности, на уяснение специфически человеческой природы того и другого. Предложенные варианты решения были классифицированы Н.С. Злобиным на «статические» и «динамические» (результативные и процессуальные): первые в определении культуры делали упор на особый характер объективированных в ней результатов человеческой деятельности, вторые - на саму деятельности. «Статическая модель» интерпретировала культуру как функциональную подсистему целостной общественной системы, имеющей своей целью приспособление последней к окружающей среде, «динамическая модель» усматривала в ней развитие человеческой личнос-

\281\

ти, осуществляемое путем создания и последующего освоения людьми результатов деятельности. Для первой модели был важен принцип функционирования уже готовых результатов деятельности, для второй — принцип развития самого субъекта деятельности, находящего в этих результатах чисто внешнюю форму проявления. Первую интересовала устойчивость, прочность, стабильность социальных систем, тогда как вторая подчеркивала подвижность и изменчивость человеческого существования в мире. Сам Н.С. Злобин причислял себя к активным сторонникам второй модели. Согласно же Э.С. Маркаряну, обе модели дополняют друг друга и их нельзя мыслить как альтернативные. Во всяком случае, оба были едины в признании решающего значения деятельности для культуры, хотя и расходились между собой в объяснении существующей между ними связи. На этом расхождении строились два основных подхода к истолкованию культуры в период зарождения отечественной культурологии. Вот как сам Э.С. Маркарян характеризовал различие между ними: «Один из них выразился в понимании культуры как процесса творческой деятельности, другой - как специфического человеческого способа деятельности. Общее для них заключалось в деятельностной интерпретации культуры, хотя обоснования данной интерпретации существенно различались. В центре внимания представителей первой концепции (А.И. Арнольдова, Э.А. Баллера, Н.С. Злобина, Л.Н. Когана, В.М. Межуева и др.) находится культура, рассматриваемая сквозь призму культурной революции в нашей стране, процессов духовного производства, функционирования и развития личности. Сторонники второй концепции (В.Е. Давидович, Ю.А. Жданов, М.С. Каган, З.И. Файнбург, В.В. Трушков и др.) сделали предметом своего исследования вопросы, связанные с общей характеристикой культуры как универсального свойства общественной системы»".



Нельзя сказать, что названные подходы обрисованы здесь с достаточной степенью полноты, да и понимание каждого из них его сторонниками не было столь однозначным, существенно расходилось во взглядах и мнениях. Тем не менее многое, что отличало их друг от друга,

\282\


Э.С. Маркаряном схвачено верно. Для первого подхода, пишет он, «характерно выделение и сочетание двух параметров культуры - творческого и личностного, благодаря которым устанавливаются критерии вычленения культуры из всего комплекса общественной жизни, т. е. решается кардинальная для культурологической теории проблема определения ее как объекта исследования. Данная концепция привлекает своей гуманистической направленностью, ее авторы стремятся показать фундаментальную роль личности как созидательного начала в истории человечества, с чем связана тенденция к аксиологизации культуры, изначальному наделению ее положительными свойствами. Отсюда проистекает характеристика культуры как меры гуманизации общества и человека... Иную позицию занимают исследователи, в том числе автор настоящей работы, трактующие культуру как специфический способ человеческой деятельности. Они полагают, что неправомерно наделять культуру лишь положительными свойствами, а также привносить в ее структуру ценностные ориентации самих познающих субъектов. Ими обосновывается необходимость изучения культуры как сложного, противоречивого явления аналогично другим объектам научного исследования. Критерием выделения таких объектов выступают объективно присущие им свойства, а не ценностные установки исследователя»".

Суть разногласий не сводилась, конечно, к тому, что одни связывали культуру только с формированием личности, а другие с функционированием общественной системы (о личности и обществе писали те и другие). Но в каждом из подходов основной упор действительно делался на одну из сторон - личностную или общественную - человеческой деятельности, что свидетельствовало о сложности и трудности сочетания в едином блоке знания о культуре антропологической и социологической проблематики. И разве сегодня подобное сочетание - свершившийся факт? Антропология и социология и сейчас остаются двумя расходящимися ветвями знания, что свидетельствует о глубоко конфликтном и противоречивом положении человека в современном обществе, когда, обращаясь к обществу, мы теряем человека, а обращаясь к человеку, оказываемся в

\283\

критическом отношении к обществу. Чтобы понять плюсы и минусы этих двух подходов, необходимо, однако, разобраться в той версия человеческой деятельности, которая была положена в основу каждого из них.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   27


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница