Малькова Т. П



Скачать 168.96 Kb.
Дата22.01.2018
Размер168.96 Kb.

Малькова Т.П.
Наука как социальный институт: источники развития
Наука, зародившись в древнем мире, превратилась в феномен, имеющий глобальный характер. Влияние науки на мировую экономику и культуру, на процессы информатизации и модернизации, без которых невозможен прогресс современного общества, делает анализ феномена науки, движущих сил ее развития весьма актуальным. Наука сложное явление, включающее в себя разнообразные компоненты. Постепенно эволюционируя, она превратилась в социальный институт в Европе Нового времени, и продолжает развиваться, охватывая глобальное пространство планеты. Наука XXI века, сформировала технологический уклад пятого поколения, основанного на компьютерной технике и электронике. По прогнозам в 2014-2018 годах в ведущих странах мира сложится шестой технологический уклад. Это будет мир нанотехнологий, биотехники, роботов, новой энергетики. Без развития науки Россия, остановившаяся на начальном этапе пятого технологического уклада, рискует превратиться в аутсайдера. Следует понять, что современная наука – это социальный институт, с комплексными источниками развития. Автор рассмотрит ведущие философские и социологические концепции науки, выявит их недостатки, предложит собственное видение проблемы.

Наука – системное образование, в котором исторически возникали различные компоненты, складывались связи, отношения, постепенно осуществлялась структуризация феномена. В ходе социокультурного развития наука превратилась в особую инфраструктуру, социальный институт, базирующийся, по мнению теоретиков, на политико-юридических, социально-нравственных, познавательно-методологических нормативах, императивах, законах. Понятие «социальный институт» ввел в оборот американский социолог Р. Мертон в XX веке. Институтом называют: 1) совокупность сложившихся, устоявшихся норм, регулирующих взаимодействия в системе элементов; 2) научно-исследовательские, специализированные учебные заведения.

Наука – феномен, созданный и культивируемый сообществом интеллектуалов на протяжении трех тысяч лет, сформировавшийся в развитый социальный институт. Элементами науки как социального института являются: сложившаяся профессиональная страта ученых, с собственными когнитивными и моральными кодексами деятельности и общения, персонифицированные и объективированные знания (около 15 тыс. научных дисциплин), материальные и духовные ресурсы, финансы, экспериментальная база, научная коммуникация, система ценностей и пр. Главная цель науки – производство, распространение, внедрение знаний в жизнь сообщества – требует внутренней регуляции, взаимодействия между элементами.

Превращение науки в социальный институт становится неизбежным с развитием капитализма в ходе научно-технического прогресса. В настоящее время наука – мощная социальная отрасль с огромной материально-технической базой и развитой системой коммуникаций. Устойчиво функционируют научные институты: университеты, академии, научно-исследовательские комплексы, конференции, форумы. Наука чутко улавливает и дает ответы на возрастающие потребности общества, является необходимым условием рационального управления социумом. Проводимая человечеством модернизация, осуществление инноваций невозможно без научного обоснования. Наука – относительно самостоятельная сфера жизнедеятельности человечества. Это проявляется в том, что она не растворяется в других социальных сферах, сохраняет свой статус, оставаясь при этом частью единой культуры и испытывая на себе экономические, политические и пр. влияния.

По подсчетам современных социологов, наукой способны заниматься не более 6-8% населения. В Античности ею занимались только представители имущего класса, интеллектуальной элиты, следовавшие своим гуманистическим идеалам. Они оберегали гуманитарную составляющую науки, ибо наукой всех наук была философия. Складывались школы, в которых лидировал авторитетный маэстро. Это были самодействующие организации, поддерживаемые внутренними нравственными кодексами, разработанными для членов сообщества авторитетным лидером (Пифагорейский союз, академия Платона, лицей Аристотеля). Школы специализировались на генерации знаний, их систематизации, сохранении, трансляции. Требовалась организация жизни школы, работа с кадрами (разработчики, знатоки, педагоги, систематизаторы информации), вырабатывался нормативный кодекс общения. В Средние века наука сохранялась учеными-монахами, создавались школы при монастырях, где креативная составляющая подавлялась, знание носило сакрально-рецептурный характер. Однако гуманитарная составляющая науки сохранялась, благодаря патристике и схоластике. С XII-XIII вв. начинается прорыв: возникают университеты. Болонская школа придала качественный организационный импульс науке. В Европе создаются неапольский, палермский, солернский, парижский, оксфордский, кембриджский и др. университеты. Возвращается дух дискуссий, творчества в рамках вольных сообществ, клубов, кружков в университетской среде. Организация науки – динамичный процесс, способствовавший ее институциализации.

С XVII в. наука превращается в Европе в социальный институт. Появляются академии наук во всех развитых странах. Ученые объединяются, работая в Парижской и Гринвичской обсерватории, посылаются научные экспедиции в Лапландию, Перу. Развивается научная коммуникация: печатаются журналы, альманахи, научные записки. Неоценимый вклад в науку внесла Энциклопедия под редакцией Дидро и Даламбера. Появляются специализированные учебные заведения, например, парижское и петербургское горные училища, королевское общество агрикультуры в Париже. В XIX-XX вв. активно развиваются проблемно-прикладные отрасли, строятся отраслевые, межотраслевые, международные центры, создающие междисциплинарные, комплексные программы, строятся наукограды. Научным и техническим детищем XXI в. стал адронный коллайдер, созданный в ЦЕРНе (CERN). Формируется прагматический подход к науке, и все меньше внимания уделяется ее гуманитарной составляющей, что наносит вред современной науке, особенно это ощущается в России.

Исследователи науки ввели понятие «научная школа» и предложили различать «классические» научные школы и современные. «Классические» выросли на базе университетов и господствовали до второй трети XIX века. В XX в. с ростом исследовательских лабораторий, институтов, строительством наукоградов им на смену приходят современные («дисциплинарные») научные школы [5; - С. 43-62]. В «классической» школе упор делался на обучение, персональное творчество и конкуренцию. «Дисциплинарные» школы ослабив функции обучения, ориентировались на плановые, формирующиеся вне рамок школы программы. «Дисциплинарная» школа могла сохраняться как отдельный научный коллектив, сложившийся на междисциплинарной основе, но она распадалась при достижении научной цели. В дисциплинарной школе снижается роль личностных характеристик участников группы. Их культура, система ценностей нивелируется за прагматикой цели.

Институциализация науки связана с переходом от неорганизованных и неформальных видов деятельности и отношений к созданию структур, имеющих собственную организацию, иерархию, регламент. Процесс институциализации науки обнаруживается в ходе формирования следующих компонентов:

1) появления ответственной за продуцирование нового знания академической и университетской науки;

2) концентрации ресурсов, в том числе финансовых, необходимых для научных исследований;

3) создания представительских и законодательных органов, легитимирующих научные достижения: ученые советы, аттестационные комиссии, комитеты, присуждающие ученые степени, премии, награды, гранты;

4) создания разветвленной системы обмена научной информацией: пресса, специализированные издания, Интернет сайты, научные форумы;

5) формирования организационно-управленческих и координирующих научную деятельность структур;

6) появления законодательной базы, позволяющей решать научные и прочие конфликты, проблема авторского права, личного или коллективного вклада, научных гонораров [10; - С. 236].

Наука как институт включает в себя выделенные элементы, однако в этой систематизации потеряна гуманитарная составляющая культуры, в которой исторически сложившиеся знания рассматриваются как некоторый обезличенный феномен. Страта носителей и разработчиков научных знаний просто подчиняют свою деятельность целям, диктуемым науке, решает актуальные задачи в рамках складывающихся научных парадигм. Обязательным является наличие объективных средств, принципов, методов научной деятельности. Наука – разветвленная сеть организаций и учреждений, координирующих творческую работу субъектов научной деятельности, осуществляющих функции контроля, экспертизы (возможны запретительные санкции), оценки значимости научных открытий [10; - С. 234].

Наука как структурированный объект, требует специальных подходов и принципов его исследования. С трудов О. Конта, Г. Спенсера, Дж. Милля анализом социальных объектов начинает заниматься социология. Благодаря работам американского социолога Р. Мертона, с 30-х годов ХХ века началось формирование самостоятельной области знания – социологии науки [15]. Мертон сформулировал требования, им создана устойчивая парадигма исследования, и социология науки как ветвь социологии начала вносить свой вклад в науку.

Мертон разработал «институциональную» социологию науки [13; - С. 322-323]. Рассматривая социальные институты, он обнаружил, что они различаются между собой как системы, включающие набор элементов, их связей, отношений, норм, ценностей, выполняют специальные функции в обществе. Мертон объяснил уникальность науки как социального института, исследовал ее в качестве особого типа институционального «сообщества» с устойчивыми традициями, общими целями, с самоорганизацией процессов генерации, производства, внедрения и использования научных достижений. Научная деятельность, коренным образом отличается от других видов деятельности уникальностью производимого продукта, средствами и инструментарием производства конечного результата деятельности – системы знаний. Изучая науку как институт, продуцирующий знания, ученые, работающие в рамках социологии науки, сконцентрировали внимание на следующих вопросах, распылив ее гуманитарную составляющую по отдельным позициям:

– структурирование науки как социального феномена;

– выявление отношений института науки со структурой общества;

– сравнение типов существующих научных сообществ;

– исследование особенностей когнитивной деятельности и поведения ученых, принадлежащих к разным эпохам, социумам и культурам;

– анализ специфики форм коммуникации в научной среде и т.п.

Наука как феномен актуально существует в самой деятельности и результатах деятельности профессиональной страты, поэтому необходимо изучать и когнитивные, и моральные кодексы ученых, роль лидеров, корпоративные интересы и т.п. Мертон ввел понятие «нормативного этоса науки», его основу составляют императивы: универсализм, всеобщность, незаинтересованность, организованный скептицизм [7; - С. 312]. Суть императивов в том, что ученый должен руководствоваться сложившимися критериями, делиться с сообществом результатами деятельности, возможно, быть самокритичным, отстаивать свободу мысли. Оппоненты (А. Кооненд, Г. Мор) добавили упущенные Мертоном нормативы деятельности: стремление к объективности, интеллектуальную честность и добросовестность, терпимость к достижениям других ученых, самопожертвование ради науки. На наш взгляд, перечисленные нормативы по-разному действуют в сенситивной, идеациональной, идеальной культуре (П. Сорокин), поскольку гуманитарная составляющая в них существенно разниться, а анализ мировоззренческих систем отсутствует.

Социология науки признавала зависимость науки от идеологии, интересов классов, социальных систем. Постепенно были переосмыслены задачи и цели науки. Ученые пришли к пониманию, что «нормативный этос», требует от исследователя ответственности за процесс и результат деятельности перед научным сообществом и человечеством. Польский ученый Л. Флек в книге «Происхождение и развитие научного факта» указал на необходимость изучения «мыслительного стиля» как совокупности устойчивых матриц мышления, складывающихся в различных коллективах ученых, влияющих на стандарты научного знания. По Флеку, задача социологии науки – изучение научного коллектива и его роли в процессе выработки стиля мышления. Социология науки не исследует механизмы творческих поисков, не рассматривает изменение содержательной стороны знания, ее задача – выявление механизмов взаимодействия социализированного и персонифицированного знания, признание индивидуальных творческих достижений талантливых ученых научным коллективом, принятие новаций и изменений стиля мышления. Мировоззренческая компонента игнорируется. По мнению Ф. Знанецкого социология должна заняться анализом социальных взаимодействий индивидов и групп людей, которые генерируют, творчески развивают знания. Социология науки – это исследование ученых сообществ, изучение их связей, социальных ролей, пристрастий и предпочтений, влияние «материнской» культуры на мотивацию поведения и стиль мышления.

Английский ученый Д. Бернал проанализировал науку как институт сквозь призму ее социальных функций в динамике взаимоотношений науки и социума, техники, промышленности в ходе истории человечества. Бернал проследил многообразие организационных форм науки – от отдельных школ, университетской, академической науки к развитию мощной экспериментальной базы, промышленных лабораторий, исследовательских комплексов и т.д. [1]. Встала проблема выявления условий продуктивности науки и методик оценки: сроки и темпы внедряемости, индексы цитируемости, используемости патентов, изобретений, атласы и карты научной активности, продажа результатов научной деятельности, формы вознаграждения за труд.

В "пост-мертоновской" социологи возродился интерес к "когнитивной социологии науки", изучающей содержательные аспекты научного знания, влияние традиций, зарождение новаций. Британские исследователи Д. Блур и Б. Барнс предложили «сильную программу» социологии науки, подчеркивая решающую роль макросоциальных факторов: социальных матриц, ресурсов, финансов, инструментария пр. в конструировании знания из сложившихся в социуме традиций. Социокультурный контекст научного творчества не может не влиять на ценности субъектов деятельности. Допустимы научные и методологические разногласия, плюрализм подходов, конфликт интересов, споры о приоритетах науки. Исследователи социологии науки обязывают учитывать условия появления теории, давать «симметричные» объяснения истинным и ложным концепциям [2; - С.162-185].

В современном мире насчитывается множество научных дисциплин. Встает вопрос о движущих силах развития науки. Альтернативными концепциями являются экстернализм и интернализм. Экстерналисты источник развития научных знаний усматривают во внешних факторах (противостояние социальных систем, войны, потребности экономики, запросы масс и т.п.). Стремление к научному результату напрямую связывается с практическим интересом, является ответом на множество насущных практических задач в деятельности специалистов инженерных, технических, экономических и др. сфер. Одни из сторонников экстернализма утверждают, что наука детерминирована социумом, внешними влияниями, финансированием. Другие настаивают на решающей роли культурных каркасов, традиционного образа жизни, активности индивидов. Экстернализм – порождение эпохи Нового времени, начавшегося сближения теории с экспериментом (Л. да Винчи, Г. Галилей, И. Ньютон), развитием ремесел, мануфактуры. Развитие науки становится социальным заказом, научная революция – следствием развития капитализма и машинного производства.

Отечественный ученый Б.М. Гессен на конгрессе в Лондоне в 1931 г. сделал доклад о социально-экономических корнях механики И. Ньютона. Его сторонники образовали «невидимый колледж», объединивший научных деятелей разных стран, исследующих феномен и историю науки. Направление группы оказалось экстерналистским, ибо представители выявляли связи межу экономикой, социально-политическим устройством общества и влиянием знаний, науки на социум. Позднее лидером направления стал физик Д. Бернал. Он и ввел термин «невидимый колледж», характеризуя неинституциализированную группу ученых, занятых одной проблемой. Объединение ученых в «невидимые колледжи» основывалось исключительно на профессионализме участников. Формирование проходило в несколько стадий: от оформления группы и написания «Манифеста» до институциализация новой научной дисциплины. Идеи Бернала разделяли теоретики науки: Г. Герлак, Дж. Нидам, Р. Мертон, Э. Цильзель.

Экстерналисты весьма односторонне рассматривали причины роста научного знания. С их позиций невозможно оценить «феномен Г. Перельмана», решившего в 2002 г. теорему Пуанкаре, исключительно из личного интереса и отказавшегося от премии, внешнего стимулирования [4]. Учитель Перельмана С. Рукшин в петербургском Математическом центре в течение десятилетий на общественных началах «тренирует мозги» талантливых детей, становящихся медалистами, лауреатами международных олимпиад. Заметим, что большинство людей в мире считают таких подвижников науки «лузерами», поскольку они движимы исключительно внутренними потребностями и интересами, мотивация их деятельности остается для большинства загадкой [14; - С.3]. Но и «монетизация» науки, по мнению британских исследователей, как стимул деятельности – миф, воспринятый современным поколением. К сожалению, идея монетизации, как решение всех научных проблем, внедрилась и в сознание россиян. Монетизация науки автоматически не ведет к усилению творческого потенциала ученых, которые больше дорожат самой возможностью творчески работать.

Существуют успешные подходы к подготовке ученых не только как мыслителей, но как бизнесменов, менеджеров. Выпускник МГУ А. Морейнис, предприниматель из Екатеринбурга Л. Волков инвестируют «стартап-проекты», добиваясь от молодых ученых творческой и маркетинговой продуктивности. Они объясняют молодым ученым, какова роль исходной идеи, управления, бизнес-планов, команды единомышленников в реализации научных и технических разработок [13; - С. 15-25]. Скрестить изобретателя с предпринимателем – задача «бизнес-инкубатора», существующего в МГТУ им. Н. Э. Баумана с 2007 г. Наука и бизнес, считают разработчики, вполне совместимы [16; - С. 8-13, 16-18]. Это положено в основу проекта модернизации науки под названием «Сколково». Односторонность экстерналистского подхода очевидна. Подчеркнем, что американские ученые в связи с финансовым кризисом проанализировали практику выплаты грантов, бонусов, премий с целью повышения эффективности работы, ее результатов и пришли к выводу, что бонусы не способствуют эффективности именно умственного труда. Обещание вознаграждения становится дополнительным стрессом, негативно сказывается на оперативной памяти ученого, блокирует активность, отвлекает от проблемы. Человек подсчитывает выгоды от бонуса, придумывает схемы махинаций, мошенничества.

Противоположностью экстернализма в социологии науки является интернализм. Он видит источник развития знаний внутри науки. Саморазвитие ей имманентно присуще. Состояние теории, уровень интеллекта, развитие идей, появление научных гипотез, база эмпирических фактов – самопорождают знания. К интернализму примкнули А. Койре, Б. Рассел, П. Росси, Р. Холл. Позднее присоединились постпозитивисты И. Лакатос, К. Поппер, П. Фейерабенд. Внутри направления не сложилось полного единства взглядов: существуют эмпирическая и рационалистическая версии.

Сторонники эмпиризма усматривают источник роста знания, развития содержания науки за счет наблюдения, описания, измерения, открытия фактов. В эмпирии возникают идеи, делаются обобщения, вводятся гипотезы, появляются эмпирические теории, то есть наука развивается. Сторонником данного варианта является англ. астроном Дж. Гершель, продолживший дело отца У. Гершеля. В их научной «копилке» открытие Урана и его спутников, спутников Сатурна. Зарегистрировано 2500 туманностей, 3000 двойных звезд, выпущено 11 каталогов звездного неба. Дж. Гершель придумал фотометрический метод. На базе эмпирии возникла научная дисциплина – «фотографическая астрономия».

Рационалистическая версия берет начало в философии Р. Декарта. Идея состоит в том, что динамика знания зависит от творческой природы духа, активности субъекта, созидающего и комбинирующего идеи, на основе разума. Представителем является французский мыслитель А. Койре [8]. Он обосновывал идею развития картины мира в зависимости от перестройки стиля мышления, принципов познания, усложнения научного инструментария, аккумуляции знаний. Рассмотрев апории Зенона, Койре убедился, что парадоксы элеатов разрешимы сами по себе с введением в философию инфинитистской онтологии, идеи бесконечности пространства. Койре проанализировал коперниканский переворот в науке: обновление математического аппарата позволило Копернику опровергнуть геоцентрическую модель вселенной Птолемея, развить гелиоцентризм. То есть, коренное изменение способа мышления, появление нового языка науки разрушило устоявшиеся представления об античном Космосе. Родилось инновационное представление о бесконечном Универсуме. Койре убежден: в истории науки существует некоторое единство мысли, интеллекту имманентен принцип «единства человеческого познания».

Английский философ К. Поппер обосновал интерналистскую программу. Он не отрицал вообще роли внешних факторов в развитии знания, однако содержание знания, его рост ученый выводил из логики и динамики самого знания [11]. Автор на примере теории Ньютона, считавшейся абсолютной истиной, показал: в науке важнее не «доказать» истинность, а опровергнуть (фальсификация). Важно отличать научное знание от ненаучного (принцип демаркации), понимать, что знание подвержено ошибкам (фаллибилизм). Дело в том, что в фундаменте наук лежат гипотезы, истинность которых доказать или опровергнуть невозможно. Гипотезы формулируются ad hoc (к случаю), конструкции оказываются гипотетико-дедуктивными. Внутренние законы развития знаний, логика целеполагания (формулирование гипотез, элиминация ошибок) в мире объективированного знания – вот двигатель науки.

Английский философ И. Лакатос сторонник «утонченного фальсификационизма». Теоретик, по мнению Лакатоса, предвидя опровержение концепции, может искусственно его отдалять введением гипотез в научно-исследовательскую программу. Он сторонник признания относительной независимости научной теории. Американский методолог науки П. Фейерабенд предложил теорию «эпистемологического анархизма». Процесс размножения теорий, рост знаний, идет благодаря анархистским играм ученых, которым «дозволено все». Таковы идеи интерналистов.

Отечественные философы, учитывая внешние условия и факторы, также обращают внимание на разнообразные внутренние источники развития теории. В.С. Степин указывает на роль проблемных ситуаций и научных парадоксов в формировании оригинальных «идеализированных» объектов, как внутренних факторов революционного изменения содержания научного знания [15; - С.267-285]. В.В. Ильин пишет, что прогресс науки – это «перманентное возрастание ее содержательного потенциала – инструментального, категориального, фактологического» [6; - С. 309]. Отмеченные концепции не учитывают особенности менталитета, складывающегося в культурах и странах на разных этапах развития науки. Американский ученый Т. Кун, исследуя историю научных революций, отмечал, что экстерналистские идеи приемлемы при объяснении зарождения и начала развития науки, интернализм более плодотворен в анализе зрелой науки. Обе парадигмы дополняют друг друга [9].



Современная Россия должна воспользоваться всеми разработками интеллектуалов для научного и технического прорыва к шестому технологическому укладу, для чего необходимо максимально задействовать все структурные элементы науки как социального института, все внутренние и внешние ресурсы науки. Подчеркнем еще раз, что в современном мире наука должна быть обогащена гуманитарной составляющей, ибо потеря гуманитарной культуры, наблюдаемая в России – угроза национальной безопасности. Следует расширять сферу применения гуманитарных наук, так как именно они сохраняют и развивают «дом мысли» – язык, способствуют мотивации интеллектуальной деятельности, развивают мировоззрение, придают смысл цивилизации. Главный герой повести Стругацких «Хищные вещи века», обнаружил главную угрозу цивилизации: неумение мыслить, неразвитый интеллект людей. Он предложил разработать столетнюю программу восстановления мировоззрения. Присоединимся к Стругацким. Нельзя допустить окончательного разрушения духовной культуры в России, гуманитарной составляющей науки в том числе.
Литература:
1 Бернал Д. Наука в истории общества. – М., 1956. – 736 с.

2 Блур Д. Сильная программа в социологии знания. Философско-литературный журнал «Логос», – М., 2002. Т5/6. С. 162-185.

3 Вешняковская Е. Стартап: умные начинают и выигрывают // Наука и жизнь. – М., 2012, № 9. С. 15-25.

4 Гессен М. Совершенная страсть. Григорий Перельман: гений и задача тысячелетия. – М., 2011. – 272 с.

5 Зеленов Л. А. История и философия науки / Л. А. Зеленов, А. А. Владимиров, В. А. Шуров. – М., Наука. 2008. – 472 с.

6 Ильин В.В. Философия науки. Изд. МГУ – М., 2003. – 360 с.

7 Канке В.А. Основные философские направления и концепции науки. – М., 2004. – 328 с.

8 Койре А. Очерки истории философской мысли. – М., Прогресс, 1985. – 288 с.

9 Кун Т. Структура научных революций. – М., Прогресс, 1977. – 300 с.

10Лешкевич Т. Г. Философия науки. Учебное пособие для аспирантов и соискателей ученой степени: М., ИНФРА-М, 2006. – 272 с.

11 Поппер К. Логика и рост научного знания. – М., Прогресс, 1983. – 594 с.

12 Степин В.С. Философия науки. Гардарики. – М., 2006. – 384 с.

13 Философия науки / под ред. Лебедева С. А. – М., 2004. – 736 с.

14 Шолль Ш. Лузер и Мегалузер. «Московский комсомолец», 1 ноября 2011.

15 Merton R. K. The Sociology of Science. – Chicago, 1973.

16 New-Scientist.ru № 7-8(9), июль-август, 2011. С. 8-16.
Аннотация
К статье Мальковой Т. П. «Наука как социальный институт: источники развития». В статье исследуется феномен науки, историческое становление науки в качестве социального института. Проанализирована структура, выявлены структурные элементы науки. Рассмотрены основные концепции социологии науки, начиная с трудов Р. Мертона до современной «пост-мертоновской» социологии. Проблемы развития науки, ее источников анализируются на основе альтернативных моделей развития науки: экстернализма и интернализма. Обосновывается актуальность данной темы.

Ключевые слова: наука, наука как социальный институт, структура науки, научная школа, социология науки, экстернализм, интернализм.

Abstract

On the paper Malkova T. P. "Science as a social institution: the sources of development." This article examines the phenomenon of science, historical development of science as a social institution. The structure, identified the structural elements of science. The basic concept of the sociology of science, from the works of Robert Merton to the modern "post-merton" sociology. Problems of development of science and its sources are analyzed on the basis of alternative models of science: externalism and internalism. The actuality of the topic.


Keywords: Science; Science as a social institution; Structure of science; School of sociology of science; Externalism; Internalism.
Сведения об авторе
Малькова Татьяна Павловна

Кандидат философских наук, доцент

Кафедра философии МГТУ им. Н.Э. Баумана

117209, Москва, ул. Перекопская, д. 30, к. 1, кв. 17



916-219-51-26

t.p.malkova@yandex.ru
Каталог: ~t p malkova -> fileman -> download -> Аспиранты
Аспиранты -> Тезисы лекции: Современная научно-философская картина мира
Аспиранты -> Феномен сознания
Аспиранты -> 24. Основные законы диалектики и их роль в развитии науки
Аспиранты -> 37. Экзистенциализм о философии техники
Аспиранты -> Программа по философии предназначена для соискателей и аспирантов, поступающих в аспирантуру мпсу
Аспиранты -> 24. Априоризм И. Канта
Аспиранты -> Наука играет в развитом обществе весьма значимую роль, и повышенный интерес к ней социологии вполне закономерен
Аспиранты -> 19. Эмпиризм как познавательная программа
Аспиранты -> В эволюции позитивизма можно выделить три этапа
Аспиранты -> Т. П. Малькова Общество как объект исследования тезисы


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница