Лев шестов афины и Иерусалим



Скачать 238.97 Kb.
Pdf просмотр
страница5/15
Дата11.03.2018
Размер238.97 Kb.
ТипРассказ
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15
сделал для человека, а человек<а> для того, чтобы ему поклоняться Все предрассудки имеют своим источником убеждение, что Бог ставит себе цели и задачи. На самом деле «Deus... agendi principium, vel finem, habet nullum» (Eth. IV, Praefacio — Бог не руководится никаким принципом в своих действиях и не ставит себе никаких целей Когда слышишь такое, первым делом возникает вопрос прав ли Спиноза или неправ, точно ли люди, которые полагают, что Бог ставит себе некие цели и задачи, знают истину, а те, которые полагают, что Богу всякие цели и задачи чужды, истины не знают, или наоборот. Таков, говорю, первый вопрос, как бы сам собой или естественно у нас возникающий. Но, по-видимому, в связи стем, что мы уже от Спинозы слышали, до этого вопроса нужно поставить другой вопрос свободен ли человек выбирать тот или иной ответ, когда речь идет о том, что Бог ставит или не ставит себе цели, или ответ вперед дан готовым, прежде еще чем человек начинает спрашивать, даже прежде чем спрашивающий человек выпадает из небытия в бытие Мы понимаем, что Спиноза нам открыто признался, что он неволен писать или не писать. Волен ли он выбирать между тем или иным решением представшего пред ним вопроса Через сто лет после
Спинозы Кант попал в туже западню. Метафизика, заявил он, должна решить, бессмертна ли душа, свободна ли воля. Но если воля несвободна или если свобода воли находится под сомнением W (это, по существу, одно и тоже, то человеку не надо выбирать, когда речь идет о Боге и бессмертии души. Что-то за него и без него решило и про Бога, и про бессмертие хочет он или не хочет, он вперед обречен принять то, что ему будет преподнесено.
VI Обычно вопрос о свободе воли связывали с вопросами этики. Но, как уже отчасти видно из сказанного в последней главе, он гораздо теснее связан с проблемой познания. Точнее, свобода воли, с одной стороны, и наши идеи о добре и зле, с другой стороны, так срослись с нашим представлением о сущности познания, что попытки трактовать эти проблемы вне их взаимной связи неизбежно ведут к односторонним или даже ложным выводам. Когда Лейбниц суверенностью утверждал, что человеку которого связаны руки, все же может быть свободным, его уверенность имела своим основным убеждением, что знанию дано ответить на вопрос, свободна ли наша воля, и что ответ, который нам знание принесет, мы должны будем принять как последний и окончательный, не подлежащий пересмотру в какой-либо высшей инстанции. Таково же было убеждение и Спинозы. Но знание подсказало Спинозе совсем не то, что Лейбницу. Лейбниц узнал, что наша воля свободна. Спиноза — что несвободна. Знаменитый спор между Эразмом Роттердамскими Лютером сводится к тому же.
Эразм написал Diatribae de libero arbitrio (Рассуждение о свободной воле, Лютер ответил ему своим De servo arbitrio (О порабощенной воле И, если мы спросим себя, как случилось, что Эразм и Лейбниц узнали, что воля свободна, а Спиноза и Лютер, что воля несвободна, мы попадем в очень трудное положение, из которого обычным
10
Т. 1. С. 282.
11
Эта мысль выражена Спинозой так « В самом деле мы показали в Прибавлении к Первой части, что природа не действует по цели ибо то вечное и бесконечное существо, которое мы называем Богом или природой, действует по той же необходимости, по которой существует. Таким образом, основание или причина, почему Бог или природа действует и почему она существует, одна и та же. Поэтому как природа существует не ради какой-либо цели, таки действует не ради какой-либо цели, но как для своего существования, таки для своего действия не имеет никакого принципа или цели. Т. 1. С. 394.
12
Оба трактата существуют в русском переводе Ю. М. Каган в кн Э раз м Роттердамский Философские произведения. М, 1986.
5




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница