Лекция Религия. Богословие. Религиоведение Историки свидетельствуют о сотнях «мертвых»



страница9/27
Дата09.07.2018
Размер3.59 Mb.
ТипЛекция
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   27
Антиклерикализм — это осуждение притязаний Церкви на светскую власть, на диктат в сфере образования и культуры. Очень часто такое проявление свободомыслия свойственно не только неверующим, но и приверженцам религии, опасающимся произвола Церкви. Как правило, воинствующие клерикалы выступают против прогрессивных достижений культуры и демократии, ревностно преследуют все проявления свободомыслия. Клерикальные тенденции были распространены в прошлом, но, время от времени, они нарастают и усиливаются даже в современной истории.

Антиклерикальные идеи заметны уже в философских учениях древности, и даже в некоторых богословских сочинениях. Наиболее дальновидные деятели Церкви понимали, что наделение ее светской властью в итоге компрометирует как духовенство, так и религию. Эти идеи обычно разделяют и прогрессивные деятели культуры разных эпох. Антиклерикальные лозунги почти обязательно свойственны многим оппозиционным политическим движениям тех стран, где Церковь приближена к власти либо уже сосредоточила светскую власть в своих руках. Исторический опыт свидетельствует, что союз Церкви и светской власти непременно порождает фанатизм и произвол. Он профанирует самые привлекательные достояния религии и в результате отталкивает от Церкви не только вольнодумцев, но и многих искренне верующих людей, склоняет их к критике и Церкви, и собственных верований.

Одно из проявлений такой критики верований — религиозный скептицизм, то есть сомнение в истинности верований. Понятие «скептицизм» родилось в лоне античной философии, и в истории философской мысли представляет собой концепцию сомнения в возможности познания мира. Однако философский скептицизм нередко обращен и против религиозных умопостроений (это особенно характерно для эпохи Просвещения), идейно питая антиклерикальную тему в творчестве многих писателей и художников.

Религиозный скептицизм, пожалуй, является основной формой проявления свободомыслия у критически настроенного верующего человека. Неверующий в своей критике религии обычно переходит от скептицизма к атеизму, о котором будет сказано ниже. Скептицизм верующего — явление нередкое и в прошлом, и теперь. Как правило, возникающие порой сомнения религиозный человек воспринимает как греховный соблазн и старается преодолеть его в молениях. Но некоторые верующие нарушают веления благочестия и дерзают усомниться в догматах, канонах и иных религиозных установлениях, открыто заявляют об этом, не опасаясь церковного гнева, обвинений в ереси.

К религиозному скептицизму побуждает сопоставление канонов и догм с какими-то реалиями жизни верующих, с фактами церковной истории, с данными научного познания, а также сравнение религиозных канонов и догм между собой, что нередко порождает противоречия и вызывает недоумение. Благодаря этому проявления религиозного скептицизма сопровождают историю каждой конфессии, выражаясь в еретических сочинениях и движениях.

И все же все описанные выше виды критического отношения к верованиям, культу и Церкви не затрагивают исходно-теоретических основ религии, и главное — центральную идею религиозного миропонимания — идею Бога.

Религиозное свободомыслие обретает философскую основательность, пожалуй, только с появлением концепции пантеизма, отождествляющей Бога со Вселенной. В науку понятие «пантеизм» ввел в 1705 г. английский мыслитель Д. Толанд, но его истоки можно найти еще у мыслителей Древней Индии, Китая и Греции. Образ над миром находящегося и его сотворившего единого Бога (монотеизм) тогда был еще неизвестен. Представления о множественности богов (политеизм) окрашивают пантеистические идеи: божества нередко растворяются в мироздании (материалистический пантеизм) или же, наоборот, растворяют мироздание в себе (идеалистический пантеизм). Таким образом, мысленное отождествление Бога и природы допускает двойственность толкования.

Эта двойственность пантеизма присуща и его более поздним вариантам, связанным с монотеизмом. Так, у мыслителей средневековой Европы находили поддержку представления о содержащемся в самой природе мировом духе, о безличном Боге, вечно творящем мироздание, о тождестве материи, разума и Бога и т.п. Эти представления питали мистические учения Средних веков и более позднего времени, а также многообразные ереси (иногда материалистически окрашенные).

Идеи пантеизма стали еще более влиятельными в эпоху Возрождения. Так, им симпатизирует и даже развивает их выдающийся немецкий философ (и одновременно католический епископ, а затем кардинал) Н. Кузанский. Бог, по его высказыванию, это «бесконечный максимум», и природа как «ограни-

ченный максимум» поглощена Богом. Конечно же, выдающийся религиозный мыслитель придерживается идеалистического пантеизма

Продолжатель Н. Кузанского великий итальянец Д. Бруно, сожженный за свое свободомыслие на костре инквизиции, наоборот, низводил Бога к природе («природа есть не что иное, как Бог в вещах»). Таков же материалистический пантеизм выдающегося голландского философа Б. Спинозы: Бог у него отождествлен с материей. Материя, считает Б. Спиноза, это единая, вечная и бесконечная субстанция, обладающая протяженностью и мышлением. Она есть причина самой себя и не нуждается в сотворении.

Идеи пантеизма разделяли выдающийся немецкий просветитель XVIII — начала XIX в. И. Гердер, его современник и соотечественник великий поэт и философ И. Гете. В XX в. пантеистических взглядов придерживались крупнейшие естествоиспытатели Э. Геккель, М. Планк, А. Эйнштейн. К пантеизму склоняются многие богоискатели, почему-либо не приемлющие традиционную религию. Один из модных современных вариантов таких исканий — заимствованное из индуизма (вишнуизма) отождествление природного мира с сознанием Бога Кришны.

Еще одной формой религиозного свободомыслия, обращенной к самой идее Бога и тоже порожденной философией, является деизм. Основатель этой концепции — английский философ Э. Чербери («Трактат об истине», 1624 г.). Именно в Англии эта форма свободомыслия стала в последующем особенно популярна. Деисты признают, что Бог сотворил мироздание, но вместе с тем утверждают, что после сотворения мира Бог не принимает какого-либо участия в событиях природы и не вмешивается в их закономерный ход. Как видим, эта концепция оставляет Бога у входа в мироздание, не допуская Творца в жилище природы.

Эта дерзкая, почти материалистическая форма свободомыслия была подхвачена в XVIII в. многими выдающимися соотечественниками Чербери. Такими, например, видными мыслителями, как уже известный нам А. Коллинз (введший в науку понятие «свободомыслие»), моралист и эстетик А. Шефтсбери, философ Д. Толанд — автор знаменитого сочинения «Христианство без войн», едва не поплатившийся жизнью за эту книгу, вызвавшую страшный гнев Церкви. Сторонником деизма провозгласил себя великий английский ученый Д. Пристли, прославившийся открытием кислорода, а вслед за ним — и многие другие естествоиспытатели.

Проповедниками деизма стали знаменитые американские просветители и государственные деятели Т. Джефферсон и Б. Франклин (крупнейший физик своего времени). Во Франции к идеям деизма склонялся великий моралист и просветитель Ж.-Ж. Руссо, их активно пропагандировал выдающийся писатель и философ Ф. Вольтер. «Вольтерианство» во второй половине XVIII — начале XIX в. стало весьма модным среди немалой части интеллигенции западных стран. Ему симпатизировали и многие представители просвещенного общества России. Известные русские философы И.И. Пнин, А.С. Лубкин, некоторые декабристы разделяли и пропагандировали идеи деизма среди студентов и в дворянской среде.

Позднее концепция деизма теряет свою популярность у философов. Но и поныне у нее немало сторонников среди свободомыслящих естествоиспытателей. Сомневаясь в бытии личного Бога как «промыслителя мира», они убеждены в наличии разумного Творца мироздания. К этому убеждению их склоняет размышление над поразительно сложным, но в то же время закономерном и познаваемым обустройством мироздания. Впрочем, и далеким от науки людям часто свойственно это удивление-недоумение. Не зная, как объяснить множество целесообразных проявлений в природе, они склоняются к мысли о том, что кто-то так мудро устроил мир. Удивление-недоумение перед этими проявлениями целесообразности мироздания многие «снимают», обращаясь к материалистической философии.



Атеизм — наиболее последовательная форма свободомыслия — как раз и опирается на философию материализма. Эта философия обязательно ведет к атеизму — отрицанию веры в сверхъестественные силы и существа, критике самих основ религиозного миропонимания и культа.

Как правило, последовательный мыслитель-материалист непременно склоняется к этому. Не будем перечислять всех знаменитых атеистов в истории культуры. Это обычно те же фигуры, которые являются представителями и сторонниками философского материализма. Идеи атеизма более или менее последовательно разделили многие видные деятели культуры, ориентировавшиеся на принципы материализма. В особенности со второй половины XIX в., когда влияние материализма среди интеллигенции западных стран и России заметно усиливается. Правда, еще столетием ранее в деятельности французских просветителей-материалистов атеизм уже был обращен к широким слоям общества. Но именно со второй половины XIX в. он становится влиятельной тенденцией массовой культуры.

Тогда же складываются начальные формы объединения движений свободомыслящих. В 1888 г. возникает «Всемирный союз свободомыслящих»,объединивший активных сторонников атеизма и других оппозиционных религии идейных течений. В деятельности этого союза принимают участие многие крупнейшие ученые, писатели, публицисты, политики. В 1952 г. образовано еще одно интернациональное объединение свободомысля- щих —«Международный гуманистический и этический союз». В 90-е гг. минувшего века стало функционировать Русское гуманистическое общество, выпускающее журнал «Здравый смысл» — орган скептиков, оптимистов и гуманистов. Гуманистические объединения свободомыслящих ставят перед собой лишь просветительские цели, не сбиваясь на воинствующий атеизм, а тем более на религиозный нигилизм.

Как уже отмечалось, любые проявления религиозного свободомыслия обычно вызывали в прошлом резкое осуждение Церкви, нередко сопровождались гонениями, преследованиями инквизиции, а то и казнями вольнодумцев. Атеизм — особенно дерзкий вызов религии и Церкви. Большая часть его истории полна трагических страниц; быть атеистом вплоть до Нового времени во всех странах считалось тягчайшим преступлением. Церковная анафема атеисту обычно влекла за собой и расправу со стороны светских властей. Гонения атеистов и поныне обыденная практика жизни многих стран (в особенности, мусульманского мира), где отсутствует свобода совести.

В силу этих причин следование атеизму требовало не только дерзновенной свободы мысли, но и немалого личного мужества. Мучеников, пострадавших за религиозную веру от рук фанатиков, в истории было чрезвычайно много. Но немало и пострадавших за свои атеистические убеждения. И все же не будем романтизировать историю атеизма, как это нередко имело место в годы его государственного влияния в странах социализма. Проявления фанатизма — досадный феномен не только в истории Церкви, но и в истории свободомыслия: от них не был свободен и атеизм. Прежде всего, атеизм, причастный к власти, используемый ею в своих негативных целях.

Не следует повторять модные в постсоветском обществе огульные обличения атеизма со стороны некомпетентных или предвзятых публицистов и проповедников, которые представляют его незаконнорожденным детищем культуры, а то и в виде исчадия ада, ответственного за все проблемы мировой и отечественной истории. Тоталитарный режим приумножает фанатизм. Так, советская власть своим идейным оружием сделала воинствующий атеизм, особенно его вульгарную версию, обильно насыщенную элементами религиозного нигилизма и религиофобии. Лозунгом воинствующего атеизма оправдывались стеснения свободы совести, гонения на Церковь и духовенство, антирелигиозная политика в области культуры, образования и воспитания. Воинствующий атеизм компрометировал свободомыслие как гуманистическую традицию культуры человечества. На самом же деле вульгарный атеизм советских времен — это не более чем извращение традиции свободомыслия. Неправомерно отождествлять атеизм с этим его фанатичным извращением, как неправомерно отождествлять религию и инквизицию.

Огульные обличения атеизма негативно влияют на массовое сознание. Недавнюю религиофобию в нашем обществе сегодня грозит сменить своеобразная атеофобия. В глазах обывателя считать себя атеистом теперь стало неприличным. Но одинаково ненормально стыдиться своей религиозной веры или своего свободомыслия в отношении религии. Любое искреннее и гуманное убеждение заслуживает уважения и защиты. В особенности это касается убеждения, выстраданного самостоятельными исканиями истины, прошедшего через жизненные испытания, опыт преодоленных сомнений, заблуждений и ошибок.

Религия и атеизм как выражение последовательного свободо- мыслия — две разные, во многом противоположные, но в то же время равноправные, взаимодополняющие стороны культуры. Потому-то в демократическом обществе они должны иметь равные возможности на свободное существование. Предвзятые критики атеизма нередко представляют его видом суеверия («верой в неверие»), а то и своеобразным оборотнем, «религией наоборот». Но нельзя считать суеверием культурную традицию, неотделимую от истории философии и науки. Атеизм также не является и «религией наоборот». Достаточно указать, например, на отсутствие в атеизме обрядности

и Церкви, особых форм ритуализированного поведения и культовых отношений. Надуманно и отождествление атеизма с некоей антирелигией.

Атеизм часто смешивают с религиозным свободомыслием в целом, поскольку в каждой из форм этого свободомыслия обязательно присутствуют элементы атеизма как оппозиции религии и Церкви. Как культурная традиция эта критика религии сопутствует ей с самого начала цивилизации. Правда, религиозное свободомыслие не обладает столь мощными социальными корнями, как религия, а тем более свойственной ей часто властью (эпизод с государственным атеизмом в социалистическом обществе — исключение). Нет у свободомыслия и столь богатой и пестрой религиозной истории, тесно сплетенной с историей каждого народа. Религия несравненно глубже, нежели свободомыслие пронизывает жизнь, бытовой уклад, язык, обычаи. И все же явное проявление оппозиции к религии свойственно истории всех этносов, хотя не всегда оно поднимается до теоретического атеизма.

В более узком и строгом смысле слова атеизм — это материалистически философствующее свободомыслие, отчетливая альтернатива богословию, сложившаяся на сравнительно поздних этапах истории. Теоретический атеизм — особый раздел знания на границе между философией и религиоведением. В то же время атеизм как альтернатива религиозно-богословскому миропониманию представляет собой один из вариантов выбора собственного мировоззрения для каждого человека, вступающего в самостоятельную жизнь и размышляющего над ее смыслом.

Буквальный перевод слова атеизм — безбожие, что сразу подчеркивает негативный акцент в этом термине. Но на деле атеизм — это позитивное знание и гуманистическая, жизнеутверждающая мировоззренческая позиция. Атеизм, в отличие от религиозного нигилизма, не игнорирует общечеловеческие ценности религии, но освобождает их от мистического ореола, тем самым, обнажая и усиливая их земное, мирское содержание. Вере в сверхъестественное он противопоставляет веру в истинность приобретенного практическим путем опыта и научного познания, а преклонению перед церковными авторитетами — собственную критичность. Но главное: не соглашаясь с идеей загробного бытия, атеизм повелевает ценить земную жизнь как единственное пространство сравнительно краткого и хрупкого существования каждого человека, как величайший дар природы. Именно поэтому он предписывает человеку повиноваться не вере в сверхъестественное, а законам природы, дающим личности ориентиры свободной деятельности и возможность наиболее полного личного самоутверждения.

Религия возвеличивает Бога, атеизм возвеличивает человека, разум, науку, творчество. Не будем спорить, где истина: в религии или в атеизме. Этот спор длится всю цивилизованную историю человечества. Он будоражит страсти. Разве что далекий от культуры обыватель равнодушен к этой полемике мировоззрений. Подавляющее большинство остальных жителей планеты более или менее осознанно включаются в эту полемику и делают выбор между религией и атеизмом, опираясь на собственный жизненный опыт и разум.

Различие религиозных верований и атеизма — проявление своеобразной мировоззренческой «намагниченности» культуры, наличия внутренне присущих ей прямо противоположных полюсов. Вряд ли когда-либо завершится эта полемика мировоззрений и один из полюсов культуры совместится с другим. Можно лишь надеяться, что со временем этот нередко бурный спор сменится более спокойным и цивилизованным диалогом. Главный же вывод этого спора таков: нет и не может быть победителя в полемике мировоззрений. Важно, чтобы эта дискуссия не вызывала неприязни, не разжигала страсти и конфликтов. Важно, чтобы дискуссия не мешала взаимопониманию и сотрудничеству верующих и неверующих сограждан — ведь они находятся в одной лодке и только совместными усилиями могут обеспечить будущее человечеству. В глобализирующемся мире с его экологическими, демографическими, военными, террористическими и иными угрозами не следует накалять мировоззренческие разногласия во избежание мирового пожара.


Лекция 5. Психология отношений к религии и свободомыслию


Вторая половина XIX в. — время становления религиоведения и экспериментальной (опытной) психологии. На границе между этими науками формируется психология религии. Ее основы были заложены в исследованиях С. Холла, В. Вундта, В. Джемса, Т. Рибо, впервые обратившихся к научному анализу религиозных проявлений в мышлении, чувствах и поведении человека. В XX в. психология религии получила многостороннее и более углубленное развитие в трудах Т. Флурнуа, З. Фрейда, К. Юнга, Г. Оллпорта, Р. Отто, видных отечественных исследователей Р.М. Грановской, К.К. Платонова, М.А. Поповой, Д.М. Угриновича.

Первостепенное внимание в психологии религии уделяется субъективным проявлениям верующего, связанным с религиозной приверженностью. Они всегда интимны и трудноуловимы для исследователя, который, по выражению известного американского религиоведа П. Бергера, должен обладать «теологическим слухом». Это одна из важных причин «дефицита» объективной информации в отношении таких проявлений.

Но еще менее изучено отношение к религии неверующих, а в особенности, психология свободомыслия. И все же к настоящему времени в этой пограничной отрасли религиоведения и психологии накоплены ценнейшие данные, позволяющие проникнуть в сокровенные глубины отношения человека к религии. Эти данные помогают верующему и неверующему лучше понять как самих себя, так и друг друга, а значит, способствуют преодолению отчужденности, установлению взаимопонимания.

Из обширного круга проблем психологии религии здесь будут освещены три: психология веры и культа, субъективный опыт верующего и неверующеголичностный смысл приверженности к религии или к свободо-мыслию.

Обратимся сначала к психологии веры и культа. В нашей первой лекции в общей форме уже был определен главный признак религии — вера в сверхъестественные силы и существа и поклонение им. Указаны основные отличия светской и религиозной веры. Теперь обрисуем их внутренние механизмы.

Выдающийся русский религиозный философ B.C. Соловьев писал: «Вера означает признание чего-либо истинным с такой решительностью, которая превышает силу внешних фактических и формально-логических доказательств». Именно такова по своей психологической природе вера в сверхъестественное. Сверхъестественное для религиозного человека такая же несомненная очевидность, как существование природного мира или собственное бытие. Логическая недоказуемость сверхъестественного мало беспокоит подавляющее большинство верующих: доказательства они оставляют на долю богословов.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   27


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница