Конференция Иркутск, 22 марта 2013 г


Исключение из описи (освобождение от ареста) малоценных предметов



страница66/129
Дата30.07.2018
Размер7.69 Mb.
1   ...   62   63   64   65   66   67   68   69   ...   129
Исключение из описи (освобождение от ареста) малоценных предметов

с точки зрения экономической теории права
Гипотеза и ее основания. Полагаем, что в практике судов общей юрисдикции наметилась линия на освобождение от ареста малоценных

предметов, используемых в повседневном быту488. Так, например, истец просил исключить из описи туалетный столик, шкаф с зеркалом и бинокль, цифровой спутниковый приемник, которые были арестованы в обеспечение долга его дочери перед акционерным обществом. Названные вещи, по словам истца, он передал во временное безвозмездное пользование своей внучке, проживающей вместе с матерью (должником). Титул на вещи истец доказывал кассовыми чеками, которые не позволяли идентифицировать покупателя и приобретенный товар. Объяснения истца и его дочери в совокупности с чеками суд счел достаточными для освобождения вещей от ареста, подчеркнув, что соображения представителя акционерного общества (взыскателя) ничем не подтверждены, доказательств подложности чеков, ложности объяснений истца и должника не предоставлено489. Иными словами, кассовые чеки, которые вполне могли быть выданы в подтверждение оплаты любого другого товара и любому покупателю, суд расценил как достоверные доказательства, подтверждающее титул истца на вещи, арестованные по долгам его дочери.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия установила, что судебным приставом-исполнителем были арестованы домашний кинотеатр, телевизор, кронштейн для телевизора, стиральная машина, мебель для ванны. Гражданка обратилась в суд с иском об исключении из описи названного имущества, пояснив, что является собственником арестованных вещей. Предметы, попавшие в опись, находились в квартире, а квартиру истец купила вместе с вещами, но зарегистрировать свое право собственности на квартиру в установленном порядке не успела. Свои доводы гражданка подтверждала договором купли-продажи мебели, бытовой техники и договором купли-продажи квартиры, распиской ответчика в получении денег. После того, как истец отдала деньги продавцу за квартиру, в отношении продавца было возбуждено исполнительное производство, пристав явился в квартиру в отсутствие собственника и арестовал имущество.

Взыскатель утверждал, что истец и должник (продавец квартиры) являются подругами, совершили мнимую сделку, договор купли-продажи судебному приставу-исполнителю при наложении ареста не представили, злоупотребляют правами с целью сокрытия имущества от взыскания.

Суд первой инстанции в иске отказал, указав, что сделка мнимая, требованиям закона не соответствует. Но судебная коллегия по гражданским делам в своем кассационном определении от 1 февраля 2012 г. по делу № 33-334 указала, что договор купли-продажи никто в установленном порядке не оспаривал, письменная форма договора соблюдена, и потому выводы суда первой инстанции о недействительности договора преждевременны и необоснованны. Доводы о дружеских отношениях между истцом и продавцом квартиры (должником по исполнительному производству) не имеют правового значения при рассмотрении спора, являются предположительными и вероятностными. Судебный пристав-исполнитель зашел в квартиру в отсутствие собственника квартиры – истца и без ее согласия, не выяснив того, что в действительности квартира принадлежит истцу, а не должнику. На основании изложенного исковые требования об исключении имущества из описи были удовлетворены.

В рамках другого дела Иванова и Петрова требовали исключить из описи имущество, арестованное в рамках исполнительного производства: телевизор, мебельную стенку, стиральную машину, столик с зеркалом, шкаф для одежды, ковер и поросят. Требования обосновывали тем, что названное имущество принадлежит им, а не должникам Сидоровой и Кузнецовой. Телевизор и стенка получены Ивановой в собственность по письменному договору дарения. Собственник стиральной машины, шкафа, ковра и столика – Петрова, получила их в дар по другому письменному договору. Поросята принадлежат Петровой, поскольку она приобрела их для себя по договору купли-продажи. Суд постановил исключить из описи предметы, но отказал в иске об освобождении от ареста поросят. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия определила решение суда оставить без изменений, а жалобу без удовлетворения, мотивировав свой акт тем, что вывод суда первой инстанции об исключении из описи предметов является правильным. Бремя доказывания принадлежности имущества лежит на лице, не являющимся участником исполнительного производства. Истец Петрова не доказала, что она покупала «подвергнутых описи и аресту поросят»490. Спрашивается, почему суд счел доказанным принадлежность истцам предметов и счел не доказанным право собственности на животных?

Объяснение. «В учении о доказательствах основное, – наставлял академик А. Я. Вышинский, – это принципы и методы оценки доказательств, это критерий, с точки зрения которого производится оценка доказательств. Таким критерием всегда, в конечном счете, являются те классовые интересы, на защите которых стоят суд и судебный процесс»491. Из цитаты следует, во-первых, что главное в учении о доказательствах есть критерий их оценки. Во-вторых, таковым критерием являются классовые интересы, на страже которых стоит суд, и, в-третьих, классовые интересы являются критерием лишь в конечном счете. Следовательно, между классовыми интересами, как окончательным критерием, и оценкой доказательств по конкретному делу всегда имеются некие промежуточные критерии.

С внешней стороны оценка объяснений истцов осуществлена судом строго формально. Слова о том, что арестованные предметы принадлежат истцам на основании договоров дарения, истцы подтверждали, согласно тексту судебного акта, экземплярами письменных договоров (в определении судебной коллегии указана дата их составления). Слова о том, что арестованные поросята были куплены одним из истцов, а не ответчиками, никакими письменными доказательствами не подтверждались. Возможно, покупку животных можно подтвердить копиями платежных документов, счетами организации, реализующей гражданам живых поросят на откорм, но из документов как раз следовало то, что покупка осуществлялась одним из должников. Поэтому таковые документы и не были представлены суду. Можно ли доказать, что поросята были куплены должником на ферме не для себя, а для истца, по поручению последнего? Представляется, что письменный договор комиссии в данном случае был бы принят судом с большим недоверием, поскольку суд знает, что граждане, поручающие своим родственникам покупку движимых вещей для себя, не оформляют, как правило, поручение письменным договором. Но когда мы дарим своим близким (родственникам, знакомым) подержанную мебель, бытовую технику, бывшую в употреблении, то не подписываем, обычно, никаких договоров. Здесь же таковые договоры представлены суду, и суд оценивает их положительно. Другими словами, формальный критерий ничего не объясняет.

Представляется возможным объяснить оценку доказательств с позиций экономического критерия. В специальной литературе экономическую теорию («Law and economics») называют «самым успешным направлением развития теорий права (jurisprudence) второй половины XX века»492. Согласно учениям школы экономического анализа права, как можно прочитать у С. И. Семеновой, субъекты рациональны и стремятся к максимальному извлечению выгоды из своих решений, но с учетом издержек493. В нашем случае выгодой следует считать погашение долга перед взыскателем, пусть и в малом объеме. Поросята на откорме являются ликвидным имуществом, которое можно быстро продать, а вот подержанная мебель и бытовая техника мало кому нужны, даже за небольшие деньги. Согласно объяснениям истцов вещи они получили в дар, то есть даритель не мог продать данные предметы и просто подарил, чтобы избавится от них.

Обоснование. Профессор Н. А. Гредескул писал, что право выявляется в процессе правоприменения, что целью судопроизводства является не защита субъективных прав, а выявление скрытых правовых норм в процессе защиты субъективных прав494. Представляется, что суды интуитивно нащупали правило, согласно которому не может быть арестовано и подвергнуто взысканию имущество, продажа которого с торгов не покрывает издержек по аресту и продаже. Например, в § 812 Гражданского процессуального кодекса Германии (die Zivilprozessordnung) сказано, что на обычные предметы домашнего обихода, используемые в домашнем хозяйстве, взыскание не должно обращаться, если очевидно, что вырученная от их реализации сумма не будет соответствовать их стоимости495.


Е. А. Самсонова
студентка 2 курса

ИЮИ (ф) А ГП РФ


Каталог: Fmt6qU01 -> 2013
Fmt6qU01 -> Программа учебной дисциплины Направление подготовки: 030900 Юриспруденция Профиль подготовки: прокурорская деятельность
Fmt6qU01 -> Программа учебной дисциплины Направление подготовки: 030900 Юриспруденция Профиль подготовки: прокурорская деятельность
Fmt6qU01 -> Учебное пособие для бакалавриата Часть I теория государства санкт-Петербург 2016 АкадемиЯ
Fmt6qU01 -> В правотворческой деятельности
Fmt6qU01 -> Издается с 2008 года Санкт-Петербургским юридическим институтом (филиалом)
2013 -> А. В. Юрковский Конституционализм и политические
Fmt6qU01 -> Федчин Владимир Сергеевич зав кафедрой культурологии и управления социальными процессами Института социальных наук игу, доктор философских наук, профессор ф 54 Социология : рабочая программа
2013 -> И. Н. Лопушанский социология политология конспект


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   62   63   64   65   66   67   68   69   ...   129


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница