Концептуальные истоки идеи глобализации



Скачать 256.63 Kb.
страница1/4
Дата04.05.2018
Размер256.63 Kb.
  1   2   3   4


 2003 г.
А.Ш. ЖВИТИАШВИЛИ

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ИСТОКИ ИДЕИ ГЛОБАЛИЗАЦИИ



ЖВИТИАШВИЛИ Анатолий Шалвович – старший научный сотрудник Института социологии РАН.
В литературе о глобализации выделяются три позиции: глобализация началась на "заре истории"; глобализация является современницей "модернизации" и развития капитализма; глобализация – явление новейшей истории, связанное с "постиндустриализмом" и "постмодернизмом" [1, р.4]. По моему мнению, вторая позиция позволяет говорить о формировании парадигм того процесса, который позже будет обозначен термином глобализация. В данной статье ставится задача анализа концептуальных истоков этого сложного и противоречивого социокультурного феномена.

Конец средневековья и наступление Нового времени заставил европейское человечество начать поиск новых мировоззренческих ориентиров. С эпохи Возрождения этот поиск вел к пониманию миропорядка, где центральное место отводилось человеку и его силам. Человек становился центром не только земного мира, но и космоса. Антропоцентризм в секулярной мысли получил гуманистическую защиту в тезисах Пико делла Мирандолы и философскую легитимацию в формуле Декарта "Cogito, ergo sum". Самопоклонение человека, вера в силу собственного разума (отсюда проектирование новых реальностей – от социальных – проекты справедливого общества – до техноприродных – Новая Атлантида Ф. Бэкона) сочетались с переходом от геоцентризма к гелиоцентризму. Такой переход лишь закреплял антропоцентристские притязания нововременного человека: они расширяли сферу его возможного воздействия на мир. Д. Бруно довел эту тенденцию до логического конца, наделив мыслимый космос бесконечностью. Деятели Просвещения, Маркс, Ницше и другие мыслители ХIХ в. укрепляли веру в мощь человеческой активности, хотя видели по-разному ее цель и пути развития. В поклонении человеку были, однако, мыслители, чьи идеи позволяли усомниться в абсолютизме религии разума. Бэкон указал на подстерегающих познание "идолов", а И. Кант – на антиномичность и непреодолимую границу человеческого разума, на противоречивость философских оснований гуманизма и его кризис.

К числу идолов познания и социальной практики следует отнести понятие человекобожества. Эта идея "нововременного исторического разума европейской цивилизации" [2, с.137] и идея центричности человека в мире прослеживаются в истории античной философии. Слова Протагора о том, что человек-мера всех вещей, еще не означали превращение антропоцентризма в человекобожие. Античный духовный мир населяли не только люди, но и боги, которым рядовой гражданин полиса доверял больше, чем собрату. Гераклит, Анаксагор, Сократ подвергались гонениям за их, по мнению общества, непочтительное отношение к богам. Разделение в античном сознании мира людей как объекта воздействия и мира богов как субъекта воздействия сдерживало появление идеи человекобожества.

Ближе к смыслу этого концепта стоят возникшие на закате античности герметизм и гностицизм, установившие единство и даже тождество божественного и человеческого. А.А. Федоров пишет: "…именно герметическое сообщество усилиями своих многочисленных эпигонов не в малой мере способствовало тому, что уже в ХVIII в. становятся столь распространены пафос человекобожества и идея человеко-божественного титанизма и революционаризма" [2, с.137]. К.В. Сергеев отмечает: "…гностицизм выступал как значимая составляющая европейской культуры, то принимая облик тайной доктрины тамплиеров, то превращаясь во флорентийский гуманизм, то проявляя себя в масонстве, то оборачиваясь религией Французской революции" [3, с.89]. Но какова бы ни была роль обоих движений в формировании данного концепта, их образ человекобожества отличается от его нововременного варианта. В герметико-гностической философии богоподобие человека основывалось на поиске аналогии с обожествленной природой, скрытых сил микро-и-макрокосма.

В модернистской парадигме этот принцип переосмысляется. "С началом промышленного прогресса – пишет Э. Фромм – …техника сделала нас всемогущими, а наука-всезнающими. Мы были на пути к тому, чтобы стать богами, …способными создать второй мир…" [4, с.32]. Появляется новый момент понимания места человека в мире, - активизм. Он стал чертой того, что Фромм называл "земным градом прогресса". Исследователи выделяют две формы активизма – "социальный революционаризм" и "технократическую волю к переустройству человеком не только Земли, но и Космоса" [5,с.114]. Обе составляющие активистской парадигмы присутствуют в концепциях становления идеи глобализации. Эти концепции можно сгруппировать в три модели – социальную, сциентистско-технократическую и спиритуалистическую (мистическую).

Идея глобализации в социальной модели разработана более всесторонне, чем в сциентистско-технократической, и выглядит менее спекулятивной, чем в спиритуалистической модели. Особый вклад в социологию проблемы внесли О. Конт, Маркс и теоретики "массового общества". У Конта ясна нововременная трактовка человекобожия и идея транснационального союза европейских государств и североамериканских штатов, - "Западной Республики". В "позитивистическом триумвирате", состоящем из Земли с солнечной системой ("Великий Фетиш"), мирового пространства ("Великая Среда") и человечества ("ни с чем несравнимая Богиня"), первое место Конт отвел последнему [6, с.25]. Преимущество человечества мыслитель видел в том, что оно было для него единственным носителем сознательного и нравственного начала, а превосходство человечества как целого над отдельными людьми- в том, что оно олицетворяло силу, определяющую "наши мысли, чувства и действия", и вносило в жизнь индивидов "объединяющий элемент". В отличие от Ницше, чье человекобожество окрашено в элитарно-индивидуалистические и бунтарские тона, и Фейербаха, апеллирующего к биологической стороне понятия, Конт подчеркивал его солидаристский, социально-интегративный аспект. За его образом "богини" стояли не только сила воображения или реминисценция древних мифологических персонажей, но и культ "Верховного Существа", введенный во Франции Робеспьером (последователем Ж.-Ж. Руссо) в годы революции. Дж. Б.С. Холдейн писал по поводу контовской трактовки человекобожия: "Если кооперирование нескольких миллиардов клеток в мозгу может породить нашу способность сознания, то еще более допустима идея, что какое-то кооперирование всего человечества или его части предопределит то, что Конт называл сверхчеловеческим верховным существом" [7, с.56]. Контовское понимание единого человечества как "верховного существа" или "богини" содержало в себе идею глобализации. Хотя она выражена в религиозной форме, у нее, секулярное содержание. Это подкрепляется учением Конта об интеллектуальной эволюции человечества (закон трех стадий-теологической, метафизической и научной), согласно которому на последней-научной- стадии "строй человеческого мышления является в полном смысле окончательным" [8, с.7]. Его учение называют поэтому "католичеством минус христианство", или "католичеством плюс наука"[6, с.41].



С идеей человечества как верховного существа связана мысль Конта о "Западной Республике". Она интересна не только предвидением объединения Европы в транснациональное целое, но и пониманием иерархического характера развития глобализации. Для Конта глобализированное единство – это не эгалитарный конгломерат государств, а социокультурная целостность со своими "центром", "ядром отборной части человечества" и "второстепенными элементами" [8, с.210-211]. Конт считал этим центром Францию, не обесценивает значение этой интуиции, подтверждавшей в современном мире.

У Маркса идея глобализации освобождается от религиозной терминологии и принимает социально-экономические и классовые очертания. Наиболее важны в Марксовом анализе следующие тезисы. 1. Создание крупной промышленностью всемирного рынка и развитие на его основе торговли и средств сообщения. 2. Глобализация производства и потребления. "Буржуазия путем эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим…Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены… Их вытесняют новые… отрасли, … вырабатывающие фабричные продукты, потребляемые не только внутри данной страны, но и во всех частях света"[9, с.427-428]. 3. Замена "нацио нальной замкнутости" "всесторонней связью и зависимостью наций друг от друга" в области "материального" и "духовного производства". 4. Вовлечение в сферу западной цивилизации всего мира: "Буржуазия быстрым усовершенствованием всех орудий производства и бесконечным облегчением средств сообщения вовлекает в цивилизацию все, даже самые варварские, нации" [9, с.428]. 5. Формирование зависимости "варварских" и "полуварварских стран" от "цивилизованных" [9, с.428]. В этом пункте мысль Маркса сближается с положением Конта об иерархическом характере глобализации. 6. Рост унификации общественной жизни: "Национальная обособленность и противоположности народов все более и более исчезают… со свободой торговли, всемирным рынком, с единообразием промышленного производства и соответствующих ему условий" [9, с.444]. 7. Мировая интеграция как условие эмансипации рабочего класса: "Соединение усилий, по крайней мере цивилизованных стран, есть одно из первых условий освобождения пролетариата" [9, с.444]. Здесь активистская трактовка принципа человекобожества наполняется иным содержанием: не абстрактное единство человечества, устремленного к прогрессу, а всемирное объединение рабочих на основе общественной собственности и власти пролетариата. Контраст позиций Конта и Маркса носит скорее стадиальный характер. Конт "пропускал" в своем анализе классовую фазу глобализации и пытался описать его конечный результат. (Размах мысли французского социолога дал основание Энгельсу говорить о гениальности Конта). Маркс считал классовую стадию социального развития, хотя и временной, но необходимой и длительной. В отдаленной перспективе обоим виделась сходная картина общества, в котором, говоря словами их учителя А. Сен-Симона, управление людьми смениться управлением вещами. 8. В обществе без классовых различий "все производство сосредоточится в руках ассоциации индивидов", а "публичная власть потеряет свой политический характер" [9, с.447]. Такое общество может существовать лишь как планетарное. Так, Маркс предвосхищает одно из возможных следствий глобализации – исчезновение национального государства. 9. Добуржуазный социализм стоит в обратном отношении к всемирно-историческому прогрессу. Позиции Маркса в отношении глобализации могут служить опровержением антиглобалистских доводов поборников леворадикальной идеологии, нередко апеллирующей к марксизму. Их недовольство современной глобализацией типологически сопоставимо с критикуемой в "Манифесте Коммунистической партии" оппозицией промышленному капитализму со стороны тех, кто ориентировался на доиндустриальное общество. Соответственно отрицание глобализации несет в себе нечто большее, чем отрицание капитализма.

В теории "массового общества" отношение к слагаемым глобализации корректируется и уточняется. Вера в науку и необходимость технического прогресса, сменяется разочарованием и критикой. Идея человекобожия, которая у Конта еще ищет примирения с католицизмом, а у Маркса слита с призывом к революционному изменению общественных отношений как источника религиозных предубеждений, в теории массового общества резко противопоставлена историческому христианству в форме понятий "сверхчеловека" Ницше (со знаком плюс) и "фаустовского человека" О. Шпенглера (со знаком минус). Надежда на объединение Европы как решение проблем западной цивилизации в ряде случаев, например, у Шпенглера, уступает место пессимистическим ожиданиям "заката Европы". В теории массового общества социологическая мысль анализирует разрушительную сторону глобализации. Сам термин "массовое общество" имеет негативное значение и указывает на реальность, не укладывающуюся в гуманистический и классовый подходы. Активистская парадигма как основа процесса глобализации сохраняется, по ряду позиций находясь под вопросом. Это относится к критической оценке роли науки и техники. Но и принцип человекобожия частично ставится под сомнение. Шпенглер пишет: "Все оценки Запада относятся к человеку, поскольку он представляет собой центр приложения силы некоей бесконечной всеобщности" [10, с.531-532]. И далее: "Воля к власти,… страстное желание возвести свою мораль во всеобщую истину, … уничтожить всякую иную мораль- все это исконнейшее наше достояние" [10, с.528].



Новоевропейская парадигма человекобожия не удовлетворяет Х. Ортега-и-Гассета, у которого человек превращается из повелителя природы в частицу мировой жизни. Она противостоит у него концепции homo faber, сложившейся к началу ХХ в. "Классическая концепция homo faber, – пишет Л.В. Скворцов, – исходит из постулата о естественном единстве человечества, … ориентирует общественное сознание на всемерное развитие производства, чтобы … увеличивать потребление. … Результатом … коренного сдвига в духовности … становится победа рациональной, в конечном счете – научной ментальности, … утвердившей определение смысла бытия через овладение материальными, научно- техническими предпосылками благополучной жизни… это общая направленность массового сознания дала… толчок для глобальной борьбы за место под солнцем" [11, с.89, 91, 245]. Прослеживая следствия этого сдвига, теоретики массового общества выявляют характеристики социального развития, необходимые для процесса глобализации. Появление "массового человека". В период модерна происходит "глобализация" индивида в виде формирования массовой личности; масса – не узкокласовая категория, а "средний человек". "Человек науки", отмечает Ортега, оказывается прототипом массового человека и олицетворяет "империю масс" [12, с.106, 109]. Ответственность за такого человека возлагается на либеральную демократию и научно- технический прогресс. Либеральная демократия приводит к "снижению социального контроля" и зависимости от принципа равенства прав. Поэтому "массовое общество является экволитарным обществом, в котором массы стремятся выдвинуть лидера по своему образу" [13, р.23, 27]. В результате общество с равенством прав граждан, "падением качества элит", сокращением контроля ослабляет национальное государство и требует создания транснациональных институтов, стимулируя глобализацию социума.


Каталог: distance -> resources -> alex -> bib -> 2003 1-6
bib -> В. Н. Иванов, М. М. Назаров массовая коммуникация и современные тенденции глобализации
2003 1-6 -> Депривационный подход в оценках бедности
bib -> Проблема выявления ценностных ориентаций, жизненных приоритетов, профессиональных предпочтений, любимых способов проведения досуга, взаимоотношений со старшим поколением
2003 1-6 -> Первый вариант статьи по поводу Трушкова /Социс
bib -> О понятиях "общество" и "социальное"
2003 1-6 -> Б. И. Максимов рабочий класс, социология и статистика


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница