Книжное обозрение



Скачать 102.1 Kb.
Дата01.03.2018
Размер102.1 Kb.
ТипМонография

Книжное обозрение

© 2001 г.
Култыгин В.П. КЛАССИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ. М.: Наука, 2000. 527 с.

Среди множества публикаций по истории социологии монография профессора Култы-


гина В.П. выделяется рядом преимуществ. Во-первых, она четко проясняет конкретную
социокультурную основу развития социологического знания - принадлежность того или
иного ученого к конкретной культурно-языковой традиции. Во-вторых, она порывает с
долго бытовавшим в российском обществоведении обезличенно-детерминистским подхо-
дом, когда больше интересовались идеями, как последовательно сменявшими друг друга
фазами становления человеческой мысли, устремленной к "последней цели". Это гегельян-
ское видение, где идеи предшественников - лишь ступени к чему-то более "зрелому" и
"истинному", заменяется автором персоналистическим подходом. История социологии здесь
предстает не просто как вереница концепций - звеньев большой одномерной цепи, а как
многомерное разнообразие личностно окрашенных и самоценных дискурсов об обществе,
востребуемых им в различных исторических обстоятельствах, независимо от уровня его
развития. Такое понимание, ничуть не ослабляя универсальную составляющую социоло-
гической науки, вместе с тем позволяет сфокусировать внимание исследователей на особен-
ностях, способных не хуже, а лучше "исторического абстракционизма" проследить форми-
рование социологии у конкретного народа в конкретных условиях. В-третьих, данная книга
намечает полезную классификацию различных социологических теорий на основе пре-
обладания в них того или иного принципа организации социального знания. Так, в рамках
национальных социологических школ (французской, немецкой, итальянской, британской,
американской и российской) выделены монофакторные (социогеографическое, органицист-
ское, психологическое, механицистское, расово-антропологическое и др.), эмпирицистские,
эволюционистские, плюралистические, символические, консервативные, леворадикальные
направления, имеющие как общие черты, так и специфику тех стран, где они сформи-
ровались. Здесь мы нередко наблюдаем перекличку идей. Таким образом, в сферу внимания
автора попадают практически все теоретико-методологические построения в рамках
классического этапа, который, по определению автора, "охватывает начальный период
социологии с момента ее зарождения в середине XIX века и до Второй мировой войны"
(с. 19).

Отмеченные черты концептуального подхода автора удачно реализованы в организации


материала книги. В первом разделе ("Классическая французская социология") рассмотрены
учения от Сен-Симона до Дюркгейма, представляющие широкий спектр социальных идей.
"Сен-Симон, - пишет В.П. Култыгин, - был первым, кто объединил идею естественного
социального равновесия с идеей социального развития" (с. 25). Автор подчеркивает другой
важный вклад французского социолога - в теорию эволюционного органицизма. "Вклад
Сен-Симона, который впоследствии был завершен Контом, заключался в уточнении поня-
тия эволюции как части осознанной программы реконструкции" (там же). В книге фикси-
руются факты преемственности и разрыва с идеями французского социалиста, которые мы
находим у его ученика Конта. После Дюркгейма и его школы доктрине Конта уделено
много места. И это понятно. Автор справедливо отмечает, что "Конт - один из создателей
позитивизма и классической социологии. Он сумел систематизировать и объединить
основополагающие доктрины европейского обществоведения своих дней, синтезировал
некоторые достижения позитивного социально-экономического знания" (с. 31). Из изло-
жения контианства можно видеть, что в этом учении апология принципа наблюдения, со-
циальной статики сочеталась с признанием решающей роли идей в социальном развитии и
социолатрией - культом человечества.

Важное место отведено анализу монофакторных теорий. Среди них - психологическая


(Г. Лебон, Г. Тард), органицистская (М. де Местр, А. Фулье, А. Эспинас), расово-антропо-
логическая (В. Лапуж, А. Гобино), социогеографическая (Э. Реклю, П. Блаш) школы.
Особое внимание уделяется концепциям Тарда, у которого "социальное явление имеет
постоянно подражательный характер" (с. 50), и Ле Пле. В качестве главной темы соци-
альных исследований Тарда автор называет средства массовой информации, их влияние на
личность, проблемы политической социологии, социальной психологии экономической
деятельности и др. Отмечается, что Тард отводил ключевую роль в общественных пере-
менах элитам и объяснял причину распространения политических идей законом диффузии,
передающей инновации из столиц в провинции и т.д. Автор подчеркивает мировое значение
работ Тарда и его влияние на социологию Франции, США и России. Интересен анализ

147


социологии Ф. Ле Пле — представителя католического традиционализма. "В политике он
отрицал революцию и выступал за социальную реформу и классовый мир. ...считал, что
возможности демократии ограничены и отводил ей лишь сферу местного самоуправления"
(с. 58). Из изложения взглядов Ле Пле мы узнаем, что у него были последователи не только
во Франции, но и в России (например, известный политик XIX в. К.П. Победоносцев). Автор
рассматривает концепцию Ле Пле в контексте его полемики с сен-симонистами, центра-
листами и прочими поборниками социал-индустриализма. Весьма актуально звучит пере-
чень позиций Ле Пле в этой полемике. "Ле Пле отверг, - отмечает автор, - ... технократи-
ческую и оптимистическую точку зрения. Нет такой вещи, как однолинейный социальный
прогресс - бывают лишь циклы процветания и коррупции... Высшее благо заключается в
социальном мире... и нравственном поведении..." (там же). Вместе с тем, В.П. Култыгин
подчеркивает дуализм подхода французского социолога, признававшего не только необхо-
димость для каждого иметь "правильные идеи", но и эффективность "голого насилия".
Среди других особенностей концепции Ле Пле - антропоцентричность, критика инду-
стриализации (за пауперизм и маргинализацию), призыв к обузданию природы человека с
помощью благодати и семьи. В.П. Култыгин указывает и на такие фундаментальные черты
социологии Ле Пле, как поиск источника социальной дезинтеграции в распространении
интеллигенцией не- и антирелигиозных доктрин - "с уходом веры уходит и данное
общество" и взгляд на процветание как на путь к коррупции элит, ведущей к коррупции
всего общества. Хотя Ле Пле жил задолго до эпохи НТР, повальной атеизации, общества
массового потребления и охлократии в виде тоталитарных режимов, его идеи остаются
значимыми и сегодня.

Обстоятелен разбор и теории Дюркгейма. Автор выделяет типичное для его позитиви-


стской методологии положение: "факт есть высшее проявление закономерности, закон -
общий внутренний базис факта" (с. 73). Особое внимание сосредоточено на концептах соли-
дарности, в том числе механической, аномии, типологии самоубийств (эгоистическое,
альтруистическое, анемическое и фаталистическое), теории религии как кульминации идеи
коллективного сознания. В книге показывается значение идей Дюркгейма для мировой
социологии, не обходится тема сопоставления идей французского ученого и основателя
научного социализма. Главу о Дюркгейме продолжает глава "Деятельность французской
социологической школы", где изложены теории представителей Дюркгеймовского направ-
ления (М. Мосс, М. Хальбвакс и др). По поводу его активности мы читаем: "из-за...
"бойцовского" характера... Дюркгеймовской школы... во французской академической среде
появился термин "социологический империализм", означавший бурный захват представи-
телями новой науки... академических постов..." (с. 89).

Во втором разделе работы В.П. Култыгина ("Классическая немецкая социология")


рассмотрены не только параллельные французской социологии направления - органицизм
(А. Шеффле), социогеография (К. Риттер, Ф. Ратцель), психологическое (М. Лазарус,
Г. Штейншталь, В. Вундт, Э. Шпрангер), расовый антропологизм и социал-дарвинизм
(Л. Гумплович, X. Чемберлен, О. Аммон, Г. Ратценхофер), их влияние на мировую социо-
логию вообще и французскую в частности (например, психологии народов Шпрангера на
школу Дюркгейма). Так, оценивая роль расово-антропологической школы, автор пишет:
"Многие из этих концепций опираются на доказанные факты..., дали приращение нового
знания в социоантропологии, этнографии, социо- и психолингвистике... А вот как обеспе-
чить... гуманистическое применение этих знаний - важнейшая задача не только и не
столько ученых, сколько всего общества... его социально-политических институтов"
(с. 138). Однако, как показывает автор, круг интересов немецкой социологии был шире.
Школа формальной социологии Г. Зиммеля оппонировала "эволюционистскому субстан-
циализму и натурализму" Конта и Спенсера, концепции М. Вебера обогатили науку анали-
зом форм и механизмов социального действия, власти, системы социальных конструктов
("идеальных типов"), "имманентная критика" Франкфуртской школы (М. Хоркхаймер и др.)
акцентировала внимание людей на перерождении идеалов Просвещения в дегумани-
зирующую "технологическую рациональность" Запада и Востока. Отмечены вниманием
позиции К. Маркса, Л. Штейна, "социология знания" М. Шелера, социология религии
Э. Трельча и др.

За британской социологией (третий раздел) прочно закрепилась репутация эмпиричес-


кой науки. Автор подробно прослеживает ее становление на примере "политической
арифметики" Д. Граунта, В. Пстти, Г. Кинга. Важный этап в эмпирических исследовани-
ях, на котором социология использовалась для управления общественными процессами,
В.П. Култыгин связывает с супружеской четой Б. и С. Вебб. К этому же этапу он относит и

148


творчество ГГ. Геддеса - ученика Ф. Ле Пле, городского планировщика, теоретика-систе-
матизатора, который ввел в социологию понятия энергетики, биотехники и пр. Разверну-
тым анализом социологического эволюционизма Г. Спенсера, разошедшегося с эволюцио-
низмом Конта, "интеграционной" социологии У. Бэджгота, соединившего идеи обоих уче-
ных, академической социологии и социальной антропологии автор корректирует устояв-
шиеся представления о британской социологии лишь как эмпирической сфере знания. Он
заключает: "... хотя академическая социология развивалась в Англии... медленно по
сравнению с другими ведущими странами Запада, отчасти задачи этой научной дисциплины
успешно решала социальная антропология, представленная созвездием крупных имен,
включающих Редклиффа-Брауна, Малиновского, Вестермарка" (с. 240).

Четвертый раздел знакомит читателя с итальянской социологией. "Социология в


Италии, - пишет автор, - формировалась в условиях, когда очень остро стояли проблемы
национальной интеграции и... независимости, когда общество ... потрясали политические,
социальные и экономические кризисы. Вот почему новая социальная наука имела пре-
имущественную направленность на анализ прежде всего политических явлений и аспектов
социальной жизни" (с. 304). Это объясняет приоритетный интерес В.П. Култыгина к
авторам теории элит - В. Парето, Г. Моска и Р. Михельса, существенно повлиявших на
развитие данной теории во Франции, Германии и США. Автор разбирает ее методоло-
гические основания и основные понятия. Концепты "нелогического действия", "циркуляции
элит", политической формулы как идеологической легитимизации власти, замена "мета-
физических абстракций" демократии "научной истиной" в виде теории "правящего класса",
"железный закон олигархии" остаются и сегодня, говоря словами автора, "мощным орудием
интерпретации социально-исторической реальности" (с. 285). Основные посылки леворади-
кальной социологии рассмотрены на примерах Э. Ферри, А. Лабриола и А. Грамши, соеди-
нившего идеи Макиавелли с историческим материализмом Маркса.

Отдельная глава посвящена социологии преступности Ч. Ламброзо, экономической


социологии А. Лориа, христианской социологии Л. Стурцо. Поучительная история итальян-
ской социологии дает основание автору сказать, что "Италия - одна из тех стран, на при-
мере которой была продемонстрирована "железная" социальная закономерность:...
диктатура и социология - явления несовместимые" (с. 307).

Пятый раздел дает сбалансированную картину развития американской социологии, где


эмпиризм сочетался с плодотворными достижениями теоретико-методологического ана-
лиза. Ключевая роль в этом процессе отведена У. Самнеру, Т. Веблсну, П. Сорокину
(создателю Гарвардской школы социологии) и Т. Парсонсу. У П. Сорокина автор выделяет
идеи интеграции социокультурных значений, чередования сенсэционных, идеационных и
идеалистических систем, социокультурных изменений, социальной мобильности. У Пар-
сонса его внимание привлекают теории социального действия и социальных систем как
комплекса нормативных правил, ценностей и верований. Среди школ одного фактора
психологическое направление названо "одним из наиболее ярких" (с. 328). В нем В.П. Кул-
тыгин различает психологический эволюционизм (Л. Уорд, Ф. Гиддингс), символический
интеракционизм (Ч. Кули, Дж. Мид) и инстинктивизм (У. Мак-Дуггал). Автор подробно
останавливается на идеях двух главных школ американской социологии - Чикагской и
Колумбийской. В рамках первой обозначены идеи получения и передачи нового знания для
управления обществом "во всеобщих интересах" (А. Смолл); концепции социальной
ситуации (объективные условия, установки индивида и группы, формирование ситуации
действующим индивидом) (У. Томас); понятия социальной дистанции, баланса потерь и
приобретений цивилизации с точки зрения социального порядка и реализации человеческой
природы (Р. Парк); стратегии достижения общественного консенсуса (Л. Вирт); иденти-
фикации эффективных средств личности и социального контроля (М. Яновиц). Вклад
Колумбийской школы исследован на примере теорий Р. Мак-Айвера (различия между
похожими и общими интересами, общиной как матрицей социальной организации и
ассоциацией), Я. Морено (психо- и социодрамы и социометрия с их интересом к ролевому
пониманию социальной активности, катарсису, уловиям творческой выживаемости чело-
века), П. Лазарсфельда (панельный метод, методика анализа латентных структур) и
Р. Мертона (структурно-функциональный анализ, понятие дисфункции, анемическое пове-
дение как расхождение между социально предписываемыми целями и приемлемыми сред-
ствами их достижения).

В посвященной эмпирическим исследованиям главе акцент сделан на трех основных


направлениях: промышленной социологии, социологии американского города и военной
социологии.

149


Шестой раздел ("История российской социологии") должен особенно заинтересовать
российского читателя. "Есть народы, - пишет В.П. Култыгин, - оптимально пользующиеся
имеющимися для прогресса возможностями, другие демонстрируют собой, что случается
при неблагоприятных внешних обстоятельствах и внутренних факторах. Однако наиболее
...поучительно альтернативы развития важнейших общественных тенденций проявляются в
исторических путях, ...проходивших через экстремальные ситуации. Россия является такой
страной, на долю которой выпало за последнюю тысячу лет... наибольшее число экстре-
мальных... ситуаций из всего европейского опыта" (с. 391). Верный этой мысли, автор
изображает пеструю гамму направлений российской социологии для понимания "совре-
менной ситуации" и прогнозирования дальнейшего развития страны. Становление оте-
чественной социологии видится ему в двух основных формах: академической и публи-
цистической. Он подмечает важную особенность академической социологии - отсутствие в
ней расово-антропологических теорий при наличии всех прочих направлений "школ одного
фактора". Самой интересной и значимой среди них названа плюралистическая социология
М.М. Ковалевского. Не менее содержательно представлена публицистическая социология:
социология русской идеи (Н.Я. Данилевский, К.Н. Леонтьев), субъективная социология
(П.Л. Лавров, Н.К. Михайловский), анархизм (М.А. Бакунин, ILA. Кропоткин), марксизм
(легальный марксизм, ленинизм и пр.). Драматическая история российской социологии в
советский период также изложена со знанием дела. Подытоживая вклад российской
социологии в мировое обществоведение, В.П. Култыгин заключает: "В России... в наиболь-
шей степени реализовались социально-критические функции этой науки, анализ дисфунк-
ций и аномалий социального развития" (с. 463).

В заключительной части намечены перспективы социологии в XXI в., хотя тема выходит


за рамки монографии. С особым интересом ее прочтут те, кто хочет узнать о современном
состоянии и будущем этой науки. Написанная доступно и увлекательно, с использованием
большого и научно осмысленного материала, книга обещает читателю стать надежным
путеводителем по лабиринтам социального знания и судеб его создателей.

З.Т. ГОЛЕНКОВА,

доктор философских наук;

А.Ш. ЖВИТИАШВИЛИ,



кандидат исторических наук

150
Каталог: data
data -> Конспект лекций Санкт-Петербург 2007 г
data -> Федеральное государственное автономное образовательное
data -> Программа итогового междисциплинарного государственного экзамена по направлению
data -> [Оставьте этот титульный лист для дисциплины, закрепленной за одной кафедрой]
data -> Примерная тематика рефератов для сдачи кандидатского экзамена по философии гуманитарные специальности, 2003-2004 уч
data -> Программа дисциплины для направления 040201. 65 «Социология» подготовки бакалавра
data -> Программа дисциплины «Э. Дюркгейм вчера и сегодня
data -> Методика исследования журналистики
data -> Источники в социологии


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница