Книга известного писателя исследует футбол серьезно и озорно и содержит множество поучительных эпизодов и историй. По страницам шагают рядом, то сливаясь, то расходясь, верность и бесчестие, сатира соседствует с юмором и самоиронией



страница1/54
Дата12.06.2018
Размер3.47 Mb.
ТипКнига
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   54

Александр Кикнадзе

Обожаемый интриган. За футболом по пяти материкам.

Аннотация
Книга известного писателя исследует футбол серьезно и озорно и содержит множество поучительных эпизодов и историй. По страницам шагают рядом, то сливаясь, то расходясь, верность и бесчестие, сатира соседствует с юмором и самоиронией. Писатель старается найти ответ на вопрос, как могут послужить российскому футболу уроки крупнейших чемпионатов, свидетелем которых ему довелось быть.

Чтобы так написать о футболе, его надо любить.
Предисловие

Книга и ее автор
Судья, назначивший пенальти, был, без сомнения, самым бесчестным человеком на земле. Да, вратарь, пресекая прорыв, бросился форварду в ноги, мяч отбил, а хитрец-неудачник картинно плюхнулся на травку и давай делать вид, что стал инвалидом до конца жизни. Когда же рефери указал на одиннадцатиметровую отметку, как ни в чем ни бывало, поднялся, сделал, прихрамывая, два-три шага, после чего… подошел к мячу.

А еще через минуту и судья-нечестивец, и пройдошистый форвард стали казаться вратарю милейшими созданиями природы: разве не они помогли ему явить миру свою доблесть? К голкиперу подбежали товарищи, начали обнимать и целовать.

Но когда до конца матча оставалось несколько минут, страж ворот совершил немыслимую глупость: вышел на перехват высокой передачи, выпустил из рук мяч и тот, проклятый, приземлился в сетке. И как глянули на меня в тот момент мои друзья, лучше не вспоминать. Ведь «Неделя» могла стать победителем розыгрыша журналистских ватаг Москвы. А заняла, увы, лишь второе место.

Почти сорок лет прошло, а не забылось!

Футбол с его непрерывной сменой настроений — как отдушина в нашей неясной вялотекущей жизни. Он способен объединить людей разных пристрастий и жизненных целей, наполнить души самыми светлыми чувствами: значит, не все так плохо, если наша сборная кладет на лопатки чемпионов мира французов. И он же… Ох, и тяжко было всем нам, когда в октябрьском матче 1999 года сборная России на последних минутах пропустила гол от украинцев и лишилась права участвовать в финальном турнире европейского первенства.

Футбольные печали имеют свойство постепенно забываться. Радости помнятся долго.

Эта главная игра века животворна по сущности своей. После того, как в 1982 году Италия стала чемпионом мира, в стране резко сократилась юношеская преступность, поубавилось число наркоманов, никогда не знали такого наплыва футбольные школы, были открыты сотни новых, а рядом с ними выросли скромные, но оборудованные по всем правилам стадионы. Любопытную статистику можно было наблюдать и в России. Что на ЗИЛе, что во всей Махачкале после удачных игр родимых команд людям и жилось и работалось (росла производительность) радостнее.

Эта игра учит ценить человека по делам его. В элиту не ввинтишься по знакомству или звонку сверху, и самому именитому, обросшему связями гражданину не позволят забить мяч рукой (памятное происшествие с Марадоной — невероятное исключение).

Здесь раскрываются характеры, рождаются и драмы, и комедии. Здесь десятилетиями накапливается опыт, который верно служит (может служить) грядущим поколениям. Здесь видим мы мудрую запрограммированность на разные времена.

К счастью, интерес к футболу год от года в России растет. Все больше в стране стадионов, все больше на стадионах зрителей. Появилось много специальных изданий: газет, журналов и книг. При всем уровень игры даже лучших российских команд далек от того, что мы хотим видеть, и во что хотим верить.

…Эту книгу написал человек, который повидал футбола столько, сколько повидали очень немногие из наших соотечественников: он работал спецкором на финалах десяти чемпионатов мира и Олимпийских игр, судил соревнования очень высокого уровня, издал немало книг. Не преувеличу, написав, что верность футболу он пронес через всю жизнь. И при всем том…

В начале 2000 года, предваряя одну публикацию, «Комсомольская правда» так представила читателю автора:

«Кикнадзе Александр Васильевич. По образованию филолог. Автор дилогий «Полынь-трава» и «Брод через Арагоа», романов «За час до рассвета», «Стесненные воды», «Игры в футбол», «Пирамида солнца» и тридцати очерковых книг, в том числе недавно выпущенного исторического повествования «Тайнопись. События и нравы зашифрованного века». Издавался на одиннадцати языках. Отца потерял в ГУЛАГе, долгие годы был невыездным, побывал на пяти континентах. Последние сорок лет живет в Москве. Отец тележурналистов Василия и Кирилла».

От себя добавлю, что книги Александра Кикнадзе, посвященные таинству происхождения басков, судьбам соотечественников, разметанных по миру после двух войн, давно (и незаслуженно) забытым версиям происхождения кавказских народов и другие работы вызывали широкий отклик и расходились быстро.

Книга, которую ты, читатель, раскрыл, содержит множество интересных и поучительных эпизодов и историй, известных далеко не всем любителям футбола. Написанная живым и образным языком, она оптимистична, хотя в ней и немало страниц, навевающих печальные размышления типа: «разве могут быть везучие команды у невезучей страны?».

В нашем футболе, как и в спорте, так и в жизни вообще, масса проблем, неясностей и закавык. Автор пишет о них темпераментно и убедительно. И старается найти ответ на вопрос: как могут послужить российскому футболу — сегодня и завтра — уроки крупнейших международных розыгрышей, свидетелем которых довелось ему быть по роду журналистской и писательской работы.

Искусство отбора игроков и тренеров. Психологическая подготовка к труднейшим испытаниям. Опты работы первоклассных наставников Бориса Аркадьева, Константина Бескова, Андрея Старостина, с которыми автора связывали долгие годы близкого знакомства. Проблемы судейства, которые в наши дни также будоражат общественность, как и десятилетия назад (достаточно сказать, что даже финальный матч на Кубок России 2000 года между «Локомотивом» и ЦСКА был опорочен неправедным судейством).

Не могу не поделиться «одним вратарским наблюдением». Когда-то я пуще всего боялся, чтобы рефери не проворонил офсайда, в котором находился игрок, готовившийся забить мне гол. Теперь же, прочитав книгу (одна из ее глав называется «Баллада о презренном офсайде»), я понял сколь нелепо это правило, сколько распрей и раздоров порождает, какое преимущество разрушителям перед созидателями дает. Полтысячи запрещенных комбинаций и атак только за десять туров чемпионата России 2000 года — не слишком ли высокая цена за дань отжившей традиции? Меня, как историка, заинтересовал рассказ о том, когда, где и при каких обстоятельствах она родилась, и доводы автора показались в высшей степени убедительными. Опыт же игры «без офсайда», проведенный в свое время по его инициативе, показывает нам, насколько интереснее, динамичнее и результативнее может она стать.

Футбол живет своей жизнью, неотделимой от жизни общества, впитывая в себя и радости ее, и беды. Он знает, как много дано ему, как милосердно и терпеливо доверие, как искренне сострадание. Ему ли оставаться в долгу? Эта «больше чем игра» в постоянном движении, сегодня она не такая, какой была еще полвека, еще десятилетие назад. Есть люди, готовые воздвигнуть стены между ее прошлым и настоящим. Автор книги наводит надежные, точно рассчитанные мосты.

Чтобы так написать о футболе, его надо хорошо знать. И любить.

…Интерес к книге нарастал с каждой страницей. Верю, что «Обожаемый интриган» найдет широкого и благодарного читателя.
Александр Менделеев, доктор исторических наук, профессор

Вступление

«Ах, чуть не забыл»
Главными средствами обмена информацией и в XXI веке останутся рюмка и футбольный мяч, а не какой-то там Интернет. Как свидетельствует роди мая хроника, у каждого из этих средств есть и благотворные, и вредные для здоровья свойства. Оставив на попечение медицинских изданий рюмку, сделаем «объектом исследования» футбольный мяч.

Среди его отрицательных качеств пессимист-наблюдатель выделит одно: «отвлекает своими псевдопроблемами от проблем жизненных, насущных. Будто так уж важно, в какую раму влетит «Надутый». Или падуг цены и вырастет зарплата? Или лучше заработает городской транспорт? Или молитвенно сложат руки лихоимцы и казнокрады и дадут клятву: «Больше никогда, никогда не будем»? Несерьезно все это. Ерунда, одним словом».

— Сам ты ерунду мелешь, — всколыхнется оптимист-наблюдатель. — Футболу надо низко поклониться уже за одно то, что он действительно от-вле-ка-ет от смутной и непонятной жизни. И нагружает уставшие души полным набором эмоций. Когда выигрываешь ты или выигрывает твоя команда, разве все, что окружает тебя, не начинает казаться куда более веселым и интересным, чем на самом деле?

Автор может, к примеру, вспомнить, как одно только футбольное сообщение, состоявшее из нескольких слов, разом отогнало сон, сняло усталость и позволило с холодным сердцем воспринять последовавшее вслед за ним тревожное, государственного значения известие.


* * *
Токио, середина октября 1964 года, Олимпиада. Самая бессонная из всех, на которых приходилось работать. Материалы, переданные по телефону до четырех утра, успевали попасть в очередной выпуск «Советского спорта». Потом в моем номере довольно большая бригада распределяла обязанности на следующий день, а в семь часов (ни минутой позже!) заявлялись шустрые улыбчивые японские студенты, нанявшиеся на время Игр работать уборщиками и полотерами, и не было силы уговорить их приходить хотя бы через час («Тогда, миси-миси, — извините, пожалуйста, — мы не успеем на лекции»).

А тем утром меня разбудили около шести. В дверях стоял стыдливо улыбавшийся редактор еженедельника «Футбол» Мартын Иванович Мержанов. Он приехал на Олимпиаду туристом, кроме футбола его ничего не интересовало, спал сколько хотел, завидовали мы ему…

— Позвольте, я всего на минуту, — произнес гость.

«Какого черта тебе надо?» — в сердцах подумал я и, изобразив картонную улыбку, процедил:

— Рад видеть, присаживайтесь.

— Я долго думал, будить вас или нет, но в конце концов решил: надо! Если бы знали, какие две новости услышал только что по радио! Вчера, обштопав торпедовцев со счетом четыре-один, тбилисские динамовцы стали наконец чемпионами СССР. Примите поздравления… Если «Спартаку» не удалось на этот раз, пусть уж лучше тбилисцы, чем… — собеседник, деливший мир на поклонников «Спартака» и негодяев, умолк, давая мне возможность додумать, какие команды он имел в виду.

Зная, что радость за давно любимых тбилисских динамовцев не позволит мне «сомкнуть усталые вежды», Мержанов, удобно расположившись в кресле, завел разговор о том, почему с его точки зрения оступился один клуб и возвысился другой, потом, если не изменяет память, сослался на качество судейства (эта проблема была насущной и в те времена), после чего постарался помочь мне лучше представить ход олимпийского футбольного турнира. На этом месте я сдался и задремал. Очнулся, когда услышал:

— Спите, голубчик, спите, я, пожалуй, пойду.

Прихрамывая и опираясь грузным телом на толстенную палку, с которой не расставался после войны, он двинулся к двери. Я не удержался:

— Вы хотели сообщить еще одну новость.

— Ах да, чуть не забыл. Хрущева-то выпи…

Осекшись на мгновение, воспитанный человек не удержался и произнес слово, очень похожее на «выпихнули».

Теперь о сне пришлось забыть надолго.

…Москва подтвердила в выпусках радиоизвестий победу тбилисских динамовцев. О смешении же Хрущева не сообщала ничего. Ни в этот день, ни в следующий. Хотя об этом трезвонили все радиоголоса мира.

Долго буду помнить большого знатока и безгрешного любителя футбола Мартына Мержанова, треснувшего себя полбу:

— Ах да, чуть не забыл.

Какой великолепный артистических ход придумал! Он как бы говорил: что бы ни происходило в мире, футбол есть футбол, а все остальное не так уж и важно (песни: «а все, что кроме, уладить можно с помощью зонта» в те годы еще не знали).

В футболе, как и в политике, как и в жизни вообще, своя борьба за первенство, свои дороги к самоутверждению, и свои интриги тоже. Кого-то судьба благосклонно возносит на пьедестал, а кого-то безжалостно сбрасывает: подучись немного, окрепни духом и телом, яви умельство, быть может, тогда я снова положу на тебя глаз… Борьба спортивная, она честнее, открытее подковерной политической борьбы с ее заговорами, наветами, судебными тяжбами. Здесь человек на виду, и от слова его, написанного самыми изощренными спичрайтерами, не зависит ничего — только отдела, подразумевающего искусство и самоотреченность.

На свете существует лишь один обожаемый интриган. Имя ему — футбол.

Последуем за ним по крупнейшим соревнованиям современности. Не оставим без внимания ни один континент. Приглядимся к своим и чужим взлетам и падениям. Постараемся увидеть их истоки. И попытаемся найти ответ на вопрос: чем опыт, «сын ошибок трудных», способен помочь российскому футболу. Сегодня и завтра.


* * *
А начнем с чемпионата мира 1966 года в Великобритании.

В результате невероятно закрученных интриг еще на дальних подступах к пьедесталу споткнутся Бразилия, Италия и Испания, а советская сборная первый и последний раз в XX веке окажется в числе главных претендентов на лавры. Тем сюжетам и картинам не выветриться из памяти.






Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   54


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница