К вопросу о закономерном возникновении труда как сущностной силы человека



Скачать 152.32 Kb.
Дата25.05.2018
Размер152.32 Kb.
ТипЗакон

К.филос.н., асс. А.Ю. Внутских,

К.филос.н., асс. В.В. Корякин

Пермский государственный университет
К вопросу о закономерном возникновении труда как сущностной силы человека
Научный материализм в отличие от других ведущих течений современной философии – позитивизма, иррационализма в его различных формах, неотомизма – дает наиболее глубокую картину мира посредством позитивного решения самых фундаментальных проблем – сущности мира и человека, характера их развития и других. Вместе с тем традиционный философский материализм, будучи наиболее общей теорией мира и человека, сталкивается с серией вопросов более частного характера в рамках отмеченной проблематики (характера смены и функционирования основных форм материи, возникновения человека и его сущностных сил), которые могут быть решены лишь в процессе углубления научного материализма на основе конкретно-всеобщей диалектики, то есть в рамках его современной формы.

В современной науке благодаря идеям глобального эволюционизма в их различных интерпретациях достаточно прочно утвердилось представление о поступательном и закономерном характере развития объективной реальности. Наиболее объяснительной концепцией мирового развития, на наш взгляд, является концепция единого закономерного мирового процесса (ЕЗМП), представленная современной формой научного материализма и созданная на стыке философии и частных наук (1). Согласно данной концепции материя в своем развитии проходит бесконечное число этапов, выраженных в основных формах материи, из которых нам достоверно известны четыре – физическая, химическая, биологическая, социальная. При изучении соотношения данных форм материи удалось выделить целый ряд конкретно-всеобщих закономерностей, «не замеченных» традиционной абстрактно-всеобщей диалектикой, раскрыть мировой процесс как многомерный (2). Однако представляется, что эвристический потенциал конкретно-всеобщей теории развития в плане выявления новых диалектических закономерностей далеко не исчерпан, возможно ее дальнейшее углубление и тем самым дальнейшая разработка концепции ЕЗМП.

Существенной проблемой, решение которой, на наш взгляд, будет способствовать развитию диалектико-материалистической теории, является вопрос о том, каким конкретно образом мировой процесс «содержит в себе» возможность и необходимость возникновения человека. Данная проблема в ее различных аспектах уже поставлена в науке, однако ее решение зачастую не выходит за рамки самых общих положений («антропный принцип» в физике, принцип «биохимического предопределения» в химии, теория «неограниченного прогресса» в биологии, трудовая концепция антропосоциогенеза, концепция отражения и эволюции его форм, ряд положений концепции ЕЗМП). По-видимому, ни один из аспектов данной проблемы не может быть раскрыт без учета того всеобщего момента, что материя всегда, на любом из бесконечного числа этапов своего развития «чревата» человеком, «человечна», что она шаг за шагом «строит» человека и его сущность. Вряд ли можно надежно обосновать концепцию отражения и антропосоциогенеза, не углубившись в «предысторию» труда, не раскрыв аналогичные труду механизмы в развитии каждой из форм материи. Мировой процесс с необходимостью порождает человека со всем многообразием его сущностных свойств, важнейшим из которых, во многом тождественным человеческой сущности – производству собственной жизни посредством преобразования природы – является труд. В связи с этим, можно предположить, что материя обладает неким всеобщим свойством, родственным производительной деятельности человека, труду. Обнаружение данного свойства и выяснение механизмов его функционирования – существенная проблема, решение которой будет способствовать углублению концепции ЕЗМП.

Свойство материи «родственное» труду, можно определить как материальную активность, которая меняет свою форму по мере смены форм материи. Труд есть высшая, универсальная форма материальной активности (по аналогии с представлением о сознании как универсальной форме всеобщего свойства отражения). Понятие «форма материальной активности» близко более употребимым в философской литературе категориям «способ развития, или существования», «форма движения». Каждая форма материи обладает специфическим способом развития. Однако следует отличать традиционное понимание способа развития от предлагаемого нами (как формы материальной активности). В общепринятом понимании акцент делается на имманентном определенной форме материи характера способа развития, что в принципе верно. Однако при таком подходе игнорируется то, что способ развития имеет и внешнее проявление – взаимодействие данной формы материи со средой, то есть с формами материи иного уровня сложности. Действительно, труд как способ развития человека, универсальная форма материальной активности, раскрывается в двух аспектахвнутреннем (как производство человеком собственной сущности) и внешнем (как преобразование природы), выражающем неразрывную генетическую и функциональную связь человека со всеми уровнями материальной сложности. Аналогичные стороны, видимо, можно выделить в способах развития любой из досоциальных форм материи. Каждая форма материи развивается, таким образом, по собственным законам, имманентно, но вместе с тем взаимодействуя со своей средой. В связи с этим возникает проблема классификации и описания функционирования так называемых комплексных форм материи, иными словами, вопрос об отношении «магистрали» (последовательной смены основных форм материи: физической, химической, биологической, социальной) и «тупиков» мирового процесса. Данная проблема уже получила освещение в философской литературе (3), однако, представляется, что ее решение может быть углублено. Традиционное выделение астрономической, географической, геологической комплексных форм материи связано с конкретными материальными объектами – метагалактикой, определенными оболочками Земли – и имеет весьма абстрактный характер, поскольку оказывается неучтенной диалектика «магистрали» и «тупиков» материального развития, высших и низших форм материи. Поэтому нам представляется более уместной следующая классификация комплексных форм материи: химико-физический комплекс (единство химической формы материи и ее физической среды), виталъно-субвиталъный комплекс (единство живого и его неживой, физико-химической среды), социально-природной комплекс (человек в единстве с его природной средой). В рамках предложенной терминологии делается акцент на ведущей роли высшей формы материи – магистральной компоненты в каждой из комплексных форм в ее связи со средой – низшей формой материи.

Очевидно, что и магистральный, и средовой компоненты обладают собственными специфическими механизмами функционирования и развития. В связи с этим возникает вопрос, каким образом реализуется объективно существующее единство отмеченных комплексов, каковы общие для всех форм материальной активности механизмы, определяющие взаимодействие магистрального и средового компонентов комплексных форм материи? Представляется, что в общем плане это взаимодействие выражается в следующем. С одной стороны, с необходимостью возникнув из низшего, высшее осуществляет своего рода «настройку» низшего «по своей мерке», формируя тем самым адекватную своей сложности собственную среду («прямая связь»); с другой стороны, сформированная высшим среда осуществляет «отбор по своей мерке» в отношении наиболее сложной формы материи в рамках комплекса, посредством определенного «селективного» воздействия ограничивая многообразие объектов высшего, его воплощенных единичных возможностей («обратная связь»). В результате материя проходит бесконечный ряд комплексных ступеней, из которых нам известны три: химико-физическая, витально-субвитальная, социально-природная, сменяющие друг друга по мере становления основных форм материи. Новую конкретно-всеобщую закономерность, отражающую действие указанного механизма, можно предварительно назвать закономерностью «настройки-отбора (селекции)».

I. Механизм «настройки». Специфический способ развития высшего неизбежно приводит к многообразным «побочным эффектам» – изменениям, непосредственно не направленным на усложнение высшего, интенсификацию способа его развития. Однако опосредованно, через процесс отбора, данные изменения закономерно приводят к усложнению высшего; более того, некоторые побочные эффекты имеют весьма долговременный характер, обусловливают появление и развитие будущих, пока еще не реализованных элементов «магистрали» мирового процесса. Сущность означенных эффектов можно интерпретировать как «настройку» среды, направленную в конечном счете на развитие как в рамках «магистрали», так и «тупиков» ЕЗМП. «Настройка» приводит к глубокому преобразованию среды, изменениям в реализации способов развития составляющих ее форм материи. Проводником воздействия высшей формы материи на среду (своеобразным аналогом орудий труда) являются объекты, непосредственно связанные с «теневой системой» высшего или «включенным» низшим (4). Данные объекты обладают той же качественной спецификой, что и объекты «невключенного» низшего (среды), но, будучи включенными в высшее, получают свое предельное развитие. Таким образом, способ развития высшего базируется на функционировании его «теневой системы» и ее непосредственной связи со средой. Развитие высшего и, соответственно, «настройка» среды сопряжены с массовым появлением в области непосредственного контакта магистрали и тупика наиболее сложных объектов невключенного низшего. В процессе «настройки» взаимодействующие включенное и невключенное низшее обретают непосредственное единство, дополняют друг друга, становятся друг для друга условием дальнейшего развития. При этом включенное низшее в качестве «теневой системы» высшего задает определяющее направление развитию низшего в целом.

В качестве иллюстрации механизма «настройки» могут служить процессы в пределах витально-субвитального комплекса. Химический способ развития – синтез – в рамках «теневой системы» живого протекает значительно эффективнее, чем в пределах «невключенного» химического. Например, фото- и хемосинтетики практически мгновенно поднимают до вершин химической эволюции – белков, жиров, углеводов, нуклеиновых кислот и их комплексов – простейшие соединения углерода, азота, фосфора (так, фотохимическая работа при фотосинтезе осуществляется благодаря возбуждению молекул пигмента за время 10-2 – 10-4 с.) Таким образом, живое, взаимодействуя со средой в рамках своей специфической формы материальной активности, постоянно «воспроизводит» себя из неживого. Черты такого рода воспроизводства можно усмотреть и в физических процессах, образующих физическую «теневую систему» живого. Известно, например, что сильное взаимодействие обеспечивает связь кварков и антикварков в барионах, следовательно протонов и нейтронов в ядрах; слабое – взаимопревращение протонов и нейтронов; электромагнитное – физический базис для возникновения атомов и молекул (5). Функционирование физической теневой системы живого «в миниатюре» воспроизводит крупнейшие этапы эволюции физической Вселенной: конфайнмент кварков, взаимопревращение протонов и нейтронов, нуклеосинтез, рекомбинацию, ранние стадии пострекомбинационного периода (6) во взаимодействии с физической средой. Наконец, взаимодействуя со средой, живое в онтогенезе воспроизводит основные этапы собственно биологической эволюции (филогенеза) (биогенетический закон Геккеля-Мюллера или закон рекапитуляции). В философской литературе уже отмечалось, что закон рекапитуляции в той или иной форме характерен для всех форм материи («всеобщий генетический закон») (7). Человек, как наиболее сложная форма материи, в процессе производства своей жизни также воспроизводит все предшествующие уровни ее развития (8). Сказанное, на наш взгляд, позволяет предположить, что труд как способ существования человека и высшая форма материальной активности в ходе собственного развития посредством взаимодействия со средой постоянно воспроизводит в своей «теневой системе» все предшествующие формы материальной активности (физическую, химическую, биологическую). Исходя из нашей гипотезы, следует отметить, что не только собственно труд как социальное в человеке «настраивает» среду и «отбирается» ею, воспроизводя всю историю материи и форм ее активности, но и его «теневые» уровни, сообразно собственному содержанию, находятся в аналогичном взаимодействии со средой.

Возвращаясь к действию механизма «настройки» в пределах витально-субвитального комплекса, следует подчеркнуть, что он приводит к колоссальному ускорению процессов в неживой среде биологического: живое становится «геологической силой». Так, по современным данным микробные биопленки ускоряют геохимические процессы более чем в 10.000 раз (9). Способ развития «невключенного» химического (синтез, опосредованный распадом) с появлением живого осуществляется при определяющем воздействии последнего: собственно химические объекты с появлением витально-субвитального комплекса как бы «встраиваются» в биогеохимический круговорот. «По объему» субвитальная среда колоссально превосходит живое: «живое вещество» составляет лишь 0,01-0,02% от веса биосферы (10). Таким образом, химическое остается «самим собой», согласно закону конвергентного характера развития далеко не все оно включается в живое, но, оставаясь «нерключенным», настолько глубоко преобразуется живым, что последнее, посредством своей теневой системы, «берет на себя» осуществление способа развития всей химической формы материи в биосфере.



II. Механизм «отбора». Высшая форма материи посредством механизма «настройки» как бы «продуцирует» свою собственную среду. Однако столь существенные изменения невключенного низшего не могут не привести к обратному воздействию среды, направленному на высшее. Данное воздействие можно интерпретировать как механизм отбора или «селективного ответа» невключенного низшего. Действие отбора как всеобщего механизма развития (11) предполагает в качестве существенного момента ограничение исходного многообразия материальных объектов, регресс части из них. По своей сущности низшее может быть направлено только на интенсификацию собственного способа развития и ЕЗМП реализует эту тенденцию, с необходимостью порождая на своей «магистрали» высшее. Интенсифицируя развитие низшего в рамках теневой системы, высшее одновременно благодаря отбору отчасти «уподобляется» низшему через возвращение значительной доли объектов высшего на уровень низшего. В рамках витально-субвитального комплекса отбор в его биологической формы связан, в частности, с появлением в среде отмирающих тел живых существ. Эти «проводники» воздействия живого на среду, наряду с продуктами метаболизма, относятся к наиболее сложным объектам последней, и их распад может опосредовать существенную интенсификацию синтетических процессов. Однако в связи с определяющей ролью живого в осуществлении химического способа развития в биосфере дальнейшая интенсификация этого способа возможна лишь в том случае, если в ходе биологического отбора выживают существа, которые имеют наиболее развитую химическую теневую систему. Представляется, что наиболее сложной теневой системой обладают биологически более сложные живые существа, которые «гораздо более приспособлены … к общим условиям физико-химической основы живого … Именно на линиях ароморфного прогресса находятся в этом смысле наиболее приспособленные, на них же в основном и совершается адаптация живого к тенденции физико-химического прогресса» (12).

По мере усложнения живого все ярче проявляется его сущность – способность к самосохранению. Напротив, объекты субвитальной среды живого, развивающиеся путем прямого субстратного синтеза, являются «несамосохраняющимися» в том смысле, что они по своей сущности ориентированы на потерю собственного индивидуального бытия в синтезе (13). Таким образом, в пределах витально-субвитального комплекса возникают и все более обостряются сущностные противоречия между живым и неживым. С одной стороны, живое, как высшая форма материи, в ходе «настройки» продуцирует собственную среду, делает ее условием своего дальнейшего развития и в этом смысле разрушает ее первозданный вид. С другой стороны, субвитальная среда в ходе «селективного ответа» направлена на превращение высшего в условие собственного развития и тем самым на частичное разрушение биологических объектов. Известно, например, что на заре жизни примитивные фотосинтетики сравнительно быстро повысили в атмосфере концентрацию кислорода, выбрасывая его как побочный (и потенциально опасный) продукт собственного метаболизма. В конечном счете это обеспечило формирование «озонового экрана» – необходимой предпосылки дальнейшего усложнения жизни, выхода ее на сушу (14). Однако разрушение первозданного вида субвитальной среды в рамках этой «настройки» привело к «кислородному холокосту» – массовому вымиранию древних форм жизни, неприспособленных к высокому содержанию в среде кислорода, то есть к возвращению значительной доли живого вещества на физико-химический уровень. Видимо, именно противоречие тенденций эволюции «магистрали» и среды («тупика»), каждая из которых, направлена на превращение «своего другого» в условие собственного существования и развития, и выступает основанием механизмов «настройки» и «отбора», является существенным источником развития комплексных форм материи. Это противоречие постепенно нарастает и оказывается «снятым» лишь в рамках более сложной комплексной формы материи. Так, в рамках витально-субвитального комплекса живое, постепенно усложняясь, все с большим успехом самосохраняется – соответственно, элиминирующая составляющая биологического отбора ослабевает (15); резко возрастает выживаемость организмов (16). Абсолютный характер тенденции живого к самосохранению, таким образом, приходит в противоречие со столь же абсолютной тенденцией субвитальной среды к интенсификации синтеза. Примечательно, что наивысший показатель совокупной геохимической энергии характерен именно для простейших организмов (17). Противоречие между живыми и субвитальным достигает наибольшей остроты с появлением высших позвоночных. Возможность интенсификации способа развития неживой среды через «уподобление» себе биологических объектов при этом сводится к минимуму. Данное противоречие не может быть снято ни чисто физико-химическими, ни чисто биологическими средствами, оно снимается лишь с появлением человека и формированием социально-природного комплекса. С возникновением человека, труда как высшей формы материальной активности, действие механизмов «настройки» и «отбора» претерпевает глубочайшее изменение, приобретает универсальный характер. Производящий способ существования человека, с одной стороны, позволяет сформировать «социальный панцирь», благодаря которому продолжается рост самосохранения биологического, включенного в социальную форму материи, с другой – актуализирует нереализованный потенциал развития как невключенной биологической, так и субвитальной компонент своей природной среды (18). Социально-природный комплекс обладает собственными противоречиями развития, однако универсальный характер труда обеспечивает возможность их конструктивного снятия без возникновения «сверхсоциальной» формы материи (19). Механизм «настройки-отбора» в его специфической форме проявляется также в рамках химико-физического комплекса (20).

Подведем некоторые итоги. ЕЗМП содержит в себе возможность и необходимость возникновения человека и его сущностных сил – в первую очередь труда. Конкретизировать это положение позволяет предлагаемая нами гипотеза развития форм материальной активности, стержневой идеей которой выступает наличие взаимодействия магистрального и средового компонентов комплексных форм материи. Действие механизма «настройки-отбора» через снятие соответствующих противоречий высшего и низшего с необходимостью приводит к формированию бесконечной последовательности комплексных форм материи, из которых нам известны три: химико-физическая, витально-субвитальная и социально-природная. Данные современной науки позволяют утверждать, что человек с его сущностными силами «укоренен» в досоциальных формах материи, необходим ей в трех отношениях. 1) Труд как высшая форма материальной активности имеет «аналоги» в рамках досоциальных форм материальной активности. Поскольку труд имеет свою предысторию в эволюции материи до человека, то и все его структурные элементы имеют аналогичную предысторию (производство и воспроизводство, производство собственной сущности и производство среды, вещные элементы производства – своего рода «орудия труда»). 2) Действие механизма «настройки-отбора» в рамках соответствующих форм материальной активности приводит к ряду долговременных последствий, в конечном счете «работающих» на возникновение человека. В частности, в границах химико-физического и витально-субвитального комплексов, благодаря взаимодействию «магистрали» и «тупиков» мирового процесса, происходит формирование полезных ископаемых (21), свойства которых позволяют эффективно использовать их в сфере материального производства; физико-химические и биологические процессы выветривания обеспечивают формирование почв как необходимой предпосылки сельского хозяйства (22), то же выветривание имеет прямое отношение к созданию природных объектов, употребляемых «предлюдьми» в качестве первых орудий труда (23) и т.д. 3) Труд выступает в качестве фактора, снимающего противоречия, препятствующие дальнейшему развитию в рамках предшествующих комплексных форм материи.

Принципиальное отличие труда как высшей формы материальной активности от предшествующих состоит в его универсальности, известном тождестве с активностью материи в целом. Помимо собственно социальной формы материальной активности он включает в себя более простые. Труд как «настройка» универсальным образом относится ко всем материальным объектам, включая человека (производит по «собственной мерке» и «мерке» любого вида), выступает как «самонастройка» человека и материи. Отбор, «селективный ответ» среды (материи, включая человека) также универсально направлен на человеческую деятельность, предстает своего рода как «самоотбор» материи и человека. Постановка и решение вопросов о характере формирования и функционирования комплексных форм материи, вызревании в процессе ЕЗМП труда как ведущего сущностного свойства человека раскрывает существенный эвристический потенциал научного материализма.

________________________

1. См. напр.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. Пермь, 1974.

2. Там же; Он же. Философский манифест: накануне XXI века // Новые идеи в философии. Пермь, 1998. Вып.7; Внутских А.Ю. О новой закономерности конкретно-всеобщей теории // Новые идеи в философии. Пермь, 2000. Вып.9; Корякин В.В. Конкретно-всеобщая теория развития и концепция исторического процесса // Там же.

3. См.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. С. 153-157;

Барг О.А. Живое в едином мировом процессе. Пермь, 1993. С. 45-76.

4. См.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. С. 179-183; 191-204.

5. См. напр.: Кайдалов В.А. Об одной пограничной проблеме в физике микромира (философский аспект) // Философия пограничных проблем науки. Пермь, 1967. Вып.1.; Современное естествознание: Энциклопедия. М., 2000. Т.4.

6. О современной теории эволюции физической Вселенной см.: Новиков И.Д. Эволюция Вселенной. М., 1983; Современное естествознание: Энциклопедия. М., 2000. Т.4; Смольников А.А. Темная материя во Вселенной // Природа. 2001. №7. С.10-12.

7. См.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. С.205, 207.

8. См.: Маркс К. Капитал. Т.1, гл. ХХI // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.23.

9. См.: Левит Г.С. Критический взгляд на ноосферу В.И. Вернадского // Природа. 2000. №5. С. 73.

10. Вернадский В.И. Научная мысль как планетное явление. М., 1991. С. 17.

11. См.: Внутских А.Ю. Отбор как всеобщий механизм развития // Новые идеи в философии. Пермь, 1999. Вып.8.

12. Барг О.А. Указ. соч. С. 191.

13. Васильева Т.С.; Орлов В.В. Химическая форма материи (химия, жизнь, человек). Пермь, 1983. С. 58-59.

14. См.: Будыко М.И. Изменения окружающей среды и смены последовательных форм. Л., 1982. С. 33-35, 69; Колчинский Э.И. Эволюция биосфеы: историко-критические очерки исследований в СССР. Л., 1990, С. 165, 181,188.

15. Красилов В.А. Метаэкология: закономерности эволюции природных и духовных систем. М, 1997. С. 99.

16. См.: Завадский К.М. К пониманию прогресса в органической природе. // Проблемы развития в природе и обществе. М; Л., 1958.

17. См.: Колчинский Э.И. Указ. соч. С. 34, 117.

18. См.: Орлов В.В. Материя, развитие, человек. С. 238-240.

19. Там же. С. 242-244, 253, 265.

20. См. статью А.Ю. Внутских в этом сборнике.

21. См. напр.: Колчинский Э.И. Указ. соч. С. 188.

22. Там же. С. 144.

23. Товмасян С.С. Философские проблемы труда и техники. М., 1972. С. 23.



 © А.Ю. Внутских, В.В. Корякин, 2002

Каталог: psu -> files -> 1636
1636 -> Эвристический потенциал современной научной философии
1636 -> Раздел Эвристические функции научной философии
1636 -> Эвристическая взаимосвязь философии и науки Историческая связь философии и науки носит генетически содержательный характер. Философия при этом «экранизирует»
1636 -> Докторант Н
1636 -> О пермской философской школе (К 70-летию профессора В. В. Орлова)
1636 -> Эвристическая и прогностическая функция категориального знания
1636 -> Эвристическая роль философских оснований физико-теоретического знания
1636 -> Диалектика и синергетика
1636 -> Д филос н. Е. М. Калашникова Пермский государственный
1636 -> Становление концепции исторического процесса и проблема отчуждения родовой сущности человека


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница