Информационная культура в современном обществе: философские аспекты диссертация на соискание ученой степени кандидата философских наук


Информационная культура: понятие, функции, необходимость гуманистической направленности



Скачать 482.17 Kb.
страница5/17
Дата30.01.2018
Размер482.17 Kb.
ТипЛитература
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
Информационная культура: понятие, функции, необходимость гуманистической направленности

Выяснив базовые понятия информационной культуры, перейдем к характеристике ее сущности и функций.

Понятие «информационная культура» относительно прочно вошло в нашу повседневную жизнь. Однако в научном плане оно не является устоявшимся и однозначно определенным. В настоящее время можно выделить два основных подхода к его трактовке: культурологический и информационный, в основании которых лежат рассмотренные нами два фундаментальных понятия – «культура» и «информация». На первый взгляд, кажется, что их выделение и обособление способствует усилению аспектологического основания, поскольку научное понятие рассматривается под углом зрения конкретных наук и научных направлений, что однозначно привносит некую «научную субъективность» и способствует доминированию в его содержании позиций этих наук и научных направлений. Не вдаваясь в известные подробности и отбрасывая имеющие место крайности96, автор полагает, что с философской точки зрения принципиального различия в этих подходах нет: в обоих случаях речь идет об отражении специфики определенного этапа развития человеческой цивилизации, в основе духовной и практической деятельности которого лежит адекватный ему уровень функционирования (культура) информации. В связи с этим культурологический подход не только отражает, но и непосредственно зависит от достигнутого исторического уровня развития общества, а информационный подход, зачастую сегодня ошибочно представляющий информационную культуру через доминанту компьютерной грамотности, высвечивает новые грани духовно-практического освоения действительности, связанные с вхождением общества в определенную стадию развития (в данном случае информационную). Иными словами, информационная культура есть одновременно и результат, и качественный показатель исторических этапов развития общества, в которых исключительно важную роль играли информационные революции.

Пик дискуссионных обсуждений проблем информационной культуры приходится на конец ХХ века – период, когда в мировом научном сообществе окончательно утверждается концепция информационного общества как закономерность цивилизационного развития социума. Это не случайно: по утверждению одного из ведущих специалистов в данной области А.Д. Урсула, «информатизация представляет собой социотехнологический процесс и закономерность общественного развития, которое, в свою очередь, складывается из системы закономерностей движения информации, распространения новых информационных технологий и взаимодействующей с ними социальной среды»97. Это, однако, не означает, что культуру этого общества можно ограничить сферой современной компьютеризации и функционирования информационной техники и новых информационных технологий – эта сфера гораздо шире: от управления всеми социальными и природными процессами до организации быта, досуга и т.д. Другой вопрос, что специфика информационной культуры в информационном обществе связана, в первую очередь, с его информатизацией, формированием информационных качеств личности, свойственных для этого этапа развития человеческой цивилизации.

В научных дискуссиях о сущности информационной культуры часто приводят в качестве универсального определение Э.П. Семенюка, который под информационной культурой понимает информационную компоненту человеческой культуры в целом, объективно характеризующую уровень всех осуществляемых в обществе информационных процессов и существующих информационных отношений98. Казалось бы, достаточно емкое определение, однако, ясности в выяснении сущности информационной культуры оно не добавляет. Дело в том, что Э.П. Семенюк допускает некоторую методологическую неточность: в формальной логике есть сформулированные еще Аристотелем императивные требования формирования номинальных понятий (дефиниций), согласно которым за их основу берутся сущностные, структурные или функциональные признаки. Соответственно результатом таких подходов являются сущностное, структурное или функциональное определения. Но при любом способе формирования дефиниции последняя не должна содержать «круга» (то есть не быть тавтологичной). В данном случае это требование не соблюдено: определяемым понятием (которое надо раскрыть) является «информационная культура», а основными терминами в определяющем понятии (через которые оно раскрывается) выступают «информационная компонента», «информационные процессы» и «информационные отношения» - ключевые термины тавтологичны. И если понятие «культура» еще раскрывается через функционирующие в обществе социальные процессы и отношения, то исходное понятие, выраженное прилагательным «информационная», остается «вещью в себе».

Справедливости ради, следует отметить, что проанализированные автором десятки определений информационной культуры, в конечном итоге, имеют такой же недостаток – содержат аристотелевский «круг», когда прилагательное «информационная» определяется через само себя. Так, среди многочисленных дефиниций информационная культура различными учеными определяется либо как область культуры, связанная с функционированием информации в обществе и формированием информационных качеств личности (М.Г. Вохрышева); либо как уровень знаний, позволяющий человеку свободно ориентироваться в информационном пространстве, участвовать в его формировании и способствовать информационному взаимодействию (Е.А. Медведева); либо как информационная деятельность аксиологического характера (А.А. Гречихин); либо как специфическая сторона культуры, которая связана с информационным аспектом жизни людей во всей его полноте (Л.В. Нестерова); либо как качественная характеристика жизнедеятельности человека в области получения, передачи, хранения и использования информации (И.Г. Хангельдиева) и т.д.99

Вполне понятно, что сложность определения информационной культуры обусловлена как многогранностью обеих ее составляющих –культуры (на сегодняшний день известно более пятисот ее определений) и информации (сопряженные с ней понятия наглядно представляют ее содержательную широту: информационная среда, информационный поток, информационное пространство, информационная картина мира, информационный потенциал, информационные потребности, информационные ресурсы, информационные технологии и т.д.), что, как справедливо замечает Ю.С. Зубов, «говорит об инфраструктурной сущности информационной культуры и о важности ее исследования как специфической интеллектуально-функциональной системы жизнеобеспечения общества в целом и каждого человека в отдельности»100.

Автору, не склонному проводить подробный анализ этих понятий, чтобы на основе индуктивного метода прийти к универсальному заключению, более импонирует подход Т.Н. Сосниной и П.Н. Гончукова, которые характеризуют информационную культуру как специфический уровень развития конкретных обществ, неразрывно связанный с содержательной стороной субъект-субъектных и объект-объектных отношений, зарегистрированных при помощи различных материальных носителей101. Разделяя этот подход, автор полагает, что в философской трактовке информационная культура как специфическая часть общей культуры есть одновременно исторически обусловленные и уровень, и способ (метод) духовно-практического освоения действительности, зафиксированные и передаваемые от поколения к поколению посредством различных материальных носителей. Этот подход не оригинален, но он дает возможность увидеть главное: информация и культура неразрывно связаны между собой, и именно благодаря материальным носителям информации ценности культуры становятся всеобщим достоянием.

Роль информационных носителей культурных ценностей, действительно, велика. Изобретение письменности, книгопечатание, технические средства передачи информации сыграли свою роль в этом процессе. Сегодня мы живем в век электроники и нано-технологий, позволяющим радикально изменить способы освоения окружающего мира и сформировать глобальное информационное пространство. Существует мнение, что в ближайшем будущем коммуникативная культура между людьми с помощью электронных средств постепенно вытеснит традиционную культуру общения, и даже делаются попытки дифференцировать информацию на «электронную» и остальную – «массовую». Отсюда вполне логичным кажется и двоякий смысл современной информационной культуры: с одной стороны, это культура «электронных коммуникаций», которая «живет» в технических информационных системах, с другой – традиционная культура общения, функционирующая в социальной среде, в том числе через средства массовой информации.

Думается, что такое деление информационной культуры на сегодняшний день не только преждевременно, но и не состоятельно: если первая («электронная») доступна в основном специалистам и пользователям электронно-вычислительной техники (ЭВТ), то вторая (традиционная) – всему населению страны. В первом случае первичные знания по коммуникативной культуре и информатике получают, главным образом, специалисты соответствующих профессий, обслуживающих ЭВТ, во втором случае потребителями массовой информации является практически все население. Безусловно, каждый современный человек, независимо от возраста, социального положения, профессии должен обладать знаниями и навыками поиска, восприятия, освоения и использования (иначе говоря, потребления) в своей повседневной жизни всех видов массовой информации, которая способствует его социальной ориентации и развитию как личности. Однако более верным будет утверждение, что именно в процессе потребления массовой социальной информации закладывается фундамент формирования и развития информационной культуры личности и общества в широком смысле этого слова.

Общепринято выделять информационную культуру личности и информационную культуру общества – тесно связанные между собой, но не идентичные друг другу понятия. Информационная культура личности, являясь определенным слепком информационной культуры общества, в то же время специфична в силу отражения личностных особенностей освоения и усвоения социального опыта человеческой цивилизации на ее конкретном историческом этапе развития. На ее формирование оказывают влияние как объективные (информационная среда обитания и условия ее функционирования и развития), так и субъективные (личностные особенности духовно-практического освоения действительности) факторы102. И первые, и вторые всегда играли существенную роль в этом процессе. Кроме того, в современных условиях, когда информатизация всех сфер общественной жизни становится одной из доминант социального развития человеческой цивилизации, а передовые страны уже вступают в ее информационную стадию, все более важным фактором становится глобальная сеть Интернет.

Таким образом, информационная культура – это специфическая характеристика поступательного развития человеческой цивилизации: на каждом этапе исторического развития человечество сталкивается с определенным уровнем информационной культуры, но на всех этапах этого развития она (информационная культура) не только органически вплетена в реальную ткань социальной жизни, но и создает ее новое качество. Именно эта особенность в условиях формирования информационного общества настоятельно и объективно требует от каждого человека обладать знаниями об информационной среде и закономерностях ее функционирования, овладевать современными информационными технологиями и т.д., то есть исторически новым уровнем культуры обращения с информацией.

Именно поэтому в настоящее время объективно назрела необходимость в специальных исследованиях информационной культуры как специфического социального явления, компонента формирования и критерия развития информационного общества. Представляется, что изучение ее содержания, специфики формирования, развития и роли в обществе должно включать в себя разные направления исследований, в том числе исторические, философские, социологические, социально-политические, социально-экономические, социально-психологические, филологические, собственно технологические и прочие аспекты становления, формирования, развития информационной культуры как социального явления.103

С другой стороны, современный этап развития социума объективно диктует необходимость уделять самое серьезное внимание проблеме подготовки каждого человека, особенно молодежи, к жизни и деятельности в информационном обществе, основанном на современных информационных технологиях создания, обработки, хранения и распространения различных видов и типов информации, а также формированию навыков и умений в области самостоятельного поиска, оценки, восприятия и гуманистически направленного социального использования информации - всего того, что входит в содержание понятия «информационная культура».

Каковы основные функции информационной культуры в современном обществе и почему в ее функционировании должна быть гуманистическая направленность?

Информационная культура функционально не может быть оторвана от общей культуры, поскольку является ее составной частью. Многоуровневость структуры общей культуры предопределяет и разнообразие функциональных проявлений информационной культуры

а) изначально обеспечивая приспособление людей к окружающему миру, а затем способствуя научному освоению и построению различных теоретических, в том числе философских, конструктов его развития (адаптивная и гносеологическая функции) на основе исторической преемственности (функция трансляции социального опыта) с помощью различных постоянно совершенствующихся знаковых систем (семиотическая функция) и форм общения (коммуникативная функция);

б) вовлекая каждого человека в общественную жизнь с ее системой социальных предписаний и запретов (функция социализации и нормативная функция), объективно ограничивающих свободу личности и заставляющих находить соответствующие формы и способы защиты от этого ограничения (релаксационная функция);

в) сплачивая, солидаризируя и объединяя людей в социальные, этнические, конфессиональные и иные сообщества, усваивающие навыки и традиции жизнедеятельности друг друга (интегративная функция и функция инкультурации), либо, наоборот, противопоставляя и разъединяя их (дезинтегративная функция) в зависимости от доминирующих в этих сообществах системах ценностей (аксиологическая функция) и т.д.

Иными словами, информационная культура, транслируя через себя функции общей культуры (в их широком понимании) и связывая ее с идеально-образным миром, выполняет внутри нее роль системообразующего элемента – без нее невозможны ни миропонимание, ни человекотворческая деятельность. Соответственно функции информационной культуры охватывают три уровня жизнедеятельности людей:

1) индивидуальный (характеризующий включенность индивида в общекультурную жизнедеятельность социума);

2) уровень социальной группы (отражающий культурную интеграцию и дифференциацию людей);

3) цивилизационный (охватывающий глобальные проблемы общекультурного развития).

Важнейшим свойством информационной культуры должна быть ее гуманистическая направленность. Сразу подчеркнем: проблема гуманистической направленности информационной культуры носит дискуссионный характер. Диссертант, тем не менее, полагает, что в философских исследованиях ей уделяется незаслуженно мало внимания, особенно в условиях становления и первичного функционирования информационных обществ. Между тем именно гуманистическая составляющая процессов информатизации всех сфер общественной жизни требует к себе пристального внимания, в первую очередь, с точки зрения философского осмысления современных технических артефактов и инноваций. Позиция диссертанта по этой проблеме кратко изложена ниже.

«Гуманизм», «гуманизация», «гуманистическое отношение» и т.п. – сегодня об этих понятиях мы вспоминает чаще всего тогда, когда их антиподы что-то переворачивают и изменяют в нашей жизни и заставляют задумываться о действительных ценностях человеческого бытия. Какой смысл объективно несет в себе понятие «гуманистическая направленность информационной культуры»? И как оно соотносится с общим понятием «культура»? Начнем с последнего.

В научных исследованиях давно устоялась традиция раскрытия понятий через их этимологию. Однако когда речь идет о философской трактовке какого-либо концепта, этимология термина может и не раскрывать полностью его смыслового значения, поскольку оно меняется в исторической Поясним эту мысль.

Очень часто понятие «культура» связывают с именем Цицерона, хотя в латинском языке этот термин использовался до него и связывался, главным образом, с его сельскохозяйственной трактовкой (возделывание земли, уход за ней). Цицерон же метафорически вложил в него новое – этико-философское понимание, распространив его содержание на духовную жизнь людей. «Cultura animi» Цицерона - это «возделывание» и «взращивание духа». Здесь, безусловно, мы имеем дело с некоей трансформацией в этимологии понятия «культура»: в трактовке Цицерона оно используется как метафора, а не как относительно строгое понятие. «Как плодоносное поле без возделывания не дает урожая, - отмечал Цицерон, - так и душа. Возделывание души (culturа animi) - философия: она выпалывает в душе пороки, приготовляет у души к принятию посева и вверяет ей - сеет, так сказать, - только те семена, которые, вызрев, приносят обильный урожай»104. По мнению академика Ю.С. Степанова, именно с именем Цицерона связывается «формирование концепта культура в римской духовной жизни»105. Впоследствии в эпоху Возрождения и особенно в XIX веке формирование концепта культуры не просто интенсифицируется, а практически полностью смещается в сторону теоретико-философской рефлексии. Не случайно Дж. Нидерманн в выпущенной еще в 1941 году книге рассматривая историю развития понятия культуры, отмечал, что две фигуры Цицерон и Гердер - являют собой два ключевых момента: первым начинается, а вторым, в основном, заканчивается формирование основ современного европейского концепта культуры106. Humanitas – собственно человеческое – и есть основа культивирования и взращивания человеческого духа, и потому цицероновская идея культуры – это, действительно, философия. Эти предварительные рассуждения нужны диссертанту для того, чтобы раскрыть смысл и содержание информационной культуры в ее философском восприятии.



Информационная культура – совершенно особая часть нашего бытия, с которой не просто сталкивается, но существует в ней каждый человек от рождения и до конца своих дней. И это характерно для всех исторических эпох, с той лишь разницей, что ее (информационной культуры) содержание различается по объему и возможностям. Общая же направленность ее всегда едина: обеспечение коммуникаций людей. В этом последнем, как раз, и коренится главное: каков характер этих коммуникаций?

Информационная культура напрямую соединена с информационной деятельностью людей, со всеми информационными процессами в обществе. Но вступающее в информационную стадию развития человечество смотрит на формирование информационной культуры в основном «техническими глазами», исходя из всевозрастающей значимости информационных технологий и телекоммуникационных средств. Говоря о роли информационной культуры, исследователи чаще всего обращают внимание именно на значении информационных и телекоммуникационных технологий, компьютерной грамотности, умениях добывать информацию и оперировать ею, управленческих аспектах деятельности с использованием кибернетических систем и т.д. – крайностях либо примитивного ремесленничества, либо профессионального снобизма. Главным критерием при таком подходе выступает эффективность хозяйственной деятельности, создание товаров и услуг, профессиональный карьерный рост и т.п., что характеризует современное общество и самого человека как пользователей кибернетических орудий труда, но не как человека, вынужденного жить в этой новой информационной среде, причем по ее правилам. О «culturа animi» Цицерона, к сожалению, речь не идет.

Причин такого положения много. Но наиболее важной, по мнению диссертанта, является одна – и научно-технический, и социальный прогресс продолжают развиваться в угоду техногенной цивилизации, все более утрачивая свою фундаментальную основу – культуру - в широком и всеобъемлющем смысле этого слова, а не только как унаследованный от предшествующих поколений продукт действующих на протяжении столетий духовных и социальных сил. Мы продолжаем жить в обществе потребления по законам рынка, ориентированного на прибыль. Вспомним приведенное К. Марксом положение Т. Даннинга, характеризующее сущность постоянной погони за прибылью: «Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживлённым, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы»107. Сущность погони за прибылью не меняется - изменяются лишь условия ее достижения. Сегодня это происходит в условиях техногенного общества, обусловленного (по-прежнему) рыночной природой цивилизационного развития. Как справедливо замечает Е.А. Дергачева, «именно эта сторона рациональности действительно получила особое развитие в современном мире, с ней связывается успех или неуспех развития общества и научно-технических производительных сил. В то же время она входит в противоречие с социоприродной эволюцией, что в итоге приводит к разрушению биосферы и трансформации самого человека»108.

С какой целью приведены эти, на первый взгляд, несколько отстоящие от контекста диссертационного исследования положения?

Техногенность – важнейшая характеристика состояния не только современного (переходящего в информационную стадию развития) социума, но и предшествующего ему индустриального (а в какой-то степени и прединдустриального) общества. Сегодня с развертыванием информационно-коммуникативной революции развитие человеческой цивилизации все более уходит в плоскость интеллектуализации и информатизации всех сфер производственной и общественной жизни. Вследствие этого информационная компонента культуры (информационная культура) современного общества приобретает все более значимую роль и в перспективе может стать доминирующей в структуре общей культуры. Но, основанная на либерально-демократических ценностях, она будет воспроизводить техногенную составляющую не только в производственных, но и в социальных системах, что будет сопровождаться негативным воздействием на социоприродную систему в целом. Поясним эту мысль.

В конце двадцатого столетия один из выдающихся исследователей феномена информатизации М. Кастельс подчеркивал, что с момента промышленной революции в системе «природа-общество» «культура возобладала над природой» благодаря качественным трансформациям в социотехнической сфере жизни общества, что, по его предположениям, должно стать «началом нового бытия»109. С этим положением и можно, и нельзя согласиться. Можно потому, что информационное общество знаменует собой новый этап цивилизационного развития, отличающийся от индустриального и постиндустриального этапов именно качественными характеристиками, прежде всего, в социально-экономической жизни социума. Нельзя потому, что, во-первых, «начало нового бытия», рефлексируемое как технологически самодостаточная целостная система, по сути, всего лишь одна сторона происходящих социоприродных процессов, к тому же углубляющая техногенную составляющую. «Культура Кастельса» (назовем ее условно таким образом) и объединяет в себе весь искусственный мир, основанный на техногенезе. Во-вторых, техногенный образ жизни постоянно выхолащивает главное, что сохраняет человеческое в человеке, - духовность. Бездуховная культура – это нонсенс. Такая «культура» может технологически характеризовать информационное общество, но никогда не сможет создать действительно гуманное информационное общество. Риторический вопрос – кому нужна такая культура и такое общество – можно в этом случае оставить без ответа.



Как утверждал еще в двадцатых годах прошлого столетия А. Швейцер, в забвении культуры есть значительная вина философии: раньше «философия не только задумывалась над ценностями культуры, но и несла их в качестве действенных идей в общественное мнение», но уже ко второй половине XIX века философия «превратилась в пенсионера, … вдали от мира перебирающего то, что удалось спасти. Она стала наукой, классифицирующей достижения естественных и исторических наук и собирающей материал для будущего мировоззрения, соответственно поддерживая ученую деятельность во всех областях», «стала чуждой реальной действительности»110. Философия должна была увидеть и распознать нарождающуюся специфику труда и производства в индустриальном и постиндустриальном обществах, которая сегодня выдается как аргумент в пользу материальных (читай: культурных, по Кастельсу) достижений социума. Философия обязана была предвидеть на основе проявляющихся тенденций антигуманности техногенеза поглощение человека в информационном обществе. Здесь как нельзя лучше уместны слова Г.Г. Воробьева (в монографии которого впервые в отечественной научной литературе затронуты проблемы информационной культуры111), который еще в начале 70-х гг. ХХ в. предупреждал, что без применения соответствующих норм информационного поведения будут нарушены режимы работы в обществе и будут создаваться информационные «вакуумы» и «эссенции». Диссертант глубоко убеждён: в структуре информационной культуры наряду с техническими нормами не менее важную роль должны играть гуманистические требования и правила. С учетом этого положения структура гуманистически направленной информационной культуры должна включать в себя:

  • моральные нормы и правила, более обстоятельные и обширные, чем другие нормы, применимые к более широкому кругу общественных отношений и призванные обеспечить социально значимое поведение человека, соблюдение общественного долга;

  • правовые нормы, призванные реализовать государственные интересы и интересы информационной безопасности личности, общества и самого государства;

  • требования экономического характера, призванные обеспечить рационализацию производства и управления на гуманистических началах;

  • психологические и санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие необходимые условия сохранения здоровья пользователей информационной техники и технологий;

  • архитектурные требования и требования технической эстетики, обеспечивающие благоприятное воздействие «мира вещей» на человека в его повседневном профессиональном труде, организации досуга и отдыха112.

Таким образом, и в современных условиях выделенная Цицероном функция «взращивания духа» человека приобретает не только важнейшее, но и во многом символическое значение для формировании информационной культуры общества. Обретая гуманистическую направленность, она способствует «возвращению» духовности в «культуру Кастельса», без чего разговор об исключительной значимости вступления человечества в информационную стадию развития превращается в пустую риторику: развитие современного общества без доминирования в нем духовных начал ведет к тупику, а не к «началу нового бытия».




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2019
обратиться к администрации

    Главная страница