Христианство и общечеловеческие ценности



Скачать 111.08 Kb.
Дата14.04.2018
Размер111.08 Kb.

Библиотека Orthodoxia.org

Христианство и общечеловеческие ценности

Игумен Вениамин (НОВИК)

Канд. богословия

Дух дышит, где хочет...

Ин. 3, 8

Начнем с определения, хотя бы краткого. Христианство - это "вероучение, центрированное фигурой Иисуса Христа и объединяющее в единый семантический комплекс содержание как Ветхого, так и Нового Заветов, обеспечивая единство Библии как общего для всех христиан источника" (Новейший философский словарь, Минск, 1999, С. 796).

Христианская этика тесно связана с христианским вероучением. Для христианской этики, как она представлена в Новом Завете, характерен универсализм. Основная христианская максима: это доброжелательное отношение, любовь (агапэ) ко всем людям, независимо от их социального, национального и религиозного статуса. Это вполне описывается и известным с античности "золотым правилом". В смысле этических предписаний Иисус Христос не сообщает на вербальном уровне почти ничего нового. Но Он Сам - главная новость и данность, Он предлагает людям Себя и ниспосылает людям новую силу - благодать. Апостол Павел продолжает утверждать христианский этический универсализм: во Христе нет ни иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного (Гал. 3, 28). Апостол Петр открывает двери Церкви для язычников (Дн. 10).

(Впоследствии, по мере развития ортодоксии, религиозный фактор стал рассматриваться как особо важный, и отношение к еретикам и раскольникам стало отличаться (ужесточаться) от отношения к обычным грешникам.)

Общечеловеческие ценности (ОЦ) - это (снова воспользуемся светским словарем) "система аксиоматических максим, содержание которых не связано непосредственно с конкретным историческим периодом развития общества или конкретной этнической традицией, но наполняясь в каждой социокультурной традиции собственным конкретным смыслом, воспроизводится, тем не менее, в любом типе культуры в качестве ценности.

К общечеловеческим ценностям относят: человеческую жизнь (ее сохранение и развитие в природной и культурной формах). Различают ценности (в связи со структурой бытия) природные (экологические) и культурные (свобода, право, образование, творчество, общение). По формам духовной культуры ценности классифицируют на нравственные (добро, смысл жизни, совесть, достоинство, ответственность), эстетические (прекрасное, возвышенное), религиозные (вера), научные (истина), политические (мир, справедливость), правовые (права человека, правопорядок). Каждая историческая эпоха и определенный этнос выражают себя в иерархии ценностей, определявшей социально допустимое. В современном мире значимы нравственные и эстетические ценности античности, гуманистические идеалы христианства, рационализм Нового времени, парадигма ненасилия ХХ в. (М. Ганди, М.Л. Кинг). В современную эпоху глобальных перемен особое значение приобретают абсолютные ценности добра, красота, истины и веры как фундаментальные основания соответствующих форм духовной культуры, предполагающие гармонию, меру, равновесие целостного мира человека и его конструктивного жизнеутверждения в культуре". Далее говорится, что добро, красота, истина и вера означают не столько приверженность абсолютным ценностям, сколько их поиск и обретение. И наконец: "Непреходящее значение имеют Библейские нравственные заповеди: 10 заповедей Моисея и Нагорная проповедь Иисуса Христа" (там же, С. 484).

С одной стороны, в словарной статье религиозные ценности перечисляются наравне с другими (что типично для светского типа мышления). А с другой - говорится, хотя и с некоторыми оговорками, об абсолютном вневременном значении общечеловеческих ценностей. Таким образом, судя по словарной статье, эпоха большевистской борьбы с "абстрактным гуманизмом", похоже, начинает заканчиваться.

Напомню, что в коммунистический период само понятие ОЦ либо отрицалось (как буржуазное "у них"), либо отождествлялось с интересами прогрессивного класса ("у нас"). В любом случае ОЦ объявлялись исключительно исторически, культурно и классово обусловленными. Чтобы избегнуть релятивизации ОЦ, их пытались вписать в объективную историческую необходимость (истмат), которая методологически выполняла в марксизме роль бога. Бога назвали "объективным законом".

Сегодня почти никто не отрицает ОЦ, но остается открытым для дискуссии вопрос об их происхождении. Главный вопрос: они заданы свыше, от Бога, или они имеют земное происхождение? На философском языке вопрос звучит так: ОЦ укоренены в трансцендентной сфере (в абсолюте) или в относительной имманентной сфере текущей действительности?

У трансцендентной сферы есть одна особенность: она невидима. Вроде бы это плохо, т.к. пощупать нельзя. Но если учесть, что "трансцендентная жажда" человека (согласно христианской антропологии) не может удовлетвориться ничем конечным (видимым), то абсолют и не должен быть видимым (видимый абсолют был бы конечен, а значит - не абсолют). Только при наличии общей точки отсчета, общего критерия (одного абсолюта) и можно говорить об универсальности (всеобщности) моральных требований. Кроме того, только при наличии трансцендентной сферы и можно осмыслить не в терминах поражения земную (имманентную) катастрофу человека, физически гибнущего в результате своего высокоморального поступка.

Имманентная сфера видима и даже слишком хорошо видима. В калейдоскопе событий очень трудно понять, что же происходит, но еще труднее понять, что должно происходить. Очень легко показать обусловленность моральных норм исторической социокультурной обстановкой. Но столь же трудно определить должное направление развития ситуации. Что считать естественным, а что нет? Очень легко показать, что всякого рода порядочность приводит к земной неудаче, а дурные качества приводят к материальному благополучию (надо только "не попасться" - т.е. это вопрос технический). Этические релятивисты любят приводить в качестве примера какой-нибудь экзотический остров, где все наоборот. Где люди не только "на лицо ужасные, но добрые внутри", но и внутри совсем не добрые, людоеды, например. Теоретически здесь почти невозможно доказать категорию должного. Здесь и никакая статистика не поможет: в самом деле, чего больше на свете - добра или зла? Да и что понимать под добром и злом? Слишком легко "показать" относительность этих понятий. Правда, опыт построения первого в мире атеистического государства, "земного рая", сам по себе очень показателен. Вместо рая получили "зону".

Как показывает история, самая трудная идея для усвоения человечеством - это идея универсализма. Причем, как это ни странно, не тоталитарного, не лагерного, а - гуманистическо-либерального типа. Это - идея единства человеческого рода, солидарности, единой системы этических и общечеловеческих ценностей, уважения к человеческой личности, без чего никакая глобализация, о которой сегодня столько говорят (в основном, на Западе), не состоится. Эти ценности составляют общую часть этических предписаний (заповедей) мировых религий: не убивай, не воруй, не лги, не мсти, хорошо относись к людям. Эти ценности ясно выражены во "Всеобщей Декларации прав человека" (1948), "Европейской Конвенции прав человека и основных свобод" (1950), "Международном пакте о гражданских и политических правах" (1966), в недавно принятой экуменической хартии Европы и других международных документах, признанных многими странами, в том числе и нашей.

Этот общеэтический, необходимый для самого существования человеческого общежития минимум хорошо известен. Это так называемая естественная нравственность, максима которой выражена в известном "золотом правиле нравственности", в добродетелях, известных с античности: мужество, умеренность, мудрость, справедливость. Античная нравственность, как и всякая естественная нравственность, была нормативной по своей природе.

В "Ветхом Завете" имеется жесткий опыт созидания нравственного эталона посредством богоизбранного народа в языческом окружении. В Ветхозаветной истории нет ничего напоминающего современные права человека (веротерпимость), там была беспощадная война с идолопоклонством. Но все же и в "Ветхом Завете" были начатки общечеловеческой этики. Там часто встречаются слова "правда" и "справедливость", причем эти понятия начинали распространяться на чужаков: "пришельца не притесняй и не угнетай его; ибо вы сами были пришельцами в земле Египетской" (Исх. 22, 21); "Господь есть Бог правды" (Ис. 30, 18).

Христианская этика включает в себя высшие достижения античной и ветхозаветной этики. Праведность апостолов должна была превзойти праведность книжников и фарисеев (Мф. 5, 20). Представление о естественной нравственности находит свое отражение в высказывании апостола: "Когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон. Они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их" (Рим. 2, 14-15).

Важно заметить, что именно в библейско-христианской традиции утверждается единство человеческого рода, произошедшего из одного источника, одних прародителей (как их ни понимать: буквально или обобщенно-аллегорически). Сам Иисус Христос дает заповедь: "Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними" (Лк. 6, 31), которая включает в себя давно известное "золотое правило" нравственности: "не поступайте с другими так, как вы бы не хотели, чтобы они с вами поступали". Ближним в притче Христа оказывается не свой правоверный, а "инородец и еретик" - милосердный самарянин (Лк. 10, 29-37), и именно потому, что он был милосердным к незнакомому человеку. В сцене Страшного суда критерием будет даже не вероисповедный признак, а опять же - добрые дела, то есть этика (см.: Мф. 25, 31-46).

Но христианская этика не только нормативна, как естественная этика, она - парадоксальна, что ярко выражено в "Нагорной проповеди". Следует любить врагов, раздавать свое имение, не заботиться о завтрашнем дне. Этот парадоксализм объясняется:

* новой эсхатологической перспективой вечной жизни: не все свершается в видимых пределах земной жизни: физическая смерть перестает быть абсолютным фактором;

* внесением нового фактора - благодати. В этической плоскости благодать продуцирует любовь, прощение, самопожертвование;

* новым пониманием вечности как Царства Божия, которое начинается здесь и сейчас.

Казалось бы, эти две этические системы (естественная и христианская) не противоречат друг другу. Христианская этика должна, вроде бы, включать в себя лучшие достижения общечеловеческой этики и восполнять их безграничной высотой христианского максимализма. Эти две этики возможно сочетать в иерархической парадигме соподчинения этических ценностей, как это делал, например, христианский апологет Иустин Философ (II в.) под влиянием стоической концепции иерархии различных логосов. Он говорил, что все доброе принадлежит христианам. То есть призывал ценить добро во всех его проявлениях.

Но вот здесь то и дело возникает проблема, выявленная еще Тертуллианом в дилемме: "Афины или Иерусалим?". Августин так же сказал: "добродетели язычников суть христианские пороки" (пример - честь, рыцарство, дуэли, отношение к самоубийству).

Возникает вопрос: не является ли христианская этика самодостаточной? Такой подход предполагает эксклюзивную парадигму: или - или. Если найдена евангельская жемчужина, то все остальное представляется ненужным.

Известно, что люди, исповедующие христианство, часто отрицают культуру, ОЦ, противопоставляя им высоту христианского идеала. Они склонны создавать субкультуру, не чувствуют ответственности за состояние и развитие гражданского общества. Политика при этом часто ими просто презирается как "грязное дело". Понятие социального греха вместе с общественной жизнью, как правило, ими отрицается. Это вызывает соответствующую реакцию общества на церковь, которая воспринимается как что-то маргинально-асоциальное.

Такая ситуация объясняется несколькими причинами.

Религиозная причина: все естественные науки и секулярная культура ориентированы на эту (земную) жизнь. Христианство более ориентировано не на эту, а на потустороннюю жизнь. При слишком жестком дуализме земного и небесного в эсхатологической перспективе спасения земная культура теряет свой смысл. Остается лишь аскетика и строгая мораль.

Социальная причина: секулярное общество в нашу эпоху узких специализаций отвело церкви определенную функцию, которая не предполагает вмешательство в культуру, т.к. культурой занимаются другие специалисты.

Психологическая причина: человеку легче воспринимать то, что делается рядом с ним, чем видеть картину в целом. Он склонен воспринимать свое окружение по типу самодостаточного клуба со своими интересами. Бог при этом по-язычески воспринимается только как хранитель домашнего очага.

Философская причина: абсолютизм религиозных ценностей противопоставляется всем другим ценностям, как заведомо более "слабым" (слишком жесткий дуализм земного и небесного). Такой же результат возможен при другой крайности: плоском одноуровневом восприятии бытия. Сравнения с абсолютом в одной плоскости не выдерживает ничто. Об этом ярко писал В.В. Розанов в своем докладе "О Сладчайшем Иисусе и горьких плодах мира" (1907 г.).

Но при иерархически структурированном восприятии бытия все находит свое место. Абсолютная ценность (вечная жизнь) не уничтожает относительные ценности земного бытия (благополучие, например). Важно помнить, что материя (творение Божие) не воспринимается как что-то заведомо отрицательное.

О степени христианизации общества можно судить не только по посещаемости храмов, но и по отношению к слабым: старикам, детям, инвалидам, религиозным меньшинствам и к самому маленькому меньшинству - отдельному человеку, который может оказаться беззащитным перед государственным левиафаном или каким-либо коллективом.

Это как раз та сфера, где ОЦ совпадают с христианскими. В язычестве, наряду с "Золотым правилом", были и другие правила: "с врагом можно делать все что угодно, его жалеть не надо", "слабого добей, нечего с ним возиться!". Но именно о Христе пророчески сказано: "Трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит" (Ис. 42, 3, Мф. 12, 20). Сам Сын Божий пришел в нищенском виде, привнеся в эту жизнь совсем другой критерий оценки. Теперь должна торжествовать не сила, а правда и истина. "Бог не в силе, а в правде", - говорил (по преданию) Александр Невский. А что такое правда в наше время? Да то же, что и много лет назад. Правда тесно связана с взаимоотношениями людей, со справедливостью, которая всегда социальна. А справедливость, как хорошо сказал В.С. Соловьев, есть социальное выражение любви, той самой универсальной любви ко всем людям, к которой нас призвал и продолжает призывать Христос1. Это означает, что справедливость является и общечеловеческим понятием, и христианским. А инструментом для реализации ОЦ является юридически оформленная концепция прав человека, ориентированная, прежде всего, на защиту слабых (сильные себя и так защитят). "Право сильного" - это не право в человеческом смысле. Такое право распространено в животном мире и в больном воображении Маркса, определившем право как возведенную в закон волю правящего класса2.

Но почему-то считается, что при правовом подходе христианству места не остается. А где же здесь Христос? - могут спросить. А Он никуда не делся, просто христиане получают дополнительную помощь (благодать) в выполнении общепринятых заповедей. Но нет, часто это не нравится нашим новым православным (неофитам). Да где это видано, говорят, чтобы где-то соблюдались какие-то права?! Отсюда делается циничный вывод, что сама концепция прав человека ложная. А значит... опять все дозволено? Другие полагают, что надо продолжать "сидеть тихо", думая только о своем внутреннем равновесии, "делать свое дело", не защищать сам принцип права и "не вмешиваться" во что-либо.

Но мы же не отказываемся от принципа добра, который тоже повсюду нарушается! "Горькое чувство от низости человеческой не должно закрывать высоты, к которой предназначен человек" (Н.А. Бердяев). Так зачем же отказываться от того же, только выраженного в другой, более конкретной (инструментальной) терминологии, от принципа, к актуализации которого и побуждает нас концепция ОЦ, включающая в себя и гуманитарную помощь, и защиту прав человека? Тот, кто говорит, что в Бога верит, а ОЦ не признает, может быть и не лжет. Это - возможно. Христианство действительно предлагает более высокий этический критерий, чем простой гуманизм. Но любой гуманизм очень не прост, как вообще не просто добро, как не просто доброделание. К христианству же отрицание гуманизма не должно иметь никакого отношения. Более того, русские религиозные философы начала века создали, по сути дела, концепцию христианского гуманизма. А. Мень в своих работах продолжил эту линию.

Что изменилось после 11 сентября? Страшный террор в США очень похож на "конфликт цивилизаций" по С. Хантингтону. Если это действительно так, то вновь обостряются старые сомнения, что ОЦ носят слишком отвлеченный характер, что ценности человеческой жизни и свободы слишком отличаются в разных культурах. Но здесь действует закономерность, согласно которой недавние события кажутся более значительными, чем давно прошедшие. Вспомним, какой конфликт "цивилизаций" вызвали нацизм и коммунизм. Сегодня этот конфликт в значительной мере в прошлом. Конфликт настоящих цивилизаций может оказаться глубже, т.к. он будет связан с психобиологическими особенностями различных культур. Но отменяет ли это совсем универсалию ОЦ? Сегодня трудно давать прогнозы. Но если отменит, то, как сказал бы Гегель, тем хуже для человечества.

Примечания:



1 Вспоминается спор В.С. Соловьева с Л.А. Тихомировым, в котором Соловьев (в статьях "Спор о справедливости" и "Конец спора" // "Вестник Европы", 1894, № 4, № 7) убедительно доказал Тихомирову, что справедливость включается в христианскую этику как ее составная часть. Но и сегодня находится немало "ревнителей" православия, полагающих, что справедливость - не православное понятие. Хотя вроде бы должно быть ясно, что "по природе законное", написанное в сердцах даже язычников (Рим. 2, 14-15), обязательно и для христиан.

2 Отчасти, "по факту" Маркс был прав, но не следовало впадать в фактопоклонство.
Каталог: sites -> default -> files -> books
books -> Игумен Иларион (Алфеев)
books -> Сборник статей Содержание Христианство и наука враги или сотрудники?
books -> По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
books -> Питанов В. Ю., 2006г. Введение в сектоведение
books -> Исторический путь Православия
books -> Протоиерей Георгий Митрофанов Церковный геноцид в большевистской России
books -> Курс лекций, прочитанный студентам Дальневосточного государственного университета (двгу) в апреле 2000 г


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница