Федеральные округа



Скачать 437.83 Kb.
страница4/5
Дата21.05.2018
Размер437.83 Kb.
1   2   3   4   5
Перспективы развития и оптимизации федеральных округов.

На нынешнем этапе институт федеральных округов испытывает потребность в стабилизации. Продолжается дискуссия по поводу эффективности системы, которая в значительной степени объясняется тем, что многие элементы окружной системы не были доработаны, «доведены до ума» и стандартизированы для всех округов. Появляются и новые научные разработки, где анализируется опыт первых лет работы этого института (напр., Гохберг, 2002). Примечательно, что одни федеральные структуры, размещенные на окружном уровне, действуют относительно активно (полпреды и органы прокуратуры), в то время как другие «потерялись» (органы МВД и ФСНП). Характерно, что такая консервативная структура, как ФСБ все-таки отказалась от создания своих окружных структур. Существуют серьезные опасения в том, что окружная система станет жертвой текущей политической конъюнктуры, в частности – неизбежного предвыборного пакта между президентом и губернаторами, в котором роль полпредов окажется вторичной.

Институт федеральных округов нуждается в оптимизации, поскольку уже накоплен определенный опыт его работы, и определены основные проблемы его функционирования.

Во-первых, требуется оптимизация его политических параметров. Фактически вместо одного центр провел семь экспериментов, поскольку из-за слабой координации этого института сверху и различного личностного потенциала полпредов ситуация в каждом округе оказалась своей. Это в свою очередь привело к поиску каждым полпредом своих способов политического самовыражения.

Поэтому назрело дополнительное правовое оформление института федеральных округов. Обсуждается вопрос о введении этого института в полноценные правовые рамки, включая специальные федеральные законы и поправки к действующему федеральному законодательству. В одном из своих выступлений идею оформления института через федеральный закон поддержал спикер Госдумы Г.Селезнев. Заместителем председателя думского комитета по делам федерации и региональной политике В.Бородаем (фракция «Единство») была разработана концепция законодательного обеспечения развития федеральных округов. В то же время сами представители окружных структур предпочитают действовать в рамках президентского указного права и полномочий президентской администрации. Включение института федеральных округов в федеральное законодательство, как считают в окружных структурах, связывает им руки, тогда как статус-кво делает этот институт более гибким, позволяет самостоятельно нащупывать эффективные формы развития.

Пока такую юридически размытую ситуацию можно признать нормальной, поскольку речь идет об эволюционном формировании нового института (можно провести аналогии с системой местного самоуправления, которая пережила несколько этапов, на каждом из которых уточнялись и законодательно оформлялись ее параметры). Острой потребности в специальных федеральных законах нет, хотя она, на наш взгляд, неизбежна в стратегической перспективе.

На данном этапе определилась необходимость в обычной бюрократической стандартизации федеральных округов в рамках перехода от определения общих функций к конкретизации форм работы полпредов и иных окружных структур. Подчеркнем, что речь не идет о расширении полномочий окружных структур, а об их унификации и оптимизации в рамках правового статус-кво. В частности существует потребность в стандартизации окружных интеграционных структур. Безусловно требуется усиление института окружной инспекции и главных федеральных инспекторов, которые сегодня слишком слабы, чтобы реально контролировать ситуацию в отдельных субъектах федерации.

В соответствии с оптимизационными задачами особого внимания заслуживает такая проблема, как усиление федерального контроля за деятельностью окружных структур и их координации. Институт федеральных округов попал в типичную для России ситуацию, когда, являясь по своему географическому расположению региональной структурой, он вышел из-под прямого контроля центра. Характерным явлением оказалась слабая координация деятельности полпредов в центре в сочетании с отсутствием единого формата их работы. Сугубо формальной оказалась роль полпредов как членов Совета безопасности.

Оптимизация работы окружных структур подразумевает усиление их горизонтального взаимодействия4, а также более систематическую работу президента как политического лидера, чьими представителями «по определению» являются полпреды. По последнему вопросу наметились позитивные сдвиги, связанные с частыми поездками главы государства именно на окружные мероприятия. Такая практика была заложена в самом начале – в 2000 г., когда примерами работы президента с округами стали его поездки в Ростов и Новосибирск. В 2002 г. после некоторого перерыва началось оживление взаимодействия президента с окружными структурами: В.Путин принимал участие в мероприятиях Южного (целый ряд совещаний в разных городах), Центрального (Рязанская область), Приволжского (Мордовия) округов и др. Параллельно усилилась активность главы президентской администрации А.Волошина, где прежде всего нужно выделить совещание полпредов в Новосибирске в ноябре 2002 г.

Решение проблемы федерального контроля за окружными структурами невозможно без активного включения в этот процесс лично президента. Причем, механизмы контроля должны со временем предполагать и определенные санкции в отношении полпредов. Пока ситуация такова, что постоянные функции этого института лишь вырабатываются опытным путем, и, соответственно, «наказывать» за их ненадлежащее выполнение сложно, поскольку отсутствует определенность в критериях. В перспективе четкое установление этих критериев позволит реально оценивать эффективность работы тех или иных окружных структур и применять санкции в отношении тех, кто не справился с работой.

Во-вторых, существует потребность в оптимизации географических параметров системы федеральных округов. Выше говорилось о серьезных претензиях, которые высказывались применительно к границам округов. Эти претензии позволили некоторым федеральным структурам пойти своим путем и создать собственные ведомственные округа: наиболее показательным примером служат судебные округа. Хотя изначально предполагалось, что все федеральные структуры будут строить свою работу на региональном уровне, используя рамки федеральных округов.

Серьезной проблемой является несовпадение границ федеральных округов со структурами региональной идентичности, что на самом деле затрудняет работу центра с регионами, создавая феномен «недовольных» регионов, сопротивляющихся интеграции в рамках существующих федеральных округов. Практически бесспорным с точки зрения географии является только Дальневосточный округ. Однако и там бывший губернатор Магаданской области В.Цветков выдвигал идею создания Ассоциации регионов Северо-Востока России, объединяющей удаленные северные регионы Дальнего Востока, у которых есть своя идентичность (Магадан, Чукотка, Камчатка и др.). Проблемы нарушенной границами федеральных округов идентичности Башкирии, Астраханской, Волгоградской, Пермской, Оренбургской, Тюменской областей налицо и не могут не сказываться на успешном развитии всей системы.

Помимо границ требует решения и вопрос о величине и внутренней сложности округов. Россия еще должна выработать эффективный баланс между потребностью в ограниченном, небольшом числе федеральных округов и компактностью самих округов: пока мы имеем дело с первым экспериментом. Среди прочих созданы округа с очень сложной внутренней структурой. К их числу относятся Центральный (18 субъектов федерации), Сибирский (16 субъектов федерации) и Приволжский (15 субъектов федерации) федеральные округа. В этих округах особенно актуальна проблема информационного и политического контроля, связанная со слишком дробной внутренней структурой и большими размерами округов, что автоматически снижает эффективность их функционирования и территориальной интеграции. Например, многими экспертами отмечается низкая эффективность централизованного контроля в самом крупном по размерам территории - Сибирском округе. В Центральном округе эту проблему несколько сглаживает территориальная компактность самого округа. При этом в составе Уральского округа всего шесть субъектов федерации. На среднем уровне внутренней дробности находятся округа, которые включают 10-12 субъектов федерации, - Южный (12 регионов), Северо-Западный (11 регионов) и Дальневосточный (10 регионов). При этом, правда, Дальневосточный округ отличается огромными размерами.

Решение проблемы оптимизации системы федеральных округов с позиций политической географии означает, на наш взгляд, некоторую корректировку их границ и небольшое увеличение их числа. Тем самым могут быть решены проблемы, связанные с региональной идентичностью и компактностью округов. Число федеральных округов в соответствии с «идеальной» схемой должно быть не менее 10 и не более 15, а в составе каждого округа должно быть порядка 10 субъектов федерации5. Императивам политической и культурной географии, а также эффективного централизованного контроля может соответствовать следующая схема переустройства системы федеральных округов.

Вполне оправдано деление на две части наиболее дробных и потому сложных округов – Центрального и Сибирского. В обоих случаях нельзя не вспомнить старую советскую сетку экономико-географического районирования, которая за небольшими исключениями соответствовала всем географическим реалиям.

Поэтому целесообразно деление Центрального округа на две половины – северную и южную, отчасти соответствующее делению Центральной России на Центральный и Центрально-Черноземный экономические районы. Центром нового федерального округа вполне может стать Воронеж, являющийся одним из ведущих региональных центров России и «потерявшийся» в новой системе.

Что касается Сибири, то выделение Западно- и Восточно-Сибирского округов более чем оправдано. Соответственно, создание Восточно-Сибирского округа позволит стимулировать развитие Красноярска как еще одного окружного центра и «приблизит» федеральный центр к регионам Восточной Сибири. Примерно в таком ключе рассуждал, например, президент Бурятии Л.Потапов, который заметил, что федеральные округа должны быть более дробными и отражать экономическую специфику.

Также рано или поздно назреет передел границ в Поволжье и на Урале. Создание Западно-Сибирского округа с Тюменской областью и входящими в ее состав автономными округами восстанавливает «географическую справедливость» в Сибири. Соответственно, логичным будет воссоздание Уральского округа в его «естественных» границах, т.е. с включением в него Башкирии, Пермской, Оренбургской областей, Коми-Пермяцкого АО и, вероятно, Удмуртии. Тем самым граница между «Волгой» и «Уралом» будет пересмотрена в соответствии со структурами региональной идентичности.

При этом в Поволжье закономерным будет восстановление Самары в качестве одного из окружных центров. Соответственно, Приволжский округ как один из самых сложных может быть поделен пополам, на северную и южную части (при этом ряд регионов переходит в обновленный Уральский округ). В первой естественным центром является теперешняя столица округа Нижний Новгород. Во второй части столицей по всем признакам просто «обязана» стать Самара. При этом округ с центром в Самаре может «вернуть» в состав Поволжья регионы Нижней Волги, «отобрав» их у Южного округа.

Таким путем могут быть созданы 10 более компактных и полностью соответствующих российской политической и культурной географии федеральных округов. Теоретически могут рассматриваться и два других варианта дробления федеральных округов. Это – деление Северо-Западного округа в примерном соответствии с бывшими экономическими районами, т.е. с собственно Северо-Западным округом с центром в Санкт-Петербурге (включая также Калининградскую область) и Северным округом в центром в Архангельске6. Из Южного округа могут быть выделены в особый округ республики Северного Кавказа: такое предложение уже звучало и по своему оправдано.

Следует заметить, что создание федеральных округов и их некоторое дробление могут стать мощным стимулом для развития «региональных столиц», которые объективно нужны государству. В российском пространстве такие столицы играют роль узлов, организующих вокруг себя крупные ареалы. Система федеральных округов представляет собой политико-географическую структуру, по сетям которой идет распространение инноваций. Государство заинтересовано в том, чтобы организовать и упорядочить инновационный процесс, который в соответствии с моделью каскадной диффузии идет из Москвы в окружные столицы, из последних – в административные центры субъектов федерации, а далее – на периферию отдельно взятых регионов. Такую организацию пространства можно считать прогрессивной. При этом окружные столицы сами по себе становятся крупными инновационными центрами, получают дополнительный стимул для своего развития. Увеличение их числа до 10-12 также является очень полезным стимулом, поскольку нынешних шести региональных столиц (исключая Москву) объективно недостаточно, и многие крупные центры незаслуженно лишены своего потенциального статуса узлов первого порядка.

Отдельно следует сказать о географических основаниях, способствующих сохранению формирующейся многоуровневой системы организации политического пространства, включающей в качестве особого субфедерального уровня федеральные округа.

Радикальное укрупнение субъектов федерации на данном этапе просто невозможно. Об этом совершенно определенно свидетельствуют все попытки перевести тезис об укрупнении субъектов в практическую плоскость. Главная проблема заключается в том, что укрупнение субъектов федерации невозможно без уничтожения института национально-территориальной автономии: самые мелкие субъекты федерации в большинстве своем являются национальными автономиями. Так, в России насчитывается 33 субъекта федерации с населением менее одного миллиона жителей. В их число входят 9 из 10 автономных округов (причем в шести автономных округах население не превышает 100 тыс.), одна автономная область, 13 из 21 республики и только 10 областей. Причем многие области из этой группы приближаются по числу жителей к одному миллиону, а населением менее 500 тыс. обладают только Магаданская и Камчатская области. По экономическим критериям к числу «отстающих» относятся многие республики: можно отметить мизерный ВРП таких республик, как Ингушетия, Алтай, Калмыкия и Тува.

Однако ликвидация таких субъектов федерации может породить только новые проблемы, связанные с региональной идентичностью. Очевидно, что именно политико-культурная идентичность находится в основе административно-территориального деления, особенно в таких мультикультурных странах, как Россия. Отмена национально-территориальной автономии и ликвидация самих территорий под предлогом их малой величины приведет только к росту национализма, борьбе за восстановление территории и автономии, которая по смыслу приблизится к известным лозунгам «территориальной реабилитации» народов, характерным для начала 1990-х гг.

Примечательно, что даже немногочисленные территории, где проблема укрупнения ставится в практическую плоскость, вырабатывают сегодня свой комплекс защитных мер и требований. Так, в Усть-Ордынском Бурятском АО часть политической элиты выступила с инициативой принятия специального федерального закона об автономных образованиях. Цель закона – обеспечить народам автономий компенсацию в случае изменения административного деления, в частности предусмотреть для таких случаев создание национально-культурной автономии для бывших титульных этносов. Максимум, что можно сделать в нынешних условиях, - это воссоздать советскую иерархию территорий, выведя автономные округа и автономную область из административной структуры первого порядка и вновь превратив их во «внутренние» автономии краев и областей7. Но и это сокращает число субъектов федерации только до 78. Дальнейшее движение в сторону укрупнения субъектов федерации упирается в «маленькие, но гордые» национальные республики и «русские» регионы, которые в большинстве своем и так достаточно велики. Причем даже небольшие регионы не хотят терять свою идентичность. Наглядным примером стала крайне резкая реакция Костромской области на притязания со стороны Ярославской, воспринятые как унижение историко-культурной идентичности Костромы. Не менее резко представители Псковской области отреагировали на инициативу по объединению с Новгородской.

Да и в целом ни в одном субъекте федерации элита «по определению» не заинтересована в потере статуса, который означает и дополнительные ресурсы, и прямые отношения с центром (в т.ч. бюджетные, что позволяет претендовать на гарантированные трансферты). Статус субъекта федерации является мощным стимулом развития, особенно в России, где все ресурсы традиционно распределяются по иерархически выстроенным пространственным сетям. Поэтому, кстати, далеко не все полпреды поддерживают процесс укрупнения субъектов федерации. Например, Г.Полтавченко выступил однозначно против инициативы ярославского губернатора А.Лисицына, который выступил за «экспериментальное» укрупнение регионов, подразумевая присоединение Костромской, и, возможно, Ивановской областей8.

Не будем забывать, что тенденция к измельчению, разделу субъектов федерации столь же объективна с точки зрения политической географии. Она отражает растущую внутреннюю поляризацию субъектов, развитие новых центров с их хинтерландами. С точки зрения инновационного процесса именно такая тенденция прогрессивна. Ведь можно говорить и о том, что многие субъекты неоправданно велики, а многие города могли бы претендовать на статус областных центров, который стимулировал бы их развитие. Такая ситуация весьма характерна для Краснодарского края, Свердловской, Челябинской областей и др. Если взять мировую практику, то каждая страна ищет свой баланс между центром и регионами, связанный в том числе с количеством административных единиц первого порядка. В таких федеративных государствах, как Индия и Бразилия в последнее время отмечалось создание новых субъектов федерации за счет выделения из числа старых. Увеличение числа административных единиц неизбежно сопутствовало и развитию России. Ведь Петр Первый в 1708 г. создал восемь регионов, а к началу 20 века их было уже больше сотни. По мере освоения Сибири шло закономерное усложнение ее административной структуры.

Таким образом, значительное число административных единиц первого порядка задано историей и географией России и не может быть изменено без потрясений. Конечно, уровень развития региональной идентичности у различных субъектов может очень сильно отличаться. Российские регионы имеют очень разную укорененность во времени и пространстве, одни являются прообразами национальных государств или «наследниками» древних княжеств, другие – плохо осмысленными советскими новообразованиями (например, явный нонсенс в нынешней региональной структуре – Еврейская АО). Однако именно «слабые» субъекты федерации отличаются как правило наиболее развитой идентичностью. С другой стороны укрупнение двух тесно связанных регионов типа Москвы и Московской области означает объединение двух самых больших по числу жителей регионов и создание 15-миллионного монстра, что также нецелесообразно.

«Бремя пространства», о котором часто говорят в России, подразумевает достаточно сложную систему многоуровневого управления и самоуправления9. В нынешней ситуации вырисовываются четыре управленческих уровня. Базовым был и остается уровень субъектов федерации, заданный самой федеративной моделью, принятой в России. Любое смещение между уровнями будет только порождать новые проблемы.

Не следует забывать о сложной внутренней структуре многих субъектов федерации, которая не менее сложна, чем структура России в целом. Например, в Московской, Свердловской областях и Алтайском крае число муниципальных образований первого уровня превышает 70, причем в Подмосковье идет постоянный рост их числа10. Более 60 «субъектов» входит в состав Башкирии и Красноярского края, почти 50 – в Краснодарский край. Даже Тверская область делится сегодня на 43 муниципальных образования. Поэтому укрупнение субъектов федерации будет автоматически означать усложнение их внутренней структуры, что сделает их трудно управляемыми. Тогда будет оправдано создание трех уровней внутреннего деления субъектов федерации, что отнюдь не улучшит управленческую ситуацию11.

В этой ситуации географически закономерным является четырехуровневое административное деление российского пространства. Число субъектов федерации не может быть радикально изменено по причинам, указанным выше. Поэтому сохранение и развитие уровня федеральных округов полностью оправдано российской географией, причем именно в качестве единого субфедерального каркаса, а не пересекающихся «ведомственных» округов, где каждая федеральная структура вольна создавать свою географическую сетку. На внутрирегиональном уровне оправдано сохранение исторически сложившихся двух внутренних управленческих уровней, низового – поселенческого и субрегионального – уровня крупных городов и административных районов, объединяющих поселения. Эти два уровня, кстати, заданы в новых проектах законов о местном самоуправлении. Напомним, что советское пространство также имело четырехуровневую структуру: страна делилась на 15 республик (правда, очень разных), из которых наиболее крупные имели областное деление, а области в свою очередь делились на города областного подчинения, районы и, затем, поселения.

Итак, институт федеральных округов представляет собой промежуточный управленческий уровень, характерный для большой и административно раздробленной страны. Он имеет особое значение на кризисном этапе развития российской государственности как страховочный элемент централизованного антикризисного управления. В то же время, как показывает исследование, система федеральных округов объективно необходима для оптимизации территориально-государственного строительства в России на длительную перспективу. При этом она безусловно нуждается в собственной «внутренней» оптимизации.



Каталог: files
files -> Истоки и причины отклоняющегося поведения
files -> №1. Введение в клиническую психологию
files -> Общая характеристика исследования
files -> Клиническая психология
files -> Валявский Андрей Как понять ребенка
files -> К вопросу о формировании специальных компетенций руководителей общеобразовательных учреждений в целях создания внутришкольных межэтнических коммуникаций
files -> Русские глазами французов и французы глазами русских. Стереотипы восприятия


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница