Эстетика, доказанная рефлексией



Скачать 280.53 Kb.
Дата02.07.2018
Размер280.53 Kb.

Ежов В.С.
2. Теоретическое осмысление гуманитарной миссии эстетики с разделами:
• М.Ф.Овсянников как историк философско-эстетической мысли, проблемы соотношения прошлого и настоящего в современной эстетике;
Эстетика, доказанная рефлексией

В данной статье излагается авторская концепция становления эстетического сознания человека. В ней рассматриваются сущность эстетического, уровни и стадии эстетического сознания, идеи об эстетической рефлексии и совершенстве.

Ключевые слова: эстетическое сознание, рефлексия, эстетические ценности, красота, совершенное, интенция, интуиция, воображение

V.S.Ezhov

The esthetics proved by reflection

In this article the author's concept of formation of esthetic consciousness of the person is stated. In it are considered essence esthetic, levels and stages of esthetic consciousness, idea about esthetic reflection and perfection

Key words: esthetic consciousness, reflection, esthetic values, beauty, perfect, intention, intuition, imagination

Эстетика как наука, формируя свой предмет, в «ёмком» поле исследования решало основные проблемы – о сущности и роли эстетической деятельности, об отношении эстетического сознания к действительности, что такое эстетическое. Вырабатывая свой категориальный аппарат, эстетика проходит иплицитный и эксплицитный этапы (стадии) развития, основываясь на зарождающейся эстетической и художественной практике, и на полутеоретическом свободном осмыслении эстетического внутреннего опыта начал философии и других дисциплин. Именно в глубокой древности становление эстетической культуры породило начало противоречивого процесса будущих главных тенденций: нормативно-рационалистической и иррационально-духовной.

Исследовательское поле в современной эстетической науке в методологическом плане выражается в углублённом познании оснований креативных возможностей субъекта эстетической деятельности, выявлении технологии прояснённого сознания. Его активность в практической деятельности выявляет и непосредственно соотносит объекты и явления действительности, эстетически значимые, со своими потребностями и интересами. Гармоническое освоение выразительных форм бытия пространственно-временного континуума вызывает при восприятии глубокий целостный эмоциональный отклик у субъекта эстетической деятельности. Возникающий познавательный интерес к структуре гармонии (иных эстетических качеств) формирует в эстетическом сознании субъекта (в относительном разделении) уровни образных и вербальных моделей. Соорганизованная «дискурсивная целостность» воспринимаемого объекта в социокультурной традиции означает понятийную и логическую деятельность в противовес бытию непосредственно чувственному, интуитивно-созерцательному, что концептуально обосновано в современной эстетической науке.

Интегративный подход к решению проблемы требует концептуальной обоснованности. Важно проследить внутренние связи, историческую логику развития практического мышления от его первых антропоцентрических форм.

Нейропсихологический подход к эстетике начался с возрождения когнитивной психологии, приведшей к более динамическому представлению о функциях головного мозга. Кроме того, интерпретация эстетического переживания зависит от философской точки зрения на душу и тело человека. На этом уровне жизнь результируется продуцированием культуры. Сформированные факторы бессознательного в анатомии предыдущих предков (архетипы) является необходимостями для нас, заявляя о себе в виде человеческих потребностей. Содержательные доминанты коллективного бессознательного автоматизируют обусловленные примитивные врожденные возможности, направленные на воссоздание вербально осознанных чувственно наглядных культурных представлений для душевной гармонии. Тем самым человек рождается со сложными задатками духовной предрасположенности в развитии памяти содержательной основы целостности эстетического сознания. Возросший уровень познания чувственно развивающего человека явился итогом развития когнитивных предпосылок, способствующих образованию рациональных механизмов аналогии, анализа, индукции, принципа соответствия. Именно базовые архетипы при подкорковом перцептивном восприятии и логике реализации автоматических действий является воплощением человеческих фундаментальных потребностей, соответствующих определенному типу информации и мотивации мировоззрения субъекта. «Итак, именно гаптические аппараты обеспечили родовому человеку тренинг способности к линейно – дискретным построениям. В гаптических кодах навык линейно – дискретного конструирования доводился до автоматизма: отпечатывался в матрицах долгосрочной памяти, становился культурно наследуемым достоянием. Нервной организации человека присуще сильнее фиксировать то, что повторяется чаще. Именно в силу миллионнократного повторения гаптические коды эволюционировали в утилитарную орудийную деятельность. Опирающаяся на гаптические коды конструктивная деятельность, разворачивающаяся в трехмерном пространстве, экземплифицировала (“оединичивала”) когнитивные образы, делали их проверяемыми “здесь и теперь”. Многократные проверки когнитивных образований, представленных в телесном виде, делала их коммуницируемыми, передаваемыми от человека к человеку, а приобретающие коммуникативную функцию гаптические коды превращались в наследуемую форму культуры » [8, с. 77]. Разумеется, велико значение сформированных гаптических структур памяти в эволюционном развитии живой системы. Формальные элементы психики, имманентно присущие всему человеческому роду, порождают конкретные предметы на сознательном уровне деятельности человека.

Исследователи выявляют сложные нейроэстетические основания на трёх уровнях: базисном, свойственном и животным (наличии ориентировочного рефлекса, координации, соразмерности, ощущение формы, ритма, цвета), видоспецифический уровень (принцип хамелеона), у человека (архетип Мудреца или Художника), на социокультурном (ценности добра, красоты, истины). В современной эстетической теории выделяют такие уровни развития эстетического сознания: предэстетический, узко специализированный, собственно эстетический. В этом плане важно учитывать наличие межполушарной церебральной асимметрии. Следует знать, что различие между "правым" и "левым" полушариями мозга – это различие не столько в способах кодирования (или раскодирования) презентируемой из вне информации (имеется ввиду художественно – избирательной или условно – знакового кода), а прежде всего различие в эстетическом содержании художественных образов, доступной мозгу информации: либо контурно – непосредственной (чувственно – целостной), либо линейно – дискретной (дискурсивной) в своей непрерывности и прерывности.

Коллективно бессознательные представления выражается в структуре мозга и симпатической нервной системе, не имеющего времени. Однако в творческом процессе они взаимопроникают, создавая стереоскопическое постижение глубины отражения и преобразования. Два вида мозга – одно сознание! В современной эстетической науке это противоречие эстетического объекта обсуждается в системе теории информации как оптимальное, с точки зрения восприятия, соотношение избыточной и оригинальной информации, содержащейся и заключённой в предмете. Эстетическое отношение включает принятое значение предмета, который используется как наглядный знак (знак – изображение) для выражения смысла другого предмета или системы в целом в образной выразительной форме. Она выступает как «чувственное суждение» в отличие от абстрактного «рефлексивного» суждения (представленческого акта). Иначе говоря, согласно теории селектогенеза, субъект реализует свои врождённые способности в практической и познавательной деятельности. Смена стереотипов поведения развивающегося человека (скажем – обучаемого ребёнка) имеет качественно новый характер, так как сигнальное поведение сменяется поведением разумного типа. Происходит переход в объектно – субъектных материальных отношениях от простых целесообразных форм чувственного отражения к различным целенаправленным сложным разумным духовным формам социальных связей[8].

Неопределенность взаимосвязи между биологическими факторами и эстетическими предпочтениями вытекает из представления о трех уровнях эстетической оценки. При этом эстетические предпочтения на основе реакции одного уровня будет игнорироваться при оценке на другом уровне кодирования в зависимости от личной истории человека. Например, ритуальные отношения к эстетическому в произведениях искусства в доисторическое время (магическая обрядность танцевальных сцен) было связано с психофизиологическим удовольствием, а эстетически верное понимание подлинно художественной вещи связано с формированием эстетического отношения и эстетического сознания (духовное наслаждение). В этом плане уместен вывод физиков, что «через человека природа может наблюдать сама себя», а через эволюцию искусства можно наблюдать отражение природы в мозгу человека, его нейроэстетические возможности восприятия эстетических ценностей (прекрасного, красоты, возвышенного, изящного).



Разумеется, что творческое мышление субъекта эстетической деятельности выражает различный материал тезауруса при отражении природных и социальных реалий. Известно, что познание закономерностей нередко интуитивно открытых опережало их осознанно-логическое постижение. Возросший уровень познания чувственно развивающего человека явился итогом развития когнитивных предпосылок, способствующих образованию рациональных механизмов аналогии, анализа, индукции, принципа соответствия. «Лежащие в основе правил выводы – императивы, по-видимому, носят врожденный характер и закреплены в нашем генетическом наследии» [5, с.133–134]. В эстетической интуиции как факторе универсальной гармонии и целостного адекватного отражения в снятом виде представлены цели и результаты предварительной мыслительной деятельности, которая в сознании проявляется как интенциональный акт. В интеллектуальном акте выделяются два аспекта, внутренне присущий сознанию интенциональный объект и способ данный субъекту познания (рефлексия, воображение, фантазия). Так мог формироваться перцепт - интуитивно осознаваемая совокупность образов, а смысловая программа формирования пространственных конструкций именуется концептом. Выявление с научной позиции механизма данной программы способствует формированию гуманитарной технологии познания основ креативных возможностей субъекта эстетической деятельности. Исследователи Ф.Тернер и Э. Пёппель выявляют общеизвестные особенности, которые вместе взятые составляют сложную и непривычную картину деятельности человеческого сознания (мозга), а именно: человеческий мозг воспринимает информацию избирательно; переработка информации в нашем мозгу детерминативна; нервная система человека предрасположена к привыканию (габитуации), однако, энергичнее реагирует на новое и неожиданное; нервная деятельность человека отличается синтетической направленностью (природная тяга человека к упорядоченности, согласованности); нервно – психические процессы не пассивны, активны интенциональные акты человеческой психики. Мозг – не только орган познания, но и орган действия; нервная деятельность предсказательна. Велика роль прогностического видения у человека; работа мозга по своей сути ритмична; деятельность мозга может включать самовознаграждение. На уровне психофизиологического удовольствия в мозгу имеются участки, способные реагировать на различные гормоны (энкефалины, эндорфины). Синтезом и выделением всех этих веществ сам же мозг и управляет. На уровне духовного наслаждения, включая умственные и эмоциональные ресурсы человека, можно получить положительные эмоции (по теории П.В.Симонова) с помощью эстетического воспитания и добиться формирования идеалов и высших ценностей человека – таких как, истина, добро и красота; по мере созидания и изменения социокультурного окружения, развиваются новые способы использования мозга, когда входная информация рефлексивно преобразуется в программу, материализуется в виде новых нейронных механизмов мозга (например, чувство ритма стиха, гармония музыки) и включается в систему нервных путей в качестве «культурной петли»; нашему мозгу свойственна специализация полушарий, т.е. полученная информация, перерабатывается по-разному. Это одно из самых интересных открытий современной науки о мозге. Известно, что правое полушарие «эмоциональное», в котором заложены способности к художественному отражению и творчеству, а левое «рассудочное», владеющее логикой и абстракциями. Нейрофизиологи утверждают, что левое полушарие располагает информацию в ином порядке (дискретно), а правое – временную информацию в порядке пространственном (целостно – образно). Однако в творческом процессе они взаимопроникают, создавая стереоскопическое постижение глубины отражения и преобразования. Два вида мозга – одно сознание!; переработке информации свойственно калогенность (от греческих слов: «калос» – прекрасный и «генезис» – порождение). В этом случае нервная система человека может повысить синтетическую силу человеческого разума при построении правдоподобных внутренне не противоречивых компактных (гармоничных, согласованных) моделей окружающего мира, обладающих предсказательной силой. Обладая адекватностью отражения действительности, она выходит за пределы известных фактов и описывается эпитетами, как «изящное», «красивое». Тем самым в ней проявляется человеческая культура, эстетический и художественный вкусы, вдохновение и, согласно исследовательской позиции, невралогические и биохимические особенности человеческого организма (тела), сформированного древними архаичными и примитивными обществами (культурами); переработка информации в нашем мозгу организована иерархически. Иерархическим системам приходится интегрировать (целостно согласовывать) самую разнородную информацию сообщения. Неотъемлемое свойство мозга – рефлексирование. В пределах своей целостной организации он сам себя настраивает и сам себя организует, то есть сознание человека находиться в противоречии между мозгом как наблюдателем самого себя и мозгом как предметом наблюдения. В отличие от компьютера путем интроспекции он может изучать свою собственную работу, может переместиться на информационный вход и даже сделаться программой [13, с.73–79].

Наша нервная деятельность по своей сущности социальна. Она не – отделима от человеческой культуры, ибо призвана служить человеку. Созидая социальные ценности, человек опирается на наследственные потенции – способность к возбуждению, ориентации, вниманию и мотивации. «Интеллектуальные интенции можно определить как целесообразные действия сознания, способные привести к искомому результату. Ценность и устойчивость действий заключена в их эффективности. Очевидно, что в это понятие входит как ”интуитивное озарение”, прыжок через ряды смыслов, так и способность к анализу и синтезу в целях получения искомого результата. Способность к интеллектуальным интенциям свойственна всем людям. Различна лишь их интенсивность» [10, с. 258].



Итак, современной нейрофизиологией установлено, что субстанциональная основа мозга чувствительна к рассогласованию программ поведения, с его результатами. При рассогласованности возникает состояние напряжённости, дискомфорта, возможного стресса, которые могут разрешёны с изменением программы или приведением поведения в соответствие с программой, утверждающую гармонию. Если полученный результат поведения функциональной системы совпадает с врождённым акципетром действия, то данное поведение прекращается. Целостное понимание проблемы должно рассматривать фундаментальное единство процессов, лежащих в основе всех функций человеческого организма. Оно формирует новый образ мышление. Выявление логического стержня данной проблемы указывает на единство сознания и деятельности, психических процессов и движения, когда происходит интериоризация во внутреннюю деятельность человека.

При исследовании проблемы опираямся на трансцендентную философию И.Канта, в которой утверждается трансформация бытия – как – сознания в бытие – как – воля, а затем в бытие – как – жизнь. Согласно И.Канту, проблема формообразования касается любых сфер жизнедеятельности человека, как и познание красоты, в основе которой лежит гармония. Трансцендентальный субъект познания видит мир как «поле деятельности», утверждая свободу своей воли. Его деятельность рассматривает не суть трансцендентального мира, а эмпирический мир вещей. Только разумное существо способно ощущать красоту, без ощущения красоты деятельность разума ущербна. Чтобы постичь трансцендентальный мир, нам нужно погрузиться в гармонию наших чувств и объективных вещей, по отношению к которым они действуют. С одной стороны, объект доставляет удовольствие своей формой, и оно не основано на каком-либо анализе его причинности, предсказании или строении. С другой стороны, мы выражаем свое удовольствие в форме суждения, говоря «будто красота есть свойство предмета» и доставляет нам удовольствие как объективная ценность. Эстетическое удовольствие получается от непосредственного восприятия формы предмета. Оно носит синтетический характер. Иначе говоря, наш опыт изначально предопределен эстетическим удовольствием от наличных форм бытия. Удовольствие от целостной формы предмета устанавливается как обязательное для всех разумных существ. При этом рассудок вовлечен в эстетическое созерцание через воображение и свободу посредством эстетической идеи, проявляемой в разумной эмоции. Единство ощущения (переживания) и целостной формы объекта воспринимается как гармония, что является содержательным источником моего удовольствия. «… тот, кто испытывает удовольствие от одной только рефлексии о форме предмета, не принимая во внимание понятие, с полным основанием притязает на согласие каждого, хотя суждение эмпирично и единично, ибо основание для этого удовольствия содержится в общем, хотя и субъективном условии рефлектирующих суждений, а именно, в целесообразном соответствии предмета… познавательным способностям (воображение и рассудок), требующимся для каждого эмпирического познания» [3, с. 32]. Эстетическое субъективное удовольствие коренится в свободной игре воображения при ощущении гармоничной работы наших познавательных способностей и при проецировании этой гармонии на эмпирический мир. Поиски и создание содержательной формы представляют собой специфический творческий акт, в котором эстетическая информация отличается от семантической прежде всего тем, что она является результатом чувственной преобразованной деятельности, на первых порах ещё неосознаваемой. Оптимальная готовность творческого субъекта характеризуется способностью знать, уметь и хотеть. Эстетическая информация чувствительна как к врожденным основам человека, так и к ее передающим знакам и способам организации. Подобные размышления над вещью способствовали становлению структурных сил сознания человека, его чувственной интуиции, позднее и рациональной, воображения, фантазии. В предметах же мы видим то же единство целостной формы, которое открываем в себе самих. Осознание этой целесообразности при целеполагающей деятельности человека ведет к регулятивной идее разума. В этом плане эстетический опыт человека – движущая сила множества «эстетических идей». Выявление способностей субъекта деятельности в реальном историческом процессе помогает обозначить специфику объектно – субъектных отношений. Тем самым определить и наличные материальные природно – биологические предпосылки возникновения эстетического сознания у человека в его преобразующей творческой деятельности. «История жизни есть процесс становления сознания, скрытого морфологией» (Т. де Шарден). Научное выявление логического стержня данной проблемы указывает на единство сознания и деятельности, психических процессов и движения, когда происходит интериоризация во внутреннюю деятельность человека.

Согласно авторской концепции [2] о становлении эстетического отношения в преобразовательной практике древнего человека (алогенеза и идеогенеза), при формировании и соотношении структурообразующих элементов эстетического сознания в первобытной практике совершенствования орудий высказывается идея об эстетической рефлексии как начальной форме эстетического освоения мира древним человеком, её самодостаточности в процессе развития и обогащения внутреннего мира субъекта познания. В концептуальном плане эстетическое есть целесообразная целостность формообразованной жизнедеятельности людей, связанная с познанием, творческой свободой и духовным наслаждением. Достигается это посредством содержательной целенаправленной Формы, поиски и создание которой в первобытной практике представляет собой специфический творческий акт, в котором эстетическая информация отличается от семантической прежде всего тем, что она является результатом преобразовательной деятельности древнего человека. Созидательная эстетическая способность субъекта деятельности максимально появляется в том, что совершенным формообразованием орудий производства реализуются новые социальные связи, прямо и непосредственно не обусловленные объективной реальностью и существующими природными формами, является творческой опосредованной. Оптимальная готовность творческого субъекта характеризуется способностью знать, уметь и хотеть. Эстетическая информация чувствительна как к врожденным основам, так и к ее передающим социальным знакам и способам организации. Форма - это конструктивный элемент орудия, необходимый для создания новой целостности, глубоко и наглядно выражающей конкретное историческое содержание. В этом плане мы утверждаем идею совершенствования древних орудий. Формирование сознания в орудийной деятельности (каменной индустрии) древнего человека (в рефлексивной форме) являло исторически определенную структурность, а значит умопостигаемый Космос, связывающий сакрально камень с небом, чувственно переживаемый. Появление чувства соразмерности в создании орудий означало интуитивно-бессознательное представление о правильных пропорциях, составных рабочих и рукояточной частей, их ритмичность, последовательность стадий изготовления. Их контрастность и сопоставляемость(соразмерность) являли чувство гармонии от созданного орудия, сообразно исторической эстетике творца. Целостная совершенная форма орудий создавала красоту для духовного наслаждения. Форма в созидании орудий предстояла восприятию как взаимоотношение между гармонией, ритмичными элементами, которые выражали одновременно их целостность и вместе с тем различие между ними.

Мифологически мыслящий формирующийся древний человек пытался понять вещь, орудие как некую чувственно-материальную часть окружающего мира, как нечто целое, иначе говоря, единораздельную целостность, имеющую начало, становление и конец. В орудийной деятельности древний мастер искал определенную соразмерность, соизмеримость и сообразность социальной вещи, гармоничное отношение. Подобные размышления над вещью способствовали становлению структурных сил сознания человека, его чувственной интуиции, позднее и рациональной, воображения, фантазии и осознанного интенционального акта.

Именно познавая и созидая красоту, древние люди познавали тайну жизни. Субъективно-отражательной основой регулятивного поведения человека являются эмоции, генетически первичные по отношению к его интеллекту и воле [4]. С эмоциональным восприятием ассоциируется прежде всего непосредственность. Схваченная в её целостности и неразложимости действительность воспринимается как нечто понятное и само по себе обязательное вне зависимости от способности человека вербально выразить ее смысл. Обычно эмоции понимаются как источник активности, а разум — как контролирующая инстанция. Отсюда разум как бы сдерживает «чрезмерность» чувств. А сама умеренность приближает действие к правильному и хорошему эталону (красоте).



Если придерживаться концепции о положительных эмоциях, то возникновение интеллекта и воли можно понять как качественное усовершенствование системы регуляции поведения, шедшее по пути дифференциации различных сторон первоначально единой психической способности. И воля и интеллект преодолевают недостаточную пластичность чисто эмоциональной регуляции поведения, воздействуя при этом с разных сторон, устраняя крайности мгновенной эмоциональной оценки ситуации, а воля преодолевает непосредственное эмоциональное влечение каким-либо действиям. Конечно, следует помнить, что действительным базисом поведения выступают все же не эмоции, а потребности человека как организма и как личности. Эмоции же базисны в том смысле, что они активнее отражают потребности, чем интеллект и воля. Благодаря связи с потребностями эмоции способны трансформировать объективное значение в личностный смысл (понимание). Эмоции сигнализируют о личностном смысле событий, разыгрывающихся в жизни человека. Наиболее рельефно сигнальная функция эмоций выражается в интересе. Потребность есть непосредственная и неопределенная констатация субъективной значимости (ценности) некоторого объекта. Испытывать же интерес к чему-нибудь — значит настраивать собственное сознание на определение отношения и соответствие данной вещи к потребностям. Объект значимый в интересе может находиться в двояком отношении к потребностям человека: способствовать или препятствовать их удовлетворению. Эмоции также подразделяются: на положительные и отрицательные. Согласно информационной теории эмоций, они стимулируют не само удовлетворение потребностей, а накопление средств для него. Положительная эмоция вызывается избытком имеющейся информации. Нейрофизиологи связывают её с потребностями роста или прогресса и проблемой гомеостаза, его совершенствования. Отрицательные эмоции побуждают поддерживать необходимый уровень информации, они связаны с потребностями самосохранения. Положительные эмоции способствуют порождению эстетической потребности[11]. Эстетическая потребность – это предметная положительная направленность деятельного субъекта, стимулируемая чувством гармонии, красоты. Развитие эстетического сознания человека обогащает его духовную жизнь, совершенствует регулятивный аспект деятельности людей. Эстетические ценности (прекрасное, возвышенное) отличаются от элементарных витальных и утилитарных потребностей. В свою очередь духовно-эстетическое освоение человеком мира выражает устремление его сознания к постижению (познанию) объективных законов бытия, их сущности, на основе которых возможно осуществление эффективной регулятивной практической деятельности по законам красоты и гуманизма. Объективная основа эстетического отношений коренится в регулятивных свойствах реального мира, формальных признаках красоты, которые являются всеобщими и воспринимаются в непосредственном чувственном восприятии и переживании. Они в эстетических ценностях объективно существуют и человеческое сознание, интуитивно в человеческой практике и созерцании нащупало их при эстетической оценке. Становление интуиции в эстетическом сознании как непосредственное усмотрение скрытого ценностного смысла в явлениях действительности, а также в произведениях искусства, выявляло существенное, повторяющиеся связи в их определенной регулярности.

С гносеологической точки зрения материализация замысла представляет собой дальнейшее развитие познавательного процесса (понимание), движение от общего к частному с последующей конкретизацией образов сознания через претворение их в системе эстетических знаков. Субъект творчества, объективируя в конкретно – чувственных изображениях эстетические переживания, превращает свое внутреннее состояние в объективную реальность не только для других, но также и для самого себя, собственное духовное наслаждение, культурное развитие.

Появление рефлексивного мышления вызывается необходимостью интеллектуальных действий в условиях затруднений и неопределённости, которая порождается отсутствием информации, наличием противоречий, проявлением случайностей. Зрительно воспринимаемые артефакты, взаимодействуя с сознанием человека, позволяли в дальнейшем эффективно интенционально координировать, корректировать и направлять последующие движения творческого эстетического процесса. В процессе реализации идеальных образов субъект творчества получал новые знания, более точную информацию не только о внешнем мире, но и о самом себе [6, с. 160]. В истории эстетической мысли Э.Бёрк, затрагивая проблему ассоциаций, утверждал важность изначальных природных свойств в возникновении идей, но в связи с социальными явлениями [цит. по. 7, с. 123]. Логолизация рефлексии, выявление присущих ей операций ведет к формированию специфических рефлексивных форм мышления (ассоциаций, воображения, фантазии, интуиции и интенции). Разумеется, необходимость реализации замысла в первую очередь была обусловлена социальной природой эстетического, что предполагает наличие отраженных объективных коммуникативных связей с учетом творческих способностей индивидуума. Возникновение рациональной оптимальности порождает наличие целеполагания, эффективных средств, окультуренности предмета. Последовательность этой филогенетической цепочки можно проследить и онтогенезе (в развитии детей раннего возраста). «Сущность человеческого этапа эволюции в том, что на «фаза человека» возникают не только качественно новые формы антиэнтропии (ибо начинает действовать нейробиологические факторы, неведомые прежним стадиям эволюции), но и в связи с этим образуется новый смысл, который вкладывается в понятие красоты и специфика которого в том, что факторы, определяющие его, перестают существовать как только «изначальные», а формируется в онтогенезе, что является характеристической чертой социальной формы отражения»[12, с. 82]. Законы формы, эстетического освоения действительности служили прогнозированию будущих последствий совершенных и совершаемых в обществе действий человека.

Таким образом, в древней практике являлась органическая диалектическая связь с развитием природно-биологических основ мышления формирующегося человека, мыслимой идеи и непрерывного становления вещи, в частности древней формообразованной орудийности, фигурной эстетической законченности отдельной вещи. В родовом обществе конкретный вещественный предел ограничивался чувственно-материальным космосом т.е. обжитой средой, а текуче-сущностный космос познавался логически смыслово, становился предметом эстетической рефлексии становящегося мифомышления. Это становление непременно противоречиво. Создание эстетической содержательной формы орудия не было свободно от воспроизведения объективных связей, ее исходным материалом является объективная действительностиь (формальные признаки эстетического - симметрия, пропорция, ритм). С гносеологической точки зрения материализация замысла представляет собой дальнейшее развитие познавательного процесса в орудиях, движение от общего к частному с последующей конкретизацией образов сознания через претворение их в системе эстетических знаков. Субъект эстетического творчества, объективируя в конкретно-чувственных изображениях эстетические переживания, превращает свое внутреннее состояние (эстетическое состояние) в объективную реальность не только для других, но также и для самого себя, собственное духовное наслаждение. Внутренний мир, деятельность первобытного творца, опредмечиваясь, обретает объективные формы бытия, в частности, орудийную деятельность, к которой он начинает относиться как к внешнему объекту, как к объекту эстетического восприятия. Зримо воспринимаемые артефакты, взаимодействуя с сознанием человека, позволяли в дальнейшем эффективно интенционально координировать, корректировать и направлять последующие движения творческого процесса. В процессе реализации идеальных образов субъект творчества получал новые знания, более точную информацию не только о внешнем мире, но и о самом себе. Разумеется, необходимость реализации замысла в первую очередь была обусловлена социальной природой эстетического, что предполагает наличие отраженных коммуникативных связей. Согласно авторской идеи — это взаимосвязанные стадии развития эстетического сознания: праксических эмоций, эстетической рефлексии, эстетического чувства.

Развитие сознания на стадии эстетической рефлексии являло более углубленное познание, включение развивающихся понятий, их широта охвата познания мира, а также меру переживания (формирование духовности, в частности образования мифологии) процесса созидания целостной формы жизнедеятельности. На стадии эстетической рефлексии праксическая эмоция, проявляемая как психофизиологическая реакция, переходит на специфическую "эстетическую" основу. А именно: развитие способности воспринимать различные вариации отражаемого объекта, знание определенной упорядоченности предмета (его симметрии, пропорциональности, контраста, ритма, целостности и т.д.), - чувство становится более устойчивым, развитым, углубленным не только на воспроизведении реальных вещей, но и на создании условий для их созидания. На стадии развитого эстетического чувства - доминирование эвристических функций эстетического сознания, сотворения нового, поиски формообразования орудий, удовлетворяющих общественные потребности, образование эстетических ценностей совокупных социальных условий жизни.

Данное эстетическое состояние сопровождается при удовлетворении поисковости чувством удовольствия и наслаждения в снятом виде качественно новом и более сложном. Таким образом, чувства становятся «непосредственно теоретиками» (К. Маркс). Но нельзя еще свести чувство на стадии эстетической рефлексии только лишь к "теоретической" способности различать и познавать формальные признаки объекта, в частности, орудия деятельности. Предмет на этой стадии воспринимается как целостный упорядоченный ансамбль, обладающий смыслом и значением, т.е. возникновение эстетического восприятия несет в себе новые общественные мотивы поведения субъекта (появление обрядов, мифообразований). Позднее это наглядно проявляется в ритуалах. Чувственная деятельность как непосредственное и практическое соединение объекта и субъекта способствует обогащению эстетической рефлексии, обращение деятельности субъекта не только для других, но и для самого себя, на логический смысл своей деятельности. У человека возникает на первых порах эмоционально – оценочное переживание своей преобразовательной деятельности с необходимым уровнем общения и осознанием формирующейся интеллектуальной системы. Рефлексия имеет своё метафизическое обоснование и механизм в имманентных свойствах человеческого мышления (гаптические коды, чувственный конкрет, эмоциональные константы).

Эстетическая рефлексия, затрагивая внутренний мир человека, дает эмоционально – целостное представление о мире, переживаемое самим субъектом. Выделяя предельные значения, она возвышает целенаправленную деятельность человека, иначе говоря, в двух формах – экстравертной рефлексии и интровертной рефлексии. Переживаемая человеком информация логически осмысливается в процессе практической деятельности, приобретая личностный смысл. Формирование эстетической рефлексии способствует развитию процесса познания окружающего мира. Она еще не дает полного познания объекта, однако выводит субъекта от конкретной ситуативной обстановки на более высокий уровень отражения – надситуативный. Философская рефлексия обогащает познавательный опыт человека в процессе неповторимого индивидуального опыта. Это способствует развитию самосознания, самоопределению и выработке «Я – концепции».

Процесс понимания рефлексии мы фиксируем как явление, когда наблюдаем за содержанием или характером высказыванием или действий человека; в другом случае наблюдаем у человека рефлексию по отношению к осуществляемой деятельности. В противоречивом развитии эстетической рефлексии порождается неисчерпаемый поток созерцательно переживаемых разнообразных символических значений в их смысловом ядре, в основе культурных образцов проявляется человеческая креативность[14]. Становление человеческой цивилизации породило её важность, исходя из врождённых предпосылок[15]. Креативность есть способность к творческим действиям и порождению новых идей. Углубленное познание объекта или явления действительности возвышает и уточняет эмоциональную сторону человеческой деятельности, а значит и заостряет интеллект человека. У познающего субъекта эмоциональное проникновение способствует выявлению сходства объектов мира, его элементов, развитию остроты чувств и различий мира, его сущностных сторон. В этом процессе познания субъект выступает в своем эмоциональном и интеллектуальном богатстве. В зависимости от сферы деятельности человека возникает возможность развития различных сторон познавательных способностей. Например, начальная художественная деятельность, сфера искусства развивают у древнего субъекта ассоциативность, метафоричность, парадоксальность, образность мышления, а в научной деятельности развивает логику, высокий уровень абстрактного мышления. Дальнейшее развитие любой интеллектуальной системы выводит субъекта на новый уровень познания (понимания). Информация связана с пониманием, а не только с объяснением. Объяснение выявляет «суть дела», а понимание смысл человеческой деятельности, её смыслообразование. Понимание не сводится к познанию и интуиции. Они органично сплавлены в эстетической рефлекцией при отражении целого. Ценность выступает как способ избирательности к определенным фактам, исходя из тех или иных установок (ментальности) исторического субъекта. Понимание связано с предпониманием, с интуитивным восприятием целого, дорефлексивным содержанием целого. Предпонимание обусловлено традицией духовного опыта общества (или её искажением), личностными особенностями индивида. Понимание способствует формированию самосознания в стихии языка, в эстетизации жизни. Надо полагать, что это в свою очередь выводит рефлексию субъекта на более высокий уровень, усложняя её структуру.

Дальнейшее развитие рефлексии связано с изменением эстетического состояния, возникновения понятий, абстрактным мышлением. Абстрагирование же дает глубину частности. Процесс выделения конкретности - это многосторонний обхват объекта как некоторого целого. Абстрагирование способствует развитию вариативности отношений древнего человека. Появление идеи было результатом идеального отражения объекта и целенаправленной деятельности по его реализации. Появление же идеи означало рождение мысли, достигшей высшей степени объективности, оптимальной полноты и конкретности. Идея - это конец знания и начало вещи.

Знания превращаются в идею при трех условиях: а) конкретности и целостности знания об объекте; б) стремлении (мотивации) к практической реализации, материальному воплощению; в) наличии цели, проектированной субъектом, и плана изменения им объекта. Она выявляет уровень свободной деятельности. Логика чувственно-предметной деятельности интериоризировалась, т.е. превращалась во внутренний план мыслительной деятельности творца, обогащая внутренний мир, его эстетическое сознание, а значит и практическое умение (мудрость). Поисковая активность создает новые условия для реализации возможностей, творческих действий. Эстетически развитый разумный человек не только может изменить ситуацию наличную (ситуативное мышление), но и изменить отношение, систему (надситуативное мышление); может создать «Я - концепцию», самоутвердить себя, организовать Новое (Иное) на уровне познания законов природы и общества, самого себя. При этом человек выделяет себя из внешнего мира, создает собственное «Я» при формировании самосознания. Ответы на проблемные вопросы есть проявление человеческой духовности, например, при становлении мифов как эстетической ценности в конкретно- исторической значимости. Духовность подразумевает творчество не только в виде создания новых идей или творений вообще, имеющих объективную значимость и ценность, но и в смысле построения и укрупнения своего внутреннего мира, что требует тоже творческих усилий и креативных способностей «…теоретико-эстетическое исследование онтологических оснований той духовной реальности, которая порождает художественно-эстетическую деятельность, должно исходить из того, что в искусстве воспроизводится и объективируется целостный духовный опыт человека, отражающий все уровни и слои, психической реальности от бессознательно-иррациональных её глубин, эксплицирующихся в интуитивно-спонтанных формах творческой активности, до осознанно-рациональных уровней, появляющихся в программно-дискурсивных методах и приемах творчества… существеннейшей особенностью духовной реальности, способом её бытия является её соотнесенность с предметным бытием и включенность в него, что обуславливает изначальную антиномичность духовной жизни субъекта, её имманентно-трасцендентную сущность» [1, с.119].

Человеческие эстетические чувства, сформированные развивающейся культурой являлись светом духовности, разума. Эстетическую рефлексию надо понимать не как субъективно-индивидуальное порождение, а как определенную способность, порожденную объективными условиями. Мы не предполагаем её себя-в-себе как созданную, а предполагаем ее наличное бытие как деятельное. Она связана в своем становлении с созерцанием и интуицией. Созерцание есть непосредственное составление представлений (понятий) как результат некоего действования (интенционального акта). Рефлексивная интуиция связана с чувственным созерцанием, т.е. ею должно быть что-то опознано. Только действование соединяет мир созерцания и рефлексивной интуиции. Можно мыслить только то, что непосредственно созерцается. Это и есть непосредственное единство субъекта и объекта в их отношениях, это есть конкретно-ситуативная связь в ее целостности. Интенция связана с духовным актом. Продуктивное основание интенции в субъективной реальности не замыкает ее в спонтанно-интуитивной (стихийной) активности, а указывает на реальное сознание. Интенция проявляет онтологически бытийную глубину духовной реальности. Ее противоречивость в направленности духовной жизни человека выражает отношение к объективной реальности, а не только уход в себя. Творческие силы рефлексирующего человека из “формы движения” мысли переходят в “форму покоящегося свойства”.

Таким образом, эстетическая рефлексия - стадия ухода от конкретно-ситуативной связи на уровень надситуативный, на самого себя, а затем родовой и общечеловеческой. С появлением рефлексии связано философское осмысление жизни. При этом развитие дарования человека - условие развития эстетического духовного наслаждения в структуре рефлексии, наиболее выразительно выявляющего признаки самоцельного человеческого творчества, радость его осуществления. Тогда эстетическое переживание выступает как содержательный момент созидательного процесса, а не только как средство в структуре эстетической рефлексии.


Литература:

1.Диденко В.Д. Духовная реальность и искусство: Эстетика преображения.- М.: Беловодье, 2005.-288с.

2.Ежов В. С. Истоки эстетического сознания: (опыт философско – эстетической реконструкции) / – В.С. Ежов. – Новосибирск: Наука, 2009. – 275 с.

3.Кант Иммануил. Собрание сочинений в восьми томах.– Т.5.– Юбилейное издание 1794-1894 (Под общей редакцией проф. А.В. Гулыги). Б.М. Издательство «Чоро», 1994.

4. Мелетинский Е. М. Аналитическая психология и проблема происхождения архетипических сюжетов. – Бессознательное. – Новочеркасск, 1994. – 223 с.

5. Меркулов, И. П. Когнитивная эволюция [Текст] / Меркулов, И. П. – М., 1999. – 312 с.

6. Маслоу А. Мотивация и личность /А. Маслоу. – 3-е изд. – Спб.: Питер, 2003. – 352 с.

7.Овсянников М.Ф. История эстетической мысли: Учебное пособие. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Высш. шк.,1984. —336с.


8. Пригожин И. Очеловечивание человека, креативность природы и креативность человека / Вызов познанию: стратегия развития науки в современном мире. – М.: Наука, 2004.

9.Режабек, Е. Я. Мифомышление (когнитивный анализ) [Текст] / Режабек Е. Я. – М.: Едиториал, УРСС, 2003. – 304 с.

10. Суворов, Н. Н. Интеллектуальные интенции как архаические стратегии [Текст] / Суворов Н. Н. – // Материалы всероссийской конф. «Гармония и хаос: этико – эстетические аспекты», Санкт – Петербург, 17– 18 нояб. 2006. Альманах кафедры эстетики и философии культуры СПбГУ: СПб.: Санкт – Петербургское философское общество, 2007. – №2. – С. 256 – 261.

11. Симонов П.В. Эмоциональный мозг. – М.,1981. – 215с.


12. Самохвалова В. И. Красота против энтропии. – М.: Наука,1990. – 176 с.
13.Тернер Ф., Пёппель Э. Поэзия, мозг и время // Красота и мозг: Три вечных наслаждения. – М.: Мир, 1995. – С. 73 – 115.

14. Хачатрян А. А. Рефлексия как принцип философского мышления. – Вестник ВолГУ. Серия 7. Вып.3. 2003 – 2004. Изд – во ВГУ,2004. С.13 – 23.


15. Юнг К. Г. Психология бессознательного. – М., 1994. – 319 с.

Ежов Виктор Семёнович Доктор философских наук, Профессор кафедры философии и истории Сибирского государственного университета телекоммуникаций и информатики (СИБГУТИ). г. Новосибирск. Профессор Международной славянской академии, западно - сибирское отделение (МСА ЗСО).


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©znate.ru 2017
обратиться к администрации

    Главная страница